РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

6 октября 2022 года г. Венев

Веневский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего Зайцевой

при секретаре Бочарниковой Э.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-348/2022 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ООО «Авто-Лизинг Сибирь» о признании договоров купли-продажи транспортного средства недействительными, применении последствий недействительности сделок, прекращении права собственности на автомобиль, возврате транспортного средства,

установил:

первоначально ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность автомобиля.

В обоснование иска ссылается на то, что она 24 октября 2020 года заключила кредитный договор с ПАО «Росгосстрах Банк» на покупку автомобиля. Согласно условиям договора сумма кредита составляет 811200 рублей, срок возврата кредита 60 месяцев, размер ежемесячного платежа 20118 рублей 01 копейка.

Согласно п.11 индивидуальных условий договора потребительского кредита, являющихся неотъемлемой частью кредитного договора, целью использования заемщиком потребительского кредита является оплата транспортного средства/сервисных услуг автосалона/страховых взносов.

Из п.25 и п.26 указанных индивидуальных условий следует, что для оплаты транспортного средства переведены кредитные средства банка в пользу ООО «Кредит –Авто+» в размере 767000 рублей, а также в пользу ООО «Этнамед» 44200 рублей, итого всего переведено 811200 рублей, то есть полная сумма кредитных средств.

В тот же день 24 декабря 2020 года был заключен договор комиссии между ФИО7 (продавцом автомобиля) и ООО «Кредит Авто+» на оформление в интересах истца документов по продаже транспортного средства, автомобиля <данные изъяты>

В тот же день 24 октября 2020 года между истцом и ООО «Кредит-Авто+» был заключен договор купли-продажи указанного выше транспортного средства, стоимость которого была определена договором в 967000 рублей.

Согласно п. 2.2.5 указанного договора установлено, что указанное транспортное средство должно быть зарегистрировано истцом в МРЭО ГИБДД на основании данного договора.

В этот же день 24 октября 2020 года между истцом и ПАО «Росгосстрах» был заключен договор залога № в отношении спорного транспортного средства, выступающего в качестве обеспечения исполнения обязательства – кредита перед банком, залоговая стоимость транспортного средства составляет 967000 рублей.

Согласно п.1.5 договора предмет залога остается у залогодателя, то есть во владении и пользовании истца.

На истца данным договором возложена обязанность не отчуждать предмет залога или иным образом распоряжаться предметом залога без письменного согласия залогодержателя, то есть банка (п.2.1.2).

Согласно паспорту транспортного средства истец указана собственником данного автомобиля. Вместе с тем, постановку на учет автомобиля в органах ГИБДД не осуществляла по следующим причинам.

В указанный спорный период заключения кредитного договора истец состояла в близких отношениях с ответчиком ФИО2, он хотел приобрести автомобиль, но денежных средств на покупку у него не было. Как ответчик сообщил истцу, ему отказывали в предоставлении кредита ввиду отсутствия постоянного источника дохода. Вместе с тем у истца было и есть официальное трудоустройство, хорошая кредитная история, и ей мог быть предоставлен кредит.

Стороны решили, что истец на свое имя оформляет кредит, а ответчик будет ежемесячно ей предоставлять сумму для погашения ежемесячного платежа по графику. Автомобиль сразу после оформления ответчик забрал себе в пользование.

Этот автомобиль как таковой истцу был не нужен, поскольку у нее есть свой автомобиль. Точно также ей совершенным образом не нужны никакие кредитные обязательства, поскольку у истца нет финансовой возможности погашать ежемесячные платежи из своих собственных средств.

Ответчик пояснил истцу, что для того, чтобы ему пользоваться автомобилем, им нужно заключить договор купли-продажи данного транспортного средства, и он поставит его на учет уже на свое имя, но вместе с тем будет давать истцу денежные средства для того, чтобы она вносила банку платежи.

25 октября 2020 года стороны заключили договор купли-продажи данного автомобиля, согласно которому истец продала его ответчику за 100000 рублей. Вместе с тем, эту сумму ответчик ФИО1 не представлял, и она указана формально, не соответствует реальной рыночной стоимости транспортного средства.

В последующий период после совершения этих сделок отношения сторон продолжились, ответчик перечислял истцу деньги на оплату кредита.

Далее стороны приняли решение расстаться, но свои обязательства по оплате кредита ответчик выполнял. Проблемы начались с конца 2021 года, ответчик стал не регулярно перечислять деньги и не в полном объеме, истцу приходилось его упрашивать перевести деньги. Последний перевод на оплату кредита ответчик осуществил в январе 2022 года.

Истец из последних своих возможностей по настоящее время погашает все обязательства, связанные с этим кредитом, ответчик не реагирует на ее сообщения, деньги не перечисляет.

Указывает, что в подобной ситуации ее права нарушены, у истца нет автомобиля, имеются огромные финансовые обязательства перед банком.

С момента, как права истца стали явным образом нарушаться, а именно с января 2022 года, она посчитала возможным и законным вернуть в свою собственность спорный автомобиль для того, чтобы в случае невозможности оплаты кредита обратить на него взыскание по требованию банка. Поскольку в данном случае имущество является и для банка, и для клиента гарантом исполнения долгового обязательства.

В этот же период из открытых сведений ГИБДД истцу стало известно, что с 31 января 2021 года по 5 февраля 2022 года спорный автомобиль имел период владения физическим лицом, это ответчик, а с 5 февраля 2022 года спорным автомобилем владеет иное физическое лицо, то есть, ответчик уже перепродал спорный автомобиль, что, по мнению истца, нарушает не только ее права, но и права банка как залогодержателя.

Заключенный с ответчиком договор купли-продажи автомобиля от 25 октября 2020 года считает недействительным и оспаривает его.

Указывает, что договор купли-продажи автомобиля, заключенный между ней и ответчиком 25 октября 2020 года, является недействительным. С учетом того факта, что деньги ответчиком истцу в размере 10000 рублей не передавались на оплату автомобиля, а также исходя из того, что ответчик не только знал о залоге, кредите, но и был инициатором всех данных сделок, поскольку они были направлены в угоду его интересам, истец просит применить последствия недействительности сделки в виде односторонней реституции – возврата в ее собственность автомобиля.

Просит суд признать договор купли-продажи транспортного средства автомобиля <данные изъяты>, заключенный 25 октября 2020 года между ФИО1 и ФИО2, недействительным, применить последствия недействительности в виде возврата в ее собственность указанного автомобиля.

Впоследствии ФИО1 уточнила исковые требования, указав, что в ходе рассмотрения гражданского дела ей стало известно о совершенных в последующем сделках по спорному транспортному средству. Так, 16 февраля 2021 года ответчик ФИО2 продал автомобиль ООО «Авто-Лизинг Сибирь» за 255000 рублей. При заключении сделки ответчик ФИО2 гарантировал покупателю, что автомобиль не находится в залоге. Считает, что при применении последствий недействительности сделки от 25 октября 2020 года, заключенной между ФИО1 и ФИО2, следует признать договор купли-продажи от 16 февраля 2021 года, заключенный между ФИО2 и ООО «Авто-Лизинг Сибирь» недействительным, обязать ФИО2 возвратить ООО «Авто-Лизинг Сибирь» 255000 рублей.

30 ноября 2021 года ООО «Авто-Лизинг Сибирь» заключило договор купли-продажи спорного автомобиля с ФИО3 за 60000 рублей

В п.1.2 договора указано, что до заключения настоящего договора на транспортном средстве имеется запрет на регистрационные действия.

Следовательно, по мнению истца, при применении последствий недействительности сделки от 25 октября 2020 года, заключенной между истцом и ФИО2, следует признать договор купли-продажи от 30 ноября 2021 года, заключенный между ООО «Авто-Лизинг Сибирь» и ФИО3, недействительным, обязать ООО «Авто-Лизинг Сибирь» возвратить ФИО3 600000 рублей.

2 февраля 2022 года ФИО3 заключил договор купли-продажи спорного автомобиля с ФИО4 за 80000 рублей.

Следовательно, по мнению истца, при применении последствий недействительности сделки от 25 октября 2020 года, заключенной между истцом и ФИО2, следует признать договор купли-продажи от 2 февраля 2022 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4, недействительным, обязать ФИО3 возвратить ФИО4 80000 рублей.

