Дело № 2-1409/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29.07.2025 года г. Новосибирск

Октябрьский районный суд г. Новосибирска

в составе председательствующего судьи Козловой Е.И.,

при секретаре Шелковой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску САО «ВСК» к ответчик о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в порядке суброгации,

УСТАНОВИЛ:

САО «ВСК» обратился в суд с иском к ответчик о взыскании страхового возмещения в порядке суброгации.

Требования мотивированы тем, что /дата/ по адресу: 166 км +2 метра автодороги Новосибирск – Ленинск-Кузнецкий – Кемерово – Юрга произошло ДТП с участием двух транспортных средств: автомобиль Renault Duster, №, №, под управлением водителя третье лицо (владелец Общество С Ограниченной Ответственностью "Альфамобиль"), автомобиль <данные изъяты>, №, под управлением собственника ответчик

Считает, что виновником ДТП является водитель ответчик, поскольку в его действиях установлено нарушение ст. 12.24 ПДД РФ.

Автомобиль Renault Duster на момент ДТП был застрахована в САО «ВСК» по договору добровольного страхования № в соответствии с Правилами комбинированного страхования автотранспортных средств САО «ВСК» №.1 от /дата/ и получил повреждения в результате указанного ДТП.

САО «ВСК» признало событие страховым случаем и /дата/ произвело выплату страхового возмещения согласно условиям договора страхования в размере 1190801 руб., 17921 руб.

Считает, что ответчик как владелец транспортного средства, при использовании которого причинен вред, является лицом, ответственным за возмещение вреда, причиненного указанным ДТП.

Просит суд взыскать с ответчика в свою пользу убытки в размере 1208722 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 14243,61 руб.

В ходе рассмотрения дела, истец уменьшил размер взыскиваемой суммы, указав, что стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля составила 1 588 636 руб., тем самым превысила 75 % от размера страховой суммы по договору страхования, что в соответствии с правилами страхования признается полным уничтожением (гибелью) застрахованного имущества.

В связи с полной гибелью застрахованного имущества, и на основании п. 5 ст. 10 ФЗ № 4015-1 «Об организации страхового дела в РФ», страхователь отказался от своего права на него в пользу САО «ВСК» в целях получения страхового возмещения в размере полной страховой суммы на дату события.

Стоимость годных остатков транспортного средства составила 340 000 руб.

САО «ВСК» признало событие страховым случаем, в связи с чем, произвело выплату страхового возмещения, согласно условиям договора страхования, в размере 1 208 722 рублей, данная выплата является разницей между страховой суммой, определенной на дату события - 1 211 000 рублей и стоимостью некомплектных деталей (домкрат и ключ для колесных гаек) - 2 278 рублей.

В пределах лимита, установленного ФЗ от 25.04.2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в размере 400 000 рублей, ответственность по данному страховому случаю несет СК «Росгосстрах».

Просит суд взыскать с ответчика в свою пользу 468722 руб. (из расчета 1208722 руб. - 400000 руб. - 340000 руб.), расходы на оплату государственной пошлины.

Представитель истца в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания истец извещен надлежащим образом, просит рассмотреть дело в отсутствие представителя.

Ответчик в судебном заседании вину в ДТП не признал, возражал относительно заявленных требований.

Третье лицо третье лицо в судебном заседании просила отказать в удовлетворении заявленных требований, дополнительно пояснила, что ответчик управлял ее автомобилем с ее согласия.

Иные лица в судебное заседание не явились, о дате и времени судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, о причинах неявки суду неизвестно.

Суд, выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, считает требования подлежащими удовлетворению на основании следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из пункта 8 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 июня 2016 года) следует, что страховщик, выплативший страховое возмещение по договору добровольного страхования (КАСКО), вправе требовать полного возмещения причиненных убытков от страховщика, застраховавшего ответственность причинителя вреда, независимо от того, имелись ли условия, предусмотренные для осуществления страховой выплаты в порядке прямого возмещения убытков.

Пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», разъяснено, что если транспортные средства повреждены в результате их взаимодействия (столкновения) и гражданская ответственность их владельцев застрахована в обязательном порядке, страховое возмещение осуществляется на основании пункта 1 статьи 14.1 Закона об ОСАГО страховщиком, застраховавшим гражданскую ответственность потерпевшего (прямое возмещение ущерба).

Пунктом 35 Постановления дополнительно разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Из системного анализа изложенных положений следует, что страховая организация, выплатившая потерпевшему страховое возмещение по договору КАСКО, обладает возможностью взыскания как страхового возмещения в порядке суброгации со страховщика ответственности потерпевшего, так и возмещения ущерба сверх страхового возмещения, если его недостаточно для полного возмещения вреда.

Между тем, по смыслу положений пункта 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик, выплативший страховое возмещение, ограничен в размере возмещения, - не свыше произведенной им страховой выплаты, однако при этом основания для возмещения и размер ущерба определяются по общим правилам возмещения - статьи 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, для возложения обязанности на лица, причинившие вред в результате взаимодействия источников повышенной опасности, необходимо установить вину причинителя вреда.

В судебном заседании установлено, что /дата/ по адресу: 166 км +2 метра автодороги Новосибирск – Ленинск-Кузнецкий – Кемерово – Юрга произошло ДТП с участием двух транспортных средств: автомобиль <данные изъяты>, №, №, под управлением водителя третье лицо (владелец Общество С Ограниченной Ответственностью "Альфамобиль"), автомобиль <данные изъяты>, №, под управлением ответчик (собственник третье лицо)

Гражданская ответственность водителя Mazda Tribute, №, ответчик на момент ДТП была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» по полису ОСАГО серии ХХХ №.

На момент ДТП между собственником Renault Duster и СПАО «Ингосстрах» был заключен договор ОСАГО серии ААС №.

Также на момент ДТП между собственником автомобиля Renault Duster и САО «ВСК» был заключен договор КАСКО № в соответствии с Правилами комбинированного страхования автотранспортных средств САО «ВСК» №.1 от /дата/ Страховая сумма по полису КАСКО составила 1211000 руб. (л.д. 34)

Потерпевший-собственник Renault Duster обратился в страховую компанию САО «ВСК» как к страховой компании, с которой заключен договор КАСКО, с заявлением о возмещении причиненного ущерба. САО «ВСК» приняло заявление на получение страхового возмещения по факту ДТП и направило поврежденное транспортное средство на осмотр.

Согласно приложенного к иску заключения специалиста № от /дата/ рыночная стоимость транспортного средства Renault Duster на дату ДТП составляет 1221000, рыночная стоимость годных остатков уничтоженного транспортного средства Renault Duster – 297558 руб.

Поскольку стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Renault Duster по заказ-наряду (1258636 руб. л.д. 106-108) превысила 75% от размера страховой суммы по договору страхования, то САО «ВСК» пришло к выводу, что в данном случае произошла «полная гибель» транспортного средства.

Согласно отчета о стоимости годных остатков № рыночная стоимость в поврежденном состоянии (стоимость годны остатков) автомобиля Renault Duster определенная по результатам торгов, проведенных на платформе САО «ВСК» - ВСК Cartonal на основании обязывающего предложения составила 340000 руб. (л.д. 53)

/дата/ и /дата/ САО «ВСК» признало случай страховым, произвело выплаты собственнику поврежденного транспортного средства ООО «Альфамобиль» страховую выплаты в размере 1190801 руб. (л.д. 54-55) и 17921 руб. (л.д. 32-33), что в сумме составило 1208722 руб. исходя из расчета 1211000 руб. (страховая сумма) – 2278 руб. (стоимость недостающих до полного комплекта деталей: домкрат и ключ для колесных гаек) (л.д. 57, 111).

Таким образом, убытки САО «ВСК» составили 1208722 руб. (страховая выплата) - 340000 руб. (годные остатки)= 868 722? руб.

В связи с этим САО «ВСК» представило ПАО СК «Росгосстрах», как страховой компании ответчик, требование о возмещении ущерба в размере 400 000 рублей. ПАО СК «Росгосстрах» рассмотрев данное требование выплатило 294497,26 руб.

Убытки САО «ВСК» (с учетом вычета истцом из размера убытков лимит страхового возмещения по договору ОСАГО – 400000 руб.) составили 468722 руб. из расчет: 868 722- 400 000. Указанный размер убытков истцом доказан, расчет признан судом верным, ответчиком не оспорен.

В соответствии с частью 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из пункта 8 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 июня 2016 года) следует, что страховщик, выплативший страховое возмещение по договору добровольного страхования (КАСКО), вправе требовать полного возмещения причиненных убытков от страховщика, застраховавшего ответственность причинителя вреда, независимо от того, имелись ли условия, предусмотренные для осуществления страховой выплаты в порядке прямого возмещения убытков.

В силу статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Из системного анализа изложенных положений следует, что страховая организация, выплатившая потерпевшему страховое возмещение по договору КАСКО, обладает возможностью взыскания как страхового возмещения в порядке суброгации со страховщика ответственности потерпевшего, так и возмещения ущерба сверх страхового возмещения, если его недостаточно для полного возмещения вреда.

Между тем, по смыслу положений пункта 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик, выплативший страховое возмещение, ограничен в размере возмещения, - не свыше произведенной им страховой выплаты, однако при этом основания для возмещения и размер ущерба определяются по общим правилам возмещения - статьи 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, для возложения обязанности на лицо, причинившего вред в результате взаимодействия источников повышенной опасности, необходимо установить вину причинителя вреда.

Между тем, из анализа положений ст. 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что вопрос соответствия действий участников ДТП требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации и установления его виновника относится к исключительной компетенции суда.

Согласно материалам административного дела по факту произошедшего ДТП, определением должностного лица ГИБДД ОМВД РФ от /дата/ возбуждено дело об административном правонарушении по ст. 12.24 КоАП РФ, согласно которому /дата/ в 11-40 час. на автодороге метра автодороги Новосибирск – Ленинск-Кузнецкий – Кемерово – Юрга - 166 км +2 метра, водитель ответчик управляя автомобилем №, №, нарушил правила расположения своего транспортного средства на проезжей части дороги, не справился с рулевым управлением в результате чего совершил столкновение с транспортным средством, двигающимся со встречного направления №, №, под управлением третье лицо В результате ДТП причинен вред здоровью ответчик, третье лицо,А., ФИО

При оформлении ДТП /дата/ должностным лицом были составлены протокол осмотра места ДТП согласно которого состояние покрытия проезжей части мокрое, условия ухудшающие видимость – дождь, а также схема места совершения (л.д. 49 отказного материала), вместе с тем, она не подписана водителями третье лицо, ответчик

В рамках административного расследования признаков алкогольного и наркотического опьянения водителей ответчик, третье лицо не установлено.

Согласно заключению эксперта ФИО в результате ДТП причинен тяжкий вред здоровью (л.д. 26-27 отказного материала), в событии имеются признании преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ (ч. 1 ст. 268 УК РФ), ввиду чего /дата/ постановлением должностного лица производство по делу об административном правонарушении прекращено материалы дела направлены по посредственности в следственный орган (л.д. 215 отказного материала).

В ходе доследственной проверки также установлено, что водителю третье лицо причинен тяжкий вред здоровью (л.д. 241-242 отказного материала).

Согласно постановлению следователя от /дата/ в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления, в отношении ответчик, предусмотренного признаками состава преступления ч. 1 ст. 264 УК РФ, отказано на основании ст. 24 ч. 1 п. 2 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, поскольку не привлечение к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения не является преградой для установления в суде вины лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

В ходе судебного разбирательства ответчик исковые требования не признал, заявил довод об обоюдной вине водителей, поскольку водитель третье лицо выехал на обочину, дополнительно пояснил, что управлял автомобилем по генеральной доверенности.

Из отказного материала № по факту ДТП от /дата/ в результате которого ФИО, третье лицо причинен тяжкий вред здоровью усматривается, что в рамках доследственной проверки следователем были истребованы объяснения ответчик /дата/, согласно которым последний пояснил, что /дата/ в дневное время суток на своем автомобиле «Mazda Tribute» государственный регистрационный номер <***>, двигался с <адрес> в <адрес>. Автомобиль был полностью в исправном техническом состоянии, ехал с ближнем светом фар, видимость была неограниченна. Осадков не было, было солнечно, дорожное покрытие сухой асфальт. При движении на 166 км 2 метра автодороги Новосибирск-Ленинск-Кузнецкий-Кемерово-Юрга впереди двигался автомобиль «Фура». Решил совершить маневр обгон и выехал на встречную полосу движения. Когда уже обгонял автомобиль «Фура» и находился параллельно кабины вышеуказанного автомобиля, то увидел, примерно за 500 метров, встречный автомобиль. Двигался со скоростью около 100 км/ч. Стал давить на педаль газа, обороты повысились, но скорость автомобиль не увеличилась. Поняв, что не успеет завершить маневр обгон, стал притормаживать, чтобы успеть вернуться на свою полосу движения. Но задняя часть автомобиля по его полосе движения стала вилять, продолжал снижать скорость. Водитель автомобиля «Фура» тоже стал снижать скорость. Понял, что не успевает вернуться на свою полосу движения и повернул руль в сторону обочины, расположенной с левой стороны движения, то есть вдоль встречной полосы движения. В этот момент встречный автомобиль находился до его автомобиля примерно в 200 метрах. Но водитель стал поворачивать на обочину, куда сам поворачивал. Тоже повернул на обочину, и произошло столкновение с автомобилем Renault Duster государственный регистрационный номер <***> регион.

Также в рамках доследственной проверки следователем были истребованы объяснения третье лицо /дата/, согласно которым последний пояснил, что /дата/ ехал из города в Новосибирска в <адрес>-Кузбасса на служебном автомобиле Renault Duster государственный регистрационный знак <***> регион. В 11.30 часов я выехал с <адрес> муниципального округа <адрес>-Кузбасса, по направлению в <адрес>. Погода была пасмурная, на улице осадков не было, но до южное покрытие было влажное после дождя. Двигался с ближнем светом фар. Когда двигался на 166 км 2 метра автодороги Новосибирск-Ленинск-Кузнецкий-Кемерово-Юрга, то на встречной полосе двигалось два автомобиля легковых за 250-300 метров до его автомобиля. Один был красного цвета, автомобиль «Тойота Королла», государственный регистрационный знак не видел. За данным автомобилем двигался еще автомобиль Mazda Tribute, темного цвета. Водителя данного автомобиля выкинуло на середину встречной полосы и он вернулся обратно. В данном случае это никакой опасности не создало, так как расстояние было приличное 200-250 метров. Видел, что он вернулся обратно на свою полосу. Двигался дальше со скоростью около 87 км/ч. Когда стал проезжать Тойота Короллу, и поравнялся с данным автомобилем, то на его полосу движения выехал водитель автомобиля Mazda Tribute, который двигался по направлению к обочине, расположенной с правой стороны. То есть под косым углом, прямого удара в автомобиль не было, то есть автомобиль Mazda Tribute врезался в автомобиль своей правой стороной в середину передней части автомобиля Renault Duster. Водитель данного автомобиля Mazda Tribute выехал за 1-2 метра до его автомобиля, не успел среагировать и нажать на педаль тормоза так как расстояние было очень маленькое. От удара его автомобиль и автомобиль Mazda Tribute вынесло на обочину, расположенную с правой стороны по ходу его движения. После чего потерял сознание. Следователем был ознакомлен со схемой к осмотру места ДТП и с ней не согласен, так как место ДТП указано неправильно. Столкновение произошло на его полосе движения, на обочину не съезжал.

Указанные пояснения третье лицо соотносятся с объяснениями, данным им непосредственно после ДТП /дата/ в ходе расследования несчастного случая на производстве (л.д. 121, 122-123 отказного материала), согласно которых пояснил, что ехал из <адрес>, в <адрес>, по своей полосе, со скоростью примерно 90 км/ч. Дорожное покрытие было влажное, моросил небольшой дождь. Навстречу двигались два автомобиля. Одна из них пошла на обгон. Увидев автомобиль №, водитель этого автомобиля начал тормозить. Его начало швырять из стороны в сторону по своей полосе и выкинуло на встречную полосу. Пытался уйти от удара, но не успел.

Противоречий в объяснениях третье лицо судом не установлено.

Как следует из акта о несчастном случае на производстве ООО «ТМФ-Спецтехника» от /дата/ (л.д. 102-105 отказного материала), протоколоа осмотра места несчастного случая (л.д. 124-125 отказного материала) краткая характеристика места несчастного случая: температура воздуха +;С, пасмурно, мелкий дождь…состояние дорожного покрытия мокрое. Обстоятельства несчастного случая: /дата/г. водитель автомобиля дежурного третье лицо направлялся в <адрес> по автодороге Новосибирск-Л.Кузнецкий-Кемерово-Юрга 166 км. В направлении <адрес> со стороны <адрес> навстречу автомобилю № г/н №, под управлением третье лицо двигались два автомобиля. Водитель автомобиля №, г/н №, нарушив правила расположения своего транспортного средства на проезжей части дороги, не справился с рулевым управлением и совершил столкновение с двигающимся с встречного направления автомобилем третье лицо третье лицо пытался уйти от удара, но не успел, после удара потерял сознание.

Ввиду несогласия третье лицо со схемой места совершения ДТП следователем составлен протокол дополнительного осмотра места ДТП от /дата/ с участием третье лицо, установлено, что расстояние которое преодолел водитель автомобиля Mazda Tribute к момету удара 2,7 метров, расстояние от автомобиля Renault Duster до момента столкновения в момент возникновения опасности 7 метров, расстояние между автомобилями в момент возникновения опасности 6,4 метров. Месте ДТП расположено на полосе движения автомобиля Renault Duster, со слов третье лицо 1,5 места до правого края проезжей части, 5,5 метров до левого края проезжей части.

Также составлен протокол дополнительного осмотра места ДТП от /дата/ с участием ответчик, установлено, что расстояние которое преодолел водитель автомобиля Mazda Tribute к моменту удара 24,1 метров, расстояние от автомобиля Renault Duster до момента столкновения в момент возникновения опасности 11,6 метров, расстояние между автомобилями в момент возникновения опасности 97,1 метров.

При этом место ДТП в указанном протоколе дополнительного осмотра места ДТП с участием ответчик не установлено, схема места совершения ДТП от /дата/ им не подписана.

Как следует из полученного в ходе доследственной проверки заключения эксперта № от /дата/ (л.д.341-344 отказного материала) эксперт пришел к следующим выводам:

-в случае если водитель <данные изъяты> к моменту столкновения полностью находился на обочине дороги, то действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» состоят в причинно-следственной связи с ДТП и являются необходимым условием его возникновения.

-в случае если водитель <данные изъяты> к моменту столкновения не покинул проезжую часть, то действия водителя автомобиля <данные изъяты> состоят в причинно-следственной связи с ДТП являются необходимым условием его возникновения и непосредственной его причиной.

Из постановления о назначении экспертизы не следует, что автомобиль Mazda Tribute к моменту удара полностью покинул полосу проезжей части, по которой двигался автомобиль <данные изъяты>. Отсутствие следов от колес ТС не позволяет определить расположение ТС относительно границы проезжей части в момент столкновения. Расстояние от края проезжей части до места столкновения -2 м. при отсутствии следов колес ТС, не позволят однозначно прийти к выводу, что автомобиль <данные изъяты> к моменту удара мог полностью покинуть полосу движения автомобиля <данные изъяты>.

При этом из исследовательской части экспертизы экспертом было установлено следующее.

В заданной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты>» должен был руководствоваться следующими требованиями правил:

п.9.1 ПДД, а именно: «Количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.12.2, 5.12.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и обходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы меся остановок маршрутных транспортных средств)».

п. 11.1 ПДД, а именно: «Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.»

Водитель автомобиля Renault Duster в данной ДТС должен был руководствоваться ч.2 п. 10.1 ПДД, а именно: «При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства».

Поскольку водитель автомобиля Mazda Tribute приступил к выполнению маневра обгона с выездом на полосу встречного движения и тем самым создал помеху для движения встречному автомобилю Renault Duster движущегося по правой полосе своего направления движения, то следует заключить, что действия водителя автомобиля Mazda Tribute не соответствуют требованиям п. 9.1 ПДД и п. 11.1 ПДД.

В данном случае из постановления о назначении экспертизы не следует, что автомобиль «<данные изъяты>» к моменту удара полностью покинул полосу проезжей части, по которой двигался автомобиль Renault Duster. Отсутствие следов от колес ТС не позволяет определить расположение ТС относительно границы проезжей части в момент столкновения. Расстояние от края проезжей части до места столкновения - 2 м. при отсутствии следов колес ТС, не позволят однозначно прийти к выводу, что автомобиль <данные изъяты> к моменту удара мог полностью покинуть полосу движения автомобиля Renault Duster.

В связи с этим для ответа на поставленный вопрос необходимо установить данное обстоятельство и задать его эксперту в качестве исходных данных.

В случае если водитель Mazda Tribute к моменту столкновения полностью находился на обочине дороги, то действия водителя автомобиля Mazda Tribute состоят в причинно-следственной связи с ДТП и являются необходимым условием его возникновения.

Согласно постановлению расстояние от автомобиля Renault Duster до момента столкновения в момент возникновения опасности 11,6 метров. При скорости движения автомобиля 87 км/ч, за нормативное время реакции водителя (0,8 с), автомобиль Renault Duster преодолеет расстояние 19,3 м, что более 11.6 м (расстояния заданного постановлением). При заданных условиях водитель автомобиля Renault Duster не имел технической возможности избежать ДТП путем применения торможения. Исходя из этого в случае если водитель Mazda Tribute к моменту столкновения не покинул проезжую часть, то действия водителя автомобиля Mazda Tribute состоят в причинно-следственной связи с ДТП являются необходимым условием его возникновения и непосредственной его причиной.

Данное заключение суд оценивает в качестве достоверного, достаточного и допустимого доказательства по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в совокупности с другими имеющимися по делу доказательствами.

Учитывая указанные выводы эксперта, а также то, что в ходе рассмотрения настоящего дела судом не добыты доказательства тому, что автомобиль Mazda Tribute к моменту удара полностью покинул полосу проезжей части, суд приходит к выводу, что в случае если водитель Mazda Tribute к моменту столкновения полностью находился на обочине дороги либо к моменту столкновения не покинул проезжую часть, то действия ответчик состоят в причинно-следственной связи с ДТП являются необходимым условием его возникновения и непосредственной его причиной.

При этом суд критически относится к доводу ответчика о том, что в действиях водителя третье лицо имеется нарушение ПДД, поскольку он выехал на полосу встречного движения, ввиду следующего. Доказательства того, что третье лицо непосредственно перед ударом выехал на обочину в материалах гражданского дела отсутствуют, ответчиком в судебном заседании суду не представлены. Доказательства указанного также отсутствуют в материалах доследственной проверки, на что обращает в своих выводах судебный эксперт «не следует, что автомобиль Mazda Tribute к моменту удара полностью покинул полосу проезжей части…отсутствие следов от колес не позволяет определить расположение ТС относительно границы проезжей части в момент столкновения…необходимо установить данное обстоятельство». Ответчиком вопреки ст. 56 ГПК РФ указанное не опровергнуто.

При этом суд критически относится к схеме места совершения ДТП от /дата/, и не принимает ее в качестве достоверного доказательства, поскольку указанная схема обоими водителями не подписана, третье лицо исходя из его объяснений от /дата/ не был с ней согласен, пояснил, что место удара имело место быть на его полосе движения на расстоянии 1,5 м. от края проезжей части. Также протоколом осмотра места происшествия от /дата/ с участием третье лицо установлено со слоя третье лицо о том, что место удара имело место быть на расстоянии 1,5 м. до правого края проезжей части, при этом из протокола осмотра места происшествия от /дата/ с участием ответчик место удара транспортных средств не установлено, им не указано. При этом указанное соотносится с последовательными показаниям третье лицо, данных работодателю, и объяснениями, данных следователю, о том, что увидев как автомобиль Mazda Tribute выехал на его полосу движения, он не успел отреагировать и нажать на педаль тормоза, т.к. расстояние было маленькое.

При этом суд не принимает в качестве достоверных доказательств объяснения ответчик, данные следователю /дата/, о том, что «водитель стал поворачивать на обочину, сам тоже повернул на обочину, произошло столкновение» суд относится критически, поскольку они в указанной части противоречат исследованным судом доказательствам указанным выше.

Более того, экспертом в заключении указано, что при заданных условиях (а иного судом не установлено) водитель автомобиля Renault Duster не имел технической возможности избежать ДТП путем применения торможения. Таким образом, учитывая изложенное суд не находит в действиях водителя третье лицо нарушений ПДД, а также к тому, что ДТП произошло в результате выезда Mazda Tribute под управлением ответчик на полосу встречного движения в нарушение п. 9.1, 11.1 ПДД.

Исходя из изложенного, давая правовую оценку действиям участников дорожно-транспортного происшествия, оценив имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу обоснованности требований истца о взыскании суммы ущерба в размере 100% от реально причиненного, установив, что вина водителей в ДТП не является обоюдной, именно действия водителя ответчик находятся в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, ответчик, управляя транспортным средством Mazda Tribute, не убедился в том, что полоса движения, на которую он собирался выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, создал опасность для движения автомобиля Renault Duster, что привело к столкновению транспортных средств.

Учитывая изложенное, суд признает вину в указанном ДТП за ответчик

С учетом того, что истцом заявлено требование о взыскании ущерба, исходя из принципов диспозитивности и состязательности гражданского процесса, суд приходит к обоснованности требования истца.

ответчик в нарушение статьи 56 ГПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих, что он убедился в безопасности маневра обгона и не создал опасность для движения водителю автомобиля Renault Duster, который двигался во встречном направлении. В то время как в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих, что вред причинен не по его вине, возложено на ответчик

Исследованные материалы гражданского дела, дела об административном правонарушении не содержат в себе допустимых, достоверных и достаточных доказательств, опровергающих вину водителя ответчик, он обязан был убедиться в безопасности маневра заблаговременно до его начала, чего сделано не было. В своих объяснениях он прямо указывает, что «понял, что не успеет завершить маневр обгон и стал притормаживать, не применив экстренного торможения, задняя часть автомобиля стала вилять, поняв, что не успеет вернуться на свою полосу движения повернул руль в сторону обочины, расположенной с левой стороны движения».

Таким образом, суд находит обоснованным требование истца о взыскании с ответчика 100 % от суммы выплаченного потерпевшему возмещения за минусом годных остатков и страховой выплаты в рамках ОСАГО в размере 468722 руб.

Указанный выше размер страхового возмещения, выплаченного истцом, подтвержден указанными выше доказательствами, которые в соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд принимает в качестве допустимых и достоверных доказательств в отдельности, а также достаточных в их совокупности и взаимосвязанных между собой, ответчиком не оспорен, доказательств обратного суду ответчиком не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что заявленные истцом требования к ответчик о взыскании ущерба в порядке суброгации в сумме 468722 руб. подлежат удовлетворению.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как следует из материалов дела истец понес расходы по оплате госпошлины в размере 14243,61 руб., что подтверждается платежным поручением. Вместе с тем, исходя из уменьшенной цены иска (468722 руб.), с учетом положения норм НК РФ размер госпошлины составляет 10574,44 руб., суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере 10574,44 руб., несение которых истцом подтверждено документально платежным поручением и которые истец просит взыскать в свою пользу.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ответчик (паспорт №) в пользу САО «ВСК» (ИНН №) в порядке суброгации сумму ущерба в размере 468722 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 10574,44 руб.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Октябрьский районный суд <адрес>.

Мотивированное решение составлено /дата/.

Председательствующий (подпись) Е.И. Козлова