Дело №2-1379/2022

УИД: 59RS0004-01-2022-000301-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июня 2022 года город Пермь

Ленинский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Шпигарь Ю.Н.,

при секретаре судебного заседания Томиловой Е.Д.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, возложении обязанности,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО3 с требованиями о признании ничтожной сделки, состоящей из двух последующих сделок: договора цессии от 20.03.2020, заключенного между ФИО1 в лице представителя ФИО3 со ФИО4, об уступке права требования к ФИО5, ФИО3, ФИО33 ФИО7, договора цессии от 16.11.2020, заключенного между ФИО4 и ФИО3, об уступке права требования к ФИО5, ФИО3, ФИО34 ФИО7; обязании ФИО32 вернуть исполнительные листы и иные документы оставить без удовлетворения.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 приобрел право требования задолженности ООО «ПФК «Леспром» к ФИО5, ФИО3, ФИО35 ФИО7 в общей сумме 40 202 224,54 руб. на основании договора уступки права требования от 08.06.2018, заключенного с ФИО8 Однако, имеющееся у истца право требования утрачено в результате недобросовестных действий ответчика ФИО3

По договору уступки права требования от 08.06.2018 исполнительные листы и постановления об окончании исполнительных производств в отношении должников ФИО3, ФИО7 и ФИО36 возвращены взыскателю ФИО8 В рамках исполнительного производства в отношении ФИО5 исполнительный лист направлялся ФИО1, но был утрачен службой судебных приставов. Вследствие чего, ФИО1 27.05.2020 обратился в арбитражный суд Пермского края с заявлением о выдаче исполнительных листов о взыскании убытков с ФИО5, ФИО3, ФИО37 ФИО7 Определением суда от 01.06.2020 заявление ФИО1 о выдаче исполнительных листов принято к производству и назначено к совместному рассмотрению с заявлением МО СП по ИОИП и РД и ИИ УФССП России по Пермскому краю о выдаче дубликата исполнительного листа.

22.07.2020 в ходе рассмотрения заявления представитель ФИО3 заявил ходатайство о приобщении письменного отзыва, в котором указал, что у ФИО1 отсутствует право на предъявление исполнительного документа, поскольку 08.12.2019 принадлежащее ему по договору от 20.01.2017 право требования передано ФИО9, и все исполнительные документы находятся у него.

Кроме того, представителем ФИО3 представлен договор уступки прав требования от 08.12.2019, заключенный между ФИО1 в лице ФИО3 по доверенности и ФИО9, в соответствии с которым последнему передано право (требования) к ФИО5, ФИО3, ФИО38 ФИО7

В определении Арбитражного суда Пермского края от 01.10.2020 по делу №А50-38095/2009 отражено, что к судебному заседанию от ФИО9 поступил письменный отзыв, в котором он указал, что договор уступки от 04.12.2019 был предварительный и расторгнут (уничтожен) на следующий день, поскольку ФИО9 отказался покупать данное право требования., никаких исполнительных листов он не имеет. При этом соглашения о расторжении ранее представленного договора от 08.12.2019 ответчик не представил.

После этого представитель ФИО3 в судебное заседание Арбитражного суда представил иной договор цессии от 20.03.2020, заключенный между ФИО1 в лице ФИО3 и ФИО4, о которых ФИО1 ранее ничего не знал, денежные средства ни от поверенного, ни от цессионария не получал, действия ФИО3 не одобрял. Указанный договор оспаривался истцом в Мотовилихинском районном суде г.Перми как самостоятельный договор, в иске было отказано.

Затем 20.11.2020 ФИО3 подал в Арбитражный суд Пермского края заявление о процессуальном правопреемстве, обосновывая наличие права двумя договорами: от 20.03.2020 и последующим договором уступки прав требования от 16.11.2020 между ФИО4 и ФИО3 Сам текст договор был представлен в материалы дела 15.12.2021, поэтому у истца не было возможности представить последующий договор при рассмотрении дела в Мотовилихинском районном суде. Свои действия ФИО3 оправдывает наличием доверенности от 24.01.2019.

В действительности 24.01.2019 ФИО1 нотариально удостоверил доверенность на ФИО10 и ФИО3, реестровая запись № 59/97- н/59-2019-4-178, согласно которой предоставил им правомочие на заключение от его имени договоров уступки права требования долга по договору, заключенному между ФИО1 и ООО «Производственно-финансовая компания «Леспром» 20.01.2017, подавать претензии, уведомления об уступке, в том числе при участии в делах о банкротстве, получать причитающиеся ФИО1 денежные средства, в том числе в счет уплаты долгов ООО «Производственно-финансовая компания «Леспром», подписывать уведомление о переводе долга и другие документы. Ни в тексте доверенности, ни в отдельном документе не было согласия на заключение сделки с ФИО3

На основании вышеуказанной доверенности 20.03.2020 года от имени ФИО1 его представитель ФИО3 передал ФИО4 права требования к ФИО5, ФИО3, ФИО39 ФИО7

Помимо порока в самом полномочии (не было никакого договора от 20.01.2017, заключенного ФИО1), полномочие в доверенности на представителя ФИО3, на основании которой заключен договор 08.12.2019 с ФИО9, не содержит права на расторжение (аннулирование) договора уступки. Если договор от 08.12.2019 был заключен, то он не расторгнут, таким образом, договор уступки от 20.03.2020 не заключен.

Договор уступки от 20.03.2020 со ФИО4 не уполномочивает передачу прав требования к ФИО5, ФИО3, ФИО40 ФИО7, так как доверенность уполномочивает заключать и подписывать от имени истца договоры об уступке права требования долга по договору, заключенному истцом с Обществом с ограниченной ответственностью «Производственно - финансовая компания «Леспром» 20.01.2017. Данный договор истцом не подписывался, соответственно, вышеуказанные права по указанному в доверенности договору передать невозможно. ФИО3 условия сделки с истцом не согласовывал, не уведомлял, денежные средства не передавал.

Обстоятельство неполучения денежных средств ФИО1 при отчуждении прав свидетельствует о недобросовестности ФИО3, который, действуя в интересах самого себя по переуступленным договорам, получил бесплатно права требования к самому себе, ФИО5, ФИО41 ФИО7, реальности исполнения сделок нет.

Права требования, «о взыскании солидарно с ФИО5, ФИО3, ФИО43, ФИО7 в пользу ООО «Производственно-финансовая компания «Леспром» убытков в размере 24 805 024,54 рублей, а также о взыскании солидарно с ФИО5, ФИО3, ФИО45 в пользу ООО «Производственно-финансовая компания -Леспром» убытков в размере 15 397 200,00 рублей», перешли к истцу ФИО1 на сновании договора цессии от 08.06.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО8 (Определение Арбитражного суда Пермского края о процессуальном правопреемстве от 05.11.2018г. по настоящему делу).

Относительно договора, указанного в доверенности, то такой договор от 20.01.2017 был заключен между ООО «Производственно-финансовая компания «Леспром» и ФИО8 об уступке права требования к ФИО5, ФИО3, ФИО44 ФИО7, (Определение Арбитражного суда Пермского края о процессуальном правопреемстве от 22.03.2017).

Следовательно, нотариально удостоверенная доверенность от 24.01.2019 не уполномочивает ФИО10 и ФИО3 на заключение от его имени договоров уступки права требования долга, подавать претензии, уведомления об уступке, в том числе при участии в делах о банкротстве, получать причитающиеся ФИО1 денежные средства, в том числе в счет уплаты долгов ООО «Производственно- финансовая компания «Леспром», подписывать уведомление о переводе долга и другие документы.

После совершения первой части весьма сомнительной сделки ФИО3 совершает вторую часть сделки. 16.11.2020 ФИО3 заключил со ФИО4 сделку о приобретении права требования к ФИО5, ФИО3, ФИО46 ФИО7 Представление второй части сделки подтверждает совершение ответчиком притворной сделки. Сделки от 20.03.2020 и 16.11.2020 являются единой сделкой, право требования не подлежало переходу к ФИО4, стороны сделки прикрывали иную сделку: передачу прав требования от ФИО1 непосредственно ФИО3 Однако, сделку по доверенности совершал ФИО3, что недопустимо в отсутствие прямого на то согласия. Обе сделки на основании п.3 ст.182, ст.10, ст.168, ст.170 ГК РФ подлежат признанию ничтожной сделкой по основанию притворности.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО5, ФИО48 ФИО7, ФИО9 Впоследствии ФИО47 из числа третьих лиц исключен.

Истец и его представитель в судебном заседании на удовлетворении требований настаивали, поддержали доводы, изложенные в иске, указав, что уступка произведена без согласия кредитора, сделка совершена поверенным в отношении самого себя, является мнимой, у ФИО4 не было намерения получать исполнение по договору. При этом договор уступки права (требования) от 16.11.2020 не был предметом рассмотрения дела в Мотовилихинском суде г.Перми, предмет и основание настоящих требований и ранее заявленных требований не тождественны.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание при надлежащем извещении не явился, представил письменный отзыв, доводы которого поддержал в судебном заседании ранее, и в котором указал, что обжалуемые сделки: договоры уступки от 20.03.2020 и 16.11.2020, подписанные им, являются притворной сделкой, поскольку прикрывали сделку по переходу указанных прав требований от цедента ФИО1 к ФИО3 Все документы, касающиеся уступки права требования, в том числе исполнительные листы, всегда находились у ФИО3, он (ФИО4) не передавал и не получал денежных средств в качестве «покупной» цены требований, указанной в первом и втором договоре.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал по доводам письменных возражений, в которых указал, что определением Арбитражного суда от 01.10.2020 установлено, что ФИО4 приобрел дебиторскую задолженность у ФИО1 по договору уступки права требования (цессии) от 20.03.2020, от лица ФИО1 договор заключался ФИО3 на основании доверенности, оплату по договору ФИО4 произвел путем передачи денежных средств в размере 200 000 руб. ФИО3, о чем в договоре имеется расписка, исполнительные листы находились у ФИО4 От ФИО9 поступал отзыв, в котором он указал, что договор уступки от 04.12.2019 был предварительный и расторгнут на следующий день. Таким образом, при доказанности заключения договора уступки от 20.03.2020, предмет настоящего иска полностью исключает удовлетворение требований истца, поскольку не приведет к восстановлению его прав на дебиторскую задолженность. Ходатайствовал о прекращении производства по делу, поскольку Мотовилихинским районным судом г.Перми рассмотрен спор между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.

Третьи лица, извещенные о рассмотрении дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

ФИО5 ранее в судебном заседании пояснял, что получил уведомление о состоявшейся уступке, переходе права требования к ФИО4

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу п.1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии с п.1, 2 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Согласно п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с п.3 ст.182 Гражданского кодекса Российской Федерации представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с п.1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п.1, 2 ст.382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с ч.1 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно ч.1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании ч.2, 3 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вступившим в законную силу решением Мотовилихинского районного суда г.Перми от 08.06.2021 по делу №2-2175/2021 установлено, что решением Арбитражного суда Пермского края от 07.08.2012 по делу № А50-38095/2009 ООО «ПФК «Леспром» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2016 отменено определение Арбитражного суда Пермского края от 15.01.2016г. по делу № А5О-38095/2009 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ПФК «Леспром» о взыскании убытков. С ФИО5, ФИО3, ФИО49 ФИО7 в пользу ООО «Производственно-финансовая компания «Леспром» взысканы в солидарном порядке убытки в размере 24 805 024,54 руб. С ФИО5, ФИО3, ФИО50 в пользу ООО «Производственно-финансовая компания «Леспром» взысканы солидарно убытки в размере 15 397 200 рублей.

20.01.20217 между ООО «Производственно-финансовая компания «Леспром» в лице конкурсного управляющего ФИО12 (цедент) и ФИО8 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права требования дебиторской задолженности ООО «ПФК «Леспром» к ФИО5, ФИО3, ФИО52 ФИО7 (в солидарном порядке) в размере 40 070 465,85 руб. Сумма прав требования установлена Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2016 по делу № А50-38095/2009 в рамках рассмотрения обособленного спора о взыскании убытков в солидарном порядке с ФИО5, ФИО3, ФИО51 ФИО7

Согласно акту приема-передачи документов к договору уступки права требования (цессии) от 20.01.2017 цедент передал, а цессионарий принял все необходимые документы с приложениями, удостоверяющие права требования дебиторской задолженности ООО «ПФК «Леспром» к ФИО5, ФИО3, ФИО53 ФИО7 (в солидарном порядке) в размере 40 070 465,85 рублей.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 22.03.2017 по делу № А50-3 8095/2009 произведена замена взыскателя - ООО «Производственно-финансовая компания «Леспром» в порядке процессуального правопреемства на ФИО8 по исполнительному производству по постановлению Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2016.

Установлено, что 06.07.2016 Арбитражным судом Пермского края взыскателю ООО «Производственно-финансовая компания «Леспром» были выданы исполнительные листы по делу № А50-38095/2009 в отношении должников ФИО3 (исполнительный лист ФС №), ФИО5 (исполнительный лист ФС №), ФИО7 (исполнительный лист ФС №), ФИО54исполнительный лист ФС №).

