Дело № 2-979/2025
УИД 42RS0013-01-2025-000796-93
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего Пестовой А.А.
при секретаре Ковалевой А.Н.,
с участием помощника прокурора Кузнецовой З.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании 15 октября 2025 года в г. Междуреченске Кемеровской области дело по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу "НОВО-ТЕХ" (ООО "НОВО-ТЕХ") о компенсации морального вреда, взыскании утраченной заработной платы, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ООО "НОВО-ТЕХ" о компенсации морального вреда, взыскании утраченной заработной платы, судебных расходов.
Требования истца, с учетом уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ требований (л.д. 223-227, т.1, л.д.146 том 2) мотивированы тем, что в период с 27.09.2022 по 15.10.2024 он состоял в трудовых отношениях с ООО "НОВО-ТЕХ", исполнял обязанности подземного горного мастера с полным рабочим днем под землей. В этот период ООО "НОВО-ТЕХ" выполняло подрядные работы на шахтных полях АО «Распадская-Коксовая».
Основным видом деятельности ответчика является предоставление услуг в других областях добычи полезных ископаемых.
31.01.2023 ему был выдан наряд в первую смену по контролю за выполнением работ, связанных с зачисткой конвейера 2ПТ120 и заменой роликов на конвейерном бремсберге №3, а также он был обязан контролировать выполнение работ в вентиляционной стойке №5.
В течение всей смены, выполняя работы по наряду, он перемещался по горным выработкам шахты. Двигаясь по мостику в районе сбойки №5, он запнулся о вентиляционный рукав и упал на почву, где находились металлические конструкции. При падении ударился <данные изъяты>. От удара почувствовал сильную боль в <данные изъяты> Когда встал и начал двигаться, то почувствовал резкую, пронзающую боль в <данные изъяты>. При падении удар пришелся на <данные изъяты>, который тоже сильно болел. До окончания смены оставался один час, поэтому он дождался окончания смены и вместе с остальными работниками участка вышел на поверхность. Сразу обратился за медицинской помощью в здравпункт АО «Распадская-Коксовая». Ему была оказана первая медицинская помощь, и выдано направление в травмотделение ГБУЗ ЦГБ г. Междуреченска.
По приезде в город он сразу обратился в травмотделение ГБУЗ ЦГБ г. Междуреченска, где ему был установлен первичный диагноз: <данные изъяты> Выдан листок временной нетрудоспособности.
В период с 31.01.2023 по 03.08.2023, с 05.09.2023 по 02.10.2023 и с 17.10.2023 по 30.11.2023 он был нетрудоспособен по последствиям производственной травмы, проходил амбулаторное лечение у врачей <данные изъяты>.
За период временной нетрудоспособности по последствиям производственной травмы, Социальный фонд РФ ему выплатил пособие по временной нетрудоспособности в размере 528 340, 14 рублей.
Несчастный случай был расследован работодателем, оформлен актом по форме Н-1. Его вины в несчастном случае не установлено.
Кроме того, так как травмы были им получены при исполнении трудовых обязанностей в шахте, которая является источником повышенной опасности, в силу положений ст. 1079 ГК РФ, вина ответчика в причинении вреда его здоровью, предполагается.
Он длительное время проходил амбулаторное лечение в связи с <данные изъяты>.
Выше названные последствия производственной травмы привели к стойким незначительным нарушениям <данные изъяты>
Заключением БМСЭ от 17.12.2023 ему впервые, по последствиям производственной травмы, была установлена стойкая утрата трудоспособности 20% на период с 01.12.2023 по 01.12.2024.
16.01.2025 он прошел переосвидетельствование в БМСЭ, комиссия вновь подтвердила ему стойкую утрату трудоспособности 20% в период с 13.12.2024 по 01.01.2027.
Он обратился к ответчику с заявлением о выплате в добровольном порядке утраченной заработной платы и компенсации морального вреда по последствиям производственной травмы.
Ответ на заявление не получил до настоящего времени.
На момент получения травмы ООО "НОВО-ТЕХ" вело подрядные работы в АО «Распадская-Коксовая», основным видом деятельности которого является добыча угля и антрацита, то есть, ООО "НОВО-ТЕХ" технологически связано с организацией по добыче угля, осуществляло свою деятельность на промышленной площадке угольной шахты. В силу этого, на ответчика, согласно п. 1.1 распространяет свое действие ФОС по угольной промышленности, которое было заключено в 2019-2021 и пролонгировано до 2024.
