Дело № 2-3249/2025

УИД 78RS0014-01-2024-003864-08

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 февраля 2025 года

Выборгский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи С.Ю. Глазачевой

При секретаре А.С. Васильевой,

С участием представителей

Ответчика ФИО1: Куприянова В.В. (доверенность от 12.12.2022 сроком на три года);

Ответчика – ООО «Ремонтно-Строительная Компания-5»: ФИО2 (доверенность от 01.06.2024 сроком на один год), ФИО3 (доверенность от 10.10.2024 сроком на один год),

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» к ФИО1 и обществу с ограниченной ответственностью «Ремонтно-Строительная Компания-5» о возмещении ущерба в порядке суброгации,

УСТАНОВИЛ:

Страховое акционерное общество «РЕСО-Гарантия» (далее – Истец, САО «РЕСО-Гарантия») первоначально обратилось в Московский районный суд города Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ФИО1 (далее также – Соответчик) о возмещении ущерба в порядке суброгации и расходов по уплате государственной пошлины (Т. 1, л.д. 4-5).

Определением Московского районного суда города Санкт-Петербурга от 26.03.2024 исковое заявление принято к производству (Т. 1, л.д. 1).

В соответствии с положениями частей 1 и 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), Истцом заявлено ходатайство о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-Строительная Компания-5» (далее – ООО «РСК-5», Соответчик) к участию в деле в качестве соответчика (Т. 1, л.д. 123-124). Таким образом, процессуальный статус ООО «РСК-5» изменен со статуса третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на статус соответчика, сложилось процессуальное соучастие на ответной стороне, в связи с участием нескольких лиц, к каждому из которых заявленные требования могут быть удовлетворены полностью или в части, при этом удовлетворение требований к одному из них не исключает удовлетворение требований к другому.

Определением Московского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.09.2024 гражданское дело передано по подсудности (адресу регистрации одного из Соответчиков) в Выборгский районный суд города Санкт-Петербурга (Т. 2, л.д. 109-110).

Определением Выборгского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.10.2024 исковое заявление принято к производству (Т. 2, л.д. 114-115).

В обоснование заявленных требований Истец указал, что ФИО5 заключен договор добровольного страхования имущества с САО «РЕСО-Гарантия» в жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес>. 21.11.2022 произошел залив указанного помещения, в связи с чем имуществу страхователя причинен ущерб, оцененный в 66 300,00 рублей. Сумма ущерба возмещена страховщиком выгодоприобретателю в полном объеме с учетом страховой франшизы по каждому страховому случаю в 5 000,00 рублей. Размер затрат, понесенных на подготовку отчета об оценке, составил 15 000,00 рублей. Указанные требования Истец предъявил к ФИО1 – собственнику жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, из которого произошел залив жилого помещения страхователя в результате виновных действий ФИО1 Одновременно с этим Истец полагает, что залив произошел также по вине ООО «РСК-5», ненадлежащим образом исполнявшего обязанности по содержанию общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме. В обоснование требований к Соответчикам ссылается, в частности на положения статей 1064 и 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), регламентирующей ответственность за совместно причиненный вред.

Истец в судебное заседание не явился, в исковом заявлении ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие (Т. 1, л.д. 4 с оборотной стороны). О дате, месте и времени проведения судебного заседания Истец извещен надлежащим образом (Т. 2, л.д. 128).

Соответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, воспользовалась правом ведения дела в суде через своего представителя – адвоката Куприянову В.В., действующую на основании доверенности от 12.12.2022 № 10АА1028246 сроком на три года (Т. 1, л.д. 96) и ордера от 20.06.2024 № 064906 (Т. 1, л.д. 97). Представитель Соответчика против заявленных исковых требований возражала. Полагала, что залив принадлежащего страхователю жилого помещения произошел не в связи с событием аварии от 22.11.2022, которая имела место в жилом помещении ФИО1, а в связи с событием аварии от 01.12.2022, которая имела место в результате срыва неустановленными лицами батареи на лестничной клетке лифтового холла, в связи с чем ответственность должна быть возложена на управляющую организацию в полном объеме, вину ФИО1 в событии аварии от 21.11.2022 полагала отсутствующей. Возражала по размеру в части заявленных требований о возмещении ущерба, причиненного шкафу и комоду в жилом помещении страхователя, полагала требования в указанной части завышенными и не объективными (Т. 1, л.д. 101-106). Дополнительно ссылалась на решение Выборгского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.06.2024 по гражданскому делу № 2-1470/2024, оставленное без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 28.11.2024 № 33-28229/2024, полагая выводы суда имеющими преюдициальное значение для настоящего спора о праве (Т. 2, л.д. 129-131, 132-137 с оборотной стороны).

