Дело № – 1933/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
03 сентября 2025 года <адрес>
Калининский районный суд <адрес>
в с о с т а в е:
Председательствующего судьи Ахметовой Е.А.
При секретаре Бочанове С.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, согласно уточненным исковым требованиям (л.д. 156) просил суд взыскать с ответчика стоимость восстановительного ремонта транспортного средства в размере 1 524 000 рубля, величину утраты товарной стоимости в размере 96100 рублей, расходы по оплате оценки в размере 11 500 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 16 177 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 90 000 рублей, почтовые расходы в размере 332,44 рубля.
Заявленные требования мотивированы тем, что истцу на праве собственности принадлежит транспортное средство Тойота Харриер, гос. номер №.
ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов 30 минут на 78 км автодороги в <адрес> произошло ДТП с участием автомобилей Митсубиси Аутлендер, г/н №, под управлением ФИО3, Тойота Харриер, гос. номер №, под управлением ФИО1
Согласно Определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении ФИО2, управляя ТС Митсубиси Аутлендер, г/н №, нарушил правила расположения ТС на проезжей части, чем нарушил п. 9.1 ПДД РФ, произошло столкновение с автомобилем Тойота Харриер, гос. номер №, под управлением ФИО1
В результате данного происшествия транспортное средство Истца получило значительные механические повреждения.
На момент ДТП гражданская ответственность ФИО2 была застрахована в АО «АльфаСтрахование».
Истец обратился в свою страховую компанию CAO «ВСК» по прямому возмещению ущерба и предоставил все необходимые документы. Истцу было выплачено страховое возмещение в размере 400 000 рублей, однако данной суммы для приведения ТС Истца в доаварийное состояние недостаточно.
С целью определения рыночной стоимости материального ущерба от повреждения транспортного средства Истец обратился в ИП ФИО4, за что ему пришлось уплатить 11 500 рублей, что подтверждается квитанцией об оплате услуг по оценке.
Согласно экспертному заключению № стоимость восстановительного ремонта автомобиля Истца составляет 1 891 600 рублей. Также была рассчитана величина утраты товарной стоимости, которая составила 103 724 рубля. Утрата товарной стоимости обусловлена снижением стоимости КТС из-за ухудшения его потребительских свойств вследствие наличия дефектов (повреждений) или следов их устранения либо наличия достоверной информации, что дефекты (повреждения) устранялись.
В судебное заседание истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Представитель истца ФИО5 заявленные требования поддержала в полном объеме с учетом уточнений.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Представитель ответчика ФИО6 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, указывал, что нарушением истцом требований п. 8.1. 10.1 ПДД РФ состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, соответственно вина истца в дорожно-транспортном происшествии должна составлять 90%.
Суд, выслушав пояснения представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.
Судом установлено и из материалов дела следует, что истцу ФИО1 на праве собственности принадлежит транспортное средство Тойота Харриер, гос. номер №. (л.д. 8)
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов 30 минут на 78 км автодороги в <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей Митсубиси Аутлендер, г/н №, под управлением ФИО3, Тойота Харриер, гос. номер №, под управлением ФИО1
Согласно Определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 18.0-8.2023г., водитель ФИО2, управляя транспортным средством Митсубиси Аутлендер, г/н №, нарушил правила расположения транспортных средств на проезжей части, чем нарушил п. 9.1 ПДД РФ, произошло столкновение с автомобилем Тойота Харриер, гос. номер №, под управлением ФИО1 В результате данного происшествия транспортное средство Истца получило механические повреждения. (л.д. 19)
Постановлением по делу об административном правонарушении от 18.08.2023г. ФИО2 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ. (л.д. 17)
Вышеуказанные обстоятельства в ходе рассмотрения дела не оспаривались.
С целью определения рыночной стоимости материального ущерба от повреждения транспортного средства Истец обратился в ИП ФИО4, за что истцом оплачено 11 500 рублей, что подтверждается квитанцией об оплате услуг по оценке. (л.д. 16-17)
В соответствии со ст.929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).
Ст. 15 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" предусмотрено, что обязательное страхование осуществляется владельцами транспортных средств путем заключения со страховщиками договоров обязательного страхования, в которых указываются транспортные средства, гражданская ответственность владельцев которых застрахована. При заключении договора обязательного страхования страховщик вручает страхователю страховой полис, являющийся документом, удостоверяющим осуществление обязательного страхования, или выдает лицу, обратившемуся к нему за заключением договора обязательного страхования, мотивированный отказ в письменной форме о невозможности заключения такого договора, о чем также информирует Банк России и профессиональное объединение страховщиков.
