Дело № 2-1950/2025

№ 50RS0046-01-2025-002761-09

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Резолютивная часть решения вынесена и оглашена 15 октября 2025 года.

Мотивированное решение составлено 29 октября 2025 года.

г. Ступино Московской области 15 октября 2025 года

Ступинский городской суд Московской области в составе председательствующего федерального судьи Филатовой Е.С., при секретаре судебного заседания Ковтун П.И., с участием истца ФИО1 ФИО19, её представителя ФИО2, действующего на основании доверенности, и представителей ответчика ФИО3 ФИО20 – ФИО4, действующего на основании ордера адвоката № № от ДД.ММ.ГГГГ года, и ФИО5, действующей на основании доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО21 к ФИО3 ФИО22 о признании договоров купли-продажи долей квартиры ничтожными, о применении последствий ничтожности сделки и признании права собственности на квартиру,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО7 о признании ничтожным договора купли-продажи доли квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного между ней (ФИО6) и ФИО8, зарегистрированного в реестре за №; о признании ничтожным договора купли-продажи доли квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного между ней (ФИО6) и ФИО8, зарегистрированного в реестре за №; о применении последствий ничтожности сделки; о признании за ней (ФИО6) права собственности на квартиру с кадастровым номером №, расположенную по адресу: <адрес>.

Исковые требования ФИО6 обосновала тем, что в конце 2016 года она познакомилась с Большуновой (на тот момент ФИО8) Г.С., которая в то время являлась невестой её племянника ФИО9, в дальнейшем они разошлись. На момент знакомства ФИО10 показалась ей доброй, порядочной девушкой, которая общалась с ней, поддерживала её после смерти ДД.ММ.ГГГГ её супруга ФИО11 На тот момент покойный супруг был лежачим больным с последней стадией онкологии, а она страдала заболеванием суставов ног, в дальнейшем оперировалась с этим заболеванием, в связи с чем, ей требовалась помощь и поддержка. Весной 2017 года ФИО10 предложила ей переписать на неё принадлежащую ей трехкомнатную квартиру по адресу: <адрес>, а взамен она будет до её смерти помогать и ухаживать за ней в случае необходимости. В тот момент она являлась собственником ? доли вышеуказанной квартиры, а в июле 2017 года должна была получить право собственности в порядке наследования на другую ? долю квартиры. ДД.ММ.ГГГГ между ней и ФИО10 были подписаны договоры купли-продажи принадлежащей ей квартиры. Указанные договоры были удостоверены врио нотариуса Ступинского нотариального округа Московской области ФИО12 – ФИО13 Так, согласно одному договору она продала, не регистрируя право собственности на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру по свидетельству о праве на наследство по закону, полученному в этот же день у нотариуса, за 1 770 000 рублей, а другую принадлежащую ей ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру подала за 300 000 рублей. На момент совершения сделок кадастровая стоимость квартиры составляла 5 040 736 рублей. До похода к нотариусу между ней и ФИО10 не обсуждался вопрос продажи квартиры, речь шла о договоре ренты в отношении только ? доли спорной квартиры, однако у нотариуса её уговорили подписать договор купли-продажи квартиры, без передачи каких-либо денежных средств со стороны ФИО10 В договорах же было прописано, что она получила денежные средства до подписания договоров. После подписания договоров ФИО10 поменяла свое отношение к ней, ни о какой помощи не шло и речи, однако она обещала выплатить ей денежные средства в сумме 2 070 000 рублей. В дальнейшем ответчик сделала ремонт в квартире, поставив её перед фактом, а в 2024 году она отказалась выплачивать ей (ФИО6) денежные средства и возвращать квартиру.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участи в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке ст. 43 ГПК РФ, привлечена нотариус Ступинского нотариального округа <адрес> ФИО17 (л. д. 131-132).

Истец ФИО6 и её представитель ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании подтвердили обстоятельства и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержали исковые требования и просили их удовлетворить.

Истец ФИО6 в судебном заседании пояснила, что при заключении договоров купли-продажи спорной квартиры она их читала, не вникая. Денежные средства от продажи квартиры она не получала. При оформлении сделки у нотариуса она подтвердила, что денежные средства были ею получены до подписания договоров. Она проживает в квартире до настоящего времени. Отношения у неё с ответчиком были хорошие, однако, впоследствии, они испортились. Она доверяла ФИО7, ждала от неё помощи, а также ждала от неё возврата денежных средств за квартиру.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явилась; о времени и месте судебного разбирательства была извещена надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО7 – ФИО4, действующий на основании ордера адвоката № от ДД.ММ.ГГГГ, и ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признали и просили исковое заявление оставить без удовлетворения по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, заявив о пропуске истцом срока исковой давности (л. <...>).

Третье лицо нотариус Ступинского нотариального округа Московской области ФИО12 в судебное заседание не явилась; о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом; представила письменный отзыв на исковое заявление.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 показал, что ФИО15 является его знакомой, ФИО7 он видел один раз. Два или три года назад ФИО6 сказала ему о том, что она нашла себе дочь – ФИО7, которая называла её матерью. О том, что ФИО6 больше не принадлежит квартира, в которой она проживает, он узнал около одного месяца назад. Об обстоятельствах продажи квартиры и передачи денежных средств ему ничего неизвестно. ФИО6 никогда не жаловалась ему, что у неё отняли квартиру. Отношения между ФИО6 и ФИО7 испортились, поскольку последняя стала плохо относиться к ФИО6

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО16 показала, что ФИО6 и ФИО7 являются её знакомыми. В 2018 году ФИО7 сообщила, что она является дочерью ФИО6 и что её мама (ФИО6) переоформила квартиру на неё. Что-либо об обстоятельствах продажи квартиры и передаче денежных средств её неизвестно. О том, что квартира была продана ФИО6 ФИО7 она узнала в августе 2025 года.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 показал, что ФИО6 является его тётей, ФИО7 – бывшей гражданской женой. Между ним и ФИО7 отношения прекратились в 2018 – 2019 году. Между ФИО6 и ФИО7 всегда были хорошие отношения, последняя называла ФИО6 матерью. Какие между ними отношения на сегодняшний день, он не знает. Ему было известно, что между ФИО6 и ФИО7 была оформлена сделка купли-продажи квартиры, однако что-либо о передаче денежных средств ему неизвестно. Никаких претензий ФИО6 в ФИО7 относительно передачи денежных средств не предъявляла. Никаких накоплений у ФИО7 на момент совершения сделки не было.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО18 показала, что она является консультантом нотариальной конторы г. Ступино Московской области. ФИО6 и ФИО7 являются её знакомыми. Кроме того, она вела наследственное дело к имуществу умершего мужа ФИО6 Она консультировала стороны в отношении спорной квартиры, предлагала им оформить договор ренты, однако ответчик не хотела, что в последующем эта квартира могла являться совместно нажитым имуществом. Отношения между истцом и ответчиком всегда были хорошими. На момент совершения сделки у ФИО7 никогда не было денежных средств, у неё всегда было много долгов и открытых исполнительных производств. С 2020 года у неё (ФИО18) конфликтные отношения с ФИО7 из-за кредита, который для ФИО7 взял на себя её (ФИО18) брат, а она (ФИО7) его не оплачивала, в результате чего образовалась задолженность.

Суд, выслушав объяснения и доводы истца, его представителя и представителей ответчика, допросив свидетелей, проверив и исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, не находит правовых оснований для удовлетворения искового заявления в силу нижеследующего.

Частью 3 статьи 17 Конституции РФ установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

Согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, при этом, в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Согласно ч. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130).

Согласно ст. 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

В соответствии со ст. 163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности.

Нотариальное удостоверение сделок обязательно: в случаях, указанных в законе; в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида эта форма не требовалась.

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (ст. 551 ГК РФ).

В силу ст. 555 ГК РФ договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества.

В соответствии со ст. 556 ГК РФ передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

В силу п.п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 55, 56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также обстоятельств, имеющих значение для правильно рассмотрения и разрешения дела.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6, с одной стороны, и ФИО8, с другой стороны был заключен договор купли-продажи доли квартиры (л. д. 125-127).

Согласно п. 1 указанного договора ФИО6 продала ФИО8 принадлежащую ей на праве собственности ? долю квартиры общей площадью 57,2 кв. м. с кадастровым номером №, расположенную по адресу: <адрес>.

Указанная ? доля квартиры принадлежит ФИО6 на основании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан серии ГПС № от ДД.ММ.ГГГГ (п. 2 договора).

В соответствии с п. 4 указанного договора стороны оценили указанную ? долю квартиры в размере 300 000 рублей.

Расчет между сторонами произведён полностью до подписания договора, ФИО6 получила от ФИО8 денежные средства в сумме 300 000 рублей.

Из п. 6 указанного договора следует, что ФИО6 заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для неё кабальной сделкой.

Пунктом 12 договора предусмотрено, что в указанной доле квартиры проживает ФИО6, которая в соответствии с договоренностью сохраняет за собой право пользования данной долей квартиры.

Указанный договор удостоверен ФИО13, врио нотариуса Ступинского нотариального округа Московской области ФИО12 и зарегистрирован в реестре за №.

В этот же день между сторонами подписан передаточный акт (л. д. 127).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6, с одной стороны, и ФИО8, с другой стороны был заключен договор купли-продажи доли квартиры (л. д. 128-130).

Согласно п. 1 указанного договора ФИО6 продала ФИО8 принадлежащую ей на праве собственности ? долю квартиры общей площадью 57,2 кв. м. с кадастровым номером №, расположенную по адресу: <адрес>.

Указанная ? доля квартиры принадлежит ФИО6 на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного ФИО13, врио нотариуса Ступинского нотариального округа Московской области ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ по реестру №; регистрация права не производилась (п. 2 договора).

В соответствии с п. 4 указанного договора стороны оценили указанную ? долю квартиры в размере 1 770 000 рублей.

Расчет между сторонами произведён полностью до подписания договора, ФИО6 получила от ФИО8 денежные средства в сумме 1 770 000 рублей.

Из п. 6 указанного договора следует, что ФИО6 заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для неё кабальной сделкой.

Пунктом 12 договора предусмотрено, что в указанной доле квартиры проживает ФИО6, которая в соответствии с договоренностью сохраняет за собой право пользования данной долей квартиры.

Указанный договор удостоверен ФИО13, врио нотариуса Ступинского нотариального округа Московской области ФИО12 и зарегистрирован в реестре за №.

В этот же день между сторонами подписан передаточный акт (л. д. 130).

Право собственности ФИО8 на квартиру зарегистрировано Управлением Росреестра по Московской области ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л. д. 37-38), а также копией реестрового дела в отношении спорной квартиры (л. <...>).

В связи с заключением брака фамилия ФИО8 изменена на фамилию «Большунова».

По утверждению истца ФИО6 в оспариваемых ею договорах купли-продажи долей квартиры указано на передачу ей ответчиком денежных средств за квартиру в общей сумме 2 070 000 рублей, однако в действительности денежные средства по договорам ей не передавались, поскольку между ней и ответчиком была достигнута договоренность, что денежные средства ей будут выплачиваться постепенно. Однако до настоящего времени денежные средства по договорам купли-продажи ей не переданы.

Также в ходе судебного разбирательства истец пояснила, что мотивом обращения в суд с данным иском явилось также и то обстоятельство, что между ней и ФИО7 с 2024 года испортились отношения.

В ходе судебного разбирательства сторонами не представлено суду доказательств того, что в действительности денежные средства за приобретенные доли не были переданы, между тем в п. 4 договора купли-продажи стороны указали на то обстоятельство, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора.

Из пояснений истца следует, что с момента заключения договоров купли-продажи она с требованиями к ответчику о передаче денежных средств по договорам купли-продажи либо с требованием о расторжении договоров купли-продажи не обращалась.

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Заявленные истцом требования основаны на доводах о её обмане со стороны ответчика ФИО7, обещавшей произвести оплату по договорам после заключения сделок, однако в этой части доводы истца какими-либо доказательствами в порядке ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не подтверждены.

Доводы истца о том, что ответчик ФИО7 не имела денежных средств и являлась неплатежеспособной не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, кроме того, указанные доводы опровергаются наличествующими в материалах гражданского дела справками о доходах физического лица за 2016 – 2017 годы.

Сами по себе указанные истцом в качестве оснований недействительности сделки обстоятельства без представления в порядке ч. 1 ст. 56 ГПК РФ дополнительных доказательств в подтверждение этих доводов достоверно не свидетельствуют о недействительности договоров купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, истцом не приведено доказательств тому, что ответчик ФИО7 своими действиями также ввела истца в заблуждение относительно расчетов по договору.

Пунктом 3 ст. 10 ГК РФ установлена презумпция добросовестности и разумности действий участников гражданского оборота, следуя которой ФИО6, достоверно знавшая обо всех обстоятельствах заключенных ею сделок, в случае нарушения её прав, должна была в разумный срок предпринять какие-либо меры для защиты и восстановления нарушенных прав, чего ею сделано не было вплоть до момента обращения в суд с иском, при этом каких-либо претензий к ответчику ФИО7 истцом не предъявлялось вплоть до подачи иска в суд.

По смыслу приведенных выше норм материального и процессуального права, сделка, совершенная собственником по распоряжению принадлежащим ему имуществом в форме и в порядке, установленными законом, предполагается действительной, а действия сторон добросовестными, если не установлено и не доказано иное.

Между тем, ответчиком ФИО7 в лице её представителей ФИО4, действующего на основании ордера адвоката № от ДД.ММ.ГГГГ, и ФИО5, действующей на основании доверенности, заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 07.05.2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела 1 части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013 (п. 9 ст. 3 Федерального закона от 07.05.2013 года № 100-ФЗ).

В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Судом установлено, что оспариваемые истцом сделки совершены ДД.ММ.ГГГГ, исковое заявление о признании договоров купли-продажи недействительными истцом предъявлено в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении установленного законом трехлетнего срока, что является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении требований истца.

Истцом суду каких-либо доказательств уважительности причин пропуска срока не представлено, о восстановлении срока исковой давности вопрос не ставится.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Доводы стороны истца о том, что она доверял ответчику, поскольку между ними были хорошие отношения, которые испортились лишь в прошлом году, с учетом приведенной выше презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений не могут служить основанием для признания причин столь длительного пропуска срока исковой давности уважительными и его восстановления в порядке ст. 205 ГК РФ.

Обстоятельств, свидетельствующих о приостановлении и перерыве течения срока исковой давности (ст. ст. 202, 203 ГК РФ), судом не установлено.

К показаниям свидетелей ФИО14, ФИО16, ФИО9 и ФИО18 суд относится критически, поскольку они являются знакомыми и родственниками истца и имеют заинтересованность в разрешении спора в её пользу, кроме того, свидетель ФИО18 пояснила суду о том, что в настоящее время у неё наличествуют конфликтные отношения с ответчиком ФИО7

Доводы истца и её представителя основаны на ином толковании закона применительно к возникшим между сторонами правоотношениям и фактическим обстоятельствам и отклоняются судом как необоснованные.

При таких обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО6 исковых требований у суда не имеется.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 ФИО23 к ФИО3 ФИО24 о признании ничтожным договора купли-продажи доли квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО1 ФИО25 и ФИО8 ФИО26, зарегистрированного в реестре за №; о признании ничтожным договора купли-продажи доли квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО1 ФИО27 и ФИО8 ФИО28, зарегистрированного в реестре за №; о применении последствий ничтожности сделки; о признании за ФИО1 ФИО29 права собственности на квартиру с кадастровым номером №, расположенную по адресу: <адрес>, – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Ступинский городской суд Московской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Федеральный судья /подпись/ Е.С. Филатова