Судья р/с Третьякова И.В. Дело № 22-3675/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 31 августа 2023 года

Судья Кемеровского областного суда Саянов С.В.

при секретаре судебного заседания Басалаевой Е.Н.

с участием прокурора Черепановой К.В.

законного представителя потерпевших ФИО25

адвоката ФИО27., действующего в интересах законного представителя потерпевших ФИО26

защитника-адвоката Дорошкевич О.И.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осуждённого ФИО1 и адвоката Мельничук Л.А. в его защиту, апелляционную жалобу адвоката Бужака К.В. в интересах законного представителя потерпевших ФИО4 на приговор Ленинского районного суда г. Кемерово от 22.06.2023, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, со средним специальным образованием, женатый, имеющий на иждивении троих детей, работающий ООО «<данные изъяты>» водителем, проживающий по адресу: <адрес>, <адрес>, не судимый,

осуждён по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 2 годам ограничения свободы.

Возложена обязанность: являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, 1 раз в месяц для регистрации.

Установлены ограничения: не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации; не выезжать за пределы территории Омского муниципального района без согласия указанного специализированного государственного органа.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Заслушав мнение защитника Дорошкевич О.И., поддержавшей доводы лоб, мнение законного представителя потерпевших ФИО13 и её представителя - адвоката ФИО10, поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Черепановой К.В., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осуждён за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционной жалобе защитник Мельничук Л.А., выражая несогласие с приговором, считает положенные в его основу протоколы следственных действий и заключение автотехнической экспертизы недопустимыми доказательствами, так как они проведены с нарушением норм УПК РФ, а именно, при проведении следственного эксперимента было нарушено право на защиту ФИО1, которому не были разъяснены права на приглашение адвоката и право, предусмотренное ст. 51 Конституции РФ.

Указывает, что при производстве автотехнической экспертизы эксперт руководствовался только установочными данными, указанными следователем и поставленными им вопросами. При этом, следователем не были проверены в полной мере обстоятельства нарушения правил дорожного движения водителем автомобиля «Мазда», который не выставил знак аварийной остановки, не включил световые приборы, и не надел светоотражающий жилет.

Обращает внимание, что в судебном заседании специалист ФИО8 пояснил, что в заключении имеются методологические и процессуальные нарушения, что оно основано на замерах рулеткой неизвестного происхождения. В основу заключения эксперта положены данные, изложенные в протоколе следственного эксперимента, который проведён с нарушениями права ФИО1 на защиту. Эксперимент проводился в иное время года и суток, что существенно отличает обстановку в момент ДТП и следственного эксперимента.

Указывает на процессуальные нарушения при составлении протокола следственного эксперимента. Полагает, что судом должна была быть назначена повторная автотехническая экспертиза.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1, выражая несогласие с приговором, считает недопустимым доказательством протокол следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, полученным с нарушением его права на защиту.

Указывает, что, исходя из основания возбуждения уголовного дела, его участия в ДТП, как водителя, сбора доказательств для квалификации его действий относительно соблюдения ПДД РФ, в отношении него фактически осуществлялось уголовное преследование с момента возбуждения уголовного дела. Сведения, отражённые в протоколе следственного эксперимента, получены на основании его показаний.

Обращает внимание, что право на защиту следователем ему не разъяснялось, он был предупреждён об ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ.

Отмечает, что в судебном заседании пояснял, что не согласен с результатом следственного эксперимента, так как условия, при которых он проводился ДД.ММ.ГГГГ в части видимости, погоды, не соответствовали условиям на дату ДТП – ДД.ММ.ГГГГ. О несоответствии погодных условий он указывал следователю, а о том, что его замечания должны были быть внесены в протокол, не знал. Указывает, что ему не было разъяснено о возможности обжалования действия следователя и протокола следственного эксперимента.

Считает, что наличие у него процессуального статуса свидетеля на период проведения следственного эксперимента носило формальный характер, так как цель следственного эксперимента, при котором он давал показания, на основании которых устанавливались обстоятельства подозрения в совершении преступления, по условиям ч. 2 ст. 73 УПК РФ, не соотносится с положением ст. 56 УПК РФ.

Также считает необоснованным вывод суда о разъяснении ему прав, предусмотренных ст. 56 УПК РФ, и отсутствие с его стороны заявлений о предоставление защитника, поскольку ему не разъяснялось право иметь защитника, и он не подавал заявления об отказе от услуг защитника.

Полагает, что заключение эксперта №Э2-572 от ДД.ММ.ГГГГ является недостоверным доказательством, так как расчёт технической возможности экспертом проводился исходя из данных, полученных при следственном эксперименте ДД.ММ.ГГГГ.

Указывает, что суд в нарушение требований п. 3.1. ч. 2 ст. 74 УПК отказал ему в допуске в качестве специалиста ФИО8, допросив последнего как свидетеля по условиям ст. 56 УПК РФ, и оценил заключение специалиста, как рецензию на протокол следственного эксперимента.

Считает, что отказ суда в привлечении в качестве специалиста ФИО8 по уголовному делу лишил его права на его участие при допросе эксперта ФИО17 в порядке ст. 58 УПК РФ, поскольку он и защитник не имели специальных познаний в области автотехнических исследований и для формирования вопросов по предмету исследования эксперта с его стороны привлекался специалист, так как им оспаривались не только достоверность выводов о технической возможности предотвратить ДТП, то есть установление в его действиях не соответствие требованиям п.10.1 ПДД РФ, но и отсутствие с его стороны нарушения п. 9.10 – не соблюдение бокового интервала.

Считает, что положения п. 9.10 ПДД РФ в части нарушения бокового интервала не применимы, поскольку он при управлении автомобилем КАМАЗ совершил наезд передней частью автомобиля на заднюю часть автомобиля «Мазда Аксела». Контакта боковыми частями транспортных средств не было.

Кроме того, считает необоснованным вывод суда об измении им показаний в судебном заседании относительно показаний, данных на предварительном следствии, поскольку они не противоречат, а дополняют обстоятельства, ранее указанные в протоколах допросов.

Указывает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о проведении следственного эксперимента с участием защитника и назначении дополнительной судебной автотехнической экспертизы.

Полагает, что суд в нарушение требований ч. 2 ст. 61 УРК РФ при назначении наказания не учёл в качестве смягчающего обстоятельства нарушение водителем «Мазда Аксела» ФИО9 требований п.2.3.4 ПДД РФ.

Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение в тот суд в ином составе.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО10 в интересах представителя потерпевших ФИО13 считает приговор чрезмерно мягким, назначенное наказание – несоответствующим тяжести преступления.

Указывает, что судом не учтено мнение потерпевших о назначении более сурового наказания, не учтено, что вред причинён двум малолетним детям, которые до сих пор проходят лечение, судом не оценена общественная опасность преступления.

Обращает внимание, что ФИО1 вину не признал, извинений потерпевшим не приносил, в содеянном не раскаялся, мер по заглаживанию вины и возмещению вреда не предпринимал. Кроме того, затягивал рассмотрение дела, уклонялся от вызовов участкового уполномоченного полиции, сотрудников уголовного розыска в рамках доследственной проверки, и от вызовов следователя в рамках возбужденного уголовного дела.

Считает, что наказание должно быть назначено только в виде лишения свободы.

Просит приговор отменить.

В возражениях государственный обвинитель Беспалов О.А. предлагает приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив приговор и материалы уголовного дела, обсудив доводы жалоб, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении установлена исследованными в судебном заседании и приведёнными в приговоре доказательствами, которым судом дана надлежащая оценка, достоверность доказательств сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал, пояснив, что в ДТП имеется вина водителя автомобиля потерпевшего, поскольку остановка автомобиля «MAZDA AXELA» не была обозначена аварийными сигналами, он не мог увидеть указанный автомобиль, чтобы вовремя остановиться и избежать столкновения. Перед рейсом ДД.ММ.ГГГГ автомобиль «КАМАЗ 5490-S5» с гос.знаком К160МХ 154 и полуприцепом цистерна «БОНУМ 914210» с гос.знаком ТЕ0214 54, был осмотрен им и механиком. Он выехал с территории гаража погода была пасмурная, без осадков, проезжая часть сухая. При въезде в <адрес> на улице было темно, при движении по <адрес> на его автомобиле был включен ближний свет фар. Он двигался со скоростью 65 км/ч. Проехав регулируемый светофорными объектами перекресток с <адрес>, он продолжил движение прямо по <адрес> по первой полосе движения от правого края проезжей части в направлении <адрес>. Проехав железнодорожный мост, проходящий над проезжей частью <адрес>, примерно за две секунды до удара, у правого края проезжей части по ходу его движения он увидел свет экрана от телефона. Он сразу нажал на педаль тормоза и увидел, что у правого края проезжей части стоял автомобиль. Так как дистанция между его и стоящим автомобилем было небольшая, то избежать столкновения не удалось. Водитель находился без светоотражающего жилета, знака аварийной остановки не было, аварийный сигнал на момент столкновения не был включен. При участии в следственном эксперименте он пояснял, что дорожно-метрологические условия не совпадали с теми условиями, которые были на момент ДТП. От предложения следователя пригласить адвоката для участия в следственном эксперименте ДД.ММ.ГГГГ, от чего он добровольно отказался.

Допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО1 пояснил, что, до столкновения с автомобилем потерпевших, его ослепил свет фар одного из встречных автомобилей. После чего, за 10 метров у правого края проезжей части по ходу его движения он увидел свет от экрана телефона и нажал на педаль тормоза. Удар пришёлся на переднюю часть его автомобиля и заднюю часть стоящего автомобиля, который понесло вперед, он увидел, что у автомобиля были включены фары.

В обоснование вывода о виновности осуждённого ФИО1 суд правильно сослался в приговоре на показания представителя потерпевших -

ФИО13, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №1, Свидетель №3, а также письменные доказательствами исследованные в судебном заседании в установленном законом порядке.

Так, из показаний представителя потерпевших ФИО13 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время она с мужем (Свидетель №3) и двумя несовершеннолетними детьми (ФИО3 и ФИО2) осуществляли движение на автомобиле под управлением мужа в сторону <адрес>. На <адрес> муж остановил автомобиль на правой стороне проезжей части, двигатель не глушил, включил аварийную сигнализацию и вышел из автомобиля, и увидел, что заднее правое колесо было спущено. На улице дорожные полосы было видно хорошо. Через 20 минут по просьбе мужа домкрат привезла Свидетель №2 Муж начал заниматься заменой колеса, она повернулась к детям и больше ничего не помнит.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №3 ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время он управлял автомобилем «Мазда» в котором находились его жена и две дочери. Он повернул с <адрес> в направлении <адрес>, двигался по крайней правой полосе движения. Погода была ясная, без осадков, дорожное покрытие сухое. Проезжая железнодорожный мост, он почувствовал, что машину стало кидать по сторонам, он припарковал автомобиль к правому бордюрному камню, включил аварийный сигнал и остановился. Двигатель не глушил, был включен ближний свет фар, сзади горели габаритные огни. Выйдя из автомобиля, он обнаружил, что заднее правое колесо спущено. Он выставил знак аварийной остановки, оперев его на домкрат, который был в машине, но который не подходил по размеру для замены колеса. По его просьбе Свидетель №2, привезла ему домкрат и уехала. Вся семья находились в автомобиле, он занимался заменой заднего правого колеса, и в этот момент произошёл удар грузового автомобиля (бензовоза) в заднюю часть его автомобиля.

Из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что ДД.ММ.ГГГГ по просьбе Свидетель №3 она привезла ему домкрат. Приехав она увидела, что на автомобиле Свидетель №3 была включена аварийная сигнализация, а на асфальте стоял знак аварийной остановки. Передав домкрат ФИО19 она уехала домой.

Суд обоснованно признал показания представителя потерпевших и свидетелей достоверными и положил их в основу приговора, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Оснований не доверять показаниям указанных выше лиц у суда не имелось, поскольку они последовательны, логичны, не имеют противоречий по обстоятельствам, имеющим существенное значение для дела, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, признанными судом достоверными. Причин для оговора осуждённого данными лицами судом не установлено. Не усматривается таких оснований и судом апелляционной инстанции.

