Решение по делу № 2-3131/2022 от 17.08.2022 - о признании свидетельства о праве на наследство недействительным, о признании права собственности в порядке приобретательской давности.

Дело № 2-3131/2022 17 августа 2022 года

78RS0001-01-2022-002122-71

Решение

Именем Российской Федерации

Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Минихиной О.Л.,

при секретаре Ивановой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 к администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга о признании свидетельства о праве на наследство недействительным, о признании права собственности в порядке приобретательской давности,

Установил:

ФИО11 обратилась в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга с иском к администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга о признании свидетельства о праве на наследство недействительным, о признании права собственности в порядке приобретательской давности.

С учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), истец просил суд:

признать свидетельство о праве на наследство по закону, выданное нотариусом ФИО12 01.09.2020 года администрации Василеостровского района г. Санкт-Петербурга, недействительным;

признать недействительным государственную регистрацию права собственности на 1... за администрацией Василеостровского района г.Санкт-Петербурга, произведенную на основании свидетельства о праве на наследство по закону после умершего ФИО1 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 01.09.2020 года;

признать за истцом право собственности на ....

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что 18.01.1990 года ФИО2 на семью из четырех человек был выдан обменный ордер, в соответствии с которым ФИО3 с мужем ФИО1, ее сестра ФИО4 и их племянник ФИО2 вселились в две смежные комнаты общей площадью ...

После смерти ФИО4 и ФИО3 ФИО1 и ФИО2 приватизировали занимаемые ими 2 смежные комнаты 05.07.1994 года в совместную собственность и доли не определяли.

24.09.1999 года ФИО1 умер, в наследство после него никто не вступал, а ФИО2 продолжал проживать в занимаемых ими 2-х смежных комнатах, оплачивая коммунальные услуги, производил ремонт как занимаемых им комнат, так и участвовал в ремонте мест общего пользования с соседями.

Таким образом, с 24.09.1999 года ФИО2 открыто владел двумя смежными комнатами, его право никем не оспаривалось.

23.04.2014 года истец вступила в брак с ФИО2 и проживала с ним до дня его смерти – 10.05.2014 года.

После его смерти истец единственный кто вступил в наследство после него.

13.11.2019 года нотариусом ФИО5 истцу было выдано свидетельство о праве на наследство в размере 1/7 доли в праве собственности на квартиру, находящуюся по адресу: .... Как указано в свидетельстве, в пользовании наследодателя находились 2 комнаты площадью <данные изъяты> кв.м.

После смерти мужа истец продолжала проживать в спорных комнатах, оплачивала коммунальные услуги.

На дату оформления наследства истец являлась собственницей 1/7 доли квартиры в соответствии с договором передачи квартиры в доме-памятнике в собственность граждан от 23.05.1994 года, 2/7 доли истцу остались от родителей истца – ФИО6 и ФИО7, а также 1/7 доля ФИО2

1/7 доля принадлежит сыну истца ФИО8 на основании договора передачи квартиры в доме-памятнике в собственность граждан от 23.05.1994 года. По 1/14 истец и ее сын ФИО8 получили после смерти первого мужа истца ФИО9

Таким образом, после смерти ФИО2 семья истца владеет и пользуется всей квартирой.

В 2021 года истец обратился в Василеостровский районный суд г. Санкт-Петербурга с иском об установлении факта родственных отношений, в ходе рассмотрения дела истцу стало известно, что в 2020 году администрация Василеостровского района оформила права на 1/14 долю квартиры как на вымороченное имущество после смерти ФИО1, который умер в 1999 году.

Истец полагает, что свидетельство, выданное администрации, является недействительным, поскольку на дату обращения администрации к нотариусу 31.07.2020 года истец уже владела спорной долей более 20 лет и, соответственно, приобрела право собственности в порядке приобретательской давности. При этом на протяжении 20 лет после смерти ФИО1 администрация за оформлением наследственных прав не обращалась, а ФИО2, а затем и истец оплачивали коммунальные услуги, несли бремя содержания спорной доли квартиры, участвовали в ремонте мест общего пользования, исходя из того, что занимают <данные изъяты> кв.м.

Кроме того, истец и ее сын владеют 6/7 долями. Нотариус оформила право собственности администрации на 1/14 долю, в этом случае 1/14 в настоящее время принадлежит истцу в соответствии с приобретательской давностью, а 1/14 принадлежит администрации как выморочное имущество. С учетом того, что в договоре передачи квартиры в доме-памятнике от 23.05.1994 года участвовало 7 человек, следует предположить, что доля ФИО1, как и остальных участников договора, должна быть 1/7, а не 1/14. В то же время, частичное вступление в наследство не допускается.

