Решение по делу № 2-269/2025 от 11.06.2025 - о взыскании задолженности по договору цессии, по иску Управления Федеральной налоговой службы по Белгородской области к <ФИО> о признании недействительным договора цессии.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 мая 2025 года город Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Косточкиной А.В.,

с участием прокурора Кульгавой Д.А.,

при секретаре Швецовой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-269/2025 по иску ФИО2 к ООО «Стройсервис» о взыскании задолженности по договору цессии, по иску Управления Федеральной налоговой службы по Белгородской области к ФИО2 о признании недействительным договора цессии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ООО «Стройсервис», в обоснование указал, что 07.12.2022 между ним (цессионарий) и ООО «Регламент» (цедент) заключен договор уступки права требования (цессии), согласно которому цедент уступил цессионарию права требования к ООО «Стройсервис» по договорам субподряда на общую сумму 46480813,16 рублей. 10.12.2022 цедент уведомил ООО «Стройсервис» о состоявшейся уступке прав требований по задолженности ООО «Стройсервис». 15.12.2022 он получил гарантийное письмо ООО «Стройсервис» о погашении задолженности по договорам субподряда. 17.01.2023 между сторонами заключено соглашение о рассрочке погашения задолженности. Всего по соглашению о рассрочке возвращено 2100000,00 рублей. Сумма задолженности составила 44380813,16 рублей.

Обращаясь с иском, с учетом уточнений ФИО2 просил суд взыскать в его пользу с ООО «Стройсервис» сумму задолженности по соглашению о рассрочке в размере 44380813,16 рублей.

Определениями суда от 01.11.2024 и 19.11.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены: Федеральная служба по финансовому мониторингу, ФИО10, МИФНС России № по ..., ООО «Регламент».

Третье лицо - УФНС по Белгородской области в рамках рассматриваемого иска ФИО2, заявило самостоятельные требования о признании договора цессии от 07.12.2022 недействительным. В обоснование иска указано, что договор цессии от 07.12.2022 является фиктивной (мнимой) сделкой, стороны не имели намерения создать правовые последствия в виде ее исполнения. В договоре указаны недостоверные реквизиты сторон. Сделка совершена для видимости, исключительно в целях уклонения от налогообложения.

Стороны и третьи лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом.

По смыслу п. 1 ст. 165.1 ГК РФ, извещения, с которыми закон связывает правовые последствия, влекут для соответствующего лица такие последствия с момента доставки извещения ему или его представителю.

Извещение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Исходя из сведений о надлежащем извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, размещении информации о рассмотрении дела, в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» на интернет-сайте Ангарского городского суда, суд не усмотрел препятствий в рассмотрении дела по имеющейся явке.

Заслушав заключение прокурора, участвующего в деле, изучив материалы гражданского дела, исследовав представленные доказательства и оценив их в совокупности, посчитав возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Согласно пункту 4 указанной статьи условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Из материалов дела следует, что 07.12.2022 между ООО «Регламент», в лице генерального директора ФИО5, и ФИО2 заключен договор уступки права требования (цессии), по которому ООО «Регламент» уступило ФИО2 право (требование) к ООО «Стройсервис» в суммарном размере 46480813,16 рублей, основанное на договорах субподряда: № 08//2020-1 от 01.08.2020, № 08//2020-2 от 02.08.2020, № Ю//2020-95 от 21.10.2020, № 10//2020-96 от 21.10.2020, № 11/2020 от 02.11.2020 (том 1 л.д.7-9).

По смыслу п. 1 ст. 382, п. 1 ст. 389.1, ст. 390 ГК РФ уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием) (далее - договор, на основании которого производится уступка).

В силу ст. 421 ГК РФ такой договор между цедентом и цессионарием может являться договором, предусмотренным законом или иными правовыми актами, смешанным договором или договором, который не предусмотрен законом или иными правовыми актами.

Стороны также вправе, в частности, заключить договор, по которому первоначальный кредитор (цедент) обязуется уступить новому кредитору (цессионарию) требование к должнику, а новый кредитор (цессионарий) принимает на себя обязанность передать первоначальному кредитору (цеденту) часть того, что будет исполнено должником по уступаемому требованию.

В силу п. 3 ст. 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу п. 3 ст. 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (ст. 572 ГК РФ).

По условиям договора цессии данный договор является возмездным, Согласно п.3.2 договора стоимость уступаемых прав (требований) составляет 40% от фактически полученных денежных средств от должника (ООО «Стройсервис). При этом цессионарий обязуется произвести оплату за уступаемое право по договору цессии ООО «Регламент» в срок не позднее 5 рабочих дней с момента фактического взыскания или получения денежных средств от должника (п.3.3 договора).

В силу п. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам. Вместе с тем на основании закона новый кредитор в силу его особого правового положения может обладать дополнительными правами, которые отсутствовали у первоначального кредитора.

По общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка. Однако законом или таким договором может быть установлен более поздний момент перехода требования. Стороны вправе установить, что переход требования произойдет по истечении определенного срока или при наступлении согласованного сторонами отлагательного условия.

В договоре, на основании которого производится уступка, может быть также предусмотрено, что требование перейдет в момент совершения отдельного соглашения, непосредственно оформляющего уступку (отдельного двустороннего документа о переходе требования). Если цедент уклоняется от подписания такого документа, исполнивший свои обязанности цессионарий вправе требовать перевода права на себя (ст. 12 ГК РФ).

Согласно взаимосвязанным положениям ст. 388.1, п. 5 ст. 454 и п. 2 ст. 455 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование). Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом. Соглашением сторон может быть предусмотрено, что будущее требование переходит позднее (п. 2 ст. 388.1 ГК РФ).

В п.1.4 договора цессии установлено, что права цедента переходят к цессионарию с момента подписания договора.

10.12.2022 цедент (ООО «Регламент») уведомил ООО «Стройсервис» о состоявшейся уступке прав требований (том 1 л.д.10).

15.12.2022 ФИО2 получил гарантийное письмо ООО «Стройсервис» о погашении задолженности по договорам субподряда (том 1 л.д.11).

17.01.2023 между ФИО2 и ООО «Стройсервис» заключено Соглашение о рассрочке погашения задолженности (том 1 л.д.12-14).

Согласно п. 1 указанного соглашения ООО «Стройсервис» (должник) подтверждает задолженность перед кредитором в сумме 46480813,16 рублей. В п. 2 соглашения стороны согласовали график платежей, по которому последний платеж в размере 5547601,68 рублей должен быть произведен 31.12.2025 (том 1 л.д.12).

Как указывает истец ФИО2, ООО «Стройсервис» нарушил обязательство, всего по соглашению о рассрочке оплачено 2100000,00 рублей. Задолженность составила 44380813,16 рублей.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ), сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Положениями п. 1 ст. 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из смысла вышеприведенной правовой нормы в системной взаимосвязи с другими положениями ГК РФ следует, что существенными чертами мнимой сделки являются следующие: стороны совершают эту сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; по мнимой сделке стороны не имеют цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались, правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Согласно п. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

В силу ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Разрешая по существу данный спор, оценив представленные доказательства, суд исходит из того, что договор цессии имеет формальный характер. При этом суд принимает во внимание следующее.

Так, как следует из представленных документов, взаимоотношения между ООО «Регламент» и ООО «Стройсервис» возникли из договоров субподряда, срок оплаты по которым – 2020 год. Каких-либо претензий ООО «Регламент» к ООО «Стройсервис» по оплате задолженности на сумму 46480813,16 рублей не предъявлял.

По данным налоговой отчетности по налогу на прибыль организаций за 12 месяцев 2023 года, предоставленной ООО «Стройсервис» в налоговый орган, невостребованная кредиторская задолженность в размере 46480813,16 рублей не была отражена в составе внереализационных доходов.

В обоснование оплат ООО «Стройсервис» по соглашению о рассрочке от 17.01.2023 представлено 12 расписок за период с 17.01.2023 по 11.12.2023, из которых следует, что гражданин ФИО8 передал ФИО2 денежные средства в общем размере 2100000,00 рублей за исполнение обязательств ООО «Стройсервис» по соглашению. Вместе с тем, каких-либо доказательств получения ФИО2 денежных средств от действующего юридического лица ООО «Стройсервис» не представлено.

ФИО8 с 02.08.2023 руководителем ООО «Стройсервис» не являлся и в штате организации не состоял. Доверенность, на представление интересов юридического лица у ФИО8 отсутствует, в материалы дела она не представлена.

Доказательства того, что денежные средства реально передавались ФИО8 ФИО2, отсутствуют, сведений об имеющихся у ФИО8 личных денежных средств в объеме не менее 500000,00 рублей ежемесячно для возможности исполнения чужого обязательства, не представлено. В справках, представленных налоговым органом относительно дохода ФИО2, также не отражено поступление денежных средств в указанном размере.

По условиям договора цессии цессионарий обязуется произвести оплату за уступаемое право по договору цессии ООО «Регламент» в срок не позднее 5 рабочих дней с момента фактического взыскания или получения денежных средств от должника (п.3.3 договора). Вместе с тем, доказательств перечисления оплаты цеденту за уступаемое право от полученных от должника денежных средств ФИО2 не представлено.

Кроме того, в договоре цессии от 07.12.2022 указан несуществующий расчетный счет ФИО2, а указанный счет ООО «Регламент» на дату подписания договора цессии был закрыт (13.01.2022), что явно свидетельствует об отсутствии намерения реально исполнять договор.

Также в судебном заседании установлено, что ООО «Регламент» ликвидировано по решению налогового органа 23.10.2023, а исковое заявление ФИО2 о взыскании задолженности направлено в суд 13.09.2024, то есть, через 11 месяцев после ликвидации юридического лица.

Установленные судом обстоятельства позволяют сделать вывод, что, формально подписав договор цессии от 07.12.2022, стороны не намеревались его исполнять, в том числе в части расчета за уступаемое право, тогда как договор цессии является возмездным договором.

Суд учитывает, что по смыслу статьи 170 ГК РФ о мнимости (об изначальном отсутствии намерения исполнять сделку) может свидетельствовать не имеющая разумного обоснования пассивность обеих сторон договора, которые длительное время не исполняют свои обязательства, не осуществляют права по сделке, не совершают действия, направленные на побуждение контрагента к исполнению обязательства.

Данный факт дополнительно свидетельствует о том, что ФИО9 M.JL, ФИО8 и ООО «Стройсервис» имитируют реальность взаимоотношений в рамках договора цессии от 07.12.2022 с целью ухода от налогообложения.

Изложенные обстоятельства, а также поведение участников процесса, позволяют суду прийти к выводу о намерении сторон придать правомерный вид совершенной в обход закона сделке.

При таком положении суд признает договор цессии мнимой сделкой, а обращение ФИО6 с иском - злоупотреблением правом, что влечет отказ в судебной защите.

Как разъяснено в пунктах 7, 8 постановления от 23.06.2015 № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ), числу ничтожных относятся мнимые сделки, то есть сделки, совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

Все действия сторон направлены на уклонение и сокрытие реальных налоговых обязательств ООО «Стройсервис» в части определения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций за 2023 год путем не отражения невостребованное кредиторской задолженности в составе внереализационных доходов проверяемого налогоплательщика.

Таким образом, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований УФНС по Белгородской области о признании договора цессии недействительной сделкой.

Поскольку требования ФИО13 области и ФИО6 по отношению друг к другу являются взаимоисключающими, то в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ООО «Стройсервис» надлежит отказать.

Недоплаченная ФИО6, при увеличении размера исковых требований государственная пошлина в сумме 192942,43 рублей подлежит взысканию с него в доход соответствующего бюджета в порядке ст.103 ГПК РФ.

Также в связи с удовлетворением иска ФИО14 в доход соответствующего бюджета с ФИО6 подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3000,00 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 (ИНН №) к ООО «Стройсервис» (ИНН №, ОГРН № о взыскании задолженности по договору цессии – отказать.

Исковые требования Управления Федеральной налоговой службы по Белгородской области (ИНН №) к ФИО2 о признании недействительным договора цессии - удовлетворить.

Признать недействительным договор уступки права требования (цессии) от 07.12.2022, заключенный между ФИО2 и ООО «Регламент» (ИНН № ОГРН №).

Взыскать с ФИО2 в доход соответствующего бюджета государственную пошлину в сумме 195942,43 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Судья А.В. Косточкина

Мотивированное решение изготовлено судом 11.06.2025.