Представителя Соответчика ООО «РСК-5» против удовлетворения заявленных исковых требований в полном объеме возражали. Полагали, что залив застрахованного имущества произошел в результате события аварии от 21.11.2022, в котором имеется вина ФИО1, выразившейся в самовольном вмешательстве в работу общедомовой системы холодного водоснабжения путем самостоятельной замены части стояка холодного водоснабжения, что привело к аварийной ситуации и заливу жилого помещения страхователя. Представленными в материалы дела доказательствами обосновывало исполнение обязанностей по содержанию общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме надлежащим образом. Также указывало, что ФИО1 во время и после события аварии от 21.11.2022 в течение продолжительного времени не выходила на связь, самовольно установила короб, препятствующий немедленному доступу к общедомовому стояку холодного водоснабжения в жилом помещении ФИО1, что в совокупности не позволило своевременно устранить последствия аварийной ситуации. Полагало, что между событием аварии от 01.12.2022 и затоплением жилого помещения страхователя отсутствует причинно-следственная связь, поскольку при срыве батареи горячая вода не поступала в общеквартирный коридор и от залива горячей водой образуются иные последствия, которые в принадлежащем страхователю жилом помещении зафиксированы не были. Утверждало, что виновные действия ФИО1 в любом случае не могут игнорироваться судом (Т. 1, л.д. 127-130, Т. 2, л.д. 75-79).

Согласно ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Частью 1 ст. 113 ГПК РФ установлено, что лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату. При этом, независимо от того, какой из способов извещения участников судопроизводства избирается судом, любое используемое средство связи или доставки должно обеспечивать достоверную фиксацию переданного сообщения и факт его получения адресатом.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2008 № 13 (в ред. от 09.02.2012) «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», в подготовительной части судебного разбирательства надлежит устанавливать, извещены ли неявившиеся лица о времени и месте судебного заседания с соблюдением требований закона о необходимости вручения копий искового заявления ответчику и третьим лицам и извещений всем участвующим в деле лицам в срок, достаточный для своевременной явки в суд и подготовки к делу (ст. 113, 114 ГПК РФ).

При этом, невыполнение лицами, участвующими в деле, обязанности известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин дает суду право рассмотреть дело в их отсутствие (п. 3 того же Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Из приведенных норм процессуального закона и акта их толкования следует, что судебное разбирательство гражданского дела происходит в судебном заседании с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, при этом судебное заседание выступает не только в качестве процессуальной формы проведения судебного разбирательства, но и является гарантией соблюдения принципов гражданского процесса и процессуальных прав лиц, участвующих в деле, на данной стадии гражданского процесса.

Гражданский процессуальный закон предоставляет суду право в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, при надлежащем их извещении о времени и месте судебного заседания рассмотреть дело, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины неявки неуважительными.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц (Т. 2, л.д. 138 с оборотной стороны).

Суд, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.

ФИО5 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> (Т. 1, л.д. 19).

30 мая 2022 года между ФИО5 (страхователь) и САО «РЕСО-Гарантия» (страховщик) заключен договор добровольного страхования имущества (полис № SYS2190680926), по условиям которого страховщик на период с 02.06.2022 по 01.06.2023 принимает на себя страховой риск в виде, в том числе повреждения водой застрахованного имущества, что подтверждается материалами дела (Т. 1, л.д. 17-18). Страховая сумма по объектам страхования составила 6 000 000 рублей по недвижимому имуществу, 600 000 рублей по отделке и 500 000 рублей по движимому имуществу и техническому оборудованию. Выгодоприобретателем в договоре страхования имущества указан собственник, в связи с чем фигура выгодоприобретателя и страхователя совпадает по условиям договора имущественного страхования.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее – Закон об организации страхового дела), страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (п. 2 той же статьи Закона об организации страхового дела).

Согласно п. 1 ст. 929 ГК РФ, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу положений пункта 1 статьи 930 ГК РФ, имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества. Как следует из пп. 1 п. 2 ст. 929 ГК РФ, договором страхования имущества могут быть, в частности, застрахован имущественный интерес в виде риска утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества.

Таким образом, необходимым пререквизитом для заключения и действительности договора добровольного страхования имущества и последующей реализации страховщиком права суброгации на основании п. 1 ст. 965 ГК РФ является наличие у страхователя страхового интереса.

Как следует из руководящих разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества», в частности, страховой интерес имеет страхователь (выгодоприобретатель), которому застрахованное имущество принадлежит на праве собственности или ином вещном праве, на основании договора аренды, договора безвозмездного пользования и т.п.

Аналогичная позиция изложена и в действовавшем (ныне утратившим силу) на момент наступления страхового случая Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», в силу п. 11 которого интерес в сохранении имущества по договору добровольного страхования состоит в его сохранении от негативных последствий, предусмотренных страховым случаем.

Собственнику жилого помещения как лицу, обладающему наиболее полным абсолютным вещным правом, естественным образом присущ интерес в сохранении принадлежащего ему имущества, а страхование как предусмотренный гражданским законодательством договорный инструмент перераспределения риска наступления негативных последствий в виде причинения ущерба имуществу позволяет правовыми средствами исключить концентрацию таких убытков в имущественной массе собственника и переложить такие финансовые риски на специального субъекта – страховщика, централизованный фонд аккумулируемых страховых премий которым позволяет экономически восполнить понесенные собственником неблагоприятные последствия.

При этом, как разъяснено в п. 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003 № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования», интерес в сохранении имущества имеется у его собственника и тогда, когда по условиям договора аренды обязанность по ремонту поврежденного имущества возлагается на арендатора. Таким образом, не имеет правового значения передается ли застрахованное имущество во временное владение и пользование или во временное пользование третьему лицу (арендатору) при решении вопроса о наличии у собственника страхового интереса и действительности договора имущественного страхования.

21 ноября 2022 года произошел разрыв резьбового соединения полипропиленовой муфты с металлической трубой стояка холодного водоснабжения, расположенного в жилом помещении № 932, принадлежащем на праве собственности ФИО1 (Т. 1, л.д. 56-57), что привело к заливу жилого помещения № 936, принадлежащего страхователю, что подтверждается актом технического обследования принадлежащей на праве собственности ФИО5 <адрес>, составленным ООО «РСК-5» 27.12.2022 (Т. 1, л.д. 20). Наступление указанного события аварии 21.11.2022 подтверждается и составленным ООО «РСК-5» актом технического обследования принадлежащей на праве собственности ФИО1 квартиры от 21.11.2022, в котором в качестве причины залива также указан разрыв резьбового соединения полипропиленовой муфты с металлическим стояком ХВС, расположенном в ванной комнате <адрес> (Т. 1, л.д. 107).

Факт самого события аварии от 21.11.2022 и ее причины в ходе производства по делу сторонами не оспаривались.

Соответчики в обоснование своих возражений (Т. 1, л.д. 104-105, 127 с оборотной стороны – 127) ссылались на заключение экспертов «Межрегионального бюро судебных экспертиз» от 15.02.2024 № 16-СТЭ (Т. 1, л.д. 137-160), подготовленное в рамках назначенной определением Выборгского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.01.2024 по гражданскому делу № 2-1470/2024 судебной экспертизы (Т. 1, л.д. 134-136).

Согласно выводам экспертов, изложенным в указанном экспертном заключении, причиной залива, а также разрыва резьбового соединения полипропиленовой муфты стояка ХВС является нарушение технологии производства ремонтных работ, а именно использование материалов ненадлежащего качества (не осуществлен входной контроль), невыполнение гидравлических испытаний на прочность и герметичность, что со временем привело к разрушению полипропиленовой муфты и ее разгерметизации. При этом причинно-следственная связь между нахождением стояка в гипсокартонном коробе и возникшей аварией, а также факт переустройства стояков ХВС и ГВС в ванной комнате <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, экспертами не установлены.

Согласно отчету об оценке рыночной стоимости права требования возмещения ущерба (убытков, страхового возмещения), причиненного собственнику объекта недвижимости (квартиры) и имущества, расположенного по адресу: <адрес>, от 19.01.2023 № 11330-01/2023, подготовленному обществом с ограниченной ответственностью «Экспертно-Консультационный Центр «АСЕССОР» (далее – ООО «ЭКЦ «АСЕССОР»), рыночная стоимость реального ущерба, нанесенного недвижимому имуществу, находящемуся по указанному адресу, на дату оценки округленно составляет 47 900,00 рублей (Т. 1, л.д. 34); рыночная стоимость реального ущерба, нанесенного движимому имуществу, подлежащему ремонту, округленно составляет 18 400,00 рублей (Т. 1, л.д. 35 с оборотной стороны).

Таким образом, общая рыночная стоимость реального ущерба, причиненного заливом <адрес>, принадлежащей страхователю на праве собственности, округленно и с учетом величины накопленного износа составляет 66 300,00 рублей (Т. 1, л.д. 36).

Возражая против указанной оценки размера причиненного ущерба представитель Соответчика ФИО1 ссылалась на то, что к возмещению заявляется также ущерб, причиненный движимому имуществу – комоду и шкафу, при этом сведения о подобных повреждениях отсутствуют в акте ООО «РСК-5» от 27.12.2022, в связи с чем полагала, что между такими повреждениями и событием аварии от 21.11.2022 отсутствует причинно-следственная связь, а заявленный размер – явно завышенным и не объективным (Т. 1, л.д. 105).

