Председательствующий: судья Шефер Д.Я. № 22-5418/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Красноярск 13 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего – судьи Цыбули Ю.Н.,

судей Злобина И.А. и Верхотурова И.И.,

при секретаре судебного заседания Кипоровой Т.А.,

с участием:

прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Красиковой Ю.Г.,

осужденного ФИО1,

его защитника-адвоката Кутеповой Л.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника-адвоката Фроловой Н.Н. на приговор Шушенского районного суда Красноярского края от 12 мая 2023 года, на основании которого

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес>, судимостей не имеющий,

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Злобина И.А., выслушав осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Кутепову Л.С. по доводам апелляционной жалобы, мнение прокурора Красиковой Ю.Г., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за убийство, то есть за умышленное причинение смерти другому человеку, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 свою вину не признал, показав, что 22.12.2022 после распития спиртных напитков ЛАП повалил его на пол и стал избивать, высказал намерение совершить с ним действия сексуального характера, после чего он приподнялся, схватил нож, которым нанес удар по спине ЛАП, так как защищался от его преступных посягательств. Удары ножом по лицу ЛАП не наносил, убивать его не хотел.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Фролова Н.Н. выражает несогласие с приговором, утверждая, что ФИО1 нанес ЛАП удар в спину, будучи в состоянии самообороны, поскольку последний беспричинно напал на него;

обращает внимание, что ФИО1 отрицает наличие конфликта с ЛАП, который нанес ему множество ударов, и в ответ ударов не наносил;

утверждает, что ФИО1 нанес ЛАП только один удар ножом в спину, и других ударов не наносил, понимая, что не сможет оказать сопротивление молодому и сильному потерпевшему, который угрожал совершить с ним действия сексуального характера, в то время как сам является больным пожилым человеком;

обращает внимание, что очевидцем является ЕЕА, который находился в сильной степени алкогольного опьянения, но, тем не менее, подтвердил показания ФИО1 о нанесении ему ЛАП ударов и высказывании тем угроз совершения действий сексуального характера;

приводя содержание оглашенных показаний ЕЕА, высказывает сомнения в том, что последний мог так подробно запомнить все обстоятельства, предполагая, что свидетелю все вспомнить помогал следователь, с которым ЕЕА соглашался;

обращает внимание, что ФИО1 оспаривает, что вставал на ноги после избиения ЛАП, поскольку не вставал, а лишь приподнялся, когда ЛАП все еще сидел на нём сверху, дотянулся до ножа, лежащего в хлебнице на столе, и нанес удар ножом в спину, что свидетельствует о самообороне, исключающей уголовную ответственность;

утверждает, что действия ФИО1 представляют собой защиту, так как угроза для него со стороны ЛАП не миновала, оба находились в одной комнате, последний всё ещё был агрессивный, а иным путем защитить себя или убежать осужденный не мог;

отмечает, что наносить ЛАП смертельный удар ФИО1 не собирался, в жизненно важные органы не целился, а намеревался только напугать потерпевшего с целью прекращения его агрессивных действий, то есть действовал в состоянии необходимой обороны;

просит приговор отменить, ФИО1 – оправдать.

Государственным обвинителем Волковым Р.А. на апелляционную жалобу защитника поданы возражения, в которых он просит оставить приговор без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы защитника, выслушав участников судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Так, описательно-мотивировочная часть приговора согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, даты, времени и способа его совершения, формы вины осужденного, мотива, целей и последствий преступления.

Допустимость, относимость и достоверность положенных в основу приговора доказательств никаких сомнений у судебной коллегии не вызывает, поскольку все они получены в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством, имеют непосредственное отношение к инкриминируемому осужденному преступлению, полностью соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и приведены в приговоре с достаточной для установления виновности ФИО1 полнотой.

При этом все изложенные в приговоре доказательства, каждое в отдельности, подтверждаются другими фактическими данными, и все они полностью согласуются между собой.

Оценка доказательствам судом первой инстанции дана правильно, в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 75, 87, 88 и 307 УПК РФ, и то обстоятельство, что она в полной мере не совпадает с позицией стороны защиты, никоим образом не свидетельствует о нарушении органом предварительного следствия или судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона.