В соответствии со ст.3 ФЗ от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» основными принципами обязательного страхования являются гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных настоящим ФЗ.
Из материалов дела также следует, что на момент ДТП гражданская ответственность ФИО2 была застрахована в АО «АльфаСтрахование», истец обратился в свою страховую компанию CAO «ВСК» по прямому возмещению ущерба, истцу было выплачено страховое возмещение в размере 400 000 рублей. (л.д. 39-46)
В силу ч. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Как следует из ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо и гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
По смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности вред возмещается по принципу ответственности за вину, при этом при наличии вины обоих владельцев транспортных средств размер возмещения устанавливается соразмерно степени вины каждого. Определение степени вины каждого из участников дорожно-транспортного происшествия относится к компетенции суда, характер и степень вины участников дорожно-транспортного происшествия подлежит установлению при рассмотрении дела о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.
В связи с наличием спора относительно механизма дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 18.08.2023г., вины каждого из водителей, причиненного ущерба транспортному средству истца, определением Калининского районного суда <адрес> от 06.05.2024г. по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Экспертиза обстоятельств дорожно-транспортных происшествий».
Судом на разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:
1. Определить механизм дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 18.08.2023г., с участием автомобилей Митсубиси Оутлендер г/н № под управлением ФИО2, Тойота Харриер г/н № под управлением ФИО1
2. Определить, какие повреждения транспортного средства Тойота Харриер г/н № соответствуют механизму дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 18.08.2023г.
3. Установить, имелись ли в действиях водителей ФИО1, ФИО2 нарушения Правил дорожно-транспортного происшествия, и если да, то какие нарушения состоят в причинно-следственной связи с произошедшим 18.08.2023г. дорожно-транспортным происшествием?
4. С учетом ответа на вопрос № определить, имел ли водитель автомобиля Митсубиси Оутлендер г/н № техническую возможность избежать столкновения с автомобилем Тойота Харриер г/н № под управлением ФИО1
5. С учетом ответов на вопросы №,2,3, определить стоимость восстановительного ремонта автомобиля Тойота Харриер г/н № с учетом/без учета износа, а также в случае восстановления автомобиля иным более разумным и распространенным в обороте способом устранения таких повреждений подобного имущества. Определить размер утраты товарной стоимости транспортного средства Тойота Харриер г/н №.
Согласно, экспертному заключению №-АТЭ от 11.11.2024г., составленного «Экспертиза обстоятельств дорожно-транспортных происшествий» (л.д. 96-138), установлен следующий механизм дорожно-транспортного происшествия, произошедшего от ДД.ММ.ГГГГ с участием автомобилей «Toyota Harrier», регистрационный знак А52ЮС155, «Mitsubishi Outlander», регистрационный знак <***>:
1 стадия. Сближения транспортных средств перед столкновением.
ДД.ММ.ГГГГ автомобили «Toyota Harrier», «Mitsubishi Outlander», двигались в попутном направлении по автодороги а/д К17Р, <адрес>, НСО. Автомобиль «Toyota Harrier» впереди, автомобиль «Mitsubishi Outlander» позади. На нерегулируемом перекрестке водитель автомобиля «Toyota Harrier» ФИО1 начал производить поворот налево, включив заблаговременно указатель поворота (из объяснений водителя). Водитель автомобиля «Mitsubishi Outlander», ФИО2 выехал на полосу встречного движения с целью обгона впереди идущих автомобилей, при скорости 130 км/ч (из объяснений водителя), без признаков замедления, начал сближаться с автомобилем «Toyota Harrier».
2 стадия. Взаимодействия при ударе.
В результате произошло косое, блокирующее взаимодействие передней частью автомобиля «Mitsubishi Outlander» с левой задней угловой частью автомобиля «Toyota Harrier», находящегося на полосе встречного движения (согласно визуально зафиксированного на схеме места столкновения). В момент столкновения условные продольные оси ТС располагались под углом близким к 25-30 градусов относительно продольной оси автомобиля «Toyota Harrier».
3. стадия. Отбрасывание (движение после столкновения).
В результате левого эксцентричного удара, заднюю часть макета автомобиля «Toyota Harrier», развернуло в направлении противоположном движению условной часовой стрелки и автомобиль отбросило за левую обочину, автомобиль «Mitsubishi Outlander» переместился вперед с незначительным отклонением передней части в правую сторону и остановился в границах перекрестка.
В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителя ФИО2 усматривается несоответствие требованиям пункта 10.1, 9.1 (1) ПДД. Несоответствие п. 9.1 (1) ПДД РФ находится в причинно-следственной связи (с технической точки зрения) с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием.
В действиях водителя ФИО1, с технической точки зрения, установить несоответствие требованиям ПДД РФ не представляется возможным.
На оснований информации, зафиксированной в материалах административного производства установить момент возникновения опасности для дальнейшего движения автомобиля «Mitsubishi Outlander»,. регистрационный знак X63QKM750 и принятия водителям мер к снижению скорости для избежание столкновения не представляется возможным, по следующим причинам: отсутствуют видеозаписи визуализирующих сближение и столкновение автомобилей; в первичных объяснениях, данных водителям ФИО2 отсутствует информация о расстоянии, на котором возникла опасность для дальнейшего движения. При этом необходимо отметить, что при выполнении требований п. 9.1 (1) ПДЦ РФ, водителем автомобиля «Mitsubishi Outlander», регистрационный знак <***>, ФИО2 указанное происшествие не имело бы места, т.к. указанный автомобиль не оказался бы на полосе, предназначенной для движения во встречном направлении.
Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Toyota Harrier» без учета износа на дату дорожно-транспортного происшествия составила 1924 600 рублей, без учета износа – 1768 100 рублей. Величина утраты товарной стоимости автомобиля «Toyota Harrier» составляет 96 100 рублей.
В соответствии со статьями 67, 86 ГПК РФ заключение эксперта оценивается в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами.
Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23).
В силу требований ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Оценивая представленное в материалы дела заключение судебной экспертизы №-АТЭ от 11.11.2024г., суд правовых оснований не доверять выводам эксперта не находит, поскольку по убеждению суда при проведении судебной экспертизы не было допущено нарушений, ставящих под сомнение выводы эксперта. Заключение дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся в материалах дела документов. Экспертом изложены результаты исследования, заключение содержит категоричные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным, не допускает неоднозначного толкования. При проведении экспертного исследования эксперт проанализировал и сопоставил все имеющиеся исходные данные, объем повреждений, которые могли быть отнесены к заявленному ДТП. Эксперт до начала производства экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса РФ, имеет необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы.
В ходе рассмотрения дела стороны указанное выше заключение №-АТЭ от 11.11.2024г. в части определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца, утраты товарной стоимости не оспаривали.
При этом, с учетом представленных дополнительных фотоматерилов (л.д. 183,184), видеофайла (л.д. 194), определением Калининского районного суда <адрес> от 13.03.2025г. по вопросам механизма дорожно-транспортного происшествия, нарушение участниками ДТП правил дорожного движения, технической возможности предотвращения ДТП, по делу была назначена дополнительная судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ООО «Независимая автотехническая, трасологическая, товароведческая экспертиза».
Согласно выводам эксперта ООО «Независимая автотехническая, трасологическая, товароведческая экспертиза», изложенным в заключении № (л.д. 203-230), проведенное исследование представленных материалов, позволяет установить следующий механизм данного дорожно-транспортного происшествия следующий:
В стадии сближения: до столкновения, автомобили двигались по автодороге К17Р, со стороны <адрес>, в сторону р.<адрес> в попутном направлении, Тойота впереди, Мицубиси позади с большей скоростью. Водитель Мицубиси Аутлендер, совершая обгон, по встречной полосе, за 1,971с до столкновения попадает в зону действия разметки 1.1, разделяющая транспортные потоки встречных направлений, и которая запрещает выезд на встречную полосу. Автомобиль Тойота Харриер, начинает поворот налево, при этом не убедившись в безопасности маневра. При скорости движения автомобиля Мицубиси Аутлендер, 90км/ч, водитель данного автомобиля не имел технической возможности предотвратить столкновение путем торможения. Автомобиль Мицубиси Аутлендер, избегая столкновения выезжает на обочину встречного направления, где и происходит контакт с боковой левой частью Тойота.
В стадии контактирования: столкновение происходит передней правой частью автомобиля Мицубиси, с задней левой боковой частью автомобиля Тойота, под углом около 60-70 градусов между продольными осями автомобилей. В результате столкновения, за счет левого заднего эксцентричного контакта, автомобиль Тойота получает крутящий момент, приложенный к задней оси и разворачивается вокруг центра масс на угол более 90 градусов.
В стадии разброса: В процессе разворота Тойота и отбрасывания, последний гасит скорость движения и далее задним ходом скатывается в кювет. Автомобиль Мицубиси также в результате блокирующего удара погасил свою скорость до нулевого значения и занял положение, зафиксированное на фотографиях с места ДТП, видеоролике и на схеме.
Что касается требования п. 8.6 Правил дорожного движения, в данной ситуации, требования данного пункта Правил, регламентируют выполнение маневра таким образом, чтобы при выполнении маневра поворот налево, при выезде с пересечения проезжих частей, автомобиль не оказался на стороне встречного движения.
Расположение места столкновения - до линии, границы пересечения проезжих частей, при этом на момент столкновения, автомобиль Тойота же пересек левый край проезжей части, по которой двигался, то есть «выезд с пересечения проезжих частей» состоялся. При этом автомобиль Тойота однозначно оказался на стороне встречного движения. То есть в данной ситуации в действиях водителя Тойота действительно усматривается несоответствие требованиям Правил 8.6, но данное несоответствие не состоит в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием.
Далее рассмотрим действия водителя Тойота полностью, при приближении к перекрестку им был включен сигнал поворота налево, но не выполнено требование п. 8.6, он как бы «срезал» угол поворота и оказался на стороне встречного движения проезжей части, на которую маневрировал. При выполнении маневра, он должен был действовать в соответствии с требованием п. 8.1 Правил, а именно убедиться, что маневр будет безопасным.
Водитель «Мицубиси Аутлендер» ФИО2 на автомобиле, государственный номер <***>, до столкновения двигался по встречной полосе в зоне действия разметки 1.1, что не соответствует требованиям п 9.1 (1)
Кроме того, до момента столкновения водитель Мицубиси выполнял маневр обгона, хотя впереди справа двигался поток транспортных средств и как минимум два из них с включенным сигналом поворота налево. В этой ситуации его действия должны были соответствовать требованиям п. 11.1 и 11.2 Правил ДД.
В момент обнаружения опасности для движения, водитель Мицубиси должен был принять меры к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, что регламентировано требованием п. 10.1 ч.2. Водитель Мицубиси не имел технической возможности предотвращения ДТП путем торможения, соответственно в его действиях несоответствий требования данного пункта Правил нет.
Кроме того, необходимо отметить, что максимально допустимая скорость автомобилей на данном участке дороги составляет 90 км/ч, со слов водителя Мицубиси, его скорость составляла 130 км/ч. Превышение максимально допустимой скорости - несоответствие требованию п. 10.3 Правил ДД.
Таким образом, в данной дорожной ситуации водитель Мицубиси действовал в несоответствии с требованиями п. 9.1(1), требованием разметки на проезжей части 1.1, и п. 10.3, 11.1 и 11.2 Правил. Несоответствия требованиям разметки и 9.1(1), в данной ситуации состоит в причинной связи с данным ДТП.
Что касается действий водителя автомобиля Тойота, несоответствие требованиям п. 8.6 в его действиях действительно присутствует, но в причинной связи с ДТП оно не состоит, несоответствие п. 8.1, касающееся безопасности маневра однозначно имеет место, хотя требования Правил и разметки не предусматривают наличие транспортного средства на встречной полосе на данном участке дороги. В момент начала маневра Тойота, Мицубиси, хоть и двигался по встречной полосе, движение по которой ему было запрещено, но находился в непосредственной близости от места столкновения, и при условии выполнения требований п. 8.1 Правил, водитель Тойота мог и должен был убедиться в безопасности маневра.
Вопрос о наличии либо отсутствии у водителя технической возможности предотвратить столкновение путем торможения, был решен в рамках исследования по первому вопросу данного заключения. Время с момента начала маневра Тойота влево и до момента столкновения составляет 1,971 секунда, при этом на остановку автомобиля Мицубиси при максимально допустимой скорости необходимо 4,3 секунды, то есть водитель Мицубиси не имел в данной ситуации технической возможности предотвратить столкновение путем торможения. При этом необходимо указать, что при условии его действий в соответствии с требованием п. 9.1 (1), траектории движения автомобилей не пересекаются, а столкновение автомобилей было бы исключено.
В данной дорожно-транспортной ситуации, при условии отказа водителя Тойота от маневра влево, увидев автомобиль Мицубиси, и убедившись в опасности маневра, столкновение ТС было бы исключено.
Решение вопроса о наличии либо отсутствии технической возможности предотвращения столкновения заключается в сравнении остановочного пути автомобиля с его удалением в момент возникновения опасности для движения. Поскольку водитель Тойота до момента столкновения опасность для движения не видел, как таковой опасности для движения не было, решать вопрос о технической возможности не имеет смысла, можно лишь указать, что при условии выполнения требований п. 8.1 Правил, отказе от начала маневра, столкновение ТС было бы исключено.
Оценивая представленное в материалы дела заключение судебной экспертизы ООО «Независимая автотехническая, трасологическая, товароведческая экспертиза» №, суд правовых оснований не доверять выводам эксперта не находит, поскольку по убеждению суда при проведении судебной экспертизы не было допущено нарушений, ставящих под сомнение выводы эксперта. Заключение дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся в материалах дела документов. Экспертом изложены результаты исследования, заключение содержит категоричные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным, не допускает неоднозначного толкования. При проведении экспертного исследования эксперт проанализировал и сопоставил все имеющиеся исходные данные, объем повреждений, которые могли быть отнесены к заявленному ДТП. Эксперт до начала производства экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса РФ, имеет необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы.
В отсутствие бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением указанного закона и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, оснований не доверять указанному заключению и назначать повторную экспертизу по ходатайству стороны истца у суда не имеется.
Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО7 (протокол судебного заседания от 12.08.2025г.) выводы, изложенные в заключении подтвердил, дополнительно пояснив, что до совершения маневра по повороту налево, автомобиль Тойота пересек сплошную линию и двигался прямолинейно. Также эксперт указал, что обзор водителей ничего не ограничивало.
Оценив вышеприведенные обстоятельства заявленного спора, суд приходит к следующему.
Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 (далее - Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.
В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
В соответствии с п. 8.1 ПДД РФ водитель перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
На любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева (пункт 9.1(1) Правил дорожного движения).
Линия горизонтальной разметки 1.1 Приложения N 2 к Правилам дорожного движения разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен. Правилами дорожного движения установлен запрет на ее пересечение.
Таким образом, при установленных обстоятельствах, принимая во внимание имеющееся в материалах дела экспертное заключение ООО «Независимая автотехническая, трасологическая, товароведческая экспертиза» №, исследовав видеозапись произошедшего дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к выводу о том, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло по вине как водителя ФИО2, так и водителя ФИО1 При этом из исследованной судом видеозаписи отчетливо усматривается, что транспортное средство Тойота под управлением истца ФИО1, двигаясь прямолинейно, в 16 час. 25:25 мин. меняет траекторию движения и пересекает линию разметки, начиная маневр влево, продолжая двигаться прямолинейно, частично находясь на полосе встречного движения. Одновременно транспортное средство Мицубиси под управлением ответчика ФИО2 в 16 час. 25:35 мин. совершает выезд на полосу встречного движения, при этом по направлению движения обоих транспортных средств усматривается разметка 1.6 (Приложение № ПДД РФ), предупреждающая о наличии впереди разметки 1.1 (Приложение № ПДД РФ), которая запрещает ее пересечение и исключает возможность выполнения маневра обгона. При указанных обстоятельствах с учетом допроса эксперта суд также приходит к выводу, что транспортное средство Мицубиси при начале маневра обгона было в зоне видимости водителя транспортного средства Тойота, который в момент выезда автомобиля Мицубиси на полосу встречного движения уже совершил маневр по частичному перестроению влево и пересек линию дорожной разметки.
Далее, как усматривается из экспертного заключения ООО «Независимая автотехническая, трасологическая, товароведческая экспертиза» №, исследованной видеозаписи, транспортное средство Тойота под управлением истца ФИО1 резко совершает маневр поворота налево, "срезая" траекторию своего движения по встречной полосе, не убедившись в безопасности маневра, наличия транспортных средств на встречной полосе движения, в том числе, обгоняющих поток транспортных средств попутного направления, создав опасность для движения, в результате чего произошло столкновение с автомобилем Тойота под управлением ответчика.
При этом водитель ФИО8, совершая маневр обгона, также не убедился в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии, и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, начал маневр по обгону в нарушение п. 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которому обгон запрещен на регулируемых перекрестках, а также на нерегулируемых перекрестках при движении по дороге, не являющейся главной.
Относительно правомерности (неправомерности) действий каждого из указанных водителей и наличия причинно-следственной связи между их действиями непосредственно перед столкновением и причинением технических повреждений вышеуказанным автомобилям, суд приходит к выводу, что причиной произошедшего 18.08.2023г. дорожно-транспортного происшествия явились как нарушение водителем ФИО1 положений п. 1.5, 8.1 ПДД РФ, так и нарушение водителем ФИО2 положений п. 9.1 (1) ПДД РФ, разметки на проезжей части 1.1, при этом у водителя ФИО2 отсутствовала возможность, при применении экстренного торможения, предотвратить столкновение.
Приходя к изложенному выводу суд также принимает во внимание выводы эксперта ООО «Независимая автотехническая, трасологическая, товароведческая экспертиза», согласно которым несоответствие действий ФИО2 требований п. 10.3, 11.1, 11.2 не состоят в причинно-следственной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием.
На основании изложенного суд, руководствовался положениями пункта 3 статьи 1079, статьями 15, 1064 ГК РФ и, оценив представленные по доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, приходит к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине как истца, так и ответчика, в связи с чем, полагает возможным распределить их вину в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии как равную по 50%, и взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 610 350 рублей, удовлетворив заявленные требования частично, что составляет 50% стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, утраты товарной стоимости транспортного средства истца с учетом выплаченного страхового возмещения исходя из следующего расчета: (1924600+96100)/2-400 000. При этом размер стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, утраты товарной стоимости суд полагает возможным определить на основании выводов заключения №-АТЭ от 11.11.2024г., составленного ООО «Экспертиза обстоятельств дорожно-транспортных происшествий», которая сторонами в данной части не оспаривалось.
Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей. Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разъяснено, что в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу.
Вместе с тем уменьшение истцом размера исковых требований в результате получения при рассмотрении дела доказательств явной необоснованности этого размера может быть признано судом злоупотреблением процессуальными правами и повлечь отказ в признании понесенных истцом судебных издержек необходимыми полностью или в части (часть 1 статьи 35 ГПК РФ, части 6, 7 статьи 45 КАС РФ) либо возложение на истца понесенных ответчиком судебных издержек (статья 111 АПК РФ).
Доказательств совершения истцом при предъявлении иска действий, имеющих своей целью причинить вред другому лицу или действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление истцом гражданских прав (злоупотребление правом), в ходе судебного разбирательства не добыто и ответчиком не представлено.
Одновременно, как разъяснил Верховный Суд РФ в пунктах 12, 13 Постановления Пленума N 1 от 21 января 2016 года "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 17.07.2007 N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.
Судом установлен, что по договору об оказании юридических услуг ООО Юридическая компания «Опора» №-А от 03.11.2023г., истцом оплачено 90 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 03.11.2023г. (л.д. 15-16)
Также материалами дела подтверждается несение истцом расходов на оплату услуг по оценке стоимости ущерба транспортному средству, в размере 11 500 рублей. (л.д 17)
С учетом изложенного, исходя из занятости представителей истца в данном деле, которыми обеспечено участие представителей в судебных заседания при рассмотрении дела в суде первой инстанции 01.04.2024г., 25.04.2024г., 26.12.2024г., 21.01.2025г., 13.03.2025г., 12.08.2025г.,27.08.2025г., 03.09.2025г., с учетом сложности дела, которую суд полагает возможным определить как дело средней степени сложности, возражения со стороны ответчика, суд с учетом требований ст. 98 ГПК РФ полагает возможным признать заявленный размер судебных расходов соответствующим принципу разумности и соразмерности оказанных представителями юридических услуг, и взыскать с ответчика судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 33 840 рублей (90000*37,6%) пропорционально удовлетворенным исковым требованиям (при ценен иска 1620 700 = 100%, 610350=37,6%), а также судебные расходы по оплате услуг оценки ущерба транспортного средства в размере 4 324 рубля (11500*37,6%), судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 130 рублей 12 копеек (16303,5*37,6%).
Руководствуясь ст.ст.194, 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в счет возмещения ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 610 350 рублей, расходы на проведение независимой экспертизы в размере 4 324 рубля, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 33 840 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 130 рублей 12 копеек, а всего 654 644 (шестьсот пятьдесят четыре тысячи шестьсот сорок четыре) рубля 12 копеек.
В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через суд <адрес>.
Судья подпись Ахметова Е.А.
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ
Подлинник решения находится в гражданском деле № Калининского районного суда <адрес>. УИД 54RS0№-89.
Решение не вступило в законную силу «_____» ______________ 202 г.
Судья Е.А. Ахметова
Секретарь С.А. Бочанов