Судья ФИО

Докладчик судья ФИО Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> 18 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего судьи ФИО,

судей ФИО

при секретаре ФИО,

с участием государственного обвинителя ФИО,

адвоката ФИО,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора <адрес> ФИО, апелляционной жалобе адвоката ФИО в защиту осужденного ФИОу. на приговор Новосибирского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении

ФИО Зиёдилла ФИО угли, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Республики Узбекистан, гражданина Республики Узбекистан, ранее не судимого,

УСТАНОВИЛА:

ФИОу. осужден настоящим приговором по ч.3 ст. 30, п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ к 9 годам 11 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В отношении ФИОу. до вступления приговора в законную силу сохранена мера пресечения в виде заключения под стражу.

Срок отбытия наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок наказания время предварительного содержания ФИОу. под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Обжалуемым приговором ФИОу. признан виновным и осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Преступление совершено им ДД.ММ.ГГГГ до 21 часа 20 минут, в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИОу. вину не признал, от дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО в защиту осужденного ФИОу. просит приговор в отношении последнего отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенного нарушения уголовно-процессуального закона, оправдать ФИОу. по предъявленному обвинению.

Ссылаясь на показания ФИОу., отрицавшего вину в совершении вышеназванного преступления, адвокат указывает, что

ФИОу. лишь перевозил за денежное вознаграждение в <адрес> груз в виде свертка с наркотическим средством, не зная о его содержимом, в связи с чем не имел умысла на незаконный сбыт данного наркотического средства, следовательно, субъективная сторона состава преступления отсутствует;

обвинением не представлено прямых доказательств, опровергающих доводы ФИОу. об отсутствии осведомленности о содержимом свертка и, соответственно, его причастности к совершению преступления;

согласно заключению эксперта, на внутренней упаковке свертка следов пальцев рук ФИОу. не обнаружено, на смывах с его рук следов наркотиков не имелось, при обыске в его жилище наркотических средств, следов и приспособлений для их расфасовки также не обнаружено;

ФИОу. активно сотрудничал с органом предварительного следствия, добровольно сообщил пароль от своего телефона, чтобы оперативные сотрудники смогли установить телефонный номер неустановленного лица «Мадина», нанявшей ФИОу. для перевозки груза;

в нарушение требований ст. ст. 305, 307 УПК РФ суд не привел в приговоре ни одного из доказательств стороны защиты, не дал им оценку и не привел мотивов, по которым эти доказательства отверг.

В апелляционном представлении заместитель прокурора <адрес> ФИО, не оспаривая доказанность вины, правильность квалификации действий осужденного ФИОу., просит приговор суда изменить, смягчив назначенное осужденному наказание ввиду неправильного применения уголовного закона.

Как указывает автор представления, судом необоснованно оставлена без внимания и не учтена в качестве обязательного самостоятельного смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, явка с повинной ФИОу., под которой следует понимать добровольное сообщение последним в протоколе опроса от ДД.ММ.ГГГГ сведений, ранее не известных сотрудникам полиции, а именно информации о его собственных действиях, связанных с незаконным сбытом наркотических средств, о номерах телефона лица, передавшего ему наркотические средства. Данные объяснения были получены в ходе опроса ФИОу. до возбуждения уголовного дела и в соответствии со ст. 141, 142 УПК РФ их следует расценивать как явку с повинной.

Кроме того, приняв в резолютивной части приговора решение об уничтожении вещественного доказательства – сотового телефона марки «Редми», изъятого в ходе личного досмотра у ФИОу., суд не привел мотивов, не выяснил мнение осужденного о судьбе указанного вещественного доказательства, при том, что указанный телефон не являлся орудием, оборудованием или иным средством совершения преступления, не запрещен к обращению в гражданском обороте, в связи с чем подлежит возвращению ФИОу.

Помимо изложенного, в резолютивной части приговора суд ошибочно указал на хранение в материалах уголовного дела наркотического средства – героин до принятия решения в отношении неустановленного лица, тогда как данное наркотическое средство было сдано в камеру хранения вещественных доказательств МО МВД России «Новосибирский», в связи с чем приговор в этой части подлежит уточнению.

В суде апелляционной инстанции адвокат ФИО доводы апелляционной жалобы поддержала, возражала относительного доводов апелляционного представления.

Прокурор ФИО поддержала доводы апелляционного представления, возражая против удовлетворения апелляционной жалобы адвоката.

Заслушав мнение участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов уголовного дела следует, что предварительное и судебное следствие по нему проведены полно, всесторонне и объективно, без нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту осужденного.

Вопреки доводам апелляционной жалобы об односторонности рассмотрения уголовного дела судом, о его обвинительном уклоне, судебная коллегия отмечает, что дело было рассмотрено судом всесторонне, объективно и беспристрастно.

Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе ходатайство стороны защиты, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним мотивированных решений.

Уголовное дело судом рассмотрено в рамках предъявленного ФИОу. обвинения, с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ.

Вопреки доводам адвоката описательно-мотивировочная часть приговора, согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, даты, времени и способа его совершения, формы вины осуждённого, мотивов его действий и последствий преступления.

В соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ суд привёл в приговоре убедительные мотивы, по которым принял в качестве допустимых и достоверных одни доказательства и отверг другие, поэтому доводы защиты об обратном удовлетворению не подлежат.

Виновность ФИОу. в содеянном им подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре суда.

Факт обнаружения и изъятия оперативными сотрудниками веществ, содержащих в своем составе наркотическое средство – героин (диацетилморфин), общей массой 24,21 грамма в крупном размере в присутствии понятых из кармана куртки ФИОу. последний не отрицал ни в ходе предварительного расследования, ни в судебном заседании. Не оспаривается это защитником в апелляционной жалобе и в суде апелляционной инстанции.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у ФИОу. умысла на незаконный сбыт наркотических средств, изъятых в ходе его личного досмотра, были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, опровергнутыми исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами.

Несмотря на заявления о непричастности ФИОу. к инкриминируемому преступлению, вина осужденного установлена материалами дела и подтверждается собранными в ходе предварительного следствия и исследованными в судебном заседании доказательствами, которым судом при вынесении оспариваемого приговора дана объективная оценка, при этом выводы суда не содержат предположений, противоречий и основаны на достаточной совокупности исследованных при рассмотрении дела доказательств, которым суд дал надлежащую оценку.

Субъективная оценка произошедшего и анализ доказательств, которые даны автором апелляционной жалобы, не могут быть приняты, поскольку суд первой инстанции, как того требуют положения ст. ст. 87, 88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности - достаточности для вынесения итогового решения по делу. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению приговора.

Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, судом установлены.

Фактически в жалобе адвокатом высказывается несогласие не с правилами, а с результатом оценки доказательств, которые суд признал достаточными для вывода о виновности ФИОу.

Выдвинутые в защиту осужденного доводы, в том числе аналогичные изложенным в настоящей апелляционной жалобе, проверены и обоснованно, с приведением в приговоре убедительных мотивов принятого решения отклонены судом первой инстанции как недостоверные. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции по материалам уголовного дела не усматривается.

Надуманными и противоречащими приведенным в приговоре доказательствам являются ссылки автора жалобы на то, что наркотические средства ФИОу. сбывать не намеревался, поскольку не был осведомлен о характере перевозимого им за денежное вознаграждение груза.

Так, из показаний свидетеля ФИО в судебном заседании установлено, что в оперативное отделение ПУ ФСБ России по <адрес> поступила оперативная информация о том, что гражданин Узбекистана ФИОу. незаконно приобрел наркотическое средство – героин и за денежное вознаграждение планирует переместить его из <адрес> в <адрес> на автомобиле марки «Хендай Солярис», государственный регистрационный знак <данные изъяты> с целью дальнейшего незаконного сбыта. Для проверки указанной информации и пресечения преступной деятельности ФИОу. было принято решение о проведении ДД.ММ.ГГГГ оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» за вышеуказанным транспортным средством, куда сел ФИОу. и начал движение в направлении <адрес>, после чего сотрудникам ДПС ГИБДД ГУ МВД России по <адрес> было сообщено о необходимости остановки указанного автомобиля для дальнейшего проведения оперативно-розыскных мероприятий. В ходе указанного мероприятия вышеописанная оперативная информация нашла свое подтверждение и было установлено, что в остановленном автомобиле в качестве водителя находился гражданин Узбекистана ФИО, в качестве пассажира - ФИОу., у которого в ходе личного досмотра в присутствии двух приглашенных понятых из левого кармана куртки был изъят сверток из целлофана с содержимым веществом внутри.

В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий также были получены сведения о причастности к незаконному сбыту наркотических средств неустановленной гражданки Узбекистана по имени «Одина», имеющей в пользовании абонентские номера №, №, которая на протяжении длительного времени работала оператором по распространению наркотического средства героин на территории городов Барнаул, Кемерово, Томск, Славгород, Омск, подбирала надежных курьеров, которые, будучи осведомленными о необходимости перевозки наркотиков, должны были за денежное вознаграждение переместить героин из <адрес> в указанный ею город или несколько городов.

Вопреки утверждениям защитника, оснований сомневаться в достоверности показаний свидетеля ФИО о поступлении в отдел ПУ ФСБ России по <адрес> оперативной информации в отношении конкретного лица у суда первой инстанции не имелось, не находит их и судебная коллегия.

Его пояснения об обстоятельствах проведенных оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИОу. в основном и главном соответствуют пояснениям иных свидетелей по делу.

Так, свидетели ФИО и ФИО пояснили в судебном заседании, что ДД.ММ.ГГГГ совместно с оперуполномоченным ФИО проводили оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение» на основании поступившей оперативной информации в отношении ФИОу., являвшегося межрегиональным курьером по сбыту наркотического средства героин, который должен был выехать с территории Хилокского рынка и поехать на автомобиле такси «Хендай Солярис» в сторону <адрес>. В ходе наблюдения за указанным транспортным средством было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИОу. действительно выехал с Хилокского рынка в сторону соседнего региона, после чего было принято решение об остановке транспортного средства силами сотрудников ДПС ГИБДД ГУ МВД России по <адрес>. В ходе личного досмотра у ФИОу. в присутствии двух понятых был обнаружен и изъят целлофановый сверток размером с кулак, который ими не вскрывался, был передан на исследование, а также мобильный телефон.

Каких-либо данных, свидетельствующих о недостоверности показаний оперативных сотрудников ПУ ФСБ России по <адрес> ФИО, ФИО и ФИО в силу их личной заинтересованности в исходе дела в материалах дела нет.

Оснований для вывода о недобросовестности указанных сотрудников правоохранительных органов, обстоятельств, свидетельствующих об их заинтересованности в исходе дела, о наличии у них оснований для оговора ФИОу., об искусственном создании доказательств обвинения либо их фальсификации, из материалов уголовного дела не усматривается и суду апелляционной инстанции не представлено. Названные сотрудники ПУ ФСБ России по <адрес> с ФИОу. до указанного дня лично знакомы не были, а потому оснований оговаривать его не имели.

Действия оперативных сотрудников были направлены на проверку и документирование имеющихся сведений о причастности ФИОу. к незаконному сбыту наркотических средств в составе группы лиц по предварительному сговору с неустановленным лицом, изъятие наркотических средств из незаконного оборота, то есть на пресечение и раскрытие данного преступления.

Изложенные обстоятельства исключают какой-либо провокационный характер действий со стороны сотрудников ФСБ России, учитывая, что в деле отсутствуют объективные данные, которые бы давали основания полагать, что по настоящему уголовному делу имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения.

Не указание сотрудниками правоохранительных органов на источник поступления оперативной информации в отношении осужденного и иного неустановленного лица не является основанием для признания показаний свидетелей ФИО, ФИО и ФИО в качестве недопустимых доказательств вины ФИОу., поскольку в соответствии со ст.12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», сведения об используемых или использованных при проведении негласных оперативно-розыскных мероприятий силах, средствах, источниках, методах, планах и результатах оперативно-розыскной деятельности составляют государственную тайну и подлежат рассекречиванию только на основании постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

Показания свидетелей ФИО, ФИО и ФИО суд правильно признал достоверными, поскольку в основном и главном они последовательны, согласуются друг с другом, подтверждены другими доказательствами, в том числе

показаниями свидетеля ФИО на стадии судебного следствия о том, что ДД.ММ.ГГГГ, будучи на дежурстве в качестве инспектора ОБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по <адрес>, он получил от сотрудников ФСБ сообщение о необходимости остановки автомобиля «Хендай Солярис», двигавшегося с Хилокского рынка, после чего остановил данное транспортное средство, в котором находились водитель и пассажир, документы которых он проверил, после чего подошли сотрудники ФСБ;

показаниями свидетеля ФИО, приглашенного сотрудниками ФСБ в качестве понятого при проведении личного досмотра задержанного ФИОу., который подтвердил факт производства, ход и результаты указанного процессуального действия, а именно обнаружение и изъятие у ФИОу. из левого кармана куртки целлофанового свертка с содержимым внутри, а также сотового телефона;

показаниями свидетеля ФИОу., подтвердившего, что ДД.ММ.ГГГГ он в качестве водителя за денежное вознаграждение вез на арендованном автомобиле «Хендай Солярис», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, ранее ему неизвестного мужчину с Хилокского рынка в <адрес>, предварительно договорившись об этом с женщиной, имеющей в пользовании абонентский №, при этом в пути следования автомобиль был остановлен сотрудниками ГИБДД, которые проверили их документы, после чего подошли сотрудники ФСБ и забрали пассажира, у которого при себе оказались наркотики, о чем ему предварительно известно не было.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях названных свидетелей, требующих их истолкования в пользу осужденного ФИОу., которые могли бы повлиять или повлияли на выводы суда о доказанности вины осужденного или квалификацию его действий, по делу судом первой инстанции не установлено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Как следует из материалов уголовного дела, показания сотрудников ФСБ являлись в основном и главном стабильными и последовательными, нашли своё объективное подтверждение иными исследованными доказательствами, были подтверждены указанными лицами в ходе судебного следствия.

Существенных противоречий по обстоятельствам дела в показаниях свидетелей обвинения не имеется, а возникшие в судебном заседании противоречия в показаниях некоторых допрашиваемых лиц, обусловленные давностью произошедших событий, судом были устранены путем оглашения их показаний в ходе предварительного следствия. При этом сторона защиты не была лишена возможности задавать вопросы свидетелям в ходе их допроса в судебном заседании.

Показания указанного понятого подтверждают допустимость письменных доказательств, в том числе протокола личного досмотра ФИОу.

Кроме того, вина осужденного объективно подтверждается письменными доказательствами, свидетельствующими о причастности ФИОу. к совершению преступления, в том числе:

-протоколом личного досмотра ФИОу. от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у последнего в левом кармане куртки обнаружен и изъят сферический сверток из целлофана с неизвестным содержимым, а в правом кармане куртки - сотовый телефон «Редми»;

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому вещества, изъятые в ходе личного досмотра у ФИОу., с учетом первоначального исследования – справки ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес> №, общей массой 22,71 грамма, содержат в своем составе наркотическое средство – героин (диацетилморфин) (в процессе исследования израсходовано 0,02 г вещества);

-протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен мобильный телефон «Редми», изъятый в ходе личного досмотра ФИОу., в котором обнаружен сохраненный под именем «Мадина» абонентский №, а также один исходящий звонок на абонентский № от ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 22 минуты;

-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен прозрачный полимерный пакет, содержащий два пронумерованных полимерных пакета с веществами бежевого цвета.

Все оперативные мероприятия и следственные действия по настоящему делу проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Их результаты закреплены в протоколах и иных документах, оформленных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, тем самым полностью отвечая требованиям ст. 89 УПК РФ.