Несмотря на то, что ООО "НОВО-ТЕХ", как предприятие угольной промышленности, не заявляло о присоединении к ФОС по угольной промышленности, которое было заключено на 2019-2021, и пролонгировано до 2024, соглашение в силу п.п. 8-10 ст. 48 ТК РФ распространяет свое действие на ООО "НОВО-ТЕХ".
В ООО "НОВО-ТЕХ" отсутствует локальный документ, который предусматривал бы порядок выплаты единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, поэтому, при определении среднемесячной заработной платы необходимо руководствоваться положениями ТК РФ.
Считает, что согласно ст. 139 ТК РФ и Постановлению Правительства РФ от 24.12.2007 №922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», его средняя заработная плата для исчисления единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда составляет 91 456, 02 руб.
Таким образом, согласно п. 5.4 ФОС по угольной промышленности на 2019-2021, ответчик обязан был выплатить ему добровольно единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в сумме 329 039,24 руб.
Но он с данной суммой не согласен, так как считает, что она не в полной мере компенсирует те нравственные страдания, которые он переживает из-за полученной травмы на производстве.
Когда его привезли в больницу, <данные изъяты>
В течение длительного времени он проходил лечение, чтобы восстановить <данные изъяты> Ему ставили болезненные инъекции, проводили физиолечение, он занимался восстановительной физкультурой. Он максимально старался снять нагрузки с <данные изъяты>
Функции коленного сустава до настоящего времени он не восстановил, так как <данные изъяты>
В результате полученных травм ноги, у него нарушился сон, спит 2-3 часа, <данные изъяты>
Кроме того, им была получена травма <данные изъяты>
С учетом вышеизложенного, с учетом тех нравственных и физических страданий, которые он испытывает в связи с последствиями производственной травмы, считает, что ответчик обязан выплатить ему компенсацию морального вреда в сумме 700 000 руб.
За период временной нетрудоспособности утратил заработную плату, так как выплаты, которые ему производил ФСС в течение временной нетрудоспособности, были значительно ниже той заработной платы, которую он ежемесячно мог получать, продолжая работать.
Считает, что заработок, не полученный им за период временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, не был возмещен работодателем в полном объеме за счет выплаты пособия по временной нетрудоспособности, в связи с чем, он имеет право требовать от ответчика выплаты утраченной заработной платы в сумме 353 013, 58 рублей.
Просит взыскать с ООО "НОВО-ТЕХ" компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой от 31.01.2022 в сумме 700 000 рублей; утраченную заработную плату за периоды с 31.01.2023 по 03.08.2023, с 05.09.2023 по 02.10.2023, с 17.10.2023 по 30.11.2023 в сумме 353 013, 58 рублей; расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей.
Определением суда от 21.04.2025 к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ФСС отделение по Республике Алтай (л.д. 213, т.1).
Определением суда от 11.08.2025 к участию в деле в качестве третьего лица привлечено АО «Распадская-Коксовая» (л.д. 76, т.2).
В судебном заседании истец ФИО1 не явился, уведомлен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д.203 том 1).
В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующая на основании ордера 3127 от 23.09.2025 (л.д. 100, т.2), настаивала на удовлетворении исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ в полном объеме, полагая, что к требованию о взыскании утраченного заработка не применимы положения ст. 392 Трудового кодекса РФ, срок исковой давности не пропущен. На ООО "НОВО-ТЕХ" распространяет свое действие положения п. 5.4 ФОС по угольной промышленности на 2019-2021 годы, в связи с чем ответчик обязан был выплатить истцу компенсацию морального вреда в размере 329 039,24 рублей, которые не в полной мере компенсируют физические и нравственные страдания истца. Просила взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой в размере 700 000 рублей, утраченную заработную плату в размере 353 013, 58 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей.
