Дело №
УИД 41RS0№-16
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
г. Петропавловск-Камчатский ДД.ММ.ГГГГ
Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:
председательствующего судьи Нетеса С.С.,
при помощнике судьи Порошиной М.В.,
с участием:
представителей истца ФИО1, ФИО2,
представителя ответчика – адвоката Липатовой И.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,
установил:
ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО4 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки. В обоснование заявленных требований указала, что она является наследником по закону своей матери ФИО18 Мизегини, умершей ДД.ММ.ГГГГ Наследниками также являются ее братья ФИО6, ФИО7 и ФИО4 Ее матери на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <...> , общей площадью 60,5 кв. м. Мать умерла в края, где последние годы проживала с ней, так как самостоятельно вести быт и обслуживать себя не могла ввиду плохого самочувствия, возраста. В установленный законом срок для вступления в наследство она обратилась к нотариусу для получения свидетельства о праве на наследство по закону. ДД.ММ.ГГГГ нотариус Петропавловск-Камчатского нотариального округа Камчатского края ФИО5 выдала ей свидетельство о праве собственности на наследство по закону на 2/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...> , в том числе в 1/4 доле ввиду отказа в ее пользу брата ФИО6 При получении свидетельства о праве на наследство стало известно, что матери принадлежала 1/2 доля в праве собственности на квартиру по адресу: г, . Нотариус предоставил выписку из ЕГРН, где было указано, что ДД.ММ.ГГГГ 1/2 доля в праве собственности на квартиру была передана ФИО4 по договору дарения. То есть еще при жизни мать заключила с ответчиком договор дарения 1/2 доли в праве собственности на квартиру. Считает данный договор недействительным, мать не могла его заключить, так как всегда хотела, чтобы квартира принадлежала всем детям в равных долях. Поскольку наследодатель ФИО18 Мизегиня была безграмотна и не умела ни читать, ни писать, она могла подписать документ, не понимая его содержания. При заключении указанного договора дарения мать действовала под влиянием заблуждения, которое было настолько существенным, что она разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделки, зная о действительном положении дел. Считает, что наследодатель заблуждался относительно условий договора дарения, полагая, что отчуждает в собственность квартиру в равных долях всем своим детям, а не 1/2 долю в собственность ответчика. Ответчик обманным путем заключил сделку по дарению спорной квартиры. При подписании договора дарения, ФИО18 Мизегиня не могла быть ознакомлена с содержанием договора. Намерения дарить квартиру ответчику не было. Волеизъявление наследодателя, как дарителя, выраженное в указанном договоре дарения квартиры, не соответствует его действительной воле, так как мать никогда не имела намерения лишить себя права собственности на квартиру или подарить кому-либо из детей долю большую, нежели остальным, поэтому имеет существенное значение то обстоятельство, что договор дарения был заключен под влиянием обмана, заблуждения. Какой-либо необходимости заключить данную сделку у матери не было. Ссылаясь на положения статей 177, 178, 179 ГК РФ, истец просил суд признать договор дарения 1/2 доли в праве собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ, расположенную по адресу: <...> , заключенный между ФИО18 Мизегиней и ответчиком ФИО4, недействительным. Применить последствия недействительности сделки, а именно прекратить право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилое помещение (квартиру), расположенное по адресу: <...> , зарегистрированное за ответчиком ФИО4 Взыскать с ответчика в пользу истца государственную пошлину в размере 3880 руб.
Истец ФИО3 о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, участия не принимала, направила представителей.
В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности с полным объемом полномочий, уточнил исковые требования. Указал, что оспариваемый договор дарения подлежит признанию недействительным на основании части 1 статьи 177 ГК РФ, поскольку в момент его заключения ФИО18 Мизегиня, хоть и была дееспособной, но находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий.
В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала.
Ответчик ФИО4 о времени и месте судебного заседания извещен, участия не принимал, направил представителя.
В судебном заседании представитель ответчика – адвокат Липатова И.И., действующая на основании ордера и доверенности, исковые требования не признала, полагала их не подлежащими удовлетворению.
Согласно представленным ответчиком ФИО4 возражениям на исковое заявление он с исковыми требованиями не согласен, просил суд отказать в их удовлетворении. Указал, что он и его дети отказались от приватизации квартиры по адресу: <...> , поэтому между ним и матерью ФИО18 была достигнута договоренность о том, что половина квартиры будет принадлежать ему, а в случае ее смерти, вторая половина будет поделена в равных долях между ним, его сестрой и братьями. С сестрой ФИО3 он перестал общаться с весны 2015 года из-за ее претензий и требований выписаться из этой квартиры. Он неоднократно прилетал в гости к матери на Камчатку. В конце апреля 2017 г. он прилетел к маме и стал проживать с ней, ухаживал за матерью. ФИО18 вела себя адекватно, самочувствие было нормальное. Когда состоялся разговор о конфликте с ФИО3 по поводу квартиры, мать его поняла и приняла решение оформить дарственную на 1/2 долю квартиры, как и договаривались ранее. Договор дарения был оформлен в письменном виде и в соответствии с законом зарегистрирован в Росреестре. На момент дарения доли в квартире мать была полностью дееспособна и понимала значение своих действий, в установленном законом порядке дееспособности не лишалась и не ограничивалась, на учете у врача психиатра не состояла и не наблюдалась.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Камчатскому краю, ФИО6, ФИО7 о времени и месте судебного заседания извещались, участия не принимали.
Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участвующих в деле лиц.
Выслушав объяснения представителей истца ФИО1, ФИО2, представителя ответчика ФИО4 – адвоката Липатовой И.И., исследовав материалы настоящего гражданского дела, огласив в порядке статьи 180 ГПК РФ показания свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО19 ФИО14, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.
По общему правилу, закрепленному в пункте 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
По правилам статей 572, 574 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Как следует из пункта 2 статьи 166 ГК РФ, требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.
Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В силу положений части 1 статьи 56 ГПК РФ, возлагающих на каждую сторон обязанность по доказыванию тех обстоятельств, на которые она ссылается, как на основание своих требований и возражений, заинтересованное лицо, обращаясь с требованиями о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 177 ГК РФ, должно представить доказательства того, что в момент совершения оспариваемой сделки лицо, ее совершившее, находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими.
Как установлено в судебном заседании, ФИО18 Мизегиня на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <...> (т. 1 л.д. 227).
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО17 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) был заключен договор дарения 1/2 доли в праве собственности на квартиру, согласно которому даритель безвозмездно передает одаряемому в собственность 1/2 доли в праве собственности на квартиру, площадью 60,5 кв. м, по адресу: <...> (т. 1 л.д. 67).
Государственная регистрация права собственности ФИО4 на 1/2 доли в праве общей долевой собственности на указанное жилое помещение произведена ДД.ММ.ГГГГ, о чем в Едином государственном реестре недвижимости произведена регистрационная запись № (т. 1 л.д. 58).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО18 Мизегиня умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 33).
Как следует из материалов наследственного дела №, открытого нотариусом Петропавловск-Камчатского нотариального округа Нотариальной палаты Камчатского края ФИО5 после смерти ФИО18 №, наследниками по закону, принявшими наследство, являются ФИО3, ФИО7, ФИО4 (т. 1 л.д. 31-83).
Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО3 указала, что ФИО18 Мизегиня была безграмотна и не умела ни читать, ни писать, подписывая оспариваемый договор, она не понимала его содержания, поскольку хотя и была дееспособной, но находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий.
Как следует из показаний свидетелей ФИО9, ФИО11, ФИО13, ФИО14, ФИО12, у ФИО17 были микроинсульты, наблюдались проблемы с памятью. Она была безграмотна, писать и читать не умела. По состоянию здоровья часто находилась на лечении.
Согласно показаниям свидетеля ФИО8 при приеме документов в МФЦ устанавливается личность явившихся по документам, удостоверяющим личность, также выясняется цель визита. Проверка дееспособности лиц не производится.
На основании ходатайства представителей истца определением Петропавловск-Камчатского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ по дела назначена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Камчатский краевой психоневрологический диспансер» (т. 2 л.д. 100-107).
Согласно заключению судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Камчатский краевой психоневрологический диспансер» ФИО17 при жизни имела невысокие когнитивные интеллектуальные способности, не умела читать, а с 1997 года по 1999 год переносила острое нарушение мозгового кровообращения, в течение жизни страдала гипертонической болезнью, артериальной гипертонией, ишемической болезнью сердца, хронической сердечной недостаточностью, дисциркуляторной энцефалопатией, хронической ишемией головного мозга, в последующем вследствие указанных заболеваний с 2012 года стали отмечаться когнитивные, в том числе интеллектуальные и мнестические расстройства, что подтверждается записями в медицинской документации и показаниями свидетелей. Начиная с 2014 года указанные нарушения стали выраженными, что, в свою очередь, свидетельствует о том, что ФИО17 ориентировочно с 2014 года, в том числе на ДД.ММ.ГГГГ в период совершения дарения, обнаруживала психическое расстройство в форме деменции сложного генеза. Указанное психическое расстройство сопровождается выраженными расстройствами умственных функций, нарушением памяти, которые, в свою очередь, могли повлиять на ее способность осознанно принимать решения, понимать значение своих действий и полноценно руководить ими. На период совершения дарения ДД.ММ.ГГГГ ФИО17 страдала деменцией сложного генеза и при составлении и подписании договора дарения не могла понимать значения своих действий и руководить ими. Указанные заболевания в представленной медицинской документации в форме острого нарушения мозгового кровообращения, гипертонической болезни, артериальной гипертонии, ишемической болезни сердца, хронической сердечной недостаточности, дисциркуляторной энцефалопатии, хронической ишемии головного мозга повлияли на возникновение психического расстройства в форме деменции сложного генеза, которое повлияло на ее способность осознанно принимать решения, понимать значение своих действий (т. 2 л.д. 111-114).
Экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ № Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Камчатский краевой психоневрологический диспансер» составлено в соответствии с требованиями статей 84, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенного исследования на основании представленных для исследования медицинской документации на имя ФИО18 Мизегини и материалов дела, выводы судебной экспертизы достаточно ясны и мотивированны. Заключение отвечает требованиям относимости и допустимости, оснований сомневаться в достоверности изложенных в нем выводов не имеется, равно как и не усматривается наличие какой-либо заинтересованности экспертов, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Оценив представленные по делу доказательства в совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что в момент совершения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО17 в силу имевшегося у нее психического расстройства не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем требования истца о признании данного договора недействительным с применением последствий недействительности данной сделки подлежат удовлетворению.
В порядке применения последствий недействительности сделки подлежит прекращению право собственности ФИО4 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <...> погашения регистрационной записи № в Едином государственном реестре недвижимости о праве общей долевой собственности ФИО4 на данное жилое помещение.
В соответствии с положениями статьи 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
иск ФИО3 (паспорт <...>) удовлетворить.
Признать недействительным договор дарения 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...> , заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО18 Мизегиней и ФИО4.
Применить последствия недействительности сделки путем прекращения права собственности ФИО4 (паспорт <...>) на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <...> погашения регистрационной записи № в Едином государственном реестре недвижимости о праве общей долевой собственности ФИО4 на данное жилое помещение.
Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 государственную пошлину в размере 300 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ
Председательствующий подпись С.С. Нетеса
Подлинник судебного постановления подшит в деле №, находящемся в производстве Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края.