Оснований для признания недопустимым доказательством протокола личного досмотра ФИОу. не имеется. Личный досмотр был проведен надлежащим должностным лицом, наделенным в соответствии с законодательством РФ соответствующими полномочиями проводить личный досмотр граждан, одного пола с осужденным, при наличии данных, что гражданин имеет при себе запрещенные к обороту предметы, в присутствии двух понятых также одного пола с осужденным, которым была разъяснена их обязанность удостоверить факт, содержание и результаты досмотра, а также право делать замечания по поводу совершаемых процессуальных действий, подлежащих занесению в протокол. По результатам личного досмотра были составлены соответствующие процессуальные документы, с которым все участвующие при этом лица ознакомились, каких-либо дополнений и замечаний от них не поступило.

Судом признано, что материалы оперативно-розыскной деятельности, положенные в основу приговора, отвечают требованиям Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Результаты оперативно-розыскных мероприятий получены и переданы в следственный орган в соответствии с требованиями закона на основании мотивированных постановлений уполномоченных руководителей органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, и с соблюдением порядка, установленного Инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд.

Впоследствии собранные в результате этих мероприятий доказательства надлежащим образом процессуально закреплены, в том числе путем их осмотра следователем, признания вещественными доказательствами и приобщения к уголовному делу, а также непосредственно исследованы в судебном заседании.

Суд обоснованно не усмотрел в действиях сотрудников ПУ ФСБ России по <адрес> при проведении оперативно-розыскных мероприятий склонения, побуждения ФИОу. к совершению противоправных действий, поскольку оперативно-розыскные мероприятия проводились в связи с имевшейся у них информацией о противоправной деятельности в сфере незаконного оборота наркотических средств. Данная информация, вопреки доводам стороны защиты, подтвердилась, цели мероприятия были достигнуты.

Вывод суда о том, что умысел на сбыт наркотического средства сформировался у ФИОу. независимо от деятельности сотрудников правоохранительных органов, надлежащим образом мотивирован в приговоре. Оснований не соглашаться с данным выводом у судебной коллегии не имеется.

Оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение» было проведено с соблюдением требований закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Выбор мероприятия, посредством которого проводится оперативно-розыскная деятельность, относится к компетенции органов, осуществляющих такую деятельность. Оперативное наблюдение предусмотрено п.6 ч.1 ст.6 Закона «Об оперативно-розыскной деятельности», как один из видов установленных законом оперативных мероприятий. Проводилось указанное мероприятие в связи оперативной информацией о причастности ФИОу. к совершению особо тяжкого преступления – незаконного сбыта наркотических средств в крупном размере, при наличии оснований и условий, предусмотренных статьями 7 и 8 названного Закона РФ. Судом первой инстанции объективно установлено, что у сотрудников правоохранительных органов имелась соответствующая оперативная информация, для проверки которой и проводилось мероприятие, в результате которого информация нашла свое подтверждение, причастность ФИОу. к преступлению была установлена, как и наличие у него самостоятельного умысла на его совершение, сформировавшегося независимо от действий сотрудников правоохранительных органов.

Документы, полученные в результате оперативно-розыскной деятельности в отношении ФИОу., а впоследствии рассекреченные, представленные в установленном законом порядке органу следствия, также обоснованно приняты судом во внимание как допустимые доказательства при постановлении приговора и признании ФИОу. виновным в инкриминируемом деянии.

Судебная экспертиза по делу проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и правилами проведения экспертиз. Исследование выполнено надлежащим уполномоченным лицом – экспертом, квалификация которого сомнений не вызывает. При этом в полном объеме были исследованы представленные материалы. Выводы экспертизы являются научно обоснованными, заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ.

Ссылка автора жалобы на то, что на внутренней упаковке свертка с наркотиками не обнаружено следов рук ФИОу., равно как не обнаружено каких-либо запрещенных предметов в ходе обыска в его жилище, также не дает оснований сомневаться относимости, допустимости и достоверности вышеперечисленных доказательств. Данное обстоятельство не ставит под сомнение и обоснованность выводов суда о виновности ФИОу. Как видно из фактических обстоятельств дела, сверток с наркотическим средством в крупном размере был получен ФИОу. от неустановленного лица, после чего сразу помещен в карман его куртки, где хранился до его задержания сотрудниками ФСБ.

