УИД 61RS0041-01-2024-002110-93-91

Дело № 2-82/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 сентября 2025 года п. Матвеев Курган

Матвеево-Курганский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Цокуренко Н.П.,

при секретаре судебного заседания Федоренко Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, о признании утратившим право пользования жилым помещением, и иску ФИО5 к ФИО4, о признании договора дарения недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности,

установил:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета, в обоснование которого указал, что на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ является собственником жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, а также земельного участка при домовладении с кадастровым номером №, площадью 1856 кв.м. В данном домовладении числится постоянно зарегистрированным ФИО5, супруг сестры истца, умершей ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик проживал в спорном домовладении с 2004 года по апрель 2024, в настоящее время истец выехал в другое место жительства, вывез личные вещи и предметы обстановки, его местонахождение не известно. Поскольку ответчик не являются членом его семьи, совместное с истцом хозяйство не ведет, фактически выехал на новое место жительства и не имеет в спорном жилом помещении личных вещей, соглашение о сохранении ответчиком права пользования жилым помещением после перехода права собственности от ФИО к ФИО4 отсутствует, ответчик не желает в добровольном порядке сняться с регистрационного учета, истец просит признать его утратившим право пользования спорным жилым помещением по вышеназванному адресу и снять с регистрационного учета.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратился в суд с иском ФИО4 о признании договора дарения домовладения, заключенного между ответчиком и ФИО, недействительным, указывая в обоснование, что находился в зарегистрированном браке с ФИО, которая умерла ДД.ММ.ГГГГ. При жизни ей принадлежало домовладение в виде жилого дома площадью 65,00 кв.м., кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, и земельного участка, расположенного по тому же адресу. После смерти ФИО истец обратился с заявлением о вступлении в наследство к нотариусу, где узнал, что жилой дом и земельный участок по вышеуказанному адресу был отчужден ответчику ФИО4 в 2021 году. Полагает, что ФИО не могла совершать никаких сделок в 2021 году, поскольку с 2020 года тяжело болела, принимала сильные лекарственные препараты, не могла ходить самостоятельно, не могла сама себя обслуживать, при этом у нее было очень плохое зрение и она практически ничего не видела, следовательно, прочесть какой-либо документ, чтобы осознать его содержание она бы не смогла. В данном домовладении он с супругой проживали от момента регистрации брака до смерти супруги, а значит и после отчуждения домовладения. Ответчик в домовладение не въезжал, дом и земельный участок ему не передавался. Полагает, что оспариваемой сделкой нарушено его право как наследника первой очереди, в случае признания судом недействительным и отмены договора по отчуждению ФИО спорного домовладения, он будет иметь право унаследовать его.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ объединено в одно производство для совместного рассмотрения гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным с гражданским делом по иску ФИО4 к ФИО5 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета.

В ходе рассмотрения дела ФИО5 уточнил заявленные требования в порядке ст.39 ГПК РФ, в которых указывает на то, что умершая ФИО при жизни была собственником домовладения по адресу: <адрес>. Имущество получено ею по наследству и не является общим имуществом супругов. При жизни, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО и ФИО4 был заключен договор дарения, право собственности зарегистрировано в Росреестре ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п.4 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, на момент подписания договора в домовладении зарегистрированы: ФИО, ФИО4 и истец ФИО5. Пункт 7 данного договора дарения содержит формулировку о передаче имущества и согласии сторон признать договор имеющим силу передаточного акта без фактического подписания акта передачи. Однако фактически передача имущества ФИО4 не состоялась: ФИО4 в домовладении не проживал, а истец продолжал фактическое пользование имуществом до настоящего времени, включая момент смерти ФИО, оплачивать коммунальные услуги и налоги. Истец ссылается на «Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ, полагает, что указанная сделка была осуществлена лишь для вида без цели исполнить ее при жизни ФИО с целью вывести спорное имущество из состава наследственного имущества. В силу ст.572 ГК РФ дарение представляет собой безвозмездную сделку, в которой требуется передача имущества. Отсутствие фактической передачи свидетельствует о том, что цель договора не достигнута, и дарение не может считаться состоявшимся. В связи с изложенным, просит признать договор дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО и ФИО4 недействительным (мнимой сделкой) и применить последствия ее недействительности.

В ходе рассмотрения дела в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено управление Росреестра по Ростовской области.

В судебном заседании ФИО4 и его представитель по ордеру ФИО6 поддержали заявленные требования о признании ФИО5 утратившим право пользования жилым помещением, просили удовлетворить. В удовлетворении требований ФИО5 о признании договора дарения недействительной сделкой просили отказать ввиду отсутствия оснований.

В судебном заседании ФИО5 и его представитель по доверенности ФИО7 и представитель по ордеру ФИО8 (свидетельство о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ, ранее ФИО9), настаивали на удовлетворении требований о признании договора дарения недействительной сделкой по изложенным в иске основаниям, просили удовлетворить, возражали против признания ФИО5 утратившим право пользования жилым помещением.

Третье лицо: Управление Росреестра по РО, будучи надлежащим образом извещенным, своего представителя не направило, об отложении дела не заявлено. Дело рассмотрено в отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Изучив материалы дела, выслушав мнения сторон, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п.1 ст.45 СК РФ, имущество, нажитое во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии с п.1 ст.36 СК РФ имущество, принадлежащее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

ФИО состояла в зарегистрированном браке с ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО умерла.

ФИО на праве собственности принадлежал жилой дом, площадью 65, кв.м., с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес>, а также земельный участок при домовладении с кадастровым номером №, площадью 1856 кв.м.

Указанный жилой дом и земельный участок принадлежали ФИО на праве собственности на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию серия № от ДД.ММ.ГГГГ, номер в реестре нотариуса: № (наследственное дело № в т..1 на л.д. 88-113). Право собственности зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости ДД.ММ.ГГГГ, записи регистрации № и № соответственно.

Согласно п.1 ст.209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения имуществом.

Как следует из п.2 ст.218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО (даритель) и ФИО4 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передал одаряемому жилой дом площадью 65, кв.м., с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, а также земельный участок при домовладении с кадастровым номером №, площадью 1856 кв.м. (т.1 л.д.9).

Дом и земельный участок были приобретены в собственность ФИО в порядке наследования, в связи с чем в силу ст.36 Семейного кодекса РФ не относятся к общему имуществу супругов, то есть является ее личной собственностью, что не порождает у ФИО обязанность получения согласия супруга на ее отчуждение.

В судебном заседании было установлено, что истец в силу требований ст.1142 ГК РФ входит в круг наследников по закону первой очереди, а поэтому имеет право на обращение в суд с иском о защите своих наследственных прав.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

С целью проверки первоначальных доводов ФИО5 о недействительности оспариваемого им завещания, и по ходатайству стороны, определением Матвеево-Курганского районного суда Ростовской области от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ГБУ Ростовской области «Психиатрическая больница».

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № посмертной судебно-психиатрической экспертизы, комиссия, изучив представленную медицинскую документацию ФИО, отмечает, что на момент оформления договора дарения жилого дома и земельного участка ДД.ММ.ГГГГ, ФИО каким-либо психическим расстройством не страдала, состояние ее здоровья было обусловлено наличием у нее ряда соматических заболеваний <данные изъяты>, в связи с чем ФИО требовалось оказание помощи социальным работником) и не оказавшего существенное влияние на психические функции (восприятие, мышление, интеллект, критические и прогностические способности) ФИО В представленной медицинской документации не отмечались жалобы на нарушения психических функций, в медицинской документации при объективных осмотрах сведений, указывающих на наличие у ФИО нарушений функций высшей нервной деятельности, нет. На протяжении всего периода наблюдения и лечения ФИО у врачей- интернистов, ими никогда не назначались консультации врачей-психиатров, не отмечались какие-либо «странности» и «нелепости» в поведении ФИО, не отмечались интеллектуально-мнестические нарушения. По своему психическому состоянию, с учетом ряда соматических заболеваний, ФИО на момент заключения момент оформления договора дарения жилого дома и земельного участка, была способна к пониманию существа сделки, прогнозированию ее результатов (правовых и имущественных последствий), а также к принятию и реализации самостоятельного решения, она могла понимать значение своего поведения в данной юридически значимой ситуации; могла понимать значение своих действий и руководить ими (т.1 л.д. 177-182).

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд, оценивая заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов, в соответствии со ст. 86, 67 ГПК РФ, полагает, что данное заключение является допустимым доказательством в данном случае, поскольку оно соответствует всем необходимым нормативным и методическим требованиям, выполнено экспертами с соответствующей квалификацией, со стажем экспертной работы от 12 до 31 года, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу ложного заключения.

В заключении экспертов указана методика и последовательность экспертного исследования. Производство экспертизы проводили врачи – судебно-психиатрические эксперты ГБУ РО «Психиатрическая больница» с высшим образованием ФИО1, со стажем работы по специальности 31 год, ФИО2, стаж работы по специальности 12 лет. При проведении экспертизы использованы медицинские документы ФИО, а также исследованы материалы гражданского дела.

Доводы ФИО5 о том, что ФИО не могла в силу имевшихся у нее болезней самостоятельно совершить сделку по отчуждению имущества, также опровергаются показаниями свидетеля ФИО3, которая сообщила, что ФИО является сестрой ее супруга ФИО4 и ДД.ММ.ГГГГ подарила последнему по договору дарения принадлежащее ей домовладение по адресу: <адрес>, где они с семьей проживают в настоящее время. Данный договор был сдан в МФЦ Матвеево-Курганского района лично ФИО и ФИО4, после чего ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован в Росреестре по Ростовской области, что подтверждается сведениями из МФЦ по Матвеево-Курганскому району. ФИО передвигалась самостоятельно, у нее было плохое зрение, но она постоянно носила очки, что можно также увидеть на представленных фотоснимках.

В ходе рассмотрения дела ФИО5 уточнил заявленные требования в порядке ст.39 ГПК РФ, в которых указал, что фактически передача спорного имущества ФИО4 не состоялась, в связи с изложенным, просит признать договор дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, недействительным (мнимой сделкой), направленной на вывод домовладения из наследственного имущества, и применить последствия ее недействительности.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Судом установлено, что ФИО4 получил в дар от своей сестры ФИО по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ домовладение, расположенное по адресу: <адрес>, зарегистрировав его в установленном законом порядке, о чем имеется запись от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО4 и свидетель ФИО3 в судебном заседании показали, что ФИО получила спорное домовладение в наследство от своей матери, которая, в свою очередь хотела, чтобы домовладение осталось в семье, и впоследствии было передано дочери ФИО4 Поскольку последняя является несовершеннолетней, ФИО было принято решение заключить договора дарения с братом - ФИО4

В судебном заседании ФИО5 показал, что вместе с супругой ФИО проживал в принадлежащем ей домовладении по адресу: <адрес> момента регистрации брака, о намерении супруги подарить домовладении брату, ему ничего не было известно, за время проживания им были произведены ремонтные работы в спальне, кухне, крыши, навес, вольер, однако документов, стоимость данных работ пояснить не смог, подтверждающих документов не представил. О том, что собственником домовладения является ФИО4, он узнал после смерти супруги в ноябре 2024 года, когда ФИО4 сообщил ему об этом и стал требовать покинуть домовладение, после чего он собрал все свои вещи и выехал, стал проживать в съемном жилье.

ФИО4 пояснил, что ранее на протяжении длительного времени проживал в спорном домовладении <адрес> с матерью и сестрой ФИО, с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время зарегистрирован по данному адресу, что подтверждается адресной справкой (т.1 л.д. 85), потом стал проживать с супругой в доме ее родителей. После заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и оформления его в Росреестре по РО ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 и ФИО договорились, что последняя сможет проживать там во время болезни, а он по мере возможности производить в нем ремонт. Ремонтные работы ФИО5 делал на денежные средства супруги и ее матери. ФИО оплачивала коммунальные услуги за данное домовладение, а он (ФИО4) оплачивал налог на имущество и коммунальные платеж за воду, поскольку поливал посаженный им на территории домовладения огород, производил ремонтные работы. Кроме того, на территории спорного домовладения находилась принадлежащая ему (ФИО4) пасека с пчелами. Он каждый день приезжал утром, ухаживал за огородом, пчелами и вечером уезжал, так было на протяжении около 10 лет. Когда сестра болела в 2020 году, за ней ухаживала его супруга ФИО3 Сразу после смерти сестры, он стал проживать в спорном домовладении, сделал там ремонт, после чего примерно в декабре 2024 года перевез туда семью, где и проживают до настоящего времени.

Оснований сомневаться в изложенном не имеется, доказательств обратному не представлено.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что договор дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО и ФИО4 отвечает требованиям действующего законодательства, последний принял указанное имущество в дар, нес бремя его содержания, переход права собственности по спорному договору зарегистрирован в Управлении Росреества.

Доводы ФИО5 о том, что супруга ФИО не говорила ему о заключении договора дарения, не свидетельствуют о том, что она не имела намерения на отчуждение имущества и не могла заключить договор дарения.

То обстоятельство, что ФИО4 непосредственно после сделки не переселился в данное домовладение, а как его собственник, позволил сестре ФИО проживать в нем, не свидетельствует о мнимости договора дарения.

Доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, объективно свидетельствующих о том, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, не представлено. В связи с чем основания для признания спорного договора дарения недействительной (мниной) сделкой, а также для применения последствий ее недействительности, не имеется.

Изучив доводы искового заявления ФИО10 о признании ФИО5 утратившим право пользования жилым помещением, исследовав материалы дела, выслушав мнения сторон, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат право владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом и интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавая имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаясь им иным образом.

Согласно ч. 1 ст. 288 ГК РФ, ст. 30 ЖК РФ собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В силу ч. 1 ст. 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

В соответствии с ч. 4 ст. 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

При рассмотрении дела установлено, что собственником домовладения, расположенного по адресу: <адрес> является ФИО4, что подтверждается договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельством о государственной регистрации права.

В данном домовладении с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован ответчик ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается адресной справкой (т.1 л.д. 16).

На основании ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как указал ФИО4, ответчик ФИО5 являлся супругом ее сестры ФИО, умершей ДД.ММ.ГГГГ, после смерти сестры по его требованию ФИО5 собрал свои вещи и предметы домашнего обиходы и съехал, покинул домовладение по адресу: <адрес>. Данные обстоятельства подтверждает Акт о непроживании от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 17), не отрицает сам ФИО5 При этом ФИО5 коммунальные услуги в данном домовладении не оплачивает, договор найма не заключал.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ», членами семьи собственника жилого помещения могут быть признаны другие родственники независимо от степени родства (например, бабушки, дедушки, братья, сестры, дяди, тети, племянники, племянницы и другие) и нетрудоспособные иждивенцы как самого собственника, так и членов его семьи, а в исключительных случаях иные граждане (например, лицо, проживающее совместно с собственником без регистрации брака), если они вселены собственником жилого помещения в качестве членов своей семьи.

Согласно ч. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Согласно п.4 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и ФИО в отчуждаемом доме на момент подписания договора зарегистрированы ФИО, ФИО4, ФИО5.

Вместе с тем, данный пункт договора не содержит сведений о том, что ФИО5 сохранит право регистрации и проживания в данном домовладении.

Судом установлено, что ответчик на протяжении длительного времени не проживает в домовладении истца, общий быт с истцом не ведет. Договор найма между сторонами не заключался, семейные отношения между сторонами отсутствуют.

Учитывая, что ФИО5 с ФИО4 совместного хозяйства не ведет, его вещей в домовладении ФИО4 нет, суд приходит к выводу о том, что между ними отсутствуют семейные отношения, ФИО5 не являются членом семьи собственника домовладения. Доказательств обратному суду не представлено.

Истец, как собственник спорного жилого помещения, вправе осуществлять права владения, пользования и распоряжения принадлежащем на праве собственности жилым помещением, и соответственно заключать или не заключать с ответчиками соглашение на предмет пользования спорным жилым помещением.

Доказательств о наличии какого-либо соглашения между сторонами на предмет пользования спорным жилым помещением суду представлено не было. При этом ФИО4 отрицает наличие такого соглашения.

Согласно ст.7 Закона РФ «О праве граждан на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах РФ», ст.31 «Правил регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ» граждане РФ могут сниматься с регистрационного учета по месту жительства в связи с признанием утратившими права пользования жилым помещением.

С учетом вышеизложенного, суд полагает, что заявленные исковые требования являются ФИО4 обоснованными и подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО4, о признании договора дарения недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности – отказать.

Исковые требования ФИО4 к ФИО5, о признании утратившим право пользования жилым помещением, - удовлетворить.

Признать ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, утратившим право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>, принадлежащим ФИО4.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Матвеево-Курганский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения.

Судья: Н.П. Цокуренко

Мотивированный текст решения изготовлен 09.09.2025.