Вместе с тем, само по себе отсутствие указания в акте ООО «РСК-5» от 27.12.2022 на причинение ущерба движимому имуществу ФИО5 не является обстоятельством, безусловно свидетельствующим о том, что такой ущерб фактически не был причинен. Кроме того, в указанном акте ООО «РСК-5» имеется указание на наличие следов намокания напольного покрытия, что объективно способно привести к разбуханию боковых стенок и нижней планки комода и шкафа (Т. 1, л.д. 34).

В силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих возражений.

Поскольку явных противоречий между актом ООО «РСК-5» от 27.12.2022 и актом осмотра ООО «ЭКЦ «АСЕССОР» от 12.01.2023 № 11330-01/23 (Т. 1, л.д. 37) и дополнительными листами к нему (Т. 1, л.д. 37-38) судом не установлено и по обстоятельствам дела не усматривается, оснований не доверять данным, представленным истцовой стороной у суда не имеется, факт повреждения движимого имущества в <адрес> подтверждается данными фотофиксации (Т. 1, л.д. 39-41), стороны о назначении и проведении по делу судебной экспертизы по вопросу установления причинной связи между событием аварии от 21.11.2022 и причинением ущерба движимому имуществу в <адрес> перед судом не ходатайствовали, постольку суд, вне разумных сомнений, приходит к выводу, о том, что между фактом залива жилого помещения страхователя, произошедшего 21.11.2022, и причинением ущерба движимому имуществу в указанном жилом помещении (шкафу и комоду) наличествует прямая причинная связь. Обратного в нарушение положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ Соответчиком ФИО1 в обоснование своих возражений не доказано и из представленных суду материалов дела не следует.

Суд отклоняет ссылку Соответчика (ФИО1) на связь залива застрахованного по договору имущественного страхования жилого помещения с событием аварии от 01.12.2022 и обоснование этим отсутствия вины ФИО1 и наличия вины ООО «РСК-5» по следующим основаниям.

В соответствии с руководящими разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в абзаце втором пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела. Таким образом, указание фактических обстоятельств, являющихся основанием иска и его неотъемлемым элементом, в обоснование заявленных требований входит в предмет процессуального усмотрения истца в рамках присущего гражданскому судопроизводству принципу диспозитивности, в силу которого только истец как обладатель спорного материального права волен по своему усмотрению определять каким именно образом ему надлежит защищать нарушенное право и защищать ли такое право вообще. Суд оценивает представленные сторонами доказательства и в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ принимает решение по заявленным исковым требованиям, что согласуется с разъяснениями, данными в абзаце четвертом пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении».

Предметом властной деятельности суда в гражданском процессе является рассмотрение и разрешение спора о праве гражданском по заявленному истцом основанию.

Также суд отклоняет ссылку Соответчика ФИО1 на преюдициальное значение выводов суда, изложенных в решении Выборгского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.06.2024 по гражданскому делу № 2-1470/2024, оставленном без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 28.11.2024 № 33-28229/2024 и вступившее в законную силу, по следующим основаниям.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В соответствии с руководящими разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», под судебным постановлением, указанным в части 2 статьи 61 ГПК РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно части 1 статьи 13 ГПК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда). Исходя из смысла части 4 статьи 13, частей 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 ГПК РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств.

Часть 1 статьи 120 Конституции Российской Федерации определяет, что судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.

Часть 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и конкретизирующая ее положения часть 1 статьи 12 ГПК РФ предусматривают, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Как следует из п. 2 мотивировочной части Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.03.2013 № 407-О, введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

По смыслу систематического толкования положения ст. 61 ГПК РФ предусматривают основания для освобождения от доказывания, следовательно, преюдициальным может являться лишь то, что является доказательством в смысле, придаваемом ему нормами процессуального права.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Таким образом, преюдициальным значением обладают именно факты, установленные вступившим в законную силу решением суда, но не их правовая оценка.

Указанный вывод согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 3.1 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П, в силу которого признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Норма о преюдиции освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 06.11.2014 № 2528-О, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.07.2018 № 307-АД18-976 по делу № А56-27290/2016, Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 № 2045/04 по делу № А40-30884/03-84-351 и др.).

САО «РЕСО-Гарантия» не являлось лицом, участвовавшем в гражданском деле № 2-1470/2024, рассмотренном Выборгским районным судом города Санкт-Петербурга, в связи с чем, Истцу по настоящему делу не могут быть противопоставлены выводы суда по другому делу, в котором Истец не принимал участия. Обратное истолкование норм о преюдиции неизменно влекло бы к ограничению равноправия и состязательности сторон в гражданском судопроизводстве.

