Судья Бек О.Ю. Дело №22-1019/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Мурманск 25 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего Алексеевой И.В.,

судей Капельки Н.С., Екимова А.А.,

при секретаре судебного заседания Казьминой Р.Т.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2 по апелляционной жалобе защитника осуждённого ФИО2 – адвоката Ерёмина П.В. и по апелляционному представлению прокурора Октябрьского административного округа г.Мурманска Степановой Т.В. на приговор Октябрьского районного суда г.Мурманска от 17 мая 2023 года, которым

ФИО1, ***, судимый:

25 марта 2022 года по ч.3 ст.30, п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ к 01 году лишения свободы, в силу ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 01 год, 17 августа, 27 декабря 2022 года и 21 марта 2023 года испытательный срок продлевался на 01 месяц, каждый раз, а всего до 01 года 03 месяцев,

06 декабря 2022 года по ч.1 ст.158 УК РФ (2 преступления), на основании ч.2 ст.69 УК РФ к 01 году исправительных работ с удержанием 10% заработной платы в доход государства. Отбыто 03 дня исправительных работ,

осуждён по ч.2 ст.325 УК РФ к 06 месяцам исправительных работ с удержанием 5% из заработка в доход государства, по п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ к 01 году 05 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, с применением ст.71 УК РФ, назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 01 год 06 месяцев.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 06 декабря 2022 года, с применением ст.71 УК РФ, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 01 год 08 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговор от 25 марта 2022 года исполняется самостоятельно.

ФИО2, ***, судимый:

27 апреля 2022 года по ч.1 ст.166 УК РФ к 01 году 06 месяцам ограничения свободы,

19 сентября 2022 года по ч.1 ст.158 УК РФ к 240 часам обязательных работ, на основании ч.5 ст.69 УК РФ (с учётом приговора от 27 апреля 2022 года) к ограничению свободы на срок 01 год 07 месяцев. По состоянию на 17 мая 2023 года отбыто 05 месяцев 15 дней ограничения свободы,

осуждён по п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ к 01 году 05 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 19 сентября 2022 года, с применением ст.71 УК РФ, окончательно ФИО2 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 01 год 07 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Заслушав доклад председательствующего, выступления защитников Кузнецова В.П., Усачевой Н.В., осуждённого ФИО1 (посредством видео-конференц-связи), поддержавших доводы апелляционной жалобы, а также прокурора Пашковского С.О., полагавшего приговор подлежащим изменению по доводам апелляционного представления, судебная коллегия

установила:

ФИО1 осуждён за похищение у гражданина паспорта и другого важного личного документа.

ФИО1 и ФИО2 осуждены за грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённое с угрозой применения насилия, не опасного для жизни или здоровья

Преступления, как установил суд, совершены ФИО1 и ФИО2 01 декабря 2021 года на территории г.Мурманска при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осуждённого ФИО2 – адвокат Ерёмин П.В. выражает несогласие с приговором, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, неверной юридической оценки содеянного, а также чрезмерной суровостью назначенного наказания.

Обращает внимание на то, что в судебном заседании потерпевший П. пояснил, что ни один из подсудимых не высказывал в его адрес каких-либо угроз, ФИО1 лишь говорил ему о вызове сотрудников ОМОН в случае неповиновения досмотру. Показания потерпевшего согласуются с показаниями ФИО2 и ФИО1, которые как на стадии расследования уголовного дела, так и в судебном заседании настаивали на том, что угроз применения физической силы в адрес П. не высказывали.

Обстоятельства, на которые сослался суд в обоснование квалификации действий ФИО2 по п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ, а именно, понимание потерпевшим, что подсудимые не являются сотрудниками полиции, в совокупности с их численным преимуществом, спортивным телосложением, нахождением в состоянии алкогольного опьянения, ночным временем суток и отсутствием проходящих мимо людей, вопреки выводам суда, не свидетельствуют о реальности невысказанной угрозы, которую «домыслил» потерпевший.

Оспаривает также выводы суда об отсутствии оснований для применения при назначении ФИО2 наказания положений ст.ст.64, 73 УК РФ.

