РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 февраля 2025 года г. Иркутск

Куйбышевский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Чичигиной А.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи <ФИО>7,

с участием административного истца <ФИО>4,

представителя административных ответчиков ГУФСИН России по Иркутской области, ФСИН России <ФИО>21

представителя заинтересованного лица ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области <ФИО>22

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-244/2025 по административному исковому заявлению <ФИО>23 к Федеральной службе исполнения наказаний, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» о признании незаконными действий, взыскании компенсации,

УСТАНОВИЛ:

административный истец <ФИО>4 обратился в Куйбышевский районный суд г. Иркутска с административным иском, с требованиями признать незаконными действия Федеральной службы исполнения наказаний, Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области, выразившиеся в указании установки активного микрофона миниатюрного «Шорох-8» в следственном кабинете ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, выраженные в нарушении права на личную безопасность в местах лишения свободы (угрозы избиения и изнасилования сотрудником <ФИО>8, угрозы сотрудников ОСБ ГУФСИН России по Иркутской области), взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в размере 500 000 руб.

В обоснование требований указано, что <дата> во время проведения следственных действий в следственном кабинете ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области административным истцом и его защитником-адвокатом <ФИО>9 обнаружен продолговатый предмет, идентифицированный как активный микрофон миниатюрный «Шорох-8». Также указал, что <дата> после вечерней проверки он услышал, как сотрудник ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области <ФИО>8 вывел из камеры другого осужденного и выражал ему угрозы избиением, после того как административный истец вмешался в разговор, <ФИО>8 выразил ему угрозы избиением и изнасилованием. Кроме того, <дата> административный истец был доставлен в кабинет начальника оперативного отдела ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, где находились сотрудники ОСБ ГУФСИН России по Иркутской области. От сотрудников административному истцу стало известно, что в следственном кабинете был обнаружен активный микрофон. Адвокат <ФИО>9 направил заявление в адвокатскую палату, и теперь ФСИН России требуют опровергнуть эту информацию. По этой причине <ФИО>4 обязан написать заявление в адвокатскую палату и указать, что <ФИО>9 обманывает адвокатскую палату. Также должен был написать объяснение о том, что нашел золотинку. <ФИО>4 долго спорил, но под угрозами двух сотрудников ОСБ ГУФСИН России по Иркутской области написал объяснение на имя начальника ГУФСИН России по Иркутской области о том, что <дата> нашел золотинку.

<дата> административный истец повторно был доставлен в кабинет начальника оперативного отдела ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, где по сообщению уже одного сотрудника ОСБ ГУФСИН России по Иркутской области он переписал объяснение с указанием иных дат.

Эти сотрудники сообщили <ФИО>4, что уже установлено, что это микрофон активный миниатюрный «Шорох-8» и устанавливался он с одобрения ГУФСИН России по Иркутской области.

Таким образом, административный истец указывает, что в соответствии с законами РФ, при содержании в местах лишения свободы имеет право на личную безопасность и, являясь обвиняемым (подсудимым), имеет право на конфиденциальные свидания с защитником, что было нарушено ГУФСИН России по Иркутской области при даче указания на установление в следственном кабинете ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области активного миниатюрного микрофона «Шорох-8».

ГУФСИН России по Иркутской области направило в ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области <ФИО>8, которому дано указание об оказании на <ФИО>4 давления, нарушении права на личную безопасность.

В судебном заседании административный истец <ФИО>4, заявленные требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить их по основаниям, изложенным в административном исковом заявлении.

Представитель административных ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Иркутской области <ФИО>24 действующая на основании доверенностей, просила отказать в удовлетворении заявленных требований, по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представитель заинтересованного лица ФКУ СЗО-6 ГУФСИН России <ФИО>25 действующая на основании доверенности, просила отказать в удовлетворении заявленных требований.

Выслушав участников процесса, заслушав показания свидетелей, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 46 Конституции Российской Федерации и главой 22 КАС Российской Федерации граждане и организации вправе обратиться в суд за защитой своих прав и свобод с заявлением об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, в результате которых, по мнению указанных лиц, были нарушены их права и свободы или созданы препятствия к осуществлению ими прав и свобод либо на них незаконно возложена какая-либо обязанность или они незаконно привлечены к ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В силу п. 9 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В соответствии с п. 10 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений имеют право на личную безопасность в местах содержания под стражей.

Согласно ст. 34 Федерального закона от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ, подозреваемые и обвиняемые находятся в местах содержания под стражей под охраной и надзором, осуществляемым сотрудниками мест содержания под стражей.

Таким образом, обеспечение личной безопасности подозреваемых и обвиняемых в местах содержания под стражей является обязанностью учреждения, в ведении которого находятся эти места содержания.

Из абзаца 3 ст. 18 Федерального закона от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" следует, что в следственном изоляторе свидания подозреваемого или обвиняемого с его защитником могут предоставляться по заявлению подозреваемого или обвиняемого с согласия защитника путем использования систем видео-конференц-связи и при наличии в следственном изоляторе технической возможности и помещений, необходимых для их проведения. Свидания предоставляются с соблюдением условий конфиденциальности и сохранения адвокатской тайны путем предоставления защитнику помещения в учреждениях уголовно-исполнительной системы. Требования к помещениям для свиданий подозреваемых, обвиняемых с их защитниками определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

Судом установлено, что <ФИО>4, <дата> года рождения, <...>, осужден <дата> Киренским районным судом Иркутской области по ст. 131 ч. 3 п. «а», ст. 132 ч. 3 п. «а», ст. 131 ч. 4 п. «б», ст. 132 ч. 4 п. «б», ст. 69 ч. 3 УК РФ к 17 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 8 месяцев. Приговор вступил в законную силу <дата>. Начало срока <дата>. Конец срока <дата>. Прибыл в ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области на основании постановления от <дата> следователя СО по <адрес> СУ СК РФ по Иркутской области, вынесенного в порядке ст. 77.1 УИК РФ.

Из материалов дела следует, что президент Адвокатской палаты Иркутской области обратился к начальнику ГУФСИН России по Иркутской области в связи с тем, что адвокатом <ФИО>9 <дата> в помещении следственного кабинета ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области обнаружил устройство, которое, по мнению адвоката, может быть микрофоном.

Согласно представленной статье из газеты президент Адвокатской палаты Иркутской области направил обращение начальнику ГУФСИН России по Иркутской области и прокурору Иркутской области о возможном прослушиванием разговоров между адвокатом и его подзащитным в следственном кабинете <номер> ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области.

Из справки об оборудовании помещений, и используемых в качестве следственных кабинетов ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области следует, что прослушивающие устройства в следственных кабинетах отсутствуют, поскольку в соответствии с приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279 «Об утверждении наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» следственные кабинеты размещаются над сборным отделением в пределах второго (третьего) этажа в отдельно стоящем здании, расположенном на территории режимной зоны, либо в административном здании, следственное отделение связано с режимным корпусом переходом, следственные кабинеты звукоизолируются. Вся мебель жестко крепится к полу. В оконных проемах устанавливаются металлические решетки. В следственных кабинетах устанавливается: вызывное устройство СТС; устройство для вызова конвоя.

Как следует из акта обследования следственного кабинета <номер> ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области от <дата> комиссией в составе: старшего оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области старшего лейтенанта внутренней службы <ФИО>10, оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области <данные изъяты> <данные изъяты> ФИО1, оперуполномоченного <данные изъяты> <ФИО>13 произведено обследование следственного кабинета <номер> ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области. В ходе обследования помещения установлено, что в кабинете размещены два кабель-канала, первый находится над дверью вертикально примыкает к потолку, второй размещен у правой стены вертикально от пола на высоте около 50 см ограничен кнопкой сигнальной тревожной системы, следов вскрытия указанных кабель каналов не обнаружено, нарушения слоя лакокрасочного покрытия также отсутствуют. Кроме этого проводов с нарушенной целостностью или отверстий в помещении указывающих на извлечение, каких либо предметов с применением физического воздействия не установлено.

К указанному акту приложены фотоматериалы.

Из объяснения <ФИО>4 от <дата> следует, что <дата> и <дата> к нему приходил адвокат <ФИО>9 совместно со следователем <ФИО>12 для проведения следственных действий, которые проходили в кабинете <номер> ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области. В какой-то из дней <ФИО>4 достал золотинку (обертку от жвачки или серы), которая была приклеена к нижней части стола и в шутку сказал, что это микрофон. Обратно обертку приклеить не удалось, и он положил ее в карман и в последствии выкинул. Каких-либо предметов адвокат <ФИО>9 при <ФИО>4 из кабель канала не доставал. <дата> адвокат <ФИО>9 <ФИО>4 не посещал.

Согласно справке ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области от <дата> в период с <дата> по <дата> от адвоката <ФИО>9 в канцелярию учреждения письменные заявления, объяснения, жалобы о прослушивании в следственных кабинетах ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области не поступали.

Из сообщения ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области от <дата> следует, что <дата> <ФИО>4 лица, не являющиеся сотрудниками ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, не посещали.

Допрошенный в судебном заседании свидетель <ФИО>13 суду пояснил следующее, что работает в ГУФСИН России по Иркутской области в должности «оперуполномоченный». Руководителем учреждения ему было поручено отобрать объяснения у <ФИО>4 по обращению по факту выявления микрофона в следственном кабинете ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России. <ФИО>4 дал объяснение, что нашел «золотинку» (обертку) и пошутил, что нашел микрофон. Кроме того, он также входил в состав комиссии по осмотру следственного кабинета ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, визуально осмотрел кабинет, следов вскрытия кабель-каналов им выявлено не было. Также показал, что угроз при отбирании объяснения <ФИО>4 не высказывал.

Также в судебном заседании был допрошен свидетель <ФИО>8, который суду пояснил, что является врио заместителя начальника ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области. События <дата> не помнит, угроз в адрес содержащихся в ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области не высказывал.

Допрошенный в судебном заседании свидетель <ФИО>14 суду показал, что содержится в ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, <ФИО>8 ему знаком, поскольку последний является сотрудником ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области. В сентябре 2024 он (свидетель) содержался в камере <номер>. У него возникали конфликтные ситуации с <ФИО>8

Также, в судебном заседании был допрошен свидетель <ФИО>15 который суду пояснил, что содержится в ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, в сентябре 2024 года содержался в одной камере с административным истцом <ФИО>4, который услышал, что у сотрудника <ФИО>8 и содержащегося в другой камере <ФИО>14 случилась словесная перепалка.

Оценивая представленные по делу доказательства по правилам ст. 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что заявленные административные исковые требования удовлетворению не подлежат в виду следующего.

Часть 1 статьи 4 и часть 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации устанавливают, что каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность.

Гражданин вправе обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего.

Таким образом, административное процессуальное законодательство исходит по общему правилу из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

Из анализа положений части 1 статьи 218 и части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации следует, что решение, действие (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, признаются незаконными, если суд установит не только их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту, но и такое последствие, как нарушение прав и законных интересов административного истца.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 28 июня 2022 года N 21 "О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" подчеркнул, что суды при рассмотрении дел по правилам главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации разрешают споры о правах, свободах и законных интересах граждан, организаций, неопределенного круга лиц в сфере административных и иных публичных правоотношений и одним из имеющих значение для дела обстоятельств является установление факта нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца (пункты 2 и 15).

По своей сути административное судопроизводство направлено не на сам факт признания незаконными тех или иных решений, действий (бездействия) государственного органа или должностного лица, судебная защита имеет целью именно восстановление нарушенного права административного истца (ст. 46 Конституции Российской Федерации статьи 3 и 4, статья 227 КАС РФ).

По смыслу закона, признание незаконными действий (бездействия) и решений должностного лица возможно только при несоответствии их нормам действующего законодательства, одновременно с установлением факта допущенного нарушения прав и законных интересов административного истца.

В системном толковании процессуального закона вопрос о признании решений, действий (бездействие) незаконным - своей целью преследует именно восстановление прав административного истца, о чем свидетельствует императивное предписание процессуального закона о том, что признавая решение, действие (бездействие) незаконным, судом принимается решение об обязании административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление (пункт 1 части 2 статьи 227 КАС РФ).

Таким образом, административное процессуальное законодательство исходит из того, что в условиях, когда отсутствует способ восстановления прав, либо когда такие права восстановлены до принятия решения судом, основания для удовлетворения отсутствуют.

Разрешая заявленные требования о признании незаконными действий, выразившихся в указании установки активного микрофона миниатюрного «Шорох-8» в следственном кабинете ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, выраженные в нарушении права на личную безопасность в местах лишения свободы (угрозы избиения и изнасилования сотрудником <ФИО>8, угрозы сотрудников ОСБ ГУФСИН России по Иркутской области), суд находит их неподтвержденными материалами дела и не соответствующими фактическим обстоятельствам.

Кроме того, показаниями допрошенных свидетелей <ФИО>13, <ФИО>8, <ФИО>14 не подтверждаются в достаточной степени доводы административного истца <ФИО>4, изложенные в судебном заседании в части указания установки микрофона и высказывания угроз административному истцу.

Вместе с тем, допрошенный в судебном заседании свидетель <ФИО>15, отказался от подписи в подписке свидетеля, что подтверждается актом, представленным ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, таким образом, показания указанного свидетеля судом не принимаются, как не предупрежденного судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ.

Доводы административного истца <ФИО>4 об одностороннем рассмотрении дела судом отвергаются как несостоятельные, поскольку, по мнению суда, нарушений принципа состязательности сторон, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или которые могли повлиять на постановление решения, по делу не допущено. Суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию материалов дела. В судебном заседании проверены все существенные для установления истины по делу доказательства. Заявленные административным истцов <ФИО>4 ходатайства для полноты судебного рассмотрения дела были рассмотрены. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном рассмотрении дела, не имеется.

Что касается требований о взыскании денежной компенсации, суд приходит к следующему выводу.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в пункте 62 Постановления от 27.09.2016 N 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» следует, что суд не осуществляет проверку целесообразности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, принимаемых, совершаемых ими в пределах своего усмотрения в соответствии с компетенцией, предоставленной законом или иным нормативным правовым актом.

При этом следует иметь в виду, что превышение указанных полномочий либо использование их вопреки законной цели и правам, законным интересам граждан, организаций, государства и общества является основанием для признания оспариваемых решений, действий (бездействия) незаконными (пункт 4 части 9 статьи 226 КАС РФ, часть 3 статьи 55 Конституции РФ).

Как следует из пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации ненормативные правовые акты, решения и действия (бездействие) могут быть признаны незаконными только при одновременном нарушении ими законных прав и охраняемых законом интересов административного истца и несоответствии их закону или иному нормативному правовому акту.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Частью 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусмотрено, что при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Решение суда по указанной категории административных дел должно отвечать требованиям, предусмотренным статьей 227 поименованного кодекса, а также дополнительно содержать в мотивировочной части сведения об условиях содержания в исправительном учреждении, о характере и продолжительности нарушения, об обстоятельствах, при которых нарушение допущено, и о его последствиях; обоснование размера компенсации и мотивы, по которым присуждается компенсация или по которым отказано в ее присуждении (пункт 1 части 7 названной выше статьи).

С учетом изложенного, принимая во внимание, что совокупности условий, предусмотренных ст. 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при разрешении заявленных требований не установлено, оснований для удовлетворения заявленных требований, в том числе взыскания компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в заявленном <ФИО>4 размере, суд не усматривает.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180 КАС РФ суд

РЕШИЛ:

административные исковые требования <ФИО>27 к Федеральной службе исполнения наказаний, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области» о признании незаконными действий, выразившихся в указании установки активного микрофона миниатюрного «Шорох-8» в следственном кабинете ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Иркутской области, выраженные в нарушении права на личную безопасность в местах лишения свободы (угрозы избиения и изнасилования сотрудником <ФИО>8, угрозы сотрудников ОСБ ГУФСИН России по Иркутской области), взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в размере 500 000 руб. – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд города Иркутска в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.

Судья А.А.Чичигина

Мотивированный текст решения изготовлен <дата>.

Судья А.А.Чичигина