Решение по делу № 2-727/2025 от 24.02.2025 - о компенсации морального вреда.

Производство № 2-727/2025 (2-7876/2024;)

УИД 28RS0004-01-2024-015909-88

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 февраля 2025 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Громовой Т.Е.,

при секретаре судебного заседания Фроловой А.А.,

с участием: помощника прокурора г. Благовещенска – Потаповой Е.В., представителя истца ФИО1 – ФИО2, представителей ответчика ООО «Консул» - ФИО3, адвоката Гобозовой Д.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО4 к ООО «Консул» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО4 обратились в Благовещенский городской суд Амурской области с настоящим иском к ООО «Консул» о компенсации морального вреда, причиненного преступлением. Как следует из изложенных в заявлении обстоятельств, устных пояснений представителя истца ФИО1 в судебном заседании, 13.03.2021 в дневное время в г. Благовещенске Амурской области в районе дома № 173 по ул. Загородная, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием мотоцикла «SUZUKI»; государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО5, и автомобиля «ЧАЙКА СЕРВИС 4784QB», государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО8. В результате вышеуказанного дорожно - транспортного происшествия сам водитель мотоцикла «SUZUKI», государственный регистрационный знак ***, ФИО5 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия, а пассажир указанного мотоцикла ФИО6 получила телесные повреждения, с которыми была доставлена в лечебное учреждение, от которых 16.03.2021 скончалась.

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы № 597 от 14.04.2021 года непосредственной причиной смерти ФИО6 явился ***. Причиной смерти ФИО6 явился ***

Согласно заключения видеотехнической судебной экспертизы № 122 от 26.03.2021 года следует, что средняя скорость мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный ***, перед столкновением составляет 108 км/ч.

Из заключения судебной автотехнической экспертизы № 310 от 27.08.2021 года следует, что при заданных и принятых исходных данных, водитель мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный ***, будет иметь техническую возможность избежать столкновения с автомобилем «ЧАЙКА-СЕРВИС 4784QB» государственный регистрационный знак ***, путём применения мер торможения, осуществляя движение со скоростью 60 км/ч, в заданный момент. В действиях водителя мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный знак ***, с технической точки зрения, усматривается несоответствие требованиям п.п. 10.1 и 10.2 ПДД РФ, так как он двигался со скоростью 108 км/ч, что больше максимально разрешенной скорости 60 км/ч, и в заданный момент возникновения опасности, двигаясь с максимально разрешенной скоростью имел техническую возможность предотвратить столкновение. Несоответствие действий водителя мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный знак ***, требованиям п.п. 10. и 10.2 ПДД РФ, с технической точки зрения, находятся в причинной связи со столкновением транспортных средств. Скорость мотоцикла. «SUZUKI» государственный регистрационный знак ***, которая была погашена на следе торможения 8,7 м и скольжения на боку 7,5 м была в пределах 48...52 км/ч. Остановочный путь мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный знак *** при скорости 48...52 км/ч, в данных дорожных условиях составляет около 33,8...38,2 м. Остановочное время мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный знак ***, при скорости 48... 52 км/ч, в данных дорожных условиях составляет около 3,9...4,12 с. Тормозной путь мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный знак ***, при скорости 48...52 км/ч, в данных дорожных условиях составляет около 20,4...23,8 м. Остановочный путь мотоцикла «SUZUKJ» государственный регистрационный знак ***, при скорости 108 км/ч, в данных дорожных условиях составляет около 126,8 м. Остановочное время мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный знак ***, при скорости 108 км/ч, в данных дорожных условиях составляет около 7,3 с. Тормозной путь мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный знак 5 284AA27RUS, при скорости 108 км/ч, в данных дорожных условиях составляет около 110,5 м.

Установить, как под каким углом располагались автомобиль «ЧАЙКА-СЕРВИС 4784QB» государственный регистрационный знак *** и мотоцикл «SUZUKI» государственный регистрационный знак *** в момент столкновения не представляется возможным, так как невозможно установить точки первичного контакта ввиду их уничтожения при восстановлении повреждений автомобиля. Единственное, что можно утверждать, в данном случае в момент столкновения мотоцикл располагался на правом боку и контактирование произошло его передней части с правой боковой частью автомобиля в районе между передним колесом и выдвижной опорой. В данном случае механизм ДТП был следующим: автомобиль «ЧАЙКА-СЕРВИС 4784QB» государственный регистрационный знак *** начал осуществлять поворот налево на прилегающую территорию по дуге с выездом на полосу встречного движения, мотоцикл «SUZUKI» государственный регистрационный знак *** в указанный момент двигался по второй, левой полосе, при дальнейшем продвижении автомобиля мотоцикл совершил перестроение на первую, правую полосу движения, далее применил торможение, после этого мотоцикл опрокинулся на правый бок, далее произошло столкновение передней части мотоцикла с правой боковой частью автомобиля в районе между передним колесом и выдвижной опорой, после этого мотоцикл был отброшен вправо по ходу движения автомобиля и остановился, а автомобиль продолжил движение в выбранном направлении до остановки.

