КОПИЯ

дело № 2-4648/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 августа 2025 г. г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего (судьи) Липковой Г.А.,

при секретаре В.,

с участием:

истца Т.,

представителя истца Ф.,

представителей ответчиков Г., К., О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Т. к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю, УФСИН России по Камчатскому краю, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Камчатскому краю о признании незаконным удержание заработной платы за февраль 2025 г., признании формы выдаваемого работникам расчетного листа несоответствующей трудовому законодательству Российской Федерации, взыскании незаконно удержанной заработной платы за февраль 2025 г., компенсации морального вреда.

УСТАНОВИЛ:

истец Т. обратилась в суд с иском к ответчику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю о признании незаконным удержание заработной платы за февраль 2025 г., признании формы выдаваемого работникам расчетного листа несоответствующей трудовому законодательству Российской Федерации, взыскании незаконно удержанной заработной платы за февраль 2025 г. в размере 7 926 руб. 02 коп., компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., ссылаясь на те обстоятельства, что с ДД.ММ.ГГГГ состоит в трудовых отношениях с ответчиком, в должности <данные изъяты>. В течение всего периода работы ей не выдавались расчетные листы. О начислениях, выплатах, удержаниях с ее заработной платы не уведомлялась. В марте 2025 г. по ее требованию ответчиком выданы расчетные листы за 2025 год, из которых не понятен порядок начисления заработной платы и учета рабочего времени, что не соответствует требованиям действующего трудового законодательства. Также указала, что в марте и апреле 2025 г. ответчик сделал перерасчет заработной платы и предоставил расчетные листы за январь и февраль 2025 г., в которых также расчет начисления заработной платы и удержания отобразил некорректно, указаны удержания обязательных выплат (отрицательные начисления) в общей сумме 7 926 руб. 02 коп. Таким образом, ответчиком в отсутствие ее письменного согласия произведено удержание из заработной платы. По указанному факту вынуждена была обратиться в Государственную инспекцию по труду в Камчатском крае. В результате на нее было оказано психологическое давление со стороны работодателя с целью ухода от ответственности перед надзорными органами. В связи с постоянным давлением со стороны работодателя у нее ухудшилось здоровье. Отметила, что незаконное удержание денежных средств привело к дискриминации в сфере оплаты труда – равная оплата за равный труд. Факт незаконного необоснованного удержания из заработной платы, в сравнении с заработной платой иных работников, причинил ей моральные страдания: неуверенность в завтрашнем дне, чувство несостоятельности, испытывала очень сильное эмоциональное напряжение, в связи с тем, что оказалась в ситуации работника подвергнутого дискриминации в сравнении с иными работниками в области оплаты труда. В связи с ухудшением здоровья была вынуждена обратиться за медицинской помощью в медицинскую организацию.

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол судебного заседания, в соответствии со ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле привлечена Государственная инспекция по труду в Камчатском крае.

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол судебного заседания, в соответствии со ст. 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в качестве соответчиков привлечены УФСИН России по Камчатскому краю, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Камчатскому краю.

В судебном заседании истец Т. и ее представитель Ф., допущенный к участию в деле по устному ходатайству истца, исковые требования поддержали, по вышеизложенным основаниям.

В судебном заседании представитель ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю, УФСИН России по Камчатскому краю, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Камчатскому краю Г., действующая на основании доверенностей, исковые требования не признала. Как представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю, представила письменные возражения на иск, в которых указала и суду пояснила, что руководствуясь ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации, в подразделе «Учет обязательств» раздела 3 приложения № к приказу ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении учетной политики на 2024 год» указано что, для отражения начисленной заработной платы и выплат, произведенных работникам в течение месяца и причитающихся в окончательный расчет, удержаниях из заработной платы применяется расчетно-платежная ведомость по форме 0504401, утвержденная приказом Министерства финансов Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н. Трудовое законодательство Российской Федерации не устанавливает способ выдачи расчетных листков и не обязывает работодателей документально фиксировать факт их выдачи, в том числе отсутствует обязанность выдавать их под подпись. Однако с 2025 года в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю расчетные листки выдавались Т. под роспись, также при обращении Т. к учреждению ей был выдан на руки расчетный лист, ранее она к работодателю за ним не обращалась. В расчетном листке, утвержденном ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю, содержится вся информация, предусмотренная статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации. Количество отработанных дней работником в расчетном листе также указано и так как для работника закреплен 8-ми часовой рабочий день, то в расчетном листе нет необходимости указывать отработанные часы, такая обязанность не установлена Трудовым кодексом. Согласно листу нетрудоспособности (б/л №) и табелю учета рабочего времени за январь 2025 года, Т. находилась на лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. За январь 2025 года заработная плата была выплачена в полном объеме, без учета нахождения на лечении. В феврале 2025 года был произведен перерасчет за 6 дней больничного в январе 2025 года в сумме 19 022,43 руб. (в том числе НФДЛ 2473 руб.). При выплате заработной платы за январь 2025 года не был отражен факт нахождения истца на листке нетрудоспособности, в связи с чем, в последующем был выполнен перерасчет в феврале 2025 года, так как истцу за этот же период также была начислена и выплачена заработная плата, у работодателя имелись законные основания для перерасчета заработной платы истца и удержания в счет возмещения неотработанного времени. Перерасчет денежного содержания истца произведен работодателем на основании приказа Минфина России от ДД.ММ.ГГГГ №н, согласно которому данные корректирующего табеля служат основанием для перерасчета (удержания) заработной платы за календарные месяцы, предшествующие месяцу начисления заработной платы. При этом превышения максимального размера удержания из заработной платы в размере 20% работодателем не допущено. Также истцу был осуществлен звонок о том, что работодателем будет произведено удержание из заработной платы, от работника было получено устное согласие. Бухгалтер-расчетчик ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому произвел начисление истцу заработной платы за январь 2025 г. за 17 рабочих дней, без учета нахождения истца на листке нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, в феврале 2025 г. истцу произвели перерасчет заработной платы за 6 дней, так как работодатель за нахождение работника на листке трудоспособности оплачивает три дня, а с четвертого дня социальный фонд выплачивает пособие. Кроме того, с февраля 2025 г. начисление заработной платы работникам ФКУ СИЗО-1 УФСИН России производили бухгалтера-расчетчики из других учреждений УФСИН России по Камчатскому краю и ФКУ ИК-5 УФСИН России по Камчатскому краю, так как бухгалтер-расчетчик ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю до настоящего времени находится на листке нетрудоспособности. Ссылаясь на ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, считала, что исковое заявление не содержит доказательств, подтверждающих ухудшение здоровья истца из-за действий работодателя. В связи с тем, что работник находился на больничном и в январе, можно сделать вывод о том, что действия работника и ухудшение здоровья не взаимосвязаны. Сумма компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей не соответствует объему и характеру, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, а также требованиям разумности и справедливости, просила в удовлетворении исковых требований отказать.

В судебном заседании представитель ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю К., действующий на основании доверенности, исковые требования не признал. Поддержал позицию представителя Г.

В судебном заседании представитель ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю О., действующая на основании доверенности. Поддержала позицию представителя Г. Дополнительно суду пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю в должности главного бухгалтера. Бухгалтер-расчетчик ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю, в обязанность которого входит производить начисления заработной платы и выдавать расчетные листы работникам, с января 2025 г. и до настоящего времени находится на листке нетрудоспособности, в связи с чем, она сама производит начисление заработной платы в учреждении. Представленные истцом расчетные листки, были выданы последней из компьютера бухгалтерами-материалистами, в обязанность которых не входило начисление заработной платы, в связи с нахождением основного бухгалтера-расчетчика на протяжении длительного времени до настоящего времени на листке нетрудоспособности. Удержанная заработная плата за январь 2025 г. в последующем истцу была возвращена, работодателем выплачена за три дня нахождения истца на листке нетрудоспособности, за остальные дни выплатил социальный фонд.

Представитель третьего лица Государственной инспекции по труду в Камчатском крае участия в судебном заседании не принимал.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Исходя из положений ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Согласно абз. 4 п. 1 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в установленные трудовым законом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами срок, закрепленная в норме ст. 22 ТК РФ.

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (ст. 135 ТК РФ).

При этом оплата труда, выполняемого в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате (ст. ст. 148, 315, 316 и 317 ТК РФ).

Статьей 129 ТК РФ регламентировано, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права (далее - локальные нормативные акты), в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями (п. 1 ст. 8 ТК РФ).

В силу ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 ТК РФ) или простое (часть третья статьи 157 ТК РФ); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 ТК РФ.

При этом заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Т. состояла в трудовых отношениях с ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю в должности <данные изъяты> ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю (л.д.63-66).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Т. находилась на листке временной нетрудоспособности (л.д. 68-73,93-94).

Согласно расчетному листку за январь 2025 г. истцу осуществлена выплата заработной платы за 17 рабочих дней, тогда как работник выполняла трудовую функцию только 11 дней – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 79).

Исходя из пояснений ответчика, также расчетного листка за февраль 2025 г. и табеля учета рабочего времени (л.д.77-78), в феврале 2025 г. работодателем, после произведенной корректировки табеля учета рабочего времени, произведен перерасчет выплаченных истцу сумм за 6 рабочих дней (л.д.80), с чем Т. категорически не согласилась.

Суд находит доводы истца заслуживающими внимания, и считает неправомерным произведенный ответчиком перерасчет заработной платы, поскольку оспариваемые действия имели место лишь по вине работодателя, при этом счетной ошибкой не являлись, так как носили характер ошибки технической, а не арифметической.

Таким образом, удержание работодателем из заработной платы Т. за февраль 2025 г. нельзя признать законным.

При этом факт того, что истцом работодателю письменное согласие на удержание из заработной платы в феврале 2025 г. не предоставлялось, ответчиками в лице их представителей не оспаривался.

Тот факт, что удержанная заработная плата за январь 2025 г. в последующем была возвращена путем выплаты работодателем за три дня, а за остальные дни выплачены социальный фондом, истцом в ходе судебного разбирательства не оспаривался.

Размер удержанной работодателем при осуществлении перерасчета возникшей переплаты, составил 7 926 руб. 02 коп. (с учетом НДФЛ), что подтверждается расчетным листком за февраль 2025 г. (л.д.80), и ответчиками в лице их представителей не оспаривался.

В соответствии с ч. 4 ст. 226 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате. Удержание у налогоплательщика начисленной суммы налога производится налоговым агентом за счет любых денежных средств, выплачиваемых налоговым агентом налогоплательщику, при фактической выплате указанных денежных средств налогоплательщику либо по его поручению третьи лицам.

Поскольку из содержания названной статьи следует, что суд не относится к налоговым агентам, то на него не возлагается обязанность по удержанию с работника налога на доходы физических лиц. Взыскиваемые судом суммы по оплате труда подлежат налогообложению в общем порядке налоговым агентом, в данном случае работодателем.

При изложенных фактах, учитывая, что данных, свидетельствующих о допущении работодателем при исчислении причитающихся Т. сумм счетных (арифметических) ошибок, в ходе судебного разбирательства не установлено, принимая во внимание отсутствие виновных и недобросовестных действий со стороны истца, которая не имела возможности предусмотреть переплату денежных средств, суд приходит к выводу о незаконности действий ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю, в связи с чем, считает необходимым удовлетворить требование работника в заявленном размере.

При этом требование истца о признании формы выдаваемого работникам расчетного листа несоответствующей трудовому законодательству Российской Федерации удовлетворению не подлежит, ввиду следующего.

В соответствии со ст. 136 ТК РФ при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника:

1) о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период;

2) о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику;

3) о размерах и об основаниях произведенных удержаний;

4) об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Форма расчетного листка утверждается работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 названного Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Как следует из раздела 4 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, между сторонами согласована оплата труда и социальные гарантии.

Так, пунктами 4.1, 4.2 трудового договора предусмотрено, что за выполнение трудовых обязанностей, предусмотренных настоящим трудовым договором, работнику устанавливается заработная плата в размере:

- должностной оклад (оклад), в размере 5488 рублей месяц или в размере, определенном отдельным соглашением. При повышении оплаты труда в целом по организации, включая изменения в связи с инфляцией, должностной оклад (тарифная ставка) работнику изменяется на общий коэффициент повышения;

- районный коэффициент к заработной плате в размере 60 процентов; процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера (приравненных к ним местностях): 80%;

- надбавка за сложность, напряженность, высокие достижения в труде и специальный режим работы, в соответствии с п. 5 приложения № к приказу ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №;

- процентная надбавка за стаж непрерывной работы в уголовно-исполнительной системе, в соответствии с п. 14 приложения № к приказу ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №;

- иные виды надбавок (выплат) предусмотренные коллективным договором, положением о премировании, другими локальными нормативными актами учреждения, нормативными актами Минюста России и ФСИН России (п. 4.1).

В соответствии с пунктом 4.2. трудового договора премии и иные выплаты устанавливаются работнику в соответствии с коллективным договором, локальными нормативными актами работодателя:

- премия (по итогам работы за месяц) в размере до 100 процентов должностного оклада (при наличии финансирования);

- вознаграждение по итогам работы за год в размере двух должностных окладов (при наличии финансирования);

- другие вознаграждения (выплаты), предусмотренные коллективным договором, положением о премировании.

Согласно п. 4.3. трудового договора, выплата заработной платы работнику производится согласно трудовому законодательству два раза в месяц: аванс – 20 числа каждого месяца; вторая часть заработной платы – 5 числа каждого месяца.

Возражая против исковых требований, представители ответчиков указали, что в подразделе «Учет обязательств» раздела 3 приложения № к приказу ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении учетной политики на 2024 год» указано что, для отражения начисленной заработной платы и выплат, произведенных работникам в течение месяца и причитающихся в окончательный расчет, удержаниях из заработной платы применяется расчетно-платежная ведомость по форме 0504401, утвержденная приказом Министерства финансов Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н. Трудовое законодательство Российской Федерации не устанавливает способ выдачи расчетных листков и не обязывает работодателей документально фиксировать факт их выдачи, в том числе отсутствует обязанность выдавать их под подпись. Однако с 2025 года в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю расчетные листки выдавались Т. под роспись, так же при обращении Т. к учреждению ей был выдан на руки расчетный лист, ранее она к работодателю за ним не обращалась. В расчетном листке, утвержденном ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю, содержится вся информация, предусмотренная статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации. Количество отработанных дней работником в расчетном листе также указано и так как для работника закреплен 8-ми часовой рабочий день, то в расчетном листе нет необходимости указывать отработанные часы, такая обязанность не установлена Трудовым кодексом. Представленные истцом расчетные листки, были выданы последней из компьютера бухгалтерами-материалистами, в обязанность которых не входило начисление заработной платы, в связи с нахождением основного бухгалтера-расчетчика на протяжении длительного времени до настоящего времени на листке нетрудоспособности.

В подтверждение своих доводов стороной ответчиков представлены письменные доказательства: расчетные листки начислений заработной платы истца (л.д.74, 79-80); копия приказа ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении учетной политики на 2024 г. (л.д.81); приложение № «Учетная политика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю» (л.д.82-92), согласно которой для отражения начисленной заработной платы и выплат, произведенных работникам в течение месяца и причитающихся в окончательный расчет, удержаниях из заработной платы применяется расчетно-платежная ведомость (ф.0504401); выписки из тетради о получения работниками расчетных листков за январь-февраль, май, июнь 2025 г., согласно которым, работникам, в том числе Т. выданы расчетные листки, о чем свидетельствует проставленная истцом собственноручно подпись (л.д.95-96).

Факт получения указанных расчетных листков, истцом не оспаривался.

Изучив представленные ответчиками расчетные листки (л.д.79-80), суд находит их отвечающими требованиям действующего трудового законодательства, поскольку в расчетных листках содержится информация о составных частях заработной платы, причитающейся работнику за определенный период (раздел 4 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ).

Довод представителей ответчиков о том, что представленные расчетные листки были выданы из компьютера бухгалтерами, в обязанность которых не входило начисление заработной платы, истцом в ходе судебного разбирательства не опровергнут.

Рассматривая требование истца о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и (индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33) приведены разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 названного постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер и степень умаления таких прав и благ, интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда; последствия причинения потерпевшему страданий. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы второй и третий пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (абзац первый пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, в числе которых значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушений, требования разумности и справедливости, а также соразмерность компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника.

Вопрос о разумности присуждаемой суммы компенсации морального вреда должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, при этом исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, то есть сумма компенсации морального вреда должна быть адекватной и реальной. Присуждение же чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы компенсации морального вреда будет означать игнорирование требований закона, и приведет к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации морального вреда.

Аналогичная правовая позиция о порядке определения размера компенсации морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, приведена в пункте 19 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.04.2022, и в пункте 48 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.12.2022.

В ходе судебного разбирательства нашел свое подтверждение факт причинения истцу морального вреда в результате незаконных действий работодателя ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю, выразившихся в нарушении трудовых прав Т., а именно в незаконном удержании заработной платы.

Принимая во внимание, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, мотивы приведенные истцом в обоснование размера компенсации морального вреда, степень вины ответчика, обстоятельства дела, принцип разумности и справедливости, суд считает возможным удовлетворить заявленное истцом требование о компенсации морального вреда в размере 5 000 руб., полагая, что данная сумма в достаточной мере обеспечивает восстановление прав истца.

Установив юридически значимые обстоятельства по делу, а именно нарушение работодателем ФКУ СИЗО-1 УФСИН России трудовых прав истца, то исковые требования к УФСИН России по Камчатскому краю и ФКУ ИК-5 УФСИН России по Камчатскому краю о признании незаконным удержание заработной платы за февраль 2025 г., признании формы выдаваемого работникам расчетного листа несоответствующей трудовому законодательству Российской Федерации, взыскании незаконно удержанной заработной платы за февраль 2025, компенсации морального вреда, суд оставляет без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования Т. удовлетворить частично.

Признать незаконным удержание ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю из заработной платы Т. за февраль 2025 г.

Взыскать с ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Т. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт № №) незаконно удержанную заработную плату за февраль 2025 г. в размере 7 926 руб. 02 коп., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., всего 12 926 руб. 02 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований Т. к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Камчатскому краю отказать.

Исковые требования Т. к УФСИН России по Камчатскому краю, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Камчатскому краю о признании незаконным удержание заработной платы за февраль 2025 г., признании формы выдаваемого работникам расчетного листа несоответствующей трудовому законодательству Российской Федерации, взыскании незаконно удержанной заработной платы за февраль 2025, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца с даты составления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 9 сентября 2025 г.

Судья Г.А. Липкова

подлинник решения находится в деле

Петропавловск-Камчатского городского суда

Камчатского края № 2-4648/2025

УИД 41RS0001-01-2025-003194-59