УИД 42 RS 0032-01-2020-001695-92

Дело № 2-14/2022

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Прокопьевск «30» июня 2022 год

Рудничный районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Емельяновой О.В.,

при секретаре судебного заседания Заниздра Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, понуждении к совершению действий,

УСТАНОВИЛ :

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного ее имуществу – гаражу, в связи со сходом снега с крыши гаража ответчика.

Требования, с учетом уточнения, мотивирует тем, что является собственником части жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: , , площадью ; указанном земельном участке расположен капитальный гараж, площадью кв. м.

ДД.ММ.ГГГГ. около 12:00 час был технически поврежден её гараж в результате схода снега с металлической конструкции (крыши) ответчика, расположенной на границе соседнего смежного участка по адресу:

Указывает, что устно, а впоследствии и письменно ДД.ММ.ГГГГ., обращалась к ответчику об устранении нарушений ее гаража, на что получила устный отказ.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ. в досудебном порядке обратилась к ИП ФИО3, согласно оценки которого, рыночная стоимость затрат на восстановление повреждений её гаража составляет 288 730 рублей.

Истец ФИО1 в суд не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом; ходатайствовала о рассмотрении дела в её отсутствие.

Представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности, основания заявленных требований поддержал, уточнив в части суммы, подлежащей взысканию, просил, с учетом проведенной по делу экспертизы, взыскать с ответчика в пользу истца 887 000,00 рублей, возложить на ответчика обязанность по устройству снегоудерживающих конструкций, а также судебные расходы по оплате за составление досудебной оценки ущерба.

Ответчик ФИО2, а также её представитель адвокат Воротилов Д.В., действующий на основании ордера, заявленные требования не признали, указав на отсутствие оснований для возмещения ущерба истцу, а также на недостоверность доказательства, на которое ссылается истец – заключения судебной строительной экспертизы.

Исходя из заявления истца, а также в силу ч. 5 ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО1

Изучив основания заявленных требований, оценив в порядке ст. 67 ГПК РРФ представленные по делу доказательства, заслушав пояснения эксперта, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

При таких обстоятельствах и на основании ст. 56 ГПК РФ именно на ответчике лежит обязанность по предоставлению доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в причинении ущерба истцу, тогда как на истце лежит обязанность по предоставлению доказательств причинения ущерба и его размер.

В соответствии со ст. 210 Гражданского кодекса РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. По смыслу приведенной нормы закона, бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества.

Согласно ст. 401 Гражданского кодекса РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

По смыслу закона установлена презумпция вины причинителя вреда, который может быть освобожден от ответственности лишь в том случае, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что истец ФИО1 является собственником части жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: , площадью кв. м.; также на указанном земельном участке расположен принадлежащий ей капитальный гараж, площадью кв. м. (л.д. 11-12).

ФИО2 является собственником земельного участка, на котором расположена металлическая конструкция (крыша), по

Указанные земельные участки, а также объекты, расположенные на них гараж ФИО1 и металлическая конструкция (крыша) ФИО2 являются смежными.

Согласно сведений постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ. (материал ОП «Рудничный»), гаражу истца ДД.ММ.ГГГГ. причинены механические повреждения ввиду схода снега с металлической конструкции (крыши) ФИО2

ФИО2 в объяснениях, полученных в ходе рассмотрения материала КУСП, указала, что в её действиях отсутствует вина по причинению имущественного вреда ФИО1, при этом обязалась убрать снег с крыши, факт схода снега не отрицала.

Таким образом, факт причинения гаражу истца механических повреждений в результате сходя снега с металлической конструкции, принадлежащей ответчику ФИО2, подтвержден сведениями материалам КУСП ОП «Рудничный», а также следует из фактических сведений, проведенной по делу строительно-технической экспертизы , где эксперт указал на причинную связь между сходом снега с металлической конструкции ФИО2 на крышу гаража ФИО1

Положения п. 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающие в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающее на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым – на реализацию интересов потерпевшего. С учетом изложенного, бремя доказывания по спору возлагается на ответчика.

Доказательств обратного стороной ответчика суду не представлено, судом, исходя из пояснений в этой связи ответчика о нарушении правил застройки земельного участка в части размещения истцом гаража, каких-либо доказательств невиновности ответчика не установлено.

