Мотивированное решение составлено 10 июня 2022 года
66RS0020-01-2021-001019-38
Дело № 2-76/2022 (2-813/2021)
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 апреля 2022 года пгт. Белоярский
Белоярский районный суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Пархоменко Т.А.,
при ведении протокола помощником судьи Коняхиным А.А.,
с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 - ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – ФИО5,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к ФИО2, ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка,
установил:
ФИО6 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в котором с учетом уточнений просит признать недействительным заключенный 22 апреля 2021 года между ФИО2 и ФИО4 договор дарения недвижимого имущества – жилого дома площадью кв.м, кадастровый номер , расположенного по адресу: , и земельного участка площадью кв.м, кадастровый номер , расположенного по адресу: ; применить последствия недействительности сделки путем внесения в Единый государственный реестр недвижимости (далее – ЕГРН) записи о регистрации права собственности ФИО2 на вышеуказанное имущество, а также просит взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.
В обоснование заявленных требований указано, что в ноябре 2020 года между ФИО6 и ФИО2 был заключен договор поручения, в соответствии с условиями которого ФИО6 передал ФИО2 наличные денежные средства на общую сумму 10 642 000 рублей. ФИО2 своих обязательств по договору в полном объеме не выполнил, в связи с чем 04 февраля 2021 года ФИО6 и ФИО2 заключили соглашение о расторжении договора поручения, согласно которому ФИО2 принял на себя обязательства в срок до 01 марта 2021 года вернуть ФИО6 10 642 000 рублей, а также возместить расходы в размере 9 200 000 рублей. До настоящего времени обязательства по возврату указанных сумм ФИО2 не исполнены.
В мае 2021 года истец узнал, что ФИО2 подарил своей супруге ФИО4 принадлежащее ему с 24 ноября 2014 года недвижимое имущество – жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: . Указанная сделка нарушает права истца как кредитора ФИО2, поскольку тайным уменьшением своей имущественной массы он пытается уклониться от погашения задолженности перед истцом и затруднить ее взыскание в принудительном порядке. Истец считает указанную сделку недействительной как совершенную со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) и как мнимую сделку (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Недействительность сделки подтверждается тем, что она совершена после того, как ФИО6 и ФИО2 заключили соглашение о расторжении договора поручения, в котором зафиксированы обязательства ФИО2 по возврату ФИО6 денежных средств в размере 19 842 000 рублей и после того, как ФИО2 нарушил срок исполнения указанных обязательств, то есть после того, как у истца появились основания для обращения в суд с иском о взыскании задолженности и с заявлением об обеспечении этого иска, в том числе, путем наложения ареста на имущество. ФИО2 совершил сделку втайне от истца, не объяснил ему разумные экономические обоснования для совершения сделки. После совершения сделки по отчуждению дорогостоящего имущества ФИО2 не предпринял никаких мер к погашению задолженности перед истцом. Стороны сделки являются супругами, соответственно, ФИО4 не могла не знать о противоправной цели сделки – избежать обращения взыскания на имущество по многомилионным долгам. После совершения сделки ФИО2 продолжил фактически пользоваться недвижимым имуществом – проживать в доме, отчужденном ФИО4, тем самым, сделка совершена формально, без цели фактического перехода права собственности.
Кроме того, в письменных пояснениях представителя истца указано, что на спорное недвижимое имущество не распространяется исполнительский иммунитет, поскольку оно является дорогостоящим, обладает роскошными характеристиками, площадь жилого дома в кв.м явно превышает уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности в жилище, социальная норма предоставления жилой площади в Свердловской области составляет 16 кв.м на 1 человека.
В письменных возражениях на отзыв ответчика представитель истца указал, что стоимость автомобиля может неожиданно и в любой момент измениться в худшую для истца сторону, поскольку ответчику разрешено пользоваться арестованным автомобилем, при этом он уже дважды участвовал в дорожно-транспортных происшествиях. Доказательств того, что автомобиль застрахован от риска повреждения в пользу ответчика на сумму, достаточную для удовлетворения требований истца, не представлено. Поведение ответчика не отвечает требованиям добросовестности, поскольку он после совершения сделки не принял мер к погашению задолженности и не принимает их на протяжении более года. После наступления срока оплаты долга перед истцом ответчик обналичил денежные средства на счетах, пытался продать автомобиль, использовал выгодную и удобную схему дарения имущества супруге, при которой он как сохранил возможность проживания в комфортной загородной недвижимости, так и не платить долг ФИО6
В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 поддержал заявленные исковые требования в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, письменных пояснениях и возражении на отзыв.
Представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам письменного отзыва и письменных пояснений, в которых указано, что Верх-Исетским районным судом г. ФИО7 области требования ФИО6 признаны обоснованными в сумме, в шесть раз меньшей, чем было им заявлено, тем самым, размер подтвержденной задолженности ФИО2 перед истцом существенно меньше, чем стоимость недвижимого имущества, являющегося предметом оспариваемого договора дарения. Так, суммарная кадастровая стоимость объектов превышает 10 000 000 рублей. Кроме того, у ФИО2 имеется иное имущество, за счет которого может быть погашена задолженность перед истцом, а именно: автомобиль Porsche , 2016 года выпуска, государственный регистрационный знак , белого цвета. На автомобиль наложен арест в соответствии с определением суда. Согласно акту о наложении ареста стоимость автомобиля составляет 3 500 000 рублей. Согласно отчету о рыночной стоимости от 20 апреля 2022 года стоимость автомобиля составляет 5 000 000 рублей. Согласно письму «Порше Ц.Е.» от стоимость автомобиля составляет 5 400 000 рублей. Таким образом, стоимость автомобиля превышает размер задолженности, соответственно, за счет автомобиля долг может быть погашен в полном объеме. Погашение задолженности за счет спорного недвижимого имущества невозможно, поскольку оно обладает исполнительским иммунитетом как единственное жилье ФИО2
В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 - ФИО5, действующая на основании доверенности возражала против удовлетворения исковых требований по доводам, аналогичным доводам представителя ответчика ФИО2
Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Согласно пункту 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.
Согласно части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
В силу части 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон мнимой сделки. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
В силу части 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действие в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения данного запрета суд на основании части 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.
Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
В силу положений части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Таким образом, исходя из приведенных положений закона, лицо, не являющее стороной сделки, при ее оспаривании в-первую очередь должно доказать наличие правового интереса в оспаривании сделки (факт нарушения своих прав оспариваемой сделкой, невозможность защиты права иным способом), а лишь затем – факт наличия конкретного основания для признания сделки недействительной.
Применительно к обстоятельствам настоящего дела, истец должен сначала доказать, что у ответчика ФИО2 не имеется денежных средств и иного имущества, за счет которого может быть исполнено его обязательство перед истцом, помимо недвижимого имущества, являющегося предметом оспариваемого договора дарения, а затем истец должен доказать, что сделка совершена ответчиками с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания по обязательствам ФИО2 перед истцом.
Из материалов дела следует и установлено в судебном заседании, что 22 апреля 2021 года ответчики заключили договор дарения, в соответствии с условиями которого ФИО2 безвозмездно передал в собственность ФИО8 жилой дом площадью кв.м, кадастровый номер , расположенный по адресу: , и земельный участок площадью кв.м, кадастровый номер , расположенный по адресу: .
Переход права собственности зарегистрирован 28 апреля 2021 года, что подтверждается выписками из ЕГРН.
Ответчики ФИО2 и ФИО4 состоят в браке с 22 сентября 1989 года, что подтверждается свидетельством о заключении брака, при этом брачным договором от установлен режим раздельной собственности супругов, в соответствии с которым любое недвижимое имущество, приобретенное в период брака является собственностью того супруга, на имя которого оно зарегистрировано, и не входит в состав совместно нажитого имущества.
Согласно уведомлению от 20 апреля 2022 года у ФИО2 по состоянию на 18 апреля 2022 года не имеется в собственности объектов недвижимости на территории Российской Федерации.
Так же судом установлено, что решением Верх-Исетского районного суда г.Екатеринбурга Свердловской области от 28 сентября 2021 года по делу № 2-5019/2021 с ФИО2 в пользу ФИО6 взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 2 849 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21 мая 2021 года по 02 сентября 2021 года в размере 50 189 рублей 21 копейка, расходы по оплате государственной пошлины в размере 22 701 рубль 85 копеек, а также проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 03 сентября 2021 года по день фактического исполнения обязательств.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 25 января 2022 года вышеуказанное решение изменено в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами: с ФИО2 в пользу ФИО6 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 02 марта 2021 года по 02 сентября 2021 года в размере 125 234 рубля 82 копейки, расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 000 рублей, продолжено начисление процентов за пользование чужими денежными средствами с 03 сентября 2021 года до даты фактического исполнения обязательства по уплате суммы основного долга, в остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
Решением суда первой инстанции установлено, что доказательств сложившихся между ФИО2 и ФИО6 правоотношений, вытекающих из договора поручения, не представлено, в связи с чем суд взыскал не задолженность по обязательствам из договора, а неосновательное обогащение в размере 2 849 000 рублей как разницу между денежной суммой, переданной ФИО6 ФИО2 (10 642 000 рубля), и денежной суммой, возвращенной ФИО2 ФИО6 (7 793 000 рубля). По мнению суда первой инстанции, обязанность по возврату неосновательного обогащения возникла у ФИО2 21 мая 2021 года – по истечении семидневного срока со дня получения соответствующей претензии, направленной истцом 12 мая 2021 года.
В апелляционном определении судебная коллегия пришла к выводу, что между ФИО2 и ФИО6 был заключен договор поручения, в последующем расторгнутый, в связи с чем нельзя говорить о возникновении на стороне ФИО2 неосновательного обогащения, однако решение суда первой инстанции о взыскании именно неосновательного обогащения суд апелляционной инстанции оставил без изменения.
Также в апелляционном определении установлено, что договор поручения между ФИО2 и ФИО6 был расторгнут 04 февраля 2021 года соглашением, по условиям которого ФИО2 обязался возвратить ФИО6 денежные средства в размере 10 642 000 рублей в срок до 01 марта 2021 года. При этом денежные средства в размере 2 232 300 рублей были возвращены ФИО2 ФИО6 02 марта 2021 года, а в размере 5 560 700 рублей – 11 мая 2021 года.
Решение Верх-Исетского районного суда г. ФИО7 области от 28 сентября 2021 года по делу № 2-5019/2021 вступило в законную силу 25 января 2022 года, исполнительный лист выдан 03 марта 2022 года, исполнительное производство № 33103/22/66019-ИП возбуждено 01 апреля 2022 года.
Истец в обоснование своего правового интереса в оспаривании договора дарения от 22 апреля 2021 года указывает на то, что в результате его совершения он лишен возможности обратить взыскание на указанное имущество по обязательствам ФИО2 перед истцом и, соответственно, получить исполнение обязательства за счет этого имущества.
Однако истцом не учтено, что Федеральный закон от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» устанавливает строгую последовательность обращения взыскания на разные виды имущества (статья 69).
При отсутствии или недостаточности у должника денежных средств взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, хозяйственного ведения и (или) оперативного управления, за исключением имущества, изъятого из оборота, и имущества, на которое в соответствии с федеральным законом не может быть обращено взыскание, независимо от того, где и в чьем фактическом владении и (или) пользовании оно находится (пункт 4 статьи 69 Федеральный закон от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).
В силу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 58 Постановления от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», согласно статье 278 Гражданского кодекса Российской Федерации обращение взыскания на земельные участки в рамках исполнительного производства допускается только на основании решения суда.
Соответственно, обращение взыскания на спорное недвижимое имущество является невозможным до тех пор, пока имеется иное имущество, достаточное для погашения задолженности, для которого не предусмотрен специальный судебный порядок взыскания.
Истцом не оспаривается, что в рамках исполнительного производства наложен арест на принадлежащее ФИО2 транспортное средство - Porsche , 2016 года выпуска, государственный регистрационный знак , белого цвета.
В акте о наложении ареста (описи имущества) от 12 июля 2021 года предварительная стоимость автомобиля определена в сумме 3 500 000 рублей.
Согласно письму ООО «Респект» (Порше Центр Екатеринбург) произведена оценка автомобиля на 21 апреля 2022 года, цена продажи составляет 5 400 000 рублей.
В соответствии с заключением эксперта-оценщика П. (ООО «Р-Оценка») от 20 апреля 2022 года рыночная стоимость автомобиля составляет 5 000 000 рублей.
Таким образом, согласно представленным документам, рыночная стоимость автомобиля превышает размер задолженности ФИО2 перед истцом, включая сумму процентов за пользование чужими денежными средствами на момент рассмотрения дела.
Судом отклоняются доводы истца о том, что указанная оценка не объективна, не было проверено техническое состояние транспортного средства на сегодняшний день, поскольку именно на истце лежит обязанность доказать, что имеющего у ФИО2 движимого имущества недостаточно для погашения задолженность и есть основания для обращения взыскания на недвижимое имущество.
Вместе с тем, стороной истца таких доказательств, в том числе, какой-либо иной оценки транспортного средства, не представлено, ходатайств о назначении оценочной экспертизы не заявлено.
Таким образом, возврат спорного недвижимого имущества в единоличную собственность ФИО2 как последствие удовлетворения заявленных требований никак не повлияет на исполнение обязательств ФИО2 перед истцом, поскольку принудительное взыскание задолженности будет осуществляться не за счет спорного недвижимого имущества, а за счет арестованного транспортного средства.
Также следует обратить внимание, что в соглашении о расторжении договора поручения установлен срок для возврата денежных средств до 01 марта 2021 года, договор дарения совершен 22 апреля 2021 года, претензию о возврате денежных средств истец направил ответчику ФИО2 12 мая 2021 года. Изначально истец ссылался на наличие задолженности в размере 19 970 620 рублей 96 копеек, однако решением суда установлен гораздо меньший размер задолженности.
Кроме того, следует обратить внимание, что помимо размера задолженности, суд первой и апелляционной инстанции по-разному оценил как правовую природу правоотношений между ФИО6 и ФИО2 (обязательства из договора и неосновательное обогащение), так и момент возникновения обязательства (24 мая 2021 года и 03 марта 2021 года).
Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки отсутствовала правовая определенность как в размере обязательств ФИО2 перед ФИО6, так и вообще в их наличии, их правовой природе и времени возникновения, в связи с чем отсутствуют основания полагать, что целью совершения ФИО2 сделки было именно уклонение от исполнения обязательств перед ФИО6, наличие и размер которых находилось под вопросом.
Большая часть задолженности ФИО2 перед ФИО6 была частично погашена – в сумме 2 232 300 рублей 02 марта 2021 года, то есть до совершения оспариваемой сделки, и в сумме 5 560 700 рублей – 11 мая 2021 года, то есть после совершения оспариваемой сделки, в связи с чем нет оснований считать, что ФИО2 в тот период уклонялся от исполнения обязательств перед истцом и совершил сделку именно в целях избежать обращения взыскания на имущество.
Кроме того, при недоказанности факта нарушения оспариваемой сделкой прав истца, само по себе недобросовестное поведение ответчика или наличие обстоятельств, свидетельствующих о мнимости сделки, не является основанием для удовлетворения требований о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.
Требования истца является способом защиты нарушенного права, а удовлетворение требования должно приводить к восстановлению нарушенного права, соответственно, если право истца не нарушено, то удовлетворение требования не может привести к его восстановлению.
При изложенных обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований ФИО6 следует отказать.
Согласно положениям части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Учитывая, что в удовлетворении исковых требований ФИО6 отказано, расходы по оплате государственной пошлины также не подлежат возмещению ответчиками в пользу истца.
Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
в удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО2, ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка – отказать.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Белоярский районный суд Свердловской области.
Судья /подпись/ Т.А. Пархоменко