На основании указанных исполнительных листов МОСП по ИПРД УФССП России по Пермскому краю были возбуждены исполнительные производства: №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3, которое окончено ДД.ММ.ГГГГ; №-ИП отДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО7, которое окончено ДД.ММ.ГГГГ; №-ИП в отношении ФИО55 которое окончено ДД.ММ.ГГГГ; №-ИП в отношении ФИО5, которое окончено ДД.ММ.ГГГГ.

Исполнительные листы и постановления об окончании исполнительных производств в отношении должников ФИО3, ФИО7, ФИО56 возвращены взыскателю ФИО8

08.06.20218 между ФИО8 (цедент) и ФИО1 (цессионарий) заключен договор уступки права требования, согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает право (требования) к ФИО5 в солидарном порядке на сумму 40 202 224,54 руб.; ФИО3 в солидарном порядке на сумму 40 202 224,54 рублей; ФИО57 в солидарном порядке на сумму 40 202 224,54 рублей; ФИО7 в солидарном порядке на сумму 24 808 024,54 руб. Согласно договору размер права требования, переданного по договору уступки права требования (цессии) от 20.01.2017 цессионарию, установлен Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2016 по делу № А50-38095/2009.

Согласно акту приема-передачи документов к договору уступки права требования от 08.06.2018 цедент передал, а цессионарий принял все необходимые документы, удостоверяющие право требования.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05.11.2018г. по делу № А50-38095/2009 произведена замена взыскателя - ФИО8 в порядке процессуального правопреемства на ФИО1 по исполнительному производству по постановлению Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2016 (л.д. 18-22).

24.01.2019 ФИО1 была выдана доверенность ФИО10, ФИО3 на представление его прав и законных интересов во всех компетентных органах...., заключение и подписание от его имени договоров об уступке права требования долга по договору, заключенному им с ООО «ПФК «Леспром» 20.01.2017, подачу претензии, уведомления об уступке..., удостоверенная врио нотариуса Пермского городского нотариального округа ФИО13 - ФИО14

20.03.2020 между ФИО1 (цедент) в лице ФИО3, действующего по доверенности от 24.01.2019, и ФИО4 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с которым цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права требования дебиторской задолженности ООО «ПФК «Леспром» к ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО7 (в солидарном порядке) в размере 40 202 224,54 руб. Согласно договору право требования принадлежит цеденту на основании договора уступки права требования от 20.01.2017 между ООО «ПФК Леспром» и ФИО8 и подтверждено решением Арбитражного суда Пермского края от 07.08.2012 по делу № А50-3 8095/2009, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2016 (п.1.2 Договора).

Согласно п.1.3. договора, рыночная стоимость передаваемого права составляет 805 000 руб.

Согласно акту приема-передачи к договору уступки права требования (цессии) от 20.03.2020 цедент передал, а цессионарий принял следующие документы, удостоверяющие право требования: постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2016г. по делу № А50-38095/2009; исполнительные листы в отношении ФИО3 (исполнительный лист ФС №), ФИО5 (исполнительный лист ФС №), ФИО7 (исполнительный лист ФС №), ФИО6 (исполнительный лист ФС №).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 01.10.2020 по делу № А50-38095/2009 в удовлетворении заявлений МО СП по ИОИП и РД и ИИ УФССП России по Пермскому краю и ФИО1 о выдаче дубликатов исполнительных листов по делу № А50-38095/2009 о взыскании убытков с ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО7 на основании постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2016 отказано.

ФИО1 обратился в Мотовилихинский районный суд с требованиями к ФИО3, ФИО15 о признании договора уступки права требования от 20.03.2020, заключенного между ФИО1 в лице представителя ФИО3 и ФИО4, недействительным, обязании передать исполнительные листы и иные документы, обосновывая требования тем, что ФИО3 не был уполномочен на подписание договора, ФИО1 20.01.2017 договор с ООО «ПФК Леспром» не заключал, указание в доверенности на договор от 20.01.2017 сделано истцом умышленно, с целью исключить возможность на реализацию задолженности ФИО3, либо ФИО11

Решением Мотовилихинского районного суда г.Перми от 08.06.2021 в удовлетворении исковых требований было отказано.

Разрешая заявленные требования суд указал, что обстоятельство того, что ответчиком заключен спорный договор цессии в иной редакции, чем указано в доверенности, правового значения не имеет, факт выдачи доверенности на заключение договора цессии с уступкой права требования задолженности ООО «ПФК «Леспром» свидетельствует о наличии волеизъявления истца на отчуждение указанной задолженности, оформленного с соблюдением требований гражданского законодательства, пришел к выводу о злоупотреблении правом со стороны истца ФИО1, выдавшего доверенность 24.01.2019 на заключение договора об уступке права требования долга.

В обоснование настоящих исковых требований истец ссылается, кроме того, на заключение 16.11.2020 между ФИО4 (цедент) и ФИО3 (цессионарий) последующего договора цессии, в соответствии с которым ФИО3 перешло право требования задолженности ООО «ПФК «Леспром» к самому себе, а также ФИО5, ФИО6, ФИО7 в размере 40 202 224,54 руб. В связи с чем, квалифицирует договоры цессии от 20.03.2020 и 16.11.2020 как одну притворную (мнимую) сделку, направленную на отчуждение прав ФИО1 ФИО3

Разрешая заявленные требования, суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку договор уступки права требования (цессии) от 16.11.2020, заключенный между ФИО4 (цедент) и ФИО3 (цессионарий), является самостоятельной сделкой, при этом ФИО3 в данных правоотношениях выступал как самостоятельное лицо. Совпадение в данном случае в одном лице должника и кредитора не нарушает требования закона, а также права ФИО1, выбывшего из спорных правоотношений.

При этом оценка ранее состоявшейся сделки по отчуждению прав ФИО1 к ФИО4. а также выданной доверенности от 24.01.2019 на предмет соответствия требованиям закона, а также действительного волеизъявления сторон дана Мотовилихинским районным судом в решении от 08.06.2021. Кроме того, действия ФИО1, выдавшего доверенность ФИО11, ФИО3 на представление своих интересов, в том числе с правомочием по распоряжению задолженностью ООО «ПФК «Леспром», а впоследствии заявившего о недействительности сделки по основанию отсутствия у ФИО3 соответствующих полномочий, признаны недобросовестными.

Доводы истца относительно мнимости либо притворности сделок (договоров цессии от 20.03.2020 и 16.11.2020) также не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Доказательств того, что стороны сделок не имели намерений ее исполнять или требовать исполнения, по правилам статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено.

Напротив, материалами дела подтверждено, что сторонами сделок совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права требования, их действительная воля была направлена на создание реальных правовых последствий. Установлено, что оригиналы исполнительных листов были переданы ФИО4 на основании договора от 20.03.2020, затем ФИО3 в соответствии с договором от 16.11.2020, за уступаемые права цедентами получены денежные средства, что подтверждается расписками в текстах договоров. Объем обязательств должников в результате замены кредиторов в связи с заключением оспариваемых сделок не изменился, права и законные интересы истца данными сделками не нарушены, согласия должников на их совершение не требовалось.

При этом ФИО1 стороной договора цессии от 16.11.2020 не является, в связи с чем, ссылка истца на положения п. 3 ст. 182 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае является несостоятельной.

Договоры цессии от 20.03.2020 и 16.11.2020 являются самостоятельными сделками с разным составом участников. Требования ФИО1 о признании договора цессии от 20.03.2020 недействительным решением суда были оставлены без удовлетворения. Договор цессии от 16.11.2020 требований закона не нарушает, какую-либо иную сделку на иных условиях не прикрывает, создает реальные правовые последствия для ее сторон, при этом истец участником этой сделки не является.

На основании вышеизложенного, исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании ничтожной сделки, состоящей из двух последующих сделок: договора цессии от 20.03.2020, заключенного между ФИО1 в лице представителя ФИО3 со ФИО4, договора цессии от 16.11.2020, заключенного между ФИО4 и ФИО3, удовлетворению не подлежат.

Соответственно не подлежат удовлетворению и производные требования истца о возложении обязанности передать исполнительные и иные документы.

При этом оснований для прекращения производства по делу, установленных абзацем третьим статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд в данном случае не усматривает, ввиду отсутствия тождественности оснований и предмета заявленных требований требованиям, рассмотренным Мотовилихинским районным судом г.Перми в рамках дела №2-2175/2021.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании ничтожной сделки, состоящей из двух последующих сделок: договора цессии от 20.03.2020, заключенного между ФИО1 в лице представителя ФИО3 со ФИО4, об уступке права требования к ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО7, договора цессии от 16.11.2020, заключенного между ФИО4 и ФИО3, об уступке права требования к ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО7, обязании ФИО3 вернуть исполнительные листы и иные документы оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд г. Перми в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Копия верна.

Председательствующий: Ю.Н.Шпигарь

Мотивированное решение изготовлено 20.06.2022