Обращает внимание на то, что ФИО2 во время совершения преступления угрозы в адрес потерпевшего не высказывал, насилия не применял, именно ФИО2 в тот же день возвратил П. похищенные телефон и документы.

Просит приговор изменить, переквалифицировав действия ФИО2 на ч.1 ст.161 УК РФ и назначить ему наказание, не связанное с лишением свободы, либо применить положения ст.73 УК РФ.

В апелляционном представлении прокурор Октябрьского административного округа г.Мурманска Степанова Т.В. также полагает приговор подлежащим изменению, в виду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона и чрезмерной суровостью назначенного наказания.

По мнению прокурора действия ФИО1 и ФИО2 необоснованно квалифицированы судом, как грабеж, совершённый с угрозой применения насилия, не опасного для жизни или здоровья.

Ссылается на показания потерпевшего П., который в ходе судебного заседания пояснил, что ни один из подсудимых не высказывал в его адрес угроз применения какого-либо насилия, ему угрожали тем, что вызовут сотрудников ОМОН в масках, которые будут производить его задержание, других угроз применения к нему физического насилия со стороны ФИО1 и ФИО2 не было. Он действительно испугался, что в случае отказа от выполнения требований ФИО1 и ФИО2 последние могут применить к нему физическую силу, так как понимал, что они не являются сотрудниками полиции, он был один в безлюдном месте в ночное время, ФИО1 и ФИО2 находились в состоянии опьянения, вели себя агрессивно, были явно физически сильнее, препроводили его под руку в подъезд. Свои показания в части, высказывания в его адрес угроз физической расправой и причинения телесных повреждений, данные на предварительном следствии, потерпевший в суде не подтвердил, пояснив, что испугался самих действий подсудимых, которые воспринял как угрозу применения насилия. Из оглашённых в ходе судебного заседания в порядке ст.281 УПК РФ показаний потерпевшего П., данных им в ходе предварительного следствия, также не следует, какие конкретно угрозы применения физического насилия были высказаны и в какой момент. ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании отрицали высказывание в адрес потерпевшего каких-либо угроз, хотя и соглашались, что с учётом сложившейся обстановки и их поведения, потерпевший был напуган их действиями.

Полагает, что суд в описательно-мотивировочной части приговора необоснованно указал на то, что ФИО1 и ФИО2 высказывали в адрес потерпевшего угрозы применения физической силы в виде причинения телесных повреждений и избиения, а также высказывали угрозы применения насилия, не опасного для жизни или здоровья. Следовательно, выводы суда о том, что ФИО1, и ФИО2 высказали в адрес потерпевшего угрозу насилия, не опасного для жизни или здоровья, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного заседания, квалифицирующий признак «с угрозой применения насилия, не опасного для жизни или здоровья» должен быть исключён, действия ФИО1 и ФИО2 переквалифицированы с п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ на ч.1 ст.161 УК РФ, в связи с чем, подлежит снижению назначенное наказание и изменению вид исправительного учреждения, в котором осуждённым надлежит отбывать наказание.

Прокурор просит приговор изменить, исключить из описательно-мотивировочной части указание на то, что ФИО1 и ФИО2 высказывали в адрес потерпевшего угрозы применения физической силы в виде причинения телесных повреждений и избиения, а также высказывали угрозы применения насилия, не опасного для жизни или здоровья; исключить из объёма обвинения квалифицирующий признак «с угрозой применения насилия не опасного для жизни или здоровья»; переквалифицировать действия ФИО1 и ФИО2 с п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ на ч.1 ст.161 УК РФ, снизив размер назначенного наказания, как за данное преступление, так и по правилам, предусмотренным ч.3 и ч.5 ст.69 УК РФ, назначив осуждённым отбывание наказания в колонии-поселении.

Изучив материалы дела, обсудив и проверив доводы апелляционных жалобы и представления, заслушав стороны, судебная коллегия находит приговор, подлежащим изменению, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в похищении у гражданина паспорта и другого важного личного документа, ФИО1 и ФИО2 в открытом хищении имущества у потерпевшего П. соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Квалификация действий осуждённого ФИО1 по ч.2 ст.325 УК РФ, как похищение у гражданина паспорта и другого важного личного документа, полностью соответствует установленным судом первой инстанции фактическим обстоятельствам, не оспаривается сторонами.

