УИД: 31RS0022-01-2025-002289-68 Дело № 2-1893/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 декабря 2025 года город Белгород

Свердловский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Чернышовой О.П.,

при секретаре Захарове Д.И.,

с участием помощника прокурора Рыбниковой Н.С., представителя истца ФИО1 Кзы, представителя ответчика ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница святителя Иосафа» о возмещении морального вреда при оказании ненадлежащей помощи и компенсации материального вреда,

установил:

ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением, в котором, ссылаясь на предоставление ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» ненадлежащей медицинской помощи, просил взыскать с ответчика возмещение компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. и материальные затраты в размере 32 729,4 руб.

В судебное заседание истец ФИО4 извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, обеспечил явку своего представителя.

Представитель истца ФИО1 Кзы исковые требования поддержала.

Представитель ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» ФИО2 и третье лицо ФИО3 возражали против удовлетворения требований.

Дело рассматривается в отсутствие истца в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав лиц участвующих в деле, исследовав материалы дела, выслушав заключение помощника прокурора Рыбниковой Н.С., полагавшей иск подлежащим удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

Исходя из положений ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В силу ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в РФ, регулируются положениями Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В п. 1 ст. 2, п. 2 ст. 2 указанного Федерального закона № 323-ФЗ определено, что здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

К основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ).

В соответствии с п. п. 2, 3 и 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона № 323-ФЗ пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организация в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, на получение консультаций врачей-специалистов, а также на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно п. 2 ст. 64 указанного Федерального закона № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с п. 2 ст. 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно ст. 10 Федерального закона № 323-ФЗ качество медицинской помощи обеспечивается применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 указанного Федерального закона № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ч. 2 и 3 ст. 98 указанного Федерального закона № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством РФ за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством РФ.

Для признания факта некачественного оказания медицинских услуг должны быть представлены доказательства, не только подтверждающие наличие дефектов в оказании медицинской помощи пациенту и причинение медицинскими работниками вреда в виде наступления негативных последствий, но и установление наличия прямой причинно-следственной связи между действиями работников медицинской организации по оказанию медицинской помощи пациенту и причинение вреда здоровья пациента.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу разъяснений, данных в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Исходя из смысла норм закона, ответственность за вред (ущерб) наступает в случае наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у пациента.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Положениями ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» предусматривается право потребителя на компенсацию морального вреда, причиненного потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Исходя из норм Конституции РФ, Семейного кодекса РФ, положений ст. ст. 150, 151 ГК РФ моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Перечень видов нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33, не является исчерпывающим.

Судом установлено, что ФИО4 16.08.2024 дома во время ныряния в бассейн получил травму. 17.08.2024 при посещении поликлиники был госпитализирован в ОГБУЗ «Алексеевское ЦРБ» в травматологическое отделение с осколочным переломом шейного позвонка.

21.08.2024 был выписан и направлен в нейрохирургию в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа». Состояние здоровье-удовлетворительное, острая боль в шее и онемение в правой руке.

28.08.2024 в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» проведена операция - резекция тела С5 позвонка. ФИО5 корпородез пористым имплантом с фиксацией цервикальной пластиной С4-С5.

После операции состояние здоровья истца ухудшилось. Рука перестала сгибаться, пропала чувствительность и появилась слабость в руке. Обращение к лечащему доктору не дали результатов. Было рекомендовано продолжать легкую физическую нагрузку и принимать обезболивающие препараты.

07.11.2024 при обращении в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Воронеж», было выдано заключение: <данные изъяты>.

08.11.2024 нейрохирург ФИО6 пришел к выводу о необходимости проведения операции по переустановке имплантов, декомпрессии и фиксации на уровне С5 с резекцией тела С5, формированием полноценного корпородеза С4-С6 с телозамещением и фиксацией цервикальной пластиной.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству стороны истца была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено ООО «Экспертная организация «Воронежский центр медицинских экспертиз».

Согласно выводам экспертов диагноз ФИО4 при поступлении в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» был уставлен правильно.

Диагностические и лечебные мероприятия ФИО4 в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» в дооперационном периоде были проведены в полном объеме. В послеоперационном периоде не был проведен РКТ контроль шейного отдела позвоночника, что не позволило выявить некорректное стояние винтов пластины. Интраоперационный ЭОП контроль не всегда позволяет выявить проблемы с установкой винтов в тела позвонков, так как недостаточно информативен.

ФИО4 нуждался в госпитализации в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» и хирургическом вмешательстве с установленным у него диагнозом.

Дефект имеется, так как не был произведен в послеоперационном периоде полнообъемный контроль стояния металлоконструкции методами нейровизуализации. При выявлении некорректного стояния винтов, была возможна повторная операция по коррекции винтов в ближайшем послеоперационном периоде, и этим самым можно было избежать последующих неблагоприятных последствий. Коррекция положения винтов в ближайшем послеоперационном периоде является достаточно частой практикой и является рутинной процедурой и не считается значительной ошибкой оперировавшего хирурга в связи с невозможностью интраоперационно увидеть положение винтов в трех проекциях, так как ЭОП не позволяет это сделать.

Прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) работников ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» и наступившими неблагоприятными последствиями в виде повторной операции ФИО4 отсутствует.

Оказание медицинской помощи ФИО4 частью соответствует стандартам и порядкам оказания медицинской помощи пациентам с травмой шейного отдела позвоночника кроме проведения рентгенконтроля после операции.

После хирургического лечения в любом объеме необходимо выполнение контрольного исследования (рентгенография шейного отдела позвоночника, КТ или МРТ позвоночника).

Данное заключение эксперта соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», оценено в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ. Экспертиза проведена по поручению судьи, экспертами, имеющими высшее медицинское образование, соответствующую квалификацию и прошедшими профессиональную переподготовку и повышение квалификации, длительный стаж работы по специальности, эксперты предупреждались об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем не имеется оснований сомневаться в компетенции экспертов, проводивших экспертизу.

Выводы экспертов является полными, не содержат противоречий и сторонами в установленном законом порядке не опровергнуты, заключение не противоречит пояснениям сторон в части фактических обстоятельств спора, согласуется с представленными письменными доказательствами по делу.

С учетом изложенного, суд принимает заключение экспертов №163/25 от 13.10.2025, составленное ООО «Экспертная организация «Воронежский центр медицинских экспертиз», в качестве доказательства по делу в соответствии со ст. 55 ГПК РФ.

Оснований для назначения по делу повторной или дополнительной экспертиз суд не усмотрел, стороны также не ходатайствовали.

Согласно позиции, изложенной в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

Как установлено судебной медицинской экспертизой имеется дефект оказания медицинской помощи, выразившийся в том, что не был произведен в послеоперационном периоде полно объемный контроль установки металлоконструкции методами нейровизуализации (рентгенография шейного отдела позвоночника, КТ или МРТ позвоночника). Однако указанное бездействие работников не находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями в виде повторной операции. В остальном оказание медицинской помощи ФИО4 соответствует стандартам и порядкам оказания медицинской помощи пациентам с травмой шейного отдела позвоночника.

Согласно разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (п. 30). Также при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (п. 20).

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Исходя из положений Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства; право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите.

Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем компенсации морального вреда.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, правовое поведение участников процесса, непосредственные пояснения истца, ответчика и третьего лица, суд полагает возможным взыскать с ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» в пользу истца ФИО4 компенсацию морального вреда за не проведение в послеоперационном периоде полно объемного контроля установки металлоконструкции методами нейровизуализации, в размере 100 000 руб.

Определение иного размера компенсации морального вреда привело бы к нарушению прав каждой из сторон.

Поскольку после операционный контроль стояния металлоконструкции не был проведен, ФИО4 был вынужден обращаться в клиники областных городов, таких как г. Воронеж за платной медицинской помощью.

Таким образом, в пользу ФИО4 с ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» согласно ст. 15 ГК РФ подлежат взысканию расходы, связанные с оплатой медицинских услуг в размере 25 220 руб., и с проездом из г. Алексеевка Белгородской области в г. Воронеж и обратно в сумме 7 509, 40 руб., всего в общей сумме составили 32 729,40 руб., что подтверждается материалами дела.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку при подаче искового заявления истец ФИО4 был освобожден от оплаты государственной пошлины в соответствии с подп. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, государственная пошлина в размере 7 000 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход муниципального бюджета, исчисленной в соответствии с требованиями подп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ (при подаче искового заявления неимущественного характера - 3 000 руб. убытки от суммы 32 729,40 руб. – 4 000 руб. ).

Кроме этого, поскольку ФИО4 освобожден от уплаты государственной пошлины в силу закона, сумма в размере 4 000 руб. согласно чеку от 09.05.2025 подлежит возврату, как излишне уплаченная.

руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО4 (паспорт серии №) к ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница святителя Иосафа» (ИНН №) о возмещении морального вреда при оказании ненадлежащей помощи и компенсации материального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» в пользу ФИО4 денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, материальные затраты в сумме 32 729,40 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» в размере 7 000 руб.

Возвратить ФИО4 государственную пошлину в размере 4 000 рублей как ошибочно оплаченную по чеку от 09.05.2025.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд г. Белгорода.

Мотивированный текст решения изготовлен – 26.12.2025.

Судья