РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 июля 2025 года адрес

Головинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Ивановой О.М., при помощнике судьи фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-3363/2025 по иску ФИО1 к ООО «МПГО» об установлении факта трудовых отношений, признании их прекращения незаконным, взыскании,

УСТАНОВИЛ:

Истец фио обратился в суд с иском к ответчику ООО «МПГО» о признании отношений, вытекающих из гражданско-правового договора трудовыми, признании прекращения трудовых отношений незаконным, взыскании невыплаченной заработной платы за январь 2025 года в размере сумма, среднего заработка за время вынужденного прогула с февраля 2025 года по март 2025 года в размере сумма, среднего заработка за время вынужденного прогула с февраля 2025 года по дату исполнения судебного решения, компенсации морального вреда в размере сумма, мотивируя свои требования тем, что 10.10.2022 между истцом фио и ответчиком ООО «МПГО» заключен договор оказания консультационных услуг № 10/10/22-2, в рамках которого истец фактически был принят на работу на должность коммерческого директора, при этом гражданские договоры также были заключены истцом с ООО «Наноклин», ИП фио и ИП фио Истец выполнял свои трудовые функции по адресу: адрес, башня А, месячная заработная плата составляла сумма ООО «МПГО» не были надлежащим образом оформлены документы о приеме истца на работу, выполнение истцом обязанностей носило регулярный характер на протяжении более 2 лет, истец соблюдал установленный режим работы, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка и выполнял указания работодателя. Выставленный истцом акт приемки выполненных работ от 31.01.2025 № 15 ответчик подписывать отказался, направив истцу мотивированный отказ от подписания акта, и односторонний отказ от исполнения заключенного договора. В связи с этим истцом 21.02.2025 была направлена ответчику претензия с указанием, что истец в качестве индивидуального предпринимателя надлежащим образом исполнил свои обязательства, что подтверждается актом от 31.01.2025 № 15 о приемке выполненных работ на сумму сумма, и истец просит произвести оплату задолженности.

Истец, представитель истца в судебное заседание явились, доводы искового заявления поддержали, настаивали на его удовлетворении.

Представитель ответчика ООО «МПГО» в судебное заседание явился, просил отказать в удовлетворении требований, по доводам представленных письменных возражений, согласно которым истец, оказывающий услуги в качестве индивидуального предпринимателя, в рамках взаимных договоренностей сторон заключил с ответчиком договор оказания консультационных услуг от 10.10.2022 № 10/10/22-2, в рамках которого периодически оказывал ответчику услуги информационного, консультационного и правового характера, что имело отражение в подписываемых сторонами актах оказанных услуг. При этом истец в качестве индивидуального предпринимателя зарегистрировался в 2010 году и неоднократно вносил дополнения в коды ОКВЭД (регистрируя изменения в 2011, 2017, 2019 годах), что, по мнению ответчика, свидетельствует об оказании истцом услуг в качестве индивидуального предпринимателя и до периода взаимодействия с ответчиком, а также активном развитии истцом своей предпринимательской деятельности. Оплат регулярного характера от ответчика в пользу истца не производилось, за всё время взаимодействия по договору с октября 2022 года по декабрь 2024 года, т.е. в течение 27 месяцев, истцу в разные месяцы за оказание услуг от ответчика было произведено 16 выплат вознаграждения, в различном размере, зависящем от оказанной истцом услуги. В условиях отсутствия расчета взыскиваемых сумм, который истцом суду предоставлен не был, месячная сумма, указанная истцом для взыскания в размере сумма ничем не обоснована, при этом, при обращении в суд истец также указал, что в январе 2025 г. им оказаны услуги для другого юридического лица ООО «Наноклин», на аналогичную сумму сумма, что подтверждает, что истец не являлся работником ответчика и не мог выполнять трудовые обязанности у ответчика по основному месту работы на условиях 40-часового рабочего дня, поскольку в спорный период, согласно утверждениям истца, он оказывал услуги другому юридическому лицу, а также, согласно представленной истцом выписке с его банковского счета, в январе 2025 г. истец оказал услуги для ИП фио, за которые истцу была произведена оплата в размере сумма, что также свидетельствует как об оказании истцом услуг контрагентам в январе 2025 г., так и об отсутствии выполнения каких-либо работ для ответчика в статусе работника, и необоснованности указания истцом размера месячной оплаты сумма

Изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

Частью 1 ст.46 Конституции Российской Федерации установлено, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно Конституции Российской Федерации право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статьи 17 и 18; статья 46, части 1 и 2; статья 52).

Из приведенных конституционных положений следует, что правосудие как таковое должно обеспечивать эффективное восстановление в правах и отвечать требованиям справедливости (п. 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенное в определении от 08 ноября 2021 г. № 18-КГ21-100-К4, в целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определённым графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей её; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью четвёртой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном данным кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определённую этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя - физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трёх рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвёртой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвёртый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключённого между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределённость в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведённых в этих статьях определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утверждённым работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абзацы пятый и шестой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьёй 191 Трудового кодекса Российской Федерации, часть третья которой содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В соответствии с частью четвёртой статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключён договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвёртой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключённым и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума от 29 мая 2018 г. № 15) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определённой, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчинённость и зависимость труда, выполнение работником работы только по определённой специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвёртый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключённым. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесён к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвёртая статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац первый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Так, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определённые трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определённой трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несёт риска, связанного с осуществлением своего труда (абзац второй пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Если между сторонами заключён гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвёртой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац четвёртый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

Из приведённого правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судами первой и апелляционной инстанций применены неправильно, без учёта Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, судебными инстанциями не установлены, действительные правоотношения сторон не определены.

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство в том числе определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведённых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определённого задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговорённому сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определённые трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определённой трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несёт риска, связанного с осуществлением своего труда.

В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частью 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применён по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Учитывая изложенное, при рассмотрении настоящего дела юридически значимыми и подлежащими определению и установлению являются обстоятельства того, имели ли отношения, возникшие между истцом и ответчиком на основании договора возмездного оказания услуг, признаки трудовых отношений, для чего суду необходимо было установить: осуществлялась ли истцом по договору от 10 октября 2022 г. деятельность на основании индивидуально-конкретного задания к оговорённому сроку за обусловленную в договоре плату или им выполнялись в интересах ответчика определённые трудовые функции, входящие в обязанности работника в должности коммерческого директора; сохранял ли истец положение самостоятельного хозяйствующего субъекта и работал на свой риск как исполнитель по договору возмездного оказания услуг или как работник выполнял работу в интересах, под контролем и управлением работодателя; был ли истец интегрирован в организационный процесс ответчика; подчинялся ли истец установленному в организации ООО «МПГО» режиму труда; распространялись ли на истца указания, приказы, распоряжения работодателя; предоставлял ли ответчик истцу имущество для выполнения им работы; каким образом оплачивалась работа истца и являлась ли оплата работы в ООО «МПГО» для истца единственным и (или) основным источником доходов.

Как установлено судом, следует из материалов дела и объяснений сторон, истец зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя 26.05.2010 (ОГРНИП <***>). После 2010 года истец неоднократно регистрировал изменения в видах осуществляемой им экономической деятельности (ОКВЭД).

10.10.2022 между истцом и ответчиком заключен договор оказания консультационных услуг № 10/10/22-2, согласно которому истец в качестве индивидуального предпринимателя принял на себя обязательства оказывать ответчику информационные, консультационные и правовые услуги.

При этом, при обращении с требованием о признании отношений трудовыми с ответчиком, истец представил суду ещё три договора, согласно которым он оказывал услуги в качестве индивидуального предпринимателя в отношении следующих контрагентов: ООО «Наноклин» (договор от 01.06.2023), ИП фио (договор от 10.10.2022), ИП фио (договор от 10.10.2022).

В качестве подтверждения выполнения трудовых обязанностей у ответчика ООО «МПГО», истец предоставил пропуск, выданный истцу ООО «Наноклин», анкету юридического лица, являющуюся приложением № 1 к договору возмездного оказания услуг по привлечению клиентов, с указанием на адрес электронной почты истца, письмо, подписанное непосредственно истцом, в котором указана его должность коммерческий директор, а также переписку, согласно которой истец в январе 2025 года получил информацию, что более задач для истца нет.

Надлежащих доказательств, подтверждающих, что истец обращался к ответчику с просьбой или заявлением о приеме на работу, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка ответчика, выполнял трудовые обязанности на регулярной основе на условиях нормальной продолжительности рабочего времени 40 часов в неделю (статья 91 Трудового кодекса Российской Федерации), или на иных согласованных сторонами условиях продолжительности рабочего времени, в суд не представлено.

Также в материалах дела не имеется сведений о регулярных производимых истцу ответчиком выплатах, поскольку представленные истцом доказательства подтверждают, что в период взаимодействия с ответчиком истцу выплачивались следующие суммы: 07.11.2022 сумма сумма; 20.12.2022 сумма сумма; 03.02.2023 сумма сумма; 03.03.2023 сумма сумма; 05.04.2023 сумма сумма; 20.04.2023 сумма сумма; 10.05.2023 сумма сумма; 06.06.2023 сумма сумма; 20.06.2023 сумма сумма; 04.08.2023 сумма сумма; 03.11.2023 сумма сумма; 20.12.2023 сумма сумма; 08.01.2024 сумма сумма; 19.01.2024 сумма сумма; 11.03.2024 сумма сумма; 06.11.2024 сумма сумма

Таким образом, материалами дела не подтверждается, что договор возмездного оказания услуг был заключен вопреки волеизъявлению Истца, и в действительности регулировал трудовые отношения между истцом и ответчиком.

Также, по мнению суда, заслуживают внимания доводы ответчика о том, что к обращению истца в суд могут быть применены последствия пропуска срока исковой давности, с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15, являющихся актуальными для всех субъектов трудовых отношений (согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 08 ноября 2021 г. № 18-КГ21-100-К4), и согласно которым при разрешении споров о признании трудовыми отношений и возникших на основании гражданско-правового договора, и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

Учитывая, что в ходе судебного заседания истец сообщил суду, что в момент заключения с ним как с индивидуальным предпринимателем оспариваемого договора от 10.10.2022, истец просил оформить с ним трудовые отношения, т.е. согласно позиции самого истца в дату заключения гражданского договора ему было известно о возможном нарушении его прав, к данному обращению истца в суд может быть применен трехмесячный срок, установленный статьей 392 Трудового кодекса РФ.

Учитывая изложенное выше, суд приходит к выводу о том, что заключение 10.10.2022 между истцом и ответчиком договора оказания консультационных услуг № 10/10/22-2 прав истца не нарушало, производилось в рамках волеизъявления сторон, отвечало их интересам, и было осуществлено сторонами в соответствии с требованиями действующего законодательства.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании отношений с ООО «МПГО» трудовыми.

Поскольку в удовлетворении основного требования отказано, оснований для удовлетворения производных требований о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации за задержку заработной платы, компенсации морального вреда не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «МПГО» об установлении факта трудовых отношений, признании их прекращения незаконным, взыскании – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Головинский районный суд адрес.

Мотивированное решение суда изготовлено в окончательной форм 01.11.2025

Судья: О.М. Иванова