Председательствующий – Дорохина Т.А. дело № 22-7064/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

7 сентября 2023 года г. Красноярск

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе председательствующего судьи Складан М.В.,

судей Абрамовой Н.Ю., Луговкиной А.М.,

при помощнике судьи Тихоновой В.Ю.,

с участием прокурора Уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Анисимовой И.А,

осужденных ФИО1, ФИО2

защитников адвокатов <данные изъяты> Эссен Л.В. (удостоверение №, ордер № от <дата>), <данные изъяты> Пестуновой М.В. (удостоверение №, ордер № от <дата>).

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и в его интересах защитника – адвоката Солдатенко Н.В., дополнениям к жалобе защитника - адвоката Эссен Л.В. в интересах осужденного ФИО1, апелляционной жалобе защитника – адвоката Пестуновой М.В. в интересах осужденной ФИО2 и дополнениям к ней осужденной ФИО2 на приговор Ленинского районного суда г. Красноярска от 4 мая 2023 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>

осужден по ч.3 ст. 30 п. «а, г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ, ч.3 ст. 30 п.п. «а, г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы сроком по 6 лет 6 месяцев за каждое преступление.

на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний – к лишению свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима;

в соответствии с п. «в» ч.1 ст.97, ч.2 ст.97, п. «а» ч.1 ст.99, ч.2 ст.99, ч.1 ст.104 УК РФ ФИО1 назначены принудительные меры медицинского характера <данные изъяты>

ФИО2, <данные изъяты>

осуждена по ч.3 ст. 30, п. «а, г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ, ч.3 ст. 30, п.п. «а, г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы сроком по 7 лет за каждое;

на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний к лишению свободы сроком на 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

приговором разрешен вопрос о мере пресечения, зачете времени содержания под стражей в срок наказания, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Складан М.В., изложившей обстоятельства дела, содержание приговора, апелляционных жалоб, дополнений, возражений, осужденного ФИО1 посредством видео-конференц-связи и в его интересах защитника - адвоката Эссен Л.В., осужденную ФИО2 посредством видео-конференц-связи и в ее интересах защитника - адвоката Пестунову М.В. по доводам апелляционных жалоб, мнение прокурора Анисимовой И.А., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 и ФИО1 признаны виновными и осуждены за совершение двух покушений, то есть умышленных действий, непосредственно направленных на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», организованной группой, в крупном размере, не доведенных до конца по не зависящим от них обстоятельствам.

Преступления совершены в период с <дата> по <дата> в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Допрошенный в судебном заседании осужденный ФИО1 виновным себя не признал, отрицая причастность к преступлениям.

Допрошенная в судебном заседании осужденная ФИО2 виновной себя признала частично, считая что не состояла в организованной группе, поскольку ни с кем из участников группы, кроме ФИО1, знакома не была.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Солдатенко Н.В. в интересах ФИО1 выражает несогласие с приговором, мотивируя тем, что доказательств, подтверждающих факт совершения преступления организованной группой, не имеется. Ссылаясь на положения ч. 3 ст. 35 УК РФ, указывает, что ФИО1 не оказывал содействия в деятельности ФИО2, которая сама подтвердила данный факт, объективную сторону преступления не выполнял, также не установлены лица, входящие в организованную группу и не установлено распределение ролей между участниками группы, каких-либо документальных доказательств создания и существования организованной группы со стороны обвинения не представлено. Показания сотрудников полиции не являются доказательствами наличия организованной группы. ФИО1 пытался напротив отговорить ФИО2 от противоправной деятельности.

Согласно заключению эксперта №с от <дата> у ФИО1 <данные изъяты> осужденный не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, он был введен в заблуждение ФИО2 при оказании помощи, выразившейся в предоставлении сотового телефона и при сопровождении ФИО2 к местам тайников, о которых он не знал.

