Копия
2-3694/2025
56RS0018-01-2025-003327-33
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Оренбург 23 июля 2025 года
Ленинский районный суд г.Оренбурга в составе:
председательствующего судьи Астафьевой А.С.,
при секретаре Белой И.С.,
с участием представителя ответчика ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании договора цессии недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратился в суд с иском, с учетом уточнений указав, что 16.11.2019 г. между истцом и ответчиком ФИО3 заключен договор уступки права требования (цессии) № ... по условиям которого ФИО3 уступил истцу права требования по ДТП, произошедшему 29.12.2018 г. по адресу: ..., с участием автомобиля ...
Пунктом 2.6 договора предусмотрено, что в случае отказа в выплате ответчиком суммы восстановительного ремонта и услуг оценки ввиду несоответствия заявленных повреждений цедент обязуется в течение 10 календарных дней с момента, когда ему станет об этом известно, возвратить цессионарию уплаченную сумму.
В соответствии с пунктом 3.1 договора цессионарием уплачена сумма в размере 380 000 рублей.
Согласно трасологическому исследованию N от 05.01.2022 г., заявленные повреждения не соответствуют обстоятельствам ДТП, произошедшего 29.12.2018 г. по адресу: ..., с участием автомобиля ...
В рамках рассмотрения гражданского дела N истцу стало известно, что ФИО3 получил выплату компенсационного возмещения от РСА в размере 314 167 рублей 12.02.2019 г., а договор уступки права требования был заключен 16.011.2019 г., то есть фактические ответчик обманным путем уступил истцу несуществующее требование.
Истец, ссылаясь на п. 4 ст. 1, ст. 10, ст. 179 ГК РФ, просит суд признать договор уступки права требования (цессии) № ... от 16.11.2019 г. недействительным, взыскать с ответчика в свою пользу почтовые расходы 300 рублей, расходы на уплату госпошлины 3 200 рублей.
Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены РСА, САО «ВСК», ФИО4, ФИО5
В судебное заседание истец ФИО2, ответчик ФИО3 не явились, извещены о рассмотрении дела надлежащим образом, направили своих представителей по доверенности для участия в судебном заседании.
Представители третьих лиц РСА, САО «ВСК» в судебное заседание не явились, извещены о нем надлежащим образом.
Третьи лица ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, извещались о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом по правилам гл. 10 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ.
Руководствуясь ст.ст. 35, 113, 117, 167 ГПК РФ, суд определил признать извещение третьих лиц надлежащим и рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно п.п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Вступившим в законную силу 10.09.2024 г. решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 04.06.2024 г. по гражданскому делу N установлено, что по состоянию на 29.12.2018 г. ФИО3 являлся собственником автомобиля ...
29.12.2018 г. на ... произошло ДТП с участием автомобилей ... под управлением ФИО4 и ... под управлением ФИО5, в результате которого автомобиль ... получил механические повреждения.
Гражданская ответственность виновного в ДТП ФИО5 была застрахована в ПАО «АСКО».
21.01.2019 г. ФИО3 обратился в РСА с заявлением о компенсационной выплате, приложив к нему копию экспертного заключения N от 14.01.2019 г., выполненного ИП ... согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля составила 414 700 рублей.
Заявление с приложениями получено РСА 23.01.2019 г.
12.02.2019 г. РСА принято решение N о компенсационной выплате в размере 314 167 рублей. При принятии указанного решения РСА руководствовалось результатами экспертного заключения ООО «...» от 09.02.2019 г. N, составленного по инициативе РСА, согласно выводам которого рыночная стоимость неповрежденного транспортного средства ... на дату оценки составила 449 500 рублей, рыночная стоимость аварийного транспортного средства – 140 332,43 рублей. Из суммы 314 167 рублей сумма материального ущерба в неоспариваемой РСА части – 309 167,67 рублей, расходы на проведение независимой оценки – 5 000 рублей.
Платежным поручением N от 14.02.2019 г. подтверждается перечисление в адрес ФИО3 от РСА суммы 314 167,67 рублей, назначение платежа – компенсационная выплата по решению N от 12.02.2019 г.
22.11.2019 г. ФИО3 обратился с заявлением о компенсационной выплате в САО «ВСК», также приложив к нему копию экспертного заключения N от 14.01.2019 г.
Ответом САО «ВСК» от 12.12.2019 г. ФИО3 разъяснено, что в связи с тем, что его первичное требование о компенсационной выплате было рассмотрено РСА, с повторным заявлением или досудебной претензией необходимо обращаться непосредственно в РСА.