Доводы автора жалобы о том, что ФИОу. активно сотрудничал со следствием, предоставив сведения о номере телефона женщины по имени «Мадина», не ставят под сомнение обоснованность вышеуказанных выводов суда о том, что умысел ФИОу. был направлен именно на сбыт изъятых наркотических средств неопределенному кругу лиц.

Все утверждения адвоката, приведенные в жалобе, о недоказанности вины ФИОу., его неосведомленности о перевозке наркотических средств, тщательно проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются совокупностью исследованных доказательств. При этом вопреки доводам жалобы в судебном решении суда первой инстанции приведены мотивы, по которым суд критически оценил версию осужденного, справедливо признав её как позицию защиты, избранную с целью избежать ответственности за содеянное.

На основе анализа и оценки доказательств действия ФИОу. верно квалифицированы органом предварительного следствия, а затем судом по ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Указанная юридическая оценка действий осужденного полностью соответствует фактическим обстоятельствам по делу и положениям уголовного закона, с учетом которых суд пришел к верному выводу о совершении ФИОу. указанного преступления именно в составе группы лиц по предварительному сговору, поскольку установленный объем совершенных участниками группы действий, связанный с реализацией наркотических средств в рамках настоящего уголовного дела, подробно изложенный в приговоре, свидетельствует о направленности умысла осужденного именно на сбыт наркотических средств в составе группы лиц по предварительному сговору. Оснований не согласиться с указанными выводами суда, равно как и оснований для иной квалификации действий осужденного, а также для его оправдания, как о том ставится вопрос в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о перевозке ФИОу. в условиях неосведомленности некого груза, содержимое которого не было известно последнему, полностью повторяют процессуальную позицию стороны защиты в судебном заседании суда первой инстанции, которая была в полном объеме отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих доводы осужденного и его защитника, оснований не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется.

Принимая во внимание поступление в ПУ ФСБ России по <адрес> оперативной информации о причастности гражданина Узбекистана ФИОу. к незаконному распространению наркотических средств, нашедшей подтверждение в результате оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», в ходе которого он был задержан, обнаружение при личном досмотре ФИОу. наркотических средств в количестве, значительно превышающем потребности личного потребления, приведенные выше и в приговоре показания свидетелей, не доведение осужденным преступления до конца по независящим от него обстоятельствам ввиду его задержания сотрудниками правоохранительных органов, предшествующие задержанию его действия, судебная коллегия признает не убедительными доводы автора жалобы о недоказанности умысла ФИОу. на сбыт наркотических средств.

Утверждения защитника о том, что на смывах в рук осужденного следов наркотических средств не обнаружено, не исключают причастность ФИОу. к незаконному сбыту наркотических средств, нашедшую подтверждение в совокупности исследованных судом и положенных в основу приговора доказательств, не ставят под сомнение вывод суда о наличии квалифицирующего признака совершения преступлений в крупном размере.

При назначении судом ФИОу. наказания все заслуживающие внимания обстоятельства надлежащим образом приняты во внимание, а именно: характер и степень общественной опасности совершённого преступления, влияние назначенного наказания на исправление ФИОу. и условия жизни его семьи, данные о его личности, наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

Признаны в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИОу., привлечение к уголовной ответственности впервые, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, положительные характеристики и молодой возраст подсудимого.

Вопреки доводам апелляционного представления оснований для признания объяснения, данного ФИОу. до возбуждения уголовного дела, в качестве явки с повинной у суда не имелось.

Так, в материалах уголовного дела (т.1 л.д. 30-33) действительно имеется протокол опроса ФИОу. от ДД.ММ.ГГГГ, в котором он после задержания и личного досмотра сообщил сотрудникам правоохранительных органов сведения о своей причастности к незаконному сбыту наркотических средств с неустановленной женщиной узбекской национальности по имени «Мадина», указал номера телефонов как этой женщины, так и лица, передавшего ему сверток с наркотическим средством на Хилокском рынке.

Вместе с тем, по смыслу уголовно-процессуального закона явка с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, учитывается в тех случаях, когда лицо в устном или письменном виде добровольно сообщило органу, осуществляющему уголовное преследование, о совершенном им или с его участием преступлении. Таким образом, обязательным условием явки с повинной является добровольность, то есть сообщение о преступлении по инициативе самого лица и при отсутствии для него реальной угрозы уголовного преследования за совершение преступления, о котором он сообщает.

Из материалов дела усматривается, что сотрудники правоохранительных органов на момент принятия объяснения от ФИОу. уже располагали сведениями о причастности последнего к незаконному сбыту наркотиков, в том числе полученными в результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий, никаких новых обстоятельств по данному преступлению относительно своего участия в совершенном преступлении им сообщено не было, в связи с чем объяснение не может быть признано в качестве самостоятельного смягчающего наказание обстоятельства.

Указанное поведение ФИОу. до возбуждения уголовного дела, в том числе дача им после задержания сотрудниками правоохранительных органов письменного объяснения и сообщение номеров телефонов неустановленных лиц, с которыми он контактировал, охватывается смягчающим наказание обстоятельством в виде активного способствования раскрытию и расследованию преступления, уже учтенным судом при назначении наказания.

Мотивы решения вопросов, касающихся назначения ФИОу. наказания в виде реального лишения свободы, отсутствия оснований для применения положений ст. ст. 64, 73, 15 ч.6 УК РФ, не назначения дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, в приговоре приведены. С соответствующими выводами суда нельзя не согласиться, поскольку иной вид и размер наказания не будут способствовать исправлению осуждённого и предупреждению совершения им новых преступлений.

При рассмотрении апелляционной жалобы оснований для применения ст.64 УК РФ также не усматривается, поскольку исключительных обстоятельств, уменьшающих степень общественной опасности содеянного ФИОу., не установлено. Приведенная в приговоре совокупность смягчающих наказание факторов не является объективно достаточной для признания их существенно уменьшающими общественную опасность преступного деяния и личности осуждённого, что позволило бы реализовать положения ст. 64 УК РФ, соотнося их с принципом справедливости наказания. Не указано таковых и в апелляционной жалобе.

Принимая во внимание фактические обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИОу., судебная коллегия, как и суд первой инстанции, не усматривает оснований для применения в отношении него положений ч.6 ст.15 УК РФ.

Правила, предусмотренные ч.1 ст.62 УК РФ, судом соблюдены при назначении наказания ФИОу.

Правила, предусмотренные ч.3 ст.66 УК РФ, определяющие правила назначения наказания за неоконченное преступление, соблюдены.

Вид исправительного учреждения и режим отбывания наказания определены в соответствии с положениями ст.58 УК РФ.

Решение о зачете в срок наказания времени содержания под стражей, в том числе и дня фактического задержания ФИОу., соответствует положениям ч. 3.2 ст. 72 УК РФ.

Ссылки в жалобе на то, что судья в ходе судебного заседания занял сторону обвинения, проявив предвзятость по отношению к стороне защиты и представленным ею доказательствам, не соответствуют действительности. Каких-либо конкретных доказательств заинтересованности судьи в исходе дела автором апелляционной жалобы не приведено. Председательствующий судья надлежащим образом обеспечил проведение судебного разбирательства в пределах предъявленного подсудимому обвинения. Все ходатайства, заявленные осуждённым и его защитниками, рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в установленном порядке с принятием мотивированных решений. Каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности или неполноте судебного следствия, вопреки доводам жалобы, не усматривается.

Таким образом, вопреки доводам защитника, оснований для отмены приговора в отношении ФИОу., в том числе и по доводам, указанным в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит, поскольку приговор является законным, обоснованным и мотивированным.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О, недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний лиц, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу, путем допроса в качестве свидетелей должностных лиц правоохранительных органов об обстоятельствах совершенного преступления, о которых им стало известно в связи с исполнением своих служебных обязанностей.