Вместе с тем, суд учитывает выводы Выборгского районного суда города Санкт-Петербурга, изложенные в решении от 24.06.2024 по гражданскому делу № 2-1470/2024 (л.д. 129-131?том 2) об обстоятельствах произошедшего в спорную дату залива.

При этом суд, осуществляя последовательную оценку доказательств по правилам ГПК РФ, указывает мотивы, по которым приходит к итоговым выводам по настоящему делу.

Разрешая заявленные требования, суд учитывает показания свидетелей ФИО8, ФИО6.

Из показаний допрошенного в судебном заседании от 04.12.2025 по ходатайству Соответчика ФИО1 свидетеля ФИО8 следует, что по состоянию на 01.12.2022 в квартире его матери – ФИО1 (№) была небольшая лужа, а соседи из <адрес> сообщили о срыве батареи и поступлении горячей воды (Т. 2, л.д. 124). Вместе с тем, из показаний свидетеля не следует, что именно в результате события, отличного от события аварии от 21.11.2022, произошел залив <адрес>, чем был причинен имущественный ущерб страхователю в договоре имущественного страхования – ФИО5, показания об обратном носят предположительный и вероятностный характер и отвергаются судом как противоречащие совокупности собранных по делу доказательств.

Допрошенный в судебном заседании от 06.02.2025 по ходатайству Соответчика ООО «РСК-5» свидетель ФИО6 показал, что аварийная ситуация, произошедшая 01.12.2022 (течь горячей воды в результате срыва батареи в лифтовом холле), по факту которой был составлен акт ООО «РСК-5» от 01.12.2022 (Т. 2, л.д. 96), была устранена в течение 7-8 минут, в общеквартирный коридор вода не поступала и не была обнаружена в ходе визуального осмотра такого коридора, вода вытекала по лифтовым шахтам и с общего балкона; диаметр подающей горячую воду в батарею трубы составляет 25 мм; в ходе проведенного им осмотра <адрес> (застрахованного имущества) характерных следов воздействия горячей воды на предметы быта и напольное покрытие (существенное набухание, почернение, появление грибка) обнаружено не было, зафиксировано только вздутие ламината; другие лица по факту срыва батареи 01.12.2022 в связи с затоплением в управляющую организацию не обращались; в связи с событием аварии от 21.11.2022 акт составлен лишь 27.12.2022 по просьбе ФИО7 для страховой организации в целях получения страхового возмещения (Т. 2, л.д. 138 с оборотной стороны, 139-140).

Оба свидетеля допрошены в установленном процессуальным законом порядке, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем взяты соответствующие расписки (Т. 2, л.д. 121, 127).

В силу ч. 2 ст. 67 ГПК РФ, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 той же статьи ГПК РФ).

Оценивая свидетельские показания, суд учитывает их последовательность, непротиворечивость и разумную связь с иными собранными по делу доказательствами.

Суд критически относится к обоснованию Соответчиком (ФИО1) связи залива <адрес> событием аварии от 01.12.2022 показаниями свидетеля ФИО8, поскольку в квартире его матери (ФИО1) продолжали устраняться последствия залива, произошедшего 21.11.2022. В то же время, свидетель ФИО8 указал на отсутствие следов воды в общеквартирном коридоре.

Показания свидетеля ФИО8 суд оценивает как субъективное мнение об объеме повреждений в результате спорного залива.

Тогда как, учитывая, что свидетель И.А. А., родственником лиц участвующих в деле не является, его показания содержат описание событий которые он наблюдал «в районе двух часов» 01.12.2022 в спорном адресе, находясь при исполнении своих должностных обязанностей управляющего, показания свидетеля подтверждаются и взаимно дополняются собранными по делу иными доказательствами, содержат подробное описание наблюдения залива.

Как следует из показаний свидетеля ФИО8, он пришел в квартиру 01.12.2022 около 19 час. 40 мин.

До 01.12.2022 в управляющую организацию не поступало соответствующих заявок, что подтверждается журналом заявок ООО «РСК-5» по данному многоквартирному дому за период с 30.11.2022 по 30.12.2022 (Т. 2, л.д. 81-89); довод о направлении течения воды в лифтовые шахты и балкон подтверждается представленным в материалы дела поэтажным планом с пояснениями (Т. 2, л.д. 80) и фотофиксацией следов аварии от 01.12.2022 (Т. 2, л.д. 91-94).

В то же время, показания свидетелей согласуются в части того, что дверь, разделяющая лифтовой холл и общеквартирный коридор, была закрыта, что также подтверждается фотофиксацией аварии.

