РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 декабря 2023 года г. Красногорск,
Московская область
Красногорский городской суд Московской области в составе:
председательствующего судьи Сорокина Ю.А.,
при секретаре Забывалкиной Е.Е.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО1 о признании недействительным договора дарения,
установил:
ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО1, в котором признать недействительным договор дарения ? долей земельного участка площадью 600 кв.м с кадастровым номером № и 3/4 долей жилого дома площадью 124,2 кв.м с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки путем прекращения права собственности ФИО1 и признания права собственности ФИО2 на указанное имущество.
В обоснование требований истец указала, что являлась собственником 3/4 долей земельного участка площадью 600 кв.м с кадастровым номером № и 3/4 долей жилого дома площадью 124.2 кв.м с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, на основании свидетельства о праве собственности на наследство по закону и свидетельства о праве собственности на долю в общем совместном имуществе супругов. С ней вместе проживает внук ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. С мая 2016 года истец страдает «нервозностью», что послужило основанием для обращения к психотерапевту. С 2016 года истец регулярно проходит лечение в психиатрических клиниках. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подписала у нотариуса договор дарения 3/4 долей земельного участка и жилого дома по указанному выше адресу, которым подарила данное имущество своему внуку ФИО1
На момент подписания сделки истец не осознавала свои действия. Однако, зная о ее состоянии, отсутствии воли, дочь ФИО3 и внук ФИО1 вынудили ФИО2 подписать договор дарения. В результате совершенной сделки истец лишилась имущества, дополнительного источника дохода, ее состояние здоровья ухудшилось, в связи с чем истец вынуждена обратиться в суд.
В судебном заседании представитель истца на требованиях настаивала по доводам искового заявления, ответчик возражала против требований, ссылаясь на отсутствие доказательств недействительности договора дарения по указанным истцом основаниям.
Иные участники процесса в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав представителя истца, ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.
Согласно ст.572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) заключен нотариальный договор дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом, согласно которому ФИО2 подарила ФИО1 3/4 доли в праве общей собственности на земельный участок площадью 600 кв.м с кадастровым номером № и 3/4 доли в праве общей собственности жилого дома площадью 124.2 кв.м с кадастровым номером № по адресу: <адрес>.
Истец ФИО2, оспаривая действительность договора дарения ссылается на то, что на момент подписания договора она не осознавала значение своих действий, так как страдает психическим расстройством, регулярно проходит лечение.
В силу статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).
Положениями п. 1 ст. 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного неспособность дарителя в момент подписания договора понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания такого договора недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.
Согласно ст. 17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью. В силу ст. 21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом (ст. 22 ГК РФ).
Таким образом, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, т.к. это проистекает из требований ст. ст. 17, 21, 22 ГК РФ.
При таких обстоятельствах, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце.
Отказывая в удовлетворении требований истца, суд исходит из следующего.
Поскольку при рассмотрении дела сторона истца ссылалась на то, что в момент заключения оспариваемой сделки ФИО2 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в рамках указанного гражданского дела определением Красногорского городского суда Московской области от 15.08.2023 была назначена судебная психиатрическая экспертиза, производство которой поручено АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №1», на разрешение экспертов поставлены вопросы: страдала ли ФИО2 какими либо психиатрическими заболеваниями на момент подписания Договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. заключенного между ФИО2 и ФИО1M.; Могла ли ФИО2, отдавать отчет своим действиям, понимать их значение и руководить ими на момент подписания Договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. заключенного между ФИО2 и ФИО1?
Согласно экспертному заключению №-ПЭ, подготовленному экспертами АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №1» у ФИО2 на момент подписания Договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО1, обнаруживались признаки наличия психического расстройства в виде рекуррентного аффективного расстройства, легкого депрессивного эпизода без соматических симптомов (шифр по №). ФИО2 по своему психическому состоявши могла отдавать отчет своим действиям, понимать их значение и руководить ими на момент подписания Договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО1 Выявленное у ФИО2, психическое расстройство не сопровождалось психотической симптоматикой и слабоумием и не лишало ее вышеуказанной возможности.
Изложенные выводы эксперты подтвердили и в письменным пояснениях по поставленным вопросам, в которых указали, что ФИО2 в юридически значимый период оформления и подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ получала психотропную терапию: миртазапин таб. 45 мг. 1 раз в день, кветиапин таб. 25 мг. 2 раза в день. Из вышеприведенных записей в медицинской документации следует, что принимаемые ФИО2 медицинские препараты не влияли на ее способность понимать значение своих действий и руководить ими при составлении и договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.
Суд принимает в качестве допустимого и достоверного доказательства указанное заключение эксперта, поскольку отсутствуют основания не доверять данному заключению, полученному по результатам назначенной судом экспертизы, где суждения экспертов являются полными, объективными и достоверными, а также изложены в соответствии требованиями законодательства. Выводы экспертов не имеют разночтений, противоречий и каких-либо сомнений, не требуют дополнительной проверки. Кроме того, судебные эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ, что в совокупности с содержанием данного им заключения свидетельствует о том, что исследования были проведены объективно, на строго нормативной основе, всесторонне и в полном объеме. Квалификация лиц, проводивших экспертизу, сомнений не вызывает, эксперты имеют специальное образование, большой опыт работы и право осуществлять экспертную деятельность.
При этом стороной истца заявлено ходатайство о назначении по делу повторной психолого-психиатрической экспертизы.
Оценив представленное ходатайство, суд приходит к выводу о том, что стороной истца не представлено доводов в обоснование неполноте и недостаточной ясности заключения экспертов, оснований для назначения повторной или дополнительной экспертизы, с учетом представленных в материалы дела доказательств и положений ст. 87 ГПК РФ, суд не усматривает.
С учетом изложенного суд приходит к выводу, что допустимых доказательств того, что в момент подписания договора ФИО2 не могла понимать значение своих действий и руководить ими не представлено.
Наличие каких-либо заболеваний не свидетельствуют о том, что в день подписания договора ФИО2 не могла понимать значения своих действий (интеллектуальный признак) или руководить ими (волевой признак). В судебном порядке ФИО2 недееспособной не признана, а с учетом презумпции полной право- и дееспособности гражданина, которая не была опровергнута истцом, оснований ставить под сомнение направленность воли дарителя, равно как устанавливать наличие порока воли не имеется.
По изложенным основаниям, исковые требования истца ФИО2 о договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным удовлетворению не подлежат в полном объеме.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковое заявление ФИО2 к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО1 о признании недействительным договора дарения оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Московской областной суд через Красногорский городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Ю.А. Сорокин