Дело № 2-6162/2025

УИД: 29RS0014-01-2025-009577-18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Архангельск 02 декабря 2025 года

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе председательствующего судьи Тучиной Ю.А.

при секретаре Артемовой А.В.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания, отмене дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации (далее – ФГБОУВО «СГМУ», Учреждение) о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания, отмене дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что между ею и Министерством здравоохранения РФ, а также ответчиком были заключены трудовые договоры, на основании которых она занимала следующие должности:

- ректора Учреждения в период с 28 августа 2019 года по 27 августа 2024 года;

- исполняющего обязанности ректора Учреждения в период с 28 августа 2024 года по 31 марта 2025 года;

- заведующей кафедрой стоматологии детского возраста Учреждения с 2006 года по 30 сентября 2025 года.

Приказом Учреждения от 29 сентября 2025 года <№> (далее – Приказ) на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора с указанием на тот факт, что приказ издан во исполнение представления СУ УМВД России по Архангельской области от 09 сентября 2025 года <№> (далее – Представление), содержащего требование привлечь ее к дисциплинарной ответственности за отсутствие контроля, вследствие чего стали возможны ненадлежащие противозаконные действия со стороны работников Учреждения. В качестве основания привлечения к дисциплинарной ответственности поименовано лишь Представление. С Приказом истец ознакомлена 30 сентября 2025 года, при ознакомлении выразила свое несогласие с ним. По мнению истца, Приказ является незаконным, поскольку в нем не указан конкретный дисциплинарный проступок, совершенный истцом, дата его совершения, положения трудового договора или локального акта, которые были нарушены истцом; при принятии Приказа ответчик нарушил процедуру привлечения работника к дисциплинарной ответственности, на истребовал от ФИО3 объяснения относительно вмененного проступка; при наложении взыскания работодатель не учел тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, предшествующее поведение работника, его отношение к труду; приказ вынесен неуполномоченным лицом, поскольку подписан и.о. ректора Учреждения, в то время как в период совершения проступка истец сама занимала указанную должность, следовательно, вопрос о применении к истцу дисциплинарного взыскания мог быть решен Министром здравоохранения РФ. По мнению истца, допущенные нарушения свидетельствуют о незаконности Приказа. В связи с необоснованным привлечением к дисциплинарной ответственности истец испытывала нравственные страдания, размер которых оценивает в 50000 руб. 00 коп. На основании изложенного, истец просит признать Приказ незаконным, отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора, наложенное оспариваемым Приказом, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. 00 коп.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержал, на их удовлетворении настаивал.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась. Пояснила, что требования следователя, изложенные в Представлении, являлись для Учреждения обязательными, Представление истцом обжаловано не было, оснований для его неисполнения у Учреждения не имелось. В Представлении уже была установлена причинно-следственная связь между действиями ФИО3 и действиями привлеченных к уголовной ответственности сотрудников, которыми был причинен ущерб иностранным гражданам. Также полагает, что 30 сентября 2025 года трудовой договор с истцом прекращен, следовательно, ФИО3 считается не имеющей дисциплинарного взыскания, что говорит об отсутствии оснований для отмены Приказа. Каких-либо нравственных либо физических страданий истцу ответчиком не причинено, доказательств обратного истцом в материалы дела не представлено, следовательно, основания для взыскания в пользу ФИО3 компенсации морального вреда отсутствуют.

Истец в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, по определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Выслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что с 20 декабря 2006 года по 27 августа 2014 года ФИО3 в связи с избранием по конкурсу занимала в Учреждении должность заведующей кафедрой стоматологии детского возраста (приказ от 25 декабря 2006 года <№>).

С 28 августа 2014 года по 27 августа 2019 года, а также с 28 августа 2019 года по 27 августа 2024 года занимала должность ректора Учреждения, а с 28 августа 2024 года по 31 марта 2025 года исполняла обязанности ректора Учреждения.

С 07 апреля 2025 года ФИО3 в связи с избранием по конкурсу принята на должность заведующей кафедрой стоматологии детского возраста (приказ от 07 апреля 2025 года <№>) на основании трудового договора <№>.

30 сентября 2025 года трудовой договор с ФИО3 расторгнут по инициативе работника в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи с выходом на пенсию (приказ от 30 сентября 2025 года <№>).

За период трудовой деятельности ФИО3 неоднократно поощрялась, о чем имеются записи в трудовой книжке. Сведения о дисциплинарных взысканиях в отношении ФИО3 отсутствуют.

Оспариваемым Приказом к ФИО3 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора (п. 1).

Из текста Приказа следует, что он издан во исполнение Представления за отсутствие контроля со стороны ФИО3 работников Учреждения, в соответствии со ст. 192 ТК РФ.

Согласно тексту Представления, оно вынесено в связи с расследованием уголовного дела <№>, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

К уголовной ответственности по данному делу привлечены как бывшие, так и действующие сотрудники Учреждения: советник ректора <***>, проректор <***>, начальник управления международного сотрудничества <***>, начальник управления правового и кадрового обеспечения <***>, декан международного факультета врача общей практики <***>, администраторы международного отдела <***> и <***>.

По версии следствия, в период времени с 21 августа 2024 года по 15 марта 2025 года из Учреждения по инициативе бывшего декана международного факультета общей практики <***> при сопровождении юридической службы под руководством начальника управления правового и кадрового обеспечения <***> незаконно, без достаточных оснований было инициировано отчисление ряда иностранных студентов. Основанием к отчислению послужило наличие задолженности за оказанные образовательные услуги, подтверждения наличия которой представлено не было, претензионная работа со стороны Учреждения о взыскании якобы имеющейся задолженности не велась. Расчет с Учреждением за оказанные услуги производился Russian Medical Educational Agency LCC (далее – Агентство) на основании выставленных счетов и платежных поручений, в которых указывалось количество иностранных студентов конкретного курса обучения и период оказанной услуги, поименный список иностранных студентов, которым оказана образовательная услуга, а также за которых проведена оплата, отсутствовал. Такие же нарушения установлены по счетам, связанным с оплатой услуг по предоставлению койко-места в общежитии Учреждения на период обучения иностранного студента.

Аналогичные нарушения по порядку отчисления были допущены со стороны начальника управления правового и кадрового обеспечения Учреждения и начальника управления международного сотрудничества Учреждения <***> в 2021 году.

Кроме того, 05 мая 2025 года направлен запрос по предоставлению информации о месте пребывания в период обучения в Учреждении иностранных студентов, предоставлению договоров на проживание. При поступлении ответа на запрос установлено, что Учреждение не может предоставить информацию по ряду студентов ввиду отсутствия информации о месте их проживании, поскольку договоры на проживание не заключались, бланки уведомлений о прибытии отсутствуют. Исполнителем ответа является сотрудник <***> Отсутствие информации и договоров в отношении ряда студентов ставит под сомнение обоснованность взыскания платы за проживание, так как она различная для общежитий Учреждения, а также соблюдения требований миграционного законодательства Учреждением как принимающей стороной.

По мнению органа предварительного следствия, указанные нарушения стали возможны вследствие ненадлежащих противозаконных действий <***>, <***>, <***>, отсутствия контроля со стороны бывшего ректора Учреждения ФИО3 и проректоров Учреждения по направлениям деятельности.

Учреждению предложено рассмотреть Представление (п. 1), должностных лиц, допустивших нарушения закона, привлечь к дисциплинарной ответственности (п. 2), а также совершить иные действия, перечисленные в пп. 3 и 4 Представления и сообщить о принятом решении в орган предварительного расследования (п. 5).

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела, никем не оспариваются, в связи с чем, суд полагает их установленными.

В силу положений статьи 21 Трудового кодекса РФ, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

На основании статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка.

При этом в силу действующего трудового законодательства на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к применению дисциплинарного взыскания, в действительности имело место.

Согласно части 1 статьи 192 Трудового кодекса РФ, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

При этом в силу действующего трудового законодательства на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к применению дисциплинарного взыскания, в действительности имело место.

Таким образом, дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие конкретные противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен в статье 193 Трудового кодекса РФ.Положениями указанной нормы предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки – позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Из анализа приведенных правовых норм и установленных обстоятельств суд приходит к выводу, что при объявлении истцу выговора была нарушена процедура привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Так, до издания оспариваемого Приказа с ФИО3 не были истребованы письменные объяснения.

Фактически, доводы, изложенные в Представлении, относительно возможного наличия в действиях ФИО3 дисциплинарного проступка, работодателем не выяснялись и не проверялись, в то время как наличие, по мнению органа предварительного расследования, обстоятельств, способствовавших совершению преступления, безусловно не свидетельствует о том, что в действиях кого-либо из работников имеются признаки такового.

В оспариваемом Приказе отсутствует указание на то, какие трудовые обязанности не были выполнены ФИО3, какими положениями трудового договора, локальных актов они предусмотрены.

Перечисленные нарушения при привлечении истца к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей являются основанием для признании незаконным Приказа в части применения дисциплинарного взыскания в виде выговора в отношении ФИО3 (п. 1).

В остальной части содержание Приказа не затрагивает прав и законных интересов истца, следовательно, не может быть признан незаконным по требованию ФИО3

Вместе с тем, суд не располагает правом отменять дисциплинарное взыскание, так как данной прерогативой наделен только работодатель, в связи с чем, в указанной части требования истца не могут быть удовлетворены.

Разрешая требование о компенсации морального вреда, суд руководствуется следующим.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников. Суд, в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность).

Поскольку ответчиком было допущено нарушение трудовых прав работника ФИО3 необоснованным привлечением к дисциплинарной ответственности, сам факт которого является достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда, данное требование истца подлежит удовлетворению.

Довод истца о причинении действиями работодателя вреда ее здоровью как основание для компенсации морального вреда не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Представленные истцом в материалы дела медицинские документы не позволяют сделать однозначный вывод, что обращения ФИО3 за оказанием медицинской помощи явились следствием неправомерных действий работодателя по изданию Приказа.

Так, скорая помощь была вызвана ФИО3 24 ноября 2025 года в Октябрьский районный суд г. Архангельска, где рассматривалось уголовное дело в отношении нее, что никак не взаимосвязано с изданием оспариваемого Приказа.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (пункт 22 постановления Пленума № 33 от 15 ноября 2022 года).

В соответствии с пунктом 25 Постановления Пленума № 33 от 15 ноября 2022 года, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Суду необходимо также устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Исходя из степени нравственных страданий истца, степени вины ответчика, характера сложившихся между сторонами правоотношений, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, тяжести причиненных истцу нравственных страданий и их длительности, учитывая требования разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда в размере 10000 рублей и взыскивает указанную сумму с ответчика в пользу истца.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, от оплаты которой был освобожден истец при обращении в суд, в размере 6000 рублей.

Излишне оплаченная государственная пошлина в размере 3000 рублей подлежит возвращению ФИО3

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания, отмене дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации от 29 сентября 2025 года <№> в части применения дисциплинарного взыскания в виде выговора в отношении ФИО3 (п. 1).

Взыскать с федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (паспорт <№>) компенсацию морального вреда в размере 10000 (Десять тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6000 (Шесть тысяч) рублей.

Возвратить ФИО3 (паспорт <№>) излишне оплаченную государственную пошлину в размере 3000 (Три тысячи) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение будет изготовлено в течение десяти дней со дня окончания разбирательства дела.

Председательствующий Ю.А. Тучина

Верно: Судья Ю.А. Тучина

Мотивированное решение изготовлено 16 декабря 2025 года