Судья: Измайлов Р.М. № 33-292/2023

№ дела в 1-й инст. №2-86/2022

УИД 91RS0009-01-2020-002528-12

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Симферополь 20 июля 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего Балема Т.Г.,

судей Пономаренко А.В., Хмарук Н.С.,

при секретаре Турич Э.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Рулевской ФИО12 к Обществу с ограниченной ответственностью «Частное предприятие «ПРИМАДЕНТ» о защите прав потребителей,

по апелляционной жалобе Общества с ограниченной ответственностью «Частное предприятие «ПРИМАДЕНТ» на решение Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ,

установила:

ФИО1 обратилась с иском к ООО «ЧП «Примадент» о защите прав потребителя.

В обоснование требований, с учётом их уточнений, указала, что между сторонами были заключены договоры на оказание стоматологических услуг. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ответчик оказывал истцу стоматологические услуги по удалению зубов и протезированию с использованием дентальных имплантатов. Истец оплатил ответчику за оказанные стоматологические услуги денежные средства на общую сумму 914 950,0 рублей. Ответчиком осуществлены операции по удалению зубов истцу и выполнено протезирование несъемными протезами на имплантатах зубов. По мнению истца, работа работниками ответчика по протезированию была выполнена халатно, не качественно, с недостатками. После проведения лечения истец заметил оголение в пределах 1-2 витков пришеечной части нескольких имплантатов, в позиции 33, 32, 41 зубов, а также обнаружено неполное погружение имплантата в костную ткань в позиции 37 зуба. В результате истец постоянно испытывает дискомфорт, чувство посторонних предметов в нижней челюсти, постоянные неприятные болезненные ощущения, из-за неправильной установки имплантатов происходит постоянное застревание остатков пищи, в результате нарушается гигиена полости рта. Истец не однократно обращался к ответчику за исправлением некачественно оказанной услуги. ДД.ММ.ГГГГ истец отправила претензию ответчику, которая оставлена без ответа последним. Учитывая изложенное, истец просит взыскать с ответчика стоимость некачественно оказанной стоматологической услуги в сумме 538 000 рублей, неустойку в размере 914 950 рублей, морального вреда в размере 500 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 63 191,30 рублей, а также с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения решения суда, штраф в размере 1 008 070 рублей.

Решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО1 - удовлетворён частично.

Взыскано с ООО «Частное предприятие «ПРИМАДЕНТ» в пользу Рулевской ФИО13 стоимость некачественно оказанной стоматологической услуги в размере 538 000 рублей 00 копеек, неустойки 914 950 рублей 00 копеек, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей 00 копеек, штраф за неисполнения требований потребителя в добровольном порядке в размере 783 070 рублей 65 копеек.

Взыскано с ООО «Частное предприятие «ПРИМАДЕНТ» в пользу Рулевской ФИО14 проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ (за пользование чужими денежными средствами) за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 63 191 рубль 30 копеек. Постановлено взыскивать неустойку, предусмотренную статьей 395 ГК РФ (за пользование чужими денежными средствами) с ООО «Частное предприятие «ПРИМАДЕНТ», начиная с ДД.ММ.ГГГГ до момента фактического исполнения обязательства.

Взыскано с ООО «Частное предприятие «ПРИМАДЕНТ» в пользу бюджета муниципального образования городской округ город Евпатория государственную пошлину в размере 19 696 рублей 06 копеек.

В остальной части иска отказано.

Не согласившись с решением Евпаторийского городского суда Республики Крым, ООО «ЧП «Примадент» подало апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, вынести новое решение, которым исковые требования оставить без удовлетворения.

В доводах апелляционной жалобы указывает, что решение суда первой инстанции незаконно и необоснованно, неправильно применены нормы процессуального и материального права. Полагает, что судом необоснованно принято экспертное заключение по делу, которое содержит противоречивые выводы, является неполным. Считает, что услуга ФИО1 была оказана ими качественно. Все происходящие у неё изменения возникли не как результат некачественно оказанных услуг, а как необратимо происходящие физиологические возрастные изменения.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель истца ФИО3 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ответчика ФИО4, ФИО5, доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объеме, просили решение суда первой инстанции отменить, принять новое, которым исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца по доверенности ФИО3 с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Заслушав доклад судьи Балема Т.Г., пояснения представителей сторон, допросив эксперта в режиме видеоконференцсвязи, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 195 ГПК Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 19 декабря 2003 года «О судебном решении» следует, что решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или права (часть 2 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Обжалуемое решение суда первой инстанции вышеизложенным требованиям не соответствует.

В соответствии со статьей 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

По смыслу статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) оказание медицинских услуг осуществляется в рамках договора возмездного оказания услуг. На соответствующие правоотношения распространяется законодательство о защите прав потребителей.

Оказание платных медицинских услуг регулируется Федеральным законом от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а также Правилами предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 04.10.2012 N 1006.

Согласно пункту 27 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 N 1006, исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида. В случае если федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации предусмотрены обязательные требования к качеству медицинских услуг, качество предоставляемых платных медицинских услуг должно соответствовать этим требованиям.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»).

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» (ч. 8 ст. 84 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»).

В силу частей 1, 2 статьи 4 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

Согласно части 1 статьи 29 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги ) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги ); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги ); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Согласно статье 15 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ООО «ЧП «Примадент» и ФИО1 были заключены договоры на оказание стоматологических услуг №-и от ДД.ММ.ГГГГ, №-И от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 9-14).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ответчик оказывал истцу стоматологические услуги по указанным договорам, по удалению зубов и протезированию с использованием дентальных имплантатов. Ответчиком осуществлены операции по удалению зубов истцу и выполнено протезирование несъемными протезами на имплантатах зубов №.

Из медицинской карты стоматологического больного № Рулевской ФИО15 следует, что ей оказывались стоматологические услуги по удалению зубов и протезирование несъемными протезами на имплантатах зубов № (т. 1 л.д. 129-164). Сторонами не оспаривалось оказание стоматологических услуг и оплата их в сумме 914 950,0 рублей.

В подтверждение некачественно оказанной стоматологической услуги стороной истца представлены фотографии, рентгеновские снимки полости рта истца (т. 1 л.д. 65-66, 92-96, 105-112, 198, т. 2 л.д. 184-188).

Частично удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции исходил из заключения проведённой по делу судебной экспертизы, полагая, что медицинские документы, рентгеновские снимки, протокол заседания врачебной комиссии не опровергают его выводов.

С такими выводами суда первой инстанции, не соглашается судебная коллегия, поскольку принятое им за основу заключение экспертов от ДД.ММ.ГГГГ, выводы которого противоречивы, не содержит ответа о наличии причинно-следственной связи между выявленными недостатками оформления медицинской документации и тактики лечения с возникшими у ФИО1 физиологическими изменениями.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вопреки доводам заявителя относительно причинения действиями ответчика вреда здоровью, материалы дела не содержат доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями медицинской организации и изменением (причинением), ухудшением состояния здоровья ФИО1

Для разрешения вопросов об объеме и качестве оказанного лечения, наличии или отсутствии его недостатков, причинно-следственной связи между лечением, проведенным ответчиком и возникшими у истца изменениями, а также определении вида и объема работ, необходимых для устранения недостатков лечения в случае наличия таковых определением судебной коллегии Верховного Суда Республики ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ по настоящему делу назначена повторная комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению комиссионной судебной медицинской экспертизы №/вр-П-ПК от ДД.ММ.ГГГГ (т.4 л.д.35-79), проведенной по определению суда, были выявлены следующие недостатки и дефекты услуг, оказанных и проведенных в стоматологической клинике ООО «ЧП «Примадент», пациенту ФИО1

При анализе представленной медицинской документации экспертами выявлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 в ООО «Частное предприятие «ПРИМАДЕНТ»:

Дефекты ведения медицинской документации:

- в медкарте № отсутствуют информированные добровольные согласия на медицинское вмешательство при первичном обращении за медицинской помощью, на хирургическое лечение (удаление зубов и имплантацию) и ортопедическое лечение (зубное протезирование); - в «Анкете пациента», содержащей сведения о состоянии здоровья, отсутствует подпись пациентки, предусмотренная бланком; - записи плановых осмотров с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не содержат описания объективного статуса пациентки; - в медкарте № не имеется сведений о дате изготовления диагностических моделей, об изготовлении каппы (или капп); - в медкарте № отсутствует подпись пациента об отказе от временного протезирования с опорой на имплантаты ДД.ММ.ГГГГ (которое является одним из этапов протезирования).

Дефекты диагностического, тактического, лечебного характера:

при обращениях пациентки, начиная с ДД.ММ.ГГГГ и до начала лечения, не в полном объеме проведено физикальное обследование: не оценены такие параметры, как степень открывания рта, состояние жевательной мускулатуры и височно-нижнечелюстного сустава (ВНЧС), биотип десны, расположение и выраженность уздечек губ и языка, щечно-альвеолярных тяжей, степень подвижности зубов, не выполнена перкуссия зубов, зондирование с составлением одонтопародонтограммы, не дана оценка рентгенологической картины зубочелюстной системы (описание врачом-рентгенологом или интерпретация врачом-стоматологом) - состояния твердых тканей и периодонта всех зубов, объема костной ткани в зонах планируемой имплантации, расстояния до анатомических образований - дна верхнечелюстной пазухи и нижнечелюстного канала;

диагноз «Парадонтоз III-IV ст. зубов верхней и нижней челюстей», указанный на титульном листе, во-первых, достоверно не обоснован описанными клиническими данными; во- вторых, в диагнозе не отражено наличие хронического периодонтита (описанного врачом-стоматологом по ортопантомограмме - «в области групп жевательных зубов верхней и нижней челюсти — деструкция костной ткани округлой формы с четкими краями на апикальных частях корней») и не указано о частичной потере зубов на верхней и нижней челюсти;

до начала лечения (установки имплантатов) не сформулирован план обследования, включающий в себя, в том числе, выполнение клинического анализа крови, а также заключение врача-терапевта об отсутствии противопоказаний со стороны сердечно-сосудистой системы;

до начала лечения не сформулирован окончательный план комплексного стоматологического лечения пациентки, включающий в себя: подготовку полости рта к протезированию с обоснованием необходимости удаления зубов - хирургическую подготовку - объем хирургических манипуляций (удаление зубов, имплантация, пластика мягких тканей) с указанием выбора метода имплантации (немедленная или отсроченная), зон позиционирования имплантатов, их количества; непосредственно ортопедическое лечение с указанием типа, материала временных и постоянных ортопедических конструкций, а также последовательность мероприятий, предполагаемые сроки разных этапов лечения;

не сформулирован альтернативный план лечения, предусматривающий сохранение зубов (всех или части из них) и возможность их использования в качестве опоры для протезов; обоснование выбора метода лечения с удалением всех зубов на верхней и нижней челюсти в медкарте № не приведено;

диагноз врача стоматолога-ортопеда от ДД.ММ.ГГГГ «Корневая киста. Оставшийся корень» неверный (у пациентки на момент осмотра все зубы были удалены);

при операции имплантации не применен операционный (хирургический) шаблон;

-при судебно-медицинском стоматологическом обследовании ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ обнаружены множественные, но неравномерно выраженные окклюзионные контакты (точечные, плоскостные; ярко и слабо выраженные).

Эксперты отмечают, что в медкарте № (при плановых осмотрах с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) имеется запись о том, что от предложенной пластики десны пациентка отказалась, что не согласуется с содержанием подписанной пациенткой строки («С планом обследования и лечения согласен»), поскольку в указанные даты иного метода лечения, кроме пластики десны, пациентке не предлагалось. Об отказе от предложенной пластики десны указано в записях осмотров ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, однако подписей пациентки об отказе от предложенного хирургического вмешательства не имеется. Кроме того, в этих записях не приведены возможные последствия отказа от оперативного вмешательства. В связи с чем обращаем внимание, что в представленных материалах дела имеются разноречивые сведения, касающиеся предложенного оперативного вмешательства на мягких тканях и отказа от него, которые устранить экспертным путем невозможно. В случае, если таковое не предлагалось (о чем указывает ФИО1), это следует считать лечебно-тактическим дефектом.

Отвечая на вопрос: повлиял ли отказ ФИО1 от проведения пластики мягких тканей в области имплантов на происходящие физиологические и деструктивные изменения, эксперты отметили, что наличие тяжей и уздечек, а также тонкого биотипа десны у ФИО1 (описанного при осмотре пациентки впервые стоматологом-ортопедом ДД.ММ.ГГГГ) являлись факторами, оказывающими неблагоприятное воздействие на появление и усугубление указанных дистрофических процессов. Традиционным способом лечения и профилактики данных осложнений являются различные методы вестибуло- френулопластики (пластики преддверия рта и уздечек). Поэтому в случае, если имел место фактический отказ пациентки от такого вида лечения, это следует считать фактором, повлиявшим на развитие дистрофических изменений.

В заключении эксперты отметили, что дефекты ведения медицинской документации, перечисленные в ответе на вопрос №, в силу характера этих дефектов, не находятся в причинно-следственной связи с развитием неблагоприятных последствий.

Причинами оголения ряда имплантатов у ФИО1 явились индивидуальные особенности пациентки (выраженные тяжи и уздечки полости рта, тонкий биотип десны), обусловившие дистрофические процессы в мягких и костных тканях, а также естественная убыль костной ткани, закономерно возникающая вокруг имплантатов с течением времени. В связи с этим, прямой причинно-следственной связи между дефектами диагностического, лечебно-тактического характера в ООО «Частное предприятие ПРИМАДЕНТ» и неблагоприятным исходом (оголением имплантатов) не имеется и вред здоровью не устанавливается.

Кроме того, у пациентки в настоящее время имеются клинические признаки синдрома мышечно-суставной дисфункции височно-нижнечелюстного сустава. Сам по себе синдром мышечно-суставной дисфункции может возникать или усугубляться при неправильно проведенном протезировании.

Однако, при судебно-стоматологическом обследовании ФИО1, недостатков протезов, которые явились бы причиной или условием для развития данного состояния, экспертами, не обнаружено.

Оценивая указанное заключение судебных экспертов, судебная коллегия учитывает, что оно подготовлено комиссией компетентных экспертов, имеющих высшее медицинское образование, специальную подготовку по судебно-медицинской экспертизе, значительный стаж работы и высшую квалификационную категорию по специальности.

Повторная комиссионная судебно-медицинская экспертиза проведена с учетом требований действующего законодательства, в том числе Федерального Закона №73-ФЗ от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», выводы экспертов сделаны после изучения всей медицинской документации, включая, рентгеновские снимки, после осмотра ФИО1, являются полными и мотивированными. Поскольку названное заключение экспертов содержит исчерпывающие ответы на поставленные судом вопросы, является определенным и не имеет противоречий, выводы экспертизы научно-аргументированы, обоснованы и достоверны, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, коллегия приходит к выводу о том, что указанное заключение является допустимым, относимым и достоверным доказательством по делу.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО10 поддержала данное заключение, пояснила, что недостатков протезов в ходе исследования выявлено не было, возникшие у ФИО1 дефекты возникли вследствие возрастных изменений и индивидуальных особенностей пациента, вред здоровью пациента не причинён.

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14, п. 5 ст. 23.1, п. 6 ст. 28 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», ст. 1098 ГК РФ).

Поскольку в силу пункта 9 данного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями применяется законодательство о защите прав потребителей, на ответчиков распространяются положения данного законодательства, в том числе возлагающие обязанность по надлежащему исполнению обязательства.

Из системного анализа указанных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный недостатками оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этими двумя элементами. При этом на потерпевшего возложена обязанность по доказыванию обстоятельства подтверждающего факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред; бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на ответчике.

Вместе с тем в рассматриваемом деле такая совокупность условий для наступления ответственности ответчика отсутствует, в связи с чем судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании стоимости некачественно оказанной стоматологической услуги в размере 538 000 рублей 00 копеек и неустойки 914 950 рублей 00 копеек.

Что касается требований исковых требований о возмещении морального вреда судебная коллегия приходит к следующим выводам.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Правила главы 39 Кодекса применяются в том числе, к договорам оказания медицинских услуг.

Согласно статье 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-I "О защите прав потребителей", за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Как указано в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

С учетом вышеизложенных разъяснений, допущенные ответчиком дефекты оказания медицинской помощи в виде неправильного заполнения медицинской документации являются достаточным основанием для признания нарушенным права истца на получение качественной медицинской помощи.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

С учетом характера допущенных ответчиком дефектов оказания медицинской помощи, согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из установленных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, степени нравственных страданий истца, судебная коллегия полагает, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию в счет компенсации морального вреда 70 000 руб.

Оснований для освобождения ответчика от обязанности по компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает, в связи с установлением факта нарушения прав потребителя некачественно оказанной медицинской услугой.

Согласно разъяснениям, содержащимися в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17, при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Руководствуясь положениями п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, учитывая, что в ходе рассмотрения настоящего спора установлен факт нарушения ответчиком прав ФИО1, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца штрафа в размере 50% от присужденной судом суммы - в размере 35 000 рублей.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов по делу, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного Кодекса.

Требований о возмещении судебных расходов ФИО1 не заявляла, расходы на проведение судебных экспертиз в ходе судебного рассмотрения были возложены на ответчика и оплачены им. Оснований для взыскания с ответчика указанных расходов не имеется.

Кроме того в силу пп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, ст. 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина с учетом удовлетворения исковых требований неимущественного характера и статуса ответчика-юридического лица - в размере 6000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327- 330 ГПК РФ, судебная коллегия,

определила:

Решение Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ отменить, принять новое решение, которым исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Частное предприятие «ПРИМАДЕНТ» в пользу Рулевской ФИО16 компенсацию морального вреда в размере 70000 рублей, штраф в размере 35000 рублей, а всего: 105000 (сто пять тысяч) рублей 00 копеек.

В иной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Частное предприятие «ПРИМАДЕНТ» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6000 рублей.

Председательствующий: Т.Г. Балема

Судьи: А.В. Пономаренко

Н.С. Хмарук