Гражданское дело № 2-1314/2022
74RS0030-01-2022-001373-08
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 августа 2022 г. г. Магнитогорск
Правобережный районный суд гор. Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего судьи: Мухиной О.И.,
с участием помощника прокурора Правобережного района г. Магнитогорска Нурмухаметова Н.В.,
при секретаре: Мухаметжановой А.Е.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная психоневрологическая больница № 5» о признании незаконным информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, признании незаконным отказа в оформлении доверенности, взыскании компенсации морального вреда, убытков,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная психоневрологическая больница № 5» (далее ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5», с учетом измененного иска просила: признать незаконным информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, подписанное перед производством судебной психиатрической экспертизы 05 марта 2022 года; признать незаконным отказ главного врача в оформлении доверенности на получение почтовой корреспонденции; взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда за нарушение неимущественных прав в размере 20 000 руб., 100 000 руб. -за причинение вреда здоровью; взыскать в свою пользу расходы за неиспользованную услугу за пользование интернет -соединением посредством сим-карты ООО «Скател» в размере 350 руб., оформлению доверенности 2 100 руб.(л.д.4-8, 198 т.1).
В обоснование иска указано, что на основании постановления Правобережного районного суда г. Магнитогорска от 24 ноября 2021 года в отношении истца назначено проведение стационарной судебной экспертизы в рамках уголовного дела. 04 марта 2022 года истец была выписана из поликлиники по месту жительства с диагнозом «». Температуры и насморка, кашля у истца не наблюдалось. 05 марта 2022 года истец была помещена в санитарную комнату ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5», в которой не имелось окон, комната не проветривалась, в комнате было сыро, не было тумбочки, рядом находился туалет и 5 умывальников, в которые постоянно ходили мыться и наливать воду пациенты. Одеяло не выдавалось, укрывалась отдельной простынкой. После нахождения в указанной комнате с 05 марта 2022 года по 09 марта 2022 года истцом подано заявление на имя заведующей П.М.Ю.., а днем, обратилась с просьбой вызвать терапевта, поскольку почувствовала недомогание, После выполнения рентгена истцу сообщили, что она заболела . Только 09 марта 2022 года истец была переведена из санитарной комнаты в платную палату, где до 01 апреля 2022 года находилась одна. Примерно 15 марта 2022 года у истца . Полагает, что вред здоровью был причинен по вине ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5», которым не были соблюдена санитарные правила. Кроме того, у истца в приемном покое были изъяты телефон, планшет, связь, по которому была оплачена на месяц вперед, изъяли без причин бюстгальтер, отобрана специальная мягкая тряпочка для очков, чехол для очков, посуду, чай в пакетиках, не выдавался 2 недели бритвенный станок. Истцу не выдавала горячий чай, еду, которую ей приносили, выдавали только 2 раза в день -утром и вечером, в остальное время еда находилась по замком учреждения, доступа к ним не было. Не было возможности заниматься творчеством, в приемном покое не дали взять в палату блокнот и ручку, что писать стихи (заниматься творчеством). Истец была лишена возможности писать стихи целый месяц. В первые дни истцу ограничили право на телефонный звонок матери с телефона стационара, указав, что имеется очередь, и разговоры должны быть не более 5 минут в день. С 09 марта 2022 года по 25 марта 2022 года истец принимала лекарственные средства, в том числе, антибиотики, на один из которых возникла аллергическая реакция. При этом, теплый чай и теплое питье, рекомендованное врачом, истец могла пить только по вечерам, а также, когда появиться желание санитарок и медсестер предоставить воду. Истцу не давали активно ходить, постоянно просили быть в палате, из-за чего большую часть времени истцу пришлось пробыть без активной физической нагрузки. После выписки в первый день возникла боль в мышцах и травмированном колене на нагрузку, когда истец стала активно ходить. С данным состоянием истец обратилась в поликлинику по месту жительства. Нарушена тайна переговоров истца матерью, поскольку при разговоре со стационарного телефона, рядом находились пациенты. При обращении с устной претензией к заведующему отделением П.М.Ю., истцу было сообщено, что телефоном и планшетом, она может пользоваться только после выписки. Истец была помещена не в отдельное экспертное отделение, а общее отделение, где находятся на лечении люди больными психическими заболеваниями, которые мешали спать остальным криками и воями на протяжении всей ночи и дня. Из -за чего истец не могла уснуть, психологическое состояние ухудшилось в первые дни. На замечания медперсоналу, истцу отвечали в грубой форме, что недопустимо. С нарушением получено информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, поскольку истец легла в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» не на лечение. ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» отказано в оформлении доверенности, в связи с чем истец вынуждена оформить нотариальную доверенность, понесла расходы 2100 руб. ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» нарушено право истца на получение информации, переписку, занятие литературным творчеством, физическую и психическую неприкосновенность (самостоятельно распоряжаться своим телом), право на благоприятную окружающую среду в связи с нахождением с 05 марта 2022 года по 09 марта 2022 года в санитарной комнате, а не палате. В добровольном порядке вред не возмещен.
Определением суда 25 апреля 2022 года в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено Министерство здравоохранения Челябинской области, 08 июня 2022 года произведена замена третьего лица Правобережного межрайонного следственного комитета на Следственный комитет РФ по Челябинской области(л.д. 239 т.2).
Истец ФИО1 в судебном заседании требования поддержала по доводам иска, настаивала на том, что ей был причинен вред здоровью, здоровье до настоящего времени не восстановлено.
Представитель ответчика ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» по доверенности ФИО2 требования не признала, представила в материалы дела письменные возражения. Не оспаривала нахождение истца в санитарной комнате в период с 05 марта 2022 года по 09 марта 2022 года, объясняя действием карантинных мер, невозможностью не принять истца в качестве подэкспертного. Полагала при этом, что права истца не были нарушены, жалоб не поступало. Санитарная комната имеет естественное освещение за счет дверного проема, надлежащим образом осуществлялась вентиляция. Отрицала посещение комнаты иными пациентами ввиду режима учреждения и введенных карантинных мероприятий. Оспаривала причинение истцу вреда здоровью, наличие причинно-следственной связи по убыткам истца в виде оплате интернета и расходов по оформлению нотариальной доверенности.
Представители третьих лиц Министерства здравоохранения Челябинской области, Следственного комитета по Челябинской области о рассмотрении дела извещены, не явились.
Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.
Заслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, видеозапись, заслушав заключение прокурора о частичном удовлетворении требований, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца в части взыскания компенсации морального вреда, по следующим основаниям.
Статья 12 Гражданского кодекса РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
Моральный вред подлежит денежной компенсации при условии, что он явился результатом действий, нарушающих личные неимущественные права либо посягающих на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях предусмотренных законом (ст. 151 Гражданского кодекса РФ). В силу закона к нематериальным благам гражданина относятся, в числе прочих, жизнь, здоровье (ст. 150 Гражданского кодекса РФ).
В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса РФ и ст. 151 Гражданского кодекса РФ.
Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
В соответствии с п.1, 3 ст. 29 Федерального закона № 52-ФЗ от 30 марта 1999 года «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, в том числе мероприятия по осуществлению санитарной охраны территории Российской Федерации, введению ограничительных мероприятий (карантина), осуществлению производственного контроля, мер в отношении больных инфекционными заболеваниями, проведению медицинских осмотров, профилактических прививок, гигиенического воспитания и обучения граждан.
Санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия проводятся в обязательном порядке гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами в соответствии с осуществляемой ими деятельностью, а также в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 50 настоящего Федерального закона.
Подпунктами 4.2.3, 4.24, 4.5.15, 4.6.1, 4.25.1 Санитарных правил СП 2.1.3678-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорт, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг»:
минимальные площади помещений, необходимые для обеспечения противоэпидемического режима, эксплуатируемых медицинскими организациями, следует принимать согласно приложениям N N 1 и 2 к настоящим правилам.
При этом площади помещений, предусмотренные в приложениях N N 1 и 2 к настоящим правилам, могут быть уменьшены в пределах 15%.
Площадь помещений, не указанных в таблице, определяется непосредственно хозяйствующим субъектом с учетом:
габаритов и расстановки оборудования;
числа лиц, которые одновременно могут находиться в помещении;
последовательности технологических процессов;
расстояний, обеспечивающих расстановку оборудования, а также передвижение пациентов и работников.
Согласно приложению 1 инфекционные -8 кв. м.
Для приема, лечения и временной изоляции пациентов с инфекционными заболеваниями или подозрением на них в медицинских организациях, оказывающих помощь в стационарных условиях, оборудуются приемно-смотровые боксы, боксы или боксированные палаты.
Вне зависимости от наличия систем принудительной вентиляции во всех лечебно-диагностических помещениях, за исключением помещений класса чистоты А, должно быть предусмотрено естественное проветривание через форточки, фрамуги или отверстия в оконных створках.
В случае отсутствия естественного проветривания из-за конструктивных особенностей здания, система приточно-вытяжной вентиляции должна обеспечивать подачу достаточного объема наружного воздуха, обеспечивать должную кратность воздухообмена и чистоту воздушной среды в соответствии с гигиеническими нормативами.
В медицинской организации показатели естественного, искусственного и совмещенного освещения должны соответствовать гигиеническим нормативам. Помещения с постоянным пребыванием пациентов и работников должны иметь естественное освещение.
Влажная уборка помещений (обработка полов, мебели, оборудования, подоконников, дверей) должна осуществляться не менее 2 раз в сутки с использованием моющих и дезинфицирующих средств.
Установлено, что в соответствии с постановлением Правобережного районного суда г. Магнитогорска от 24 ноября 2021 года, истец, являясь подозреваемой по уголовному делу, 05 марта 2022 года помещена в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» для производства стационарной экспертизы на срок 30 дней с момента поступления в медицинское учреждение.
При поступлении в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» истцом было подписано информированное добровольное согласие на госпитализацию в психиатрический стационар и медицинское вмешательство(л.д.12 т.1).
Истец ознакомлена с Правилами внутреннего распорядка для пациентов ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» г. Магнитогорска(л.д.63-74 т.1).
Не оспаривалось ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5», что с 05 марта 2022 года по 09 марта 2022 года истец находилась в санитарной комнате на базе 8-го отделения больницы(л.д.77, 210-211).
Также не оспаривалось, что санитарно -эпидемиологическое заключение дано без учета использования санитарной комнаты в качестве бокса или боксированной палаты(л.д.22-30 т.2).
Площадь санитарной комнаты составляет 11 кв. м., в комнате имеется 5 умывальников. Окна в комнате отсутствуют. Согласно представленной видеозаписи в комнате размещены 2 койки.
С 09 марта 2022 года истец переведена в палату, где находилась одна до окончания производства экспертизы.
Из выписного эпикриза № 513 ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» следует, что 09 марта 2022 года истец была осмотрена терапевтом, выставлен диагноз: . 25 марта 2022 года зафиксировано выздоровление(л.д.131 оборот т.1).
Согласно амбулаторной карте № rmt021410 ГАУЗ «Городская больница № 3» с 10 февраля 2022 года истец наблюдалась у фельдшера в поликлинике по месту жительства с жалобами . Фельдшером был выставлен диагноз , проведено лечение. 01 марта 2022 года в связи с отсутствием жалоб истец выписана с диагнозом: .
Из показаний свидетеля Г.А.Р., у которой проходила лечение истец до 01 марта 2022 года, на момент выписки жалобы отсутствовали, но учитывая, наличие у ФИО1 , предполагались остаточные явления в виде кашля . ФИО1 сделаны назначения, которые в амбулаторной карте, не зафиксированы.
Стороной ответчика не оспаривалось, что при поступлении, истец 05 марта 2022 года сообщила о перенесенном заболевании, .
Допрошенные в судебном заседании свидетели лор-врач А.Ю.В., терапевт М.Г.В., показали, что выявить причину заболевания ФИО1 «» в зависимости от ее условий ее содержания в санитарной комнате с 05 марта по 09 марта 2022 года, в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5», невозможно. Такой причиной могли быть как развитие
Также из амбулаторной карты следует, что истец наблюдалась и проходила обследования в поликлинике по месту жительства в связи с имеющимися у нее заболеваниями: .
04 апреля 2022 года истец обратилась в поликлинику по месту жительства, с жалобами . Усиление болевого синдрома истец связывала с нахождением в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» в период с 05 марта 2022 года по 01 апреля 2022 года. Даны рекомендации врача: .
Допрошенный в судебном заседании свидетелем врач-хирург Ш.Я.В. пояснил, что при обращении ФИО1 в апреле 2022 года была выявлена . При выполнении зарядки, данная слабость была бы исключена. Какие причины имелись для увеличения установить невозможно, поскольку у истца имелась совокупность заболеваний, которые требовали лечения, в том числе, планировалась операция.
Истец возникновение «» связывает с нахождением с 05 марта по 09 марта 2022 года в санитарной комнате, не отвечающей санитарно-эпидемиологическим требованиям, не предоставлением ей одеяла, «», «» - ограничением физической нагрузки.
Однако, установлено, что санитарная комната подвергалась карантинной уборке и обработке, что подтверждается соответствующим журналом.
Из показаний представителя ответчика следует, что истец была обеспечена всеми необходимыми спальными принадлежностями, при наличии просьбы о выдаче дополнительных принадлежностей, ей бы их выдали. Таких просьб не поступало. Причиной « как установлено судом из показаний свидетелей, врачей клинического профиля, нахождение в санитарной комнате, не является.
Кроме того, суд отмечает, что нахождение истца в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» в условиях карантинных мер(л.д.152-175 т.1), при которых исключаются контакты пациентов, но имеется возможность передвижения в пределах палаты, в связи с иными мероприятиями - по отделению, выполнения лечебно-физкультурной зарядки в палате, а также в условиях санитарной комнате в период с 05 марта 2022 года по 09 марта 2022 года, не находится в причинно-следственной связи с имеющимися у истца после выписки жалобами.
Имеющиеся у истца заболевания были учтены при назначении судом экспертизы, данные доводы являлись, в том числе, предметом обжалования судебного постановления о назначении экспертизы.
Как предусмотрено положениями ч. 1 и 2 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Частью 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что в случае возникновения в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.
В силу положений ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ заключение эксперта является одним из доказательств по делу, на основании которого (наряду с другими доказательствами) суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для дела.
С учетом конкретных фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, допроса свидетелей, необходимость в назначении и проведении по делу экспертизы отсутствует, поскольку специальных познаний для определения юридических значимых обстоятельств не требуется.
Из ответа ГБУЗ «Челябинское областной бюро судебно-медицинской экспертизы» на запрос суда, указано, что проведение экспертизы на предмет установления причин возникновения у истца «» невозможно, поскольку вопросы диагностирования заболеваний, острых и хронических, изучение их причин развития и влияния на организм, составление прогноза дальнейшей трудовой деятельности находится в ведении специалистов клинического профиля государственной муниципальной и частной системы здравоохранения и к предмету судебной медицины отношения не имеет.
Вместе с тем, суд отмечает, что право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21, 22 Конституции РФ).
Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам.
Учитывая, что нахождение истца в период с 05 марта по 09 марта 2022 года в условиях санитарной комнаты в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» было обусловлено исполнением постановления суда, а ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» поместила истца в санитарную комнату не соответствующую требованиям Санитарных правил СП 2.1.3678-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорт, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг», что подтверждается видеозаписью, предостережением о недопустимости нарушений обязательных требований Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Челябинской области от 20 мая 2022 года № 736(л.д.227 т.1), суд полагает правильным произвести в пользу истца взыскание денежной компенсации морального вреда. При определении его размера, суд, учитывает отсутствие причинно-следственной связи с возникшим у истца заболеванием «» и жалобами по , принимает во внимание естественного освещения, нарушения минимальный требований к площади помещения, и находит разумным возмещению компенсации морального вреда в размере 8000 руб.
При этом, суд не усматривает нарушений прав истца в сфере иных неимущественных прав (право на телефонные переговоры, переписку, занятие литературным творчеством, физическую и психическую неприкосновенность, нарушение сна, обеспечения пищей), поскольку нарушение таких прав в ходе рассмотрение дела не установлено и истцом не доказано. В ходе рассмотрения дела истцом не оспаривалось общение с матерью по стационарному телефону, предоставление бумаги и ручки, с использованием которых возможно было заниматься литературным творчеством, бумага и ручка в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» выдавались, о чем свидетельствуют поданные истцом жалобы и заявления.
Пунктом 5 ст. 2 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ" определено, что медицинское вмешательство - выполняемые медицинским работником по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности.
В соответствии с ч. 1 статьи 20 этого же Федерального закона, необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи. Случаи, когда медицинское вмешательство допускается без согласия гражданина, одного из родителей или иного законного представителя, порядок принятия соответствующего решения установлены частями 9 и 10 этой же статьи.
Довод истца о незаконности полученного 05 марта 2022 года информированного добровольного согласия, поскольку в таком согласии не было необходимости в день поступления в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5», оно не соответствует форме такого согласия, данное согласие предполагает получение разрешения на непреднамеренное причинение вреда, при отсутствии фактического нарушения прав истца, не имеют юридического значения.
В судебном заседании установлено, что при нахождении в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» истцу проведено лечение, что требовало получение согласия на медицинское вмешательство.
В соответствии с п. 1 ст. 185 Гражданского кодекса РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.
Пунктом 1 ст. 185.1 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок, а также на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом.
К нотариально удостоверенным доверенностям приравниваются, в частности, доверенности совершеннолетних дееспособных граждан, проживающих в стационарных организациях социального обслуживания, которые удостоверены администрацией этой организации или руководителем (его заместителем) соответствующего органа социальной защиты населения (п.п. 4 п. 2 ст. 185.1 Гражданского кодекса РФ).
Из материалов дела следует, что 10 января 2021 года истец обратилась в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» с заявлением, в котором просила заверить письменную доверенность на имя матери ФИО3, на получение почтовой корреспонденции от ее имени во время нахождения в медучреждении(л.д. 96 т.1).
На заявление был дан ответ о том, что оформление доверенности происходит вне стен медицинской организации и заверяется доверенностью(л.д.97 т.1).
Таким образом, установлено, что на момент обращения с заявлением, истец не находилась в ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5», а в последующем, при нахождении в учреждении, не представила бланк доверенности для ее удостоверения, в связи с чем действия ответчика соответствовали закону, и расходы по ее оформлению в размере 2100 руб., не подлежат возмещению(л.д.12 оборот т.1).
В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Истцом в качестве убытков заявлено к возмещению 350 руб., являющиеся расходами на неиспользованные услуги связи интернет -соединения посредством сим-карты Сл.д.13 оборот т.1).
Вместе с тем, истцом не доказаны виновные действий ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» в несении заявленных расходов, невозможности использования проплаченного тарифа в иной период.
Истец не была лишена возможности ознакомления с Правилами внутреннего распорядка для пациентов ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница №5» г. Магнитогорска при поступлении в учреждение, определения с учетом данных Правил, действий по использованию планшета.
В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ГБУЗ «Областная психоневрологическая больница № 5» г. Магнитогорска в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 300 руб.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 103, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психоневрологическая больница № 5» () в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей, отказав в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в остальной части.
В удовлетворении исковых требований ФИО1 ( к государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психоневрологическая больница № 5» () о признании незаконным информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, признании незаконным отказа в оформлении доверенности, взыскании убытков -отказать.
Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психоневрологическая больница № 5» (ИНН в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 (трехсот) руб.
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Правобережный районный суд г. Магнитогорска.
Председательствующий:
Мотивированное решение составлено 25 августа 2022 года.