Дело №2-2342/2025

УИД 71RS0029-01-2025-003235-30

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 декабря 2025 года город Тула

Центральный районный суд города Тулы в составе:

председательствующего Соколовой Е.А.,

при секретаре Гришиной И.С.,

с участием представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 по ордеру адвоката Косулина Н.В.,

ответчика ФИО4,

ответчика (истца по встречному иску) ФИО5 и его представителя по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Центрального районного суда города Тулы гражданское дело №2-2342/2025 по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании права собственности на земельный участок в порядке приобретательной давности, по встречному иску ФИО5 к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, освобождении земельного участка, обязании передать земельный участок, по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4, в котором просит признать за ней право собственности в порядке приобретательной давности на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>.

В обоснование заявленных требований указано, что 22.05.2006 между ней и ФИО10 заключен предварительный договор купли-продажи земельного участка с жилым строением в дачном кооперативе, в соответствии с которым продавец (ФИО10) обязался передать в ее собственность дачный участок с жилым строением, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>. Стоимость указанной дачи определена сторонами в размере 40 000 руб. При подписании предварительного договора она внесла аванс в размере 10 000 руб., о чем имеется соответствующая расписка. Также в данном договоре указано, что она приобретает право собственности на указанный земельный участок с момента подписания договора. В декабре 2006 года ФИО10 умер. После его смерти между ней и сыном ФИО10 – ФИО4 подписан предварительный договор купли-продажи на аналогичных условиях, в котором отражено, что дачный участок принадлежит продавцу на основании права наследования от своей матери ФИО18 и отца ФИО10, как единственного наследника. Данный договор датирован 22.05.2006, однако это является технической опечаткой, но фактически указано о присоединении ФИО4 к ранее достигнутому соглашению с его отцом и ней о продаже дачи. Стоимость дачи определена в размере 40 000 руб. При подписании договора был произведен авансовый платеж в размере 15 000 руб. В пункте 16 договора указано, что договор купли-продажи будет заключен по готовности всех необходимых документов для регистрации. После подписания в 2006 году указанных документов и внесения денежных средств по предварительному договору №1 (10 000 руб.) и по предварительному договору №2 (15 000 руб.) она начала открыто, непрерывно и добросовестно пользоваться дачей как своей собственной с полного согласия ФИО22 (переданы ключи, предоставлен доступ и т.д.). Полагает, что имеются основания для признания за ней права собственности на земельный участок в порядке приобретательной давности, поскольку она владеет дачей с 2006 года, ФИО4 на протяжении всего этого времени интереса к данному имуществу не проявлял, обязанности собственника имущества не исполнял, все текущие платежи, оплата членских взносов, ремонтные работы были совершены ею. В связи с чем она вынуждена обратиться в суд с настоящим исковым заявлением.

Протокольным определением суда от 14.08.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО5

Протокольным определением суда от 18.09.2025 ФИО5 исключен из числа третьих лиц и привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Не согласившись с заявленными исковыми требованиями, ФИО5 обратился со встречным исковым заявлением к ФИО3, в котором просит истребовать из владения ФИО3 земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>, и обязать ее передать данный земельный участок ему.

В обоснование встречных исковых требований указано, что он является собственником земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>. Основанием приобретения права собственности является договор купли-продажи от 08.07.2025, что подтверждается соответствующей выпиской из ЕГРН. В настоящее время без его согласия данный земельный участок захвачен ФИО3 Право собственности ФИО10 и ФИО4 возникло на основании права наследования после смерти ФИО18 Поскольку они были долевыми собственниками в момент заключения спорного предварительного договора купли-продажи от 22.05.2006, один из них не мог распорядиться имуществом без согласия другого собственника, в связи с чем данный договор является ничтожным и не порождает правовые последствия. Датированный 22.05.2006 предварительный договор купли-продажи земельного участка между ФИО3 и ФИО4 не мог быть заключен в этот день, так как ФИО10 – второй собственник земельного участка был жив, однако в этом договоре констатируется смерть и ФИО10 и ФИО18 В свою очередь, ФИО10 умер в декабре 2006 года, следовательно, данный договор не соответствует фактическим обстоятельствам дела и не может считаться заключенным, истинная дата подписания договора неизвестна, в связи с чем ФИО3 не может ссылаться на добросовестность владения спорным недвижимым имуществом. ФИО3 в период своего незаконного владения землеустроительные работы не производила, координаты участка не определила, с такими требованиями к ФИО22 не обращалась, что также не может свидетельствовать о ее добросовестности. Никаких требований к ФИО22 по предварительным договорам о заключении основного договора не предъявляла, никакой помощи ФИО22 в оформлении земельного участка как объекта недвижимости не оказывала, давая тем самым понять, что не заинтересована в приобретении земельного участка. Первоначальный иск подан после регистрации его права собственности на земельный участок. Земельный участок не требует никаких расходов, кроме оплаты налога, однако такую обязанность ФИО3 не исполняла, все понесенные расходы это ее личное решение, не связанное с необходимостью содержания земельного участка. 21.07.2025 он направил в адрес ФИО3 письменную претензию об освобождении земельного участка, однако до настоящего времени в досудебном порядке спор разрешить не удалось. Поскольку ФИО3 незаконно удерживает принадлежащий ему земельный участок, он вынужден предъявить настоящие исковые требования.

Одновременно в производстве Центрального районного суда города Тулы находилось гражданское дело №2-3300/2025 по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной.

Определением суда от 04.12.2025 гражданское дело №2-2342/2025 по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании права собственности на земельный участок в порядке приобретательной давности, по встречному иску ФИО5 к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, освобождении земельного участка и гражданское дело №2-3300/2025 по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной объединены в одно производство, гражданскому делу присвоен №.