Каких-либо существенных противоречий в доказательствах, на которых основано обжалуемое судебное решение, ставящих под сомнение выводы суда первой инстанции о причастности осужденного к данному преступлению и о его виновности в нем, при настоящей проверке материалов уголовного дела судебной коллегией не установлено.

Анализ приведенных в приговоре доказательств свидетельствует о том, что все фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления судом первой инстанции установлены верно, и по делу обоснованно постановлен обвинительный приговор, в котором указаны обстоятельства преступного деяния, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы о причастности осужденного к содеянному и о его виновности, а также мотивированы выводы относительно квалификации совершенного преступления.

При этом суд указал в приговоре обстоятельства, в силу которых он принял в качестве достоверных одни доказательства и отверг другие, и в частности показания осужденного, приведенные тем в обоснование своей позиции о нахождении его в состоянии необходимой обороны.

Не согласиться с приведенными в приговоре об этом выводами суда первой инстанции судебная коллегия никаких оснований не усматривает, находя их верными.

Все подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, при рассмотрении настоящего уголовного дела судом первой инстанции установлены верно, а дело органом предварительного следствия расследовано и судом первой инстанции рассмотрено полно, всесторонне и объективно. При этом изложенные в приговоре выводы соответствуют приведенным в нем доказательствам и надлежащим образом мотивированы.

Так, судебная коллегия учитывает, что, как таковой, сам по себе факт причинения ФИО1 телесного повреждения, от которого наступила смерть потерпевшего, защитником в его апелляционной жалобе не оспаривается, а каких-либо оснований полагать причастными к совершению данного преступления иных лиц в судебном заседании не установлено и стороной защиты также не представлено.

Вместе с тем, несмотря на позицию осужденного, его виновность в убийстве ЛАП, помимо подробно приведенных в описательно-мотивировочной части приговора об известных обстоятельствах совершенного преступления показаний самого ФИО1, данных им в ходе проверки его показаний на месте преступления, а также показаний потерпевшей АВА, свидетелей обвинения ЕЕА, в том числе в ходе очной ставки с ФИО1, ПНВ, БВТ, МНВ и СЮВ, каких-либо объективных оснований для оговора которыми ФИО1 в судебном заседании не установлено, находит свое подтверждение и исследованными письменными материалами уголовного дела, содержание которых подробно приведено в описательно-мотивировочной части приговора, и в частности: протоколами осмотра места происшествия, предметов и трупа ЛАП, заключениями проведенных по делу судебных экспертиз, и в частности, заключением судебно-медицинской экспертизы трупа ЛАП от 23.01.2023 №, согласно которому установлены количество, характер, локализация, механизм образования и давность причинения выявленных телесных повреждений, одно из которых и явилось непосредственной причиной наступления смерти.

В частности, согласно показаниям ФИО1 от 27.12.2022, данным им в ходе проведения их проверки на месте преступления, ЛАП взял его за шубу и сбросил его на пол между столом и диваном. Затем ЛАП сел на него сверху и кулаками нанес ему не менее 10 ударов в область лица. Во время нанесения ударов ЛАП предложил ему совершить действия сексуального характера, чего он испугался, восприняв реально. Однако ЛАП с него и с себя штаны снимать не пытался, к половым органам не прикасался. Во время нанесения телесных повреждений ЕЕА сказал ЛАП, чтобы тот не наносил их. В это время ЛАП встал, повернулся в сторону ЕЕА и стал с ним о чем-то говорить. ФИО1 в это время поднялся на ноги и понял, что не сможет сбежать из дома, так как у него болят ноги. В связи с этим решил защитить себя с помощью кухонного ножа, который находится в хлебнице на кухонном столе. Он открыл крышку хлебницы, взял в левую руку нож, которым нанес ЛАП сверху вниз один удар в область спины слева под лопатку (т. 1, л.д. 245-248).