В судебное заседание представитель ответчика ООО "НОВО-ТЕХ" ФИО6, действующий на основании доверенности от 09.04.2025 (л.д.202 том 1), возражал против заявленных требований, предоставил письменные возражения (л.д. 34-35, т.2), сущность которых сводится к тому, что размер подлежащего возмещению утраченного заработка с учетом степени утраты трудоспособности 20 % должен составлять 881 353, 72 Х 20% = 176 270,75 рублей. Ввиду того, что в рамках обязательного социального страхования истцу выплачено 528 340, 14 рублей, что больше 176 270, 75 рублей, утраченный заработок возмещен в полном объеме. Кроме того, считает, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о возмещении утраченного заработка, составляющий один год в соответствие со ст. 392 ТК РФ. Возмещение морального вреда в размере 700 000 рублей не соразмерно степени полученной травмы. Абз. 1 п. 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019-2021 применим исключительно к организации, осуществляющей добычу (переработку) угля. Основным видом деятельности ООО "НОВО-ТЕХ" является предоставление услуг в других областях добычи полезных ископаемых, то есть, ответчик не относится к организациям, осуществляющим добычу (переработку) угля. Отмечает, что у истца имелись длительные больничные на других предприятиях, соответственно, у ответчика имеются основания предполагать, что истец получил частичный разрыв крестообразной связки, а также и иные травмы, не указанные в акте №1 о несчастном случае на производстве, не у ответчика, при этом на заявленном ходатайстве о проведении судебной медицинской экспертизы (л.д. 250 том 1) не настаивал. Полагал возможным взыскать компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой от 31.01.2022 не более 30 000 рублей, судебные расходы взыскать пропорционально удовлетворенным требованиям, в остальной части исковых требований отказать.
В судебное заседание представитель третьего лица ФСС отделение по Республике Алтай не явился, извещен надлежащим образом.
В судебном заседании представитель третьего лица АО «Распадская-Коксовая» ФИО7, действующая на основании доверенностей (л.д.87-88), оставила вопрос об удовлетворении исковых требований на усмотрение суда.
Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, на основании ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Суд, заслушав представителя истца, представителя ответчика, заключение помощника прокурора ФИО5, полагавшей, что требование истца о взыскании утраченного заработка подлежат удовлетворению, требование о компенсации морального вреда и взыскании судебных расходов подлежат удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, при этом федеральное отраслевое законодательство в угольной промышленности не применимо при определение размера компенсации морального вреда, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.
На основании ч. 2 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений.
Судом установлено и подтверждается письменными материалами дела, что ФИО1 приказом от 27.09.2022 №98 принят в ООО «НОВО-ТЕХ» горным мастером подземным на участок подземных работ № АО «Шахта «Распадская-Коксовая» с полным рабочим днем под землей, с вредными условиями труда 2 степени, где и работал по состоянию на 25.12.2023. Между ФИО1 и ООО «НОВО-ТЕХ» был заключен срочный трудовой договор с 27.09.2022 и до прекращения работ по оказанию услуг АО «Шахта «Распадская-Коксовая» (л.д. 16-20, т.1, 101-102).
Круг обязанностей (работ) работника определяется должностной/рабочей инструкцией по охране труда, техническими инструкциями по эксплуатации, а также приказами/распоряжениями своего прямого руководителя и администрации предприятия.
Согласно разделу 7 Трудового договора, работодатель обязан обеспечить работнику безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда. Исполнять иные обязанности в отношении работника, предусмотренные законодательными и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, соглашениями и настоящим Договором.
ФИО1 был ознакомлен с результатами специальной оценки условий труда, перечнем профессиональных рисков в профессии горный мастер (л.д.127-129, 130-148 том 2) и с должностной инструкцией подземного горного мастера (л.д.103-106 том 2).
В соответствие с договором № от 01.09.2018 между ООО «НОВО-ТЕХ» и ООО «Новокузнецкое шахтопроходческое управление» заключен договор субподряда на выполнение работ по монтажу, демонтажу горно-шахтного оборудования, бурению дегазационных и иных скважин и подключению их к газопроводу в организациях, с которыми у подрядчика заключены договоры подряда. Срок действия договора по 31.12.2019, при этом п. 18.1 Договора предусмотрена его пролонгация на каждый последующий календарный год, если ни одна из сторон не заявит о его расторжении (л.д.235-247 том.1).
Между ООО «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» и ООО «Новокузнецкое шахтопроходческое управление» 23.11.2017 заключен договор № ДГЮМ7-000510 субподряда на выполнение работ по монтажу, демонтажу горно-шахтного оборудования в организациях, с которыми у генподрядчика заключены договоры подряда, в том числе с АО «Распадская-Коксовая». Срок действия договора с 01.01.2018 до 31.12.2018 (л.д.36-48 том.2). Дополнительным соглашением к Договору срок действия продлен до 31.12.2024 (л.д.149 том 2).
Между ООО «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» и АО «Распадская-Коксовая» 01.12.2017 заключен договор № ДГРКЮМ001202 на выполнение работ бурению дегазационных и иных скважин, их герметизации и подключению, при этом п. 9.2 Договора предусмотрена его пролонгация на один календарный год, если ни одна из сторон не заявит о его расторжении (л.д.150-153 том.2).
Согласно Акту №1 о несчастном случае на производстве от 31.01.2023, горный мастер ФИО1, состоящий в трудовых отношениях с ООО «НОВО-ТЕХ», получил производственную травму. Обстоятельства несчастного случая: 31.01.2023 в первую смену, начальником участка № был выдан наряд на производство работ, горный мастер участка № ФИО8 производил контроль за выполнением наряда по зачистке конвейера 2ПТ120 в конвейерном бремсберге пл. № и замене роликов, а также осуществлял контроль за работниками участка №, которые производили работы в вентиляционной сбойке №. Переодевшись в спецодежду, получив в ламповой индивидуальные светильники и самоспасатель, горный мастер участка № ФИО1 и работники участка № направились в шахту для выполнения выданных нарядов. Около 15.00 час. при передвижении по конвейерному бремсбергу сбойки №, двигаясь через переходной мостик, горный мастер ФИО1 запнулся о вентиляционный рукав сжатого воздуха и упал на почву. После чего проследовал в сторону вентиляционной сбойки № для контроля выполнения наряда на производство работ работниками участка №. На протяжении всего пути следования находились средства связи (телефон), которыми горный мастер участка № ФИО1 не воспользовался, а также встретил механика смежного участка, которому ничего не сообщил о случившемся. Далее самостоятельно вышел на поверхность. Добравшись до АБЛ вахтовым транспортом, сдал в ламповой приборы, помылся, сдал наряд начальнику смены и обратился в медицинский пункт шахты Распадская-Коксовая. В ГБУЗ «Междуреченская городская больница» в травматологическом отделении ФИО1 поставлен диагноз: <данные изъяты> Степень тяжести: легкая. Причины несчастного случая: прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев, в том числе неосторожность, невнимательность, поспешность. Нарушены ст. 21, 215 ТК РФ, пп..1, 2.5, 3.10, 3.11 «Должностная инструкция № горный мастер (подземный) участок №» (л.д. 21-25, т.1).
Согласно справке МСЭ-2006 № от 07.12.2023ФИО1 уставлено 20% утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве от 31.01.2023 на срок с 01.12.2023 до 01.12.2024 (л.д. 32, т.1).
Согласно справке МСЭ-2023 № от 16.01.2025 ФИО1 уставлено 20% утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве от 31.01.2023 на срок с 13.12.2024 до 01.01.2027 (л.д. 33-34, т.1).
Согласно Программам реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 07.12.2023 и от 15.01.2025 ФИО1 установлено основное заболевание: последствия производственной травмы от 31.01.2023 (<данные изъяты> ФИО1 рекомендованы медицинские препараты семи наименований, а также санаторно-курортное лечение один раз в год (л.д. 35-39,151-154 т.1).
Согласно медицинским документам, предоставленным в материалы дела, ФИО1, с даты получения производственной травмы по настоящее время обращается за медицинской помощью (л.д. 50-132, т.1).
Согласно Выписке из амбулаторной карты ГБУЗ «Междуреченская городская больница, ФИО1 обратился в травматологическое отделение поликлиники 31.01.2023 в 19.47 час. в связи с производственной травмой: 31.01.2023 упал с переходного мостика, ударился <данные изъяты> (л.д. 215-216, т.1, л.д. 59-61, т.2).
Из показаний допрошенной в качестве свидетеля супруги истца – ФИО9 следует, что ФИО1 сразу после произошедшего несчастного случая на производстве испытывал сильную боль <данные изъяты> Если раньше он вел активный образ жизни, вместе катались на лыжах, занимались дачей, то сейчас образ его жизни кардинально поменялся, большую часть времени проводит дома, на обследованиях и лечении, испытывает постоянные <данные изъяты> В первое время после травмы находился дома, поскольку был <данные изъяты> приходилось самой возить его по больницам. Принимает медицинские препараты, в том числе обезболивающие, проходил санаторно-курортное лечение два раза за весь период. Все указания и лечение по ПРП выполняют. В настоящее время находится у сына в Москве для того, чтобы провести дополнительные обследования. Лечение не дает положительный эффект. До данной производственной травмы других травм не было, жалоб на здоровье в связи с болями в коленях и головными болями не было.
Решением Отделения фонда пенсионного и социального страхования РФ в Республике Алтай от 29.052024, ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в размере 36 784, 84 руб. в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (л.д. 148, т.1).
Решением Отделения фонда пенсионного и социального страхования РФ в Республике Алтай от 29.052024, ФИО1 назначена ежемесячная страховая выплата в размере 24 794, 14 руб. в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (л.д. 149, т.1).
14.11.2024 ФИО1 обратился к ООО «НОВО-ТЕХ» с заявлением о выплате утраченного заработка за период с 31.01.2023 по 15.10.2024, а также компенсации морального вреда в размере 600 000 рублей. (л.д. 27, т.1), в добровольном порядке требование истца не были удовлетворены ответчиком.
Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ на предмет их относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности в их совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца в части взыскания с ответчика утраченной заработной платы в размере 353 013,58 рублей и частичном удовлетворении требования о компенсации морального вреда.
В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
В уточненном исковом заявлении истец просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 700 000 руб. на основании Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2019-2021, пролонгированного на 2024.
Судом установлено, что основной вид деятельности ООО "НОВО-ТЕХ" - предоставление услуг в других областях добычи полезных ископаемых, что соответствует коду 09.90 ОКВЭД ОК 029-2014 (КДЕС ред. 2) (л.д. 133-138, т.1).
Согласно коду 09.90, данная группировка включает: предоставление вспомогательных услуг за вознаграждение или на договорной основе для горнодобывающих предприятий; услуги по разведке, например традиционные методы разведки, такие как взятие образцов грунта и проведение геологических изысканий на предполагаемых участках бурения; услуги по дренажу и откачиванию воды насосами за вознаграждение или на договорной основе; пробное бурение скважин и поисково-разведочное бурение.
Данные группировки не включают: обеспечение функционирования шахт или карьеров за вознаграждение или на договорной основе; специализированный ремонт оборудования для горнодобывающей промышленности, предоставление услуг по геофизическому исследованию за вознаграждение или на договорной основе.
Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019 - 2021 гг. предусмотрено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.
В организациях, кроме организаций, осуществляющих добычу (переработку) угля, коллективными договорами предусматриваются положения о выплате работникам, уполномочившим Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, компенсацией за утрату ими профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.
ООО "НОВО-ТЕХ" не относится к организациям, осуществляющим добычу (переработку) угля, как предприятие угольной промышленности не заявляло о присоединении к ФОС по угольной промышленности на 2019-2021, пролонгированном до 2024, не принимало локальные нормативные акты и не заключало коллективный договор, предусматривающий положения о выплате работникам компенсаций за утрату ими профессиональной трудоспособности вследствие производственной травм или профессионального заболевания.
Таким образом, суд приходит к выводу, что компенсация морального вреда не подлежит взысканию на основании Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2019-2021, пролонгированного на 2024.
Тем не менее, истец испытал нравственные и физические страдания в связи с произошедшим 31.01.2023 несчастным случаем.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами международного права и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
В соответствии с разъяснениями пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" в соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзацы первый и второй пункта 2 названного постановления).
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления).
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из представленных в материалы дела доказательств усматривается и не оспаривалось сторонами по настоящему делу, что истец, являясь работником ООО "НОВО-ТЕХ" при исполнении трудовых обязанностей получил травмы, приведшие к утрате им трудоспособности. Вины работника в несчастном случае, произошедшем с ним, не установлено. Акт № 1 о несчастном случае сторонами не оспаривался (л.д. 25, т.1).
Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание причиненный работнику вред здоровью, его тяжесть, утрату трудоспособности в размере 20%, вину работодателя в несчастном случае на производстве, произошедшем с ФИО1, степень физических и нравственных страданий истца, длительность нахождения на листке временной нетрудоспособности, тот факт, что его состояние здоровья не улучшилось, он продолжает лечение, испытывает боли от полученных травм, в связи с чем приходит к выводу о возможности взыскания с работодателя в пользу работника компенсации морального вреда в размере 180 000 рублей.
Также истец заявил требования о взыскании с ответчика утраченной заработной платы за периоды с 31.01.2023 по 03.08.2023, с 05.09.2023 по 02.10.2023, с 17.10.2023 по 30.11.2023.
Согласно ч.1 ст. 184 Трудового кодекса Российской Федерации, при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.
Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть вторая ст. 184 ТК РФ).
Федеральным законом от 24.06.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях» и Федеральным законом от 29.12.2006 №255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанными законами.
Таким образом, с учетом выше названной нормы, работодатель (страхователь) обязан нести ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в том числе и в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья.
Согласно пп. а п. 27 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», утраченный потерпевшим заработок (доход), под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья.
Согласно ст. 1086 ГК РФ, Размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.
Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.
Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены.
Согласно ст. 1072 ГК РФ, юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
На дату травмы средняя заработная плата истца составила 103 153, 66 руб., из расчета:
Сентябрь 2022- истец принят на работу, в связи с чем, не отработал полный месяц.
Октябрь 2022, отработано 16 смен (полный месяц)- 104 974, 34 руб.
Ноябрь 2022, отработано 14 смен (полный месяц)- 101 332, 99 руб.
Декабрь 2022- временно не трудоспособен.
Январь 2023- травмирован на производстве.
Таким образом, расчет среднемесячной заработной платы должен быть произведен из заработной платы октября и ноября 2022.
(104 974, 34 руб.+ 101 332, 99 руб.) /2 месяца= 103 153, 66 руб. (л.д.28-31 том 1)
Возмещение вреда в виде утраченной заработной платы определяется за полные месяцы нетрудоспособности в размере среднемесячного заработка, за неполные также из среднемесячного заработка исходя из количества дней нетрудоспособности в соответствующем месяце.
Согласно имеющимся в материалах дела сведениям истец находился на листках временной нетрудоспособности в связи с производственной травмой до установлениям ему утраты профессиональной трудоспособности 20 % с 31.01.2023 по 03.08.2023, с 05.09.2023 по 02.10.2023, с 17.10.2023 по 30.11.2023 (л.д.40-46 том 1).
По сведениям Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по республике Алтай (л.д.47-49 том 1, л.д.82-83,107 том 2) и Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Новосибирской области (л.д.108 том 2) за периоды временной нетрудоспособности по последствиям производственной травмы за указанный период ФИО1 было выплачено пособие по временной нетрудоспособности в общей сумме 503 766,18 рублей согласно следующему расчету: 38 908,77 руб. с 03.02.2023 по 21.02.2023 + 57 339,24 руб. с 22.02.2023 по 21.03.2023 + 57 339,24 руб. с 22.03.2023 по 18.04.2023 + 30 717,45 руб. с 19.04.2023 по 03.05.2023 + 14 334,81 руб. с 04.05.2023 по 10.05.2023 + 57 339,24 руб. с 11.05.2023 по 07.06.2023 + 57 339,24 руб. с 08.06.2023 по 05.07.2023 + 53 243,58 руб. с 09.07.2023 по 03.08.2023 + 51 195,75 руб. с 08.09.2023 по 02.10.2023 + 43 004, 43 руб. с 20.10.2023 по 09.11.2023 + 43 004,43 руб. с 10.11.2023 по 30.11.2023 (за 25 дней).
Работодателем ООО «НОВО-ТЕХ» было выплачено пособие по временной нетрудоспособности по последствиям производственной травмы в размере 24 573,96 руб. за периоды с 31.01.2023 по 21.02.2023, с 06.07.2023 по 03.08.2023, с 05.09.2023 по 02.10.2023, с 17.10.2023 по 09.11.2023 (6143,49 руб. Х 4) (л.д.162 том 1).
