АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Нижний Новгород 31 июля 2023 года
Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда в составе:
председательствующего судьи Шаймердяновой Г.Ш.,
судей Игнатова М.К., Ульянычевой Ю.В.,
с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области Судаковой Л.А.,
защитника оправданной Таракановой О.В. – адвоката Анурина А.В.,
при секретаре судебного заседания Чистяковой А.С.,
рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Миронова А.С., с возражениями на апелляционное представление адвоката Добрышевой Н.А.,
на приговор Кстовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым
Тараканова О.В., ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, ранее не судимая,
признана невиновной по предъявленному обвинению в совершении десяти преступлений, предусмотренных ч.2 ст.274.1 УПК РФ, и оправдана на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления.
Мера пресечения Таракановой О.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.
За Таракановой О.В. признано право на реабилитацию, предусмотренное гл.18 УПК РФ. Ей разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Судьба вещественных доказательств по уголовному делу определена.
Заслушав доклад судьи Шаймердяновой Г.Ш., выслушав мнение сторон, проверив представленные материалы уголовного дела, судебная коллегия
УСТАНОВИЛ
А:
приговором Кстовского городского суда Нижегородской области от 23 мая 2023 года Тараканова О.В. признана невиновной по предъявленному обвинению в совершении десяти преступлений, предусмотренных ч.2 ст.274.1 УПК РФ, и оправдана на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления.
В суде первой инстанции ФИО1 вину признала.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Миронов А.С. просит приговор суда отменить ввиду несоответствия выводов суда изложенных в приговоре, фактическим обстоятельства дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона.
Оспаривает выводы суда о том, что сторона обвинения не доказала наличие в действиях обвиняемой обязательного признака объективной стороны состава преступления «неправомерного доступа», поскольку ФИО1 в установленном порядке был предоставлен работодателем логин и пароль, представляющий доступ в ЕГИСЗ.
При этом приводит ссылку на п.п.4, 5 Постановления Пленума ВС РФ № 37 от 15 декабря 2022 года, цитируя понятие модификации компьютерной информации.
Считает установленным наличие признака неправомерности доступа, поскольку ФИО1 осуществила доступ в ЕГИСЗ без надлежаще оформленного допуска, логина и пароля, внесла данные в регистр и оформление сертификатов о вакцинации в период нахождения на больничном листе и отпуске.
Использовала логин и пароль в указанные периоды времени без ведома М.И.А., внесла в регистр данные, несоответствующие действительности, без фактического осмотра пациентов, получила за внесение данных и оформление сертификатов денежные средства.
Обращает внимание на то, что в ходе судебного заседания ФИО1 не отрицала ни одного из указанных обстоятельств, однако суд при вынесении приговора не принял их во внимание и не дал надлежащей оценки в полном объеме, рассмотрев только факт наличия у нее права доступа в электронную систему.
Приводит показания свидетеля М.И.А. указывая, что из них следует, что доступ в регистр на имя ФИО1 не оформлялся, своего логина и пароля она не имела, о преступных действиях ФИО1 не была осведомлена, согласие на использование своих персональных данных не давала, доступ в ЕГИСЗ для внесения ложных сведений о проведении вакцинации в отношении К.А.А., Б.М.М., П.С.А., Д.В.П., Д.А.Г., Д.Г,И., М.А.А., М.Е.А., Ф.М.Е., Ч.С.В., не разрешала.
В этой связи оспаривает вывод суда о том, что М.И.А. по указанию руководства передала логин и пароль к ЕГИСЗ ФИО1
Отмечает, что из показаний свидетеля А.Т.Н. следует, что доступ к ЕГИСЗ является ограниченным, в отношении ФИО1 доступ не оформлялся.
Указывает о противоречивости выводов суда, отмечая, что суд установил факт внесения ФИО1 из корыстных побуждений недостоверных сведений в регистр, однако наряду с этим сделал вывод о том, что обвинение в части неправомерности доступа для внесения сведений, носящих недостоверный характер, ей не предъявлялось, что противоречит постановлению о привлечении в качестве обвиняемой и обвинительному заключению.
Оспаривает вывод суда о том, что стороной обвинения не доказано, что ФИО1, воспользовавшись нарушениями со стороны М.И.А. по сохранению логина и пароля для доступа в регистр, не имея прав доступа, вносила в него сведения, поскольку в последующем, суд констатирует, что передача М.И.А. доступа в ЕГИСЗ свидетельствует только о нарушении запрета передавать третьим лицам свои аутентификационные данные.
Отмечает, что судом был констатирован факт о разрешении руководством ГБУЗ НО «<данные изъяты>» ФИО1 доступа к информации ограниченного доступа, что опровергается ответом из данной больницы от 28 марта 2023 года, а также ответом от 12 декабря 2022 года согласно которым передавать логин и пароль от учетной записи к ЕГИСЗ третьим лицам запрещено.
Указывает, что из ответа ГБУЗ НО «<данные изъяты>» от 31 мая 2023 года, полученного на запрос прокуратуры, следует, что какие-либо сведения и документы, свидетельствующие об ознакомлении ФИО1 с приказом главного врача от 15 января 2021 года № 42, в том числе подтверждающие доведение до ФИО1 содержание указанного приказа, отсутствуют.
Также обращает внимание на то, что вопреки требованиям закона в приговоре не нашли своей оценки показания свидетелей К.А.М., Б.М.М., П.С.А., Д.Г,И., Д.В.П., а также свидетелей М.А.А., М.Е.А., Ф.М.Е., Ч.С.В. (показания которые не отражены в приговоре), оформлявших через ФИО1 поддельные сертификаты о прививках.
Делает вывод о том, что выводы суда об оправдании ФИО1 сделаны без оценки всех значимых по делу обстоятельств и представленных стороной обвинения доказательств.
Указывает, что умышленное внесение заведомо недостоверных сведений в информационную систему, входящую в состав критической инфраструктуры РФ, исключает правомерность доступа к такой системе и влечет ее модификацию.
Отмечает, что суд в нарушение требований ч.2 ст.305 УПК РФ, оправдывая ФИО1 допустил включение в приговор формулировок, ставящих под сомнение ее невиновность, указав, что ее действия могли быть квалифицированы по иным статьям обвинения, в т.ч. по ч.1 ст.327 УК РФ, однако иного обвинения ей не предъявлено и стороной обвинения не предложено.
Также указывает о нарушении норм уголовно-процессуального закона, выразившихся в том, что в постановлении о назначении судебного заседания от 10 марта 2023 года, поступившего в Кстовскую городскую прокуратуру, как во вводной, так и в резолютивной частях указано о назначении дела в отношении ФИО2, что, по мнению прокурора, свидетельствует о том, что в отношении ФИО1 дело к рассмотрению не назначалось.
Просит отменить приговор суда, направить дело на новое судебное рассмотрение, при новом рассмотрении вынести обвинительный приговор по всем инкриминируемым составам.
В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя адвокат Добрышева Н.А. указывает о несогласии и доводами представления, соглашаясь с выводами суда об отсутствии в действиях ФИО1 признака неправомерности доступа к компьютерной информации. Оспаривает доводы государственного обвинителя относительно признаков неправомерного доступа, указывая, что наличие таких признаков ФИО1 не вменялось и своего отражения в обвинении не нашло.
Приводит понятие неправомерности доступа, изложенное в п.5 Постановления Пленума ВС РФ № 37 от 15 декабря 2022 года, отмечая, что в случае отсутствия признака неправомерности, остальные последствия не важны.
Оспаривает изложение и оценку государственным обвинителем показаний свидетеля М.И.А., отмечая, что сторона обвинения не предоставила суду доказательств того, что ФИО1 знала и должна была знать порядок предоставления доступа в ЕГИСЗ и соответственно действовала с прямым умыслом.
Также выражает несогласие с доводами относительно нарушений порядка, установленного ст.227 УПК РФ, указывая, что судом рассматривалось дело в отношении ФИО1, о чем было известно сторонам, замечаний о нарушении порядка назначения дела к слушанию сторона обвинения в ходе судебного заседания не заявляла. Указывает, что в постановлении допущена опечатка в фамилии подсудимой, что не влечет нарушения прав подсудимой на защиту.
Выражает несогласие с доводами государственного обвинителя о том, что приговор содержит формулировки, ставящие под сомнение невиновность ФИО1, а указание государственного обвинителя о наличии в действиях ФИО1 какого-либо иного состава преступления носит предположительный характер и не может быть положено в основу приговора.
Делает вывод об отсутствии доказательств указывающих на наличие в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.274.1 УК РФ.
Просит апелляционное представление оставить без удовлетворения, а приговор суда в отношении ФИО1 – без изменения.
Участвующая в суде апелляционной инстанции прокурор Судакова Л.А. поддержала доводы апелляционного представления, просила приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение.
В заседании суда апелляционной инстанции защитник оправданной ФИО1 – адвокат Анурин А.В. просил апелляционное представление оставить без удовлетворения, а оправдательный приговор суда - без изменения.
Изучив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в апелляционном представлении, судебная коллегия находит, что постановленный приговор подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в ином составе суда по следующим основаниям.
На основании ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона Российской Федерации.
В соответствии со ст.389.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение уголовно-процессуального закона.
Согласно ч. 2 ст. 389.24 УПК РФ оправдательный приговор может быть отменен судом апелляционной инстанции с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство по представлению прокурора на незаконность и необоснованность оправдания подсудимого.
Следует согласиться с доводом апелляционного представления о том, что при наличии существенных противоречий в выводах суда первой инстанции приговор в отношении ФИО1 в части оправдания по указанным выше преступлениям нельзя признать законным и обоснованным.
Такие нарушения допущены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего уголовного дела и постановлении по нему приговора в отношении ФИО1
По смыслу закона в описательно-мотивировочной части как оправдательного, так и обвинительного приговора, исходя из положений п. 3, 4 ч. 1 ст. 305, п. 2 ст. 307 УПК РФ, должна быть дана оценка всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом должны быть изложены доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приведены мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.
Согласно ст.ст.87, 88 УПК РФ проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.
Оправдательный приговор может быть постановлен в том случае, когда по делу исследованы с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и тщательно проанализированы как в отдельности, так и в совокупности все собранные доказательства, им дана надлежащая оценка, имеющиеся противоречия выяснены и оценены, однако, несмотря на это, исключается или не подтверждается совершение подсудимым преступления.
Согласно п.6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», в описательно-мотивировочной части приговора надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.
Из приведенных требований закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что при постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам. При этом суд должен указать в приговоре, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.
Указанные требования закона судом при вынесении обжалуемого оправдательного приговора в полном объеме не выполнены.
Как следует из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства судом были допрошены свидетели М.А.А. и М.Е.А. (<данные изъяты>), которые пояснили суду об обстоятельствах получения поддельных сертификатов по вакцинации от COVID 19.
Однако, показания указанных свидетелей своего отражения в приговоре не нашли, при этом, суд в обоснование своих выводов, неоднократно приводил в своем решении ссылку на показания данных лиц.
Кроме того, судом в ходе рассмотрения уголовного дела по ходатайству государственного обвинителя, с согласия сторон, были оглашены показания неявившихся свидетелей Ч.С.В. <данные изъяты> Ф.М.Е. <данные изъяты>
Вместе с тем, конкретные показания указанных свидетелей, пояснявших об оформлении поддельных сертификатов, также не нашли своего отражения в приговоре, хотя суд, мотивируя свои выводы, неоднократно приводил ссылку и на показания данных лиц.
Несоблюдение правил проверки и оценки доказательств является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, которое повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения.
Помимо этого, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления, считает, что суд первой инстанции допустил противоречия в своих суждениях, поскольку приняв решение об оправдании ФИО1, наряду с этим указал в приговоре, что ФИО1 иного обвинения не предъявлено и стороной обвинения квалифицировать не предложено.
Вместе с тем, суд ограничился лишь предъявленным подсудимой обвинением и фактически не рассмотрел вопрос о наличии либо отсутствии в действиях ФИО1 иных составов преступлений, упомянув лишь о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 по ч.1 ст.327 УК РФ.
Однако, при наличии оснований полагать о неконкретизированности обстоятельств обвинения, указанное может являться основанием для решения вопроса в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ, поскольку они при установлении судом, препятствовали бы постановлению как оправдательного, так и обвинительного приговора.
Таким образом, судом в приговоре допущены существенные противоречия, свидетельствующие о включении в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданной, то есть указывает на несоблюдение судом требований ч.2 ст.305 УПК РФ.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не может признать постановленный приговор в отношении ФИО1 законным и обоснованным и полагает, что выводы суда об оправдании ФИО1 содержат существенные противоречия, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности оправданной, на правильность применения уголовного закона, а также с учетом несоблюдения судом правил проверки и оценки доказательств, приходит к убеждению о необходимости его отмены, находя апелляционное представление заслуживающим внимания и подлежащим удовлетворению частично.
Допущенные судом первой инстанции нарушения требований ст.ст. 389.16, 389.17 УПК РФ не могут быть устранены в ходе апелляционного разбирательства по делу ввиду фундаментального нарушения основ уголовного судопроизводства, и в силу ст. 389.15 УПК РФ, п. 4 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ влекут отмену приговора с передачей дела на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства иным составом суда.
При новом рассмотрении дела суду первой инстанции необходимо принять меры к всестороннему и объективному исследованию всех обстоятельств дела, дать надлежащую оценку доказательствам, проверить направленность умысла ФИО1 на совершение преступлений, учесть иные обстоятельства и с учетом указанного вынести законное, обоснованное и справедливое решение.
Наряду с этим доводы апелляционного представления о существенном нарушении судом уголовно-процессуального закона, поскольку в направленной в Кстовскую городскую прокуратуру копии постановления о назначении судебного заседания указано о назначении к рассмотрению уголовного дела в отношении ФИО2 являются безосновательными.
Иные приведенные в апелляционном представлении доводы судебной коллегией не рассматриваются на основании ч.4 ст.389.19 УПК РФ, подлежат проверке судом первой инстанции при повторном судебном разбирательстве.
Руководствуясь ст.389.13, 389.15, 389.17, ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А:
приговор Кстовского городского суда Нижегородской области от 23 мая 2023 года в отношении ФИО1 отменить.
Уголовное дело в отношении ФИО1 направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда.
Апелляционное представление государственного обвинителя Миронова А.С. удовлетворить частично.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий
Судьи