Из показаний свидетеля ЕЕА следует, что 22.12.2022 примерно с 19 до 20 часов ЛАП стал высказывать претензии ФИО1 Он встал с дивана, подошел к сидящему на кресле ФИО1 и нанес ему не менее 2 ударов кулаками в область лица. Затем схватил ФИО1 за шубу и скинул его на пол. После чего ЛАП сел на ФИО1 сверху и нанес ему не менее 10 ударов кулаками в область лица. ЕЕА сказал ЛАП, чтобы тот прекратил избивать ФИО1, в связи с чем ЛАП повернулся в его сторону и сказал, чтобы он не вмешивался. В этот момент ФИО1 встал на ноги, подошел к столу, где взял из хлебницы нож и, когда ЛАП стал отворачиваться от него ФИО1, держа нож в левой руке, нанес ЛАП один удар в область спины и два удара ножом в область лица. При этом чтобы ЛАП во время нанесения ФИО1 телесных повреждений говорил, что совершит с последним действия сексуального характера, не слышал (т. 1, л.д. 172-175, 176-179).

Данные показания свидетель ЕЕА полностью подтвердил в судебном заседании, указав, что всё так и было, объяснив имеющиеся противоречия большим промежутком времени, прошедшим после случившегося (т. 2, л.д. 152).

Согласно протоколу очной ставки между ЕЕА и ФИО1 от 20.03.2023, первый подтвердил, что последний после нанесения ему ударов ЛАП полностью встал на ноги, взял нож в хлебнице, подошел к ЛАП и нанес ему удар ножом в область спины слева, стоя на ногах. ЕЕА также подтвердил, что ФИО1 ударил ЛАП ножом в область лица, после чего заметил у последнего две резаные раны на лице с левой стороны (т. 2, л.д. 21-25).

Никаких оснований не доверять показаниям ФИО1, данным в ходе проверки его показаний на месте преступления, а также показаниям свидетеля ЕЕА, данным им, в том числе в ходе очной ставки с осужденным, вопреки доводам жалобы адвоката, судебной коллегией не установлено, поскольку они подтверждаются всей совокупностью иных приведенных в приговоре доказательств виновности.

При этом доводы жалобы адвоката о нахождении свидетеля ЕЕА в момент совершения ФИО1 преступления в состоянии алкогольного опьянения сами по себе о недостоверности показаний указанного свидетеля никоим образом не свидетельствуют, поскольку никаких данных о том, что это состояние каким-либо образом негативно повлияло на объективность восприятия ЕЕА событий, непосредственным очевидцем которых он являлся, судом не установлено и стороной защиты не представлено, а оснований полагать, что показания этого свидетеля были записаны под воздействием следователя, также не имеется, вследствие чего такие доводы защитника признаются надуманными, поскольку какими-либо объективными сведениями они также не подтверждены.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 23.12.2022 – по <адрес>, там обнаружены труп ЛАП с признаками насильственной смерти и кухонный нож, который изъят (т. 1, л.д. 28-41).

Согласно протоколу осмотра трупа ЛАП от 23.12.2022, на задней поверхности грудной клетки слева в области правой лопатки расположена одна рана, а в области левой скуловой кости расположены две раны. Кроме того, в области тыльной поверхности левой кисти обнаружен кровоподтек (т. 1, л.д. 42-46).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 328 от 23.01.2023, на трупе ЛАП выявлены телесные повреждения: <данные изъяты>. Повреждение в виде колото-резаной раны задней поверхностей грудной клетки отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека, вызвавшего расстройство жизненно важных функций организма (острая кровопотеря), которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно (угрожающее для жизни состояние) и обычно заканчивается смертью. По указанному признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Повреждения в виде кровоподтека и двух поверхностных резаных ран мягких тканей, как в совокупности, так и каждое в отдельности, не вызвали расстройства здоровью и утрату общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. После причинения повреждения в виде колото-резаной раны задней поверхностей грудной клетки слева, смерть ЛАП наступила в промежуток времени, исчисляемый от 1 часа до 4 часов. Повреждения в виде двух поверхностных резаных ран мягких тканей в области левой скуловой кости причинены в пределах не менее 1 часа и не более 4 часов к моменту наступления смерти. Смерть ЛАП наступила от колото-резаной раны задней поверхностей грудной клетки слева с повреждением нижней доли левого легкого, осложнившейся развитием острой кровопотери. Между повреждением в виде колото-резаной раны задней поверхности грудной клетки слева и причиной его смерти существует прямая причинно-следственная связь. Причинение повреждения в виде колото-резаной раны задней поверхности грудной клетки слева, аналогичного выявленному при экспертизе трупа ЛАП, каким-либо нарушением сознания, в том числе и его потерей, не сопровождается, что не исключает совершение активных целенаправленных действий, в том числе и передвижения. При нарастании общей кровопотери, как правило, возникает нарушение сознания вплоть до его потери с последующим наступлением смерти. Причинение повреждения в виде колото-резаной раны задней поверхности грудной клетки слева сопровождается (и сопровождалось), как внутренним кровоизлиянием в левую плевральную полость, так и наружным кровотечением. Локализация и морфологические свойства раны, ее ориентировочное расположение относительно условного циферблата часов, направление раневого канала, не исключают возможность причинения повреждения в виде колото-резаной раны задней поверхностей грудной клетки слева в результате однократного воздействия предмета (орудия) со свойствами колюще-режущего (в том числе и клинка ножа), с вышеуказанной точкой приложения силы, с направлением действующей силы слева направо, сзади наперед и несколько сверху вниз. Локализация и морфологические свойства повреждений в виде поверхностных резаных ран мягких тканей, расположенных в области левой скуловой кости не исключает возможность их причинения в результате не менее чем двукратного воздействия лезвийной части клинка ножа, в результате давления на вышеуказанную область лица ЛАП, в комбинации с протягиванием (т. 1, л.д. 70-73).

