Решение по делу № 2-1345/2025 от 03.10.2025 - о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного-происшествия, компенсации морального вреда.

Мотивированное решение изготовлено 3 октября 2025 г.

Дело № 2-1345/2025

УИД: 51RS0002-01-2025-001314-61

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 сентября 2025 г. город Мурманск

Первомайский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи Калинихина А.В.,

при секретаре Бутенко Н.А.,

с участием истца ФИО1,

третьего лица ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством вэб-конференции гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного-происшествия, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование заявленных требований указано, что 25 октября 2024 г. на адрес*** произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «КИА Церато», государственный регистрационный знак №*** под управлением ФИО3 и автомобиля «КИА К5», государственный регистрационный знак №***, под управлением ФИО2, принадлежащего на праве собственности истцу.

Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО3, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении.

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинены механические повреждения.

Гражданская ответственность водителя автомобиля «КИА К5», государственный регистрационный знак №*** на дату дорожно-транспортного происшествия была застрахована в ООО СК «Гелиос» (полис №***).

В рамках урегулирования страхового случая ООО СК «Гелиос» выплатило ФИО1 страховое возмещение в размере 400 000 рублей.

Вместе с тем, согласно экспертному заключению ООО «Алеф Груп Рус» №*** от 24 ноября 2024 г. действительная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «КИА К5», государственный регистрационный знак №*** составляет 1 370 932 рубля 17 копеек.

На основании изложенного, просит взыскать с ФИО3 в счет возмещение причиненного ущерба, разницу между действительной стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства и выплаченным страховым возмещением в размере 970 932 рубля 17 копеек, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 6500 рублей, расходы по проведению досудебной оценки в размере 7650 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 27 419 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, воспользовался предусмотренным статьей 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правом на ведение дела через представителя.

Представитель ФИО4 после перерыва в судебное заседание не явился, ходатайствовали о рассмотрении искового заявления в свое отсутствие.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные требования.

Представители третьих лиц АО «АльфаСтрахование», ООО СК «Гелиос», третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, мнение по существу иска не представили.

Заслушав явившихся лиц, исследовав материалы настоящего гражданского дела, административный материал по факту дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к следующему.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Абзацем 2 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Пунктом 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Положениями статьи 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) определена страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, которая составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, - 400 тысяч рублей.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 25 октября 2024 г. в 22 часов 14 минуты на адрес*** произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «КИА Церато», государственный регистрационный знак №***, под управлением ФИО3 и автомобиля «КИА К5», государственный регистрационный знак №***, под управлением ФИО2

Собственником транспортного средства «КИА К5», государственный регистрационный знак <***>, является ФИО1

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинены механические повреждения.

Гражданская ответственность ФИО3 на дату дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «АльфаСтрахование» по полису №***, гражданская ответственность водителя автомобиля «КИА К5», государственный регистрационный знак №*** - в ООО СК «Гелиос» (полис №***).

Из объяснений ФИО2, данных старшему инспектору ОР ДПС Госавтоинспекции УМВД России по Всеволожскому району следует, что она, управляя автомобилем «КИА К5», государственный регистрационный знак №***, двигалась в сторону Кузьмолово, включила сигнал поворота, и почувствовала как сзади произошел сильный удар.

Согласно объяснениям ФИО3, он, управляя автомобилем «КИА Церато», государственный регистрационный знак №***, двигался от Кузьмайлово в сторону г. Санкт-Петеребурга,не успев преминить торможение, совершил столкновение с автомобилем «КИА К5», государственный регистрационный знак №***.

Определением старшего инспектора ОР ДПС Госавтоинспекции УМВД России адрес*** от 25 октября 2024 г. водитель ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 Кодекса об Административных правонарушениях Российской Федерации.

Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, наличие вины ФИО3 и в этой связи наличие причинно-следственной связи с наступившими последствиями, участвующими в деле лицами не оспаривались.

Проанализировав и оценив установленные по делу обстоятельства, в том числе механизм развития дорожно-транспортного происшествия, действия водителей – участников дорожно-транспортного происшествия, смеху дорожно-транспортного происшествия в совокупности со всеми материалами дела, суд приходит к выводу о наличии в сложившейся дорожно-транспортной ситуации вины водителя ФИО3, поскольку его действия находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим столкновением транспортных средств и причинением ущерба имуществу ФИО1

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ущерб автомобилю ФИО1, причинен в результате действий ответчика ФИО3

Согласно сведениям, представленным УМВД России по Мурманской области транспортное средство «КИА Церато», государственный регистрационный знак <***>, на дату дорожно-транспортного происшествия было зарегистрировано за ответчиком ФИО5

Вместе с тем, в соответствии с представленным в материалы дела договором купли-продажи транспортного средства от 20 октября 2024 г., заключенным с ФИО5, ответчик ФИО3 на дату дорожно-транспортного происшествия являлся собственником автомобиля «КИА Церато», государственный регистрационный знак №***.

Исходя из положений абзаца второго пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

При этом перечень законных оснований владения источником повышенной опасности и документов, их подтверждающих, не является исчерпывающим.

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со статьей 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

При отчуждении транспортных средств, которые по закону не относятся к недвижимому имуществу, действует общее правило, закрепленное в пункте 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку в материалы дела представлен договор купли-продажи транспортного средства от 20 октября 2024 г., по условиям которого транспортное средство «КИА Церато», государственный регистрационный знак №*** перешло в собственность ФИО3, суд приходит к выводу о том, что законным владельцем вышеуказанного транспортного средства на дату дорожно-транспортного происшествия (25 октября 2024 г.) являлся ответчик ФИО3

Каких-либо объективных доказательств, ставящих под сомнение действительность договора купли-продажи от 20 октября 2024 г., суду не представлено.

Факт регистрации транспортного средства в органах ГИБДД за ФИО5 на дату дорожно-транспортного происшествия в данном случае правового значения не имеет, поскольку государственная регистрация транспортных средств, предусмотренная Федеральным законом от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» не имеет своей целью регистрацию прав их собственников и владельцев, направлена на контроль допуска транспортных средств к участию в дорожном движении.

Во исполнение требований Закона об ОСАГО 29 октября 2024 г. ФИО1 обратился в ООО СК «Гелиос» с заявлением о прямом возмещении убытков.

1 ноября 2024 г. страховщиком проведен осмотр транспортного средства заявителя.

В целях определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, страховой компанией организовано проведение независимой экспертизы с привлечением экспертной организации ООО «Фаворит».

Согласно экспертному заключению от 5 ноября 2024 г. № 1213 П, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте, составила 1 108 808 рублей 72 копейки, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте, составила 741 753 рубля 95 копеек.

Признав случай страховым, ПАО СК «Гелиос» произвело выплату страхового возмещения в пределах лимита ответственности страховщика в размере 400 000 рублей, что подтверждается платежным поручением №*** от 18 ноября 2024 г.

В ходе рассмотрения дела истец не оспаривал размер надлежащего страхового возмещения, указал, что какие-либо требования к страховщику, в том числе по вопросу урегулирования страхового случая отсутствуют.

Таким образом, установлено, что ПАО СК «Гелиос» свою обязанность по возмещению истцу причиненного вреда, предусмотренную Федеральным законом от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», исполнило в полном объеме.

Доказательств обратного в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. № 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Ограничение права потерпевшего на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчисленный в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Таким образом, разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями статей 15, 931, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона об ОСАГО, оценив представленные в материалы дела доказательства виновности ответчика ФИО3 в причинении истцу материального ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия, установив, что ПАО СК «Гелиос» произвело выплату страхового возмещения в полном объеме, что лицами, участвующими в деле не оспаривалось, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО3 ущерба, исходя из разницы между рыночной стоимостью ремонта автомобиля без учета износа и размером надлежащего страхового возмещения, который в данном случае ограничен лимитом ответственности страховщика и составляет 400 000 рублей.

В обоснование размера действительной стоимости восстановительного ремонта автомобиля, истцом представлено заключение специалиста №*** от 24 ноября 2024 г., составленное ООО «Алеф Груп Рус», согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 1 370 932 рубля 17 копеек.

Возражая против заявленного размера ущерба, ответчик ФИО3 ходатайствовал о назначении по делу судебной экспертизы, просил освободить его от несения расходов по оплате судебной экспертизы в соответствии с частью 3 части 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с затруднительным материальным положением. Указал, что официально не трудоустроен, какого-либо имущества в собственности не имеет, в то же время на его иждивении находится четверо несовершеннолетних детей, супруга не трудоустроена. Кроме того, сослался на наличие задолженности по исполнительным производствам совместно с супругой на сумму около 400 000 рублей.

Определение суда от 20 июня 2025 г. по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки».

Ответчик частично освобожден от несения расходов по оплате судебной экспертизы, на ответчика ФИО3 возложены расходы по оплате судебной экспертизы в размере 40 000 рублей, расходы по оплате экспертизы в оставшейся части в размере 35 000 рублей постановлено возложить на Управление Судебного департамента в Мурманской области за счет средств федерального бюджета.

После поступления гражданского дела экспертом ООО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» представлено информационное письмо из которого следовало, что денежные средства в счет оплаты судебной экспертизы в экспертное учреждение не поступили.

Суд неоднократно предлагал ответчику и его представителю произвести оплату судебной экспертизы с учетом возложенной на него обязанности по частичной оплате, вместе с тем ответчик отказался внести денежные средства в указанном объеме, в связи с чем гражданское дело было возвращено в суд без исполнения судебной экспертизы.

В соответствии с частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2 названной статьи).

В соответствии с частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены, в том числе, из заключений экспертов.

Таким образом, ответчику, заявившему ходатайство о назначении судебной экспертизы, были предоставлены необходимые условия для реализации его права по предоставлению доказательств с учетом несогласия с размером ущерба. Вместе с тем, ФИО3 предоставленным правом не воспользовался, денежные средства в счет оплаты судебной экспертизы не внес.

Согласно части 4 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если ходатайство о назначении экспертизы заявлено стороной (сторонами) или другими лицами, участвующими в деле, суд выносит определение о назначении экспертизы после внесения заявившим соответствующее ходатайство лицом денежных сумм на счет, указанный в части 1 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных частями 2 и 3 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации денежная сумма, подлежащая выплате экспертам, вносится стороной, заявившей соответствующее ходатайство. Неисполнение указанной обязанности может повлечь отказ в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы.

В соответствии с частью 4 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации если в установленный судом срок на счет, указанный в части первой статьи 96 настоящего Кодекса, не были внесены денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, суд вправе отклонить ходатайство о назначении экспертизы. В случае, если дело не может быть рассмотрено и решение принято на основании других представленных сторонами доказательств, суд вправе назначить экспертизу по своей инициативе.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что оснований для назначения по делу судебной экспертизы после возвращения материалов дела экспертами ООО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» без исполнения, не имеется, принимая во внимание, что дело может быть рассмотрено на основании других представленных сторонами доказательств, коим является заключение ООО «Алеф Груп Рус».

Доказательств, свидетельствующих о недопустимости принятия указанного заключения специалиста в качестве надлежащего доказательства по делу, а также вызывающих сомнение в его достоверности, в соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Ответчик в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации альтернативный отчет не представил, как и мотивированных возражений относительно представленного истцом заключения специалиста.

Оснований сомневаться в выводах эксперта, его квалификации у суда не имеется, поскольку заключение специалиста отвечает требованиям Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» № 135-ФЗ от 29 июля 1998 г., составлено по результатам непосредственного осмотра автомобиля на основании методических рекомендаций, руководящих документов для экспертов, федеральных стандартов оценки, приведенная в отчете калькуляция стоимости восстановительного ремонта произведена экспертом, имеющим необходимую квалификацию и стаж работы.

При указанных обстоятельствах, суд принимает в качестве доказательства по делу для определения суммы, причиненного истцу материального ущерба заключение специалиста №*** от 24 ноября 2024 г., составленное ООО «Алеф Груп Рус».

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Согласно абзацу 2 пункта 12 указанного Постановления размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (абзац 2 пункта 13).

Таким образом, на причинителя вреда возлагается бремя доказывания возможности восстановления поврежденного имущества без использования новых материалов, неразумности избранного потерпевшим способа исправления повреждений, а также что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления причиненных автомобилю истца повреждений.

Экономическая обоснованность заявленной ко взысканию суммы ущерба подтверждена выводами эксперта ООО «Алеф Груп Рус», отраженными в заключении специалиста №*** от 24 ноября 2024 г.

Сведений о том, что установленный экспертом размер подлежащего выплате ущерба может быть уменьшен либо существует иной, более разумный способ исправления повреждений автомобиля истца, полученных в дорожно-транспортном происшествии, суду не представлено.

Разрешая заявленный спор, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика ФИО3 материального ущерба, причиненного истцу, в размере 970 932 рублей 17 копеек из расчета: 1 370 932 рубля 17 копеек – 400 000 рублей.

Разрешая требования истца о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения гражданину морального вреда (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Из пункта 21 указанного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации следует, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федеарции).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18).

Вместе с тем, условий возникновения на стороне ответчика гражданской правовой ответственности в виде компенсации морального вреда судом не установлено, поскольку в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение лишь факт нарушения ответчиком имущественных прав истца, факт причинения нравственных переживаний и физических страданий и состояние его в причинной связи с действиями ответчика объективными доказательствами не подтвержден.

Сам по себе факт повреждения автомобиля достаточным условием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, служить не может.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, помимо прочего относятся расходы на оплату услуг представителей (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 данного Кодекса.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Как разъяснено в пунктах 11 - 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из приведенных положений законодательства и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что критериями отнесения расходов лица, в пользу которого состоялось решение суда, к судебным издержкам является наличие связи между этими расходами и делом, рассматриваемым судом с участием этого лица, а также наличие необходимости несения этих расходов для реализации права на судебную защиту. Размер таких понесенных и доказанных расходов может быть подвергнут корректировке (уменьшению) судом в случае его явной неразумности (чрезмерности), определяемой судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в сумме 6500 рублей, что подтверждается распиской от 12 февраля 2025 г.

Определяя размер подлежащих взысканию с ФИО3 расходов на оплату услуг представителя, с учетом положений статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд исходит из характера спорных правоотношений, принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, его категорию и сложность, объем и качество оказанной юридической помощи, соотношение расходов с объемом защищенного права, требования разумности и справедливости, и приходит к выводу об обоснованности заявленных требований. Указанную заявителем сумму судебных расходов на оплату услуг представителя, в отсутствие представленных ответчиком доказательств о чрезмерности и неразумности заявленных расходов на оплату услуг представителя, суд находит разумной и справедливой, соответствующей размеру проделанной представителем работы.

Истцом также понесены расходы по оплате услуг эксперта в размере 7650 рублей. Несение указанных расходов подтверждено кассовым чеком №1 от 24 ноября 2024 г., кассовым чеком №2 от 23 ноября 2024 г.

Учитывая, что несение указанных расходов обусловлено необходимостью защиты нарушенного права, поскольку истец, не обладая специальными познаниями в области автотехники и оценочной деятельности, для определения объема ремонтного воздействия и его стоимости, был вынужден обратился к независимому эксперту, и, получив доказательства действительной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, обратился за судебной защитой, суд признает указанные расходы обоснованными, необходимыми, связанными с рассмотрением настоящего дела, отвечающими критериям разумности и справедливости, а потому подлежащими возмещению ответчиком в соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При подаче искового заявления истцом уплачена государственная пошлина в размере 27 419 рублей. В подтверждение оплаты государственной пошлины представлен чек по операции от 4 марта 2025 г.

Поскольку в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда истцу отказано, то оснований для взыскания с ответчика государственной пошлины, уплаченной истцом по данному требованию в размере 3000 рублей не имеется. В остальной части, принимая во внимание удовлетворении имущественных требований ФИО1 в полном объеме, расходы по оплате государственной пошлины в размере 24 419 рублей подлежат взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного-происшествия, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №***) в пользу ФИО1 (паспорт №***) в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 970 932 рублей 17 копеек, расходы по оплате услуг оценщика в размере 7650 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 6500 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 24 419 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Первомайский районный суд города Мурманска в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Председательствующий подпись А.В. Калинихина