Дело № 2-127/2022
УИД 76RS0013-02-2021-003561-49
Мотивированное решение изготовлено 27 июля 2022 года
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Рыбинский городской суд Ярославской области
в составе председательствующего судьи Поповой Е.Л.
при секретаре Кожевниковой А.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании 22 июля 2022 года в городе Рыбинске Ярославской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к ФИО8 о признании сделки и расписок недействительными, применении последствий недействительности сделки,
установил:
ФИО7 обратился в суд с иском к ФИО8, с учетом уточнения исковых требований, просил признать недействительным договор купли-продажи квартиры, заключенный 24 августа 2020 года, между ФИО7 и ФИО8, признать недействительными расписки от 10 августа 2020 года на сумму 200 000 руб. и от 24 августа 2020 года на сумму 900 000 руб.
В обоснование исковых требований указано, что ФИО7 являлся собственником квартиры по адресу: <адрес>.
В 2021 году ФИО7 узнал о заключении им 24 августа 2020 года договора купли-продажи принадлежащей ему квартиры с ФИО8 Из условий договора следовало, что квартира была продана истцом ответчику за 900 000 руб.
Обращаясь в суд, ФИО7 ссылается на то, что заключенный им договор купли-продажи является недействительной сделкой, поскольку с 2013 года истец ведет <данные изъяты>, страдает <данные изъяты>.
В момент совершения сделки ФИО7 находился в таком состоянии, в котором не мог отдавать отчет своим действиям и поступкам, не мог логически мыслить и рассуждать. О том, как подписал договор купли-продажи и передаточный акт, ФИО7 не помнит, денег за квартиру не получал, фактически квартира по передаточному акту покупателю не передавалась, истец продолжал в ней проживать до 2 декабря 2020 года.
Составленные ФИО7 расписки от 10 августа 2020 года о получении от ФИО8 200 000 руб. на погашение задолженности по коммунальным платежам и от 24 августа 2020 года о получении 900 000 руб. в счет оплаты стоимости квартиры являются недействительными, поскольку в момент их написания ФИО7 не мог отдавать отчет своим действиям, фактически денежные средства по данным распискам ФИО7 от ФИО8 не получал.
ФИО7 ссылается также на то, что договор купли-продажи квартиры и расписки были составлены под влиянием обмана со стороны ФИО8
Ссылаясь на положения гражданского законодательства, ФИО7 просит признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 24 августа 2020 года, заключенный с ФИО8, признать недействительными расписки от 10 августа 2020 года на 200 000 руб. и 24 августа 2020 года на 900 000 руб.
Истец ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил суд вернуть ему квартиру, пояснил, что денег от ФИО8 за квартиру не получал, также не получал и денег на погашение задолженности по коммунальным платежам, долги за квартиру не гасил.
Представитель истца ФИО7 по доверенности ФИО9 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнения поддержал.
Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался судом надлежащим образом, направил в суд своего представителя по доверенности ФИО10
Представитель ответчика ФИО8 по доверенности ФИО10 по заявленным требованиям возражала, просила в их удовлетворении отказать. Ходатайствовала о применении к заявленным требованиям срока исковой давности.
Третьи лица: Управление Росреестра по Ярославской области, ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ярославской области, МУ МВД России по Ярославской области в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещались судом надлежащим образом, просили рассмотреть дело в отсутствие своих представителей.
Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, медицинскую документацию в отношении ФИО7, оценив представленные доказательства в их взаимосвязи и совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.
Согласно пункту 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Согласно статье 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 1 статьи 432 ГК РФ).
На основании пункта 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка).
В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Статьей 454 ГК РФ предусмотрено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
На основании пункта 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
На основании пункта 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (пункт 3).
Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость (абзац второй пункта 1 статьи 171 ГК РФ).
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО7 являлся собственником квартиры по адресу: <адрес>.
24 августа 2020 год на основании договора купли-продажи ФИО7 продал принадлежащую ему квартиру ФИО8 за 900 000 руб., о чем в материалы дела представлены письменный договор, передаточный акт и расписка о получении истцом денежных средств в указанном размере 24 августа 2020 года. Из содержания договора следует, что денежные средства в сумме 900 000 руб. переданы до его подписания.
В материалы дела также представлена расписка от 10 августа 2020 года, из содержания которой следует, что ФИО7 получил от ФИО8 200 000 руб. для погашения задолженности по коммунальным платежам.
Переход права собственности на недвижимое имущество зарегистрирован.
Обращаясь в суд с иском о признании недействительными договора купли-продажи квартиры и двух расписок от 10 августа 2020 года и 24 августа 2020 года, ФИО7 ссылается на то, что в момент совершения сделки и написания расписок находился в таком состоянии, в котором не мог отдавать отчет своим действиям, поскольку с 2013 года ведет <данные изъяты> и страдает <данные изъяты>. О том, как подписывал договор купли-продажи и передаточный акт, ФИО7 не помнит, денег от ФИО8 по распискам не получал.
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО7 с 27 мая 2013 года состоит на учете в <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты>
Из объяснений ФИО7 в ходе рассмотрения дела следует, что желания продавать квартиру у него не было. ФИО8 сам вышел на ФИО7 ФИО7 не помнит ни дня сделки, ни обстоятельств заключения договора купли-продажи квартиры, денежных средств за квартиру ФИО7 от ФИО8 не получал, равно как не получал денег и в счет погашения задолженности по коммунальным платежам по квартире. Людей, присутствовавших на сделке, ФИО7 не помнит, равно как не помнит, давали ли ему читать какие-либо документы. ФИО7 помнит, что у него с ФИО8 был уговор о том, что ФИО8 покупает ФИО7 однокомнатную квартиру на <адрес> и гасит долги по коммунальным платежам по квартире, но этого не произошло. С 2013 года ФИО7 нигде не работает, собирает цветной металл и бутылки, сдает их. В настоящее время получает пенсию по инвалидности. ФИО7 давно <данные изъяты>, с момента появления личных денег, <данные изъяты>, состоит на учете в <данные изъяты>. ФИО7 не оспаривал принадлежность подписи в документах, но событий, при которых данные подписи ставились ФИО7 не помнит.
Из объяснений ФИО11, являющегося представителем истца ФИО7 по доверенности и его братом, следует, что в Интернете на сайте «Авито» ФИО11 увидел объявление о продаже квартиры ФИО7 В то время братья не общались. ФИО11 выяснил, что его брат находится в Центре социального обслуживания в <адрес>. При встрече ФИО7 рассказал ФИО11, что продал свою квартиру на <адрес>. При продаже квартиры ФИО7 обещали погасить долги за нее и купить однокомнатную квартиру в районе улицы <адрес>. ФИО7 пояснил брату, что подписывал какие-то документы, но какие – он не помнит, в тот день у него было все «как в тумане», никаких денег за квартиру он не получал. На протяжении всей своей сознательной жизни ФИО7 <данные изъяты>. С 2013 года, как похоронили отца, ФИО7 стал особенно сильно пить, <данные изъяты>. После 2018 года братья перестали общаться. ФИО7 стал вести асоциальный образ жизни. Продав квартиру, ФИО7 остался без жилья, без денег и с непогашенными долгами за квартиру.
Из объяснений ФИО8 в судебном заседании от 28 июня 2022 года следует, что когда он работал на объекте, крыл крышу, напарники сообщили ему о продаже квартиры на <адрес>. ФИО8 съездил к владельцу квартиры ФИО7, который был трезвый, договорились о продаже квартиры за 900 000 руб., квартира требовала ремонта. Внешний вид ФИО7 не говорил о том, что он является больным человеком. Деньги на приобретение квартиры в сумме 1 млн. руб. ФИО8 занял у своего сослуживца ФИО1 Сначала ФИО8 отдал ФИО7 до сделки под расписку 200 000 руб. на погашение долгов по коммунальным платежам. Остальные 700 000 руб. были переданы под расписку в день сделки. После приобретения квартиры ФИО8 решил ремонт в ней не делать, так как подорожали стройматериалы, а решил квартиру продать. ФИО8 устроил ФИО7 в Центр временного проживания в <адрес>.