08.07.2024 года постановлением Благовещенского городского суда Амурской области по делу № 1-78/2024 уголовное дело в отношении ФИО5, *** года рождения по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ прекращено на основании п.2 ч. 1 ст. 27, п.4 ч.1 ст. 24 УПК РФ - в связи со смертью подсудимого.

Согласно карточки учета транспортного средства право собственности на автомобиль «ЧАЙКА-СЕРВИС 4784QB» государственный регистрационный знак *** зарегистрировано за ООО «Консул».

Из допроса свидетеля ФИО8 следует, что с 2016 года он работает в ООО «Консул». С 2019 года он занимает должность главного инженера. 13.03.2021 года в связи со служебной необходимостью он управлял автомобилем «ЧАЙКА-СЕРВИС 4784QB» государственный регистрационный знак ***, с которым произошло дорожно-транспортное происшествие. Данные обстоятельства также подтверждаются допросом свидетеля ФИО7, являющимся генеральным директором ООО «Консул», который подтвердил, что с момента образования Общества ФИО8 трудоустроен Обществе в должности главного инженера и на момент ДТП являлся его работником.

Поскольку ФИО8, управлявший в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем марки «ЧАЙКА-СЕРВИС 47840В» государственный регистрационный знак *** состоял в трудовых отношениях с владельцем этого транспортного средства - ООО «Консул», а также отсутствуют обстоятельства, свидетельствующие о том, что на момент дорожно-транспортного происшествия указанное транспортное средство передавалось ФИО8 для использования в его личных целях, или он завладел этим транспортным средством противоправно, то компенсация морального вреда в пользу истцов, по мнению соистцов, подлежит взысканию с владельца источника повышенной опасности - ООО «Консул».

При таких обстоятельствах, ответственность за причинение истцам морального вреда в силу приведенных выше норм должен нести ответчик ООО «Консул», как владелец источника повышенной опасности - автомобиля, которым управлял ФИО8 при исполнении трудовых обязанностей.

Близкие родственники лица, смерть которого наступила от источника повышенной опасности, вправе требовать от его владельца компенсации морального вреда за причиненные им нравственные и физические страдания. Таким образом, законодателем определен круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда, в связи с утратой близких людей.

ФИО4 и ФИО1 являлись родителями погибшей ФИО6.

Нравственные страдания истцов выражены в том, что из-за внезапной, трагической смерти их дочери, невосполнимой утраты очень близкого им человека, они испытали и продолжают испытывать сильнейшие нравственные страдания и переживания, безутешное горе, нервное потрясение, невосполнимую утрату. При этом, истцы находились с погибшей в близком родстве и душевном контакте. Более того, гибель ребенка для родителя сама по себе является необратимым обстоятельством, его утрата невосполнима, и, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни истцов.

На основании изложенного, ссылаясь на положения ст. ст. 150, 151, 1064, 1068, 1079 ГК РФ, ст. 2 СК РФ, истцы ФИО4 и ФИО1 просят суд взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Консул» ИНН <***> ОГРН <***> в пользу ФИО1, *** года рождения и ФИО4, *** года рождения денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей каждому.

Определением Благовещенского городского суда Амурской области от 15.10.2024 года к участию в деле в порядке ч. 3 ст. 45 ГПК РФ для дачи заключения по делу привлечен прокурор г. Благовещенска; определениями Благовещенского городского суда Амурской области от 04.12.2024 года, от 04.02.2025 года, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Министерства внутренних дел России по Амурской области, СЧ СУ УМВД России по Амурской области.

Будучи извещенными о дате, времени и месте судебного разбирательства, в него не явились истец ФИО1, обеспечила явку своего представителя, истец ФИО4, третье лицо ФИО8, представители третьих лиц Управления Министерства внутренних дел России по Амурской области, СЧ СУ УМВД России по Амурской области, о причинах неявки суду не сообщили, доказательств уважительности причин неявки не представили, заявлений об отложении рассмотрения дела от неявившихся лиц не поступало.

С учетом мнений представителя истца ФИО1, представителей ответчика, не возражавших против рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ, а также положениями ст. 154 ГПК РФ, предусматривающей сроки рассмотрения дела в суде, суд определил рассмотреть дело при данной явке, по имеющимся в деле доказательствам.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО2 настаивала на удовлетворении заявленных требований в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в иске.

Сторона ответчика в судебном заседании предъявленные исковые требования не признала, в обоснование своих возражений, также изложенных в письменном виде, указала, что материалах дела отсутствуют объективные доказательства, подтверждающие, что смерть ФИО9 наступила именно в следствие взаимодействия источников повышенной опасности, владельцами которых являлись ООО «Консул» и ФИО5. Полагает необходимым суду при определении размера компенсации морального вреда учесть конкретные обстоятельства дела, степень и характер причиненных истцам физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности истцов, степень вины ответчика, отношение ответчика к содеянному, а также иные заслуживающие внимание обстоятельства. Полагает, что на настоящий момент не исследован вопрос правопреемства в части перехода обязательств ФИО5 к третьим лицам. Полагает заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению в полном объёме, поскольку вред причинен в результате взаимодействия источников повышенности опасности, и не установлено наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением смерти ФИО6

В своем заключении помощник прокурора полагал требования искового заявления о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью близкого родственника – дочери истцов законными и обоснованными, поскольку согласно действующему законодательству, независимо от вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, в данном случае смерть пассажиру, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред, в связи с чем суд может возложить на владельца источника повышенной опасности обязанность возместить моральный вред потерпевшему. При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истцов, просил учесть принципы разумности и справедливости.

Выслушав пояснения участвующих в деле лиц, заключение помощника прокурора, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 13.03.2021 в дневное время в г. Благовещенске Амурской области в районе дома № 173 по ул. Загородная, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием мотоцикла «SUZUKI»; государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО5, и автомобиля «ЧАЙКА СЕРВИС 4784QB», государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО8.

Нарушение водителем ФИО5 требований п. 1.3, п. 1.5, п. 10.1 и п. 10.2 ПДД РФ, находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями – смертью пассажира мотоцикла «SUZUKI», государственный регистрационный знак ***, ФИО6

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия, водитель мотоцикла «SUZUKI», государственный регистрационный знак ***, ФИО5 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия, пассажиром указанного мотоцикла ФИО6 получены, согласно заключению судебно – медицинской экспертизы № *** от 14.04.2021 года следующие телесные повреждения, от которых 16.03.2021 года скончалась в лечебном учреждении: ***. ***. Причиной смерти ФИО6 явился ***

Указанные обстоятельства установлены постановлением Благовещенского городского суда Амурской области от 08.07.2024 года по уголовному делу № 1-78/2024 (1-1192/2023) в отношении ФИО5, *** года рождения, которым уголовное дело в отношении ФИО5, *** года рождения, уроженца ***, по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ прекращено на основании п.2 ч. 1 ст. 27, п.4 ч.1 ст. 24 УПК РФ, - в связи со смертью подсудимого.

Указанным постановлением также установлено, что собственником автомобиля «ЧАЙКА СЕРВИС 4784QB», государственный регистрационный знак ***, который участвовал в ДТП является ООО «КОНСУЛ», генеральным директором которого является ФИО7, который при допросе свидетеля подтвердил, что с момента образования общества ФИО8 трудоустроен в обществе в должности главного инженера и на момент ДТП являлся его работником.

Апелляционным постановлением Амурского областного суда от 03.09.2024 года по делу № 22-1938/2024 постановление Благовещенского городского суда Амурской области от 08.07.2024 года, которым уголовное дело в отношении ФИО5, прекращено на основании п.2 ч. 1 ст. 27, п.4 ч.1 ст. 24 УПК РФ, - в связи со смертью подсудимого, оставлено без изменения, апелляционная жалоба потерпевшей ФИО1, без удовлетворения.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» обстоятельства, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Сведений о том, что потерпевшие ФИО1 и ФИО4 в рамках настоящего уголовного дела обращались с заявлениями о возбуждении гражданских исков в уголовном деле, материалы уголовного дела № 1-78/2024 (1-1192/2023), не содержат.

Разрешая заявленные исковые требования ФИО1, ФИО4 о взыскании с ООО «Консул» компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, вследствие чего они претерпели серьезные нравственные и физические страдания, суд приходит к следующим выводам.

В статье 3 Всеобщей декларации прав человека, статье 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах к числу наиболее значимых человеческих ценностей отнесены жизнь и здоровье, и предусмотрено, что их защита должна быть приоритетной. Поскольку право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится" к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, являясь непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ, возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

В соответствии со статьей 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

В п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что владелец источника повышенной опасности, из обладания которого этот источник выбыл в результате противоправных действий другого лица, при наличии вины в противоправном изъятии несет ответственность наряду с непосредственным причинителем вреда - лицом, завладевшим этим источником, за моральный вред, причиненный в результате его действия. Такую же ответственность за моральный вред, причиненный источником повышенной опасности - транспортным средством, несет его владелец, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии с абзацем 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенных положений закона следует, что причинитель вреда считается виновным до тех пор, пока не докажет отсутствие своей вины.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).

Предоставление иной (неденежной) формы компенсации морального вреда может быть осуществлено также на стадии исполнения судебного акта о взыскании компенсации в денежной форме (статья 39, пункт 1 части 1 статьи 153.7 и статьи 153.8 - 153.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, далее - ГПК РФ, пункт 3 части 2 статьи 43 и часть 1 статьи 50 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

По смыслу положений ст. 1064, 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской федерации) обязанность компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть возложена только на лицо, виновное в причинении такого вреда, за исключением случаев.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (пункт 2 статьи 151 ГК РФ).

Компенсация морального вреда, являясь мерой гражданско-правовой ответственности, предполагает наличие состава гражданского правонарушения: совершение действий (бездействий), посягающих на нематериальные блага или личные неимущественные права; нравственные или физические страдания; причинная связь между действиями (бездействиями) и страданиями; вина причинителя вреда (за исключением случаев, установленных ст. 1100 ГК РФ, когда вина причинителя вреда не является условием ответственности).

Близкие родственники лица, смерть которого наступила от источника повышенной опасности, вправе требовать от его владельца компенсации морального вреда за причиненные им нравственные и физические страдания.

При определении круга лиц, относящихся к близким, следует руководствоваться положениями абз.3 ст. 14 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которым близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.

В абз. 3 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Соистцы ФИО4 и ФИО10 являлись родителями погибшей ФИО6, что подтверждается свидетельством о рождении серии II-ДВ *** от ***, повторно выданным *** Отделом ЗАГС администрации города Хабаровска, актовая запись *** от ***, место государственной регистрации – *** Омский отдел управления ЗАГС Администрации Омской области.

Согласно свидетельству о смерти серии I-ОТ *** от ***, выданного *** отделом ЗАГС по г. Благовещенск и Благовещенскому району управления ЗАГС Амурской области, ФИО6, *** года рождения, умерла *** в г. Благовещенск, Амурская область, Российская Федерация, актовая запись *** от ***.

Исходя из вышеизложенного, ФИО4 и ФИО1 являются близкими родственниками погибшей ФИО6

Исходя из приведенных правовых норм и установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств, суд полагает, что в связи со смертью близкого, родного человека в результате дорожно-транспортного происшествия, истца, безусловно, перенесли моральные и нравственные страдания.

Жизнь относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а её защита должна быть приоритетной, право граждан на возмещение вреда, причинённого жизни, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Семейные отношения - это отношения между супругами, родителями и детьми, между другими родственниками и иными лицами (ст. 2 СК РФ). Отношения, возникающие между членами семьи, регулируются семейным законодательством, а также гражданским законодательством, если они не урегулированы семейным законодательством, поскольку это не противоречит существу семейных отношений.

Исходя из положений пункта 2 статьи 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Предельный и минимальный размер компенсации морального вреда законодательством не предусмотрен. Истец вправе заявить, а суд - удовлетворить иск данной категории в любом объеме с учетом обстоятельств конкретного дела.

В ходе рассмотрения спора представитель ответчика ссылался на то, что общество с ограниченной ответственностью «Консул» не должно нести ответственность за причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия моральный вред, поскольку не установлено наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением смерти ФИО6, а также не исследован вопрос правопреемства в части перехода обязательств ФИО5 к третьим лицам.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 418 ГК Российской Федерации, обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника, либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника. Исполнение обязательства по компенсации причиненного морального вреда может быть исполнено лично должником, т.к. неразрывно связано именно с его личностью. Правопреемство в данном случае действующим законодательством не предусмотрено.

По смыслу ст. 1112 ГК Российской Федерации в состав наследства не входят обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя или не подлежащие передаче наследникам в силу закона, в связи с чем, такие обязанности не могут признаваться долгами наследодателя, приходящимися на наследников.

Материалами дела подтверждено, что владелец источника повышенной опасности, управлявший мотоциклом «SUZUKI» государственный регистрационный знак *** ФИО5 погиб в момент ДТП. При этом наследники ФИО5 лицами, причинившими вред истцам, не являются, у самого ФИО5 при жизни обязанность по выплате истцу денежной компенсации морального вреда не была установлена, а потому довод стороны ответчика о том, что не исследован вопрос правопреемства в части перехода обязательств ФИО5 к третьим лицам, не состоятелен в силу закона.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из обстоятельств уголовного дела № 1-78/2024 (1-1192/2023), установленных вступившим в законную силу постановлением суда от 08.07.2024 года о том, что в результате дорожно-транспортного происшествия при эксплуатации источника повышенной опасности, принадлежащего на праве собственности ответчику ООО «Консул» грузового автомобиля «ЧАЙКА СЕРВИС 4784QB», государственный регистрационный знак ***, при исполнении трудовых обязанностей водителем ФИО8, при столкновении с которым пассажир мотоцикла «SUZUKI» государственный регистрационный *** ФИО6 получила несовместимые с жизнью телесные повреждения, приведшие к смерти, истцам был причинен моральный вред, заключающийся в нравственных переживаниях, так как погибшая являлась их близким родственником – дочерью.

Из содержания ст. 12 ГПК РФ следует, что судопроизводство осуществляется на принципах равноправия и состязательности, в силу ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований, так и возражений.

Материалами уголовного дела установлено, что собственником автомобиля «ЧАЙКА СЕРВИС 4784QB», государственный регистрационный знак ***, является ООО «Консул», генеральным директором которого является ФИО7, допрошенным в ходе рассмотрения уголовного дела *** в качестве свидетеля.

Как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц № ЮЭ9965-24-136603032 от 07.10.2024 года Общество с ограниченной ответственностью «КОНСУЛ» (ООО «Консул») зарегистрировано 10.08.2018 года, присвоен ОГРН <***>, генеральным директором является ФИО11 (ИНН <***>, ГРН и дата внесения в ЕГРЮЛ записи, содержащей указанные сведения – 2242800012816 от 31.01.2024). Основным видом деятельности (ОКВЭД ОК 029-2014 (КДЕС Ред.2)) общества является: Сбор неопасных отходов (код по ОКВЭД 38.11).

Согласно копии материалам регистрационного дела на грузового автомобиля «ЧАЙКА СЕРВИС 4784QB», государственный регистрационный знак ***, предоставленного врио начальника МРЭО ГИБДД УМВД России по Амурской области Е.В. Гонта, собственником грузового автомобиля на момент ДТП от 13.03.2021 года являлось ООО «Консул» на основании следующих правоустанавливающих документов: карточки учета транспортного средства на автомобиль «ЧАЙКА-СЕРВИС 4784QB» государственный регистрационный знак *** от 05.09.2019 года, от 29.09.2022 года, заявление о внесении изменений в регистрационные данные транспортного средства, выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Консул» от 27.09.2022 года, доверенность № 1 на имя ФИО8 на право осуществлять любые регистрационные действия в Управление ГИБДД УМВД по Амурской области по автотранспортному средству «ЧАЙКА-СЕРВИС 4784QB» государственный регистрационный знак ***, приказ № 5 от 08.07.2022 года о вступлении в должность генерального директора ООО «КОНСУЛ» ФИО11, дополнительное соглашение № ДВ-1 к договору лизинга от 29.04.2019 № 135/19-ХБР, дополнительное соглашение от 19.04.2022 № ДВ-1 к договору лизинга от 29.04.2019 № 135/19-ХБР, доверенность № 1 на имя ФИО12 на право представлять интересы ООО «КОНСУЛ» в ООО «Балтийский лизинг» по автотранспортному средству «ЧАЙКА-СЕРВИС 4784QB» государственный регистрационный знак ***, являющегося предметом лизинга, акт о переходе права собственности на имущество, переданное по договору лизинга от 29.04.2019 № 135/19-ХБР от 26.04.2022 года, договора лизинга № 135/19-ХБР от 26.04.2022 года с приложениями № №1,2.

Часть 2 статьи 56 и часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязывают суд определить действительные правоотношения сторон по владению источником повышенной опасности и соответствующим образом распределить обязанность доказывания имеющих значение обстоятельств.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При возложении ответственности по правилам статьи 1079 названного Кодекса необходимо исходить из того, в чьем законном пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда.

В силу пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, возмещает юридическое лицо.

Применительно к правилам, предусмотренным названной статьей, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско- правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно пунктам 19, 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях, например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности.

Однако не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, которое управляет им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей, на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. Это следует из статей 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Приведённая норма права в толковании Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» определяет, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причинённый жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности, если докажет, что вред причинён вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (п. 1 ют. 1079 ГК РФ).

Как разъяснено в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п.1 ст.1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В п.19 названного постановления Пленума указано, что согласно ст.1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно.

Из содержания приведенных норм в их взаимосвязи следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смысле ст. 1079 ГК РФ и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Поскольку ФИО8, управлявший в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем марки «ЧАЙКА-СЕРВИС 47840В» государственный регистрационный знак *** состоял в трудовых отношениях с владельцем этого транспортного средства - ООО «Консул», а также отсутствуют обстоятельства, свидетельствующие о том, что на момент дорожно-транспортного происшествия указанное транспортное средство передавалось ФИО8 для использования в его личных целях, или он завладел этим транспортным средством противоправно, то компенсация морального вреда в пользу истцов подлежит взысканию с владельца источника повышенной опасности - ООО «Консул», в соответствии со ст. ст. 1079, 1100 ГК Российской Федерации, независимо от наличия вины.

Обстоятельства, на которых сторона истца обосновывает заявленные требования, получили подтверждение в ходе рассмотрения дела и в полном объеме учтены судом. В то же время доказательств, опровергающих выводы суда, в ходе рассмотрения дела не представлено.

При таких обстоятельствах, учитывая исследованные судом доказательства по делу в их совокупности, суд находит установленным, что вина ответчика в причинении истцам моральных и нравственных страданий подтверждена, в связи с чем исковые требования истцов основаны на законе.

В п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, поскольку причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

Из смысла приведенных норм следует, что определение суммы, подлежащей взысканию в качестве компенсации морального вреда, принадлежит суду, который, учитывая конкретные обстоятельства дела, личность потерпевшего и причинителя вреда, характер причиненных физических и нравственных страданий и другие заслуживающие внимания обстоятельства в каждом конкретном случае, принимает решение о возможности взыскания конкретной денежной суммы с учетом принципа разумности и справедливости.

Учитывая установленные по делу обстоятельства в их совокупности, что истцы потеряли в данном дорожно-транспортном происшествии родную дочь, которая находилась в молодом возрасте, испытали и продолжают испытывать сильнейшие нравственные страдания и переживания, безутешное горе, нервное потрясение, невосполнимую утрату смерть близкого, родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личные структуры, психику, здоровье, самочувствие и настроение человека, заключение помощника прокурора, полагавшего возможным взыскать компенсацию морального вреда в пределах разумности и справедливости, исходя из того, что размер денежной компенсации должен отвечать цели, для достижения которой установлена такая выплата, в отсутствие вины владельца источника повышенной опасности – ООО «Консул» в данном дорожно-транспортном происшествии, с учетом принципов разумности и справедливости, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, учитывая, что жизнь и здоровье человека являются высшей ценностью, суд считает возможным взыскать с ООО «Консул» в пользу истца ФИО4 в размере 400 000 рублей (с учетом смерти близкого родственника - дочери), в пользу истца ФИО4 в размере 400 000 рублей (с учетом смерти близкого родственника - дочери), отказав истцам в удовлетворении исковых требований в большем размере, что отвечает принципам разумности и справедливости, и не нарушает баланса интересов сторон.

Доказательств того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла истцов, либо в ином дорожно-транспортном происшествии в указанный период времени, ответчиком не представлено. Сведений о компенсации морального вреда в добровольном порядке в материалах дела не имеется.

Кроме того, на основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Соистцы ФИО1, ФИО4 при подаче иска были освобождены от уплаты государственной пошлины.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, пп. 3 п. 1 ст. 333.19. НК РФ с ООО «Консул» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 6000 рублей.

Таким образом, в соответствии с положениями ст. 333.19 НК РФ, ст. 98 ГПК РФ, суд считает необходимым взыскать с ООО «Консул» в доход местного бюджета государственную пошлину в указанном размере.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «Консул» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 400 000 рублей.

Взыскать с ООО «Консул» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в сумме 400 000 рублей.

Взыскать с ООО «Консул» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 6000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд Амурской области в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Т.Е. Громова

Решение в окончательной форме изготовлено 12 марта 2025 года