Дело № 33а-10133/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 июля 2023 года

город Екатеринбург

Судебная коллегия по административным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Кориновской О.Л.,

судей Бачевской О.Д., Антропова И.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ярковой И.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело № 2а-6081/2022 по административному исковому по заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению «Исправительное учреждение № 56 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе административного истца ФИО1 на решение Ленинского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 02 декабря 2022 года.

Заслушав доклад судьи Бачевской О.Д., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Свердловской области, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области о признании действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации морального вреда 350000 рублей, судебных расходов в размере 300 рублей по уплате госпошлины.

В обоснование заявленных требований указал, что в период с 13 июля 2010 года по 05 января 2018 года он отбывал наказание в виде пожизненного лишения свободы в ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области, где содержался в ненадлежащих условиях, в частности, в указанный период в исправительном учреждении отсутствовала комната для переодевания в бане (душе), в результате чего ему приходилось ходить туда и обратно раздетым (в одних трусах); отсутствовала вентиляция в ПКТ, сотрудники для проветривания открывали двери, был сквозняк, который приводил к частым простудам; во время обысков приходилось раздеваться догола и вставать в позу «ласточки», продолжительность обысков составлялись от 10 до 30 минут. Также указывает на то, что жить его определили в нежилое здание, которое непригодно для проживания, в нем отсутствовали водопровод, канализация, вентиляция, дымоотвод, камеры не имели лакокрасочного покрытия, стены в выбоинах и трещинах покрыты побелкой, которая осыпалась, дощатые полы имели большие зазоры, здание было аварийным, крыша протекала, форточки обрастали льдом и не закрывались, на окнах были решетки из пластин с маленькими ячейками. Кроме того, он осуществлял побелку камеры каждый год без привлечения к работе и оплате труда. Также в августе –сентябре 2017 года на протяжении трех недель в котельной производился ремонт в связи с чем не работал банно-прачечный комбинат, он не имел возможности стирать белье в стирку, приходилось ходить в грязном белье, возможность осуществить стирку самостоятельно отсутствовала, помывка не производилась. Кроме того, его заставлялись подстригаться налысо, брить лицо.

Определением суда к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России), Федеральное казенное учреждение «Исправительное учреждение № 56 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» (далее – ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области).

Решением Ленинского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 02 декабря 2022 года требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с решением суда, административный истец ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, административные исковые требования удовлетворить в полном объеме. Повторяя доводы административного искового заявления, указывает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела в полной мере не были исследованы доводы о протекании крыши в здании ПКТ, трещинах в стенах, невозможность закрытия форточек из-за намерзшего льда, побелки камеры один раз в год и других доводов. Кроме того, судом первой инстанции был нарушен принцип равноправия и состязательности сторон, поскольку на все заданные им вопросы административный ответчик не ответил. Кроме того, судом необоснованно было отказано в вызове и допросе свидетелей, которые бы могли подтвердить изложенные им доводы. Также не были исследованы видеоматериалы фильма «Приговоренные», из которого видно в каком положении передвигались осужденные вне камеры. Также считает, что вывод суда о том, что при размере компенсации следует учитывать личностные характеристики осужденного, а также тяжесть совершенного им преступления, поскольку пребывание в условиях не отвечающих законодательству не зависит от его личностных характеристик и совершенного им преступления. Судом также не приняты во внимания решения по аналогичным делам.

Административный истец ФИО1, представители административных ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области, Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Свердловской области о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены заблаговременно и надлежащим образом, в том числе посредством публикации информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда. Учитывая, что стороны о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, в удовлетворении ходатайства административного истца о личном участии отказано на стадии принятия апелляционной жалобы к рассмотрению, судебная коллегия, руководствуясь частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, рассмотрела настоящее дело в отсутствие сторон.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, приходит к следующему.

В силу статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с названной Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (статья 21 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Исходя из положений статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Возможность ограничения указанных прав допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Из содержания статьи 218, пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в их системном толковании следует, что решения, действия (бездействие) должностных лиц могут быть признаны неправомерными, только если таковые не соответствуют закону и нарушают охраняемые права и интересы граждан либо иных лиц.

В соответствии со статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным указанной главой, с учетом особенностей, предусмотренных названной статьей (часть 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту – Закон № 494-ФЗ) и применяются с 27 января 2020 года.

Согласно части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 отбывал наказание в виде пожизненного лишения свободы в ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области в период с 13 июля 2010 года по 05 января 2018 года.

В качестве ненадлежащих условий содержания в исправительном учреждении указал на ежедневное раздевание догола во время проведении проверок; необходимость ходить в душевое помещение раздетым (в одних трусах); содержание в нежилом помещении в антисанитарийных условиях; необходимость заниматься побелкой камер; необходимость подстригать голову налысо, запрет на ношение короткой стрижки, усов и бороды; необеспечение работы банно-прачечного комбината на протяжении трех недель в августе – сентябре 2017 года.

Рассматривая требования административного истца, суд, отказывая в удовлетворении административных исковых требований, пришел к выводу об отсутствии доказательств нарушения условий содержания в исправительном учреждении в части ежедневного раздевания догола во время проведении проверок; необходимости ходить в душевое помещение раздетым (в одних трусах); содержании в нежилом помещении в антисанитарийных условиях; необходимости заниматься побелкой камер; необходимости подстригать голову налысо, запрета на ношение короткой стрижки, усов и бороды; необеспечении работы банно-прачечного комбината на протяжении трех недель в августе – сентябре 2017 года.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения административного иска ФИО1, поскольку они соответствуют нормам действующего законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, сделаны по результатам всестороннего исследования и оценки по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации имеющихся в материалах административного дела доказательств.

Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к вышеуказанным выводам, подробно со ссылкой на установленные обстоятельства и нормы права изложены в обжалуемом решении, их правильность не вызывает у судебной коллегии сомнений.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основываются на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными.

В силу части 2 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на вежливое обращение со стороны персонала учреждения, исполняющего наказания. Они не должны подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или взысканию. Меры принуждения к осужденным могут быть применены не иначе как на основании закона.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (часть 1, 2 статьи 27.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения». Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих факт нарушения прав административного истца, а также отсутствие доказательств, подтверждающих его содержание в ненадлежащих условиях в оспариваемый период, суд правомерно указал на отсутствие правовых оснований для удовлетворения административного иска.

Довод административного истца ФИО1 о ежедневном раздевании догола во время проведении проверок, постановки в позу «ласточка» судебной коллегий признается несостоятельным, поскольку как верно указано судом первой инстанции право производства обыска и проверки лица, осужденного к пожизненному лишению свободы, предусматривались Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста РФ от 03 ноября 2005 года № 205, от 16 декабря 2016 года № 295, действующим на тот период, при этом данные лица должны были встать в «безопасную стойку» с целью обеспечения безопасности сотрудников уголовно-исправительной системы, что не противоречит действующему в указанный период законодательству.

Судебная коллегия также обращает внимание на то, что сведения из фильма «Приговоренные» не могут быть взяты во внимание, поскольку доказательств того, что показанные действия совершались именно в отношении административного истца достоверно установить невозможно.

Судебная коллегия также соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии доказательств нарушения условий содержания в исправительных учреждениях в виде необходимости ходить в душевое помещение раздетым (в одних трусах), поскольку исходя из сведений, представленных ГУФСИН России по Свердловской области, душевая ПКТ ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по Свердловской области была разделена на две зоны: раздевалка и помывочная. Душевая была оборудована, в том числе и настенной вешалкой на 3 крючка, тумбой, следовательно, была возможность раздеться перед душем в раздевалке.

Административным истцом доказательств того, что имеющим помещением раздевалки в бане (душе), которое, как он указывает, не соответствовало требованиям закона, не представлено. Сам факт того, что он вынужден был идти в душ в нижнем белье, не свидетельствует о незаконных действиях административных ответчиков.

Довод административного истца о содержании ФИО1 в здании, которое имеет назначение «нежилое» в антисанитарийных условиях судебная коллегия также отклоняет, поскольку судом первой инстанции, верно установлено, что здание ПКТ действительно располагалось в здании с назначением «нежилое». Вместе с тем, действующее жилищное законодательство не предусматривает обязательное наличие у помещений, в которых содержатся осужденные назначение «жилое», а также обязательный перевод из нежилого в жилое помещения, где содержатся осужденные. Здание, в котором содержался ФИО1, аварийным не признано, при этом решением Ивдельского городского суда Свердловской области от 23 марта 2021 года по административному делу № 2а-69/2021 требования административного истца ФИО1 о взыскании компенсации за нарушений условий содержания в исправительном учреждении, выразившихся в отсутствии туалетного оборудования, канализации, вентиляции, приватности, необходимости выносит чашу-Генуя, недостатке освещения, необеспечения доступа к проточной воде, питьевой воде, расположение прогулочных двориков рядом с выгребной ямой были удовлетворены, взыскана компенсация в размере 150000 рублей, что свидетельствует о восстановлении нарушенного права административного истца.

Судебная коллегия также отмечает то, что доказательств того, что ФИО1 заставляли заниматься ежегодно побелкой камеры, не имеется, судом первой инстанции не добыто.

Решением Ивдельского городского суда от 21 октября 2019 года по гражданскому делу № 2-419/2019 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 500 рублей за ненадлежащее обеспечении помывки, в том числе и в августе – сентябре 2017 года, таким образом, нарушенное право административного истца по необеспечению работы банно-прачечного комбината на протяжении трех недель в августе – сентябре 2017 года также было восстановлено, при этом, как верно указано судом первой инстанции, процесс стирки белья автоматизирован и не зависит от наличия горячей воды, следовательно, нарушений условий содержания в данной части не имеется.

Довод административного истца о том, что ФИО1 его заставляли брить голову налысо, запрещали носить усы и бороду, судебной коллегией также не принимается, поскольку как верно указано судом первой инстанции Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений предусмотрено, что осужденные обязаны соблюдать правила личной гигиены, иметь короткую стрижку волос на голове, бороды и усов (для мужчин), при этом доказательств того, что ФИО1 понуждали к бритью головы налысо, а также к сбриванию усов, бороды, представлено не было ни судебной коллегии, ни суду первой инстанции.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения требований административного истца о взыскании компенсации за нарушение условий содержания.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в судебном заседании 02 декабря 2022 года судом разрешены ходатайства административного истца ФИО1, в том числе и о допросе свидетелей, в соответствии с требованиями статьи 154 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, кроме того, оснований для принятия иного решения по рассмотрению заявленных ходатайств судебная коллегия не находит.

В целом доводы апелляционной жалобы административного истца о незаконности обжалуемого решения сводятся к переоценке выводов суда первой инстанции, оснований для которой судебная коллегия не усматривает. Каких-либо обстоятельств, которые бы опровергали выводы суда, автор апелляционной жалобы не приводит.

Не содержит апелляционная жалоба административного истца и доводов о допущенных судом первой инстанции нарушениях норм процессуального и материального права, которые в силу положений статьи 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации являются основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции отмене и изменению не подлежит.

Руководствуясь частью 1 статьи 308, пунктом 1 статьи 309, статьей 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 02 декабря 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу административного истца ФИО1 – без удовлетворения.

Решение суда первой инстанции и апелляционное определение могут быть обжалованы в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Председательствующий

О.Л. Кориновская

Судьи

О.Д. Бачевская

И.В. Антропов