В соответствии с ч.1 ст.35 УК РФ преступление признаётся совершённым группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора.

Из показаний потерпевшего П., данных, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, следует, что в ночное время 01 декабря 2021 года к нему поочерёдно подошли ранее незнакомые ФИО1 и ФИО2, представившиеся сотрудниками полиции, провели его в подъезд рядом находившегося дома, где, выполняя их требование, он передал им свой паспорт, страховое свидетельство, банковскую карту и мобильный телефон, при этом, понимая, что те его обманывают, сотрудниками полиции не являются. Паспорт, страховое свидетельство и банковскую карту забрал себе ФИО1

Из показаний ФИО1 и ФИО2, согласующихся между собой, следует, что ночью 01 декабря 2021 года, встретив ранее незнакомого П., сначала к тому подошёл ФИО1, представился сотрудником полиции, сообщил, что тот подозревается в причастности к незаконному обороту запрещённых веществ, в связи с чем, того требуется досмотреть, провёл П. к подъезду дома, где к ним подошёл ФИО2, так же представившийся сотрудником полиции. П. был ими напуган, при этом, не поверил, что они являются сотрудниками полиции. В подъезде ФИО1 и ФИО2 открыто похитили у потерпевшего мобильный телефон, а ФИО1 – паспорт, страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования и банковскую карту.

Исходя из показаний потерпевшего П., осуждённых ФИО1 и ФИО2, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу, основанному на доказательствах, исследованных в ходе судебного заседания, о том, что осуждённые совершили преступление, предусмотренное ст.161 УК РФ, группой лиц.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о том, что ФИО1 и ФИО2 совершили преступление, предусмотренное ст.161 УК РФ, в составе группы лиц, исходя из того, что они совместно, руководствуясь единым преступным умыслом, направленным на хищение чужого имущества, дополняя преступные действия друг друга, совершили открытое хищение имущества, принадлежащего потерпевшему П.

Таким образом, обвинительный приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 в части выводов о том, что совершая открытое хищение имущества у П., осуждённые действовали группой лиц, основан на исследованных доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку в соответствии с положениями ст.ст.87, 88 УПК РФ.

Достоверно установлено, что несмотря на то, что ФИО1 и ФИО2 представились П. сотрудниками полиции, потерпевший в их принадлежность правоохранительным органам не поверил, и осуждённые это осознавали. При таких обстоятельствах отсутствуют основания полагать, что в действиях ФИО1 и ФИО2 имеются признаки преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ.

При этом совместное совершение ФИО1 и ФИО2 открытого хищения чужого имущества существенно увеличило общественную опасность совершённого ими преступления, в связи с чем, правильно руководствуясь положениями п.«в» ч.1 ст.63 УК РФ, суд первой инстанции признал указанное обстоятельство: совершение преступления группой лиц, в качестве отягчающего наказание каждого осуждённого.

Специфическим для грабежа квалифицирующим признаком является совершение его с насилием, не опасным для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия (п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ). При применении или угрозе применения насилия объектом преступления становятся не только отношения собственности, но и личность потерпевшего.

Под насилием, не опасным для жизни или здоровья, следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы. Угроза применения насилия является психическим воздействием на потерпевшего, стремлением подавить его сопротивление.

Насилие или угроза его применения служат при грабеже достижению двух целей: открытого изъятия имущества и удержания уже изъятого имущества.

Суд пришёл к выводу, что ФИО1 и ФИО2 совершили грабёж с угрозой применения насилия, не опасного для жизни или здоровья, которая, как это следует из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, заключалась в высказывании осуждёнными в адрес П. угрозы применения физической силы в виде причинения телесных повреждений и избиения, чем подавили волю потерпевшего к сопротивлению.

В обоснование указанного вывода суд первой инстанции привёл показания потерпевшего П., данные в период предварительного следствия, из которых следует, что ФИО1 вёл себя агрессивно, угрожал отвезти потерпевшего в отдел полиции, требовал проследовать с ним к подъезду для досмотра, угрожая физической расправой, причинением телесных повреждений. Далее к ним подошёл ФИО2 По пути к подъезду ФИО1 держал его (П.) под руку и тянул за локоть, а ФИО2 шёл рядом. Испугавшись применения физической силы, он не сопротивляясь прошёл с осуждёнными в подъезд, где по их требованию достал из рюкзака свои вещи. При этом, телефон из его рук выхватил ФИО2, а паспорт, страховое свидетельство и банковскую карту забрал ФИО1

Отвергая доводы стороны защиты о необходимости квалификации действий ФИО1 и ФИО2 по ч.1 ст.161 УК РФ, суд первой инстанции нашёл их несостоятельными, опровергающимися совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, вышеприведёнными показаниями потерпевшего П.

Обосновывая наличие в действиях ФИО1 и ФИО2 квалифицирующего признака совершения грабежа – с угрозой применения насилия, не опасного для жизни или здоровья, суд первой инстанции указал, что осуждённые с целью завладения имуществом П., используя создавшуюся обстановку для подавления воли потерпевшего к сопротивлению, с учётом физического и численного превосходства, высказали в адрес последнего угрозы применения насилия, не опасного для жизни или здоровья, при этом, ФИО1 совершил конкретные демонстративные действия, взяв потерпевшего П. под руку и дёрнув его, таким образом, осуждённые сопроводили потерпевшего в малолюдное место, где продолжая свои действия, потребовали передачи принадлежащего ему имущества, находящегося при нём, а затем открыто похитили у него мобильный телефон. Изложенное, по мнению суда первой инстанции, свидетельствует о намерении подсудимых в случае оказания потерпевшим сопротивления применить к нему физическое насилие для достижения их цели – открытого хищения чужого имущества.

Как следует из содержания исследованных в период судебного разбирательства показаний потерпевшего, П. только однажды, будучи допрошенным 16 декабря 2021 года, сообщал о высказанных одним из молодых людей угрозах физической расправы, а именно – об угрозах избиением. Указанное обстоятельство потерпевший не указывал при последующих допросах, в том числе при проведении очных ставок с ФИО2 и ФИО1 Не подтвердил указанного обстоятельства П. и в ходе судебного заседания, после оглашения его показаний на основании ч.3 ст.281 УПК РФ. При этом, согласно аудиозаписи судебного заседания от 24 января 2023 года, ответ потерпевшего П. на вопрос государственного обвинителя, помнил ли тот лучше события будучи допрошенным в 2021 и 2022 годах, касался обстоятельств, связанных с тем, кто конкретно из осуждённых забрал у него мобильный телефон. Согласно протоколу судебного заседания от 24 января 2023 года потерпевший П., действительно, подтвердил оглашённые показания, но те, которые он дал в ходе очной ставки с ФИО1, когда не сообщал о высказанных в его адрес угрозах.

В приговоре отсутствует оценка показаний потерпевшего П. в части имеющихся противоречий. При этом, ставить под сомнение правдивый характер показаний потерпевшего П. в целом, оснований не имеется, поскольку в остальной части показания потерпевшего согласуются с показаниями ФИО1 и ФИО2 об обстоятельствах совершения ими преступных действий в отношении П.

Таким образом, судом первой инстанции не было достоверно установлено высказывание в адрес потерпевшего П. угроз применения насилия, не опасного для жизни или здоровья, как и не было установлено, кем из осуждённых такие угрозы высказывались, характер таких угроз.

При этом, установленные судом первой инстанции обстоятельства, связанные с препровождением потерпевшего под руку в подъезд, сопряжённым с рывком того за руку, находятся за пределами обвинения, предъявленного ФИО1 и ФИО2, а изменение обвинения в данной части ухудшает положение осуждённых и нарушает их право на защиту, то есть противоречит требованиям ст.252 УПК РФ.