Допрошенная в судебном заседании 22 ноября 2021 года в качестве свидетеля ФИО2 пояснила суду, что помогала сторонам оформлять сделку купли-продажи квартиры, печатала договор купли-продажи, передаточный акт, присутствовала в день сделки в МФЦ, где также были ФИО7 и ФИО8 Стороны прочитали документы, подписали их. При свидетеле взаиморасчеты между сторонами не производились. Свидетель только спросила стороны сделки, как их финансовые вопросы, ей пояснили, что всё решено и имеется расписка. ФИО7 свидетель видела впервые в день сделки в МФЦ. ФИО7 внешне выглядел как нормальный мужчина, адекватный, чистый. Признаков пьющего человека у ФИО7 не было.
Допрошенная в судебном заседании 22 ноября 2021 года в качестве свидетеля ФИО3 пояснила суду, что совместно проживает с ФИО8, являясь его гражданской женой. От коллег по работе ФИО8 узнал о том, что ФИО7 продает квартиру. Весной 2020 года ФИО8 встретился с ФИО7 по поводу продажи квартиры. Со слов ФИО8 свидетелю известно, что он договорился с ФИО7 о покупке его квартиры за 900 000 руб., а также о том, что после продажи квартиры ФИО7 необходимо будет устроить в социальные палаты. Документы для сделки все готовил ФИО7, он же гасил долги, ходил в ЖКХ. 10 августа 2020 года ФИО7 были переданы 200 000 руб. по расписке на погашение долгов. Свидетель не помнит, были ли долги по квартире к дате сделке. На сделке ФИО3 присутствовала. Пока ФИО2. занималась документами, отдали ФИО7 остальные деньги за квартиру в сумме 700 000 руб. ФИО7 в день сделки при ФИО3 подписывал договор и расписку. Данные деньги ФИО3 получила в качестве страхового возмещения на детей в связи с гибелью ее бывшего мужа, отца детей свидетеля, по 475 000 руб. на каждого ребенка, деньги снимала в Сбербанке. ФИО7 на вид был спокойный, отзывчивый, в день сделки он был трезвый, признаков похмелья у него не было, руки не тряслись, ничего странного в поведении истца свидетель не заметила. Целью приобретения квартиры являлась ее перепродажа. В данную квартиру ФИО8 со свидетелем не заехали, ремонт в ней не сделали. Свидетель участвовала в устройстве ФИО7 в социальные палаты, поскольку сам ФИО7 об этом ее попросил.
Допрошенная в судебном заседании 20 декабря 2021 года в качестве свидетеля ФИО4 пояснила суду, что знакома с ФИО7 с 1995 года, у них имеется общий сын, они проживали семьей до 2013 года, затем ФИО7 стал сильно пить, уходил в запои на недели, пытался лечиться – не помогало, с 2012-2013 годов ФИО7 официально не работал, имел случайные заработки. После расставания ФИО7 стал проживать один в квартире на <адрес> в <адрес>, где накопились долги по коммунальным платежам, квартира требовала ремонта, который ФИО7 так и не сделал. От брата ФИО7 – ФИО5 свидетель узнала о продаже квартиры. ФИО7 приходил к свидетелю, жаловался на жизнь, часто советовался, так как был неуверенным в себе человеком, но о продаже квартиры ничего не говорил.
Допрошенный в судебном заседании 20 декабря 2021 года в качестве свидетеля ФИО6 пояснил суду, что являлся соседом ФИО7 по дому № на <адрес> в <адрес>, проживает в квартире №. ФИО7 не ходил на работу, у него проживали люди, с которыми он ходил собирать мусор по свалкам. Свидетель постоянно видел ФИО7 пьяного. Свидетелю ничего не известно о намерении ФИО7 продать квартиру. Нового собственника квартиры свидетель не видел.
На основании определения суда от 20 декабря 2021 года по ходатайству стороны истца по делу была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ ЯО «Ярославская областная клиническая психиатрическая больница». На разрешение экспертной организации были поставлены вопросы о том, страдал ли ФИО7 на момент заключения с ФИО8 договора купли-продажи квартиры от 24 августа 2020 года <данные изъяты>, мог ли ФИО7 в момент заключении договора от 24 августа 2020 года и написания расписки от 24 августа 2020 года с учетом своего состояния здоровья понимать значение своих действий, предвидеть их последствия и руководить ими.
Из содержания заключения ГБУЗ ЯО «Ярославская областная клиническая психиатрическая больница» от 29 мая 2022 года № следует, что с 2013 года у ФИО7 наблюдалось <данные изъяты>. В интересующий суд момент времени у ФИО7 наблюдались <данные изъяты>. ФИО7 в силу <данные изъяты> полностью доверился при осуществлении сделки малознакомым людям, не учитывая возможных правовых, социальных и юридических последствий. Совершенная сделка совершалась в минимальные сроки без уведомления ближайших родственников, привела к ущербу для ФИО7, заключалась со случайным знакомым, намерение осуществить сделку возникло в короткий промежуток времени, под влиянием постороннего человека, у ФИО12 отсутствовал прогноз социальных и правовых последствий сделки. При осуществлении сделки ФИО7 не интересовался ее последствиями, не осматривал квартиру, которую хотел приобрести взамен отчуждаемой.
У ФИО7 при <данные изъяты> имеют место <данные изъяты>
Выявленные у ФИО7 <данные изъяты>, определяют <данные изъяты> снижение контроля своих действий и прогноза их возможных последствий. <данные изъяты> расстройства у ФИО7 сопровождаются в первую очередь резким снижением прогноза и способности понимать характер межличностных отношений и давать оценку своей роли в происходящих событиях, в том числе, связанных со сделкой. Несмотря на внешне психологически понятную мотивацию сделки, намерение на ее заключение, поведение подэкспертного с выявленными <данные изъяты> нарушениями и <данные изъяты> особенностями в период заключения сделки характеризовалась недостаточным учетом сложившейся ситуации, грубым нарушением <данные изъяты>, недостаточным пониманием характера совершаемого юридического акта, его возможных правовых последствий. В интересующий суд период с учетом выявленных у истца <данные изъяты> особенностей ФИО7 не мог руководить своими действиями.
24 августа 2020 года во время совершения оспариваемой сделки у ФИО7 имело место <данные изъяты> проявляющихся в <данные изъяты>
Имеющиеся у ФИО7 особенности <данные изъяты>, определяют <данные изъяты>, поскольку <данные изъяты> нарушения у ФИО13 проявились в интересующее суд время (при заключении спорной сделки), как проявляются и в настоящее время (при данном исследовании) <данные изъяты>, в сочетании с невозможностью полноценного прогноза последствий принимаемых решений (в том числе и связанных с заключенной им 24 августа 2020 года сделкой купли-продажи квартиры). В связи с имеющимся у ФИО7 указанным <данные изъяты>, комиссия приходит к заключению, что, несмотря на внешне понятную, материально выгодную, объяснимую социально-бытовыми условиями ФИО7, возможную внутреннюю его мотивацию на заключение оспариваемой сделки, его намерение (обусловленное преимущественно внешним воздействием) на ее заключение, поведение подэкспертного в период заключения сделки характеризовалось недостаточным учетом сложившейся ситуации, нарушением <данные изъяты>, недостаточным пониманием характера совершаемого юридического акта, его возможных правовых последствий. По своему <данные изъяты> состоянию в силу имеющегося у него <данные изъяты> и входящих в его структуру <данные изъяты> особенностей, ФИО7 24 августа 2020 года при заключении спорной сделки купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, мог лишь ограниченно понимать значение совершаемых им действий, при этом в силу <данные изъяты>, не мог руководить своими действиями.
Оснований не доверять выводам экспертов суд не усматривает. Заключение выполнено лицами, обладающими соответствующими познаниями в медицине, психологии, имеющими высшее медицинское, психологическое образование, квалификационную категорию, большой стаж работы по специальности. Исследование выполнено на основе комплексного изучения представленной в отношении ФИО7 медицинской документации, материалов настоящего гражданского дела, личного осмотра подэкспертного.
Выводы экспертов последовательны, логичны, непротиворечивы, согласуются с иными представленными в дело доказательствами: медицинской документацией ФИО7, его объяснениями, объяснениями его брата ФИО11, показаниями допрошенных в судебных заседаниях свидетелей ФИО4 ФИО6 давших суду характеристику социального статуса истца.
Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание положения названных норм, суд приходит к выводу о том, что при заключении оспариваемой сделки воля ФИО7 была нарушена, в связи с чем, договор купли-продажи квартиры от 24 августа 2020 года, заключенный с ФИО8, следует признать недействительным.
В качестве применения последствий недействительности данной сделки суд признает право собственности ФИО7 на квартиру по адресу: <адрес> прекращает на нее право собственности ФИО8
Суд не находит правовых оснований для взыскания с ФИО7 в пользу ФИО8 денежных средств в сумме 900 000 руб., якобы переданных истцу по расписке от 24 августа 2020 года за квартиру, считает данную расписку недействительной.
Исходя из содержания статьи 454 ГК РФ на покупателе лежит обязанность оплатить приобретенное имущество и при возникновении спора относительно исполнения данного обязательства представить доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства. Однако таких доказательств ФИО8 в дело не представлено.
24 августа 2020 года ФИО7 находился в состоянии, когда не был способен руководить своими действиями, в связи с чем, все совершенные им юридически значимые действия являлись недействительными и не породили соответствующих правовых последствий. Изложенное касается не только обстоятельств передачи ФИО7 ФИО8 прав на квартиру, но и обстоятельств, связанных с доказанностью получения ФИО7 денежных средств за отчуждаемое имущество.
В материалы дела представлена еще одна расписка от 10 августа 2020 года, из содержания которой следует, что ФИО7 получил от ФИО8 денежные средства в сумме 200 000 руб. на погашение коммунальной задолженности по адресу: <адрес>.
Из позиции стороны ответчика ФИО8 в ходе рассмотрения дела следует, что 200 000 руб. входили в общую стоимость квартиры в размере 900 000 руб. ФИО7 самостоятельно гасил долги по коммунальным платежам к сделке и квартира приобреталась им без долгов.
ФИО7 утверждает, что денег на погашение долгов от ФИО8 он не получал, коммунальные долги не гасил.
В материалы дела представлены выписки из лицевых счетов на спорную квартиру за период с января 2020 года по декабрь 2021 года.
Из данных выписок видно, что как до заключения договора купли-продажи квартиры, так и после 24 августа 2020 года образовавшая по коммунальным платежам задолженность в полном объеме не погашена, является значительной. Платежи имели место быть, но в небольшом размере и в основном через службу судебных приставов.
Так, в частности, задолженность за газ в августе 2020 года составляла 3 380,36 руб., в декабре 2021 года – 3 373,21 руб., единственная оплата была 23 августа 2021 года в сумме 7,15 руб.
Задолженность за вывоз мусора в августе 2020 года составила 1 995,42 руб., в декабре 2021 года – 3 504,84 руб. Платежи в счет уплаты долга не производились вовсе.
Задолженность за электроэнергию в августе 2020 года составляла 4 015,53 руб., в декабре 2021 года – 4 638,90 руб. Платежи в счет погашения долга не производились.
Задолженность за содержание и ремонт жилья в августе 2020 года составляла 168 310,70 руб., в декабре 2021 года – 221 300,20 руб., оплата была в июне 2020 года в сумме 353,23 руб., в августе 2021 года в сумме 235,84 руб. через службу судебных приставов.
Задолженность за воду в августе 2020 года составила 18 792,42 руб., в декабре 2021 года – 25 009,98 руб., оплаты были 9 апреля 2019 года в сумме 1 315,98 руб., 29 июня 2020 года в сумме 7,92 руб., 30 июня 2020 года в сумме 13,76 руб., 23 августа 2021 года в сумме 14,48 руб.
Из содержания комплексной судебно-медицинской экспертизы следует, что уже с 2013 года у ФИО7 наблюдалось <данные изъяты>. ФИО7 страдает <данные изъяты>
Таким образом, расписка, выполненная в период нахождения ФИО7 в болезненном состоянии, не может свидетельствовать о фактическом получении им денежных средств от ФИО8, а иных убедительных доказательств факта передачи денежных средств не представлено.
Кроме того, в материалы дела ФИО8 не представлены доказательства наличия у него в августе 2020 года столь крупной суммы денег.
В ходе рассмотрения дела ФИО8 пояснял, что деньги у него были, так как его друг ФИО1 одолжил ему 1 млн. руб. В то же время ФИО8 пояснял, что его гражданская жена ФИО3. получила страховку на детей в общей сложности 950 000 руб.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля гражданская супруга ФИО8 – ФИО3. поясняла суду, что деньги в семье были в связи с получением ей страхового возмещения на детей в связи с гибелью ее бывшего мужа, отца детей свидетеля, по 475 000 руб. на каждого ребенка. Однако представленные в дело платежные поручения от 18 августа 2021 года и 25 ноября 2020 года на 475 000 руб. каждое не совпадают с датами написания расписок от 10 августа 2020 года и 24 августа 2020 года. Выписка по счету ФИО3 отражающая движение данных денежных средств по операциям клиента, в дело не представлена.
Допрошенный в судебном заседании 13 июля 2022 года в качестве свидетеля ФИО1 пояснил суду, что предоставил ФИО8 1 млн. руб. на приобретение квартиры, деньги возвращены.
К показаниям данного свидетеля суд относится критически, поскольку они являются недопустимым доказательством факта передачи денежных средств.
При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о признании недействительной расписки от 10 августа 2020 года на 200 000 руб.
Доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд судом отклоняются.
В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Из позиции стороны истца следует, что об оспариваемой сделке ФИО7 узнал во время пребывания в Центре социального обслуживания населения из выписки из ЕГРН на квартиру, из которой видно, что с 16 сентября 2020 года собственником спорной квартиры является ФИО8 Выписка датирована 10 сентября 2021 года. С исковым заявлением о признании сделки недействительной истец обратился в суд 10 сентября 2021 года, т.е. в течение установленного законом срока.
В ходе рассмотрения дела, 18 октября 2021 года, стороной ответчика в дело были приобщены две расписки от 10 августа 2020 года и 24 августа 2020 года о получении ФИО7 денежных средств от ФИО8 С исковым заявлением об оспаривании данных расписок истец обратился 27 июня 2022 года.
Учитывая вышеизложенное, особенности сделкоспособности ФИО7, обстоятельства осведомленности относительно оспариваемых договора, расписок, суд считает, что срок для обращения в суд истцом не пропущен.
Доводы истца о наличии обмана при совершении сделки со стороны ФИО8, что является самостоятельным основанием для признания сделки недействительной на основании статьи 179 ГК РФ, голословны, надлежащими доказательствами не подтверждены.
Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ,
решил:
исковые требования ФИО7 удовлетворить.
Признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 24 августа 2020 года, заключенный между ФИО7 и ФИО8.
Применить последствия недействительности сделки.
Признать право собственности ФИО7 на квартиру по адресу: <адрес>, прекратив на нее право собственности ФИО8.
Признать недействительными расписки от 10 августа 2020 года и 24 августа 2020 года о получении денежных средств ФИО7 от ФИО8.
Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Рыбинский городской суд в течение месяца с момента вынесения решения в окончательной форме.
Судья Е.Л. Попова