Просит суд признать договор купли-продажи транспортного средства автомобиля <данные изъяты>, заключенный 25 октября 2020 г. между ФИО1 и ФИО2, недействительным, применить последствия недействительности, признать договор купли-продажи от 16 февраля 2021 года, заключенный между ФИО2 и ООО «Авто-Лизинг Сибирь» недействительным, обязать ФИО2 возвратить ООО «Авто-Лизинг Сибирь» 255000 рублей, признать договор купли-продажи от 30 ноября 2021 года, заключенный между ООО «Авто-Лизинг Сибирь» и ФИО3, недействительным, обязать ООО «Авто-Лизинг Сибирь» возвратить ФИО3 600000 рублей, признать договор купли-продажи от 2 февраля 2022 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4, недействительным, обязать ФИО3 возвратить ФИО4 80000 рублей, прекратить право собственности ФИО4 на спорный автомобиль, обязать ФИО4 возвратить в собственность ФИО1 спорный автомобиль.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дне и месте слушания дела извещена надлежаще, причину неявки суду не сообщила.

Ее представитель по ордеру №316206 от 14 апреля 2022 года адвокат Фокина Н.Н. в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, просила их удовлетворить, дополнительно пояснила, что считает срок исковой давности при подаче искового заявления в суд ФИО1 не считается пропущенным, поскольку действительно спорная сделка с ФИО2 совершена истцом 25 октября 2020 года, исковое заявление направлено в суд 16 апреля 2022 года. При этом, свои права истец посчитала нарушенными только, начиная с января 2022 года, потому как не смогла оплачивать кредитные обязательства, взятые по просьбе ответчика ФИО2 на приобретение для него автомобиля. Также считает, что ФИО4 не может считаться добросовестным приобретателем спорного автомобиля, поскольку на дату совершения сделки по приобретению автомобиля у ФИО3 2 февраля 2022 года, ФИО4 выписку у нотариуса из реестра уведомлений о залоге движимого имущества не заказывал, доказательств обратному не представлено. При этом тот факт, что согласно записи электронного реестра запись впервые внесена 13 июля 2022 года банком «Открытие», что, по ее мнению, не может безусловно обозначать отсутствие такой записи, поскольку на дату 2 февраля 2022 года залогодержателем являлся ПАО «РГС». Обращает внимание на явно заниженную цену по договору купли-продажи от 2 февраля 2022 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4, не соответствующую реальной, хотя в судебном заседании было подтверждено о покупке автомобиля за 800000 рублей. Также указывает, что по договору между ФИО3 и ФИО4 от 2 февраля 2022 года ФИО3 автомобиль принадлежал на основании ПТС от 5 декабря 2021 года, этот ПТС является дубликатом, поскольку при приобретении ФИО1 автомобиля действовал ПТС от 9 марта 2019 года. Также из договора между ФИО3 и ООО «Авто-Лизинг» от 30 ноября 2021 года усматривается, что до заключения договора на транспортное средство имеется запрет на регистрационные действия. Стоимость автомобиля по договору составляет 800000 рублей. Договор купли-продажи от 30 ноября 2021 года является правоустанавливающим для ФИО3 при дальнейшей продаже ФИО4, а также должен быть был подвергнут анализу и критике. Более того, в этом договоре указано, что ООО «Авто-Лизинг Сибирь» принадлежит автомобиль на основании ПТС от 9 марта 2019 года.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дне и месте слушания дела извещен надлежаще, причину неявки суду не сообщил, возражений относительно исковых требований суду не представил.

Привлеченные к участию в деле в качестве соответчиков ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, о дне и месте слушания дела извещены надлежаще, причину неявки суду не сообщили.

Представитель ответчика ФИО4 по доверенности ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что на момент приобретения транспортного средства ФИО4 не было зарегистрировано право залога в реестре залогов имущества, в связи с чем ФИО4 является добросовестным приобретателем. Подписывая договор купли-продажи транспортного средства, ФИО1 намеревалась продать транспортное средство, и каких-либо нарушений со стороны ФИО4 не было допущено. К тому же ФИО4 не мог усомниться в недействительности сделки, так как предыдущий собственник транспортного средства ставил его на учет в МРЭО. Подтверждение того, что ответчик ФИО2 не оплатил стоимость приобретенного транспортного средства, в материалах дела не имеется, наоборот, материалы дела содержат копию договора, что истец ФИО1 денежные средства получила. Истец знал о нарушении ее прав, начиная с 25 октября 2020 года, с даты договора купли-продажи транспортного средства, заключенного между ФИО1 и ФИО2, считает, что истец пропустила срок исковой давности, просил суд применить срок исковой давности в отношении требований истца о взыскании задолженности по кредитному договору, отказав истцу в удовлетворении исковых требований.

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве ответчика ООО «Авто-Лизинг Сибирь» в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещался в установленном законом порядке.

Представитель 3-го лица ПАО Банк «Финансовая корпорация Открытие» в судебное заседание не явился, о дне и месте слушания дела извещен надлежаще, согласно письменному отзыву поддержал требования ФИО1, указав, что 24 октября 2020 года между ПАО «РГС Банк» (в настоящее время ПАО Банк «Финансовая корпорация Открытие» и ФИО1 был заключен договор №, срок действия договора до 24 октября 2025 года, в обеспечение обязательств по кредитному договору между банком и ФИО1 был заключен договор залога, согласно которому в залог банку передано спорное транспортное средство. В реестре уведомлений о залоге движимого имущества залог банка зарегистрирован 13 июля 2022 года, уведомление № 2022-007-116844-405. Согласно п.1,2, 1.4 договора залога право залога возникает с момента заключения договора залога и предмет залога обеспечивает требования залогодержателя в том объеме, в каком они будут иметь место к моменту их фактического удовлетворения. При этом в соответствии с п.п.2.1.2 п.2.1 залогодатель обязан не отчуждать предмет залога или иным образом распоряжаться предметом залога без письменного согласия залогодержателя (банка).

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся, надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основании своих требований и возражений.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (абз. 1 п. 2 ст. 218 ГК РФ).

Согласно ст.301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Частью 1 ст.302 ГК РФ предусмотрено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник праве истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с п.39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29.04.2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав" собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражений ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

При этом следует учитывать, что выбытие имущества из владения того или иного лица является следствием конкретных фактических обстоятельств. Владение может быть утрачено в результате действий самого владельца, направленных на передачу имущества, или действий иных лиц, осуществляющих передачу по его просьбе или с его ведома. В подобных случаях имущество считается выбывшим из владения лица по его воле. Если же имущество выбывает из владения лица в результате похищения, утери, действия сил природы, закон говорит о выбытии имущества из владения помимо воли владельца (п. 1 ст. 302 ГК РФ). Именно такие фактические обстоятельства, повлекшие выбытие имущества из владения лица, и учитываются судом при разрешении вопроса о возможности удовлетворения виндикационного иска против ответчика, являющегося добросовестным приобретателем имущества по возмездной сделке.

Таким образом, следует различать волю на совершение сделки по передаче владения и волю, направленную непосредственно на передачу владения. Только вторая имеет значение для применения правила п. 1 ст. 302 ГК РФ. Причем ее оценка связана с обстоятельствами, при которых состоялось выбытие вещи из владения, а не с обстоятельствами, сопутствовавшими заключению договора, и, соответственно, не зависит от его квалификации как действительного или недействительного.

Согласно ст. 161 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу ст. ст.420, 421 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Пунктом 1 статьи 432 ГК Российской Федерации предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьей 454 ГК Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу статьи 455 ГК Российской Федерации существенным условием договора купли-продажи является условие о товаре, которое считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара (пункт 3 статьи 455 ГК Российской Федерации).

Согласно статье 485 ГК Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 424 данного Кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами, договором или обычно предъявляемыми требованиями необходимы для осуществления платежа.

Из анализа приведенных правовых норм следует, что цена не относится к существенным условиям договора купли-продажи транспортного средства.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 24 октября 2020 года между ФИО1 ПАО «Росгосстрах Банк» был заключен кредитный договор №, согласно которому ФИО1 был предоставлен кредит в сумме 811200 рублей на приобретение транспортного средства, сроком на 60 месяцев. Ежемесячный платеж по данному кредиту составляет 20118 рублей 01 копейка, что подтверждается кредитным договором и графиком платежей.

Согласно п.11 индивидуальных условий договора потребительского кредита, являющихся неотъемлемой частью кредитного договора, целью использования заемщиком потребительского кредита является оплата транспортного средства/сервисных услуг автосалона/страховых взносов.

Согласно п.25 и п.26 указанных индивидуальных условий для оплаты транспортного средства переведены кредитные средства банка в пользу ООО «Кредит –Авто+» в размере 767000 рублей, а также в пользу ООО «Этнамед» 44200 рублей.

24 декабря 2020 года был заключен договор комиссии между ФИО6 (продавцом автомобиля) и ООО «Кредит Авто+» на оформление в интересах истца документов по продаже транспортного средства, автомобиля <данные изъяты>

24 октября 2020 года между ФИО1 и ООО «Кредит-Авто+» был заключен договор купли-продажи указанного выше транспортного средства, стоимость которого определена договором в 967000 рублей.

Согласно п. 2.2.5 указанного договора установлено, что указанное транспортное средство должно быть зарегистрировано истцом в МРЭО ГИБДД на основании данного договора.

24 октября 2020 года между ФИО1 и ПАО «Росгосстрах Банк» был заключен договор залога № в отношении спорного транспортного средства, выступающего в качестве обеспечения исполнения обязательства – кредита перед банком, залоговая стоимость транспортного средства составляет 967000 рублей.

Согласно п.1.5 договора предмет залога остается у залогодателя, то есть во владении и пользовании истца.

На истца данным договором возложена обязанность не отчуждать предмет залога или иным образом распоряжаться предметом залога без письменного согласия залогодержателя, то есть банка (п.2.1.2).

Согласно паспорту транспортного средства ФИО1 указана собственником данного автомобиля.

25 октября 2020 года между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи транспортного средства автомобиля <данные изъяты>, указанный договор содержит сведения о том, что покупатель в оплату за приобретенное транспортное средство передал продавцу, а продавец получил денежные средства в размере 100000 рублей. Договор был подписан сторонами.

В ходе судебного заседания представитель истца адвокат Фокина Н.Н. подтвердила, что ответчик ФИО2 при заключении с ним договора купли-продажи транспортного средства не передал денежные средства за приобретенный автомобиль ФИО1, но передавал ей денежные средства для оплаты взятого кредита. В общей сложности ФИО2 передал ФИО1 денежные средства в размере 110000 -120000 рублей.

Таким образом, суд отклоняет довод истца о безденежности договора купли-продажи транспортного средства, заключенного между ФИО1 и ФИО2, поскольку в договоре купли продажи не содержатся требования составления расписки в подтверждении передачи денежных средств покупателем продавцу, и представитель истца подтвердила, что денежные средства в размере 100 000 рублей ФИО2 переданы ФИО1

Факт передачи автомобиля в ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривался, что свидетельствует об исполнении заключенного между сторонами договора.

Оценивая вышеуказанные фактические обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что спорный автомобиль выбыл из владения истца по его воле, поскольку она имела намерение продать свой автомобиль, приобретенный за счет кредитных средств, достигла соглашения по данному вопросу с ФИО2, осознавала сущность подписываемого ей договора купли-продажи, что подтверждено в судебном заседании ее представителем.

Также суд не может принять во внимание довод представителя истца Фокиной Н.Н. о том, что истец ФИО1 и ФИО2 состояли в близких отношениях, и ФИО1 пошла ему на встречу, поскольку у них были доверительные отношения, так как это не снимает с ФИО1 ответственности по совершению юридически значимых действий.

При заключении договора купли-продажи от 25 октября 2020 года ФИО1 и ФИО2 добровольно согласовали все существенные условия договора, в подтверждение чего поставили свои подписи в договоре.

ФИО1, совершая сделку купли-продажи автомобиля, была осведомлена о существенных условиях договора, осознавала характер и существо правоотношений.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 166, п. 1 ст. 167 ГК РФ).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 1 ст. 168 ГК РФ).

Истцом в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ не представлено в суд доказательств, отвечающих принципам относимости и допустимости, подтверждающих, что спорная сделка совершена в нарушении требований закона или иных правовых актов.

В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку. Таким образом, для признания сделки мнимой необходимо установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.

По смыслу ч. 1 ст. 170 ГК РФ совершение мнимой сделки не направлено на достижение каких-либо правовых результатов (последствий) для ее сторон, так как действия сторон имеют в виду создание видимости правовых последствий для третьих лиц. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

Из п. 2 ст. 170 ГК РФ следует, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 ГК Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Как следует из содержания оспариваемого договора, он содержит ясно выраженное намерение истца совершить продажу транспортного средства ФИО2 за денежную сумму в размере 100000 рублей, как следует из договора.