Не противоречат друг другу и показания свидетелей в части того, что между лифтовым холлом и общеквартирным коридором имеется естественная преграда в виде дверного порога, уровень которого должен был быть превышен уровнем воды, поступающей в результате срыва батареи, чего не было установлено в ходе производства по делу.

Таким образом, применительно к взаимосвязанным положениям ст. 55, 59, 60 и 67 ГПК РФ суд, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению на предмет их относимости, допустимости и достоверности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности приходит к выводу о наличии причинной связи между событием аварии от 21.11.2022 и причинением вреда застрахованному имуществу.

Связь повреждений <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, с какими-либо иными обстоятельствами, кроме факта залива квартира 21.11.2022, судом не установлена.

В связи с причинением ущерба застрахованному имуществу, представитель страхователя ФИО5 – ФИО9 обратилась к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения, указав в соответствующем заявлении на то, что страховой случай произошел ночью 21.11.2022 (Т. 1, л.д. 21).

Платежными поручениями от 02.02.2023 № 61732 на сумму 42 900,00 рублей (риск залива отделки) (Т. 1, л.д. 54) и № 61767 на сумму 18 400,00 рублей (риск залива движимого имущества) (Т. 1, л.д. 55) страховщиком осуществлена выплата страхового возмещения.

В соответствии с индивидуальными условиями договора страхования имущества (Т. 1, л.д. 17), по каждому страховому случаю применяется франшиза в размере 5 000,00 рублей.

Согласно пункту 9 статьи 10 Закона об организации страхового дела, франшиза - часть убытков, которая определена федеральным законом и (или) договором страхования, не подлежит возмещению страховщиком страхователю или иному лицу, интерес которого застрахован в соответствии с условиями договора страхования, и устанавливается в виде определенного процента от страховой суммы или в фиксированном размере. В соответствии с условиями страхования франшиза может быть условной (страховщик освобождается от возмещения убытка, если его размер не превышает размер франшизы, однако возмещает его полностью в случае, если размер убытка превышает размер франшизы) и безусловной (размер страховой выплаты определяется как разница между размером убытка и размером франшизы).

Аналогичный смысл придается указанному понятию и в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19, п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 (ныне утратившим силу).

Таким образом, установленная сторонами в договоре добровольного страхования имуществ безусловная франшиза («свободно от первых») в абсолютном выражении и составляющая 5 000,00 рублей соответственно уменьшает размер выплачиваемого страхователю (выгодоприобретателю) страхового возмещения в связи с наступлением страхового случая.

Размер причиненного ущерба составляет 66 300,00 рублей, к Соответчикам правомерно предъявлено требование о возмещении причиненного ущерба в размере 61 300,00 рублей, то есть за вычетом безусловной франшизы (66 300 – 5 000 = 61 300) и в размере тех фактических расходов, которые страховщик реально понес в связи с выплатой страхового возмещения, а именно 15 000 руб. –стоимость работ по составлению отчета об оценке. А всего: 61 300+15000= 76300 руб.

Согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 387 ГК РФ, права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств: при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

Пункт 1 статьи 965 ГК РФ определяет, что, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

В силу положений пп. 4 п. 1 ст. 387 и п. 1 и 2 ст. 965 ГК РФ в их системной взаимосвязи, к страховщику в договоре имущественного страхования, выплатившему страховое возмещение в порядке суброгации переходит право требовать от лица, причинившего ущерб застрахованному имуществу, возмещения причиненных убытков в размере выплаченного страхового возмещения, при этом страховщик пользуется теми же правами и обязанностями, какие были бы у страхователя (выгодоприобретателя) в отношениях с причинителем вреда. Аналогичная правовая позиция выражена в п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19, п. 4 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2023)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023).

Таким образом, в силу предусмотренной гражданским законодательством перемены лиц в обязательстве на стороне кредитора, САО «РЕСО-Гарантия» имеет к лицу, причинившему вред застрахованному имуществу, деликтное требование в размере выплаченного страхового возмещения, в связи с чем, САО «РЕСО-Гарантия» является активно легитимированным лицом по настоящему иску.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2 мотивировочной части Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28.11.2019 № 3094-О, положения пункта 1 и абзаца первого пункта 2 статьи 15, пункта 1 статьи 965 о переходе к страховщику прав страхователя на возмещение ущерба (суброгация) и абзаца первого пункта 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации направлены на защиту прав страховщиков, выплативших страховое возмещение, и на обеспечение полного возмещения вреда, причиненного личности или имуществу гражданина. Аналогичная позиция выражена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2022 № 2382-О.

В то же время судом учитывается, что эффективная реализация страховщиком своих интересов в порядке суброгации соответствует также началам ретрибутивной справедливости, то есть возданию лицу за причиненный вред путем привлечения последнего к гражданско-правовой (деликтной) ответственности, что в целом способствует поддержанию динамики и стабильности гражданского оборота, восстановлению нарушенных имущественных прав и законных интересов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 ГК РФ, одним из основных начал гражданского законодательства являются неприкосновенность собственности, необходимость обеспечения восстановления нарушенных прав и их судебной защиты.

Пункт 1 статьи 15 ГК РФ определяет, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 той же статьи ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно подпункту 8 пункта 1 статьи 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают вследствие причинения вреда другому лицу.

Таким образом, в связи с самим фактом причинения вреда возникает двустороннее компенсационно-восстановительное отношение между потерпевшим и причинителем вреда, имеющее своим содержанием право требования потерпевшего восстановить собственную имущественную сферу, убытки в которой образовались вследствие противоправных и виновных действий причинителя вреда, и корреспондирующую такому праву обязанность причинителя вреда возместить вред.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2009 № 13-П, обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда. Идентичная правовая позиция закреплена в п. 5 Судебной практики по гражданским делам «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2012 года» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.10.2012), в силу которой для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Согласно руководящим разъяснениям, данным в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

При этом размер реального ущерба должен быть установлен с разумной степенью достоверности для целей исключения сверхкомпенсации, которую деликтное правоотношение не предполагает.

Факт причинения вреда застрахованному имуществу подтверждается совокупностью собранных и оцененных судом доказательств, а размер причиненного ущерба Соответчиками в ходе производства по делу не опровергнут.

Возражения Соответчика (ФИО1) относительно заявленного к возмещению ущерба движимому имущества страхователя проанализированы и обоснованно отвергнуты судом, поскольку само по себе несогласие с представленной в материалы дела оценкой его размера при неиспользовании последней предоставленных ей процессуальных возможностей по доказыванию обратного не является основанием для отказа в возмещении реального ущерба в заявленном размере.

У суда отсутствуют основания не доверять отчету об оценке рыночной стоимости права требования возмещения ущерба (убытков, страхового возмещения), причиненного собственнику объекта недвижимости (квартиры) и имущества, расположенного по адресу: <адрес>, от 19.01.2023 № 11330-01/2023, подготовленному ООО «ЭКЦ «АСЕССОР», размер ущерба является разумным и обоснованным, не превышающим возникающих в обычных условиях гражданского оборота убытков в результате подобного нарушения и соответствующим рыночным ценовым показателям (Т. 1, л.д. 35, 46).

Отчет проверен судом, нарушений правил формальной логики и методики исследования не установлено.

Согласно части 4 статьи 17 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ), пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

В силу части 4 статьи 30 ЖК РФ, собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме. Аналогичные обязанности предусмотрены для собственника жилого помещения пп. «б» и «в» п. 16 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденных Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства от 14.05.2021 № 292/пр.

Из системного истолкования положений ст. 210 ГК РФ, ч. 3 и 4 ст. 30 ЖК РФ проистекает вывод о том, что собственник жилого помещения несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, что, в свою очередь, является в силу ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации частью конституционного принципа «собственность обязывает».

Стояк холодного водоснабжения, расположенный в ванной комнате квартиры Соответчика (ФИО1), является согласно взаимосвязанным положениям ч. 1 ст. 36 ЖК РФ и п. 5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме относится, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491 (далее – Правила № 491), частью внутридомовой системы водоснабжения и составной частью общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Проведение работ на общедомовом стояке ХВС в <адрес> подтверждается подписанным ФИО1 актом от 21.11.2022, составленным ООО «РСК-5» по факту залива данного жилого помещения в результате события аварии от 21.11.2022 (Т. 1, л.д. 131). При этом в качестве причин возникновения аварийной ситуации указано, среди прочего, на проведение ФИО1 работ по замене части стояка ХВС в своей ванной комнате. Факт проведения указанных работ подтверждался в ходе производства по делу представителем Соответчика Куприяновой В.В. (Т. 1, л.д. 104), при этом и в составленном акте ООО «РСК-5», и в возражениях на исковое заявление ФИО1 и ее представителем указывается на то, что соответствующие работы выполнялись предыдущей управляющей организацией. Вместе с тем, как следует из представленных в материалы дела письменных доказательств: запроса ООО «РСК-5» в общество с ограниченной ответственностью «Жилкомсервис № 2 Московского района» (далее – ООО «Жилкомсервис № 2 Московского района») от 25.12.2023 исх. № 1-ю (Т. 1, л.д. 132) и ответа ООО «Жилкомсервис № 2 Московского района» (предыдущей управляющей организации) (Т. 1, л.д. 133), в период управления многоквартирным домом ООО «Жилкомсервис № 2 Московского района» указанных работ (по замене участка стояка холодного водоснабжения в помещении ванной) в жилом помещении № 932, принадлежащем ФИО1, не проводило. Как пояснил допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6, указанные работы производились неизвестным лицом, какие-либо документы или акты в адрес ООО «РСК-5» в связи с проведением работ не предоставлялись (Т. 2, л.д. 139). Таким образом, факт проведения указанных работ предыдущей управляющей организацией не следует из представленных доказательств.