Кроме того, выводы об угрозе применения насилия, носившей неопределённый характер, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о высказанной осуждёнными угрозе применения насилия в виде причинения телесных повреждений и избиения, не могут быть признаны обоснованными. Активный характер действий ФИО1 и ФИО2, направленных на открытое хищение имущества П., несмотря на позднее время суток, численное превосходство осуждённых, отсутствие посторонних граждан, безлюдное место, не может свидетельствовать о наличии угрозы применения в отношении потерпевшего насилия, не опасного для жизни или здоровья.

При таких обстоятельствах, установленные в ходе судебного разбирательства сомнения в части высказывания в адрес потерпевшего угроз применения насилия, не опасного для жизни или здоровья, в соответствии с требованиями ч.3 ст.14 УПК РФ, надлежало истолковать в пользу ФИО1 и ФИО2, чего судом первой инстанции сделано не было.

Учитывая изложенное, анализируя исследованные судом первой инстанции показания потерпевшего П., осуждённых ФИО1 и ФИО2, данные как в период предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии достоверных доказательств, подтверждающих обоснованный характер предложенной органом предварительного следствия квалификации действий ФИО1 и ФИО2. по факту открытого хищения имущества П., как совершённых с угрозой применения насилия, не опасного для жизни или здоровья. В связи с чем, действия ФИО1 и ФИО2 по факту открытого хищения имущества П. следует переквалифицировать с п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ на ч.1 ст.161 УК РФ, как открытое хищение чужого имущества.

При таких обстоятельствах подлежит изменению и назначенное осуждённым наказание, как за указанное преступление, так и по совокупности преступлений.

Назначая наказание, необходимо учитывать характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступлений, смягчающие и отягчающее наказание ФИО1 и ФИО2 обстоятельства, личность каждого осуждённого, а также влияние наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

ФИО1 совершил преступления небольшой и средней тяжести, ФИО2 – преступление средней тяжести. Вместе с тем, предусмотренных ст.ст.25-28 УПК РФ оснований для прекращения уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 не имеется.

Сведения, характеризующие ФИО1 и ФИО2, судом первой инстанции исследованы с достаточной полнотой, получив в приговоре объективную оценку.

При назначении наказания за каждое преступление в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд первой инстанции обоснованно учёл активное способствование раскрытию и расследованию преступления, совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причинённого преступлениями, путём принесения в судебном заседании извинений потерпевшему, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причинённых в результате преступления, возврат похищенного имущества, признание вины, раскаяние в содеянном, молодой возраст осуждённого.

При назначении наказания ФИО2, суд первой инстанции в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, признал активное способствование раскрытию и расследованию преступления, совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причинённого преступлением, путём принесения в судебном заседании извинений потерпевшему, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причинённых в результате преступления, возврат похищенного имущества, признание вины, раскаяние в содеянном, молодой возраст осуждённого.

Иных обстоятельств, перечисленных в ч.1 ст.61 УК РФ, а также обстоятельств, значимых для назначения наказания ФИО1 и ФИО2, и оснований, достаточных для признания их в качестве смягчающих, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, не установлено.

Вместе с тем, установленные в отношении каждого осуждённого смягчающие наказание обстоятельства, исключительными, связанными с целями и мотивами преступлений, поведением осуждённых во время или после их совершения, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершённых преступлений, позволяющими при назначении наказания применить ст.64 УК РФ, не являются.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание как ФИО1, так и ФИО2, по факту открытого хищения чужого имущества, суд первой инстанции правильно учёл, предусмотренное п.«в» ч.1 ст.63 УК РФ, совершение преступления группой лиц.

Установленное отягчающее наказание обстоятельство, исключало применение положений ч.6 ст.15 УК РФ.

Назначение ФИО1 судом первой инстанции за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.325 УК РФ, исправительных работ, соответствует требованиям ст.60 УК РФ.

Учитывая сведения, характеризующие личность каждого осуждённого, к числу которых относятся сведения о прекращении в отношении ФИО1 и ФИО2 ранее уголовных дел по фактам совершения преступлений против собственности, по нереабилитирующим основаниям, а также – характер и степень общественной опасности совершённых ФИО1 и ФИО2 преступлений, судебная коллегия приходит к выводу о назначении ФИО1 и ФИО2 за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.161 УК РФ, наказания в виде лишения свободы, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания, а также – о необходимости применения к осуждённым ограничений, связанных с реальным воздействием наказания, об отсутствии оснований для назначения наказания условно (ст.73 УК РФ), поскольку в противном случае, достижение цели исправления осуждённых будет невозможно.

Поскольку исправление ФИО1 и ФИО2 возможно только в условиях лишения свободы, отсутствуют основания для замены наказания принудительными работами, в порядке, предусмотренном ст.53.1 УК РФ.

При назначении наказания ФИО1, совершившему преступления небольшой и средней тяжести, следует руководствоваться требованиями ч.2 ст.69 УК РФ.

Кроме того, поскольку и ФИО1 и ФИО2 после совершения настоящих преступлений были осуждены к наказанию, исполняемому реально, окончательное наказание каждому из осуждённых должно назначаться по правилам ч.5 ст.69 УК РФ.

Вместе с тем, приговор от 25 марта 2022 года в отношении ФИО1 подлежит самостоятельному исполнению, поскольку ФИО1 назначено наказание с применением ст.73 УК РФ, а предусмотренных ст.74 УК РФ оснований для отмены условного осуждения не имеется.

В соответствии с п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание ФИО1 и ФИО2 наказания назначается в колонии-поселении.

Поскольку в период судебного разбирательства осуждённые уклонялись от явки в суд, ФИО2 объявлялся в розыск, на день принятия решения об отбывании наказания в колонии-поселении осуждённые содержатся под стражей, руководствуясь ч.ч.4 и 5 ст.75.1 УИК РФ, ФИО1 и ФИО2 подлежат направлению в колонию-поселение под конвоем.

Решение о судьбе вещественных доказательств, о процессуальных издержках принято судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.81, 131-132 УПК РФ, достаточно мотивировано в указанной части.

Иных предусмотренных ст.389.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения обжалуемого приговора, не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Октябрьского районного суда г.Мурманска от 17 мая 2023 года в отношении ФИО1, ФИО2 изменить.

Переквалифицировать действия ФИО1 и ФИО2 по факту открытого хищения имущества П. с п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ на ч.1 ст.161 УК РФ.

Назначить ФИО1 наказание за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.161 УК РФ, в виде лишения свободы сроком 10 месяцев.

В соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч.2 ст.325 УК РФ и ч.1 ст.161 УК РФ, путём частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком 11 месяцев.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору мирового судьи судебного участка №1 Первомайского судебного района г.Мурманска от 06 декабря 2022 года, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком 01 год 01 месяц с отбыванием в колонии-поселении, куда осуждённый подлежит направлению под конвоем.

В соответствии с п.«в» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок наказания ФИО1 период содержания под стражей с 17 мая 2023 года до даты вступления приговора в законную силу, из расчёта один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания.

Зачесть в срок наказания ФИО1 отбытое по приговору от 06 декабря 2022 года наказание в виде 03 дней исправительных работы, из расчёта три дня исправительных работ за один день лишения свободы.

Назначить ФИО2 наказание за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.161 УК РФ, в виде лишения свободы сроком 10 месяцев.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору мирового судьи судебного участка №5 Первомайского судебного района г.Мурманска от 19 сентября 2022 года, окончательно назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы сроком 01 год с отбыванием в колонии-поселении, куда осуждённый подлежит направлению под конвоем.

В соответствии с п.«в» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок наказания ФИО2 период содержания под стражей с 02 апреля 2023 года до даты вступления приговора в законную силу, из расчёта один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания.

Зачесть в срок наказания ФИО2 отбытое по приговору от 19 сентября 2022 года наказание в виде 05 месяцев 15 дней ограничения свободы, из расчёта два дня ограничения свободы за один день лишения свободы.

В остальной части, этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – адвоката Ерёмина П.В., апелляционное представление прокурора Октябрьского административного округа г.Мурманска Степановой Т.В. удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, через суд первой инстанции в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осуждёнными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу, а в случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении – непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

В случае кассационного обжалования, осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.В.Алексеева

Судьи А.А.Екимов

Н.С.Капелька