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, мотивируя тем, что стороной обвинения не приведено достаточных данных, свидетельствующих о его виновности, а также отсутствуют данные, подтверждающие совершение преступления организованной группой. На работу в интернет – магазин он не устраивался, с куратором не связывался, не вел с ним переписку, не получал никаких заданий. Вину признает только в том, что помогал ФИО2 переводить деньги в рубли через биржу и оформлять фотографии. Данный факт подтвердила и ФИО2 Ссылаясь на свое психическое заболевание, указывает, что не мог в полной мере руководить своими действиями, не осознавал их опасность. Просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение, а при отказе в этом смягчить наказание.

В дополнениях к апелляционной жалобе в интересах ФИО1 адвокат Эссен Л.В. выражает несогласие с приговором, мотивируя тем, что признак совершения преступления в организованной группе не нашел своего подтверждения, в сговор со ФИО2 он не вступал, его действия носили самостоятельный характер, роль в преступлении была незначительна.

Выявленное у ФИО1 <данные изъяты> не позволяло ему в полной мере осознавать характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, ограничило возможность воздержаться от правонарушения. Судом не были устранены противоречия, а именно, в ходе личного досмотра у ФИО1 изъят телефон марки «ФИО4», а в протоколе досмотра указано, что телефон изъят у ФИО17 Просит приговор изменить, снизить окончательный размер наказания ФИО1

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник - адвокат Пестунова М.В. в интересах осужденной ФИО2 выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона. ФИО2 необоснованно осуждена за совершение преступлений организованной группой. Не установлены лица, которые действовали в составе организованной группы, не установлены их роли, ФИО2 и ФИО1 не находились в подчинении третьих лиц, доход носил не постоянный характер, не имелось признака устойчивости, не установлен и временной период деятельности группы, нацеленность на достижение единого преступного результата. Действия ФИО1 носили самостоятельный характер. Свидетель ФИО11 сообщил, что перед допросом в суде ему предоставлялся письменный протокол допроса для ознакомления, что недопустимо. В период судебного следствия государственный обвинитель сообщил, что проводится проверка в порядке ст.144-145 УПК РФ в отношении ФИО1, по результатам которой будет принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, то есть фактически государственный обвинитель заранее знал результат проверки, что указывает на ее формальность. Приговор фактически является копией обвинительного заключения, что свидетельствует о формальном подходе к рассмотрению дела. Просит приговор изменить, смягчить размер наказания ФИО2

В дополнениях к апелляционной жалобе защитника осужденная ФИО2 приводит аналогичные доводы, настаивая на отсутствии квалифицирующего признака совершения преступления организованной группой, не оспаривая при этом фактические обстоятельства совершенных преступлений. Считает, что в приговоре не приведено доказательств стабильности группы и распределения ролей в целях достижения общего результата. У нее был свой мотив, не совпадающий с мотивом других участников группы, ее целью был доступ к наркотическим средствам, ей было безразлично дойдут ли наркотические средства до потребителя. В переписке речь о совместных сбытах не велась, она не пользовалась установленным куратором методом деятельности в связи с чем возникали разногласия. Показания ею и ФИО1 даны в неадекватном состоянии, вызванном употреблением наркотиков и фактом задержания, при этом какая-либо медицинская помощь оказана не была. Просит приговор отменить, смягчить наказание, либо направить дело на новое рассмотрение.

В возражениях на апелляционные жалобы <данные изъяты> ФИО5 указывает на несостоятельность изложенных в ней доводов, просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и дополнениях к ним, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Фактические обстоятельства содеянного ФИО1 и ФИО2 установлены судом первой инстанции правильно. Судебное следствие по делу проведено полно, всесторонне и объективно.

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в каждом из совершенных преступлений основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание и анализ доказательств подробно приведены в приговоре, который соответствует требованиям ст.ст.303, 307-309 УПК РФ, в нем указаны обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности осужденных, мотивированы выводы относительно достоверности показаний свидетелей, документальных, вещественных и иных доказательств, правильности квалификации преступлений, дана оценка всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, при этом принцип презумпции невиновности не нарушен, выводы суда носят однозначный и непротиворечивый характер.

В качестве доказательств виновности ФИО1 и ФИО2 в совершенных преступлениях судом обоснованно признаны:

показания ФИО2, данные в ходе судебного заседания и предварительного следствия о том, что в <адрес> через социальную сеть получила предложение распространять наркотики, на что согласилась, прошла необходимую подготовку, получала наркотики через тайники, раскладывала их в новые тайники, фотографии передавала куратору с указанием координат тайников. ФИО1 был осведомлен о данной деятельности, сопровождал ее к местам тайников, помогла выводить полученные за работу деньги через биржу. <дата> они вместе с ФИО1 забрали сверток с очередной партией наркотика, она разложила их по тайникам, вместе сделали фотографии тайников, ФИО1 их смонтировал и отправили куратору. На следующий день их задержали при попытке забрать новую оптовую партию наркотика;

показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, из которых следует, что узнав об осуществлении ФИО2 деятельности по распространению наркотиков решил помочь ей. Вместе они ездили к местам тайников, где забирали наркотики, ФИО2 раскладывала их по новым тайникам, он формировал фотографии, которые ФИО2 передавала куратору, а также помогал переводить полученные за работу биткоины в рубли, деньги тратили вместе. 27 марта они вместе со ФИО2 вместе поехали за новой партией наркотиков, нашли сверток, разложили наркотики по тайникам, сделали фотографии, который ФИО2 отправила куратору;

показания свидетеля ФИО13 о наличии оперативной информации в отношении группы лиц, состоящей из мужчины по имени ФИО3 и женщины по имени ФИО23 которые занимаются незаконными сбытами наркотических средств на территории <адрес> бесконтактным способом, работая на неустановленный интернет-магазин, для проверки данной информации проведено оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение» в ходе которого задержаны ФИО1 и ФИО2, при осмотре телефонов которых обнаружены данные о тайнике с наркотиком, данные наркотики обнаружены в районе <адрес>. Кроме того, обнаружены и иные тайники, данные о которых содержались в сотовых телефонах задержанных лиц;

показания свидетеля ФИО11 о том, что <дата> задержаны ФИО1 и ФИО2 по подозрению в незаконном сбыте наркотических средств, при осмотре сотовых телефонов которых обнаружена информация об их причастности к сбыту наркотических средств, а именно находились фотографии мест тайников, данные тайники были обнаружены, в них находились наркотические средства, которые изъяты;

показания свидетеля ФИО14, подтвердившего свое участие <дата> в качестве понятого в следственных действиях по <адрес> а также на участках местности в <адрес>, где были обнаружены и изъяты полимерные свертки с веществом, по результатам составлен протокол, где расписались все участвующие лица, замечаний не имелось;

материалы оперативно-розыскной деятельности, из которых следует, что в ходе оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» задержаны ФИО2 и ФИО1, у которых при личном досмотре изъяты сотовые телефоны, содержащие данные о тайниках с наркотиками, при обследовании участков местности по указанным координатам тайники обнаружены, из них изъяты 4 полимерных свертка, в которых, согласно справки об исследовании находилось вещество общей массой <данные изъяты>, содержащее в своем составе <данные изъяты> которое является производным наркотического средства <данные изъяты>;

протоколы осмотра мест происшествия в ходе которых зафиксированы места тайников с наркотическими средствами;

протокол проверки показаний на месте с участием ФИО1 в ходе которой он указал место тайника, в котором была помещена оптовая партия наркотика;

заключение эксперта о виде и размере наркотического средства, явившегося предметом преступлений;

вещественные и иные документальные доказательства.

Исследованные в суде первой инстанции доказательства получили должную оценку суда в соответствии с правилами ст.ст.17, 87, 88 УПК РФ. Подвергать сомнению объективность доказательств у суда первой инстанции не имелось, не имеется таких оснований и у судебной коллегии.

При постановлении приговора суд дал необходимую оценку показаниям самих подсудимых, в также свидетелей в совокупности друг с другом и с иными доказательствами по делу, приняв только те показания, которые являлись достоверными, при этом не нашел оснований для оговора ФИО1 и ФИО2 со стороны свидетелей.

В основу приговора верно положены именно показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, как полученные в установленном законом порядке, в присутствии защитника, в условиях, исключающих оказание какого-либо воздействия, при отсутствии причин самооговора, а также как согласующиеся и с показаниями ФИО2 относительно фактически совершенных действий и осведомленности о целях таких действий. Показания ФИО1 были подтверждены при проведении проверки их на месте, ФИО1 самостоятельно указал место тайника с оптовой партией наркотика, что не представилось бы возможным при неосведомленности о действиях ФИО2 Доводы ФИО1 о непричастности к преступлениям суд правильно отверг, признав способом защиты, в том числе проверив и его доводы о применении недозволенных методов ведения следствия.

Доводы защитника о том, что государственный обвинитель в ходе судебного заседания <дата> фактически предрешил результаты проверки нельзя признать убедительными, поскольку постановление об отказе в возбуждении уголовного дела принято уже <дата>. Орган предварительного расследования при проведении проверки никак не связан мнением государственного обвинителя, принимающего участие по конкретному делу, оснований считать, что государственный обвинитель каким-либо образом повлиял на результаты проверки не имеется.

Верно суд признал достоверными и показания ФИО2, данные в ходе предварительного следствия как более подробные относительно ее показаний в ходе судебного заседания, при этом после оглашения показаний ФИО2 их подтвердила, а также и настаивала на том, что ФИО1 ездил вместе с ней за наркотиками как <дата> так и <дата>.

Приведенные ФИО2 в апелляционной жалобе доводы о неадекватном состоянии ее и ФИО1 на момент допроса судебная коллегия признает надуманными, об этом ФИО2 суду не заявляла, более того, она допрашивалась неоднократно, спустя в том числе и длительное время после задержания, принимала участие в осмотре места происшествия, указывая место тайника.

Каких-либо нарушений закона при допросе судом свидетеля ФИО11 судебная коллегия не усматривает. Из протокола судебного заседания видно, что данный свидетель дал самостоятельно дал показания, ответил на вопросы стороны обвинения и защиты. Ознакомление же свидетеля перед допросом в суде с протоколом своего же допроса в ходе предварительного следствия нарушением закона, влекущим недопустимость показаний свидетеля, не является.

Какой-либо заинтересованности должностных лиц, проводивших оперативно-розыскные мероприятия, в исходе дела в отношении ФИО1 и ФИО2 не усматривается. Сотрудники оперативной службы находились при исполнении своих должностных обязанностей, действовали в пределах предоставленных им полномочий.

Все действия сотрудниками полиции проводились в присутствии представителей общественности.

У суда в силу ст. 89 УПК РФ имелись все основания признать в качестве доказательств полученные результаты оперативно-розыскной деятельности, поскольку мероприятие проводилось при наличии достаточных оснований для его проведения, мероприятие явилось результативным, задержаны ФИО1 и ФИО2, их причастность к преступлениям, связанным с незаконным оборотом наркотиков подтвердилась, впоследствии закреплена и иными доказательствами, полученными в ходе предварительного расследования.

При проведении мероприятия нарушений Федерального закона Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности» не допущено, проведение мероприятий полностью соответствовало целям и задачам оперативно-розыскной деятельности, полученные результаты предоставлены следователю в установленном порядке и полностью соответствуют требованиям УПК РФ.

По материалам дела четко прослеживается движение всех вещественных доказательств, исключающее их фальсификацию.

Оснований ставить под сомнение заключения экспертов о виде и размере изъятого наркотика, а также о состоянии психического здоровья ФИО1 и ФИО2 у суда не имелось, поскольку каждое из них является мотивированным и научно обоснованным, даны ответы на все поставленные вопросы, выводы являются ясными. Об уголовной ответственности эксперты предупреждены должным образом.

Все остальные доказательства получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Ссылка на то, что в протоколе личного досмотра ФИО1 имеется указание на изъятие сотового телефона у иного лица, не опровергает относимость, допустимость и достоверность и данного доказательства. Сам ФИО1 не отрицал ни факт проведения личного досмотра, ни изъятие сотового телефона, в связи с чем внесение в протокол фамилии ФИО17 является явной технической ошибкой, не влияющей на объективность фиксации результатов досмотра.

Таким образом, все обстоятельства, подлежащие доказыванию по настоящему уголовному делу, установлены. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем подходе к рассмотрению дела, предвзятости судьи, проявления обвинительного уклона, не имеется.

При рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции новых доказательств, свидетельствующих о невиновности осужденных, которые не были предметом исследования суда первой инстанции, не представлено.

Действия ФИО1 и ФИО2 по каждому из преступлений верно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п.п. «а,г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ - как покушение, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение незаконного сбыта наркотических средств, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет, организованной группой, в крупном размере, не доведенные до конца по не зависящим от виновных лиц обстоятельствам.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, никаких сомнений по поводу квалификации преступных действий ФИО1 и ФИО2 не имеется, оснований для иной квалификации действий осужденных, в том числе, исключения квалифицирующего признака организованной группы, как о том поставлен вопрос в апелляционных жалобах, судебная коллегия не находит.

В своих показаниях ФИО2 подробно описывала не только роль свою и ФИО1, но и подробно рассказывала о взаимодействии с организатором преступлений, порядке деятельности, способе расчетов, что при сопоставлении ее показаний с данными, находящимися в ее сотовом телефоне, а также и с показаниями ФИО1, позволило суду не усомниться в том, что действовали ФИО2 и ФИО1 в составе организованной группы. Из показаний ФИО2 следовало, что они вместе с ФИО1 фотографировали места тайников, он был осведомлен о том, что она занимается распространением наркотиков на постоянной основе, взаимодействуя с одним и тем же лицом, от которого получает наркотики и вознаграждение.

Квалифицируя действия виновных по признаку организованной группы, суд верно исходил из того, что характер и способ их действий указывает на то, что они последовательно объединились в группу для реализации наркотических средств путем помещения наркотиков в заранее подысканные тайники, когда каждый из них должен был выполнять отведенную ему роль, которая достоверна установлена, при этом из показаний как ФИО2 так и ФИО1 следует, что они действовали под руководством организатора, имелась определенная иерархия и подчиненность. То обстоятельство, что осужденные не были знакомы с лицами, осуществлявшими реализацию доставляемого и размещаемого ими в тайниках наркотического средства, не исключает квалификацию их действий как совершенных в составе организованной группы, поскольку они осознавали, что их действия являются составной частью общей преступной деятельности, а неосведомленность их об иных лицах, участвующих в совершении преступлений, в том числе о руководителе организованной группы, обусловлена интересами конспирации. Такие выводы суда судебная коллегия апелляционной инстанции находит правильными, сделанными на основе анализа и оценки доказательств, правильного толкования закона, и соглашается с ними, а доводы апелляционных жалоб отклоняет как несостоятельные.

Ссылка ФИО2 о наличии у нее самостоятельной цели получения доступа к наркотикам и безразличном отношении к фактическому получению наркотиков конечными приобретателями, равно как и о действии способом не согласованном с организатором, не опровергает выводы суда о наличии квалифицирующего признака организованной группы.

Доводы защиты о том, что не установлен временной период действия организованной группы отклоняются, поскольку ФИО1 и ФИО2 инкриминирован определенный, достоверно установленный период преступной деятельности, в течение которого они выполняли отведенные им роли в организованной группе, при этом фактическое время образования и существования организованной группы в данном случае не имеет значения.

Доводы апелляционных жалоб о том, что ФИО1 был введен в заблуждение ФИО2 относительно фактического характера действий, не мог в силу состояния психического здоровья осознавать фактический характер и значение своих действий, руководить ими, судебная коллегия не может признать обоснованными.

Отраженные в заключении эксперта выводы <данные изъяты> ФИО1 не исключали его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими. Суд обоснованно признал ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Из показаний ФИО2 видно, что она своих действий от ФИО1 не скрывала, для него было очевидно, что она осуществляет переписку с куратором, получает от него сведения о мете тайников, при этом ФИО1 вместе с ней приходил к местам тайников, в дальнейшем помогал формировать фотографии, которые она направляла куратору, также не скрывая своих действий от ФИО1, а также помогал выводить биткоины без комиссии. Данные действия какой-либо сложности для реальной их оценки и осознания не представляли. Сам ФИО1 не отрицал совершение этих действий, указывая в том числе, что сначала отговаривал ФИО2 от такой деятельности, то есть фактически осознавал ее противоправность, однако, все же согласился помогать в этой деятельности, осуществляя определенную отведенную ему роль, что с достоверностью свидетельствует о непосредственной причастности ФИО1 к преступлению, совершенному в составе организованной группы и возможности осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий, руководить ими.

С учетом заключения эксперта, данных о личности и непосредственной оценки поведения ФИО2 суд обосновано признал ее вменяемой и подлежащей уголовной ответственности.

При назначении наказания ФИО1 и ФИО2 судом учтены все значимые для этого обстоятельства, в том числе, характер и степень общественной опасности каждого совершенного преступления, обстоятельства их совершения, роль каждого осужденного в преступлениях, влияние наказания на исправление виновных и на условия жизни их семей, данные о личности каждого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 судом учтены на основании п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других участников преступления, поскольку на предварительном следствии ФИО1 принимал участие в проверке показаний на месте, в иных следственных действиях, указывал обстоятельства совершения преступлений, имеющие значение для дела, а также в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ – признание вины и раскаяние в содеянном на предварительном следствии, молодой возраст, состояние здоровья.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 учтены на основании п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в том, что на предварительном следствии ФИО2 давала полные показания, принимала участие в осмотре места происшествия, в иных следственных действиях, указывала обстоятельства совершения преступлений, имеющие значение для дела, а также в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ – признание вины и раскаяние в содеянном на предварительном следствии, молодой возраст, состояние здоровья.

Каких-либо иных смягчающих наказание обстоятельств, которые не были учтены судом, из материалов уголовного дела не усматривается, при рассмотрении уголовного дела судебной коллегией не установлено и в апелляционных жалобах не приведено.

Решение о необходимости назначения ФИО2 и ФИО1 наказания в виде лишения свободы, связанного с реальным его отбыванием, суд достаточно мотивировал, равно как обоснованно признал невозможным изменение категории тяжести преступлений в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, а также применение положений ст.64 УК РФ. С данными выводами суда судебная коллегия также соглашается.

Судом мотивировано и решение о назначении ФИО1 на основании п. «в» ч. 1 ст. 97 УК РФ, ч.2 ст. 97 УК РФ, п. «а» ч.1 ст. 99, ч.2 ст. 99 УК РФ, ч.1 ст.104 УК РФ принудительной меры медицинского характера <данные изъяты>

Назначенное ФИО2 и ФИО1 наказание полностью соответствует требованиям ст. ст. 6, 60 УК РФ, является соразмерным содеянному и справедливым, не является чрезмерно суровым, оснований для смягчения наказания нет.

Вид исправительного учреждения судом определен судом правильно каждому осужденному в соответствии с положениями ст.58УК РФ.

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст.259 УПК РФ, полностью отражает ход судебного разбирательства, позволяет объективно оценить соблюдение судом процедуры судопроизводства.

Нарушения принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено, в реализации гарантированных прав стороны не ограничивались, право на защиту ФИО1 и ФИО2 соблюдено.

С доводами о том, что приговор является копией обвинительного заключения судебная коллегия согласиться не может. В приговоре приведено описание преступных деяний установленных судом, надлежащим образом приведено содержание и проанализированы доказательства, подтверждающие сделанные судом выводы, дана оценка доводам стороны защиты, разрешены все вопросы, указанные в ст.299 УПК РФ.

При таких обстоятельствах судебная коллегия признает приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 законным, обоснованным, справедливым, оснований изменения приговора, а также для его отмены, в том числе, по изложенным в апелляционных жалобах доводам, не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, п.1 ч.1 ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Ленинского районного суда г. Красноярска от 4 мая 2023 года в отношении ФИО2 и ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и в его интересах защитника – адвоката Солдатенко Н.В., дополнения к жалобе защитника адвоката Эссен Л.В. в интересах осужденного ФИО1, апелляционную жалобу защитника – адвоката Пестуновой М.В. в интересах осужденной ФИО2 и дополнения к ней осужденной ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденными, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий –

Судьи: