Судья Ревенко О.В. дело № 22-2876/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Волгоград 21 августа 2023 года

Волгоградский областной суд

в составе:

председательствующего судьи Григорьева И.Б.,

судей: Калининой Т.И., Соловьева В.К.,

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания помощником судьи Мещеряковой К.С.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры <адрес> Кленько О.А.,

оправданного ФИО1,

защитника– адвоката Прокофьева В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора И. <адрес> ФИО2 на приговор Иловлинского районного суда Волгоградской области от 09 июня 2023 года, в соответствии с которым:

ФИО1, <.......>

признан невиновным по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ, ч.2 ст.327 УК РФ (в ред. Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 162-ФЗ), и оправдан на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В соответствии с ч.1 ст. 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Разрешены вопросы по мере пресечения, о судьбе вещественных доказательств, а также по аресту, наложенному на имущество ФИО1

Заслушав доклад судьи ГрИ.а И.Б., мнение прокурора Кленько О.А., настаивавшей на удовлетворении апелляционного представления, выступление оправданного ФИО1 и его защитника – адвоката Прокофьева В.В., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

органом предварительного следствия ФИО1 обвинялся в мошенничестве, т.е. в хищении чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере; а также в подделке, изготовлении или сбыте поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков, т.е. в подделке иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей, в целях сего использования, совершенные с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение.

Согласно предъявленному ФИО1 обвинению, по версии органа предварительного следствия, преступление им совершено при следующих обстоятельствах.

В 2012 году, но не позднее ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО1 в ходе осуществления финансово-хозяйственной деятельности как главы КФХ возникла необходимость в получении заемных денежных средств.

С этой целью, ДД.ММ.ГГГГ индивидуальный предприниматель-глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 заключил кредитный договор № <...> с АО «Россельхозбанк» на получение кредита в размере 709 000 рублей сроком на 3 года, кредитный договор № <...>, согласно которому была открыта кредитная линия на общую сумму 3 000 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ был заключен кредитный договор № <...> на получение кредита в размере 1 350 000 рублей сроком на 5 лет.

Денежные средства по данным кредитным договорам поступали на расчетный счет ФИО1 № <...>, открытый ДД.ММ.ГГГГ в АО «Россельхозбанк» по адресу: <адрес>, р.<адрес>, пл.Ленина, <адрес>.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 возврат поступивших заемных денежных средств в АО «Россельхозбанк» в соответствии с условиями вышеперечисленных кредитных договоров не осуществлял, наличие на своем расчетном счету № <...> денежных средств для автоматического списания задолженностей по кредитным обязательствам не обеспечил.

В результате накопления долгов на сумму 3 709 000 рублей по данным кредитным договорам, заключенным с АО «Россельхозбанк», в течение 2015 года, но не позднее ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, которому было известно о предоставлении Комитетом сельского хозяйства по <адрес> грантов на развитие семейных животноводческих ферм, возник преступный умысел, направленный на хищение денежных средств в особо крупном размере из областного бюджета <адрес>, путем получения гранта под предлогом развития семейной животноводческой фермы, расположенной в селе ФИО3 <адрес>, находящейся в его ведении, которые он по целевому назначению расходовать не собирался, а планировал израсходовать на погашение вышеуказанных кредитных обязательств.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с целью реализации преступного умысла, будучи осведомленным об условиях получения гранта, в том числе о необходимости подтверждения наличия собственных средств, которых у него не было, для повышения процента одобрения на выплату гранта в требуемой сумме денежных средств, заключил с ОАО «Новокондрашовское», в лице Генерального директора Е. договор займа № <...>, согласно которого ему предоставлен заем на текущие платежи в размере 500 000 рублей, со сроком возврата денежных средств до ДД.ММ.ГГГГ.