Стороной ответчика не представлено никаких фактических доказательств того, что гараж истца был поврежден ранее падения снега в ДД.ММ.ГГГГ., при этом, какие-либо факторы как то: размещение гаража на расстоянии от забора с нарушением строительных правил, нарушение строительных правил при возведении гаража и некачественные строительные материалы, - суд находит несостоятельным и не подтвержденными объективно иными доказательствами при рассмотрении спора; более того, эти утверждения судом были проверены, в том числе в рамках проведения по делу строительной экспертизы, допроса эксперта и признаются не относящимися к сути спора, поскольку при проведении экспертного исследования и допросе эксперта было установлен «заход» металлической конструкции ФИО2, а в этой связи падения снежных масс, воды на участок ФИО1, а, соответственно, на её гараж.

Так, эксперт в судебном заседании пояснил, что металлическая конструкция ФИО2 сооружена таким образом, что скат крыши и соответственно водные, снежные массы сходят на гараж крыши ФИО1, что является нарушением требований СП 53.13.330 п. 6.7, также СНИП 30-02-97, поскольку скат крыши следует ориентировать на свой участок, что ФИО2 технически не выполнено. Также эксперт указал, что если бы гараж ФИО1 располагался в метре от границы участка, то сход снежных масс происходил бы в стену гаража, что быстрее бы разрушило строение с возможным сносом, а при фактическом расположении гаража – ближе к меже, сход снежных масс происходит на гараж.

Ответчик ссылается, что гараж ФИО1 возведен с нарушением норм и строительных требований, эти доводы суд признает не влияющие на порядок возмещения ущерба, с учетом пояснений эксперта относительно этого; при этом, суд учитывает решение Рудничного районного суда г. Прокопьевска от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.76), которое имеет преюдициальное значение в рассматриваем спора, поскольку там участвовали также и ФИО2, и ФИО1, где судом было установлено, что гараж ФИО1 расположен на территории земельного участка ответчика относительно границ земельного участка ФИО2 без соблюдения рекомендуемого примечанием к пункту СНиП ДД.ММ.ГГГГ-89* расстояния 1 метр, примыкая к границе земельного участка ФИО2 При этом, доказательств наличия иных нарушений требований градостроительных норм и правил, в том числе в части нарушения границ земельных участков расположением гаража ФИО1, ФИО2 не было представлено.

Доводы ФИО5 в данном споре о невозможности размещения ФИО1 постройки в виде гаража на земельном участке, суд признает несостоятельными, поскольку в указанном решении уже было дано суждение о правомерности возведения гаража ФИО1, а именно том, что категория земель, где расположен гараж ФИО1, и вид разрешенного использования земельного участка, позволяют возводить на нем хозяйственные постройки.

Также указанным решением было установлено, что гараж, в настоящее время принадлежащий ФИО1, был возведен не позднее ДД.ММ.ГГГГ., а земельный участок ФИО1 приобретен в собственность ДД.ММ.ГГГГ. Сведений о том, что на месте гаража выстроен новый объект, либо произведена его реконструкция, в результате которой возник новый объект, ни при рассмотрении настоящего спора, ни при рассмотрении спора, разрешенного решением суда ДД.ММ.ГГГГ., ответчиком не представлено.

Решением от ДД.ММ.ГГГГ. суд отказал ФИО2 в требованиях о сносе гаража, принадлежащего ФИО6, ввиду отсутствия нарушений прав и интересов ФИО2

В связи с чем, доводы ответчика ФИО2 о возможном исключении её ответственности ввиду причинения вреда имуществу ФИО1 суд признает субъективными в части реализации своей правовой позиции в рамках рассматриваемого спора.

Разрешая спор, суд наряду с указанным выше учитывает, что ответчик не повреждая гараж истца лично, могла была и в состоянии была предвидеть и предотвратить падение снежных масс со своей металлической конструкции (крыши), поскольку как было установлено и не оспаривалось сторонами, весной – ДД.ММ.ГГГГ. было интенсивное таяние снега, скопившегося на металлической конструкции ответчика ввиду обильных снегопадов, то есть могла предотвратить данный процесс путем своевременной уборки снега с металлической конструкции, либо установки снегозадерживающих устройств и\или систем противообледенения), чего ответчиком сделано не было.

Доводы ответчика о том, что снежные массы на ее крыше ранее не приводили к повреждению гаража истца, в связи с чем, и не могли привести к повреждению гараж истца ДД.ММ.ГГГГ. не свидетельствуют об отсутствии её вины, поскольку непосредственно после повреждения гаража истца ответчик ФИО2 заверила в объяснениях (материал ) об обязанности устранить снег со своей металлической конструкции.

Кроме того, при разрешении спора, исходя из правовой позиции ответчика в части отсутствия её вины относительно образования повреждений в результате схода снежных обледенелых масс с металлической конструкции (крыши) на гараж истца ФИО1, судом назначена судебная строительная экспертиза, согласно выводов которой, установлено следующее.

Эксперт в заключении от ДД.ММ.ГГГГ. пришел к выводу о том, что гараж истца ФИО1 () имеет повреждения в виде трещин по стенам; разрушение кладки стен; перекос ворот; протекание влаги через стену граничащую между участками и по ; отклонение стен от вертикали; перекос дверного блока, - которые образовались по своему характеру и расположению с факторами, влияющими на внешнее критическое воздействие на конструкцию гаража, а именно боковое давление снежных масс в зимне-весенний период, когда происходит таяние снега и его водонасыщение, которое приводит к значительному увеличению его массы.

Эксперт в заключении ссылается, что по данным сайта https://weatherarchive.ru/Prokopyevsk/2020 обильное таяние снега происходит в март-апрель; в зимний период 2020г. выпало аномальное количество снежного покрова. Сход большого количества снежной массы с крыши дома по , спровоцировало боковой удар по конструкции гаража и его повреждения. Иных причин появления данных недостатков по конструкции гаража не выявлено. Соответственно все выявленные повреждения гаража по образовались в результате схода снега с металлической конструкции, расположенной на соседнем смежном земельном участке по

Указанные выводы объективно следуют из фотографий (лист 11 заключения), из которых усматривается, что на момент осмотра все снежные массы с металлической конструкции ответчика ФИО2 по сошли на земельный участок ФИО1 по с повреждением деревьев участка, при этом высота этих снежных масс равна высоте забора, а часть этих снежных масс в месте расположения гаража – непосредственно на крышу гаража и в его стену, что приводит, как указал эксперт в судебном заседании, в весенний период к нарушению технической целостности стен и крыши гаража. Кроме того, из этих же фотографий (лист 7, 10-11 заключения) в летний период года видно, что скат металлической конструкции (крыша) ответчика заходит на земельный участок истца.

Доводы ФИО2 о том, что экспертом не определена сила давления схода снежных обледенелых масс, суд признает несостоятельными и не подлежащими применению ни экспертом, ни судом при установлении причины образования технических повреждений гаража, поскольку данное обстоятельство является сугубо оценочным фактором ответчика, т.к. факт схода снега с металлической конструкции ответчика объективно подтвержден сведения материала КУСП, а равно установлена причинная связь образования между повреждениями гаража истца и сходом снега с металлической конструкции ответчика. Кроме того, как указал эксперт в судебном заседании, методика исследования силы давления снега – силы схода снежных масс отсутствует, при этом, вывод о возможности образования технических повреждений сделан в совокупности с проведенными визуальными и техническими исследованиями, а также зафиксированным фактом поломки стволов приусадебных деревьев земельного участка ФИО1, где непосредственно рядом расположен гараж. Также эксперт указал, что все технические повреждения гаража ФИО1 образовались в границе смежной границе металлической конструкции участка ФИО2

Стоимость восстановительного ремонта гаража (путем демонтажа) составляет 887 000,00 рублей, поскольку каменная конструкция гаража ФИО1 восстановлению не подлежит, требуется полный демонтаж конструкции с частичным сохранением внешних отделочных материалов, ворот, окон, двери. При этом, эксперт руководствовался локальным сметным расчетом, выполненным с учетом индексов, в текущих ценах на дату проведения экспертизы.

В этой связи, суд отклоняет доводы ФИО2 в части правильности определения стоимости ущерба о том, что экспертом не учтен процент износа гаража ФИО1, поскольку ремонт возможен путем демонтажа и в настоящий период по фактической стоимости строительных материалов. Относительно отсутствия в смете даты составления, суд отклоняет, поскольку эти сведения имеются в заключении и с учетом пояснений эксперта в судебном заседании о том, что расчет сметы проводится в автоматизированном режиме с выставленными коэффициентами на 2021г.

Доводы ФИО2 о недостоверности судебной экспертизы ввиду ее неучастия при осмотре экспертом, суд не считает объективно искажающими правильность исследования и выводов эксперта, поскольку в данном случае, требовался непосредственный осмотр как внутри, так снаружи гаража ФИО1, а осмотр металлической конструкции ФИО2 экспертом проводился исключительно внешне в части технического расположения ската крыши и фактического расстояния между конструкциям сторон, что было также доступно с земельного участка ФИО1, предоставление каких-либо иных данных, объектов и прочего в связи с проведением экспертного исследования не требовалось, на что также указал эксперт в судебном заседании.

Доводы представителя ответчика Воротилова Д.В. о том, что экспертное заключение содержит сведения о том, что является мнением специалиста, основано на неверном толковании содержания экспертного исследования, поскольку в данном случае исследование проводилось специалистом в строительно-технической области и в процессуальном смысле экспертом, проводившим исследование и составившем экспертное заключение. В данном споре экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ. является доказательством, которое получено в результате совершения лицом, имеющим определенную квалификацию и опыт (специалистом в строительно-технической области), определенных действий, в том числе проведение натурных работ, применение определенной методологии, производство расчетов, в соответствии с установленными стандартами области применения.

Относительно доводов ФИО2 и ее представителя о том, что эксперт руководствовался недействующими нормами СНИП, а также Градостроительного кодекса РФ, суд расценивает как доводы не являющимися основанием к назначению повторной экспертизы либо признания недопустимым доказательством, поскольку как указал эксперт в судебном заедании им допущена техническая описка в части указания редакции нормативно-правовых актов и ссылок на законодательство, при этом текст указан также как и в действующей редакции, что также проверено судом и признается обоснованным, за исключением технической описки при указании редакции.

Доводы представителя ответчика Воротилова Д.В. об отсутствии в экспертном заключении указания на причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими последствиями, суд отклоняет, поскольку установление именно причинно-следственной связи является прерогативой суда, на эксперта в данном случае только возлагается обязанность по установлению причинной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями, что и содержится в экспертном заключении.

Оценивая экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ. о размере причиненного истцу ущерба, причинах образования механических повреждений имущества истца, суд считает его, вопреки утверждениям стороны ответчика, допустимым доказательством при разрешении спора, поскольку достоверность сведений, учтенных при проведении экспертом исследования, является правильным, а выводы, изложенные в этом доказательстве, мотивированны – приведена оценка стоимости устранения выявленных недостатков с приведением расчетов, технические причины образования повреждений с учетом ситуативной оценки, а также указанием примененной методики. Оснований для отвода эксперту, согласно нормам ст.18 ГПК РФ, суд не усматривает, равно как и не усматривает оснований по заявленным ответчиком обстоятельствам – эксперт предупрежден о наступлении уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ ДД.ММ.ГГГГ (лист 2 заключения), а не при начале проведения экспертного исследования, поскольку доказательственно процессуальное значение экспертное заключение имеет непосредственно после подписания его экспертом\группой экспертов, после чего его суд вправе оценивать с точки зрения относимости, допустимости как доказательства по делу. Процессуальных нарушений – требований ст. 85, 86 ГПК РФ, суд не установил.

Таким образом, учитывая данное заключение, судом установлено, что обнаруженные дефекты являются следствием ненадлежащего содержания ответчиком принадлежащей металлической конструкции. Кроме того, стороной ответчика не представлено суду доказательств иного расчета определения размера ущерба, причиненного истцу.

Суд не может признать процессуально обоснованными доводы ответчика ФИО2 о принятии в качестве доказательства при разрешении спора экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 136).

Так, в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008г. N 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» разъяснено, что при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда (ч. 3 ст. 86 ГПК РФ).

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003г. № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ).

В соответствии со ст. 87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности данного заключения (л.д. 136), наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов, суд по ходатайству сторон назначил ДД.ММ.ГГГГ. по тем же вопросам повторную экспертизу (л.д. 172), проведение которой поручил другому экспертному учреждению.

Из приведенных норм процессуального права и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что недостаточная ясность или неполнота заключения эксперта, возникновение вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела, сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличие противоречий в выводах эксперта в качестве правовых последствий влекут последствия, предусмотренные ст. 87 ГПК РФ, - соответственно данное доказательство вопреки утверждения ответчика ФИО2 не может быть учтено в качестве надлежащего доказательства при разрешении спора, равно как и не может быть учтено надлежащим доказательством представленная суду оценка ущерба, проведенная ФИО1 в досудебном порядке и с целью определения цены иска.

Доказательств, опровергающих заключение судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ., или позволяющих усомниться в его правильности или обоснованности, ответчиком не представлено, а доводам, заявленным ФИО2 судом устранены путем допроса эксперта, в связи с чем, не усмотрел оснований, предусмотренных ст. 87 ГПК РФ для назначения дополнительной и повторной экспертизы, поскольку объективно эти основания у суда отсутствуют.

Экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ. является допустимым доказательством по делу, т.к. не имеется оснований не доверять выводам эксперта, квалификация эксперта подтверждена соответствующей документацией, сведений о заинтересованности в исходе дела не имеется, данное исследование проводилось на основании судебного определения, эксперт предупрежден об уголовной ответственности, заключение полностью соответствует требованиям законодательства, выводы эксперта логичны, аргументированы, содержат ссылки на официальные источники, т.е. обоснованы. Доводы экспертизы убедительны и по существу ответчиком ФИО2 не опровергнуты. Несогласие ФИО2 по существу с выводами эксперта не является основанием для назначения по делу повторной или дополнительной судебной экспертизы.

При таких обстоятельствах экспертное заключение ООО «Центральное бюро оценки» от ДД.ММ.ГГГГ. наряду с иными доказательствами, приведенными выше при разрешении спора, принято судом как допустимое доказательство.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, положения п. 1 ст. 1064 ГК РФ, обязывая возместить в полном объеме вред, причиненный личности или имуществу гражданина, в системе действующего правового регулирования направлены не на ограничение, а на защиту конституционных прав граждан (Определение от 10.02.2009г. N 370-О-О); положение п. 2 той же статьи, закрепляющее в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя и возлагающее на него бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего.

По смыслу приведенных правовых положений на истца возлагается обязанность доказать основание возникновения ответственности в виде возмещения убытков, нарушение его прав и законных интересов действиями ответчика, размер убытков. В свою очередь на ответчика возлагается обязанность доказывания отсутствия своей вины, а также размера причиненных убытков в случае несогласия с заявленными требованиями.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиком ФИО2 не представлено бесспорных доказательств, позволяющих сделать вывод об отсутствии её вины в причинении ущерба гаражу истца.

Аргументы ответчика об образовании снежных масс на принадлежащей ей металлической конструкции (крыше) ввиду неправильного расположения истцом гаража, судом, как указано выше со ссылкой на судебное решение от ДД.ММ.ГГГГ и выводы эксперта, в том числе пояснения эксперта в судебном заседании, судом отклоняются, т.к. какими-либо объективными доказательствами не подтверждены.

Соответственно, совокупность утверждений стороны ответчика о возможном применении положений п. 2 ст. 1083 ГК РФ, в связи с тем, что истцом нарушены градостроительные нормы и правила, как следствие из совокупной оценки доводов ответчика можно прийти к выводу о заявленной грубой неосторожности, тем самым повергая свое имущество опасности получения повреждений от падения снега и льда, не может быть принята во внимание.

В силу п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Пунктом 2 ст. 1083 ГК РФ установлено, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Как было указано выше, решением суда от ДД.ММ.ГГГГ., имеющее в данной части оценки доводов преюдициальное значение, ФИО2 отказано в удовлетворении требований о сносе постройки - гаража, принадлежащего ФИО1 ввиду отсутствия требований исходя из года застройки ДД.ММ.ГГГГ. на строительство и как основание признание его самовольной постройкой, длительное время эксплуатировался в указанном месте без изменения конструкций, доказательств, что наличием спорной постройки нарушены права и интересы ФИО2, не было представлено. Вместе с тем, судом установлено из показаний эксперта в судебном заседании о том, что все снежные массы, исходя из особенностей ската металлической конструкции ФИО2, сходят на земельный участок, в том числе на расположенный на нем гараж, принадлежащий ФИО1, а также повреждаются все приусадебные насаждения, расположенные в части окончания ската металлической конструкции ФИО2

С учетом конкретных обстоятельств дела, а именно того, что обязанность по содержанию металлической конструкции (крыши) в ДД.ММ.ГГГГ. надлежащим образом ответчиком ФИО2 произведена не была, участок местности, на который произошло падение снега ДД.ММ.ГГГГ., каким-либо образом огорожен снегозадерживающими устройствами не был, суд полагает, что ответчик ФИО2 свою обязанность по несению бремени содержания имущества надлежащим образом не исполнила, что повлекло причинение убытков истцу ФИО1 Действия истца по определению места расположения гаража, учитывая, что он возведен значительно ранее, чем у ФИО1 возникло право собственности на него, не находятся в прямой причинной связи с причинением вреда, возможность наступления которого при надлежащем выполнении ответчиком ФИО2 обязанностей по содержанию принадлежащего ей имущества была бы исключена. В рассматриваемой ситуации расположение гаража ФИО1 не могло каким-то образом повлиять на падение скопившихся за весь зимний период снежных обледенелых масс с металлической конструкции (крыши) ФИО2, возникновение или увеличение вреда. Единственным способом, предотвращающим падение снега и причинение в результате этого ущерба, является его своевременная уборка либо переустройство ската металлической конструкции ответчика. Наличие отбойника на металлической конструкции ответчика технически никаким образом не предотвращает сход снежных масс на гараж ФИО1, о чем пояснил эксперт в судебном заседании.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что вред имуществу истца причинен по вине ответчика, иного стороной ответчика объективно не доказано, а заявленные ответчиком доводы сводятся к несогласию относительно заявленных требований с иной неправовой субъективной оценкой.

Таким образом, ответственность по возмещению ущерба, причиненного истцу, надлежит возложить на ответчика, поскольку между действиями ответчика и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь.

Оценивая полученные судом доказательства, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу. Ответчиком иной оценки ущерба, равно как и причин образования ущерба, суду не представлено.

С учетом установленных обстоятельств, приведенных выше положений закона, разъяснений порядка их применения, а также исходя из анализа представленных суду доказательств, и обязанности разрешить спор в пределах заявленных требований (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ), суд приходит к выводу о том, что с ответчика ФИО2 в счет возмещения имущественного ущерба ФИО1 ввиду повреждения ДД.ММ.ГГГГ. ее гаража, подлежит взысканию сумма в 887 000,00 рублей, что составляет стоимость восстановительного ремонта гаража путем демонтажа.

Относительно требований истца о возложении на ответчика ФИО2 обязанности установления снегоудерживающих, снегозадерживающих и иных устройств на металлической конструкции (крыше) ответчика ФИО2, исходя из положений ст. 210 ГК РФ презюмирующей обязанность по содержанию принадлежащего собственнику имущества во взаимосвязи при нарушении такого наступления деликтной ответственности, суд считает необходимым отказать ввиду правовой необоснованности.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Истец, заявляя требования о возмещении судебных расходов по оплате за составление независимой досудебной оценки ущерба, не представил доказательства оплаты таковой, в связи с чем, оснований для удовлетворения в данной связи требований истца не имеется. Вместе с тем, отказывая в удовлетворении требований о возмещении судебных расходов ввиду отсутствия письменных доказательств на момент рассмотрения дела, суд считает возможным сохранить за истцом право обращения в установленные процессуальные сроки с заявлением о возмещении судебных расходов при предъявлении соответствующих доказательств.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, понуждении к совершению действий, - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ, выданный ДД.ММ.ГГГГ. , в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, , выданный ДД.ММ.ГГГГ. , в возмещение ущерба, причиненного имуществу ДД.ММ.ГГГГ, сумму 887 000,00 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО2, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения в Кемеровский областной суд подачей жалобы через суд, принявший решение.

Мотивированный текст решения составлен 07.07.2022г.

Председательствующий: подпись О.В. Емельянова.