Решение по делу № 2-145/2023 от 12.05.2023 - о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда.

УИД: 42RS0032-01-2022-002820-47

Дело №2-145/2023 (2-2198/2022;)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Рудничный районный суд города Прокопьевска Кемеровской области в составе председательствующего судьи Ортнер В.Ю.

при секретаре Моськиной М.М.

с участием прокурора Грибановой К.Б.

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Прокопьевске

12 мая 2023 года

гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «КузбассСтройМонтаж» о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Рудничный районный суд г.Прокопьевска Кемеровской области с иском к ООО «КузбассСтройМонтаж» о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда.

Требования мотивирует тем, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в ООО «КузбассСтройМонтаж» на участке подземных горных работ №1 в должности <...> для выполнения работ вахтовым методом. ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого была получена травма – <...>. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на стационарном лечении в ГАУЗ ПГБ «Прокопьевский клинический ортопедо-хирургический центр восстановительного течения», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - на амбулаторном лечении. На период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - <...>.

Полагая, что ответчик относится к угледобывающим предприятиям и на него распространяется Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности Российской Федерации на 2019 – 2021 годы, просил суд взыскать в свою пользу:

-единовременную выплату в соответствии с п. 5.4 ФОС в размере 488 499,55 рублей с учетом индексации в соответствии со ст. 318 ГК РФ;

- дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в сумме 184 рублей за таблетки «нимесулид»;

- расходы, связанные с восстановлением нарушенного права, в размере 15 000 рублей;

- расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства, состоявшегося 01.03.2023 года, представитель истца – ФИО2, действующий на основании доверенности, отказался от исковых требований в части взыскания с ответчика в пользу истца единовременной выплаты в соответствии с п. 5.4 ФОС в размере 488 499,55 рублей с учетом индексации в соответствии со ст. 318 ГК РФ. Просил прекратить производство по делу в данной части.

Согласно уточненному исковому заявлению, истец заявил требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1099, ст. 1100 ГК РФ, поскольку, в результате полученной на производстве травмы, он испытывает физические и нравственные страдания, травма, полученная на предприятии, мешает ему управляться по хозяйству, он постоянно испытывает боли в правой ноге, не может полноценно спать по ночам. В результате постоянных болей, он вынужден обращаться за медицинской помощью.

Просит суд взыскать с ответчика в его пользу:

- компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей;

- расходы, связанные с восстановлением нарушенного права, в размере 15 000 рублей;

- расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей;

- почтовые расходы.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, заявленные требования поддержал, основываясь на доводах и обстоятельствах, изложенных в исковом заявлении. Заявил об отказе от исковых требований в части взыскания с ответчика дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья, в сумме 184 рублей за таблетки «нимесулид», просил производство по делу в данной части прекратить. Последствия отказа от исковых требований представителю истца разъяснены и понятны.

Истец ФИО1, будучи допрошенным судом 21.03.2023 года, суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в 9 час. утра с ним произошла травма. После смены, направляясь по месту проживания, он ехал в машине с другими сотрудниками, когда произошло ДТП -автомобиль врезался в дерево. Момент удара он не запомнил. Когда из машины вылез, смог только до березы доползти, затем ему помогли добраться до больницы. В больнице сделали снимок, сказали, что просто ушиб. Приехал домой в 9 вечера, на ногу встать не мог. Утром ДД.ММ.ГГГГ. приехал в травмпункт, там сделали снимок, затем вызвали скорую медицинскую помощь, и отвезли в травмбольницу, где взяли необходимые анализы, сделали операцию - вставили спицы, с ними ходил до декабря. Затем провели вторую операцию - удалили спицы. На больничном находился до ДД.ММ.ГГГГ Врачами поставлен диагноз: <...>. В настоящее время он не может устроиться на работу, принимает обезболивающие препараты. В связи с травмой установлена утрата трудоспособности <...>.

Представитель ответчика ООО «КузбассСтройМонтаж» - Веселая И.В., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, полагала их не подлежащими удовлетворению в полном объеме. Не оспаривая факта наличия вреда у истца, считает, что представленные доказательства подтверждают отсутствие вины ответчика, отсутствие противоправного поведения ответчика, а также причинно-следственной связи, поскольку истец ввел в заблуждение работодателя, сообщив, что он получил травму, выходя из служебного автомобиля, на основании этого ФИО1 и была выплачена компенсация морального вреда в размере 140 000 рублей. О факте ДТП работодателю стало известно только в судебном заседании. ДТП произошло не по вине ответчика, истец сам не дождался служебного автомобиля.

Третьи лица - Государственная инспекция труда в Кемеровской области, АО "ЕВРАЗ ЗСМК", ФИО3 в суд не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Выслушав стороны, свидетеля, прокурора Грибанову К.Б., полагавшую требования подлежащими удовлетворению частично, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

Согласно ч. 8 ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с положениями ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, при этом учитываются характер физических и нравственных страданий потерпевшего с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

В силу ч. 1 ст. 20, ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом. В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п. 1 ст. 50 ГК РФ).

К мерам по защите указанных благ относятся закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 ГК РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 ГК РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работал в ООО «КузбассСтройМонтаж» на участке подземных горных работ №1 в должности <...> для выполнения работ вахтовым методом (т. 1 л.д. 13).

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор между ООО «КузбассСтройМонтаж» и ФИО1 расторгнут в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением (п. 8 ч.1 ст. 77 ТК РФ).

В период работы в ООО «КузбассСтройМонтаж» ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 30 минут с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве.

По результатам расследования данного несчастного случая составлен акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ. Обстоятельства несчастного случая, согласно п.8 Акта, следующие:

ООО «КузбассСтройМонтаж» выполняет работу по реконструкции Таштагольского рудника по договору, заключенному с АО «ЕВРАЗ ЗСМК». ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, находясь на вахте, вышел в ночную смену с 24-00 часов. Отработав смену, ФИО1 сел в служебный автомобиль для следования в гостиницу «Таежная». Подъехав к месту высадки около гостиницы «Таежная», ФИО1, выходя из автомобиля, наступил на неровность, потерял равновесие, запнулся правой ногой, упал, при этом получил травму ноги. Электрослесарь подземный К.С.Н., увидев, что ФИО1 упал и травмировал ногу, помог доставить его в травмпункт Таштагольской районной больницы, где ему оказали первую медицинскую помощь и направили в больницу по месту жительства. По приезду в г. Прокопьевск, ФИО1 обратился в Прокопьевскую городскую больницу, где ему открыли больничный лист. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 написал заявление в адрес работодателя о проведении расследования по несчастному случаю на производстве, в результате которого он получил травму (т. 1 л.д. 71 – 72).

В п.8.1. акта о несчастном случае указан вид происшествия – падение на поверхности одного уровня в результате проскальзывания, ложного шага или спотыкания.

В п.8.2. акта о несчастном случае характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья – <...>. Согласно «Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве», указанное повреждение относится к категории «легкая», на основании Медицинского заключения ГАУЗ «Прокопьевская городская больница» от ДД.ММ.ГГГГ <...>.

Согласно п.9 акта, причина несчастного случая – неосторожность пострадавшего.

Комиссией не установлено нарушение законодательных и нормативных актов со стороны должностных и иных лиц. Факт грубой неосторожности пострадавшего комиссия не установила (п.10 Акта).

Таким образом, вина пострадавшего при несчастном случае ФИО1 при составлении работодателем акта о несчастном случае на производстве, установлена не была.

С вышеуказанным актом о несчастном случае истец был ознакомлен, с актом согласен, данный акт ни истцом, ни ответчиком - ООО «КузбассСтройМонтаж» оспорен не был. Доказательства, опровергающие данные обстоятельства, суду не представлены.

Согласно врачебному заключению из травмпункта МУЗ «Горбольница» <...> Травматолоческое амбулаторное отделение <...>, ФИО1 находился на амбулаторном лечении в ГАУЗ ПГБ ТАО <...> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным диагнозом: <...>, ДД.ММ.ГГГГ. устранение вывиха, ДД.ММ.ГГГГ фиксация спицами (т. 2 л.д. 132).

Согласно врачебному заключению из травмпункта МУЗ «Горбольница» <...> Травматологическое амбулаторное отделение <...> от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 находился на амбулаторном лечении в ГАУЗ ПГБ ТАО № с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ с основным диагнозом: <...>. С ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в ГАУЗ ПГБ ПКОХЦВЛ ТОО <...> (т. 2 л.д. 133).

Согласно медицинскому заключению <...> ГАУЗ ПГБ "Прокопьевский клинический ортопедо-хирургический центр восстановительного лечения" ОП г.Прокопьевск травматолого-ортопедическое отделение <...> (т. 2 л.д. 139), ФИО1 находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по: ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <...>. ДД.ММ.ГГГГ проведена операция - закрытое вправление <...> фиксация спицами.

В соответствии с заключением эксперта <...> от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 125-126), у гр-на ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., обнаружены повреждения: <...>, по данным описания рентгенограмм, которые были причинены ударом (ударами) твердого тупого предмета (предметов), возможно в срок и при обстоятельствах указанных в устанавливающей части представленного определения т.е. ДД.ММ.ГГГГ в 8ч. 40мин. в результате дорожно- транспортного происшествия – наезд на препятствие (дерево). Степень тяжести вреда здоровью, причиненного данными повреждениями, квалифицируется как средний вред, по признаку длительного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня)).

В соответствии со справкой <...> от ДД.ММ.ГГГГ. МУЗ «Горбольница» <...> Травматологическое амбулаторное отделение <...> о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве (т. 2 л.д. 134), ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение по поводу последствия производственной травмы ДД.ММ.ГГГГ в виде <...> Определена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве в размере <...>, что также подтверждается справкой серии МСЭ-2006 <...> (т. 1 л.д.23).

Из Программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ПРП <...> от ДД.ММ.ГГГГг. к протоколу проведения медико-социальной экспертизы гражданина в федеральном учреждении медико-социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ г. <...> ФИО1 на момент освидетельствования установлен следующий основной диагноз: <...> (т. 2 л.д. 140 – 144).

В соответствии с п. 33 Программы реабилитации пострадавшего от ДД.ММ.ГГГГ, комиссия МСЭ установила ограничения для продолжения выполнения профессиональной деятельности пострадавшего, а именно, необходимо снизить квалификацию, изменить условия труда.

Согласно врачебному заключению из травмпункта МУЗ «Горбольница» <...> Травматологическое амбулаторное отделение <...> от ДД.ММ.ГГГГ. и медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях <...> ФИО1 постоянно получает медицинскую помощь с даты получения травмы: с ДД.ММ.ГГГГ. и по настоящее время (т. 2 л.д. 145 – 161).

Согласно ст. 11 Трудового кодекса РФ все работодатели в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В порядке ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

Частью 2 ст. 5 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что трудовые отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Какого-либо коллективного договора, соглашения, регулирующего выплату компенсации морального вреда, стороной ответчика в материалы дела не представлено.

Статья 184 ТК РФ предусматривает, что при повреждении здоровья вследствие несчастного случая, виды, объёмы и условия предоставления гарантий и компенсаций определяются федеральными законами. Никакому иному органу, кроме суда общей юрисдикции, не предоставлено право определять факт причинения морального вреда и определять размеры возмещения этого вреда при возникновении спора (ст. 237 ТК РФ).

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда".

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Р.Н.В. суду пояснила, что с истцом состоит в фактических брачных отношениях 12 лет. ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай на производстве, когда он ехал на машине с работы и попал в аварию, в результате чего получил травмы, а именно<...>. Ему была сделана операция - установлен аппарат ФИО4, он проходил лечение в травмбольнице, до настоящего времени амбулаторно проходит лечение по полученной травме. По хозяйству как раньше ФИО1 помочь не может, поскольку после полученной травмы у него болит нога, он принимает для лечения мази, ставит уколы, принимает обезболивающие препараты, на ногу наступать может, пользуется тростью при ходьбе.

Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда нет, её показания последовательны, согласуются с показаниями истца, письменными материалами дела, свидетель предупреждена об уголовной ответственности за отказ от дачи и дачу заведомо ложных показаний.

В ходе рассмотрения дела судом факт причинения вреда здоровью ФИО1 в результате несчастного случая на производстве нашел свое подтверждение.

В результате полученной травмы истец претерпел и продолжает претерпевать моральные и нравственные страдания в связи с ухудшением состояния его здоровья.

С учетом вышеизложенных положений закона, суд считает, что заявленные истцом требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, при этом размер следуемой взысканию в пользу истца компенсации морального вреда подлежит определению судом в целях реализации принципа разумности и справедливости, производства истцу соразмерной переносимым им моральных страданий компенсации причиненного ему в результате несчастного случая на производстве.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Судом установлено, что распоряжением работодателя - ООО «КузбассСтройМонтаж», ФИО1, как получившему травму на производстве, в счет компенсации морального вреда определено выплатить 140 000 рублей (т. 1 л.д. 82).

Согласно представленным чекам, фактически работодателем ФИО1 перечислена сумма в размере 139 250 рублей, что истцом не оспаривалось (т. 1 л.д. 41 – 46).

С учетом выплаченной ответчиком в пользу истца денежной суммы компенсации морального вреда, принимая во внимание тяжесть полученной истцом в результате несчастного случая травмы (легкая), обстоятельства получения травмы (по пути следования с работы), учитывая длительность лечения, степень физических и нравственных страданий, перенесенных истцом в связи с полученной травмой, невозможности вести привычный образ жизни на протяжении длительного времени, а также принципов разумности и справедливости, суд расценивает общий размер компенсации морального вреда, подлежащего выплате истцу ответчиком ООО «КузбассСтройМонтаж» в связи с полученной травмой, как подлежащий снижению до 100 000 рублей.

При этом судом также учитывается, что истец в результате утраты им здоровья в связи с производственной травмой не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как разъяснено в п.1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.01.2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Расходы на оплату услуг представителей отнесены к издержкам, связанным с рассмотрением дела, равно как и иные признанные судом необходимые расходы (ст.ст. 88, 94, 98 ГПК РФ).

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В подтверждение понесенных судебных расходов истцом представлены:

квитанция <...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ФИО1 оплатил за юридическую консультацию 1 500 руб., составление искового заявления о компенсации морального вреда - 12 000 руб. Итого 13 500 руб. (т. 1 л.д. 31);

квитанция <...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ФИО1 оплатил за юридическую консультацию 1 500 руб., представительство в суде - 25 000 руб. Итого 26500 руб. (т. 1 л.д. 32).

Анализируя положения ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о необходимости взыскания расходов в разумных пределах, суд приходит к следующему.

Статьей 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантировано право на получение квалифицированной юридической помощи.

В п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Понятие разумности пределов и учета конкретных обстоятельств следует соотносить с объектом судебной защиты - размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права. По смыслу названной нормы разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусматриваются.

При определении размера возмещения расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает все имеющие значение для решения этого вопроса обстоятельства: объем совершенных представителем действий в рамках рассматриваемого дела (подготовка искового заявления, участие в подготовке к судебному разбирательству, судебное заседание), конкретные обстоятельства рассмотренного гражданского дела, его категорию, объем и сложность выполненной представителем работы, достижение юридически значимого для доверителя результата.

Учитывая степень сложности гражданского дела, характер спорных правоотношений, принимая во внимание, объем выполненной представителем работы, продолжительность подготовки к рассмотрению дела, количество судебных заседаний, степень участия представителя в разрешении спора, исходя из относимости понесенных расходов с объемом защищаемого права, суд считает, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 руб., что, по мнению суда, соответствует требованиям разумности и справедливости.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании с ответчика почтовых расходов. В обоснование заявленных истцом требований представлен чек о понесенных почтовых расходах в сумме 242,54 руб. (т. 1 л.д. 9). Данные расходы являются для истца реальными расходами, подтвержденными документально, следовательно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию данные почтовые расходы в сумме 242,54 рублей.

В ходе судебного заседания истец и его представитель отказались от иска в части исковых требований, а именно, в части взыскания с ответчика единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда по нормам п. 5.4 «Федерального Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019 – 2021 годы» в размере 488 499,55 рублей, а также в части взыскания дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья.

Согласно ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ истец имеет право изменить основание иска или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска.

Последствия принятия отказа от иска и прекращения производства по делу, предусмотренные ст. 221 Гражданского процессуального кодекса РФ, истцу разъяснены и понятны, что отражено в заявлении об отказе от иска.

Отказ истца от иска в части требований к ООО «КузбассСтройМонтаж» о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда по нормам п.5.4 «Федерального Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019 – 2021 годы» в размере 488 499,55 рублей, а также в части взыскания дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья, не противоречит закону и не нарушает чьих-либо прав и охраняемых законом интересов.

Таким образом, имеются основания для принятия отказа от иска в части и прекращения производства по делу по иску ФИО1 в части требований к ООО «КузбассСтройМонтаж» о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда по нормам п. 5.4 «Федерального Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019 – 2021 годы» в размере 488 499,55 рублей, а также в части взыскания дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного суд считает, что с ООО «КузбассСтройМонтаж» следует взыскать в доход местного бюджета госпошлину в сумме 300 рублей. При этом судом учитываются требования п.п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ, согласно которой истец по настоящему иску был освобожден от оплаты госпошлины именно в 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 к ООО «КузбассСтройМонтаж» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «КузбассСтройМонтаж» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в связи с полученной ДД.ММ.ГГГГ травмой, в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, судебные расходы в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей, почтовые расходы в размере 242,54 рублей.

Принять отказ истца ФИО1 от иска в части требований к ООО «КузбассСтройМонтаж» о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда по нормам п. 5.4 «Федерального Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019 – 2021 годы» в размере 488 499,55 рублей, а также в части взыскания дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья.

Прекратить производство по гражданскому делу в части исковых требований ФИО1 к ООО «КузбассСтройМонтаж» о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда по нормам п. 5.4 «Федерального Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019 – 2021 годы» в размере 488 499,55 рублей, а также в части взыскания дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «КузбассСтройМонтаж» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Кемеровский областной суд через суд, принявший решение.

Судья: В.Ю. Ортнер

Решение в окончательной форме изготовлено 19.05.2023 года.

Судья: В.Ю. Ортнер