При этом в свидетельстве о праве на наследство после смерти ФИО13, выданного администрации 01.09.2020 года, и в свидетельстве о праве на наследстве, выданного истцу после смерти ФИО2 13.11.2019 года указано, что в пользовании наследодателя находилось 2 комнаты площадью <данные изъяты> кв.м. То есть на одни и те ж две комнаты двумя разными нотариусами ФИО5 и ФИО12 выдано 2 свидетельства о праве на наследство – истцу на 1/7 долю квартиры с правом пользования двумя смежными комнатами площадью <данные изъяты> кв.м. и администрации Василеостровского района 1/14 долю квартиры с правом пользования смежными комнатами <данные изъяты> кв.м. в той же квартире.

Истец в судебное заседание не явился, воспользовался правом, предоставленным ч. 1 ст. 48 ГПК РФ на ведение дел через представителя.

Представитель истца ФИО14, действующая на основании доверенности № 78 АВ 0460972 от 21.10.2021 года, в судебное заседание явилась, уточненные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика администрации Василеостровского района г.Санкт-Петербурга ФИО15, действующая на основании доверенности № 01-22-4349/21-0-0 от 29.12.2021 года, в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление (л.д. 85 – 86).

Третье лицо нотариус ФИО12 в судебное заседание не явилась, извещалась судом надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, заявила ходатайство о рассмотрении дела в отсутствии.

Представитель третьего лица Управление Росреестра по г. Санкт-Петербургу в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, заявил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствии, ранее представил возражения по заявленным требованиям (л.д. 65 – 69).

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, выслушав пояснения сторон, исследовав представленные доказательства, оценив их относимость, допустимость и достоверность, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, приходит к следующему.

В силу ст. 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) судебной защите подлежат оспариваемые или нарушенные права.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством, обратиться в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, избирая способы защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 ГК РФ, однако правовой результат удовлетворения заявленных требований или отказа в таком удовлетворении зависит от того, насколько будут доказаны обстоятельства, на которые ссылается истец, основаны ли его требования на законе и верно ли заявителем избран способ защиты. Право выбора способа защиты нарушенного права принадлежит истцу.

Из положений ст. 46 Конституции РФ и требований ч. 1 ст. 3 ГПК РФ следует, что судебная защита прав заинтересованного лица возможна только в случае реального нарушения права свобод и законных интересов, а способ защиты права должен соответствовать по содержанию нарушенного права и характеру нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

Согласно п. 3 ст. 218 ГК РФ в случаях и в порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

В соответствии с п. 1 ст. 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является (п. 3 ст. 234 ГК РФ).

Критерии, из которых следует исходить при разрешении вопросов об исчислении сроков приобретательной давности, а также о том, является ли давностное владение добросовестным, открытым и непрерывным, владеет ли заявитель имуществом как своим собственным, определены в п.п. 15, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление от 29.04.2010 года № 10/22).

Как разъяснено в п. 15 Постановления от 29.04.2010 года № 10/22, при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (п. 3 ст. 234 ГК РФ);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине ст. 234 ГГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

В п. 16 Постановления от 29.04.2010 года № 10/22 разъяснено, что по смыслу ст. ст. 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Следовательно, необходимыми признаками для признания права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности являются добросовестность, открытость, непрерывность владения имуществом как своим собственным не по договору или иному основанию, предусмотренному законом.

Отсутствие одного из признаков исключает возможность признания права собственности по праву приобретательной давности.

Согласно абз. 1 п. 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из ст. ст. 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

С учетом вышеизложенного приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь, которое не подменяет собой иные предусмотренные в п. 2 ст. 218 ГК РФ основания возникновения права собственности.

В соответствии со ст. 6 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на началах равенства перед законом и судом всех граждан и организаций независимо от каких-либо признаков. Из этой нормы в ее взаимосвязи с положениями ст. 12 ГПК РФ об осуществлении правосудия на основе состязательности и равноправия сторон вытекают равные права и обязанности в сфере доказывания, а суд лишь руководит процессом и в определенных случаях истребует доказательства по инициативе сторон, что закреплено в ч. 1 ст. 56 Кодекса, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, и в ч. 1 ст. 57, согласно которой доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле; суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства; в случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Бремя доказывания включает в себя необходимость представления, исследования и оценки доказательств; при этом истец должен доказывать факты основания иска, а ответчик - факты, обосновывающие возражения против иска.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио - видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Согласно ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

При рассмотрении спора по существу судом были установлены следующие обстоятельства.

18.01.1990 года исполнительным комитетом Ленинградского городского совета народных депутатов выдан ордер ФИО2 на право занятия в составе семьи из четырех человека, двух комнат размером <данные изъяты> кв.м. в .... В состав семьи включены: ФИО4 (тетя), ФИО3 (тетя), ФИО1 (муж тети) (л.д. 20 - 21).