Также виновность ФИО1 подтверждается письменными материалами дела:

- протоколом осмотра участка местности расположенного в 1,4 м. от правого края проезжей части, в 143, 7 м. от здания № по <адрес> на проезжей части <адрес> покрытие горизонтальное, асфальтовое, сухое, на покрытии отсутствует частицы песчано-гравийной смеси, в пористых отверстиях нет льда и снега. В салоне автомобиля «МАЗДА АКСЕЛА» клавиша аварийной остановки находится в положении включено;

- протоколом следственного эксперимента в ходе которого ФИО1 показал, что на момент проведения эксперимента погодные и дорожные условия аналогичны тем, которые были в момент ДТП. Данные о расстоянии, с которого ФИО1 мог видеть автомобиль потерпевшей и убедиться в безопасности движения, внесены в протокол со слов ФИО1;

- заключением автотехнической экспертизы № Э2-572 от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что в дорожной ситуации в момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ водитель автомобиля «КАМАЗ» должен был руководствоваться требованиями п. 9.10 (в части бокового интервала) и 10.1. (1 абз.) ПДД. Величина скорости движения автомобиля КАМАЗ перед началом торможения – 76,3 км/ч. Величина максимально допустимой скорости движения автомобиля при условии видимости элементов дороги равной 22,5 м. – 43,1 км/ч. Водитель автомобиля «КАМАЗ» располагал технической возможностью предотвратить столкновение со стоящем автомобилем «MAZDA AXELA» путём экстренного торможения с остановкой транспортного средства до места столкновения. Водитель автомобиля «КАМАЗ» имел возможность безопасно перестроится на среднюю полосу движения для объезда стоящего автомобиля «MAZDA AXELA». Действия водителя автомобиля «КАМАЗ» не соответствовали требованиями п. 10.1. (1 абз.) и 9.10 (в части бокового интервала) ПДД РФ;

- протоколами выемок и осмотров автомобилей «MAZDA AXELA» и «КАМАЗ 5490-S5», с полуприцепом цистерной «БОНУМ 914210»;

Осмотренные автомобили приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств.

- заключением судебно - медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводов которой потерпевшей ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, были причинены: закрытый <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> образовавшиеся от воздействий тупых твердых предметов, возможно в условиях дорожно-транспортного происшествия, в срок, не противоречащий указанному в обстоятельствах дела – ДД.ММ.ГГГГ;

- заключением судебно -медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводов которой потерпевшей ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, были причинены: <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты>; <данные изъяты>-<данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты>, <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи. <данные изъяты>-<данные изъяты> <данные изъяты> в <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> средней степени тяжести, <данные изъяты> <данные изъяты> в отдельности по тяжести вреда, причинённого здоровью человека, не расценивается, так как могла образоваться одновременно с <данные изъяты> <данные изъяты> в условиях дорожно-транспортного происшествия.

Суд привёл в приговоре мотивы, по которым принял вышеуказанные и другие доказательства в качестве допустимых и достоверных. Оснований не согласиться с приведёнными в приговоре мотивами принятых решений судебная коллегия не находит.

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осуждённому и защитнику в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших на постановление законного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Из материалов уголовного дела усматривается, что все положенные в основу приговора доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и обоснованно признаны судом достоверными и допустимыми.

Доводы осуждённого и его адвоката о нарушении права ФИО1 на защиту в ходе проведения следственного эксперимента, являлись предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, так из протокола следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 142-144 т.1) следует, что ФИО1 пред началом следственного действия были разъяснены права предусмотренные ст.181 УПК РФ, он был предупреждён о том, что согласно положений при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказа от этих показаний, разъяснены положения ст.51 Конституции РФ, положения ст.56 УПК РФ согласно которой он вправе пригласить защитника для участия в следственном действии, каких -либо заявлений от ФИО1 до в ходе и после проведения следственного эксперимента не поступало. Следственный эксперимент проведён с участием понятых, при погодных и дорожных условиях, аналогичных в момент ДТП, что было подтверждено и самим осуждённым в ходе его проведения.

Вопреки доводам стороны защиты оснований для признания недопустимым доказательством заключения автотехнической экспертизы № Э2-572 от ДД.ММ.ГГГГ и назначения повторной автотехнической экспертизы не имелось, так как заключение вышеназванной экспертизы соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, выполнена специалистом, сомневаться в квалификации которого оснований не имеется. Заключение эксперта оформлено надлежащим образом, научно обосновано, не противоречиво, выводы являются ясными и понятными.

Несостоятельным является и довод осуждённого о необоснованном отказе суда в допуске в качестве специалиста ФИО8 и его допросе в качестве свидетеля, поскольку согласно ст. 58 УПК РФ к компетенции специалиста не относится рецензирование проведённых следственных действий, а в соответствии со ст. ст. 17, 88 УПК РФ специалист не наделён правом оценивать доказательства.

Суд апелляционной инстанции считает, что виновность ФИО1 в совершении преступления, за которое он осуждён, доказана в полном объёме, его действия судом правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Вопреки доводам стороны защиты совокупность исследованных в судебном заседании доказательств подтверждает виновность осуждённого в содеянном. Оснований для оправдания ФИО1, как на то указано в апелляционной жалобе защитника, не имеется.

Утверждение осуждённого об отсутствии нарушения с его стороны п.9.10 ПДД РФ в части нарушения бокового интервала несостоятельны, поскольку ФИО1 не была соблюдена дистанция между автомобилем КАМАЗ, на котором он двигался по правой полосе движения, и автомобилем, стоящим у правого края проезжей части, в связи с чем он совершил наезд на автомобиль потерпевших.

Также нельзя признать состоятельными и доводы представителя потерпевших о чрезмерной мягкости наказания.

Наказание осуждённому ФИО1 назначено с учётом характера и степени общественной опасности содеянного, личности виновного, который ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности, на учётах у психиатра и нарколога не состоит, имеет стойкие социальные связи, состоит в браке, имеет троих детей, работает, то есть занимается общественно полезным трудом, имеет поощрения в трудовой деятельности, постоянное место жительства и регистрации, в целом положительно характеризующегося, а также с учётом обстоятельств, смягчающих наказание, влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств при назначении наказания осуждённому ФИО1 суд первой инстанции учёл: активное способствование расследованию и раскрытию преступления, в том числе с учётом объяснений ФИО1, в котором он добровольно до возбуждения уголовного дела подробно сообщил об обстоятельствах совершенного им преступления, в том числе обстоятельствах предшествующих столкновению, участвовал в следственных действиях, не оспаривая своей причастности к преступлению во время следственных действий и факта управления именно им транспортным средством, принятие иных мер в заглаживании причинённого вреда в виде принесения извинения, оказание помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове бригады скорой медицинской помощи, занятие общественно полезным трудом, положительные характеристики, наличие у него стойких социальных связей, статуса многодетной семьи, наличие на его иждивении супруги находящейся в декретном отпуске, двоих <данные изъяты> детей и <данные изъяты> дочери, а также неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, в том числе его супруги, родителей, родителей супруги, которые являются пенсионерами, в силу возраста нуждаются в заботе, которую осуществляет подсудимый.

Доводы осуждённого о нарушении водителем «Мазда Аксела» Свидетель №3 требований п. 2.3.4 ПДД РФ и необходимости признания этого обстоятельства смягчающим наказание являются необоснованными, поскольку правила безопасности ФИО19 были соблюдены, что подтверждается показаниями представителя потерпевших ФИО13, свидетеля Свидетель №2, протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым аварийные сигналы на автомобиле «Мазда Аксела» были включены, знак авариной остановки был установлен на необходимом расстоянии.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Суд пришёл к правильному выводу о том, что оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имеется, поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Выводы суда о виде и сроке наказания должным образом мотивированы, назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному, соответствует характеру и степени общественной опасности совершённого преступления, личности виновного, отвечает целям наказания, установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Довод жалобы представителя потерпевших о том, что при назначении наказания судом не учтено мнение потерпевших, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным.

Соблюдая принцип состязательности сторон, суд принимает во внимание мнение о наказании, высказанное как стороной обвинения, так и стороной защиты.

Вместе с тем, в соответствии со ст. 29 УПК РФ решение вопроса о назначении виновному лицу наказания является исключительной прерогативой суда.

Вопреки доводам адвоката представителя потерпевших ФИО10 суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для назначения наказания ФИО1 в виде лишения свободы, поскольку согласно ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осуждённому, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, которые по настоящему уголовному делу отсутствуют.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции находит приговор законным и обоснованным, а доводы апелляционных жалоб подлежащими отклонению ввиду их несостоятельности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г. Кемерово от 22 июня 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осуждённого, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья С.В. Саянов