Судья Злотников В.С. Дело № 22 –1182/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Калининград 25 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Калининградского областного суда

в составе:

председательствующего Кирмасовой Н.И.,

судей Арутюняна В.С., Коренькова В.А.,

с участием прокурора Суховиева В.С.,

осужденного ФИО1,

его защитников – адвокатов Илли Д.А., Воробьевой И.А.,

при помощнике судьи Юхневич Е.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционными жалобами осужденного ФИО1 и его защитников – адвокатов Воробьевой И.А., Илли Д.А. на приговор Ленинградского районного суда г.Калининграда от 22 мая 2023 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года в <адрес>, не судимый,

осужден:

по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 3 годам 5 месяцам лишения свободы,

по ч.1 ст.119 УК РФ к 400 часам обязательных работ,

на основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно по совокупности преступлений к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей А. в счет возмещения морального вреда взыскано 380 000 рублей.

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в том, что в ходе конфликта на почве ревности нанес А. не менее одного удара ногой в область левой почки, причинив тупую травму живота с травматическим разрывом левой почки и забрюшинной гематомой, причинив тяжкий вред здоровью, опасный для жизни.

Кроме того, ФИО1 признан виновным в том, что в ходе конфликта, желая запугать А., высказал в ее адрес угрозы убийством, которые она восприняла реально и имела основания опасаться их осуществления.

Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит смягчить приговор, назначить ему более мягкое наказание. В обоснование приводит следующие доводы. Приговор является чрезмерно суровым. Он признал вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, дал признательные показания, сотрудничал со следствием, частично возместил ущерб, пытался загладить свою вину, навещал потерпевшую и ее дочь, передавал им вещи, продукты, не состоит на воинском учете. Его действия не были умышленными, были обусловлены семейным конфликтом, он сорвался от злости. Потерпевшая после выписки из больницы забирала свои вещи, т.е. осознавала, что он не причинит ей вреда. Его родственники проживают в зоне СВО, он не имеет с ними связи, его отец в марте перенес операцию по зрению, нуждается в уходе.

В апелляционной жалобе адвокат Воробьева И.А. просит приговор отменить в силу следующего. Обвинение неконкретно, осужденный или отказался от умысла на покушение на убийство, либо не имел его. Осужденный мог нанести удар потерпевшей в силу психоэмоционального напряжения, ревности, аффекта, не помнит, что высказывал угрозы, однако, судебная психиатрическая экспертиза в отношении него не проводилась. Приговор является чрезмерно суровым. ФИО1 признал вину по ч.1 ст.111 УК РФ, указывал обстоятельства при проверке на месте. Суд необоснованно отказал в применении ч.1 ст.61, ст.64 УК РФ, не учел в полном объеме смягчающие обстоятельства, способствование осужденным расследованию преступления, указал в приговоре на военную обязанность осужденного, однако, тот находился в запасе в <данные изъяты> в должности рабочего, был признан <данные изъяты>, после получения гражданства <данные изъяты> не встал на воинский учет, не является военнообязанным. ФИО1 имеет заболевания, характеризуется положительно, официально работал, намеревался вступить в брак, его отец после операции нуждается в уходе, потерпевшей был частично возмещен причиненный вред. Установленный в приговоре размер компенсации морального вреда в пользу потерпевшей является несоразмерным, суд не учел требования разумности и справедливости, действия и бездействия причинителя вреда, частичное возмещение вреда, имущественное положение обвиняемого и его семьи, нахождение потерпевшей в медучреждении 10 дней, отсутствие данных о том, что рекомендованные ограничения влияют на ее работу, отсутствие инвалидности и иных, помимо вмененных, последствий, указанных в ст.111 УК РФ. Отягчающих обстоятельств не установлено.

В дополнениях к апелляционным жалобам адвокат Илли Д.А. просит отменить приговор в связи с отсутствием протокола судебного заседания, поскольку врученная ему копия протокола судебного заседания не в полной мере соответствует протоколу судебного заседания в материалах уголовного дела: в протоколе от 29.03.2023 ФИО1 назван обвиняемым, а в копии протокола подсудимым; в протоколе от 29.03.2023 указано, что разъяснены положения ст.ст.131-132 УПК РФ, а в копии протокола это не указано. В протоколе нет сведений о разъяснении ФИО1 ст.51 Конституции РФ, предупреждении потерпевшей по ст.ст.307-308 УК РФ, в деле нет расписок осужденного и потерпевшей о соответствующих разъяснениях, показания потерпевшей в связи с этим являются недопустимым доказательством. Показания потерпевшей в приговоре в некоторых деталях противоречат их фиксации в протоколе. В протоколе не указано, что велась аудиозапись, какие технические средства использовались, а значит, аудиозапись является недопустимым доказательством и подлежит исключению. В отсутствие видеозаписи допроса несовершеннолетнего свидетеля – дочери потерпевшей, ее показания вызывают сомнение и являются недостаточными. Обстоятельства угрозы убийством не установлены. Свидетель Б угроз убийством не слышала. Потерпевшая пояснила, что при угрозах Лагута находился не в непосредственной близости от нее, а значит, ей ничего не угрожало. Изложенные в приговоре доказательства не относятся к обстоятельствам дела. Поскольку вина ФИО1 по ч.1 ст.119 УК РФ не доказана, этот эпизод подлежит прекращению по п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ. Имеются смягчающие обстоятельства, а отягчающие отсутствуют. Лагута признал вину, деятельно раскаялся, активно способствовал расследованию преступления, указал обстоятельства на месте, приносил извинения потерпевшей, намерен возместить моральный вред, имеет постоянную работу, положительно характеризуется, не представляет опасности для общества, ему возможно назначить более мягкий вид наказания.

Заслушав доклад судьи Кирмасовой Н.И., выступления осужденного ФИО1, в режиме видеоконференц-связи, и его защитников – адвокатов Воробьевой И.А. и Илли Д.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Суховиева В.С. о законности осуждения ФИО1, изучив материалы дела, проверив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Вопреки доводам защиты вывод о виновности Лагуты в совершении преступлений при изложенных в приговоре обстоятельствах судом мотивирован и является правильным, соответствует фактическим обстоятельствам дела, подтверждается достаточной совокупностью относимых, допустимых и достоверных доказательств, подробно изложенных в приговоре и получивших надлежащую подробную оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

ФИО1 пояснил, что в ходе ссоры в связи с тем, что его сожительница А отсутствовала дома ночью, он пытался забрать у нее телефон, она оказала ему сопротивление, он из злости нанес потерпевшей удары, в том числе ногой в живот, но убийством не угрожал.

Суд в приговоре дал мотивированную оценку показаниям осужденного и отверг его доводы о непричастности к преступлению, предусмотренному ч.1 ст.119 УК РФ, поскольку они полностью опровергаются совокупностью исследованных доказательств.

Так, из показаний потерпевшей А. следует, что 25.11.2022, когда она вернулась домой, ее сожитель ФИО1 нанес ей удар коленом в область левой почки, после чего угрожал ее убить, наносил ей удары руками и ногами по лицу и телу. Она испытывала сильную боль в животе. Угрозу убийством, исходя из агрессивного поведения Лагуты, она воспринимала реально, боялась ее осуществления. Потом в квартиру пришли сотрудники полиции и скорой медицинской помощи, и ее сразу госпитализировали.

Согласно заключению экспертизы №№ от 23 декабря 2022 года у А обнаружена тупая травма живота с травматическим разрывом левой почки и забрюшинной гематомой, которая причинила тяжкий вред здоровью, как опасное для жизни повреждение, могла образоваться в срок и при обстоятельствах, указанных А., от ударного травматического воздействия твердого тупого предмета с ограниченной контактировавшей поверхностью. По поводу данного повреждения А. была проведена операция по экстренным показаниям.

Несовершеннолетний свидетель В (дочь потерпевшей) дала показания, аналогичные показаниям потерпевшей, о том, что Лагута избил А., угрожал ей убийством.

Из показаний свидетеля Б. (соседка) следует, что она услышала раздающиеся из квартиры осужденного крики, шум, плач ребенка, стоны женщины, о чем сообщила по номеру 112; когда приехали сотрудники полиции, крики прекратились.

Свидетель Г. (командир ОРППСП ОМВД) подтвердил, что 25 ноября 2022 года прибыл по вызову в квартиру, где ФИО1 вел себя агрессивно, а А с ребенком просили о помощи и плакали. На теле А имелись ссадины и кровоподтеки. ФИО1 был доставлен в отдел, А. госпитализировали.

Из показаний свидетеля Д. (фельдшер скорой медицинской помощи) следует, что она прибыла по вызову, А. пояснила, что ее избил сожитель, жаловалась на сильную боль в пояснице слева, множественные гематомы; поскольку состояние А было нестабильным, она была госпитализирована.

Перечисленные доказательства, наряду с другими, подробно изложенными в приговоре, получены в установленном законом порядке, логично дополняют друг друга, противоречий по обстоятельствам, относящимся к предмету доказывания, не содержат, и полностью опровергают доводы Лагуты о меньшем объеме совершенных им преступных действий, непричастности к угрозам убийством.

Потерпевшая не имеет причин к оговору Лагуты, давала подробные последовательные показания о совершении им преступлений, которые согласуются между собой и с другими доказательствами.

Сама по себе последовательность заявлений потерпевшей о причинении тяжкого вреда здоровью и об угрозе убийством в ее адрес, как и возбуждение уголовных дел по ч.1 ст.111 УК РФ и по ч.1 ст.119 УК РФ в разные даты, не имеет доказательственного значения, не влияет на законность и обоснованность приговора, не ставит под сомнение достоверность показаний потерпевшей.

Заявление потерпевшей исковых требований о возмещении причиненного ей вреда является законным способом компенсации и об оговоре с ее стороны не свидетельствует.

Нарушений при производстве следственных действий не допущено.

Допрос несовершеннолетнего свидетеля В. проведен в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом в присутствии ее законного представителя и педагога, которые не имели замечаний к фиксации показаний несовершеннолетней в протоколе.

В связи с возражениями законного представителя видеозапись допроса не производилась, что соответствует положениям ч.5 ст.191 УПК РФ.

Показания свидетелей на стадии предварительного следствия были оглашены в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ с согласия сторон, в том числе Лагуты и его защитника.

Судебная медицинская экспертиза назначена и проведена в соответствии с требованиями ст.ст. 57, 80, главы 27 УПК РФ, выводы эксперта надлежащим образом мотивированы, заключение является понятным, полным, непротиворечивым. Необходимости в вызове эксперта, проведении повторных либо дополнительных экспертиз не имелось.

Учитывая нанесение Лагута удара ногой в область жизненно важных органов потерпевшей, повлекшего разрыв почки, суд пришел к правильному выводу о наличии у Лагуты умысла на причинение тяжкого вреда здоровью А.

Вопреки доводам защитника Илли Д.А. при высказывании угроз убийством ФИО1 находился в одной квартире в непосредственной близости от потерпевшей, и, учитывая поведение Лагуты, примененное им насилие, потерпевшая воспринимала угрозы убийством реально и объективно имела основания опасаться их осуществления.

Оценив показания потерпевшей, В и осужденного, суд пришел к правильному выводу о том, что ФИО1 совершил преступления в отношении потерпевшей в ходе конфликта, инициированного им из ревности.

При изложенных обстоятельствах показания осужденного о том, что потерпевшая не ночевала дома, оказывала ему сопротивление в ответ на насилие с его (ФИО1) стороны, показания свидетеля Г о следах на лице и теле ФИО1, похожих на следы от ногтей, не влияют на квалификацию содеянного, а равно не влекут признание смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ.

Учитывая все вышеизложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что объективный и подробный анализ, а также основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства содеянного и прийти к обоснованному выводу о виновности ФИО1, действия которого правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 111 УК РФ и по ч.1 ст.119 УК РФ.

Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела судом и влекущих возврат уголовного дела прокурору, не имеется.

Вопреки доводам защитника Илли Д.А. предъявленное ФИО1 обвинение является понятным и в должной степени конкретным, содержит указание на обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ: в нем указаны существо и формулировка обвинения, раскрыто, какие именно действия и при каких обстоятельствах вменены ФИО1

Установленные судом обстоятельства совершения преступлений, предусмотренных ч.1 ст.111 УК РФ и ч.1 ст.119 УК РФ, соответствуют предъявленному ФИО1 обвинению, подтверждаются показаниями потерпевшей о том, что Лагута сначала нанес ей удар ногой в живот, отчего она испытывала сильную боль в области левой почки, после этого в ходе продолжения конфликта Лагута высказывал ей угрозы убийством.

Доводы адвоката Воробьевой И.А. об отсутствии в действиях ФИО1 признаков покушения на убийство несостоятельны, поскольку покушение на убийство ФИО1 не вменялось.

Судебное следствие проведено полно и всесторонне, доводы защиты были тщательно проверены и получили надлежащую оценку в приговоре, показания допрошенных лиц изложены в приговоре в соответствии с их действительным содержанием и искажений по обстоятельствам, подлежащим доказыванию, не содержат.

Вопреки доводам адвоката Воробьевой И.А. оснований для назначения судебной психиатрической экспертизы в отношении ФИО1 не имеется.

Как следует из материалов дела, сообщений ГБУЗ «Психиатрическая больница Калининградской области №1», «Наркологический диспансер Калининградской области», а также из пояснений осужденного, на учете у врачей психиатра и нарколога он не находился, недееспособным либо невменяемым не признавался, инвалидности не имеет, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по уголовному делу вел себя адекватно в соответствии с ситуацией.

Учитывая последовательное поведение осужденного при умышленном причинении тяжкого вреда здоровью А и высказывании ей угроз убийством, отсутствие у него признаков душевного волнения, показания Лагуты о его осознанной злости к потерпевшей в тот момент, довод осужденного о том, что он не помнит, что угрожал потерпевшей, не свидетельствует об аффекте, не ставит под сомнение его вменяемость, не является основанием для обязательного назначения судебной психиатрической экспертизы.

Вопреки доводам адвоката Илли Д.А. изложенные в приговоре доказательства являются относимыми к исследуемым событиям и значимым обстоятельствам уголовного дела, в том числе, помимо указанных выше обстоятельств, подтверждают наличие законных повода и оснований к возбуждению уголовного дела, обстановку на месте преступлений.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, влияние наказания на его исправление, по эпизоду по ч.1 ст.111 УК РФ смягчающие обстоятельства: полное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшей, частичное возмещение ей вреда, причиненного преступлением.

Вместе с тем, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на то, что суд учел совершение преступлений ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, нанесение им множественных ударов А., поскольку данные обстоятельства в предъявленном обвинении ФИО1 не вменялись.

Кроме того, из приговора надлежит исключить указание на то, что при назначении наказания по ч.1 ст.119 УК РФ суд учел отсутствие смягчающих обстоятельств, поскольку данное указание противоречит положениям ст.60 УК РФ.

Кроме того, поскольку ФИО1 не судим, в его действиях не имеется рецидива, из приговора надлежит исключить указание на то, что при определении размера наказания по ч.1 ст.111 УК РФ суд учел требования ч.2 ст.68 УК РФ.

С учетом внесенных изменений назначенное ФИО1 наказание по ч.1 ст.111 УК РФ в виде лишения свободы, по ч.1 ст.119 УК РФ в виде обязательных работ, подлежит смягчению.

Наказание по совокупности преступлений подлежит назначению с применением ч.3 ст.69, п. «г» ч. 1 ст. 71, ч.2 ст. 72 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний.

Оснований для применения ч.6 ст.15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, для назначения более мягких видов наказания за каждое преступление не имеется.

Требования ст.61 УК РФ при определении совокупности смягчающих обстоятельств не нарушены.

Поскольку суд в приговоре учел то, что ФИО1 положительно характеризуется, изложение в приговоре показаний свидетеля Ж, положительно охарактеризовавшей осужденного, не требовалось, а оценка свидетелем поведения потерпевшей, с которой они не были знакомы, обоснованно не приведена в приговоре, поскольку не имеет доказательственного значения, очевидцем вмененных Лагуте событий свидетель не была.

Данных о совершении ФИО1 действий, которые могут быть расценены как добровольная явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, материалы дела не содержат.

Оснований для признания состояния здоровья Лагуты смягчающим наказание обстоятельством также не имеется. Инвалидность ему не установлена, из его пояснений следует, что он проходил медицинский осмотр, по итогам которого был допущен к работе каменщиком.

То, что на стадии апелляционного рассмотрения адвокат Илли Д.А. дополнительно передал потерпевшей 50 000 рублей, не влечет смягчение назначенного наказания. Суд в приговоре учел в качестве смягчающего обстоятельства частичное возмещение вреда, причиненного преступлением.

Вид исправительного учреждения, где осужденному надлежит отбывать наказание, судом определён правильно и изменению не подлежит.

Суд обоснованно произвел зачет срока содержания осужденного под стражей в срок лишения свободы по правилам, установленным пунктом «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, не допущено.

Имеющиеся несоответствия между копией протокола, врученной адвокату Илли Д.А., и протоколом судебного заседания в материалах уголовного дела являются несущественными, не нарушают права осужденного и вопреки доводам стороны защиты не влекут недопустимость протокола судебного заседания в материалах уголовного дела, замечания на который стороны в установленном законом порядке не подавали.

Поскольку факт надлежащего разъяснения подсудимому и потерпевшей их процессуальных прав подтверждается протоколом судебного заседания и аудиозаписью судебного заседания, само по себе отсутствие в деле расписок о данном разъяснении не влияет на законность приговора и не влечет его отмену.

Довод адвоката Илли Д.А. о недопустимости показаний потерпевшей в суде, поскольку та не предупреждалась об уголовной ответственности по ст.ст.307-308 УК РФ, опровергается аудиозаписью судебного заседания, согласно которой потерпевшая перед допросом была предупреждена об уголовной ответственности. При изложенных обстоятельствах неотражение данного факта в протоколе судебного заседания и отсутствие в деле соответствующей подписки потерпевшей не ставят под сомнение допустимость данных ею показаний, которые полностью согласуются с совокупностью иных доказательств, приведенных в приговоре.

Права осужденного не нарушены. Как следует из материалов дела, протокола и аудиозаписи судебного заседания, адвокат Воробьева И.А. надлежащим образом осуществляла защиту ФИО1, в ходе судебного следствия и в судебных прениях высказывала с ним единую позицию, просила о смягчении его ответственности по факту причинения вреда здоровью потерпевшей и оспаривала доказательства причастности ФИО1 к совершению преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, что соответствует позиции осужденного по уголовному делу.

Довод защитника Илли Д.А. о неуказании в протоколе судебного заседания на примененные технические средства аудиозаписи не влечет недопустимость аудиозаписи судебного заседания, замечаний на которую стороны в установленном законом порядке не подавали.

При этом судебная коллегия приходит к выводу о необходимости исключить из вводной части приговора указание на военную обязанность осужденного, поскольку сведений о военной обязанности ФИО1 после получения гражданства <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году не имеется.

Гражданский иск А. рассмотрен судом в соответствии с законом после признания потерпевшей гражданским истцом, а осужденного гражданским ответчиком, разъяснения им положений ст.44 УПК РФ, ст.54 УПК РФ, соответственно.

Решение по иску судом в приговоре должным образом мотивировано.

С учетом конкретных обстоятельств содеянного, характера причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степени вины осужденного, его материального положения, передачи им потерпевшей 20 000 рублей, решение о частичном удовлетворении заявленных исковых требований – на сумму 380 000 рублей, соответствует положениям закона, требованиям разумности и справедливости, завышенным не является и снижению по доводам стороны защиты не подлежит.

Состояние здоровья родственников осужденного, их удаленное проживание, как и передача адвокатом Илли Д.А. денежных средств потерпевшей после вынесения приговора, не влияют на законность приговора, не влекут уменьшение установленного судом размера выплат в пользу потерпевшей А. Вопрос об учете денежных средств, переданных после вынесения приговора, может быть решен на стадии исполнения приговора.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Ленинградского районного суда г.Калининграда от 22 мая 2023 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из вводной части указание на военнообязанность осужденного,

- исключить из описательно-мотивировочной части указание на то, что суд учел совершение преступлений ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, нанесение им множественных ударов А., то, что при назначении наказания по ч.1 ст.119 УК РФ суд учел отсутствие смягчающих обстоятельств, при определении размера наказания по ч.1 ст.111 УК РФ учел требования ч.2 ст.68 УК РФ,

- смягчить назначенное наказание:

- по ч.1 ст.111 УК РФ до 3 лет 3 месяцев лишения свободы,

- по ч.1 ст.119 УК РФ до 320 часов обязательных работ,

- на основании ч.3 ст.69, п. «г» ч. 1 ст. 71, ч.2 ст. 72 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 наказание в виде 3 лет 3 месяцев 20 дней лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальном приговор оставить без изменения.

Апелляционные жалобы осужденного, защитников оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев с момента его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора и апелляционного определения, вступивших в законную силу.

Кассационные жалоба, представление подаются через суд первой инстанции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: