Дело № 2-97/2025
УИД 75RS0009-01-2025-000187-46
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
10 ноября 2025 года с. Газимурский Завод
Газимуро-Заводский районный суд Забайкальского края в составе:
председательствующего судьи Бянкиной Т.А.,
при секретаре Марковой Н.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 ФИО34 к ПАО «ВТБ Банк» о признании кредитного договора недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО6 В.Р. 25.08.2025 г. в лице представителя по доверенности ФИО1 обратился в суд с указанным исковым заявлением, ссылаясь на то, что 17.01.2023 г. между ПАО «Банк ВТБ» и ФИО6 В.Р. был заключен дистанционный кредитный договор № № в размере <данные изъяты>. ФИО6 В.Р. находился на рабочем месте на участке <данные изъяты>» по адресу: <адрес>. Во второй половине дня на его номер поступил звонок, звонили (примерно в 16 – 17 часов). Звонивший человек представился сотрудником службы безопасности Банка ВТБ, назвал паспортные данные ФИО6 В.Р. и сообщил, что в настоящее время по паспортным данным ФИО6 В.Р. происходит оформление кредита. Для того чтобы этого не произошло сотрудник службы безопасности Банка ВТБ предложил ФИО6 В.Р. перевести деньги на безопасные счета Банка ВТБ. Затем он перевел его на другого сотрудника банка и под его руководством ФИО6 В.Р. перевел деньги на безопасные счета Банка ВТБ. Деньги переводил несколькими частями и на разные счета, в связи с тем, что как объяснил сотрудник банка, что всю сумму перевести не получится. В процессе перевода денежных средств сотрудник предложил ФИО6 В.Р. зайти в кредитную историю и убедиться, что у него нет оформленного кредита. Зайдя в кредитную историю ФИО6 В.Р. убедился, что оформленного на его имя кредита нет. По прошествии времени ему позвонили из банка и попросили погасить задолженность по кредитному договору. Кредитный договор с Банком ВТБ ФИО6 В.Р. не заключал, кредитные средства не получал.
18 апреля 2023 г. следственным отделом СУ УМВД России по г. Чите возбуждено уголовное дело № № по ч. 4 ст. 159 УК РФ. ФИО6 В.Р. признан потерпевшим.
Таким образом, истец свою волю на заключение кредитного договора от 17.01.2023 г. № № не выражал, никаких действий по заключению договора не совершал, а в отношении него произошли мошеннические действия со стороны неустановленных лиц. В связи с чем, просит суд признать кредитный договор от 17.01.2023 г. № №, заключенный между ПАО «Банк ВТБ» и ФИО6 В.Р., недействительным.
Истец ФИО6 В.Р. и его представитель ФИО2 в судебное заседание не явились, будучи надлежащим образом извещёнными о времени и месте судебного разбирательства, ходатайств об отложении не заявили.
Представитель ответчика ПАО «ВТБ Банк» ФИО3. в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, направила в суд возражения, в которых указала, что истец сам лично заключил кредитный договор, подписав его электронной цифровой подписью. Истец, самостоятельно действуя в своей воле, и в своем интересе, перевел денежные средства, полученные в рамках кредитного договора на счета третьих лиц (вводя корректные пароли, направленные ему Банком в смс на каждую операцию перевода). Доказательств порока воли истец в суд не представил. Доказательств наличия у банка причин, позволяющих усомниться в правомерности поступивших распоряжений и (или) ограничивать клиенту в его праве распоряжаться собственными денежными средствами по своему усмотрению, реализовывать право на заключение кредитного договора, как и доказательств недобросовестного поведения ответчика, в том числе данных о том, что виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало в совершении сделки, суду Истцом не было представлено.
Третье лицо АО «СОГАЗ» в судебное заседание своего представителя не направило, надлежащим образом извещено о времени и месте рассмотрения дела.
Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.
Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с положениями ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 настоящего Кодекса, если иное не установлено настоящим ГК РФ.
Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.
При этом, согласно разъяснениям, отраженным в п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).
Как указано в п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
В силу положений п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.
Кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным (ст. 820 ГК РФ).
В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу положений п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).
Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п. 1 ст. 178 ГК РФ).
Сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 1 ст. 179 ГК РФ).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (п. 2 ст. 179 ГК РФ).
Таким образом, по смыслу вышеприведенных норм сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).
Как следует из пояснений истца, сделка должна быть призвана недействительной как сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом.
Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О указано, что при рассмотрении споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).
В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. N ОД-2525, к таким признакам относятся: несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).
В целях заключения договоров обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи, в порядке, установленном законом или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами (пункт 4 статьи 11 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации").
В соответствии с пунктом 2 статьи 5 Закона об электронной подписи простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.
Пунктом 2 статьи 6 Закона об электронной подписи установлено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью.
Из приведенных положений закона следует, что законодательство Российской Федерации допускает заключение кредитного договора путем использования кодов, паролей или иных средств подтверждения факта формирования электронной подписи при условии соглашения сторон о специальном способе достоверного определения лица, выразившего волю на заключение договора.
Согласно ч. 14 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным Федеральным законом.
Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 05.03.2021 г. истец ФИО6 В.Р. обратился в банк ВТБ с заявлением на предоставление комплексного обслуживания в порядке и на условиях, изложенных в правилах комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО).
На основании заявления ФИО6 В.Р. подключен базовый пакет услуг: на его имя открыт мастер-счет и предоставлен доступ в ВТБ-онлайн с возможностью использования в соответствии с Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО) (далее по тексту – Правила) (л.д. 123-124).
Указанные правила определяют общие условия и порядок предоставления клиенту комплексного обслуживания, пакетов услуг, а также возможность получения отдельных банковских продуктов (пункт 1).
Кроме того, при заполнении заявления об изменении сведений, ранее представленных в банк ВТБ (ПАО) указан номер контактного телефона – <***> (л.д. 122).
Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц в ПАО Банк «ВТБ», в редакции, действовавшей на момент заключения договора, (далее - правила ДБО) определены общие условия и порядок обслуживания физических лиц в банке (п. 1.1. правил ДБО).
В соответствии с п. 1.5. правил ДБО договор дистанционного банковского обслуживания заключается в целях осуществления дистанционного обслуживания клиента в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Согласно п. 1.10 правил ДБО электронные документы, подписанные клиентом простой электронной подписью, а со стороны банка с использованием простой электронной подписи уполномоченного лица банка, либо подписанные в рамках технологии «Цифровое подписание», либо - при заключении кредитного договора в ВТБ-Онлайн, переданные/сформированные сторонами с использованием системы ДБО: удовлетворяют требованию совершения сделки в простой письменной форме в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и влекут юридические последствия, аналогичные последствиям совершения договоров (сделок), совершаемым с физическим присутствием лица (взаимном присутствии лиц), совершающего (совершающих) сделку; равнозначны, в том числе имеют равную юридическую и доказательственную силу аналогичным по содержанию и смыслу документам на бумажном носителе, составленным в соответствии с требованиями, предъявляемыми к документам такого рода, и подписанным собственноручной подписью сторон, и порождают аналогичные им права и обязанности сторон по сделкам/договорам и документам, подписанным во исполнение указанных сделок/договоров; не могут быть оспорены или отрицаться сторонами и третьими лицами или быть признаны недействительными только на том основании, что они переданы в банк с использованием системы ДБО, каналов дистанционного доступа или оформлены в электронном виде; могут быть представлены в качестве доказательств, равносильных письменным доказательствам, в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, при этом допустимость таких доказательств не может отрицаться только на том основании, что они представлены в виде электронных документов или распечаток их копий, заверенных в установленном порядке; составляются клиентом/направляются банком клиенту для подписания и признаются созданным и переданным клиентом/банком при условии их подписания клиентом простой электронной подписью в порядке, установленном правилами, и при положительном результате проверки ПЭП банком.
Доступ клиента в систему ДБО осуществляется при условии его успешной идентификации, аутентификации в порядке, установленном условиями системы ДБО (п. 3.1.1. правил ДБО).
Клиент обязуется не передавать третьим лицам (в том числе в постоянное или временное пользование) средства получения кодов, не раскрывать третьим лицам информацию о средствах подтверждения, находящихся в его распоряжении, хранить и использовать средства подтверждения, а также средства получения кодов способами, обеспечивающими невозможность их несанкционированного использования, а также немедленно уведомлять банк обо всех случаях доступа или о предполагаемой возможности доступа третьих лиц к средствам подтверждения/средствам получения кодов (п. 3.2.4 правил ДБО).
Согласно п. 7.1.1 правил ДБО клиент несет ответственность: за несвоевременное и/или неполное письменное уведомление банка об обстоятельствах, предусмотренных договором ДБО, в том числе о возникновении внештатных ситуаций, связанных с работой систем ДБО, о компрометации/подозрении на компрометацию логина/пароля/средства подтверждения и/или о несанкционированном доступе к системе ДБО/подозрении на несанкционированный доступ к системе ДБО, об изменении ранее сообщенных Банку сведений; за убытки, возникшие у банка в результате исполнения распоряжений/заявлений П/У, переданных в банк от имени клиента неуполномоченным лицом, при условии, что это стало возможно по вине клиента; за несанкционированный доступ третьих лиц к мобильному устройству, на который банк направляет пароль, ОЦП, SMS/Push-коды и/или уведомления.
Согласно п. 7.1.3 правил ДБО клиент обязан при возникновении внештатных ситуаций, связанных с работой систем ДБО, незамедлительно известить об этом банк и принять решение относительно дальнейшего исполнения распоряжения, по которому в ходе его исполнения банком не наступила безотзывность (в этом случае клиент должен предоставить в банк документ, оформленный на бумажном носителе в установленном банком порядке); в случае подозрения на компрометацию логина/пароля/средства подтверждения и/или подозрения о несанкционированном доступе к системе ДБО незамедлительно информировать об этом банк в целях блокировки системы ДБО, в настройках мобильного приложения отключить (при наличии технической возможности) все мобильные устройства, подключенные для авторизации с использованием Passcode, для получения Push-кодов и Push-сообщений.
Таким образом, отразив в заявлении на предоставление комплексного обслуживания, согласие на присоединение к действующей редакции правил ФИО6 В.Р. выразил согласие с перечисленными в данных документах условиями и принял предусмотренные в них обязанности и риски.
Согласно протоколу операции цифрового подписания – 17.01.2023 г. в личном кабинете истца в системе ВТБ-онлайн (с доверенного телефона истца) была зафиксирована подача заявки на получение кредита (пункты 1-18). Оформление кредита осуществлялось через мобильное приложение вне офиса банка (л.д. 103).
17.01.2023 г. в канале подписания «Мобильное приложение» истцу для просмотра/ознакомления и последующего подписания были направлены электронные документы: Анкета-заявление, кредитный договор, исходя из содержания, которых следовало, что клиент соглашается на получение кредита в размере <данные изъяты>.
Ознакомление и подписание сформированных электронных документов осуществлялось истцом в личном кабинете Системы ВТБ-онлайн в Мобильном приложении путем ввода кода для подписания 919074.
Следовательно, истец ФИО6 В.Р. подтвердил факт ознакомления и согласия с условиями электронных документов путем проставления соответствующей отметки подписания в канале подписания (мобильная версия ВТБ-онлайн), электронные документы были подписаны путем ввода истцом кода подтверждения 919074, направленного банком ВТБ (ПАО) посредством смс-сообщения на доверенный номер истца. В связи с вводом верного когда подтверждения, была активирована кнопка «Подписать».
Таким образом, истец 17.01.2023 г. в 10:56 заключил с Банком ВТБ (ПАО) кредитный договор № №, подписав его электронной цифровой подписью, денежные средства в размере <данные изъяты> стали доступны истцу для дальнейшего использования по своему усмотрению.
Тогда же в обеспечении по договору № в адрес АО СОГАЗ была перечислена оплата страховой премии в размере <данные изъяты>, в соответствии с подписанной электронной подписью заявления на перечисление страховой премии (л.д. 121).
17.01.2023 г. истцом были осуществлены переводы: 13:31 денежные средства в размере <данные изъяты> на счет 408*1762, введен код 515510; 13:42 денежные средства в размере <данные изъяты> получателю Никита П. на счет *0764, введен код 495908; 14:29 денежные средства в размере <данные изъяты> получателю ФИО35 на счет №, введен код № денежные средства в размере <данные изъяты> получателю № на счет *0764, введен код № № денежные средства в размере <данные изъяты> получателю ФИО36. на счет *0764, введен код 005997; 15:13 денежные средства в размере <данные изъяты> получателю Никита П. на счет *№, введен код №.
Согласно показаниям потерпевшего ФИО6 В.Р., данных им в ходе расследования уголовного дела № № и которые не опровергались истцом, 17.01.2025 г. ему позвонили с абонентского номера <***>, представились сотрудником безопасности банка, сотрудник сказал, что на него оформляется кредит, чтобы этого не произошло, нужно перевести денежные средства на безопасные счета. Через приложение «ВТб-онлайн» ФИО6 В.Р. оформил кредит на одобренную сумму <данные изъяты>, после чего он перевел денежные средства по реквизитам, которые диктовал мужчина по телефону (л.д. 66-67).