За периоды с 31.01.2023 по 03.08.2023, с 05.09.2023 по 02.10.2023, с 17.10.2023 по 30.11.2023 истец мог получить заработную плату в сумме 881 353,73 руб., исходя из следующего из расчета:
1 день января 2023: 103 153, 66/31 х 1 = 3 327, 53 руб.
Период с 01.02.2023 по 31.07.2023, за 6 месяцев: 103 153, 66 руб. х 6 месяцев =618 921, 96 руб.
3 дня августа 2023: 103 153, 66 руб./31 х 3 = 9 982, 61 руб.
26 дней сентября 2023: 103 153, 66 руб./30 х 26 = 89 399, 83 руб.
2 дня октября 2023: 103 153, 66 руб./31 х 2 = 6 655, 07 руб.
15 дней октября 2023: 103 153, 66 руб./31 х 15 = 49 913, 06 руб.
Ноябрь 2023: 103 153, 66 руб.
Размер утраченного заработка как разница между тем заработком, который мог получить истец, если бы с ним не произошёл несчастный случай на производстве, и суммой выплаченных пособий по нетрудоспособности составляет: 881 353, 72 руб. - 528 340, 14 руб. (503 766,18 руб. + 24 573,96 руб.) = 353 013, 58 руб.
Представитель ответчика ООО «НОВО-ТЕХ» заявил о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о взыскании утраченного заработка, ссылаясь на ст. 392 ТК РФ, согласно которой за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
Поскольку возможность взыскания утраченной заработной платы предусмотрена положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, в частности статьями 1085,1086, а не Трудовым кодексом Российские Федерации, восстановление трудовых прав истца в части утраченного заработка в связи с несчастным случаем на производстве, в данном случае непосредственно связано с возмещением вреда, причиненного здоровью истца в результате производственной травмы, то к данным правоотношениями применим общий срок исковой давности, составляющий три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. В этой связи не имеется оснований для применения к спорным правоотношениям положений части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
Суд, учитывает, что истец являлся нетрудоспособным, не имел возможности осуществлять трудовую функцию у работодателя, принимая во внимание расчет утраченного заработка за период временной нетрудоспособности истца, приходит к выводу о взыскании с ответчика за периоды с 31.01.2023 по 03.08.2023, с 05.09.2023 по 02.10.2023, с 17.10.2023 по 30.11.2023 в размере 353 013, 58 рублей.
Истцом в обоснования требования о взыскании судебных расходов в размере 20 000 рублей представлен договор по оказанию юридических услуг от 14.11.2024 (л.д. 13, т.1), расписка о получении денежных средств в размере 20 000 рублей (л.д. 14, т.1).
В соответствии со ст. ст. 88, 98, 100 ГПК РФ, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании в его пользу, понесенных судебных расходов по оплате оказанных юридических услуг в размере 15 000 рублей, находя данный размер разумным, с учетом обстоятельств настоящего дела, объема проделанной представителем работы по оказанию истцу правовой помощи.
Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового Кодекса Российской Федерации, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета в размере 11 325 рублей за требование имущественного характера и 3000 рублей за требование неимущественного характера о компенсации морального вреда, а всего 14 325 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского Процессуального Кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к Открытому акционерному обществу "НОВО-ТЕХ" о компенсации морального вреда, взыскании утраченной заработной платы, судебных расходов удовлетворить частично.
Взыскать с Открытого акционерного общества "НОВО-ТЕХ" (ИНН №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (ИНН №) компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой от 31.01.2023 в сумме 180 000 (сто восемьдесят тысяч) рублей; утраченную заработную плату за периоды с 31.01.2023 по 03.08.2023, с 05.09.2023 по 02.10.2023, с 17.10.2023 по 30.11.2023 в сумме 353 013 (триста пятьдесят три тысячи тринадцать) рублей 58 копеек; расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.
Взыскать с Открытого акционерного общества "НОВО-ТЕХ" (ИНН <***>; ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 14 325 (четырнадцать тысяч триста двадцать пять) рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Междуреченский городской суд.
Судья /подпись/ А.А. Пестова
Резолютивная часть решения оглашена 15 октября 2025
Мотивированное решение изготовлено 24 октября 2025
Копия верна, подлинник решения подшит в материалы гражданского дела № 2-979/2025 Междуреченского городского суда Кемеровской области
Судья: А.А. Пестова