Согласно заключению экспертизы вещественных доказательств № 85 от 03.02.2023 кровь ЛАП относится к <данные изъяты> группе, а ФИО1 имеет <данные изъяты> группу крови. На клинке, представленного для исследования ножа, обнаружена кровь человека <данные изъяты> группы, вследствие чего не исключается её происхождение от ЛАП ФИО1 она не принадлежит (т. 1, л.д. 94-97).

Согласно заключению экспертизы вещественных доказательств № 39 от 27.01.2023, исследованная рана на представленном препарате кожи образована от одного воздействия плоского клинкового объекта (орудием, предметом типа ножа), имевшим острие, одну острую кромку (лезвие) и противоположную тупую кромку (обух П-образного сечения), ширина клинка на уровне погружения не менее 17 мм. На основании обнаруженных признаков сходства (по форме, по особенностям краев, концов, по длине раны), установлено, что истинное повреждение, на представленном препарате кожи могло образоваться от воздействия клинка представленного ножа, либо клинка ножа, имеющего схожие конструктивные особенности (т. 1, л.д. 102-104).

По заключению эксперта № 36 от 24.02.2023, представленный на экспертизу нескладной нож изготовлен промышленным способом, является ножом хозяйственно-бытового назначения (хлеборезные, овощные) и к холодному оружию не относится (т. 1, л.д. 109-111).

Судебная коллегия считает, что все заключения проведенных по настоящему уголовному делу судебных экспертиз полностью соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Экспертные исследования проведены компетентными лицами, обладающими специальными познаниями и навыками в области экспертных исследований, длительным стажем работы по специальности, на основании постановлений следователя, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию экспертов, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Выводы экспертов непротиворечивы, мотивированы, научно обоснованы, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами. Оснований полагать о наличии у экспертов личной заинтересованности в исходе данного уголовного дела и в необоснованности выводов экспертных заключений у суда первой инстанции не имелось. Не усматривается таковых и судебной коллегией.

Вследствие вышеизложенного, доводы жалобы адвоката о нанесении ФИО1 только одного удара ножом потерпевшему, опровергаются, как показаниями свидетеля ЕЕА, так и объективно заключением судебно-медицинской экспертизы трупа ЛАП.

При этом, вопреки доводам жалобы, наличие между погибшим и осужденным конфликта также объективно подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы № 151 от 26.12.2022, согласно выводам которого у ФИО1 были выявлены телесные повреждения: множественные (3) кровоподтеки, расположенные в области верхних и нижних век обоих глаз и в левой височной области; ссадина, расположенная на тыльной поверхности левой кисти. Повреждения в виде множественных кровоподтеков, расположенных в области верхних и нижних век обоих глаз и в левой височной области, выявленные у ФИО1, характерны для многократного воздействия тупого твердого предмета (предметов), действовавшего под углом, близким к 90 градусам. Повреждения в виде множественных кровоподтеков и ссадины, выявленные у ФИО1, как в совокупности, так и каждое в отдельности не вызвали расстройства здоровья и утрату общей трудоспособности, и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (т. 1, л.д. 77-78).