16.11.2019 г. между ФИО3 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) № ..., по условиям которого цедент уступает цессионарию право требования цедента всех денежных средств (компенсационного возмещения, включая денежные средства по оплате услуг экспертов, оценщиков, а также процентов, неустойки и иные штрафные санкции, предусмотренные законодательством РФ), в счет возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП от 29.12.2018 г. в 00:23 по адресу: ..., транспортному средству ..., принадлежащему ФИО3 на основании договора купли-продажи, с лиц, ответственных за причиненный вред.
В соответствии с п. 4.5 договора цедент гарантирует о том, что все повреждения на ..., которые указаны в административных материалах, в экспертном заключении N, заявленные при проведении оценки, получены от ДТП, произошедшего 29.12.2018 г. в 00:23 по адресу: ....
Согласно пункту 5.1 договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до момента получения цессионарием возмещения ущерба, указанного в пункте 1.2 настоящего договора.
За уступаемое право ФИО3 получил от ФИО2 сумму в размере 380 000 рублей, что подтверждается актом приема-передачи денег, являющимся приложением N к договору от 16.11.2019 г.
Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 04.06.2024 г. по гражданскому делу N, истцу отказано в удовлетворении требований к ФИО3 о расторжении договора цессии по мотиву существенного нарушения условий договора (не все повреждения автомобиля соответствуют обстоятельствам ДТП, компенсационная выплата уже получена ответчиком к моменту заключения договора); о признании договора цессии недействительным по основаниям ст.ст. 166, 167, 168, 169, 170, 178 ГК РФ; о взыскании с ответчика уплаченной истцом по договору суммы в качестве неосновательного обогащения.
Обращаясь в суд с настоящим иском, истец в качестве основания для признания договора цессии недействительным указывает на п. 4 ст. 1, ст. 10, ст. 179 ГК РФ.
Согласно п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
В силу ч. 1 ст. 10 ГПК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Ответчиком заявлено о пропуска истцом срока исковой давности.
Общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 ГК РФ).
Согласно п.п. 1, 2 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.
Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 04.06.2024 г. по гражданскому делу N установлено, что о том, что право требования по договору цессии не может быть реализовано, истцу стало известно в дату ответа РСА 12.12.2019 г.
Таким образом, именно с этой даты начинает течь трехлетний срок исковой давности.
С настоящим иском в суд ФИО2 обратился 17.03.2025 г., то есть с пропуском трехлетнего срока исковой давности.
Пропуск истцом срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа истцу в иске в силу ч. 6 ст. 152, ч. 4.1 ст. 198 ГПК РФ.
Помимо этого, суд приходит к выводу об отказе истцу в удовлетворении иска и по существу заявленных требований.
В силу п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 ГК РФ).
Таким образом, возможность уступки права требования означает добросовестное предположение лица, его уступающего, о наличии такового, при том, что приобретающий это право осведомлен о его спорности. При этом спорность уступаемого права не указывает на то, что оно отсутствует.
Заключая договор, истец, будучи юристом, не мог не понимать спорность передаваемого ему права требования, в связи с чем имел возможность проверить действительность уступаемого права на стадии заключения договора.
При этом, однако, приобретенное право требования истец самостоятельно никаким образом не реализовал. В ходе судебного разбирательства не установлены обстоятельства обращения истца за выплатой в РСА либо в САО «ВСК» и отказа ему на том основании, что право требования погашено; объем повреждений автомобиля, который, по мнению истца, не соответствует обстоятельствам ДТП, предметом экспертной либо судебной оценки с участием двух сторон договора не являлся. Право требования, которое получено истцом по договору от 16.11.2019 г., никак им не реализовано на протяжении более 4 лет, после чего последовало обращение в суд с серией исков к ответчику.
Таким образом, суд отказывает в удовлетворении иска в полном объеме.
Позиция стороны ответчика о необходимости прекращения производства по делу основана на неверном толковании нормы ст. 220 ГПК РФ, в связи с чем оснований для удовлетворения этого ходатайства суд не усматривает. В настоящем иске истцом в качестве основания для признания сделки недействительной заявлены ст. 10, ст. 179 ГПК РФ, которые ранее при рассмотрении гражданского дела N не заявлялись.
Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании договора цессии недействительным – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья подпись А.С. Астафьева
В окончательной форме решение принято 11 августа 2025 года.
Судья подпись А.С. Астафьева
Копия верна.
Судья:
Секретарь: