УИД:28RS0005-01-2021-000330-67

Дело № 33АП-1862/2023 судья первой инстанции

Докладчик Исаченко М.В. Залунина Н.Г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 сентября 2023 года г. Благовещенск

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда в составе:

Председательствующего: Щеголевой М.Э.

судей: Дробаха Ю.И., Исаченко М.В.

при секретаре Перепелициной Л.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на 1/2 долю в жилом помещении по апелляционной жалобе ФИО2 на заочное решение Благовещенского районного суда Амурской области от 26 июля 2021 года.

Заслушав дело по докладу судьи Исаченко М.В., пояснения представителя ФИО2 ФИО3, представителя ФИО1 ФИО4, ответчика ФИО5, его представителя ФИО6, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в обоснование указал, что в период с 26 августа 2009 года по 25 августа 2015 года он и Ф.И.О.1 состояли в зарегистрированном браке, который расторгнут 25 августа 2015 года. В период брачных отношений 16 августа 2013 года в собственность Ф.И.О.1 передана <адрес> многоквартирном жилом <адрес>. <дата> Ф.И.О.1 умерла, в период брака доли в указанной квартире определены не были. 18 мая 2020 года дочь Ф.И.О.1 ответчик ФИО2 обратилась к нотариусу Благовещенского районного нотариального округа с заявлением о принятии наследства за умершей матерью, нотариусом заведено наследственное дело <номер>. Решением Благовещенского районного суда по делу № 2-491/2020 и апелляционным определением от 27 января 2021 года установлено, что спорная квартира является совместно нажитым имуществом ФИО7 О.1

Истец просил суд признать за ним право на ? долю в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

Заочным решением Благовещенского районного суда Амурской области от 26 июля 2021 года исковые требования ФИО1 удовлетворены.

В апелляционной жалобе и дополнением к ней ответчик ФИО2 не соглашается с принятым судом первой инстанцией решением, просит его отменить, со ссылкой на неверно избранный способ защиты нарушенного права истцом, неправильное применение судом норм материального права, неполное установление обстоятельств, имеющих значение для дела. Полагает, что производство по делу подлежало прекращению. Приводит доводы о том, что ФИО1 с момента заключения договора долевого участия в строительстве квартиры с согласия Ф.И.О.1 самоустранился от участия в выкупе спорной квартиры, не имел в ней интереса, не вносил платежи по ипотечному кредиту, первоначальный взнос был осуществлен не за счет совместного имущества супругов. Согласно соглашению о разделе имущества супругов от 3 февраля 2016 года, заключенному между Ф.И.О.1 и ФИО1, стороны определили порядок приобретения квартиры, оплату ипотеки. Несмотря на то, что указанное соглашение не было соответствующим образом удостоверено, оно исполнялось и исполняется. ФИО1 не представлено доказательств своего участия в приобретении квартиры. Ссылается на ненадлежащее извещение о судебном процессе, указывая, что это является основанием для рассмотрения дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 09 декабря 2022г решение Благовещенского районного суда от 26 июля 2021 года отменено, принято новое решение. Отказано в удовлетворении иска ФИО1 о признании за ним права на ? доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 12 мая 2023 г. отменено апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 09 декабря 2022 г по настоящему гражданскому делу по новым обстоятельствам.

Дело рассматривается по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО5, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора ПАО Сбербанк Росси, принято заявление истца ФИО1 о дополнении предмета иска требованиями о признании недействительным договора купли – продажи указанной квартиры, заключенного между ФИО2 и ФИО5 17 декабря 2022г.

При новом рассмотрении дела в дополнение к апелляционной жалобе ответчик ФИО2 указывает, что спорная квартира не имеет режима совместной собственности супругов, приобретена в период прекращения брачных отношений между истцом и Ф.И.О.1, приобретена квартира на кредитные средства созаёмщиков. Не доказано наличие воли супругов на приобретение квартиры в совместную собственность. Заявлено о пропуске срока исковой давности.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель истца ФИО1 поддержала заявленные исковые требования с учетом их уточнения. Указала на наличие прав истца на ? долю в праве собственности на спорную квартиру. Указала об отсутствии правовых оснований для признания ФИО5 добросовестным приобретателем, об отсутствии у ФИО2 права на отчуждение спорного имущества.

Ответчик ФИО5, его представитель ФИО6 с доводами апелляционной жалобы не согласились. Указали на добросовестность действий при покупке квартиры у ФИО2 со стороны покупателя.

Остальные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте рассмотрения настоящей жалобы надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились. При таких обстоятельствах в соответствии со ст. 167 и ч. 1 статьи 327 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием к его рассмотрению.

Изучив материалы дела, выслушав позицию явившихся в судебное заседание участников процесса, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы по правилам ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Ф.И.О.1 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке с 26 августа 2009 года по 25 августа 2015 года.

22 июля 2013 года Ф.И.О.1, ФИО1 с ОАО «Сбербанк России» был заключен кредитный договор <номер>, по условиям которого кредитор предоставил созаемщикам потребительский кредит в размере 1 329 300 рублей на приобретение строящегося жилья по адресу: <адрес>.

19 февраля 2014 года указанная квартира зарегистрирована за Ф.И.О.1 на праве собственности.

<дата> Ф.И.О.1 умерла.

К нотариусу с заявлением о принятии наследства и о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону обратились ФИО2 и ФИО1 ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на ? долю в спорной квартире.

Считая указанную квартиру совместно нажитым имуществом в период брака, ФИО1 обратился в суд с настоящими исковыми требованиями.

Разрешая спор и удовлетворяя требования истца, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст. 33, 34, 39 СК РФ, ст. ст. 256, 1150 ГК РФ, пришел к выводу о том, что квартира является совместной собственностью супругов, доли которых являются равными, ФИО1 в силу закона принадлежит ? доля в праве собственности на жилое помещение.

Согласно п. 1 ст. 33 СК РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В силу ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Согласно п. 4 ст. 38 СК РФ суд может признать имущество, нажитое каждым из супругов в период их раздельного проживания при прекращении семейных отношений, собственностью каждого из них.

Как разъяснено в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 года №15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущество не приобретали, суд в соответствии с п. 4 ст. 38 СК РФ может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения ведения общего хозяйства.

Решением Благовещенского районного суда от 30 июня 2022 года по гражданскому делу №2-605/2022 в удовлетворении искового заявления ФИО2 к ФИО1 об исключении <адрес> <адрес> из числа имущества, совместно нажитого супругами Ф.И.О.1 и ФИО1, признании за ФИО2 права собственности на имущество из числа совместно нажитого, признании права собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на <адрес> в порядке наследования отказано.

Разрешая инициированный ФИО2 спор, суд указал, что на момент приобретения спорного жилого помещения Ф.И.О.1 и ФИО1 действительно фактически прекратили брачные отношения. В то же время суд счел недоказанным стороной истца факт приобретения квартиры исключительно за счет личных средств Ф.И.О.1, а с учетом того, что ФИО1 являлся созаемщиком по кредитному договору и давал нотариальное согласие Ф.И.О.1 на приобретение жилого помещения, пришел к выводу о том, что оснований для исключения его из совместно нажитого имущества не имеется.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам от 21 ноября 2022 года решение Благовещенского районного суда от 30 июня 2022 года отменено, по делу принято новое решение, которым жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> исключено из совместной собственности супругов Ф.И.О.1 и ФИО1, за ФИО2 признано право собственности на указанное жилое помещение, разрешен вопрос о взыскании судебных расходов.

02 марта 2023 года определением судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 21 ноября 2022 года отменено, оставлено в силе решение Благовещенского районного суда от 30 июня 2022 года.

При вынесении определения суд кассационной инстанции исходил из установленной нормами семейного законодательства презумпции режима общей совместной собственности супругов, при оспаривании которого обязанность по предоставлению соответствующих доказательств возложена на истца, заявившего, что спорное имущество общей совместной собственностью не является; отсутствия законодательно предусмотренной возможности признания права единоличной собственности супруга, на которого эта собственность оформлена, в случае гашения кредита с его банковского счета. Суд также учел, что кредит в целях исполнения обязательств по договору участия в долевом строительстве был получен Ф.И.О.1 и ФИО1 в ПАО «Сбербанк России» совместно, а также солидарность их заемных обязательств переда банком, указав на законодательно предусмотренный способ защиты прав должника, исполнившего общее обязательство перед банком за счет личных денежных средств, в прядке ст.ст. 322, 325 ГК РФ.

На основании установленных обстоятельств, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для вывода о том, что спорная квартира, приобретенная на имя Ф.И.О.1, является исключительно ее единоличной собственностью, у суда апелляционной инстанции не имелось.

В силу правовой позиции, изложенной в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 декабря 2011 года № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Принимая во внимание определение Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 02 марта 2023 года, а также оставленное им в силе решение Благовещенского районного суда от 30 июня 2022 года, имеющие преюдициальное значение при разрешении настоящего спора, которыми с учетом существующей презумпции режима общей совместной собственности супругов, не оспоренного в законном порядке, и отсутствия законодательно предусмотренной возможности признания права единоличной собственности супруга, исполнившего кредитные обязательства за счет личных денежных средств, установлено отсутствие оснований для признания за Ф.И.О.1 права единоличной собственности на спорную квартиру, вывод суда первой инстанции о том, что квартира является совместной собственностью супругов является правильным.

Из материалов дела следует, что собственником спорной <адрес> в настоящее время является ФИО5 на основании договора купли – продажи от 17 декабря 2022 года, заключенного с ФИО2 – собственником квартиры на момент совершения сделки на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 16.09.2020 года и апелляционного определения от 21.11.2022 года.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Конституцией Российской Федерации гарантируются право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, а также признание и защита собственности, ее охрана законом (статья 35, части 1 и 2). Каждый имеет право на жилище; никто не может быть произвольно лишен жилища (статья 40, часть 1, Конституции Российской Федерации).

Исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.07.2021 N 35-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО8", по смыслу статьи 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 45 и 46 права владения, пользования и распоряжения имуществом гарантируются не только собственникам, но и иным участникам гражданского оборота. В тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие на предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо собственника, лица - владельцы и пользователи вещи, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав. К числу таких имущественных прав относятся и права добросовестных приобретателей, когда при возмездном приобретении жилого помещения такой приобретатель полагался на данные Единого государственного реестра недвижимости и в установленном законом порядке зарегистрировал свое право собственности на него. Такая защита должна предоставляться добросовестным участникам гражданского оборота, если они возмездно приобрели право собственности на жилое помещение, одна из предыдущих сделок с которым была оспоримой, и от них на основании статей 301 и 302 ГК Российской Федерации истребуется имущество после признания судом этой сделки недействительной по иску бывшего супруга как совершенной без его согласия.

Указав, что действующее законодательство исходит из принципа защиты добросовестных участников гражданского оборота, проявляющих при заключении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность, и конкретизируя изложенные в названном Постановлении правовые позиции применительно к правоотношениям по поводу купли-продажи жилого помещения, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что положение статьи 35 (часть 1) Конституции Российской Федерации, согласно которому право частной собственности охраняется законом, не может быть интерпретировано как позволяющее игнорировать законные интересы приобретателя жилого помещения (Постановление от 24 марта 2015 года N 5-П). На взаимосвязь надлежащей заботливости и разумной осмотрительности участников гражданского оборота с их же добросовестностью обращается внимание и в ряде других решений Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 27 октября 2015 года N 28-П, от 22 июня 2017 года N 16-П и др.).

Согласно пункту 2 статьи 8.1 ГК Российской Федерации права на имущество, подлежащее государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

В силу части 3 статьи 1 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - это юридический акт, которым признаются и подтверждаются возникновение, изменение, переход, прекращение права определенного лица на недвижимое имущество или ограничение такого права и обременение недвижимого имущества.

Абзац первый пункта 6 статьи 8.1 ГК Российской Федерации и часть 5 статьи 1 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости" допускают оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество в судебном порядке. Таким образом, по смыслу норм, регулирующих государственную регистрацию прав на недвижимость, сама по себе внесенная в соответствующий реестр запись о праве собственности отчуждателя не может рассматриваться как неопровержимое доказательство наличия такого права.

В то же время по смыслу гражданского законодательства добросовестность участника гражданского оборота, полагающегося при приобретении недвижимого имущества на данные Единого государственного реестра недвижимости, предполагается (абзац третий пункта 6 статьи 8.1 и пункт 5 статьи 10 ГК Российской Федерации).

Правила статьи 253 ГК Российской Федерации к владению, пользованию и распоряжению имуществом, находящимся в совместной собственности, применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности данным Кодексом или другими законами не установлено иное (пункт 4). Что касается совместной собственности супругов, то такие правила закреплены в Семейном кодексе Российской Федерации. Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга; супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки (пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

Статья 35 Семейного кодекса Российской Федерации - по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, - регулирует владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов только в период брака. Соответствующие же правоотношения с участием бывших супругов регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2013 года по делу N 5-КГ13-13, от 5 июля 2016 года по делу N 5-КГ16-64, от 25 июля 2017 года N 18-КГ17-105 и др.).

Согласно статье 253 ГК Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников; совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункт 3).

При признании сделки по распоряжению общим имуществом бывших супругов недействительной как совершенной без согласия одного из них применяются общие положения о последствиях недействительности сделки, т.е. каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость (пункт 2 статьи 167 ГК Российской Федерации). В случае, если к моменту признания недействительной сделки по распоряжению имуществом, находившимся в совместной собственности, это имущество на основании последовательно совершенных сделок оказалось во владении у иного лица, признание сделки недействительной приводит к тому, что последний приобретатель, ставший собственником имущества, лишается своего права собственности или доли в нем. Сособственник же, оспоривший первоначальную сделку как совершенную без его согласия, может с точки зрения правоприменительной практики рассчитывать на удовлетворение требования, предъявленного к последнему приобретателю по правилам статей 301 и 302 ГК Российской Федерации.

Вместе с тем, согласно изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 24.02.2022 N 425-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО9 на нарушение ее конституционных прав пунктами 2 и 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также пунктами 2 и 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации" правовой позиции положение пункта 3 статьи 253 ГК Российской Федерации, допускающее признание указанной в нем сделки недействительной только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом, развивает неоднократно упомянутый в решениях Конституционного Суда Российской Федерации принцип защиты добросовестных участников гражданского оборота, проявляющих при совершении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность (постановления от 24 марта 2015 года N 5-П, от 13 июля 2021 года N 35-П и др.). Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод граждан (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 ноября 2003 года N 404-О, от 29 сентября 2020 года N 2220-О и др.).

Пунктом 1 части 3 статьи 15 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" предусмотрено, что государственная регистрация прав осуществляется по заявлению лица, право которого на объект недвижимости возникает - при государственной регистрации возникновения соответствующего права.

В силу части 1 статьи 58 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество на основании решения суда осуществляются в соответствии с настоящим Федеральным законом.

К заявлению о государственной регистрации прав прилагаются документы, являющиеся основанием для осуществления государственной регистрации прав (п. 2 ч. 4 ст. 18 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости").

Государственная регистрация права собственности ФИО2 на спорную квартиру произведена по ее личному заявлению от 03 декабря 2022 года, на основании предоставленного ею в Управление Росреестра по Амурской области вступившего в законную силу апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 21 ноября 2022 года.

Предусмотренный законом механизм государственная регистрация права общей совместной собственности на недвижимое имущество определен в части 3 статьи 42 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости" и предусматривает необходимость подачи соответствующего заявления одним из участников совместной собственности, если законодательством Российской Федерации либо соглашением между участниками совместной собственности не предусмотрено иное. Порядок ведения Единого государственного реестра недвижимости, утвержденный приказом Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 1 июня 2021 года N П/0241, предполагает, что, если объект принадлежит нескольким лицам на праве общей совместной собственности, в записи делается соответствующее указание (абзац второй пункта 53); при регистрации права на недвижимое имущество, находящееся в общей совместной собственности, все сособственники указываются в одной записи о вещном праве (абзац первый пункта 109). Аналогичные правила предусматривались абзацем вторым пункта 49 и абзацем первым пункта 90 Порядка ведения Единого государственного реестра недвижимости, утвержденного приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 16 декабря 2015 года N 943, признанным утратившим силу с 29 июня 2021 года приказом Минэкономразвития России от 4 мая 2021 года N 243.

В ходе рассмотрения настоящего спора подтверждена законность режима совместной собственности супругов в отношении спорной квартиры, существующего на момент ее продажи ФИО5 При этом судебный акт, на основании которого произведена государственная регистрация права собственности ФИО2 на данную квартиру, признан незаконным и отменен.

Вместе с тем, несмотря на актуальность внесенных в ЕГРН сведений о правообладателе (продавце) квартиры на момент ее отчуждения ФИО5, исходя из правового обоснования режима совместной собственности супругов (п. 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации) фактически запись о праве собственности в ЕГРН могла не содержать указания на то, что имущество находится в общей совместной собственности супругов. При этом, сам факт внесения в ЕГРН записи о государственной регистрации права собственности одного из супругов (в данном случае наследника супружеской доли), в данном случае, не отменял бы законного режима имущества супругов.

Часть 7 статьи 62 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости" предусматривает, какие сведения должны быть представлены в выписке, содержащей общедоступные сведения Единого государственного реестра недвижимости.

Разумное и осмотрительное поведение добросовестного участника гражданского оборота, полагающегося на сведения данного реестра, не предполагает выяснения им, находилось ли имущество до его приобретения отчуждателем в общей совместной собственности бывших супругов и не было ли оно по какой-либо из предыдущих сделок отчуждено без согласия одного из них. Иное возлагало бы на приобретателей недвижимости все риски, связанные с признанием недействительными сделок, совершенных третьими лицами, и тем самым подрывало бы доверие граждан к государственной регистрации недвижимости. Вместе с тем бывший супруг (сособственник общего совместного имущества), сведений о котором не имеется в ЕГРН, будучи заинтересованным в сохранении за собой права на общее имущество супругов, должен сам предпринимать меры - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности - по контролю за ним и в том числе, когда это отвечает его интересам, совершать действия, направленные на своевременный раздел данного имущества….. В отсутствие же таких действий с его стороны недопустимо возложение неблагоприятных последствий сделки, совершенной без его согласия, на добросовестного участника гражданского оборота, полагавшегося на сведения указанного реестра и ставшего собственником имущества. При этом недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о выбытии этого имущества из владения передавшего его лица помимо его воли; судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу (абзац второй пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав") (Постановление Конституционного Суда РФ от 13.07.2021 N 35-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО8").

По делу установлено, что гашение кредита, оформленного на покупку спорной квартиры, осуществлялось исключительно Ф.И.О.1 до момента ее смерти. В дальнейшем погашение кредита осуществлялось ее дочерью ФИО2 Единовременное гашение кредита произведено истцом ФИО1 спустя более шести лет после расторжения брака и почти спустя два года после смерти Ф.И.О.1 (22.01.2022 года), в период рассмотрения настоящего гражданского спора по его иску о признании за ним права собственности на ? долю в спорной квартире.

При этом, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что какого-либо интереса к спорной квартире ФИО1 с момента ее приобретения в 2013 году и до момента смерти Ф.И.О.1 в 2020 году не проявлял, в ней никогда не проживал и не был зарегистрирован по месту жительства, не нес расходы по ее содержанию.

Кроме того, по прошествии трех лет с момент покупки квартиры, 03 февраля 2016 года, ФИО1 оформил с Ф.И.О.1 письменное соглашение, в котором подтвердил погашение ипотечного кредита исключительно за счет собственных средств Ф.И.О.1, а также отсутствие каких-либо претензий по спорной квартире.

Обратился ФИО1 в суд в целях узаконивания режима совместной собственности супругов в отношении спорной квартиры и признания за ним права на супружескую долю лишь в марте 2021 года, инициировав настоящий спор по прошествии почти восьми лет с момента приобретения квартиры Ф.И.О.1, по истечении года с момент ее смерти. Ранее, еще при жизни Ф.И.О.1, каких-либо требований в отношении данного недвижимого имущества не предъявлял, прав на указанную квартиру не заявлял, законность единоличного владения Ф.И.О.1 не оспаривал.

Установленное свидетельствует о том, что ФИО1 с момента приобретения спорной квартиры не интересовался судьбой своего имущества и полагался на осуществление правомочий собственника в отношении общего имущества другим бывшим супругом (Ф.И.О.1). В таком случае, с учетом всех обстоятельств дела, допустим вывод, что спорное имущество не может считаться выбывшим из владения сособственника, не участвовавшего в отчуждении имущества, помимо его воли.

Гражданин, приобретший жилое помещение у третьего лица, во всяком случае обладает меньшими возможностями по оценке соответствующих рисков, чем бывший супруг - участник общей совместной собственности.

Конституционный Суд РФ в своих судебных постановлениях неоднократно разъяснял, что пункт 1 статьи 302 ГК Российской Федерации не может применяться без учета специфики упомянутой категории споров и необходимости обеспечить справедливый баланс интересов истца - бывшего супруга (если общее имущество бывших супругов было отчуждено без его согласия другим бывшим супругом) и добросовестного участника гражданского оборота, приобретшего право собственности на такое имущество и ставшего ответчиком по иску об истребовании имущества после признания первоначальной сделки с общим имуществом бывших супругов недействительной.

С учетом изложенного, в данном случае спорное имущество не может быть истребовано бывшим супругом (ФИО1) в порядке пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации у добросовестного участника гражданского оборота (ФИО5), который возмездно приобрел жилое помещение у ФИО2, полагаясь на данные Единого государственного реестра недвижимости, и в установленном законом порядке зарегистрировал возникшее у него право собственности, поскольку бывший супруг (ФИО1), заявив о недействительности сделки не предпринял в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности своевременных мер по контролю над общим имуществом супругов и надлежащему оформлению своего права собственности на это имущество.

Иное истолкование и применение указанного положения расходилось бы с его действительным смыслом, нарушало бы баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота и тем самым вело бы, в противоречие со статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, к неоправданному ограничению права собственности, гарантируемого ее статьей 35.

С учетом установленного, по мнению судебной коллегии, отсутствуют правовые основания для удовлетворения иска ФИО1 к ФИО2, ФИО5 о признании недействительной сделки купли – продажи квартиры по адресу: <адрес>, заключённой между ФИО2 и ФИО5 17 декабря 2022г.; о признании права ФИО1 на ? долю в праве собственности на указанную квартиру, в связи с чем заочное решение Благовещенского районного суда Амурской области от 26 июля 2021 года подлежит отмене.

Истец вправе восстановить нарушенное право на имущество путем предъявления иска о взыскании с ФИО2 стоимости ? доли спорного имущества.

Руководствуясь ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

заочное решение Благовещенского районного суда Амурской области от 26 июля 2021 года отменить.

Отказать в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО5 о признании недействительной сделки купли – продажи квартиры по адресу: <адрес>, заключённой между ФИО2 и ФИО5 17 декабря 2022г.; о признании права ФИО1 на ? долю в праве собственности на указанную квартиру.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 сентября 2023 г