Доказательств, свидетельствующих о том, что договор купли-продажи заключался без намерения создать соответствующие правовые последствия, связанные с отчуждением имущества и перехода права собственности на него, истцом не представлено.

ФИО1 при заключении сделки располагала подлинником паспорта-транспортного средства, комплектами ключей от автомобиля, в ее распоряжении находилось само транспортное средство.

Истец в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представила суду доказательств того, что приобретатель в лице ответчика ФИО2 должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Документы, переданные отчуждателем ответчику ФИО2, послужили основанием для постановки автомобиля на регистрационный учет в органах ГИБДД.

Фактически ФИО1 и ФИО2 не только заключили договор купли-продажи спорного автомобиля, но и совершили те действия, с целью которых этот договор заключался, то есть реализовали свои намерения на заключение и исполнение договора купли-продажи.

Таким образом, оснований для признания заключенного договора купли-продажи недействительной сделки по основаниям мнимости и притворности, исходя из заявленных требований, суд не усматривает.

Совершенная сделка по купле-продаже спорного автомобиля, отвечает признакам действительной сделки во всем, в связи с чем, доводы истца не исключают добросовестности в действиях приобретателя ФИО2 и не могут служить основанием для признания его недобросовестным приобретателем имущества. Договор соответствует требованиям действующего законодательства. Стороны осознавали правовую природу оспариваемой сделки. Волеизъявление сторон было направлено на заключение договора купли-продажи. Оснований для признания данного договора недействительным не имеется.

Согласно карточке транспортного средства автомобиль <данные изъяты>, принадлежит на праве собственности ФИО4 на основании договора купли-продажи, заключенного между ФИО3 и ФИО4 02 февраля 2022 года.

Из карточки поиска по МРЭО ГИБДД, также усматривается, что спорный автомобиль выбывал из собственности ФИО2 в собственность ФИО3, и впоследствии из собственности ФИО3 в собственность ФИО4

Указанные обстоятельства подтверждаются договором купли-продажи транспортного средства № NS-2102LV/16-04 от 16 февраля 2021 года, заключенного между ООО Авто-Лизинг Сибирь» и ФИО2, актом приема передачи транспортного средства от 16 февраля 2021 года, договором купли-продажи транспортного средства №NS-2102LV/16-64-И от 30 ноября 2021 года, заключенного между ООО Авто-Лизинг Сибирь» и ФИО3, договором купли-продажи транспортного средства от 2 февраля 2022 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4

Также суд учитывает то обстоятельство, что факт не передачи денежных средств истцу не имеет правового значения для разрешения данного спора и не может являться основанием для признания сделок недействительными.

Нарушение порядка отчуждения заложенного имущества не влечет признание сделки недействительной, а только порождает определенные права и обязанности у залогодержателя и приобретателя заложенного имущества.

Также суд учитывает то обстоятельство, что на момент перегистрации транспортного средства на ФИО2, впоследствии на ФИО3, и ФИО4, автомобиль <данные изъяты>, не находился в реестра заложенного движимого имущества, о чем свидетельствуют сведения из базы данных, из которой следует, что впервые сведения внесены в реестр 13.07.2022.

Вопреки утверждениям истца, в материалах дела отсутствуют основания для признания договоров купли-продажи автомобиля недействительными и доказательства недобросовестности ФИО2 при приобретении спорного автомобиля, а потому суд приходит к выводу о том, что оснований для признания последующих договоров купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок, прекращении права собственности на автомобиль, возврате автомобиля не имеется, в связи с чем, ФИО1 надлежит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В ходе судебного заседания представителем ответчика ФИО4 по доверенности ФИО5 заявлено ходатайство о применении срока исковой давности к заявленным исковым требованиям.

Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен ст.181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2).

Суд отказывает в применении к исковым требованиям ФИО1 последствий пропуска срока исковой давности, поскольку срок исковой давности по оспоримым сделкам составляет 1 год, начало течения срока исковой давности необходимо исчислять с января 2022 года, когда истец ФИО1 не смогла оплачивать кредитные обязательства, взятые по просьбе ФИО2 С исковыми требованиями истец обратилась в суд 16 апреля 2022 года.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ООО «Авто-Лизинг Сибирь» о признании договоров купли-продажи транспортного средства недействительными, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности на автомобиль, возврате автомобиля отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Веневский районный суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий