УИД 18RS0001-01-2025-000957-70

Дело № 2-1705/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 октября 2025 года Ленинский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Семеновой Е.А.,

при секретаре Лекомцевой А.С.,

с участием представителя ответчика ФИО1 (доверенность от 10.07.2025 сроком на пять лет),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к АО «Русдверь» о признании договора ничтожным, взыскании денежной суммы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее по тексту - истец) обратился в суд с иском к АО "Русдверь" о признании договора ничтожным и взыскании с ответчика переведенных им денежных средств в размере 650000 руб., как неосновательное обогащение, взыскании расходов по уплате госпошлины.

Требования мотивированы тем, что 29.11.2024 между истцом, как физическим лицом, и ответчиком был заключен договор коммерческой концессии № 103, по условиям которого ответчик за вознаграждение в размере 650 000 руб. должен был передать комплекс исключительных прав для осуществления коммерческой деятельности на территории г. Владивостока. В тот же день истец перевел ответчику 650000 руб. на расчетный счет, указанный в договоре.

Однако, в нарушение п.3 ст.1027 ГК РФ, сторонами договора коммерческой концессии могут быть только юридическое лицо или индивидуальный предприниматель. Поэтому, данный договор не мог быть заключен с физическим лицом. Исполнить данный договор без регистрации юридического лица или индивидуального предпринимателя он не имеет возможности. Сотрудники АО «Русдверь» ввели истца в заблуждение и прислали на подписание договор, который противоречит действующему законодательству- п.3 ст. 1027 ГК РФ, а также п.2 ст. 1028 ГК РФ ввиду невозможности регистрации договора в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности.

Истец ФИО2, в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца.

Представитель ответчика ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, просила в иске истцу отказать, по доводам, изложенным в письменных возражениях. Дополнительно пояснила, что вышел на них сам истец, изъявив желание заняться предпринимательской деятельностью. Изначально у истца не было статуса ИП, но он обязался его открыть. Предлагал подписать договор, что он начнет подготовительную деятельность, подыскивать помещение, изучать сферу деятельности. Ответчик пошел ему навстречу. В ранее приобщенной переписке четко отслеживается как он тянул с открытием ИП, мотивируя тем, что помощь хотел получить от центра занятости. О том, что ИП открыто истец известил в начале февраля, а 16 февраля уже направил претензию с требованием возврата денежных средств, то есть еще до прекращения статуса ИП.

Суд, выслушав пояснения представителя ответчика, письменные возражения ответчика, исследовав имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 29.11.2024 между АО «Русдверь» (правообладатель) и физ. лицом ФИО2 (пользователь) заключен договор коммерческой концессии № 103 от 29.11.2024, в соответствии с которым АО "Русдверь", как правообладатель, принял на себя обязательства предоставить пользователю за вознаграждение на указанный в договоре срок право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав и средств индивидуализации, поименованных в п.2.2. настоящего договора, а также определяемую правообладателем иную коммерческую и техническую информацию, составляющую информационную базу, на условиях и территории, согласованных сторонами в настоящем договоре, с целью извлечения прибыли от организации предпринимательской деятельности фирменного салона под наименованием «Русдверь», а пользователь обязуется оплачивать правообладателю обусловленное настоящим договором денежное вознаграждение.

Согласно п.2.2. договора комплекс исключительных прав, пользование которым предоставляется пользователю по настоящему договору, включает права на:

- коммерческое обозначение, изображение которого содержится в Приложении №1 к настоящему договору;

- деловую репутацию и коммерческий опыт правообладателя, связанные с извлечением прибыли от организации предпринимательской деятельности в сфере организации розничной торговли дверьми, а также сопутствующими товарами и оказанием услуг по монтажу;

- секрет производства (ноу-хау)

В соответствии с п. 3.1 Договора пользователю предоставляется право использовать КИП для организации и осуществления предпринимательской деятельности, согласованной и утвержденной Правообладателем, на территории только одного города РФ.

В соответствии с п. 3.4. договора пользователю предоставляется право использовать принадлежащий правообладателю комплекс исключительных прав на территории г. Владивосток.

Согласно п. 4.3.20 Договора если пользователь на момент подписания настоящего договора не является юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, пользователь обязуется не позднее 30 календарных дней с момента подписания настоящего договора зарегистрировать юридическое лицо или зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя.

Пользователь обязан в течение 3 календарных дней с момента регистрации юридического лица или в качестве индивидуального предпринимателя подписать и направить правообладателю соглашение о замене стороны (пользователя) в договоре с физического лица на индивидуального предпринимателя. Пользователь не вправе в последующем в отношениях между сторонами по каким-либо причинам ссылаться на отсутствие между сторонами соглашения о замене стороны в обязательстве, если указанная в настоящем пункте обязанность пользователем не исполнена.

За использование комплекса исключительных прав пользователь обязан уплачивать правообладателю вознаграждение в размере, порядке и в сроки, установленные настоящим договором (п.6.1. договора).

Согласно п.6.2. договора следует, что за пользование комплексом исключительных прав пользователь уплачивает правообладателю вознаграждение – разовый паушальный платеж в размере 650 000 руб.

Пунктом 6.10. договора также предусмотрено, что пользователь соглашается и подтверждает, что паушальный взнос и периодические платежи обоснованы и являются невозвратными. В случае прекращения действия настоящего договора, в том числе, в случае его расторжения или отказа от исполнения договора по инициативе одной из сторон или по соглашению сторон вознаграждение, включая паушальный взнос, а также периодические платежи, пользователю не возвращаются.

Во исполнение п. 6.2 Договора 29.11.2024 истец осуществил перевод в пользу АО "Русдверь" денежных средств в размере 650 000 руб., представляющих собой фиксированный разовый платеж (паушальный взнос) по Договору №103 от 29.11.2024, что подтверждается чеком по операции (л.д.10).

16.02.2025 истец направил в адрес ответчика претензию, в которой, ссылаясь на недействительность Договора, просил возвратить ранее перечисленные денежные средства в размере 650 000 руб.

В нарушение положений п. 4.3.20 договора истец зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя только 31.01.2025, то есть спустя 2 месяца с момента подписания договора.

Как следует из пояснений представителя ответчика, в течение трех календарных дней с момента регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, в соответствии с положениями настоящего Договора (абз.2 п.4.3.20 договора) истец не направил ответчику подписанное им соглашение о замене стороны (пользователя) с физического лица на ИП.

18.02.2025 ИП ФИО2 прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, что следует из выписки из ЕГРИП от 06.08.2025.

Данные обстоятельства установлены судом, сторонами в целом не оспариваются.

В силу положений ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Положениями п. 4 ст. 1 ГК РФ декларирован запрет на извлечение преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции, приведенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 ст. 1027 ГК РФ предусмотрено, что по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс, принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Согласно п. 2 ст. 1027 ГК РФ договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг).

К договору коммерческой концессии соответственно применяются правила раздела VII ГК РФ о лицензионном договоре, если это не противоречит положениям настоящей главы и существу договора коммерческой концессии.

Как следует из ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой указанной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, становившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ). При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу п. 2 ст. 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 ГК РФ, а также, если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

Аналогично, п. 3 ст. 432 ГК РФ запрещает стороне, принявшей от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившей действие договора, требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1 ГК РФ).

Согласно п. 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского Кодекса РФ" указано, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо, действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Единственный довод истца заключался в том, что на момент заключения Договора истец не был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателем, что противоречит императивным предписаниям п. 3 ст. 1027 ГК РФ.

Однако, исходя из материалов дела, данное обстоятельство не влечет признания Договора недействительным – ничтожным по заявлению ФИО2 в силу следующего.

В п. 4.3.20 Договора указано, что если пользователь на момент подписания настоящего договора не является юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, пользователь обязуется не позднее 30 календарных дней с момента подписания настоящего договора зарегистрировать юридическое лицо или зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя.

Таким образом, уже на стадии подписания Договора истец, проявив должную осмотрительность, исходя из буквального содержания Договора, мог уяснить, что его исполнение требует наличия статуса индивидуального предпринимателя.

Изложенное с очевидностью свидетельствует о том, что истец, узнав об обстоятельствах, которые могли свидетельствовать о недействительности Договора, самостоятельно совершил действия, подтверждающие его намерение сохранить силу сделки, а также о том, что недоведение ответчиком информации о необходимости иметь статус индивидуального предпринимателя не находилось в причинной связи с решением ФИО2 о заключении оспариваемого Договора.

Таким образом, подписание Договора между АО "Русдверь" и ФИО2, не имевшим на момент совершения сделки статуса индивидуального предпринимателя, с учетом последующего поведения истца и обстоятельств дела, в силу вышеприведенных положений ст. ст. 166, 168 ГК РФ и правовой позиции Верховного Суда РФ лишает его права оспаривать сделку по указанному основанию.

Поскольку, материалами дела подтверждается факт согласования сторонами существенных условий Договора, частичное исполнение сторонами условий Договора, принимая во внимание фактическое поведение сторон после заключения Договора, суд приходит к выводу, что спорный Договор является заключенным, а основания для признания его недействительным (ничтожным) по заявленным истцом обстоятельствам отсутствуют.

Согласно п. 1 ст. 23 ГК РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, за исключением случаев, предусмотренных абзацем вторым настоящего пункта.

Учитывая, положения п. 4 ст. 23 ГК РФ гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований пункта 1 настоящей статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем.

Суд может применить к таким сделкам правила настоящего Кодекса об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

С учетом изложенного суд приходит к выводам, что ФИО2, заключая договор в целях ведения предпринимательской деятельности, уже в силу его условий принял на себя связанные с такой деятельностью обязанности и риски, в т.ч. связанные с необходимостью регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, что фактически и сделал, хотя с нарушением срока, установленного договором, в полном объеме реализуя права и обязанности стороны в рамках спорного договора. Такое поведение со стороны истца объективно свидетельствует об отклонении от добросовестного поведения субъекта гражданских правоотношений.

В соответствии с п.2 ст.1028 ГК РФ предоставление права использования в предпринимательской деятельности пользователя комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав по договору коммерческой концессии подлежит государственной регистрации в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. При несоблюдении требования о государственной регистрации предоставление права использования считается несостоявшимся.

Государственная регистрация прав осуществляется в соответствии с Правилами, утвержденными постановлением Правительства РФ от 24.12.2015 N 1416.

Срок обращения правообладателя в федеральный орган не предусмотрен.

Правообладатель по договору исполнил свои обязательства по договору, что подтверждается протоколом осмотра доказательств от 22 августа 2025 г,. удостоверенного нотариусом г. Пензы.

Истец не исполнил добросовестно условие договора о необходимости зарегистрироваться в качестве ИП и обратиться к ответчику с заявлением о внесении изменений в договор. Без внесения изменений в условия договора по субъектному составу, ответчик не имел возможности пройти государственную регистрацию. Таким образом, судом не установлено, что ответчик уклонился от государственной регистрации. Истец направил ответчику досудебную претензию 16 февраля, отказавшись фактически от исполнения договора и требуя вернуть деньги.

Формально, следуя из требований п.2 ст. 1028 ГК РФ предоставление права использования считается несостоявшимся.

Но, поскольку, вина ответчика не установлена, суд усматривает злоупотребление правом со стороны истца, иск по указанным основаниям удовлетворению не подлежит.

Отказ в признании Договора ничтожным ( недействительным) влечет отказ в удовлетворении исковых требований о взыскания денежных средств, как неосновательно полученных ответчиком, а также расходов по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ,

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 (ИНН №) к АО «Русдверь»" (ИНН <***>) о признании договора ничтожным, взыскании переведенных денежных средств в размере 650 000,00 руб., взыскании судебных расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Ижевска.

Решение в окончательной форме изготовлено 26 ноября 2025 года.

Судья Е.А. Семенова