Оценив совокупность представленных в материалы дела доказательств, в частности правила комплексного обслуживания физических лиц в ПАО Банк «ВТБ», правила ДБО, учитывая содержание индивидуальных условий кредитного договора, отсутствие доказательств выбытия устройства из владения истца, факт введения одноразовых кодов-подтверждения, направленных на доверенный номер телефона ФИО6 В.Р., переводы в течении нескольких часов, а также содержание пояснений, данных истцом в рамках уголовного дела, суд приходит к выводу о том, что истцом осуществлены действия, свидетельствующие о волеизъявлении на заключение спорного кредитного договора. При этом, банк довел до ФИО6 В.Р., как потребителя финансовых услуг всю предусмотренную законом информацию об условиях заключаемой сделки, предпринял меры направленные на идентификацию клиента его аутентификацию в информационной системе, обеспечение безопасности в связи с выявлением подозрительной операции (блокировка счета).
При этом, спорный кредитный договор заключен в соответствии с положениями согласованных сторонами спора правил комплексного обслуживания физических лиц в ПАО Банк «ВТБ», правил ДБО, с использованием аналогов собственноручной подписи, что соответствует требованиям законодательства Российской Федерации в сфере защиты прав потребителей и кредитования.
Установлено, что истец лично входил в приложение и подписывал документы на оформление кредита, брал кредит и переводил денежные средства третьим лиц. При этом не предоставил доказательств, свидетельствующих о наличии объективной возможности принятия банком дополнительных мер безопасности, но не принятых им.
С учетом изложенного, а также введения всех направленных кодов подтверждения, осуществления операций с использованием одного и того же устройства, у ПАО Банк «ВТБ» имелись достаточные основания полагать, что согласие на получение кредита и дальнейшее распоряжение денежными средствами осуществлено ФИО6 В.Р., самостоятельно, авторизовавшимся в системе ВТБ-Онлайн, успешно прошедшим идентификацию и аутентификацию. При наличии данных условий у банка не возникли и объективно не должны были возникнуть сомнения относительно действительности сделки и наличия волеизъявления ФИО6 В.Р., на ее заключение. При том, что ввод кодов подтверждения является для банков определяющими факторами, свидетельствующими об осуществлении действий клиентом банка, либо иным лицом с его (клиента) согласия и по его воле.
Действия Банка по выполнению распоряжения ФИО6 В.Р. по переводу денежных полностью соответствуют требованиям ст. 845, 854, 847, 848, 849 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениям Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», Положения Банка России от 29.06.2021 № 762-П (ред. от 03.08.2023) «О правилах осуществления перевода денежных средств».
Положениями п. 3 ст. 845 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по усмотрению.
В настоящем случае отсутствуют какие-либо правовые основания, обязывающие Банк ограничить клиента в распоряжении денежными средствами.
При этом, поведение истца после заключения кредитного договора давало банку основания полагаться на его действительность на что указывают следующие обстоятельства по делу.
Уголовное дело по факту мошенничества было возбуждено 18.04.2023 г. (л.д. 63).
При этом первые списания за кредит производились банком 17.02.2023 г. и 11.09.2023 г. (л.д. 113-114).
Кроме того, 16.05.2025 г. было вынесено решение Газимуро-Заводского районного суда Забайкальского края, которым требования Банка ВТБ (ПАО) к ФИО6 В.Р. о взыскании задолженности по кредитному договору удовлетворены (л.д. 104-112).
Несмотря на это, с иском от имени истца обратились лишь 25.08.2025 г. (л.д. 5-10).
Доводы искового заявления о том, что кредитные договоры истец заключил в отсутствие воли, и не совершал никаких действий по заключению договора, отклоняются судом, поскольку из письменных материалов дела следует, что все необходимые действия для получения кредита совершены истцом самостоятельно. Документальных доказательств вмешательства третьих лиц, свидетельствующих о пороке воли истца, в материалах дела не имеется.
Учитывая конкретные обстоятельства заключения истцом оспариваемого кредитного договора в соответствии с договорами комплексного обслуживания, заключенными с банком, с использованием персонального мобильного телефона, полученных истцом уникального номера клиента, паролей и разовых кодов, а также последующее самостоятельное распоряжение истцом полученными кредитными средствами, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.
Руководствуясь ст. ст. 194- 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО6 ФИО33 о признании кредитного договора недействительным, отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Газимуро-Заводский районный суд Забайкальского края.
Судья Т.А. Бянкина
Решение в окончательной форме изготовлено 10.11.2025