Решение по делу № 2-1806/2021 от 11.04.2023 - о признании завещания недействительным.

25RS0003-01-2021-000740-85

№ 2-8/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 апреля 2023 года гор. Владивосток

Первореченский районный суд гор.Владивостока Приморского края в составе

Судьи Струковой О.А.,

При участии представителей истца ФИО19., ФИО21

Представителя ответчика ФИО20

При секретаре Тимошенко Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО22 к ФИО23 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО25 обратилась в суд с названным иском, в обоснование указав, что 22.09.2020 умер ее сводный брат по отцу ФИО24 При жизни брата между ними были теплые дружеские отношения, поскольку она постоянно проживает в г. Новосибирске, они постоянно созванивались, он советовался с ней по всем жизненным и бытовым вопросам, так же обсуждали вопрос о наследстве после смерти его сына в 2010, кроме того, поднимали вопрос о наследовании спорной квартиры в случае его смерти, при этом вопросы о составлении завещания они не обсуждали, полагая, что данный вопрос неуместен, поскольку она его единственная родственница. Позже в телефонных разговорах она стала замечать изменения в поведении брата, он стал апатичным, стал забывать события из своей жизни, на ее требования начать лечение и принимать лекарства отказывался, полагая, что лечение ему назначено неверное, она была вынуждена нанять ему помощницу по хозяйству, которая была временно прописана у него в квартире. После смерти брата открылось наследство в виде жилого помещения по адресу <адрес> 22.12.2020 она обратилась к нотариусу ВНО с заявлением о вступлении в наследство и ей стало известно о том, что 23.03.2017 ФИО27 оформил завещание на спорное жилое помещение на имя ответчика ФИО31. Полагает, что на момент составления завещания ФИО26 не мог понимать значения своих действий и руководить ими. Брат длительное время страдал хроническими сосудистыми заболеваниями, симптомы изменения в мозговой деятельности стали проявляться у него после смерти матери в 2011 от нервного потрясения, в 2011 перенес инсульт, в 2016 перенес повторный ишемический инсульт, проходил стационарное лечение, затем реабилитацию. Она предлагала ему переехать к ней в Новосибирск, на что он отвечал отказом, мотивируя тем, что Владивосток его родной город, в котором он прожил всю жизнь и уезжать из которого не был намерен. Она переводила ему денежные средства на покупку лекарств и оплату лечения, из медицинских документов ей известно, что в тот период времени ему была рекомендована консультация врача-психотерапевта, невролога. С января 2017 брат наблюдался у врача невролога, ему рекомендована консультация психиатра, однако ФИО32 на прием не явился. Полагает, что на момент составления завещания у ФИО28. имелось стойкое психическое заболевание, которое не было диагностировано при его жизни, в связи с чем ответчиком могло быть оказано давление на ФИО29 который в силу своего физического или психического состояния при составлении завещания был не способен понимать значение своих действий. По этим основаниям просит признать недействительным завещание, составленное ФИО30 от 23.03.2017 и удостоверенное нотариусом Владивостокского нотариального округа ФИО33

В судебном заседании представители истца поддержали исковые требования в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в иске и дополнительных письменных пояснениях, приобщенных в материалы дела (л.д. 69-74). Пояснили, что при жизни брата в телефонных разговорах он никогда не упоминал женщину по имени Кристина, не упоминал так же фамилию ФИО1, никогда не упоминал о том, что им было составлено завещание в отношении квартиры на чье либо имя, при этом подчеркивал, что она его единственная родственница и наследница, у истца с братом были теплые доверительные отношения, хотя последнее время перед смертью он плохо себя чувствовал, не мог адекватно оценивать ситуацию и отдавать отчет своим действиям, так как был психически не здоров, данные выводы ею сделаны из медицинской документации брата, а так же на основании заключения специалистов, сделанных по ее заявке в досудебном порядке, и рецензии специалиста на судебную психолого-психиатрическую экспертизу. В период времени, когда было составлено завещание, ФИО36. не проходил какое либо лечение.

Представитель ответчика в судебном заседании с требованиями истца не согласился, указав, что доводы представителей истца о том, что завещание было составлено под влиянием ответчика, опровергается заключением судебной посмертной экспертизы. Представленная в материалы дела медицинская документация не содержит сведения о том, что ФИО41. злоупотреблял алкоголем и на этом фоне у него имелись проблемы со здоровьем.

Ранее, в судебном заседании 29.04.2021, ответчик пояснила, что ФИО35. проживал в своей квартире с ее матерью, относился к ней как родному ребенку, после смерти матери она общалась с ФИО34 оказывала ему посильную помощь, возила его в магазин за продуктами, оплату коммунальных услуг он производил самостоятельно, она лишь помогала ему в этом. Он был очень привязан к своей матери, они вместе ездили на кладбище к ней на могилу, он хотел быть похоронен рядом с ней и выкупил свободное место рядом с нее могилой, почему об этом неизвестно его сестре она не знает. Он рассказывал ей про сестру в Новосибирске, говорил, что созванивается с ней по праздникам, она переводит ему деньги на подарки, про других родственников ничего не упоминал. После перенесенного инсульта в 2016 ему стало трудно передвигаться на дальние расстояния, но она заставляла его гулять, это видели его соседи по дому. Он как то попросил у нее копию ее паспорта, сказал что хочет сделать ей сюрприз, какой именно не говорил. О смерти ФИО37 ей стало известно в марте 2021, о наличии завещания на ее имя она узнала лишь из искового заявления. До 2018 она общалась с ФИО40., затем у него появилась помощница по хозяйству ФИО38 она проживала с ним в квартире, их общение прекратилось, в гости к себе он ее больше не приглашал.

.Нотариус ВНО ФИО39 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом.

В судебном заседании допрошенная в качестве свидетеля ФИО44 будучи предупрежденной об уголовной ответственности по ст. 307-308 УК РФ показала, что она ухаживала за престарелой женщиной в доме, где проживал ФИО48 по <адрес> Он предложил ей помогать ему по хозяйству, а так как у нее не было регистрации, он прописал ее в своей квартире, в квартире она не проживала, денег за ее услуги он ей не платил, она ухаживала за ним в счет благодарности на регистрацию. ФИО47. был одиноким закрытым человеком, необщительным, кроме нее, никто его не навещал. В квартире было грязно, запущенно, у нее не создалось впечатления о том, что ранее в квартире проживала женщина, она навела порядок, ключей у нее не было, только ключ от домофона. В 2016 ФИО49 передвигался с палочкой, мог приготовить себе какие то легкие блюда, сам принимал ванну, просил отвезти его на море, так же она возила его в больницу, наняла медсестру, чтобы она делала ему уколы. Затем ему стало хуже со здоровьем, стал плохо разговаривать. Со слов ФИО42 знает, что у него есть сестра, он с ней общался по телефону, она делала ему денежные переводы, про других родственниках ей неизвестно. Организацией похорон ФИО45 занималась она, со слов патологоанатома ей известно, что у него открылась язва желудка, были так же проблемы с сосудами, почками и головным мозгом. Когда она общалась со ФИО46, он не говорил ни о каком завещании на квартиру, у него так же имелся гараж и автомашина, которой он не пользовался лет пять, машину у него купил ее приятель, оплату производил частями, документов на гараж у ФИО43 не было, он разрешил им пользоваться по устной договоренности.

Из представленных истцом в материалы дела нотариально удостоверенных показаний ФИО53 проживающего в г. Новосибирске (л.д. 145-147) следует, что умерший ФИО54. приходился ему двоюродным братом, в детстве часто общались, ездили друг к другу в гости на каникулы, всю жизнь они с братом были близки, тесно общались, хотя проживали в разных городах, его друзья так же знали ФИО59. Ему известно, что брат дважды перенес инсульт, первый раз в 2011, долго лечился, уволился с работы, перестал водить автомобиль, имелись материальные трудности, он с сестрой ФИО58 помогали ему. В телефонных разговорах брат жаловался ему, что тяжело переносит последствия инсульта, говорил, что у него проблемы с головой, с памятью, сестра ФИО55 помогала ему найти медицинские учреждения для реабилитации, покупала лекарства. После второго инсульта в 2016 ситуация со здоровьем у брата еще ухудшилась, еще больше ухудшилась память, мог не узнать его голос по телефону, он и семья двоюродной сестры ФИО50 поддерживали ФИО52 она помогала ему материально. Он лично не встречался с братом более семи лет, так как ухаживает за своим тяжело больным отцом, однако ранее в телефонных разговорах ФИО57 говорил, что свою квартиру в г. Владивостоке оставляет сестре ФИО56. Ему известно, что сестра нашла для ФИО60 помощницу по хозяйству, которая покупала ему продукты, поддерживала порядок в квартире, брат оформил временную регистрацию помощницы в своей квартире. Расходы по оплате коммунальных услуг по квартире брата несет сестра ФИО51. О том, что брат имеет намерения составить завещание на квартиру на незнакомого постороннего человека, он никогда не говорил, а, учитывая его нестабильное психическое состояние на фоне перенесенных инсультов и проблем со здоровьем, полагает, что при написании завещания он не мог понимать и давать отчет своим действиям.

Выслушав мнения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО61 родился ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д. 8).

ФИО63 и истец ФИО62 являются единокровными братом и сестрой, отец которых ФИО64 (л.д. 8-11).

Как следует из выписки из поквартирной карточки формы-10, в спорном жилом помещении по адресу Владивосток, <адрес> были зарегистрированы: собственник ФИО66 с 26.10.1972, снята с регистрации 13.09.2011 в связи со смертью, собственник ФИО65 с 17.09.1991, снят с регистрационного учета 22.09.2020 в связи со смертью (.л.д 144).

ФИО69 умер 22.09.2020, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д. 7).

23.03.2017 ФИО68 было составлено завещание, зарегистрированное в реестре за № 6-2374, согласно которого, он завещал ФИО67, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, все имущество, какое ко дню его смерти окажется ему принадлежащее (л.д. 187).

Основы законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденные Верховным Советом РФ 11.02.1993 г. № 4462-1 (в редакции 02.07.2021), в ст. ст. 42, 43, 44, 45 предусматрено, что при совершении нотариального действия нотариус устанавливает личность обратившегося за совершением нотариального действия гражданина, его представителя или представителя юридического лица.

Установление личности должно производиться на основании паспорта или других документов, исключающих любые сомнения относительно личности гражданина, обратившегося за совершением нотариального действия.

При удостоверении сделок выясняется дееспособность граждан и проверяется правоспособность юридических лиц, участвующих в сделках. В случае совершения сделки представителем проверяются и его полномочия.

Текст нотариально удостоверяемой сделки должен быть написан ясно и четко, относящиеся к содержанию документа числа и сроки обозначены хотя бы один раз словами, а наименования юридических лиц - без сокращений, с указанием адресов их органов. Фамилии, имена и отчества граждан, адрес их места жительства должны быть написаны полностью.

Как усматривается из материалов дела, при удостоверении завещания нотариусом ВНО ФИО71 была установлена личность завещателя, проверена его дееспособность, содержание завещания соответствует волеизъявлению завещателя, завещание подписано ФИО70 путем указания фамилии, имени и отчества.

С учетом изложенного, суд считает, что завещание было составлено и удостоверено нотариусом в соответствии с нормами действующего законодательства, его форма и реквизиты соответствуют требованиям права места составления завещания.

Спорным наследственным имуществом является жилое помещение –квартира <адрес> в г. Владивостоке, что не оспаривалось сторонами в ходе судебного разбирательства, наличие иного имущества судом не устанавливалось и истцом не заявлялось.

Как следует из ответа нотариуса ВНО ФИО72 от 04.96.2021 на судебный запрос, наследственное дело после смерти ФИО73 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не заводилось, заявления о принятии или отказе от наследства не подавались, свидетельства о праве на наследство не выдавались (л.д 186).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Обращаясь в суд с настоящим иском истец указывает, что завещание на имя ответчика ФИО74. составлены в таком состоянии наследодателя, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

В обоснование своих исковых требований, истцом в материалы дела представлено заключение специалиста 182-ПИ от 28.07.2021 экспертного центра «Академический» (г. Санкт-Петербург), согласно которого, у ФИО75. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на момент составления оспариваемого завещания (32.03.2017) имелись тяжелые соматические заболевания, наличие которых привели у него органического расстройства личности с выраженными когнитивными и эмоционально-волевыми нарушениями (л.д. 202-234).

Кроме того, в обоснование своей позиции по делу, истцом в материалы дела так же представлено заключение специалиста от 12.01.2021 медицинского психодиагностического центра «Ментал Консалтинг» (г. Новосибирск) досудебной психиатрической оценки медицинской документации в отношении ФИО79., согласно которого, специалист с высокой долей вероятности предположил, что 23.03.2017 при оформлении нотариального завещания ФИО77. страдал психическим расстройством, которое развилось у него в связи с органическим поражением головного мозга сосудистого генеза. Кроме того, ФИО76. в указанный период времени имел сенсорный дефект в форме тугоухости. Психическое расстройство и сенсорный дефект вместе или раздельно могли существенно влиять на способность ФИО78 понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения нотариального действия или формировать у него существенное заблуждение в отношении содержания завещания. Степень выраженности и влияние психического расстройства и сенсорного дефекта ФИО80 на его способность участвовать в совершении нотариального действия 23.03.2017 могут быть определены в рамках гражданского судопроизводства методом посмертной комплексной психолого- психиатрической экспертизы (л.д. 13-15).

Для проверки доводов истца о нахождении наследодателя ФИО82 в момент составления завещания в состоянии, при котором он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, судом была назначена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» отделение амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы.

Согласно выводам комиссии судебно-психиатрических экспертов № 1114 от 31.10.2022, в ходе которой исследованы материалы гражданского дела и медицинские документы, эксперты пришли к однозначным и категоричным выводам о том, что у ФИО81 на органической «патологической почве» констатировались психические расстройства от более легких (с 2011- легкое когнитивное расстройство); в 2014- эмоциональное лабильное (астеническое) расстройство; тревожно-депрессивное с умеренно выраженными когнитивными нарушениями в острый и подострый период ОНМК в 2016 до стойких умеренно-выраженных в 2019, когда психиатром установлен «психоорганический синдром». При этом, таких нарушений со стороны психики, такого состояния, которые лишали бы его способности понимать значение своих действий и руководить ими, за весть период наблюдения врачами разных специальностей и психиатром у ФИО86. в объективной медицинской документации не описано. В приближенный с сделке период (2017-2018) описана церебрастеническая симптоматика (слабость, утомляемость, головокружение, головная боль, обстоятельность мышления, облегченность суждений), эмоциональная лабильность(раздражительность, снижение настроения, тревожность). Стойкие, умеренной степени выраженности когнитивные нарушения констатировались у ФИО83 с 2019, при этом отмечалось («ориентирован верно, контакту доступен, ответы по существу, фон настроения снижен, астенизирован, заторможен, медлителен, память, интеллект снижены, мышление обстоятельное, вязкое, без продуктивной симптоматики»). Психотропный препарат «феназепам» нахначался ФИО85., согласно медицинской документации, короткий период на ночь в связи с нарушением сна, тревогой, раздражительностью только в июне 2016 во время стационарного лечения в Центре реабилитации ДВО РАН. Сведений в медицинской документации, а так же со стороны свидетелей, указывающих на систематическое употребление ФИО84 в алкоголя в приближенный к сделке период, в материалах дела нет. Таким образом, ФИО88. мог понимать значение своих действий и руководить ими при оформлении завещания 23.03.2017.

Согласно выводов медицинского психолога АСПЭ ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» г. Владивостока в рамках посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, установлено, что у ФИО87 не обнаруживались такие индивидуально-психологические особенности как внушаемость, подчиняемость, которые бы существенно ограничили его способность руководить своими действиями в период составления им завещания от 23.03.2017.

Не согласившись с заключением посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, представителями истца в материалы дела представлено заключение специалиста (рецензия) № 18750 от 15.12.2022 НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов» (г. Москва), согласно которому, в результате анализа оформления заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» г. Владивостока, установлено, что указанное заключение не соответствует требованиям ст. 25 ФЗ от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и требованиям процессуального кодекса, в рамках которого выполнено данное исследование, проверить описание и квалификацию специалистов, соответствие образования и квалификации выполненному исследованию не представляется возможным ввиду отсутствия сведений об этом в заключении, подтвержденных копиями документов. Кроме того, изложенные в заключении суждения не позволяют считать его оценкой, которая явилась результатом анализа данных, полученных при исследовании. Отсутствует результат сравнительно- аналитического исследования данных, приведенных в качестве результата исследования. Фактическое отражение хода экспертного анализа в заключении отсутствует, сведения, изложенные как результат исследования, не верифицированы по происхождению. Нарушения, выявленные при анализе заключения, не позволяют считать их объективным, обоснованным и полным отражением психического состояния, с исчерпывающими и обоснованными заключением по вопросу о фактическом состоянии здоровья и исследуемый период.

Данная рецензия на заключение экспертов судебной экспертизы, (равно как и ранее представленное истцом в материалы дела заключения специалиста 182-ПИ от 28.07.2021 экспертного центра «Академический» (г. Санкт-Петербург) и медицинского психодиагностического центра «Ментал Консалтинг» (г. Новосибирск), не может быть признана объективным, достоверным и допустимым доказательством по делу.

Фактически в рецензии дается оценка заключению судебной экспертизы, однако данные исследования были проведены не в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела и не на основании определения суда, а по инициативе и по заказу истца ФИО89 экспертным заключением в процессуальном смысле не является, поэтому представленная рецензия не может быть принята во внимание судом, поскольку не отвечает требованиям статей 79 - 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", рецензия составлена вне рамок рассмотрения дела и является субъективным мнением лица, не привлеченного к участию в деле в качестве специалиста, не предупрежденного судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Свои исследования специалист проводил только на основании представленных ему стороной истца документов, объем которых является неполным, не соответствует всему объему материалов данного гражданского дела, которые были предоставлены судом в распоряжение судебных экспертов для исследования и дачи экспертного заключения.

Кроме того, нормами ГПК РФ не предусмотрено оспаривание экспертного заключения рецензией другого экспертного учреждения и несогласие с заключением судебной экспертизы не свидетельствует о порочности данного заключения.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, право оценки доказательств принадлежит суду.

В силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Однако, несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 "О судебном решении", судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Указанное заключение судебных экспертов оценено судом в совокупности с собранными по делу доказательствами и принято в качестве допустимого доказательства по делу, которым не установлен и не подтверждается факт того, что на момент составления и подписания завещания в пользу ФИО90 наследодатель ФИО91 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, результаты исследования мотивированно отражены в заключение экспертизы.

Каких-либо доказательств, подтверждающих некомпетентность экспертов в данной области, проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, представлено не было, следовательно, оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется.

Так же суд обращает внимание на то, что по ходатайству стороны истца в судебном заседании были допрошены эксперты АСПЭ ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» г. Владивостока, входившие в состав экспертной комиссии, которые, будучи предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307-308 УК РФ, дали полные и развернутые пояснения по всем интересующим представителей сторон вопросам, касающихся заключения судебной экспертизы, показали, что при производстве экспертизы комиссией были изучены все представленные материалы, в том числе медицинские документы и показания свидетелей, данным доказательствам была дана исключительно экспертная оценка, все они в абсолютно равной степени были изучены комиссией экспертов и были положены в основу синтезирующего вывода, выводы экспертов являются логическим следствием осуществленного исследования, ни один из экспертов не выразил особого мнения по поставленным на разрешение экспертам вопросам и носят категоричные ответы.

Доводы представителей истца о том, что к экспертному заключению не приложены документы, подтверждающие квалификацию и соответствующее образование, стаж работы по специальности экспертов АСПЭ ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» г. Владивостока, не влекут основание не принять заключение экспертов, поскольку во вводной части заключения указаны сведения об экспертах, не доверять указанным сведениям у суда не имеется.

Так же, оценивая показания свидетелей, суд указывает, что никто из свидетелей не характеризовал состояние ФИО92 как дающее достаточные основания полагать, что он не понимал значение своих действий или не мог ими руководить, допрошенные судом лица ссылались лишь на его забывчивость, замкнутость, необщительность, сложность в передвижении, при этом свидетели отмечали, что ФИО93 по мере возможности, учитывая перенесенный инсульт, мог обслуживать себя сам, решая мелкие бытовые вопросы.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу ст. 17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью. В силу ст. 21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. (ст. 22 ГК РФ).

Таким образом, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, так как это проистекает из требований ст. ст. 17, 21, 22 ГК РФ.

По смыслу п. 1 ст. 177 ГК РФ основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли стороны ее волеизъявлению. Вследствие этого, сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем, лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по п. 1 ст. 177 ГК РФ, обязано доказать наличие соответствующих оснований недействительности такой сделки.

В связи с тем, что суду не представлено достоверных доказательств, подтверждающих, что ФИО94. не мог прогнозировать и осознавать правовые последствия своих действий, руководить ими, препятствовать воздействию иных лиц на его волю, а также совершения ответчиком умышленных действий, направленных на понуждение наследодателя к составлению в ее пользу завещания, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, а потому они подлежат отклонению.

В соответствии со ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Учитывая, что в удовлетворении требований истца отказано, то суд приходит к выводу о том, что не имеется необходимости сохранения принятых на основании определения от 19.02.2021 обеспечительных мер.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО95 к ФИО96 о признании завещания недействительным отказать.

По вступлению решения суда в законную силу меры обеспечения иска, принятые определением Первореченского районного суда г. Владивостока от 19.02.2021 в виде запрета нотариусу Владивостокского нотариального округа Приморского края ФИО97 совершать нотариальное действие по выдаче ФИО99 свидетельства о праве на наследство по завещанию серии 25АА № 2114324 от 23.03.2017, зарегистрированного по реестру № 6-2374 после смерти ФИО98, умершего 22.09.2020 -ОТМЕНИТЬ.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Первореченский районный суд г.Владивостока течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 17 апреля 2023 года.

Судья О.А. Струкова