В тот же день ФИО1, реализуя единый преступный умысел, заключил договор займа с ОАО «СК» ВОЛГО-ДОН», в лице Генерального директора Свидетель №6, согласно которому ему предоставлен заем на текущие расходы в размере 2 700 000 рублей, со сроком возврата денежных средств до ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обеспечил пополнение своего лицевого счета № <...>, открытого в АО «Россельхозбанк», заемными денежными средствами, полученными от ОАО «СК» ВОЛГО-ДОН» в сумме 2 700 000 рублей и ОАО «Новокондрашовское» в сумме 500 000 рублей, а всего на общую сумму 3200 000 рублей, которые он не намеревался использовать в хозяйственной деятельности в будущем, тем самым создал фиктивные условия для принятия положительного решения о выделении ему денежных средств гранта Комитетом сельского хозяйства по <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, обеспечив на указанном лицевом счете наличие якобы собственных денежных средств в общей сумме 3242233,63 руб., получил в дополнительном офисе АО «Россельхозбанк» по адресу: <адрес>, р.<адрес>, пл.Ленина, <адрес> выписку о наличии на ДД.ММ.ГГГГ указанной суммы денежных средств на своем лицевом счете № <...>, после чего вернул заемные денежные средства в сумме 2 700 000 рублей в ОАО «СК» ВОЛГО-ДОН» и ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в сумме 500 000 рублей в ОАО «Новокондрашовское».

Далее, в дневное время ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, продолжая реализацию своего преступного умысла, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба областному бюджету <адрес> в особо крупном размере и желая их наступления, действуя умышленно, из корыстных побуждений, подал в Комитет сельского хозяйства <адрес>, расположенный по адресу: <адрес>, заявку на получение гранта, зарегистрированную за № <...>, и пакет документов для получения гранта, в который входили: копия паспорта заявителя; копия свидетельства о праве собственности на землю сельскохозяйственного назначения; бизнес план, целями и задачами которого глава КФХ ФИО1 с целью введения в заблуждение сотрудников Комитета сельского хозяйства <адрес> относительно истинных намерений использования денежных средств

определил:

увеличение производства мяса и продуктов его переработки на территории района и области; разработка плана создания семейной фермы по выращиванию КРС мясного направления на основе крестьянско-фермерского хозяйства и его реализация на территории Кондрашовского сельского поселения И. <адрес>; обеспечение социально-значимых объектов мясными продуктами питания; план расходов; справку формы 2-КФХ; справку формы 3 - фермер; справку о состоянии расчетов по страховым взносам; копии документов об образовании; копию трудовой книжки; свидетельства о регистрации машинной техники; копию договора аренды помещения; рекомендательные письма органов местного самоуправления; выписку с ЕГРН; cведения об открытых счетах в кредитных организациях; cправку о состоянии расчетов по налогам и сборам; cправку о состоянии расчетов по страховым взносам; cправку о членстве в сельскохозяйственном кооперативе; cоглашение между членами хозяйства о совместном осуществлении производственной деятельности по развитию семейной животноводческой фермы; копию паспорта ФИО1; копию свидетельства о заключении брака; копии документов о выходе из членов ООО «Чернозубовское», в том числе указал реквизиты лицевого счета № <...>, открытого в АО «Россельхозбанк» по адресу: <адрес>, р.<адрес>, пл.Ленина, <адрес>, на который в случае получения гранта необходимо перечислить денежные средства, а также вышеуказанную выписку из банка о наличии у него, необходимых для получения гранта денежных средств, тем самым введя в заблуждение сотрудников Комитета сельского хозяйства по <адрес> относительно своего финансового состояния, а также намерениях в последующем расходовать грант по его назначению.

Продолжая реализацию преступного умысла, ФИО1 в дневное время ДД.ММ.ГГГГ прибыл в комитет сельского хозяйства <адрес>, расположенный по адресу: <адрес>, где осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба областному бюджету <адрес> в особо крупном размере и желая их наступления, действуя умышленно, из корыстных побуждений заключил с председателем Комитета сельского хозяйства по <адрес> – И. соглашение от ДД.ММ.ГГГГ № <...> «О предоставлении грантов на развитие семейных животноводческих ферм» (далее по тексту - Соглашение), согласно условиям которого из средств бюджета <адрес> предоставлен грант в размере 4 800 000 рублей, предназначенный для приобретения на условиях софинансирования молодого крупно-рогатого скота мясного направления в количестве 125 голов на общую сумму 7 500 000 рублей, из которых 3 000 000 рублей ФИО1 должен был потратить из собственных средств. Также, по условиям Соглашения ФИО1 из средств бюджета <адрес> предоставлено 300 000 рублей, предназначенных на условиях софинансирования на строительство убойного пункта и приобретение оборудования на общую сумму 500 000 рублей, из которых 200000 рублей ФИО1 должен был потратить из собственных средств в течении 24 месяцев со дня поступления средств гранта.

ДД.ММ.ГГГГ на основании платежного поручения № <...> на расчетный счет ФИО1 № <...>, открытый в АО «Россельхозбанк» по адресу: <адрес>, р.<адрес>, пл.Ленина, <адрес>, с расчетного счета Управления федерального казначейства <адрес> № <...>, открытого ДД.ММ.ГГГГ в отделении <адрес> Южного главного управления Центрального банка Российской Федерации, расположенного по адресу: <адрес>, пр. им. В.И. Ленина, <адрес>, в соответствии с соглашением от ДД.ММ.ГГГГ № <...> поступили денежные средства в размере 4 800 000 рублей, которые ФИО1 впоследствии похитил и распорядился ими по своему усмотрению.

Далее, при использовании гранта в размере 4 800 000 рублей цели и задачи проекта по развитию семейной животноводческой фермы мясного направления ИП главой КФХ ФИО1 по увеличению производства мяса и продуктов его переработки на территории И. муниципального района достигнуты не были, а перечисленные на расчетный счет № <...>, открытый в АО «Россельхозбанк» по адресу: <адрес>, р.<адрес>, пл.Ленина, <адрес>, денежные средства в качестве гранта в размере 4 800 000 рублей, предназначенные на развитие семейных животноводческих ферм, похитил и расходовал по своему усмотрению на цели, не связанные с выполнением Гранта, в том числе на погашение кредитных обязательств по кредитным договорам от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, от ДД.ММ.ГГГГ № <...> и от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, заключенным между ним и АО «Россельхозбанк», обязательства по которым до получения денежных средств гранта он в соответствии с условиями договоров не исполнял, а также на ведение финансово-хозяйственной деятельности ИП глава КФХ «ФИО1» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

B результате своих преступных действий ФИО1 похитил денежные средства, принадлежащие бюджету <адрес>, на сумму 4 800 000 рублей, а возложенные на него обязательства реализации гранта не выполнил, чем причинил ущерб федеральному бюджету <адрес> на общую сумму 4 800 000 рублей, то есть в особо крупном размере.

В течении 2015 года, но не позднее ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, достоверно знавшего, что денежные средства гранта в размере 4 800 000 рублей в автоматическом режиме списываются с его расчетного счета № <...>, открытого в АО «Россельхозбанк» по адресу: <адрес>, р.<адрес>, пл.Ленина, <адрес>, в счет погашения кредитных обязательств по кредитным договорам от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, заключенным между ним и ОАО «Россельхозбанк», с целью сокрытия факта хищения им денежных средств гранта, возник преступный умысел, направленный на использование заведомо подложных документов при выполнении обязательств по подаче в Комитет сельского хозяйства <адрес> ежеквартальных областных отчетов об использовании полученного гранта.

Затем ФИО1 в периоды времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, реализуя свой преступный умысел, направленный на подделку иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей, в целях его использования, с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение, достоверно зная, что денежные средства гранта расходуются на погашение его обязательств по кредитным договорам от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, от ДД.ММ.ГГГГ № <...> и от ДД.ММ.ГГГГ № <...> и ведение финансово-хозяйственной деятельности, для дальнейшего их использования на цели и задачи не предусмотренные соглашением от ДД.ММ.ГГГГ № <...> «О предоставлении грантов на развитие семейных животноводческих ферм», а также для сокрытия совершенного им хищения денежных средств гранта, не имея технической возможности изготовить областной отчет, неоднократно обращался к специалистам отдела по сельскому хозяйству и продовольствию администрации И. муниципального района <адрес> Свидетель №16 и Свидетель №15 с просьбой оказать помощь в изготовлении областного отчета о расходовании денежных средств гранта, на что последние, не осведомленные о его преступных намерениях, ответили согласием, изготовив областные отчеты об использовании ФИО1 в 3 квартале 2015 года, в 4 квартале 2015 года, в 1 квартале 2016 года, во 2 квартале 2016 года, в 3 квартале 2016 года гранта на развитие семейной животноводческой фермы по государственной программе <адрес> «Развитие сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2014-2020 годы», являющиеся официальными документами, в которые со слов ФИО1 внесли заведомо ложные сведения, которые последний удостоверил своей подписью и печатью, указав, что в 3,4 квартале 2015 года, 1, 2,3 квартале 2016 года выделенные в качестве гранта денежные средства в размере 4 800 000 рублей не использовались.

