Судья: Ветошкина Л.В. Дело № 2-1020/2023

Докладчик: Белик Н.В. 33-8878/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Белик Н.В.

судей Мащенко Е.В., Рыбаковой Т.Г.

при секретаре Лымаренко О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 29 августа 2023 года гражданское дело по апелляционной жалобе ИП ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Новосибирска от 19 мая 2023 года по исковому заявлению ФИО2 к ИП ФИО1 об установлении факта трудовых отношений, компенсации морального вреда, которым постановлено:

Исковые требования ФИО2 к ИП ФИО1 об установлении факта трудовых отношений, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений ФИО2 в период с 04.09.2021 года по 02.12.2021 года в должности водителя у ИП ФИО1.

Взыскать с ИП ФИО1 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Взыскать с ИП ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 рублей.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Белик Н.В., объяснения ФИО2, его представителя ФИО3, представителя ИП ФИО1 – ФИО4,

судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО2 обратился с вышеуказанным иском, в котором, с учетом частичного отказа от исковых требований, просил установить факт трудовых отношений ФИО2 в период с 01.09.2021 года по 31.01.2021 года в должности водителя у ИП ФИО1, взыскать с ИП ФИО1 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обосновании своих требований указал, что ФИО1 с 28 августа 2013 года зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, что подтверждается Выпиской из ЕГРИП (приложение № 2 к настоящему иску), основной вид деятельности по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности: 49.4. Деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам.

С ведома и по поручению ИП ФИО1 с 01 сентября 2021 года истец ФИО2 фактически приступил к выполнению работы в должности водителя принадлежащего ИП ФИО1 автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № и работал постоянно по январь 2022 года включительно, однако трудовые отношения с ФИО2 индивидуальный предприниматель ФИО5 надлежащим образом не оформил.

В ходе осуществления трудовой деятельности ФИО2 подчинялся указаниям ИП ФИО1 относительно осуществления трудовых обязанностей, в частности: по указаниям ИП ФИО1 истец осуществлял перевозки различных грузов, в связи с чем оформлял накладные при загрузке-выгрузке товаров, передавал и принимал после ремонта автомобиль, ставил его на стоянку по адресу: <адрес>, где ИП ФИО1 осуществлял хранение принадлежащих ему грузовых автомобилей. При этом техническое обслуживание автомобилей, обеспечение их горюче-смазочными и другими расходными материалами, оплата штрафов, осуществлялась за счет работодателя. Однако с февраля 2022 года ИП ФИО1 прекратил трудовые отношения с ФИО2 по причине произошедшего при выполнении ФИО2 трудовых обязанностей повреждения в результате возгорания автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №

Отношения, возникшие между ФИО2 и ИП ФИО1, несмотря на отсутствие заключенного между ними письменного трудового договора, имеют все признаки трудовых отношений: на протяжении длительного периода времени (с сентября 2021 года по январь 2022 года) ФИО2 по заданию ИП ФИО1 и в его интересах выполнял работы по перевозке на принадлежащем ответчику автомобиле различных грузов, подчинялся установленному ИП ФИО1 графику работ, отчитывался за перевозимый груз на основании товарно-транспортных накладных, получал за свой труд заработную плату.

Незаконными действиями ИП ФИО1, выразившимися в не оформлении трудовых отношений надлежащим образом, невыплате заработной платы, ФИО2 причинен моральный вред, размер компенсации которого истец оценивает в 50 000 руб.

Судом постановлено вышеуказанное решение, с которым не согласился ИП ФИО1, в апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить, постановить новое об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что из материалов ранее рассмотренного Ленинским районным судом г. Новосибирска гражданского дела № 2-4475/2022 следует, что ФИО2 дал пояснения о том, как и на каких условиях, он выполнял заказы по доставке различных грузов у ФИО1 Сам ФИО2 не отрицал, что услуги по доставке различных грузов, которые он оказывал ФИО1 носили непостоянный, периодический характер. Также, ФИО2 пояснил, что услуги по доставке различных грузов, которые он оказывал ФИО1 имели цель временной подработки, поскольку он работал в другой организации. Согласившись на условия ФИО1, ФИО2 не настаивал на заключении с ним трудового договора и выплате ему ежемесячной заработной платы. ФИО2 оказывал ФИО1 услуги по доставке различных грузов в удобное ему время, выбирая свободный график, обговаривая условия вознаграждения (оплаты) за оказываемые услуги. Также, ФИО2. А.А. оказывая ФИО1 услуги по доставке различных грузов, не подчинялся требованиям нормативных регламентов, локальным нормативным актам, трудовому распорядку и т.д. которые действовали в ООО «Автостроймонтаж» и которым подчинялись все трудоустроенные водители. При рассмотрении выше указанного дела также ФИО2 неоднократно пояснял, что брал у ФИО1 автомобиль в своих личных целях, выполняя иную, не связанную с деятельностью ООО «Автостроймонтаж» и ИП ФИО1 подработку.

Также указывает, что в результате рассмотрения гражданского дела № 2-4475/2022 по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба причиненного пожаром судом постановлено решение о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 ущерба, причиненного пожаром в размере 1 000 000 рублей. Решением суда установлено, что между ИП ФИО1 и ФИО2 при осуществлении последним деятельности по оказанию услуг по доставке различных грузов имели место гражданско-правовые отношения, которые заключались в выполнении определенного задания на перевозку груза периодически, не имея регулярного характера.

Считает, что судом нарушен принцип правовой определенности, выводы суда по настоящему делу противоречат выводам суда, изложенным в решении Ленинского районного суда г. Новосибирска по гражданскому делу № 2-4475/2022, вступившим в законную силу.

Указывает на то, что суд первой инстанции не установил следующие юридически значимые обстоятельства: где и когда ФИО2 договорился с ИП ФИО1 о выполнении работы в качестве водителя? Как происходила процедура приема на работу ФИО2? Передавались ли ФИО2 какие-либо документы ФИО1 при приеме на работу? По какой причине не был заключен между сторонами трудовой договор? Настаивал ли ФИО2 на заключении трудового договора? Какой график работы, и какие условия оплаты за выполняемую работу были достигнуты между сторонами? Является ли для ФИО2 работа у ИП ФИО1 основным местом работы или работой по совместительству? Имеются ли у ФИО2 водительские права соответствующей категории? Годен ли по состоянию здоровья ФИО2 для выполнения работы в качестве водителя? и др.

Обращает внимание на то, что ответчиком представлена справка об отсутствии у ИП ФИО1 наемных работников и отсутствии регистрации в ФСС и иных организациях сведений о регистрации в качестве работодателя.

Считает, что ИП ФИО1 не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку ФИО2 оказывал услуги по доставке различных грузов, которые вытекали из деятельности ООО «Автостроймонтаж».

Также выражает несогласие с размером компенсации морального вреда присужденного судом, поскольку суд не обосновал характер нравственных страданий и переживаний ФИО2, имел ли место вообще факт нравственных страданий и переживаний со стороны истца, если указываемая истцом работа выполнялась в удобное для него время.

Проверив материалы дела в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Истец указал, что 04.09.2021 года истец, с ведома и по поручению ответчика, на принадлежащем ответчику автомобиле, осуществлял перевозки грузов, данные факты подтверждаются свидетельскими показаниями, перепиской в Ватсап, из которой следует какой груз и куда необходимо возить, выпиской по счету, из которой следует, что ответчик перечислял истцу вознаграждение за труд (заработную плату).

Разрешая спор по существу заявленных исковых требований об установлении факта трудовых отношений, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 57,67 Трудового кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о том, что отношения ФИО2 и ИП ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ строились на основе трудовых отношений, установив факт трудовых отношений ФИО2 в период с 04.09.2021 по 02.12.2021 в должности водителя у ИП ФИО1.

На основании ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства нашло подтверждение нарушение работодателем трудовых прав ФИО2, суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Вместе с тем, на основании ст. 103 ГК РФ, суд взыскал с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в размере.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют требованиям закона, обстоятельствам дела и представленным сторонами доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования доказательств.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее также - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно, в первую очередь, определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть первая статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (часть вторая статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя-физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведенных в этих статьях определений понятий "трудовые отношения" и "трудовой договор" не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абзацы пятый и шестой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу части второй которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В силу части четвертой статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей-физических лиц и у работодателей-субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее - постановление Пленума от 29 мая 2018 г. N 15) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей-физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей-субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

Принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац первый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица-работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда (абзац второй пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

Из приведенного правового регулирования, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судами первой и апелляционной инстанций применены неправильно, без учета правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций не установлены, действительные правоотношения сторон не определены.

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство в том числе определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица-работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности с пояснениями сторон, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что между ФИО2 и ИП ФИО1 в период с 04.09.2021 по 02.12.2021 сложились фактические трудовые отношения, так как работодатель предоставил истцу транспортное средство для выполнение работы, работник приступил к работе с ведома и по поручению работодателя, выполнял трудовые функции в качестве водителя на автомобиле работодателя, отчитывался за перевозимый груз на основании товарно-транспортных накладных, между сторонами достигнуто соглашение о размере заработной платы.

Разрешая спор, суд, верно определив обстоятельства, имеющие значение для дела, исследовав доводы и возражения сторон, представленные сторонами доказательства, правильно применив нормы материального права, регулирующие спорные отношения, обоснованно исходил из того, что факт трудовых отношений между истцом и ответчиком подтвержден совокупностью исследованных доказательств.

Делая вывод о том, что истцом представлены доказательства, объективно и достоверно подтверждающие наличие трудовых отношений между ним и ответчиком в должности водителя, суд апелляционной инстанции учел, что согласно части первой статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии с пунктом 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как-то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

В связи с чем, разрешая спор, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание представленные в материалы дела в подтверждение факта трудовых отношений копии накладных по перевозке груза, которые направлялись истцом работодателю.

Кроме того, как следует из представленной в материалы дела переписки в мессенджере «WhatsApp» ответчик давал указания истцу о времени работы и месте («утром на работу первомайка зорге», «на барышево стружка», «чулымская 112/1 суббота к 9 утра…возить на большую», «утром не едем на работу», «дк прогресс – игарская 18, к км» «гаранинина 33 к 9 утра», «утром едем на гаранина», «ереванская 4», «ермака 4»).

В ходе рассмотрения дела ответчик не отрицал ни сам факт переписки, ни содержание сообщений и даты их направления.

Как следует из выписки по счету истца, на счет истца через систему быстрых платежей зачислялись денежные средства, отправителем которых являлся Константин ФИО6, в свою очередь, факт перечисления денежных средств истцу сторона ответчика не оспаривала.

Вместе с тем, истец оказывал работу по перевозки груза на транспортном средстве, принадлежащего на праве собственности ФИО1 Однако, доказательств, свидетельствующих о том, что транспортное средство было передано ответчиком истцу на основании договора аренды или в рамках иного договора гражданско-правового характера в материалы дела не представлено. Акт передачи транспортного средства в материалах дела отсутствует, при этом ответчик не оспаривал, что истец выполнял работу по поручению ответчика на его транспортном средстве.

К тому же, судебная коллегия обращает внимание на то, что в качестве основного вида деятельности индивидуального предпринимателя ФИО1 является «49.4 Деятельность автомобильного грузового транспорта и услуг по перевозке», что согласуется с трудовыми функциями, оказываемыми истцом ответчику в качестве водителя по перевозке грузов на транспортном средстве ответчика, отчитываясь за перевозимый груз копиями накладных.

Данные обстоятельства свидетельствует о наличии подчиненности и зависимости труда, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя и только по определенной специальности (в качестве водителя).

Таким образом, отношения, сложившиеся между истцом и ответчиком, имеют признаки трудовых, поскольку порученная истцу работа носила длительный характер, работник выполнял определенную трудовую функцию в интересах работодателя, под контролем и управлением работодателя, работа истца носила возмездный характер.

Доводы жалобы ответчика об отсутствии документального подтверждения трудовых отношений (сведений о принятии ответчиком кадровых решений в отношении истца, о заключении между сторонами трудового договора, приказа о приеме, прием документов от истца и заявления о приеме на работу), не подчинение правилам внутреннего трудового распорядка, не могут повлечь удовлетворение апелляционной жалобы, поскольку данные обстоятельства не могут свидетельствовать об отсутствии трудовых отношений между сторонами и не могут явиться основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку судом на основании представленных доказательств было установлено, что истец, с которым ответчиком не был оформлен трудовой договор в письменной форме, был допущен к работе ИП ФИО1, что истец в период с 04.09.2021 по 02.12.2021 лично исполнял порученную ему работодателем конкретную работу, ежемесячно получал заработную плату, размер которой определялся сдельным способом по количеству рейсов, в связи с чем в соответствии с вышеприведенным правовым регулированием, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Отклонив ссылку ответчика на то, что в данном случае имели место временные услуги по гражданскому правовому договору суд первой инстанции обоснованно указал на то, что ответчик не представил суду гражданско-правовой договор, тогда как в силу приведенных правовых норм, при отсутствии гражданско-правового договора, трудовые отношения презюмируются.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчиком представлена справка об отсутствии у ИП ФИО1 наемных работников и отсутствии регистрации в ФСС и иных организациях сведений о регистрации в качестве работодателя, не опровергают выводов суда первой инстанции, поскольку работодатель, не оформляя трудовые отношения в установленном законом порядке, преследует цель не производить отчисление обязательных страховых взносов и несения дополнительных расходов.

В силу положений ст. 22 ТК РФ работодатель обязан осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.

Статья 12 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" устанавливает обязанность работодателя (страхователя) уплачивать в установленные сроки и в надлежащем размере страховые взносы; представлять страховщику и (или) налоговому органу сведения, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета уплаченных страховых взносов.

Страхователи обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в указанный Фонд; представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения (ст. 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации".

Частью 2 ст. 17 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" предусмотрено, что страхователь обязан своевременно и в полном объеме осуществлять уплату страховых взносов на обязательное медицинское страхование в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 4.1 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" страхователи обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в Фонд социального страхования Российской Федерации.

В свою очередь, в возражениях на исковое заявление (л.д. 54), представитель ответчика, сам указал на то, что ответчик предложил истцу официально трудоустроиться при условии того, что уплата взносов будет производиться истцом самостоятельно, что свидетельствует о цели ответчика не производить отчисление обязательных страховых взносов и несения дополнительных расходов при оформлении трудового договора. Вместе с тем, каких-либо изменений по характеру выполняемых работ при оформлении трудового договора и при отсутствии его оформления ответчиком не указано, гражданско-правой договор между сторонами на оказание услуг по перевозки грузов не заключен.

При таких обстоятельствах, в нарушение выше приведенных требований трудового законодательства, ответчик все равно допустил фактически истца к выполнению трудовой функции, в отсутствие надлежащим образом оформленного трудового договора.

В свою очередь, по смыслу статей 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Однако, ответчиком не представлено каких-либо доказательств отсутствия трудовых отношений с истцом, а также наличия гражданско-правового договора, в связи с чем доводы ответчика об отсутствии трудовых отношений признаются судебной коллегией несостоятельными.

Ссылка апеллянта на решение Ленинского районного суда г. Новосибирска от 02 декабря 2022 года по гражданскому делу № 2-4475/2022, которым установлено, что между ИП ФИО1 и ФИО2 при осуществлении последним деятельности по оказанию услуг по доставке различных грузов имели место гражданско-правовые отношения, не имеет правового значения для разрешения спора, поскольку указанное решение суда не вступило в законную силу, производство по делу № 2-4475/2022 приостановлено в суде апелляционной инстанции до разрешения настоящего гражданского дела.

Вопреки утверждениям апеллянта, истец и в ходе рассмотрения дела о взыскании с него ущерба, не подтверждал факт наличия гражданско- правового договора, что усматривается из решения Ленинского районного суда г. Новосибирска от 2.12.2022 года, содержащегося на сайте данного суда в открытом доступе.

Не является основанием к отмене, принятого судом первой инстанции решения и по тем основаниям, что ранее в ходе проверки по факту пожара автомобиля, принадлежащего ответчику по настоящему делу, истцом давались пояснения, что 24.10.2021 года истец использовал автомобиль в личных целях (л.д.43), поскольку данное обстоятельство само по себе не опровергает факт наличия между сторонами трудовых отношений, а истец объяснил этот факт, просьбой ответчика дать подобные пояснения в ходе проверки.

Также судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы о том, что ИП ФИО1 не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку ФИО2 оказывал услуги по доставке различных грузов, которые вытекали из деятельности ООО «Автостроймонтаж», поскольку подтверждающих доказательств о том, что работа истца вытекала из деятельности ООО «Автостроймонтаж» не представлено. В свою очередь деятельности ИП ФИО1, указанная в выписке из ЕГРИП согласуется с трудовыми функциями, оказываемыми истцом ответчику в качестве водителя по перевозке грузов.

Установив нарушение трудовых прав истца, суд первой инстанции, с учетом фактических обстоятельств дела, объема и характера, причиненных работнику нравственных страданий, периода нарушения, требований разумности и справедливости, взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Вопреки доводам жалобы ответчика размер компенсации морального вреда определен судом правильно, в соответствии с положениями статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом юридически значимых обстоятельств, влияющих на размер компенсации морального вреда. Взысканная сумма компенсации морального вреда является соразмерной причиненным физическим и нравственным страданиям, отвечает требованиям разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Доводы жалобы о несогласии с размером компенсации морального вреда являются необоснованными, поскольку законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.

Оснований не согласиться с установленным судом размером компенсации морального вреда у судебной коллегии не имеется. Приведенные в жалобе доводы не содержат указаний на нарушение судом критериев, учтенных при определении размера компенсации морального вреда.

При указанных обстоятельствах доводы апелляционной жалобы не могут являться основанием к отмене либо изменению судебного решения, поскольку направлены на иное толкование норм материального права и иную оценку собранных по делу доказательств, которым суд в их совокупности дал надлежащую правовую оценку в соответствии с правилами ст. ст. 12, 56 и 67 ГК РФ. Оснований для признания ее неправильной судебная коллегия не находит.

Судебная коллегия полагает, что все обстоятельства, имеющие значение для дела, судом определены правильно, им дана надлежащая оценка. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение принятого решения и предусмотренных ст. 330 ГПК РФ судом не допущено. Доводов, опровергающих правильность выводов суда, апелляционная жалоба не содержит.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Решение Ленинского районного суда г. Новосибирска от 19 мая 2023 года в пределах доводов апелляционной жалобы оставить без изменения, апелляционную жалобу ИП ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий:/подпись/

Судьи:/подписи/

«копия верна»

Судья