ФИО3 обратилась с иском к ФИО10 и ФИО5, в котором просила признать ничтожной сделку по отчуждению земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>, оформленную договором купли-продажи недвижимого имущества от 08.07.2025 между ФИО10 и ФИО5 (регистрационный номер № от 09.07.2025). В обоснование заявленных требований указывала на то, что ею подано исковое заявление к ФИО4 и ФИО5 о признании права собственности на спорный земельный участок в порядке приобретательной давности, при этом ФИО5 предъявил встречные исковые требовании к ней об истребовании данного земельного участка из ее владения, ссылаясь на то, что является собственником земельного участка на основании договора купли-продажи от 08.07.2025, заключенного между ним и ФИО4, а также зарегистрированном в ЕГРН. Полагает, что заключенная сделка купли-продажи земельного участка нарушает ее права и фактически является ничтожной.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО3 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, о причинах неявки в суд не сообщила, ранее в судебном заседании заявленные ею исковые требования поддержала в полном объеме, против удовлетворения встречных исковых требований ФИО5 возражала. Дополнительно пояснила, что в 2006 году между ней и ФИО10 был заключен предварительный договор купли-продажи земельного участка, иных документов между ними подписано не было, ею была произведена частичная оплата в размере 10 000 руб., поскольку ФИО10 пояснил, что ему необходимо оформить наследственные права после смерти супруги, после чего между ними будет заключен основной договор купли-продажи. По достигнутой между ними договоренности она сразу начала пользоваться дачей. Однако ей стало известно, что в декабре 2006 года ФИО10 умер, единственным наследником к имуществу ФИО22 был их сын ФИО4, с которым впоследствии они вели переговоры по продаже данной дачи, ФИО4 не возражал исполнить фактически волю отца и передать дачу ей в собственность, они также заключили предварительный договор, при этом в нем имеется опечатка в дате составления, поскольку ею был распечатан тот же договор, что и с его отцом. В день встречи она передала ФИО4 15 000 руб., остальные денежные средства должна была уплатить после оформления последним всех документов на дачу. После этого момента она ФИО4 не видела, переговоров с ним не вела, при этом принимала попытки его разыскать, которые не дали положительных результатов. При этом с 2006 года она пользовалась дачей, вносила членские взносы, проводила ремонтные работы, приезжала на дачу почти каждые выходные. ФИО4 в свою очередь никакого интереса к даче не проявлял, никогда туда не приезжал. Поскольку ФИО4 не возражал, что будет исполнена воля его отца по купле-продажи данной дачи ей, у нее не возникло сомнений в том, что она не правомерно владеет дачей. Ею произведен ремонт дачного домика, построен гараж и летний душ, туалет, ремонтные работы закончены в 2019 годE, но еще имеются некие работы, требующие завершения. Ранее она имела попытки оформить земельный участок должным образом, в 2021 году был подготовлен межевой план, однако ввиду заболеванием ковидом не смогла произвести оформление до конца. Впоследствии, в июне 2025 года казначей СНТ ей пояснила, что членские взносы начали вносит другие люди в отношении ее дачи, после чего ей поступила претензия от представителя ФИО4 об освобождении земельного участка, она вела переговоры с ней, предлагала условия мирового соглашения, компенсировать ей половину стоимости ремонтных работ и фактически стоимости дачи, однако данные переговоры не дали положительных результатов, в связи с чем она была вынуждена обратиться в суд с настоящим исковым заявлением.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 по ордеру адвокат ФИО11 в судебном заседании заявленные исковые требования ФИО3 поддержал в полном объеме, против удовлетворения встречных исковых требований ФИО5 возражал.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований ФИО3, поддержав исковые требования ФИО5, указав, что в декабре 2006 года после смерти его отца ФИО10 ему стало известно, что он подписал предварительный договор купли-продажи дачного участка, при этом из данного договора следовало, что полную сумму в счет оплаты дачи последняя не произвела, поскольку он нуждался в денежных средствах, он в начале января 2007 года обратился к ФИО3 Приехав к ней домой, он предъявил свои документы, пояснил, что его отец умер, при этом он не отказывается от исполнения воли отца по продаже дачного участка, в связи с чем попросил произвести полную оплату, он написал расписку о том, что не возражает о продаже дачи, указав свои паспортные данные, однако денежные средства от ФИО3 не получал, она пояснила, что произведет окончательный расчет, когда он оформит все документы. Никаких договоров с ФИО3 он не подписывал. В дальнейшем никаких встреч с ФИО3 не было, поскольку прошло более года он полагал, что ФИО3 утратила интерес к покупке дачи, ей был известен адрес его регистрации, номер телефона, никаким образом она с ним не связывалась. После смерти своей матери ФИО18, которой фактически принадлежала дачный участок, в 2004 году он оформил наследство у нотариуса, получив свидетельства о праве на наследство по закону на вклады и акции, свидетельство о праве на наследство на земельный участок не получал, поскольку отсутствовала финансовая возможность, при этом он не отказывался от своего права собственности на земельный участок, несмотря на то, что фактически не пользовался дачным участком по его назначению, однако данное обстоятельство не может быть основаниям для лишения его право собственности, поскольку это является его правом пользоваться или не пользоваться принадлежащим имуществом. Никакого согласия в пользовании спорным земельном участком ФИО3 он не давал. В 2014 году он приезжал на дачный участок, забрал принадлежащий ему токарный станок, иных вещей у него на даче не было, в последствии он еще раз приезжал на дачу в 2017 году, при этом земельный участок выглядел заросшим, никто им не пользовался. Никаких платежей в отношении спорного земельного участка он не вносил, полагал, что в этом нет необходимости, в его адрес никаких требований никто не выдвигал, квитанций не приходило. Полагал, что фактически ФИО3 начала пользоваться земельным участок с 2019 года, когда возвела там забор и начала производить ремонтные работы в дачном домике, что свидетельствует об отсутствии у нее права заявлять требования о признании за ней права собственности в порядке приобретательной давности. В 2024 году он попросил свою знакомую ФИО12 помочь ему в оформлении земельного участка, выдав ей соответствующую доверенность. Она ему пояснила, что у нее есть потенциальный покупатель на дачу, который в счет ее покупки предоставит финансовую помощь в его оформлении. В дальнейшем всеми документами занималась она. Он встречался со ФИО5, показал ему дачу, сказал, что данный участок ранее принадлежал его отцу, он имел намерение продать его в 2006 году ФИО3, также указал, что в настоящее время земельный участок занят другими людьми, он был согласен на такие условия заключения сделки, стоимость дачи они определили в размере 500 000 руб., подписали договор купли-продажи, зарегистрировали в МФЦ, после чего данные денежные средства были получены им наличными в магазине ФИО12, о чем он составил соответствующую расписку.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ФИО3, заявленные им встречные исковые требования поддержал в полном объеме. Пояснил, что его знакомая ФИО12 предложила ему для покупки спорный земельный участок, ему были высланы фотоматериалы данного земельного участка, а также правоустанавливающие документы, данный земельный участок его устроил по площади и местоположению, намеревался приобрести его для личного использования. Впоследствии он совместно с собственником ФИО4 несколько раз выезжали на земельный участок для осмотра, данный участок выглядел заросшим, калитка была открыта, доступ на земельный участок не был ограничен. ФИО4 указал, что данный земельный участок занят другими людьми, незаконно, однако он согласился на такие условия, намеревался в дальнейшем защитить свои права в судебном порядке, если в добровольном порядке участок не будет освобожден. После чего между ним и ФИО4 был подписан договор купли-продажи, который они зарегистрировали в МФЦ, после чего он передал ФИО4 денежные средства в размере 500 000 руб. наличными денежными средствами, о чем составлена соответствующая расписка. Каких-либо переговоров с ФИО3 он лично не проводил, все переговоры вела ФИО12

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО5 по доверенности ФИО21 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ФИО3, полагал, что правовых оснований для этого не имеется, надлежащих доказательств правомерного использования спорного земельного участка ею не представлено, поддержав встречные исковые требования ФИО5 в полном объеме. Также полагал, что отсутствуют правовые основания для признания заключенного между ФИО4 и ФИО5 договора купли-продажи земельного участка от 08.07.2025 недействительным.

Представители третьих лиц администрации города Тулы, Управления Росреестра по Тульской области, СНТ «Зеленый друг» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения извещались надлежащим образом, о причинах неявки в суд не сообщили.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных надлежащим образом.

Выслушав объяснения представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 по ордеру адвоката Косулина Н.В., ответчика ФИО4, ответчика (истца по встречному иску) ФИО5 и его представителя по доверенности ФИО1, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО12, ФИО20, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, установленными Гражданским кодексом Российской Федерации и иными законами, в частности, путем признания права.

Пунктом 3 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях и в порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

На основании пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Из приведенных положений закона следует, что приобретательная давность является самостоятельным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

По смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество (п.16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Таким образом, возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества (п.19 приведенного выше постановления).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 22.05.2006 между ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающем по адресу: <адрес>, (продавец) и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающей по адресу: <адрес>, (покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи участка с жилым строением в дачном кооперативе.

Согласно пункту 1 предварительного договора купли-продажи от 22.05.2006 продавец обязуется продать в собственность, а покупатель обязуется купить и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора принадлежащий продавцу дачный участок с жилым строением в садоводческом кооперативе «<адрес> по адресу: <адрес>.

Указанный дачный участок принадлежит продавцу на праве собственности на основании документов собственности (п.2 договора).

Указанная собственность продается за 40 000 руб. (п.3 договора).

Покупатель обязуется уплатить продавцу сумму, указанную в п.3 в полном объеме в момент подписания договора и передаточного акта (п.4 договора).

Покупатель приобретает право собственности на указанную собственность с момента подписания данного договора (п.10 договора).

Согласно пункту 18 предварительного договора от 22.05.2006 стороны договорились о том, что договор купли-продажи будет заключен по готовности всех необходимых документов для регистрации.

Стороны договорились о том, что в случае смерти одной из сторон до того, как будет подписан основной договор эта обязанность переходит к наследникам данной стороны (п.19 договора).

ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается записью акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ.

В материалы дела истцом ФИО3 представлен предварительный договор купли-продажи участка с жилым строением в дачном кооперативе, датированный 22.05.2006, заключенный между ней и сыном ФИО10 – ФИО4 на аналогичных условиях, при этом в пункте 2 данного договора указано, что указанный земельный участок принадлежит продавцу на основании права наследования от своей матери ФИО18 и отца ФИО10 как единственного наследника после смерти родителей.

Истец ФИО3 указала, что фактически по договору, заключенному с ФИО10, ею были уплачены денежные средства в размере 10 000 руб., а по договору, заключенному с ФИО4 – 15 000 руб. В полном объеме оплата по договору должна была произойти после оформления всех необходимых документов и заключения основного договора купли-продажи земельного участка.

Впоследствии основной договор купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> между сторонами заключен не был.

В июле 2025 года в адрес ФИО3 поступила письменная претензия от представителя ФИО4 по доверенности ФИО2 об освобождении земельного участка.

Обращаясь в суд с исковыми требованиями о признании права собственности на земельный участок в порядке приобретательной давности ФИО3 указала, что с момента заключения предварительного договора 22.05.2006 фактически открыто, добросовестно владеет и пользуется земельным участком, при этом каких-либо правопритязаний на данный земельный участок от ФИО4 до июня 2025 года не было.

Указанные обстоятельства подтверждаются справкой, выданной СНТ «Зеленый друг» от 16.07.2025, согласно которой ФИО3 оплачивала членские взносы за дачный участок №, расположенный по адресу: <адрес>, д.Старо-Басово СНТ «зеленый друг» на основании предварительного договора купли-продажи с ФИО4 с 2006 года по 2024 год, а именно: 2006 год – 920 руб., 2007 год – 920 руб., 2007 год – 920 руб., 2007 год – 500 руб. (кабель), 2008 года – 950 руб., 2009 год – 950 руб., 2010 год – 1 500 руб., 2011 год – 1 500 руб., 2012 год – 2 000 руб., 2013 год – 2 000 руб., 2014 год – 3 500 руб., 2015 год – 3 500 руб., 2016 год – 2 500 руб., 2017 год – 2 500 руб., 2018 год – 2 500 руб., 2019 год – 2 500 руб., 2020 год – 2 500 руб., 2021 год – 3 500 руб., 2022 год – 4 000 руб., 2023 год – 5 000 руб., 2024 год – 6 000 руб. Итого за весь период уплачено – 49 740 руб.

В ходе судебного разбирательства ФИО3 представлены оригиналы соответствующих квитанций по уплате членских взносов за указанный период для обозрения, копии которых приобщены к материалам дела.

Согласно справкам СНТ «Зеленый друг» от 06.10.2025, от 14.11.2025 ФИО3 не является членом кооператива СНТ «Зеленый друг», за 2025 год членский взнос уплачен 05.06.2025 за ФИО4 в сумме 6 000 руб. его представителем по доверенности ФИО12

В обоснование заявленных требований ФИО3 также представлен договор на выполнение ремонтно-строительных работ от 25.03.2017, согласно которому между ней и ФИО15 заключен договор на производство ремонта первого этажа дачного домика, а именно монтаж обшивки стен, пола и потолка, трех оконных рам, старой проводки, перегородок и дверей; заделать и утеплить один коконный проем; установить два новых пластиковых окна с заделкой откосов и подоконников; настелить пол из половой доски, сверху уложить линолеум; обшить стены и потолок вагонкой; произвести новую проводку от столба по помещению дачи, коробку с ограничителями, светильники и выключатели; установить новую входную и межкомнатную дверь; сделать и установить люк между первым и вторым этажом; подготовить место для установки печки (подиум и стены из несгораемого материала и специальной плитки); установить чугунную печку и вывести трубу за пределы дачного домика; установить забор по лицевой стороне дачного участка с калиткой и воротами (п.п.1.1, 1.2 договора).

Согласно п.1.6 договора от 25.03.2017 работы выполняются по адресу: <адрес>, <адрес>.

Стоимость работ по договору составила 150 000 руб. (п.3.1 договора).

ФИО3 также представлены кассовые чеки по оплате вышеуказанного договора, приобретение строительных материалов в период с марта 2017 года по 2018 год, а также фотоматериалы произведенного строительства.

02.08.2021 по заказу ФИО3 ИП ФИО6 подготовлен межевой план и проведены кадастровые работы по уточнению местоположения границ и площади земельного участка с кадастровым номером 71:30:080103:118, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>.

В этот же день, 02.08.2021, ИП ФИО6 также по заказу ФИО3 подготовлен технический план здания, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>.

Договор на выполнение кадастровых работ заключен 14.07.2021 №4149.

В ходе судебного разбирательства ФИО3 указала, что по состоянию здоровья не смогла обратиться в суд за защитой своих прав в отношении спорного земельного участка, путем признания за ней права собственности в порядке приобрететальной давности, поскольку находилась на длительном лечении, однако медицинские документы ФИО3 представлены лишь за 2023-2024г.г. Также она полагала, что на тот момент было недостаточно необходимого срока давностного владения для признания за ней права собственности в порядке приобретательной давности. Вместе с тем, с 2006 года по настоящее время она пользовалась земельным участком, обрабатывала его, следила за его сохранностью.

Как указано ранее, в июле 2025 года в адрес ФИО3 поступила письменная претензия от представителя ФИО4 по доверенности ФИО2 об освобождении земельного участка, при этом подпись ФИО2 в данной претензии отсутствует.

Из материалов регистрационного дела в отношении земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>, предоставленного Управлением Росреестра по Тульской области, следует, что ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о государственном кадастровом учете и регистрации прав обратилась ФИО2, действуя по доверенности, удостоверенной нотариусом города Тулы ФИО7, в интересах ФИО4

К данному заявлению были приложены: межевой план земельного участка от 30.06.2025, копия доверенности, а также квитанция об уплате государственной пошлины, а также свидетельство о праве на наследство по закону от 05.06.2025, выданное ФИО4 нотариусом города Тулы ФИО7 в отношении земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>.

Как следует из материалов наследственного дела № к имуществу ФИО18, умершей ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО18 обратился ее сын ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, как единственный наследник первой очереди по закону. В заявлении указано, что наследственное имущество состоит из вкладов.

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом города Тулы ФИО7 выдано свидетельство о праве на наследство по закону ФИО4 на имущество ФИО18, состоящее из: денежных вкладов с причитающимися процентами и правом на получение предварительной компенсации в размере 6 000 руб., находящихся в филиале №001 Тульского отделения №8604 Сбербанка РФ (Среднерусский банк) по счету № с остатком в сумме 57,80 руб., по счету №.

Впоследствии, в сентябре 2005 года ФИО4 обратился к нотариусу города Тулы ФИО7 с заявлением о выдаче свидетельство о праве на наследство, в котором указал, что наследственное имущество состоит из: акции, земельный участок с садовым домом.

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом города Тулы ФИО7 выдано свидетельство о праве на наследство по закону ФИО4 на имущество ФИО18, состоящее из: права на получение двадцати четырех именных обыкновенных акций, № выпуска №, семнадцати привилегированных именных акций № выпуска № номинальной стоимостью одной акции – один рубль, на общую сумму сорок один рубль, находящихся в ОАО «Завод Тула», принадлежащего наследодателю на основании справки из реестра акционеров от 17.10.2005, выданной ОАО Агентство «Региональный Независимый Регистратор».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 вновь обратился к нотариусу города Тулы ФИО7 с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону после смерти матери ФИО18, состоящее из земельного участка с кадастровым номером 71:03:080103:118, находящегося по адресу: <адрес>, <адрес>.

На основании поданного ФИО4 заявления ДД.ММ.ГГГГ нотариусом города Тулы ФИО7 ФИО4 выдано свидетельство о праве на наследство по закону в отношении вышеуказанного земельного участка, в котором указано, что земельный участок принадлежал наследодателю на праве собственности на основании свидетельства о праве собственности на землю Рег.№№, выданного администрацией <адрес>.

Согласно сведениям, отраженным на официальном сайте Тульской областной нотариальной палаты в сети «Интернет» в разделе «реестр наследственных дел», наследственных дел к имуществу ФИО10 не имеется.

Таким образом, единственным наследником первой очереди по закону к имуществу ФИО10 и ФИО18 явился их сын – ФИО4, иных наследников в ходе судебного разбирательства не установлено и не представлено таковых сведений лицами, участвующими в деле.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 08.07.2025 между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, согласно которому продавец прдал в собственность покупателя принадлежащий продавцу на праве собственности объект недвижимого имущества, а именно: земельный участок с кадастровым номером №, площадью 600 +/- 9 кв. м, категория земель: земли населенных пунктов, находящийся по адресу: <адрес>, <адрес> (п.1 договора).

Указанный земельный участок продан за 500 000 руб., денежные средства переданы продавцу в полном объеме до подписания настоящего договора (п.2 договора).

Согласно пункту 3 договора купли-продажи от 08.07.2025 продавец передал покупателю вышеуказанный объект недвижимого имущества путем передачи относящихся к нему документов до подписания настоящего договора, который имеет при этом силу и акта передачи недвижимого имущества.

Исходя из пункта 4 договора купли-продажи от 08.07.2025 продавец гарантирует, что отчуждаемый объект недвижимого имущества на момент подписания настоящего договора никому не продан, не подарен, не заложен, в споре и под арестом или запрещением отчуждения не стоит, свободен от любых иных имущественных прав и претензий третьих лиц, о которых в момент подписания настоящего договора стороны не могли знать. На территории земельного участка находятся личные вещи гражданки Российской Федерации ФИО3 ФИО23., которые ФИО4 обязуется передать непосредственно ФИО3 в течение 10 дней с момента подписания настоящего договора. Судебного спора об отчуждаемом имуществе не имеется.

Согласно представленной расписке от 08.07.2025 ФИО4 получил от ФИО5 денежные средства в размере 500 000 руб. в счет оплаты по вышеуказанному договору.

Вышеуказанный договор купли-продажи от 08.07.2025, заключенный между ФИО4 и ФИО5, подан для регистрации в органы МФЦ 08.07.2025 и зарегистрирован Филиалом ППК «Роскадастр по Тульской области» 09.07.2025.

В настоящее время собственником вышеуказанного земельного участка, согласно данным ЕГРН является ФИО5, что подтверждается выпиской из ЕГРН №КУВИ-№ от 04.08.2025.

Поскольку в десятидневный срок с момента заключения договора купли-продажи 08.07.2025 и регистрации его в органах Росреестра 09.07.2025, земельный участок не был освобожден от личных вещей ФИО3, как указано в п.4 договора купли-продажи от 08.07.2025, ФИО5 21.07.2025 посредством почтовой корреспонденции направил в адрес ФИО3 соответствующее требование, которое осталось без удовлетворения.

Впоследствии ФИО5 стало известно о том, что ФИО3 подано исковое заявление в адрес Центрального районного суда города Тулы о признании за ней право собственности на спорный земельный участок в порядке приобретательной давности, в связи с чем он предъявил встречное исковое заявление об истребовании недвижимого имущества из ее незаконного владения.

В ходе судебного разбирательства ответчик (истец по встречному иску) ФИО5 указывал на то, что он имел намерение приобрести данный земельный участок для своего личного пользования, его знакомая ФИО2 направила ему предложение посредством мессенджера, одновременно были направлены фотоматериалы и правоустанавливающие документы, несколько раз он лично с ФИО4 выезжали на место, осматривали земельный участок, ключи от забора и от дачного домика ему продавцом не передавались, поскольку препятствий в проходе на земельный участок не было, калитка была открыта, в дачный домик он не заходил, он не имел для него интереса, так как планировал на данном участке новое строение. Внешний вид земельного участка указывал о том, что земельный участок длительное время никто не обрабатывает, он был заросшим. Его устроило местоположение земельного участка и его площадь, проблем с правоустанавливающими документами не было, в связи с чем он принял решение приобрести данный земельный участок у ФИО4 При этом последний указал, что данный земельный участок занят другими людьми, в свою очередь, он не счел данное обстоятельство препятствием к покупке земельного участка и намеревался в дальнейшем разрешить данный спор, в случае отсутствия мирного урегулирования, с помощью судебной защиты. Договор купли-продажи был сдан для регистрации в органы МФЦ, после чего он совместно с ФИО4, его представителем ФИО24 направились к последней в магазин, где она работала, там ФИО4 он передал денежные средства в счет купли-продажи земельного участка в размере 500 000 руб., о чем была составлена расписка. Претензий по исполнению договора между ним и ФИО4 не имеется. ФИО3 отказалась освобождать земельный участок, при этом лично он с ней переговоров не вел, все переговоры велись с ФИО2 В настоящее время калитка на земельный участок закрыта проволокой, он периодически осматривает земельный участок, но никаких работ там не ведет до окончания судебного разбирательства.

В свою очередь, ответчик ФИО4 в судебном заседании пояснил, что действительно его отец ФИО10 и ФИО3 в 2006 году заключили предварительный договор купли-продажи дачи по вышеуказанному адресу, впоследствии после смерти отца в начале января 2007 года он вел переговоры с ФИО3 о заключении основного договора купли-продажи после того как он оформить наследство. Поскольку ФИО3 не была уплачена полная сумма, указанная в договоре, он потребовал выплатить ему денежные средства, ФИО3 указала, что произведет оплату после оформления всех документов, никаких денежных средств от нее он не получал. Впоследствии ФИО3 с ним не связывалась, при этом он не скрывался и не менял ни адреса жительства, ни номера телефона. Поскольку прошло более года с последней встречи, он полагал, что ФИО3 утратила интерес к покупке дачи. Не отрицал, что он не пользовался дачным участком, а лишь приезжал несколько раз в 2014 году и в 2017 году, при этом от права собственности не отказывался, однако никакие платежи не вносил, полагал, что в этом не было необходимости, а также он испытывал финансовые трудности, по этой же причине и не оформлял наследство ранее у нотариуса. Впоследствии его знакомая ФИО2 помогла ему в оформлении земельного участка и получении свидетельства о праве на наследство, а также предложила покупателя ФИО5 Указал, что он несколько раз выезжал на место со ФИО5, показал ему земельный участок, препятствий в доступе на земельный участок не было, калитка была открыта, в дачный домик они не заходили, земельный участок был заросший. Он пояснил ФИО5 о том, что ранее между его отцом и ФИО3 была договоренность о продаже данной дачи, а также то, что дачей пользуются другие люди до сих пор, возможно ФИО3 При этом ранее он никаких требований ФИО3 об освобождении земельного участка не выдвигал. После чего между ним и ФИО5 был заключен договор купли-продажи, документы для регистрации сданы в органы МФЦ, в дальнейшем в магазине ФИО2 ему были переданы наличные денежные средства за продажу земельного участка в размере 500 000 руб., о чем им составлена расписка.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО13 показала, что является знакомой ФИО3, а также соседкой по дачному кооперативу, ей принадлежит участок №. Ранее участок № принадлежал ФИО22, они пользовались им и жили там с 1993 года до 2006 года, до того, как умерла ФИО18 Впоследствии после смерти супруги сам ФИО10 на дачу не ездил особо, поселил у себя пожилую пару, они примерно года два обрабатывали участок. После чего, ФИО10 обращался к ней, спрашивал нет ли у нее знакомых, которым можно было бы продать дачу. Ранее они были с ним в нормальных, дружеских отношениях, общались. У ФИО22 был сын – ФИО4, он никогда не приезжал на дачу. Дача была небольшая, одноэтажная, она и сейчас стоит, надо было много чего чинить, земельный участок примерно 6 соток. Она рассказала ФИО3, что ее сосед ФИО10 хочет продать дачу, по цене не знала за сколько он продает, примерно за 40 000 руб., по тем временам это была приличная сумма. Когда передали ФИО3 участок, попросили их не торопить, сказали, что потихоньку все документы оформят. ФИО3 начала пользоваться земельным участком с 2006 года и постоянно пользовалась, платила членские взносы, поставила новый туалет и душ, забор. Она часто приезжала, 1-2 раза в неделю, последние 2 года чуть реже, потому что болела. Указала, что она (ФИО13) на дачу часто приезжает, через день и все выходные. ФИО4 никогда не приезжал на дачу, последний раз она его видела летом 2006 года, когда он с отцом приезжал заключать договор с ФИО3 В 2017 году она (ФИО13) проводила межевание своего земельного участка, искала его через кадастровый центр, так как нужны были подписи собственников смежных участков, но они его так и не нашли, с этой целью она также подавала объявление в газету, пыталась известить собственников смежных земельных участков, о чем представила соответствующую вырезку из газеты. Показала, что с 2006 года дачей и земельным участком пользовалась только ФИО3 со своей семьей. О смерти ФИО10 она узнала случайно, месяца через три только, от дочери той пожилой пары, которая жила после смерти ФИО18 в данном дачном домике. Она также пыталась найти ФИО4 через родственников, но даже родственники не знали, где он, а квартиру он свою продал. Забирали ли ФИО22 какие-либо свои вещи с дачи ей неизвестно, в дачном домике она не была.

Свидетель ФИО14 суду показала, что является казначеем СНТ «Зеленый друг», ФИО3 состоит в данном садоводческом товариществе, на протяжении многих лет она поддерживала порядок на участке, платила членские взносы, никаких претензий к ней не имеется. Фактически ФИО3 пользуется земельным участком с 2006 года, при этом казначеем она (ФИО14) является с 2011 года. У нее также имеется дачный участок в данном кооперативе с 1985 года, при этом кто ранее пользовался земельным участком № не знала, поскольку их земельные участки находятся не рядом. ФИО3 вносила членские взносы с 2006 года по 2024 год, примерно в июле 2025 года к ней пришла женщина, представилась как представитель ФИО10, собственника земельного участка №, представила доверенность и внесла членский взнос. Указала, что ФИО3 пользуется земельным участком достаточно часто. В квитанциях об уплате членских взносов указана ФИО22 и ФИО3, что может быть ее ошибкой, поскольку имелись сведения, что владельцем является ФИО22, поэтому так и указывала, при этом фактически все платежи осуществляла всегда ФИО3 Оплата членских взносов производится за воду, свет, дороги, ворота, а также налог на общую землю СНТ, в том числе за имущество общего пользования. Ранее она видела ФИО10, но лично с ним никогда не общалась, при этом ФИО4 она никогда не встречала, членских взносов он не вносил. ФИО3 представляла предварительный договор купли-продажи дачи, на основании него принимали членские взносы, при этом она не является членом кооператива, но фактически пользуется дачей, в связи с чем взносы принимались от ее имени. СНТ никаких мер не принимали к розыску ФИО4, в этом не было необходимости, ей известно, что такие меры принимала ФИО3, поскольку она часто спрашивала у нее, удалось ли ей его найти.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО12 суду показала, что ФИО4 является ее знакомым, он обратился к ней с просьбой помочь оформить дачный участок в собственность после смерти родителей, а также продать данный участок. Она помогла ему оформить необходимые документы, был заказан межевой план, получено свидетельство у нотариуса, а также данные документы были сданы для регистрации в органы Росреестра. Никаких денежных средств она за данные услуги от ФИО4 не получала. Также у нее был знакомый ФИО5, который имел намерение приобрести дачный участок для строительства, она предложила ему земельный участок ФИО4, выслала в его адрес фотоматериалы земельного участка и правоустанавливающие документы. На сам земельный участок она не заходила фотографии были сделаны за пределами забора. ФИО4 пояснил ей, что земельный участок занят другими людьми, поскольку ранее его отец обещал продать дачу другим лицам, она обращалась от имени ФИО4 в СНТ «Зеленый друг», нашла контакты тех людей, кто занял участок, чтобы связаться с ними. Также ею был внесен членский взнос от имени ФИО4 за 2025 год. Она неоднократно связывалась с ФИО3, пояснила, что собственником земельного участка является ФИО4, пытались мирно урегулировать данную ситуацию, однако ни к каким договоренностям они не пришли. В свою очередь, ФИО5 устроил предложенный земельный участок, он согласился его приобрести, переговоры также велись с ней. Был составлен договор купли-продажи от 08.07.2025, она совместно со ФИО5 обратились в органы МФЦ и сдали данный договор на регистрацию, после чего ФИО5 и ФИО4 встретились в ее магазине, они вели дальнейшие переговоры, денежные средства за продажу земельного участка передавались там же, точную сумму, за которую был продан земельный участок, она не помнит, в момент передачи денежных средств она не присутствовала, поскольку вышла из магазина.

Вышеуказанные показания свидетелей ФИО13, ФИО19, ФИО12 суд признает допустимыми доказательствами по делу, поскольку они не противоречивы, согласуются с представленными в материалами дела доказательствами, оснований не доверять им не имеется.

Также в ходе судебного разбирательства допрошен в качестве свидетеля ФИО20, который суду показал, что он является знакомым ФИО12, по ее просьбе осенью 2025 года он отвозил ее в дачный кооператив в д.Старо-Басово, совместно с ней была кадастровый инженер, им необходимо было произвести замеры земельного участка, он подвез их на машине, они прошли на земельный участок, при этом он не проходил на земельный участок, находился около забора, что находилось на земельном участке не видел, какой был забор не помнит, кому принадлежал земельный участок не знал. Кроме них, в тот момент, на земельном участке никого не было.

При этом суд относится к показаниям свидетеля ФИО20 критически, поскольку они не несут какого-либо доказательственного значения по делу по существу заявленных исковых требований ФИО3 и встречных исковых требований ФИО5

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от №10/22 от 29.04.2010 (ред. от 12.12.2023) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из указанных выше положений закона и разъяснений Пленумов следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

При этом в пункте 16 вышеназванного совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации также разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

В рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества интереса в сохранении своего права.

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019 №4-КГ19-55 и др.).

Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.

Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

Разрешая исковые требования ФИО3 о признании за ней права собственности в порядке приобретательной давности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>, оценив собранные по делу доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, достаточную и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что с момента смерти ФИО10 и ФИО18, их единственный наследник по закону - ФИО10 более 18 лет интереса к испрашиваемому истцом имуществу не проявлял, правопритязаний в отношении него не заявлял, обязанностей собственника этого имущества не исполнял.

При этом при разрешении настоящего спора суд учитывает принцип добросовестности давностного владения истцом ФИО3 испрашиваемого земельного участка.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 26.11.2020 №48-П, институт приобретательной давности призван служить конституционно значимой цели возвращения имущества в гражданский оборот, тем самым выполняя задачу поддержания правовой определенности и стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, эффективной судебной защиты прав и законных интересов его участников.

Определение конкретных оснований и условий приобретения права собственности по давности владения относится к компетенции федерального законодателя, который устанавливает соответствующее регулирование исходя из социальных, экономических и иных факторов, а также с учетом конституционной цели института приобретательной давности, выявленной, в частности, в названном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации.

Статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации о приобретении права собственности по давности владения закрепляет, что лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены данной статьей, приобретает право собственности на это имущество (абзац первый пункта 1).

Таким образом, в системе действующего правового регулирования добросовестность выступает одним из условий приобретения права собственности по давности владения имуществом. Принцип добросовестности относится к основным началам гражданского законодательства и означает, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п.3 ст.1 ГК РФ).

Оценивая сложившуюся практику применения статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.11.2020 №48-П отмечал, что добросовестность давностного владельца применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих судебных дел предполагает, что его вступление во владение не было противоправным, было совершено внешне правомерными действиями.

Основания для удовлетворения требований истца ФИО3 о признании за ней права собственности на спорный земельный участок в силу статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае имеются.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11.02.2021 №186-О, в отношении земельных участков применение приобретательной давности (статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации) имеет свои особенности. Эти особенности заключаются, в первую очередь, в том, что приобретательная давность может быть применена только в отношении тех земельных участков, которые находятся в частной собственности и которыми лицо владеет при соблюдении определенных условий.

Как установлено в ходе судебного разбирательства и не оспаривалось ответчиком ФИО4 ему было известно о том, что между его отцом ФИО10 и ФИО3 действительно имелась договоренность о продаже дачного участка, фактически он подтвердил волю своего отца после его смерти, на протяжении всего времени с 2006 года и до настоящего времени ему было известно о том, что данный земельный участок находится в пользовании ФИО3 При этом он не пользовался земельным участком, каких-либо требований ранее июня 2025 года к ФИО3, в том числе об освобождении земельного участка, не предъявлял. Свои наследственные права после смерти матери ФИО18 на испрашиваемый земельный участок до 2025 года путем обращения к нотариусу не оформлял, при том, что ранее в 2004 году и в 2005 году им были получены свидетельства о праве на наследство по закону на иное имущество матери.

Напротив, истец ФИО3 последовательно указывала, что с 2006 года правомерно с согласия ФИО10 начала пользоваться участком №, расположенным по адресу: <адрес>, <адрес> в том числе на основании достигнутой договоренности, отраженной в предварительном договоре купли-продажи от 22.05.2006, как своим собственным, основной договор купли-продажи земельного участка не заключен по независящим от ФИО3 обстоятельствам, поскольку ФИО10 скончался, так и не успев оформить должным образом необходимые документы.

В данном случае истцом ФИО3 подтверждено длительное и непрерывное владение спорным участком как своим собственным, начиная с 2006 года и по настоящее время (более 18 лет).

В свою очередь, ответчик ФИО4 своими фактическими действиями отказался от данного участка, не осваивал его, с 2006 года требований к ФИО3 не предъявлял, зная, что данный участок находится в ее пользовании с 2006 года по договоренности с его отцом.

Каких-либо надлежащих доказательств обратному в нарушение ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО22 Д.Е. в материалы дела не представлено.

В связи с длительным бездействием ФИО4, как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок свое право собственности на названное имущество, для ФИО3 не должна исключаться возможность приобретения такого имущества по основанию, предусмотренному статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с чем доводы стороны ответчика (истца по встречному иску) о том, что положения статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат применению в рамках настоящего гражданского дела, в связи с тем, что спорное имущество приобретено истцом по предварительному договору, при этом основной договор в последствии заключен не был, не могут быть признаны обоснованными.

При таких обстоятельствах, установив, что спорный земельный участок находился в добросовестном, открытом и непрерывном владении истца ФИО3 с 2006 года, при этом ответчик ФИО4, в свою очередь, не реализовывал право собственности на спорный земельный участок, не вступив во владение им с момента смерти своей матери ФИО18 (ДД.ММ.ГГГГ) и отца ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ), не зарегистрировав свое право собственности в ЕГРН до июля 2025 года, суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований ФИО3 о признании за ней права собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>, в порядке приобретательной давности, и, как следствие, несостоятельности встречных исковых требований ФИО5 об истребовании указанного имущества из незаконного владения ФИО3

В связи с чем первоначальные исковые требования ФИО3 подлежат удовлетворению, при этом в удовлетворении встречных исковых требований ФИО5 надлежит отказать.

Разрешая исковые требования ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о признании сделки по отчуждению земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> <адрес>, оформленной договором купли-продажи недвижимого имущества от 08.07.2025 между ФИО10 и ФИО5, ничтожной, суд приходит к следующему.

Признание сделки ничтожной и применение последствий ее недействительности по иску лица, не являющегося стороной сделки, возможно при одновременном соблюдении следующих условий: сделка нарушает требования закона или иного правового акта (в том числе нарушает явно выраженный законодательный запрет или противоречит существу законодательного регулирования данного вида обязательства); посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц; законом не установлено, что такая сделка оспорима, и не предусмотрены другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.2 ст.168 ГК РФ, п.п.74, 76, 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В связи с этим, лицо, не участвовавшее в сделке, но оспаривающее ее, должно доказать наличие законного интереса в признании сделки недействительной.

Законодательство Российской Федерации пресекает возможность разъединения на неограниченный срок права на недвижимое имущество и фактического владения им. Все имеющиеся способы оспаривания зарегистрированного права, предусмотренные пунктом 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» направлены на то, чтобы в результате разрешения спора вещь и право на нее оказались в одних руках. Например, невладеющий титульный собственник вправе потребовать передачи ему вещи в порядке виндикации или по реституции - в зависимости от наличия (отсутствия) между сторонами спора обязательственно-правовой связи, а фактический владелец, считающий себя собственником вещи, может заявить иск о признании права. По этой же причине государственная регистрация права собственности по суду в порядке пункта 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется только при условии исполнения обязательства продавца по передаче (вручению) имущества покупателю (п.61 постановления Пленумов №10/22).

Приобретательная давность (ст.234 ГК РФ), наряду с названными способами, выступает средством преодоления неопределенности относительно принадлежности вещи в силу разъединения права и владения вещью на протяжении длительного срока. Одновременно с течением срока приобретательной давности в отношении недвижимости (пятнадцать лет) течет срок исковой давности для виндикации вещи собственником (три года) (пункт 4 указанной статьи), соответственно, либо вещь будет истребована у давностного владельца и право на вещь будет соединено с владением ею у собственника, либо давностный владелец по истечении положенного срока присоединит к своему владению титул собственника вещи на основании судебного акта.

На весь срок приобретательной давности давностный владелец получает защиту владения от посягательств иных лиц (п.2 ст.234, ст.305 ГК РФ, п.17 Постановления Пленумов №10/22).

Как установлено в ходе судебного разбирательства истец ФИО3 правомерно владеет и пользуется спорным земельным участком с 2006 года и до настоящего времени, то есть приобрела статус давностного владельца.

Вместе с тем, 08.07.2025 между ФИО4 и ФИО5 заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, СНТ «Зеленый друг», уч.№, который зарегистрирован в ЕГРН, собственником которого указан ФИО5, регистрационная запись № от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, истец ФИО3 имеет юридический интерес в оспаривании сделки купли-продажи со спорным имуществом.

Согласно статье 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1), в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2).

Отчуждение недвижимого имущества относится к таким случаям (пункт 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации), при этом регистрация перехода права собственности, являясь завершающим этапом переноса права собственности и актом признания его со стороны государства, не подменяет передачу имущества его приобретателю и не отменяет необходимости такой передачи (ст.556 ГК РФ).

Иной подход по вышеуказанным причинам не допускается, поскольку приводит к существенной правовой неопределенности в силу разъединения титула и владения имуществом и возникновению рисков не только для сторон сделки, но и для третьих лиц, полагающихся на сведения публичного реестра, а также к недостоверности его самого.

Следовательно, сделки, направленные на преодоление указанного принципа, противоречат существу законодательного регулирования данного вида обязательств.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 №305-ЭС19-3996(6), статьи 551, 556 Гражданского кодекса Российской Федерации определяют момент исполнения продавцом недвижимого имущества обязанности по его передаче покупателю: передача должна состояться до государственной регистрации перехода права собственности, условие о передаче имущества после государственной регистрации перехода права может быть согласовано сторонами в договоре или закреплено в законе. Основная обязанность по договору купли-продажи - передача недвижимости покупателю, являющаяся необходимой предпосылкой для регистрации перехода права собственности. Если такая передача не состоялась, и стороны договора не предусмотрели, что переход права собственности не зависит от исполнения обязанности продавца передать имущество, а составили заведомо недостоверный передаточный акт и искусственно исключили из юридического состава, требующегося для регистрации перехода права собственности, фактическую передачу имущества по договору купли-продажи, покупатель считается не приобретшим право собственности, а сделка признается недействительной.

Таким образом, сделка по отчуждению недвижимости, совершенная заведомо без фактической передачи имущества, является ничтожной на основании пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как противоречащая существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства (п.74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25) и не влечет переход права собственности даже в случае его безосновательной государственной регистрации.

В данном случае, истец ФИО3 обратилась в суд с исковыми требованиями о признании за ней права собственности на спорный земельный участок в порядке приобретательной давности, разрешая которые суд пришел к выводу о правомерности заявленных требований и, как следствие, их удовлетворению, отказав в удовлетворении встречных исковых требований ФИО5, как титульного собственника, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, установив, что фактически спорное имущество не передавалось ФИО5, поскольку земельный участок до настоящего времени находится во владении ФИО3, что в том числе обусловило подачу ФИО5 встречного иска.

Приведенные обстоятельства в данном случае достаточны для признания сделки купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>, от 08.07.2025 между ФИО4 и ФИО5 ничтожной по вышеуказанным основаниям.

При этом применение последствий недействительности в виде реституции в данном случае не требуется, поскольку спорное имущество во владении сторон ничтожной сделки (ФИО4 и ФИО5) не находилось и друг другу не передавалось.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании права собственности на земельный участок в порядке приобретательной давности удовлетворить.

Признать за ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженкой <адрес>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, паспорт серии № №, выдан Привокзальным РОВД города Тулы ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №, право собственности в порядке приобретательной давности на земельный участок, площадью № № кв. м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО5 к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, освобождении земельного участка, обязании передать земельный участок отказать.

Исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной удовлетворить.

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи земельного участка, площадью № кв. м, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>, заключенный между ФИО4 и ФИО5 8 июля 2025 года.

Решение суда является основанием для внесения соответствующих изменений в сведения Единого государственного реестра недвижимости.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд города Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 19 января 2026 года.

Председательствующий