На основании договора безвозмездной передачи квартиры в частную собственность гражданина от 05.07.1994 года, спорная квартира перешла в собственность ФИО2 и ФИО1

Согласно архивной справке о регистрации (ф.9 арх.) в спорной квартире были зарегистрированы по месту жительства: ФИО2 (собственник) с 02.02.1990 года, ФИО3 (тетя) с 02.02.1990 года по 18.09.1990 года, ФИО4 (тетя) с 02.02.2010 года по 04.04.1991 года, ФИО1 (муж тети) с 02.02.1990 года по 22.10.1999 года (л.д. 24).

ФИО3 умерла 18.09.1990 года, ФИО4 умерла 04.04.1991 года, ФИО1 22.10.1999 года, ФИО2 10.05.2014 года.

ФИО11 состояла в браке с ФИО2 с 23.04.2014 года.

ФИО11 в спорном жилом помещении по месту жительства зарегистрирована не была.

Со дня смерти собственника квартиры ФИО1, а именно с 22.10.1999 года по 10.05.2014 года единственным зарегистрированным и проживающим в квартире лицом оставался ФИО2

01.09.2020 года, то есть до обращения в суд ФИО11 с настоящим исковым заявлением, нотариус ФИО12, выдала Санкт-Петербургу свидетельство о праве на наследство по закону после смерти ФИО1, состоящее из 1/14 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: .... В пользование Санкт-Петербурга перешло 2 комнаты площадью <данные изъяты> кв.м. (л.д. 52).

Право государственной собственности города федерального значения Санкт-Петербурга на спорную квартиру зарегистрировано Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу 07.09.2020 года (л.д. 94).

При рассмотрении спора установлено, что в производстве Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга находилось гражданское дело № 2-904/2022 по иску ФИО11 к администрации Василеостровского района г. Санкт-Петербурга об установлении факта родственных отношений, принятия наследства и признания права собственности, в котором истец просила установить факт того, что ФИО2 являлся двоюродным внуком ФИО1, а также установить факт принятия наследства ФИО2 после ФИО1

В материалы дела представлена копия указанного искового заявления, в тексте которого ФИО11 указывала, что спустя 10 лет после фактического принятия наследства, ФИО2 в 2009 году пытался оформить наследство через нотариуса ФИО10 Однако представители ФИО2 столкнулись с отсутствием оригиналов документов, которые могли доказать прямую родственную связь с умершим ФИО1 В суд об установлении родственных отношений ФИО2 тогда, по разным причинам, обратиться не смог, а в 2014 году умер.

То обстоятельство, что ФИО2 предпринимал попытку оформить свои наследственные права на спорную долю в квартире, исключает возможность применить в этом случае ст. 234 ГК РФ и квалифицировать владение ФИО2 долей в спорной квартире как давностное владение.

Истец в исковом заявлении также просил суд признать за ним право собственности на 1/7 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: ....

Из чего следует, что фактически проживая в спорной квартире, в том числе на спорной доле квартиры, истец знал об отсутствии основания возникновения у него права собственности, что также исключает возможность приобретения права собственности в порядке ст. 234 ГК РФ.

Сам по себе факт использования не выделенной в натуре доли в квартире, самовольное занятие не принадлежащих ФИО11 на праве собственности помещений в квартире, не дают оснований для приобретения каких-либо прав на них, факт проживания ФИО11 в жилом помещении не является основанием для признания за ней права собственности в силу приобретательной давности, так как ей было известно об отсутствии основания возникновения у него права собственности на спорное имущество.

При этом ФИО11 могла владеть квартирой как своей собственной только после смерти своего мужа ФИО2, то есть после 10.05.2014 года, и, следовательно, на день ее обращения в суд с настоящим иском срок владения спорным имуществом составил лишь семь лет.

Применить в данном случае п. 3 ст. 234 ГК РФ и присоединить ко времени владения ФИО11 время, в течение которого спорным имуществом пользовался ее муж ФИО2, нельзя, поскольку его владение давностным не являлось.

При этом сам по себе факт уплаты ФИО11 коммунальных платежей по спорной квартире, в отсутствие иных необходимых условий приобретательной давности, в частности добросовестности владения и необходимого 15-летнего срока владения, являются лишь добровольным волеизъявлением ФИО11 и о наличии у нее прав на спорное имущество в порядке приобретательной давности не свидетельствуют.

Таким образом, исходя из совокупности доказательств по делу и с учетом всех фактических обстоятельств дела, суд приходит к выводу об отсутствии предусмотренных ст. 234 ГК РФ оснований для признания за истцом права собственности на спорную квартиру по праву приобретательной давности, поскольку истцом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено бесспорных доказательств обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение права собственности в порядке приобретательной давности.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 1141, 1142, 1146, 1153 ГК РФ, ст. ст. 56, 167, 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО11 к администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга о признании свидетельства о праве на наследство недействительным, о признании права собственности в порядке приобретательской давности - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья:

Мотивированное решение суда изготовлено XX.XX.XXXX.