В связи с изложенным, приговор суда подлежит изменению, из числа доказательств виновности ФИОу. необходимо исключить показания свидетеля – оперуполномоченного сотрудника ПУ ФСБ России по <адрес> ФИО в части воспроизведения им сведений, сообщенных ему осужденным ФИОу. после задержания в ходе не процессуальной беседы, поскольку они не могут быть использованы в качестве доказательства виновности, так как в силу ст. 75 УПК РФ относятся к недопустимым доказательствам. Однако это обстоятельство само по себе не уменьшает объем обвинения, не влияет на доказанность фактических обстоятельств совершенного ФИОу. деяния и потому не влечет за собой смягчение наказания.

Исключение указанных показаний из числа доказательств не ставит под сомнение выводы суда о доказанности вины ФИОу. в совершении инкриминируемого преступления и квалификации его действий, поскольку иных исследованных судом доказательств достаточно для указанных выводов.

Кроме того, согласно положениям п.1 ч.3 ст. 81 УПК РФ орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются. При этом по смыслу закона не допускается произвольное ограничение права собственности.

Исходя из вышеизложенного, при решении вопроса об уничтожении вещественных доказательств суду необходимо установить, что имущество является орудием, оборудованием или иным средством совершения преступления и находится в собственности обвиняемого.

Как следует из материалов уголовного дела, изъятый у ФИОу. в ходе личного досмотра сотовый телефон марки «Редми» был признан на основании постановления следователя вещественным доказательством по делу ввиду того, что является средством доказывания фактических обстоятельств дела, и приобщен в этом качестве к материалам дела.

При этом представленные суду материалы дела не давали оснований считать указанный мобильный телефон орудием, оборудованием или иным средством совершения преступления.

Без учета данных обстоятельств судом в приговоре принято решение об уничтожении данного вещественного доказательства – мобильного телефона марки «Редми», принадлежащего ФИОу.

В связи с чем принятое решение, при наличии указанных обстоятельств, не соответствует требованиям ст. 81, 82 УПК РФ, в связи с чем подлежит отмене.

Учитывая отсутствие данных о том, что указанный мобильный телефон являлся орудием преступления, либо относится к предметам, запрещенным к обращению, в соответствии с п.6 ч.3 ст. 81 УПК РФ подлежит возвращению законному владельцу.

Суд апелляционной инстанции считает возможным принять новое решение о возвращении мобильного телефона марки «Редми» осужденном ФИОу. как законному владельцу.

Кроме того, в резолютивной части приговора судом ошибочно указано на необходимость хранения наркотического средства – героин в материалах уголовного дела, поскольку данное наркотическое средство согласно квитанции сдано в камеру хранения вещественных доказательств МО МВД России «Новосибирский», в связи с чем приговор в этой части подлежит уточнению.

Оснований для внесения в приговор других изменений суд апелляционной инстанции не находит. При таких обстоятельствах апелляционную жалобу адвоката ФИО следует оставить без удовлетворения, а апелляционное представление заместителя прокурора <адрес> ФИО удовлетворить частично.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

приговор Новосибирского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО Зиёдилла ФИО угли в части разрешения судьбы вещественного доказательства – мобильного телефона марки «Редми» отменить, постановить в указанной части новое решение, в соответствии с которым вещественное доказательство - мобильный телефон марки «Редми» IMEI 1 №/78, IMEI 2 №/78, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств МО МВД России «Новосибирский», - вернуть по принадлежности ФИОу.

Этот же приговор Новосибирского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО Зиёдилла ФИО угли изменить.

Исключить из числа доказательств виновности ФИОу. в описательно-мотивировочной части приговора показания свидетеля ФИО об обстоятельствах совершения преступления, ставших ему известными от осужденного ФИОу.

Уточнить резолютивную часть приговора указанием на то, что вещества общей массой 22,69 грамма, содержащие в своем составе наркотическое средство – героин (диацетилморфин), подлежат хранению в камере хранения вещественных доказательств МО МВД России «Новосибирский» до принятия решения в отношении неустановленного лица по выделенному уголовному делу.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление заместителя прокурора <адрес> ФИО удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката ФИО оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, при этом апелляционные жалобы и представление подаются через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи областного суда:

КОПИЯ ВЕРНА.

Председательствующий ФИО