Кроме того, доводы жалобы адвоката о том, что, нанося удар ножом потерпевшему, ФИО1 на ноги не вставал, опровергаются, как вышеуказанными показаниями свидетеля ЕЕА, данными им, в том числе, при проведении очной ставки с осужденным, так и показаниями самого ФИО1, данными в ходе проверки их на месте преступления, оснований не доверять которым судом объективно не установлено, поскольку они согласуются между собой, а также с иными исследованными судом и положенными в обоснование принятого решения доказательствами.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что все имеющие значение по делу фактические обстоятельства установлены судом первой инстанции в полном объеме и им в приговоре дана надлежащая юридическая оценка, а действия ФИО1 верно квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, о чем в описательно-мотивировочной части приговора приведены подробные мотивированные суждения, не согласиться с которыми, вопреки доводам жалобы адвоката, никаких оснований не имеется.

При этом суд первой инстанции привел в приговоре обоснованные суждения, в соответствии с которыми у ФИО1 имелся прямой умысел на убийство ЛАП, о чем, в частности, свидетельствуют локализация установленных на теле погибшего телесных повреждений, а также орудие, которым они были причинены.

Каких-либо оснований не согласиться с приведенными в приговоре выводами суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает, находя их верными, подтвержденными всей совокупностью приведенных стороной обвинения доказательств, которые полностью опровергают позицию стороны защиты и выдвинутые в обоснование своей позиции доводы, которые обоснованно расценены в качестве избранного способа защиты.

Доводы жалобы защитника о нахождении ФИО1 в состоянии необходимой обороны, получили надлежащую оценку в приговоре и обоснованно были отвергнуты судом первой инстанции с приведением подробных мотивированных суждений, не согласиться с которыми судебная коллегия также никакого повода не находит.

Согласно ч.ч. 1 и 2 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

В п.п. 2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» разъяснено, что о наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности: причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов); применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.). Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Состояние необходимой обороны возникает не только с момента начала общественно опасного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, но и при наличии реальной угрозы такого посягательства, то есть с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению соответствующего деяния. Суду необходимо установить, что у обороняющегося имелись основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства.

Судебная коллегия также не находит никаких объективных оснований считать, что ФИО1, нанося удары ножом ЛАП, действовал в состоянии необходимой обороны, поскольку какой-либо реальной угрозы его жизни или здоровью в момент нанесения им ударов либо непосредственно перед этим со стороны потерпевшего, который к тому же согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 328 (т. 1, л.д. 70-74) находился в состоянии опьянения, соответствующем смертельному отравлению, не имелось, о чем также, в том числе, свидетельствует характер причиненных ФИО1 повреждений, не причинивших вреда его здоровью.

При этом у ФИО1 отсутствовали какие-либо объективные основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства со стороны ЛАП, который уже встал с осужденного и разговаривал с ЕАЕ, а ФИО1 в это время, также поднялся с пола, достал из хлебницы кухонный нож, которым затем нанес один удар ЛАП в область задней поверхности грудной клетки слева, то есть применил предмет, обладающий достаточными для причинения, в том числе смертельных повреждений, свойствами.

Тем самым, судом первой инстанции было достоверно установлено, что ФИО1 из личных неприязненных отношений, действуя умышленно, нанес удары ножом ЛАП, причинив ему, в том числе, телесное повреждение, от которого впоследствии наступила смерть последнего.

При этом само по себе наличие конфликта между осужденным и потерпевшим не свидетельствует о том, что смертельное ранение было нанесено в состоянии необходимой обороны или с превышением ее пределов, поскольку у ФИО1 действительно отсутствовали какие-либо основания реально опасаться за свои жизнь и здоровье, а со стороны потерпевшего какие-либо действия, которые требовали принятия ответных для защиты мер, подпадающих под признаки ст. 37 УК РФ, объективно отсутствовали.

Вопрос о вменяемости ФИО1 разрешен судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 300 УПК РФ правильно.

Суд первой инстанции при назначении ФИО1 наказания в соответствии с требованиями закона учёл характер и степень общественной опасности им содеянного, данные о его личности, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, наличие смягчающих наказание обстоятельств, в качестве которых учел активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, состояние здоровья виновного.

Каких-либо оснований для признания иных обстоятельств, смягчающими наказание ФИО1, суд первой инстанции не усмотрел, как не усматривает таких оснований и судебная коллегия, учитывая также, что, по смыслу закона, признание смягчающими иных обстоятельств, помимо указанных в ч. 1 ст. 61 УК РФ, является правом, а не обязанностью суда.

Судебная коллегия считает, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что цели и задачи наказания, с учетом личности ФИО1, характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, влияния наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, всех обстоятельств настоящего уголовного дела, могут быть достигнуты лишь при назначении ему наказания в виде лишения свободы, с применением положений ст. 22 и ч. 1 ст. 62 УК РФ, но без назначения дополнительного наказания, правильно не усмотрев также никаких оснований для применения положений, предусмотренных ч. 6 ст. 15 и ст. 64 УК РФ, о чем в описательно-мотивировочной части приговора приведены соответствующие суждения, не согласиться с которыми судебная коллегия никакого повода не находит.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что назначенное ФИО1 наказание, как по своему виду, так и по размеру, чрезмерно суровым не является, поскольку определено в соответствии с требованиями закона и с учетом всех имеющих значение при разрешении данного вопроса обстоятельств, в том числе о личности осужденного и состояния его здоровья.

Вид исправительного учреждения для отбывания ФИО1 наказания судом первой инстанции определен верно, в соответствии с положениями, установленными п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, - исправительная колония строгого режима, поскольку он осужден за совершение особо тяжкого преступления и ранее не отбывал лишение свободы.

Вопреки доводам осужденного в заседании суда апелляционной инстанции, оснований для рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей не имелось, поскольку ФИО1 такое ходатайство не заявлялось, что объективно подтверждается материалами уголовного дела и, в частности протоколом его ознакомления с материалами уголовного дела, согласно которому право на рассмотрение дела судом с участием присяжных заседателей ему было разъяснено (т. 2, л.д. 51-59).

При этом никаких объективных оснований считать нарушенным право ФИО1 на защиту в виду ненадлежащего оказания защитником юридической помощи, судебной коллегией не установлено, поскольку из материалов уголовного дела усматривается, что адвокат Фролова И.Н. активно поддерживала позицию своего подзащитного, действуя строго в его интересах и обеспечивая квалифицированную юридическую помощь ФИО1, выступала в его защиту без нарушения требований ст. 7 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно протоколу и аудиозаписи судебного заседания, судебное разбирательство по настоящему уголовному делу проведено судом первой инстанции в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности.

При рассмотрении настоящего уголовного дела суд первой инстанции оценил доводы всех участников судебного разбирательства, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав, ограничений или ущемления которых допущено не было.

В ходе рассмотрения уголовного дела по существу сторона защиты не была ограничена в возможности представлять доказательства невиновности ФИО1, заявлять ходатайства о признании представленных стороной обвинения доказательств недопустимыми, о вызове дополнительных свидетелей и их допросе, о назначении и проведении экспертных исследований и т.д.

Данных о том, что стороной защиты или обвинения в ходе предварительного расследования или судебного разбирательства заявлялись какие-либо ходатайства, которые остались неразрешенными, в материалах дела не имеется, и судебной коллегии они не представлены.

Процедура разрешения заявленных участниками судебного разбирательства ходатайств судом первой инстанции полностью соблюдена, а все ходатайства, как стороны обвинения, так и стороны защиты, разрешены им правильно.

Таким образом, каких-либо оснований для изменения либо отмены приговора, и в том числе по доводам апелляционной жалобы защитника, судебная коллегия не усматривает, вследствие чего приговор подлежит оставлению без изменения, а жалоба – без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Шушенского районного суда Красноярского края от 12 мая 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу его защитника-адвоката Фроловой Н.Н. – без удовлетворения.

Приговор суда первой инстанции и настоящее апелляционное определение могут быть обжалованы в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции по правилам, установленным главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу, а осужденным – в тот же срок со дня вручения ему их копий.

При этом осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Ю.Н. Цыбуля

Судьи И.А. Злобин

И.И. Верхотуров