После этого ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в дневное время ФИО1, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде нарушения установленного порядка осуществления контроля за целевым расходованием денежных средств гранта Комитетом сельского хозяйства по <адрес> и, желая их наступления, будучи достоверно осведомленным о расходуемых денежных средствах гранта на цели, не предусмотренные соглашением от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, лично предоставлял в Комитет сельского хозяйства по <адрес>, расположенный по адресу: <адрес>, заведомо подложные документы, а именно - отчеты об использовании денежных средств гранта в 3,4 квартале 2015 года, в 1, 2, 3 квартале 2016 года, дававшие право на дальнейшее использование им денежных средств гранта, а также освобождавшие его от обязанности возврата гранта.

После этого ДД.ММ.ГГГГ в дневное время ФИО1, продолжая реализацию преступного умысла, направленного на подделку иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей, в целях его использования, с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение, будучи достоверно осведомленным о расходуемых денежных средствах гранта на цели, не предусмотренные соглашением от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, лично предоставил в Комитет сельского хозяйства по <адрес>, расположенный по адресу: <адрес>, заведомо подложный документ, а именно - областной отчет об использовании денежных средств гранта за 2 полугодие 2017 года, содержащий в качестве приложения - поддельный акт выполненных работ по форме КС-2 от ДД.ММ.ГГГГ, дающий право на дальнейшее использование им денежных средств гранта, а также освобождающий его от обязанности возврата.

Таким образом, ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в целях сокрытия совершенного им хищения денежных средств гранта в сумме 4 800 000 рублей изготовил иные поддельные официальные документы, а именно областные отчеты за 3 квартал 2015 года, 4 квартал 2015 года, 1 квартал, 2016 года, 2 квартал 2016 года, 3 квартал 2016 года, второе полугодие 2017 года, а также акт выполненных работ по форме КС-2, предоставлявшие право на дальнейшей правомерное использование гранта и освобождавшие от обязанности возврата потраченных не по целевому назначению денежных средств гранта.

В апелляционном представлении прокурор И. <адрес> ФИО2 полагает приговор незаконным и подлежащим отмене. Утверждает, что доводы суда о невиновности ФИО1 в совершении вменяемых ему органом следствия преступлений являются немотивированными и не основанными на материалах уголовного дела.

Указывает, что в ходе следствия достоверно установлены обстоятельства незаконного получения ФИО1 гранта в результате предоставления в Комитет сведений о наличии у него собственных денежных средств в сумме 3 300 000 руб., которые также были необходимы для расходования на развитие животноводческой фермы. Указанные средства представлены ФИО1 на время оформления гранта организациями, аффилированными его знакомому Е., и после получения гранта возвращены обратно. После получения бюджетных денежных средств, именно эти средства по целевому назначению не расходовались, а были потрачены ФИО1 по собственному усмотрению - на погашение кредитных обязательств.

Также, полагает, что материалами уголовного дела подтверждены обстоятельства подделки иных официальных документов - областных отчетов, а также акта выполненных работ по форме КС-2, предоставлявших ФИО1 право использование гранта и освобождавших его от обязанности возврата потраченных не по целевому назначению денежных средств.

Отмечает, что в судебном заседании исследованы показания представителей потерпевшего, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, А., Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, подтвердивших виновность ФИО1 в инкриминируемых преступлениях.

Обращает внимание, что согласно показаниям А. в результате проведенного исследования расчетного счета ФИО1, последний не обеспечивал своевременное внесение денежных средств по кредитным договорам. Свидетели Свидетель №2, Свидетель №1 показали, что при использовании гранта цель и задачи проекта по развитию семейной животноводческой фермы мясного направления ИП глава КФХ ФИО1 по увеличению производства мяса и продуктов его переработки не выполнены. В соответствии с показаниями Свидетель №12 на территории фермы ФИО1 специализированные места для захоронения животных отсутствуют, за ветеринарной помощью для КРС обвиняемый не обращался и о падеже скота также не сообщал.

Отмечает, что представитель потерпевшего П. подтвердил, что ФИО1 ввел в заблуждение сотрудников Комитета сельского хозяйства, израсходовав денежные средства гранта не по целевому назначению, чем причинил комитету ущерб на сумму 4 800 000 рублей.

Считает, что вина ФИО1 подтверждается также актом проверки использования бюджетных средств № <...> контрольно-счетной палаты области от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому цель и задачи проекта по развитию семейной животноводческой фермы мясного направления ИП глава КФХ ФИО1 по увеличению производства мяса и продуктов его переработки не выполнены. Кроме того, из представленных ГБУ «РайСББЖ И. <адрес>» сведений на проведение вакцинации следует, что увеличение поголовья КРС в количестве 125 голов за период с 2016 года по настоящее время в хозяйстве не установлено.

Сообщает, что свидетели А., Свидетель №2, Свидетель №1, Свидетель №12, Свидетель №15, Свидетель №16, а также сам обвиняемый ФИО1, не отрицал факт составления, проверки и подписания областных отчетов о расходовании денежных средств гранта, а также акта по форме КС-2 при условии, что при строительстве убойного пункта некоторые из строительных материалов были заменены, но несмотря на это, в связи с ограниченными сроками реализации гранта он принял строительство убойного пункта, подписал акт формы КС-2 и предоставил его в Комитет сельского хозяйства по <адрес>.

Указывает, что вина ФИО1 также подтверждается осмотром его расчетного счета, из которого следует, что до перечисления денежных средств гранта в размере 4 800 000 рублей, последний имел кредитную задолженность, денежные средства для погашения кредитных обязательств на расчетный счет не вносил; протоколом осмотра кредитных договоров, согласно которого, до перечисления денежных средств гранта в размере 4 800 000 рублей ФИО1 не обеспечил погашение своих кредитных обязательств согласно графикам платежей кредитных договоров; справкой с АО «Россельхозбанка», согласно которой остаток денежных средств на расчетном счете ФИО1 перед поступлением гранта в размере 4 800 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ составил 119,65 рублей, что указывает на осведомленность ФИО1 о необходимости внесения на расчетный счет денежных средств для погашения своих кредитных обязательств, которыми впоследствии выступили целевые денежные средства гранта в размере 4 800 000 рублей.

Делает вывод, что при наличии у ФИО1 кредитных задолженностей по договорам от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, от ДД.ММ.ГГГГ № <...> и от ДД.ММ.ГГГГ № <...>, заключенным между ним и АО «Россельхозбанк», он изначально возможности для исполнения, условий гранта не имел. Кроме того, зная о наличии задолженности по кредитным договорам ежемесячно платежи для их погашения не вносил, тем самым понимал, что денежные средства гранта списываются на погашение кредитных обязательств, что в свою очередь судом первой инстанции во внимании не принято. При составлении областных отчетов об использовании денежных средств гранта, ФИО1 осведомленный об их списании в счет погашения своих кредитных обязательств вносил в областные отчеты заведомо ложные сведения, указывая, что денежные средства гранта не расходуются.

Обращает внимание, что в описательно-мотивировочной части приговора суда первой инстанции отсутствует ссылка на одно из письменных доказательств, подтверждающих виновность ФИО1 в совершенном преступлении по ч.4 ст.159 УК РФ, а именно: протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого с участием ФИО1 проводился осмотр и раскопки мест захоронения КРС на территории животноводческой фермы, расположенной по адресу: <адрес>, с Чернозубовка. В ходе, которого массового захоронения КРС не обнаружено.

Отмечает, что в описательно-мотивировочной части приговора суд первой инстанции в показаниях подсудимого ФИО1 указал, что в зимний период 2017-2018 г., на ферме ФИО1 произошел массовый падеж КРС, ввиду неблагоприятных погодных условий, в силу дождливой зимы и холодной весны. После того как Е. узнал о падеже, то потребовал, отдать поголовье, которое ранее привозил К., по устной договоренности. После этого Е. забрал КРС в количестве 118 голов безвозмездно. Также, ФИО1 остался должен Е. денежные средства по договору займа. Однако судом первой инстанции не в полной мере установлено, по какому договору займа и в каком количестве ФИО1 остался должен Е. денежные средства, кроме того, в судебном заседании каких-либо доказательств указывающих вышеизложенное не приведено, в связи с чем, ссылка суда первой инстанции на данные обстоятельства является необоснованной и неподтвержденной.

Просит учесть, что согласно товарно-транспортной накладной, указанной в описательно-мотивировочной части приговора от ДД.ММ.ГГГГ, грузоотправитель в лице АО «Задонское» направляет ФИО1 42 головы КРС на сумму 2520000 рублей, с массой груза в 0 килограмм, что в свою очередь указывает, что КРС последнему не направлялся, оценка допустимости и достоверности данного доказательства судом первой инстанции оставлена без внимания.

Кроме того, обращает внимание, что ФИО1 выразил свое согласие с прекращением уголовного дела по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.174.1 УК РФ по нереабилитирующему основанию в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Таким образом, считает, что фактически суд признал доказанными обстоятельства легализации денежных средств, приобретенных в результате совершения мошенничества.

Просит приговор И. районного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменить, направив дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя адвокат Прокофьев В.В. полагает приговор И. районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ законным, обоснованным, мотивированным, а апелляционное представление не подлежащим удовлетворению.

Считает, что постановлением от ДД.ММ.ГГГГ не может предрешаться вопрос о виновности ФИО1 в совершении других преступлений. Отмечает, что в указанном постановлении отсутствует анализ и оценка доказательств легализации денежных средств, полученных преступным путем, поскольку судом эти доказательства в рамках вынесения постановления не оценивались.

Утверждает, что в представлении изложен ошибочный вывод прокурора о том, что позиция суда первой инстанции является немотивированной и не основанной на материалах дела.

Отмечает, что выводы прокурора о незаконности получения гранта, невозможности получения гранта при использовании заемных средств, опровергаются буквальным содержанием грантовой документации и бездействием Комитета, отсутствием арбитражного судопроизводства по вопросу о возврате суммы якобы незаконно полученного гранта.

Обращает внимание, что вступившим в законную силу решением Арбитражного Суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу А12-18158/18 установлена правомерность получения суммы гранта и надлежащее ее использование, отсутствие оснований для возврата гранта, отсутствие нарушений у ФИО1 при исполнении им обязательств, в том числе сдачи отчетности.

Также указывает, что сами по себе акты КС-2 в п.35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № <...> не перечислены в качестве официальных документов, тем самым не признано наличие статуса официального документа у договоров, соглашений, отчетов об исполнении договоров, актов КС-2.

Полагает, что все показания свидетелей необходимо оценивать комплексно, не вырывая фразы из контекста, как сделано прокурором.

Сообщает, что для выполнения условий гранта юридическое значение имеет именно приобретение КРС. Вопреки мнению следователя и прокурора, в контракте не имеется условия, что каждое купленное животное должно прожить определенное количество лет и не может погибнуть в период исполнения грантовых обязательств. Приобретенное поголовье в количестве 125 голов вакцинировалось ветеринарным врачом, которая была осведомлена о приобретении данного поголовья и лично участвовала в этом процессе.

Считает, что прокурор игнорирует презумпцию невиновности и возложение бремени доказывания на государственного обвинителя. При этом утверждает, что прокурор не доказал, что ФИО1 заведомо не имел возможности исполнить обязательства - ни одного доказательства, что до получения гранта ФИО1 решил средства похитить, прокурор не привел.

Отмечает, что в настоящем деле банковскими документами подтверждается, что ФИО1 реально исполнил все свои обязательства надлежащим образом, что подтверждается ответом Волгоградского регионального филиала АО «Россельхозбанк».

Обращает внимание, что материалами дела подтверждается, что расходование 500 000 рублей на строительство убойного пункта и расходование 2 500 000 рублей на приобретение КРС полностью соответствует целям гранта и действительно производилось по воле ФИО1 и во исполнение взятых им грантовых обязательств. Общий размер выплат по договору от ДД.ММ.ГГГГ составил 7500000 рублей, крупнорогатый скот был приобретен в количестве 125 голов, что согласуется с соглашением № <...> о предоставлении грантов на развитие семейных животноводческих ферм от ДД.ММ.ГГГГ.

Считает, что банком письменно опровергается позиция прокурора о желании ФИО1 осуществить нецелевое списание полученных по гранту денежных средств путем умышленной дачи поручения направить деньги на цели, не связанные исполнением обязательств по гранту.

Утверждает, что версия стороны обвинения по поводу нецелевого расходования грантовых денежных средств является опровергнутой. ФИО1 полученные денежные средства, а также иные имевшиеся у него денежные средства, потратил исключительно на цели, предусмотренные условиями выдачи гранта - на покупку крупнорогатого скота и строительство убойного пункта.

Просит оставить приговор И. районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений на апелляционное представление, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции находит приговор суда в отношении ФИО1 подлежащим отмене.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ судебное решение подлежит отмене в апелляционном порядке в случае несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым.

Положения ст.305 УПК РФ обязывают суд при постановлении оправдательного приговора привести мотивы, по которым отвергнуты доказательства, представленные стороной обвинения. Выводы суда о несостоятельности тех или иных доказательств должны быть основаны на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в совокупности.

По смыслу уголовно-процессуального закона оправдательный приговор может быть постановлен в том случае, когда по делу исследованы с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и тщательно проанализированы как в отдельности, так и в совокупности все собранные доказательства, им дана надлежащая оценка, имеющиеся противоречия выяснены и оценены, однако несмотря на это, исключается или не подтверждается совершение подсудимым инкриминированного преступления.

Согласно требованиям закона, доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Согласно ст.87, 88 УПК РФ проверка доказательств производится путем сопоставления их с другими доказательствами, а также путем установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. При этом каждое доказательство подлежит проверке и оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Данные положения уголовно-процессуального закона по настоящему уголовному делу не выполнены, поскольку мотивы, по которым суд отверг доказательства обвинения, являются неполными, не содержат оценки всех доказательств путем их сопоставления и потому не могут быть признаны убедительными.

Как усматривается из содержания оправдательного приговора в отношении ФИО1, суд в его описательно-мотивировочной части не привел обстоятельств, фактически установленных в судебном заседании, касающихся как самого события, так и обстоятельств совершенного ФИО1 деяния, которое, по мнению суда, не образует состав инкриминируемого ему преступления.

В приговоре судом лишь изложены обстоятельства инкриминируемого ФИО1 органом предварительного следствие обвинения, после чего сделан вывод о том, что ряд обстоятельств, изложенных в обвинении, не подтверждается исследованными доказательствами, проанализированы исследованные доказательства и сделан вывод о том, что стороной обвинения не представлено ни одного объективного доказательства, указывающего на то, что вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, а именно мошенничестве, т.е. в хищении чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере, а также в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.327 УК РФ (в ред. Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 162-ФЗ), а именно в подделке, изготовлении или сбыте поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков, то есть подделке иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей, в целях его использования, совершенные с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение, подтверждена.

В обосновании невиновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений, суд первой инстанции сослался в приговоре на показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №14, которые подтвердили факт получения ФИО1 гранта на законных основаниях и использования его в полном объеме в соответствии с условиями заключенного соглашения, в том числе о том, что ФИО1 достиг целей предоставления гранта.

Суд первой инстанции, указывая в приговоре на доказательства стороны обвинения: показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №6, Свидетель №8, Свидетель №7, Свидетель №11, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №13, Свидетель №3, Свидетель №12, Свидетель №15, Свидетель №16, не дав полную оценку данным доказательствам, ограничился ссылкой на то, что они не уличают ФИО1 в совершении инкриминируемых ему деяний, указав, что ФИО1, будучи зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя и являясь главой крестьянского (фермерского) хозяйства, принял меры для выполнения условий соглашения: приобрел 125 голов КРС и организовал строительство убойного пункта.

Вместе с тем, анализ показаний вышеуказанных свидетелей приведенных в протоколе судебного заседания свидетельствует о том, что они указывали на нарушения получения условий гранта со стороны ФИО1 в том числе, как по исполнению установленных условий, так и по строительству убойного цеха.

Оценивая акт проверки использования бюджетных средств № <...> контрольно-счетной палаты <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого были установлены нарушения условий, как получения, так и исполнения гранта на развитие семейной животноводческой фермы со стороны ФИО1, суд первой инстанции указал на то, что выявленные нарушения могут служить лишь поводом для комитета сельского хозяйства <адрес> для расторжения соглашения о предоставлении гранта и не свидетельствуют об умысле ФИО1 на неисполнение условий соглашения по гранту.

Относительно установленных актом нарушений строительства убойного пункта судом в приговоре указано на наличие данного убойного пункта со ссылкой на иные доказательства, которые объективно опровергают утверждение органа предварительного следствия о наличии у ФИО1 умысла на неисполнение условий соглашения.

Вместе с тем, судом первой инстанции не указано в приговоре какие именно иные доказательства опровергают доводы предъявленного ФИО1 обвинение в данной части.

Напротив, из содержания протокола судебного заседания следует, что свидетели стороны обвинения Свидетель №10, Свидетель №9 строительство убойного пункта фактически не производили, а лишь поставили в адрес ФИО1 строительные материалы, часть денежных средств полученных по соглашению на расчетный счет по договору подряда вернули ему наличными. Свидетели И.Н.П. и К. показали, что участвовали в строительстве убойного цеха у ФИО1, получая от последнего денежные средства за работу. Свидетели Свидетель №1, Свидетель №2 показали, что при проведении проверочных мероприятий было установлено, что убойный цех не достроен, в эксплуатацию не принят, площадь убойного цеха уменьшена в три раза, применяемые строительные материалы заменены, водоснабжение и электричество не подведены, следы деятельности в данном здании отсутствовали, общая сумма невыполненных работ по строительству убойного цеха составила 260300 рублей.

Всем вышеперечисленным показаниям свидетелей в данной части судом первой инстанции оценка не давалась.

Оценивая выписку по движению денежных средств, находящихся на расчетном счету ИП главы КФХ ФИО1, суд первой инстанции указал в приговоре на поступление денежных средств на расчетный счет по договорам займа в размере 2000000 рублей и 3000000 рублей, вместе с тем оценку данным договорам и сопутствующим им доказательствам, исследованных в судебном заседании не дал. Кроме того, не привел мотивов в связи с чем, отверг доводы стороны обвинения о списании с расчетного денежных средств, полученных за счет заключения соглашения о гранте в счет погашения имеющихся задолженностей по имеющимся кредитным договорам.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционного представления о наличии в приговоре существенных противоречий, влекущих его безусловную отмену.

Все выше перечисленные нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1 и вынесении приговора, по мнению суда апелляционной инстанции, являются существенными, могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

При изложенных обстоятельствах приговор суда в отношении ФИО1 нельзя признать законным и обоснованным, он подлежит отмене по доводам апелляционного представления государственного обвинителя, а дело направлению на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № <...> «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», с учетом требований ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ суд апелляционной инстанции может принять решение, ухудшающее положение осужденного по отношению к приговору суда первой инстанции, не иначе как по представлению прокурора и (или) жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей. При этом суд не вправе выходить за пределы доводов жалобы или представления.

Таким образом, проверяя законность постановленного по настоящему уголовному делу оправдательного приговора, суд апелляционной инстанции не вправе выходить за пределы тех доводов, которые изложены в апелляционном представлении.

В апелляционном представлении помимо вышеизложенных доводов о незаконности приговора, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции, государственным обвинителем выражено мнение о том, что вина ФИО1 полностью нашла свое подтверждение собранными и исследованными доказательствами, после чего приведены частично изложены показания представителя потерпевшего П., свидетелей А., Свидетель №2, Свидетель №1, Свидетель №12

Вместе с тем, показания всех указанных лиц были оценены судом первой инстанции. Государственный обвинитель, цитируя их показания в апелляционном представлении, не указывает, что в приговоре они изложены неверно или неполно, как и не заявляет о несогласии с данной судом оценкой показаний допрошенных по делу лиц. Обоснование своего мнения о том, что вопреки выводам суда, данные доказательства подтверждают вину ФИО1, автор апелляционного представления не приводит.

По указанным основаниям суд апелляционной инстанции не вправе давать какой-либо оценки выводам суда первой инстанции, которые касаются оценки исследованных доказательств, поскольку в данном случае при избранном государственным обвинителем стиле написания апелляционного представления это повлечет выход за пределы его доводов.

Каких-либо иных доводов о незаконности и необоснованности постановленного в отношении ФИО1 оправдательного приговора, государственным обвинителем в апелляционном представлении не приведено, в связи с чем суд апелляционной инстанции, проверяя законность постановленного приговора, не вправе давать оценку иным выводам суда изложенным в обжалуемом судебном решении.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить допущенные нарушения, принять меры к объективному, всестороннему и полному исследованию доказательств по делу с учетом доводов, изложенных в представлении, принять законное, обоснованное и справедливое решение.

Руководствуясь ст. 38915, 38917, 38920, 38924, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил :

Приговор И. районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить в Иловлинский районный суд <адрес> на новое рассмотрение в ином составе суда.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 4017 и 4018 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения.

В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 40110- 40112 УПК РФ.

Председательствующий судья

Судьи