Решение по делу № 2А-2431/2022 от 03.02.2023 - о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

УИД 51RS0021-01-2022-002276-97 Дело № 2а-86/2023

Мотивированное решение изготовлено 03 февраля 2023 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

01 февраля 2023 года ЗАТО г. Североморск

Североморский районный суд Мурманской области в составе: председательствующего судьи Приваловой М.А.,

при секретаре Пругло И.А.,

с участием административного истца ФИО1 посредством видеоконференцсвязи, представителя административных ответчиков МО МВД России по ЗАТО г.Североморск и г. Островной, Министерства внутренних дел Российской Федерации и заинтересованного лица Управления Министерства внутренних дел России по Мурманской области ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, Министерству внутренних дел Российской Федерации о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по ЗАТО г. Североморск и г. Островной (далее - МО МВД РФ по ЗАТО г. Североморск и г. Островной), Министерству внутренних дел Российской Федерации (далее МВД РФ) о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

В обоснование заявленных требований указал, что в 2005, 2006, 2009, 2014, 2015 неоднократно доставлялся в изолятор временного содержания (далее ИВС г. Североморск, Изолятор), где содержался в условиях, унижающих человеческое достоинство, поскольку до 2011 года в камерах отсутствовали окна, вентиляция в камерах находилось больше человек, чем это предусмотрено нормативными документами, в результате не соблюдались нормы санитарной площади на одного человека, также в камерах отсутствовал унитаз (вместо него установлена чаша «Генуя») в результате нарушались нормы приватности, в связи с чем испытывал чувство унижения, незащищенности, испытывал дискомфорт.

Ссылаясь на данные обстоятельства, административный истец с учетом уточнения просил взыскать с административных ответчиков в его пользу компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в 2005, 2006, 2009, 2014 в размере 120 000 руб., одновременно ходатайствуя о восстановлении пропущенного процессуального срока на обращение в суд с иском в связи с тем что ему не было известно о нарушении его прав.

В судебном заседании административный истец ФИО1 поддержал заявленные уточненные требования, настаивая на их удовлетворении. Не оспаривал, что ранее обращался в Североморский районный суд с аналогичными административными исковыми требованиями о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в 2005, 2006, 2009, 2014, обосновывая их отсутствием прогулочного дворика, при этом полагал, что данное обстоятельство не свидетельствует о пропуске срока на обращение в суд с иском, поскольку он не знал о возможности указать все нарушения за все периоды нахождения в ИВС в одном исковом заявлении. Пояснил, что не помнит конкретных обстоятельств водворения в изолятор в 2015 году в связи с чем по данному периоду требование о взыскании морального вреда им не заявляется.

Полагал необоснованными доводы представителя административных ответчиков о пропуске им срока на обращение в суд, указав, что в 2021 году обращался в суд по иным обстоятельствам (отсутствие в ИВС прогулочного дворика), о нарушении своих прав узнал после изучения законодательства, но с учетом отсутствия технической возможности и нахождением его в местах лишения свободы ранее ноября 2022 года обратиться с настоящим исковым заявлением не имел возможности.

Представитель административных ответчиков МО МВД России по ЗАТО г.Североморск и г. Островной, Министерства внутренних дел Российской Федерации и заинтересованного лица Управления Министерства внутренних дел России по Мурманской области ФИО3 заявленные административные исковые требования не признала в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях. Полагала, что поскольку административным истцом обжалуются условия его содержания под стражей в период, приходящиеся на в 2005, 2006, 2009, 2014, 2015, им пропущен установленный статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации срок для обращения в суд с требованиями о признании действий сотрудников МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной незаконными.

Указала, что доказательств ненадлежащих условий содержания в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной административным истцом не представлено. Пояснила, что срок нахождения ФИО1 в ИВС в 2005 году составил 16 дней, в 2009 году – 28 дней, в 2014 году – 8 дней, в 2015 году – 5 дней. Сведения о водворении истца в ИВС за 2006 год у административного ответчика отсутствуют.

Сведений о том, что условия содержания в ИВС в указанный период не отвечали действующим на тот момент санитарно-эпидемиологическим требованиям и привели к нарушению личных неимущественных прав содержащихся там лиц, в частности ФИО1, не имеется.

Отметила также, что обращение административного истца за компенсацией морального вреда, причиненного, по его мнению, в периоды с сентября 2005 года по январь 2018 года, было предметом рассмотрения административного дела №2а-52/2022.

Настаивала, что при рассмотрении административного дела № 2а-52/2022 по административному иску ФИО1 к межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по ЗАТО г. Североморск и г. Островной о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей по непредставлению ФИО1 ежедневных прогулок в период его содержания в изоляторе временного содержания межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, административному истцу разъяснялась возможность указания всех допущенных нарушений в ИВС при его содержании в заявленные им периоды.

Управление федерального казначейства по Мурманской области о дате, времени и месте рассмотрения дела извещено, просило рассмотреть дело в отсутствие представителя.

В соответствии с положениями статьи 150, части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть административное дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав участников процесса, изучив материалы административного дела, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 3 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» от 04.11.1950 и части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина согласно статье 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно статье 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 января 1950 года) никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» закреплено, что суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В силу статьи 1 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее по тексту - Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ), настоящий Федеральный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В соответствии со статьей 4 указанного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должны сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно статье 7 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ местом содержания под стражей являются изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

В силу статьи 9 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений.

В изоляторах временного содержания в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, а также подозреваемые и обвиняемые, переведенные из следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, для выполнения следственных действий, судебного производства за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного производства но не более чем на срок, предусмотренный законодательством Российской Федерации.

На основании статьи 13 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца. Основанием для такого перевода является постановление следователя или лица, производящего дознание, либо решение суда.

В силу статьи 23 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности (часть 1).

Согласно части второй статьи 23 Закона N 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (часть пятая статьи 23 Закона N 103-ФЗ).

Порядок деятельности изоляторов временного содержания органов внутренних дел в целях обеспечения режима содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений установлен Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утверждёнными Приказом МВД России от 22.11.2005 № 950 (далее по тексту - Правила).

В ИВС устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, их изоляцию, исполнение ими своих обязанностей, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Организация и обеспечение режима в ИВС, поддержание в нем внутреннего распорядка возлагается на соответствующего начальника территориального органа Министерства внутренних дел Российской Федерации, его заместителя - начальника полиции, заместителя начальника полиции (по охране общественного порядка), начальника ИВС.

В соответствии с пунктом 42 Правил подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие правилам гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Аналогичные нормы содержались и в Порядке деятельности изоляторов временного содержания органов внутренних дел в целях обеспечения режима содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений установленных Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными Приказом МВД России от 26.01.1996 N 41, действовавшими в спорный период (2005 год).

Таким образом, учитывая вышеуказанные правовые нормы, за подозреваемыми и обвиняемыми, закреплено право на надлежащие условия содержания под стражей, включающие в том числе те условия, на которые указывает в административном иске административный истец.

В соответствии с частью 3 статьи 9 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции и финансируются за счёт средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел. Решения об их создании, реорганизации и ликвидации принимаются в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

МВД России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, а также по выработке государственной политики в сфере миграции.

Подпунктом 36 пункта 8 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 19.07.2004 № 927 (действовавшем по 30.04.2011) и подпунктом 63 пункта 12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 01.03.2011 № 248 (действовавшем по 21.12.2016) установлено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание МВД России и реализацию возложенных на него функций.

Таким образом, финансовое и материально-техническое обеспечение деятельности МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной осуществляется в порядке, установленном законодательством Российской Федерации и нормативными правовыми актами МВД России.

ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной является структурным подразделением МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, финансирование которого осуществляется за счёт средств федерального бюджета по смете МВД России, при этом УМВД России по Мурманской области как территориальный орган МВД РФ является получателем бюджетных средств от их главного распорядителя - МВД России.

Министерство внутренних дел РФ и МО МВД по ЗАТО г. Североморск и г. Островной как территориальный орган внутренних дел несут обязанность по организации и обеспечению, в том числе в части финансирования, надлежащих условий содержания лиц, находящихся под стражей в качестве подозреваемых и обвиняемых, в ИВС МО МВД по ЗАТО г. Североморск и г. Островной.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что межмуниципальный отдел МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной расположен на первом этаже жилого пятиэтажного дома № 24 по улице Сафонова в г. Североморске Мурманской области.

До января 2011 года в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной находилось 4 камеры:

камера № 1 на 6 (шесть) человек, общей площадью 10,32 кв.м.;

камера № 2 на 6 (шесть) человек, общей площадью 10,85 кв.м.;

камера № 3 на 6 (шесть) человек, общей площадью 12,21 кв.м.;

камера № 4 на 2 (два) человека, общей площадью 5,33 кв.м.

В ИВС общая площадь 4-х камер (лимит мест 20) составляла 38,71 кв.м., и поэтому не соответствовала предъявляемым требованиям законодательства, т.к. составляла 1,9 кв.м. на одного человека.

Как следует из пояснений представителя административного ответчика, указанное нарушение устранялось путём снижения количества мест в камерах.

Решением Североморского городского суда от 17.05.2011 по гражданскому делу № 2-752/2011 по иску и.о. прокурора г.Североморска к ОВД в ЗАТО г.Североморск, УВД по Мурманской области о производстве капитального ремонта и создании условий содержании в изоляторе временного содержания постановлено: «Обязать ОВД в ЗАТО г. Североморск года произвести капитальный ремонт и создать условия содержания в изоляторе временного содержания ОВД в ЗАТО г Североморск, расположенному по адресу: <...> – в соответствии с требованиями законодательства, а именно: обеспечить условия для реализации лицами, содержащимися в ИВС в ЗАТО г. Североморск права на ежедневную прогулку (п. 11 ст. 17 Федерального Закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»), обеспечить в камерах ИВС площадь на одного человека в размере четырех квадратных метров (ст. 22 Федерального Закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»), обеспечить наличие комнаты свиданий, дезкамеры (п. 16.1 СП 12-95), установить в камерах ИВС окна, створные оконные переплеты, оборудованные форточками (и.п. 17.11. 17,12, 17.15 СП 12-95) – в срок 01.12.2011. В удовлетворении требований о приостановлении деятельности изолятора временного содержания ОВД в ЗАТО г. Североморск отказано».

Определением судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 29.06.2011 данное решение оставлено без изменения, кассационное представление исполняющего обязанности прокурора г.Североморска без удовлетворения. Решение суда вступило в законную силу.

В соответствии с ч.2 ст.64 КАС РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Поскольку предметом рассмотрения гражданского дела №2-752/2011 являлась оценка соответствия условий содержания подозреваемых и обвиняемых в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной требованиям Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также Правилам внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утверждённым Приказом МВД России от 22.11.2005 № 950; выявленные и установленные в ходе рассмотрения дела нарушения соответствуют некоторым недостаткам в условиях содержания, указанным ФИО1 в настоящем административном исковом заявлении; субъектный состав лиц, ответственных за надлежащую организацию условий содержания подозреваемых и обвиняемых в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, является идентичным, суд полагает возможным при рассмотрении настоящего дела руководствоваться вышеприведенными судебными актами.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что указанные в административном исковом заявлении ФИО1 нарушения требований действующего законодательства в части обеспечения надлежащих условий содержания лиц в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, а именно: отсутствия окон в камерах, несоблюдение санитарной нормы содержания на 1 человека (4 кв.м.) нашло свое подтверждение.

Кроме того, в соответствии с пунктом 45 Правил от 22.11.2005 № 950 камеры ИВС оборудуются: санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности.

Из ходатайства начальника ОВД в ЗАТО г. Североморск ФИО4, направленного в Североморский районный суд Мурманской области по гражданскому делу № 2-752/2011 следует, что с июля по август 2007 года была произведена реконструкция камер в результате которой камеры были оборудованы столами и скамейками по лимиту мест в камерах, санитарным узлом с соблюдением требований приватности.

Вместе с тем, административными ответчиками не представлено доказательств тому, что камеры ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной были оборудованы в соответствии с указанными выше требованиями санитарным узлом до 2007 года.

Несмотря на то, что в ходе рассмотрения дела не представилось возможным с достоверностью определить обстоятельства отправления естественных потребностей в установленные в камерах ведра, факт отсутствия в камерах санитарного узла, административными ответчиками не опровергнут.

Представленный в материалы дела административным ответчиком технический паспорт ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, не может быть принят судом в качестве доказательств наличия в камерах санитарного узла, поскольку как следует из листа отметок о проверке технического паспорта (с 2013 года), а также сведений о текущем ремонте и реконструкции в 2011 году, данный технический паспорт не отражает фактического состояния ИВС в рассматриваемый период - 2005-2006 годы.

При этом как следует, из замечаний по обследованию помещений ИВС в ЗАТО г. Североморск, по адресу: ул. Сафонова, 24, от 09.06.2007 года, составленных при комиссионном обследовании, в камерах нет умывальников, унитазов, отсутствуют оконные проемы.

Вместе с тем, доводы ФИО1 об отсутствии в камерах вентиляции, в ходе рассмотрения дела своего подтверждения не нашли.

Так, из акта санитарного обследования от 26.05.1999 года следует, что помещения ИВС обеспечены приточной вытяжной технической вентиляцией, из акта санитарного обследования ИВС от 24 апреля 2006 года, составленного должностным лицом Центра государственного санэпиднадзора УВД по Мурманской области, следует, что камеры ИВС были оборудованы лампами накаливания, которые обеспечивали искусственное освещение, а также механической приточно-вытяжной вентиляцией.

Таким образом, доводы административного истца за период 2005, 2006, 2009 года нашли свое объективное подтверждение лишь в части.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что указанные в административном исковом заявлении нарушения требований действующего законодательства в части обеспечения надлежащих условий содержания лиц в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, а именно: отсутствия окон в камерах, несоблюдение санитарной нормы содержания на 1 человека (4 кв.м.) в период 2005, 2006 и 2009 годах, отсутствие унитазов в период 2005-2006 года нашло свое подтверждение.

В части доводов административного истца о нарушении его прав при содержании в ИВС в 2014 году судом установлено следующее.

С целью создания в ИВС условий содержания в соответствии с требованиями законодательства, МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной были заключены государственные контракты № 0349100009711000014-0173298-01-15 от 30.10.2011 и № 0349100009711000015-0173298-01-19 от 11.11.2011 на выполнение работ по капитальному ремонту помещений ИВС и оборудованию помещений ИВС вентиляционной системой, по окончании которых в камерах ИВС обеспечена площадь на одного человека в размере четырех квадратных метров, изолятор временного содержания оборудован комнатой свиданий, в камерах ИВС установлены окна, створные оконные переплеты, оборудованные форточками. Вышеуказанные ремонтные работы выполнены в полном объеме.

Из представленного в материалы дела административным ответчиком копии технического паспорта ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, следует, что с 2011 года и до настоящего времени в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной 4 камеры (с лимитом мест 8). В каждой камере имеется санузел, умывальники с горячей и холодной водой. В камерах № 1,3,4 оборудованы окнами.

Таким образом, в периоды нахождения административного истца (2014 г.г.) камеры ИВС г. Североморска были оборудованы санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности.

Оснащение камер напольными чашами "генуя" не свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав либо посягающих на принадлежащие административному истцу неимущественные блага, поскольку подобное устройство используется по прямому назначению, сведений об индивидуальных физиологических особенностях истца, в силу которых он мог испытывать неудобства, в материалах дела не имеется. В связи с чем, доводы административного истца о наличии нарушения, связанного с оснащением камер напольными чашами "Генуя" вместо унитазов, судом отклоняются.

Согласно пояснениям административного истца в 2014 году также не соблюдались санитарные нормы содержания на 1 человека (4 кв.м.) при нахождении его 17.02.2014 и 26.04.2014 в камере № 4 (одноместная камера) и 19.03.2014 в двухместной камере втроем.

Указанные обстоятельства подтверждаются и письменными возражениями ответчика.

Согласно пояснений представителя ответчика, указание в отзыве на нахождение административного истца в одноместной камере с другим задержанным, отражает лишь записи журнала покамерного размещения и не свидетельствует об одновременном нахождении задержанных в камере, отмечая что фактического пересечения задержанных не допускалось.

Определяя периоды содержания административного истца в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной суд исходит из следующего.

Согласно приговора Североморского городского суда Мурманской области от 01 марта 2005 года ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 115 ч. 1 УК РФ и ст. 161 ч. 2 п. «а» УК РФ, по совокупности преступлений назначено окончательное наказание в виде 2 лет 1 месяца лишения свободы условно. Мера пресечения в виде подписки о невыезде отменена после вступления приговора в законную силу.

Приговором Североморского городского суда Мурманской области от 11 ноября 2005 года ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч. 3 УК РФ и по совокупности приговоров присоединено наказание по приговору от 01.03.2005 и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года и 3 месяца с отбыванием наказания исправительной колонии общего режима. В срок отбывания наказания зачтено время содержания под стражей с 25 августа 2005 года по 10 ноября 2005 года. Мера пресечения оставлена без изменения в виде заключения под стражей.

В соответствии с приговором Североморского городского суда от 22 марта 2006 года ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 186 ч. 1 УК РФ, по совокупности преступлений назначено окончательное наказание в виде пяти лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В срок отбывания наказания зачтено время содержания и под стражу с 25 августа 2005 года по 21 марта 2006 года.

Согласно приговора Североморского городского суда Мурманской области от 10 ноября 2009 года ФИО5 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст.158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, по совокупности преступлений назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев. К назначенному наказанию частично присоединено не отбытое наказание по приговору Североморского городского суда от 22 марта 2006 года и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев. Мера пресечения в виде заключения под стражей оставлена прежняя. В срок отбытия наказания зачтено время задержания под стражей с 05 августа 2009 года по 09 ноября 2009 года.

Приговором мирового судьи судебного участка № 2 г. Североморска Мурманской области от 26.03.2014 года ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ. Мера пресечения изменена на заключение под стражу. В срок наказания зачтено время задержания и содержание под стражей по настоящему делу с 06.02.2014 по 19 марта 2014, а также время задержания и отбытия наказания по приговору от 25.02.2014 с 24.12.2013 по 26.12.2013 и с 25.02.2014 по 25.03.2014 год включительно.

Из письменных возражений ответчика следует, что ФИО5 в спорные периоды находился в ИВС, а именно: 25.08.2005 – в камере №1, на момент его помещения содержалось 3 человека, с 26.08.2005 – переведен в камеру №3, где содержался 1 человек, с 27.08.2005 по 28.08.2005 содержался в камере №3, где одновременно содержалось (с учетом административного истца) не более двух человек, с 29.08.2005 по 02.09.2005 - в камере №1, где содержался один человек (административный истец), с 20.09.2005 по 22.09.2005 - в камере №1, в период содержания административного истца в камере одновременно содержалось не более пяти человек, с 01.11.2005 по 02.11.2002 - в камере №1, в период содержания административного истца в камере одновременно содержалось не более трех человек, с 10.11.2005 по 11.11.2005 – в камере №1, в период содержания административного истца в камере одновременно содержалось четыре человека.

Таким образом, в 2005 году общий срок нахождения в ИВС составил 16 дней.

В ходе судебного разбирательства представитель административного ответчика МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной пояснила, что сведения о водворении ФИО1 в ИВС ОВД ЗАТО г. Североморск и г. Островной в 2006 году отсутствуют в связи с тем, что соответствующая документация не сохранена. Вместе с тем бремя доказывания данного обстоятельства возложена на сторону ответчика, и в связи с тем, что доказательств, опровергающих факт пребывания ФИО1 в ИВС ЗАТО г. Североморск и г. Островной не представлено, суд при вынесении решения учитывает пояснения административного истца, которые в силу части 2 статьи 68 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации являются доказательствами по делу.

В 2009 году административный истец содержался в ИВС в периоды: 06.08.2009 в камере №3, в которой содержался один человек, 11.08.2009 – переведен в камеру №2, в которой никто не содержался, 24.08.2009 - в камере №2, в которой никто не содержался, 16.09.2009 - в камере №1, в которой на момент помещения административного истца находился один человек, 28.09.2009 - в камере №1, в которой на момент помещения административного истца находился один человек, 07.10.2009 - в камере №2, в которой содержалось два человека, 03.11.2009 - в камере №1, в которой содержалось четыре человека, 10.11.2009 - в камере №1, в которой содержалось два человека.

Общий срок нахождения ФИО1 в ИВС в 2009 году составил 28 дней.

В 2014 году административный истец содержался в ИВС: 07.02.2014 в камере №1, в которой содержался один человек, 17.02.2014 – в камере №4, в которой содержался один человек, 21.02.2014 – в камере №3, в которой содержался один человек, 25.02.2014 - в камере №3, в которой содержался один человек, 19.03.2014 – в камере №2, в которой содержалось два человека, 25.03.2014 – в камере №1, в которой содержался один человек, 26.03.2014 – в камеру №4, в которой содержался один человек. Всего в 2014 году ФИО1 находился в ИВС 8 дней.

Изложенное подтверждает позицию административного истца о том, что в связи с проведением с его участием следственных действий и судебных заседаний он в течение указанного им периода неоднократно доставлялся в изолятор временного содержания, где ему не были обеспечены надлежащие условия содержания под стражей.

При этом суд учитывает, что именно на административном ответчике лежит бремя представления доказательств в обоснование возражений относительно административных исковых требований, однако стороной ответчика таких доказательств, с достоверностью опровергающих доводы административного истца, суду не представлено.

Вместе с тем, суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статья 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, устанавливающая особенности подачи и рассмотрения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, введена в действие Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», то есть после возникновения спорных правоотношений. Следовательно, суд при разрешении данного дела должен учитывать и положения статьи 151, и главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации, включающей помимо общих положений параграф 4 «Компенсация морального вреда».

Гражданский кодекс Российской Федерации определяет моральный вред как физические или нравственные страдания гражданина, причиненные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, который подлежит возмещению путем возложения судом на нарушителя обязанности денежной компенсации указанного вреда; устанавливает обязанность суда при определении размеров компенсации морального вреда принимать во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывать характер, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред, степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, а также исходить из требований разумности и справедливости. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред (статья 151, пункт 2 статьи 1101 названного Кодекса).

На необходимость оценивать степень нравственных или физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий, обращено внимание в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностного лица, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответствующей казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

Незаконность действий государственных органов, должностных лиц устанавливается в предусмотренном законом порядке: вступившими в силу решениями суда или актами государственных органов.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 3 этого же постановления предусмотрено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пунктах 1, 2, 3 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Административным истцом ФИО1 в обоснование заявленных требований в части компенсации за нарушении условий содержания в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной в качестве подозреваемого и обвиняемого в периоды осуществления предварительного следствия и участия в судебных заседаниях приведен временной период 2005, 2006, 2009, 2014 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 62 КАС Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом.

Как разъяснено в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», в силу частей 2 и 3 ст. 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем, административному истцу надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие его права, свободы и законные интересы нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишенных свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются).

Действительно, в ходе рассмотрения дела части нашли свое подтверждение доводы административного истца о том, что условия его содержания в изоляторе временного содержания не в полной мере соответствовали требованиям закона.

Однако данные нарушения с учетом их незначительного характера и небольшого периода содержания в ИВС (несколько дней) нельзя признать существенными. Никаких доказательств, свидетельствующих о наступлении для административного истца каких-либо неблагоприятных последствий в результате несоответствия условий его содержания требованиям закона и Правил внутреннего распорядка, ФИО1, вопреки требованиям ст. 62 КАС Российской Федерации, суду не представлено, сведения о том, какие его права, свободы и законные интересы нарушены, не приведены.

Согласно ответу Прокуратуры города Североморска от 08.12.2022 №Исорг-20470019-1304-22/5780-20470019, предоставить сведения по обращениям ФИО1 в прокуратуру с жалобами на условия содержания в ИВС ОВД г. Североморска, а также о проведении проверок содержания лиц в ИВС ОВД г. Североморска за период до 2017 года не представляется возможным, в связи с истечением сроков архивного хранения и уничтожения соответствующих документов; за период с 2017 по 2022 год обращений анализируемой категории в прокуратуру города не поступало.

В то же время суд учитывает, что с жалобами на ненадлежащие условия содержания в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной в соответствующий временной период ФИО1 не обращался, что не оспаривалось им в судебном заседании.

Таким образом, существенных нарушений условий содержания истца в изоляторе временного содержания, которые могли бы повлечь неблагоприятные для него последствия, причинить ему нравственные или физические страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, и явиться основанием для взыскания в его пользу компенсации, при рассмотрении дела не установлено. Доказательств, свидетельствующих о жестоком или унижающем человеческое достоинство обращении, не представлено.

Необходимо учитывать, что содержание административного истца в ИВС связано с его противоправным поведением, а именно, в связи с совершением им преступления, за которое впоследствии он был осужден к лишению свободы. Само по себе содержание под стражей безусловно изменяет привычный образ жизни человека и имеет определенные морально-психологические последствия, ограничивая его права и свободы не только как гражданина, но и как личности, что обусловлено целью защиты нравственности, прав и законных интересов других лиц.

Таким образом, совокупность юридически значимых обстоятельств, являющихся основанием для возмещения вреда в соответствии со статьей 1069 ГК Российской Федерации в период содержания ФИО1 в ИВС г. Североморска в заявленные периоды отсутствует, суд полагает заявленные им требования о взыскании компенсации за нарушение условий содержания необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В качестве одной из задач административного судопроизводства Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации устанавливает защиту нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций в сфере административных и иных публичных правоотношений (пункт 2 статьи 3), а также гарантирует каждому заинтересованному лицу право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов (часть 1 статьи 4).

Применительно к судебному разбирательству по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов, организаций, лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, механизм выполнения данной задачи предусматривает обязанность суда по выяснению, среди прочего, нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление (пункт 1 части 9 статьи 226).

В соответствии с пунктом 1.1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное, административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа либо организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на доступ к правосудию (статья 46 Конституции Российской Федерации), право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (пункт 2), а проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности (пункт 12).

Отказ в удовлетворении административного иска только по мотиву пропуска процессуального срока обращения в суд без установления иных обстоятельств, предусмотренных частью 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может фактически повлечь отказ в защите нарушенного права без проверки законности оспариваемого бездействия.

Из приведенных законоположений следует обязанность суда первой инстанции при решении вопроса о пропуске срока обращения в суд в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации выяснять причины такого пропуска.

В силу ч.7 ст.219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом.

В ходе судебного разбирательства административными ответчиками заявлено о пропуске установленного Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока на обращение в суд с данным административным иском.

ФИО1, возражая против применения последствий пропуска данного процессуального срока, указал, что обратился в суд с рассматриваемым административным исковым заявлением сразу же, как только изучил законодательство и узнал о возможности судебной защиты нарушенного права, а также появилась техническая возможность составить иск. При этом ссылался на юридическую безграмотность и на состояние здоровья, указав что дважды болел в 2022 году коронавирусом.

Однако, судом установлено, что решением Североморского районного суда Мурманской области от 11 января 2022 года административное исковое заявление ФИО1 к межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, Министерству внутренних дел Российской Федерации по ЗАТО г. Североморск и г. Островной о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей удовлетворены частично. Признано незаконным бездействие межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по ЗАТО г. Североморск и г. Островной содержания по непредставлению ФИО1 ежедневных прогулок в период его содержания в изоляторе временного содержания межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по ЗАТО г. Североморск и г. Островной.

Указанным решением в пользу ФИО1 взыскана компенсация за нарушение условий содержания в изоляторе временного содержания в размере 10 000 рублей.

Следовательно, о нарушении своих прав сотрудниками ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной в спорные периоды, а также о возможности обратиться за их защитой в суд, административному истцу было известно в ноябре 2021 года (01.11.2021 года дата написания искового заявления в суд). Однако настоящий административный иск поступил в Североморский районный суд 01.12.2022, т.е. спустя более чем 3 месяца с момента, когда ему стало известно о возможности судебной защиты нарушенного права.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, суд не находит оснований признать причины пропуска срока уважительными и восстановить указанный срок в порядке, предусмотренном частью 7 статьи 219 КАС Российской Федерации.

Таким образом, оснований для удовлетворения административного иска ФИО1 о присуждении компенсации за нарушении условий содержания в ИВС г.Североморска не имеется, в том числе и по мотиву пропуска срока за обращением в суд.

Иные доводы административного истца, о незаконности действий (бездействия) административных ответчиков, в том числе, связанные с несвоевременным направлением истцу отзыва на административное исковое заявление, основаны на ошибочном толковании норм материального и процессуального права, а потому во внимание судом также не принимаются.

Оценив представленные в деле доказательства, суд находит требование административного истца о присуждении ему компенсации за нарушение условий содержания в ИВС МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной необоснованным и не подлежащим удовлетворению, отказывая в удовлетворении административного иска в полном объеме.

Согласно требованиям части 1 статьи 178 КАС РФ суд принимает решение по заявленным административным истцом требованиям.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по ЗАТО г. Североморск и г. Островной, Министерству внутренних дел Российской Федерации о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей - отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Североморский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий М.А. Привалова