При этом, как следует из заключения экспертов от 15.02.2024 № 16-СТЭ, причиной залива, а также разрыва резьбового соединения стояка инженерной системы холодного водоснабжения (ХВС) является нарушение технологии производства ремонтных работ, а именно использование материалов ненадлежащего качества (не осуществлен входной контроль), невыполнение гидравлических испытаний на прочность и герметичность, что со временем привело к разрушению полипропиленовой муфты и ее разгерметизации (Т. 1, л.д. 158).

Соответчик ФИО1, являясь собственником жилого помещения (<адрес>), на момент проведения работ по замене участка (части) стояка холодного водоснабжения общедомовой системы водоснабжения не могла не осознавать, что тем самым осуществляет вмешательство в нормальный и устойчивый процесс функционирования работы общедомовой системы водоснабжения, в связи с чем принимает на себя риск ответственности за безопасную эксплуатацию общедомовой системы холодного водоснабжения и риски того, что в результате действий привлеченных ей к проведению таких работ лиц будет нарушена работа общедомовой системы холодного водоснабжения или будет причинен иной ущерб другим собственникам помещений в многоквартирном доме.

Ответчиком ФИО1 не представлено доказательств подтверждающих доводы возражений в части отсутствия ее вины в причинении ущерба и отсутствия вины в том, что произошел прорыв общедомового стояка ХВС в результате разрыва полипропиленовой муфты стояка ХВС.

ФИО1 допущена грубая неосторожность, поскольку последняя осознавала принимаемые на себя риски, но без должных к тому оснований не проявила достаточную степень заботливости и предусмотрительности, какая от нее требовалась по характеру выполняемых на стояке общедомовой системы холодного водоснабжения работ, не проявив тем самым должной добросовестности и осмотрительности при создании условий для соблюдения интересов иных собственников помещений в многоквартирном доме.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2.2 мотивировочной части Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.02.2008 № 120-О-О, использование такого оценочного понятия, как "грубая неосторожность", не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы, поскольку разнообразие обстоятельств делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе, а использование федеральным законодателем в данном случае такой оценочной характеристики преследует цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций. Вопрос же о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств. При этом, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения.

Игнорирование противоправных действий Соответчика (ФИО1) по самовольному вмешательству в нормальный и устойчивый порядок функционирования общедомовой системы холодного водоснабжения не является допустимым в силу предписаний пункта 4 статьи 1 ГК РФ, определяющим, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, в связи с чем деликтная ответственность правомерно возложена на ФИО1 и требование Истца в указанной части является обоснованным.

В то же время, Соответчик ООО «РСК-5» осуществляет деятельность по управлению многоквартирным домом, расположенным по адресу: <адрес>, на основании протокола внеочередного общего собрания собственников жилья от 05.02.2020 № 1 (Т. 2, л.д. 62-63), договора управления многоквартирным домом от 05.02.2020 (Т. 2, л.д. 64-66) и распоряжения Государственной жилищной инспекции Санкт-Петербурга от 25.02.2020 № 582-рл «О внесении сведений о многоквартирных домах в реестр лицензий субъекта Российской Федерации – Санкт-Петербурга» (Т. 2, л.д. 67).

Согласно ч. 1 ст. 161 ЖК РФ, управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, постоянную готовность инженерных коммуникаций и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к предоставлению коммунальных услуг (далее - обеспечение готовности инженерных систем). Правительство Российской Федерации устанавливает стандарты и правила деятельности по управлению многоквартирными домами.

В силу ч. 1.1 той же статьи ЖК РФ, надлежащее содержание общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме должно осуществляться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в том числе в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, о техническом регулировании, пожарной безопасности, защите прав потребителей, и должно обеспечивать: 1) соблюдение требований к надежности и безопасности многоквартирного дома; 2) безопасность жизни и здоровья граждан, имущества физических лиц, имущества юридических лиц, государственного и муниципального имущества; 2.1) соблюдение требований к безопасному использованию и содержанию внутридомового газового оборудования в многоквартирном доме (если такое оборудование установлено); 3) доступность пользования помещениями и иным имуществом, входящим в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме; 4) соблюдение прав и законных интересов собственников помещений в многоквартирном доме, а также иных лиц; 5) постоянную готовность инженерных коммуникаций, приборов учета и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к осуществлению поставок ресурсов, необходимых для предоставления коммунальных услуг гражданам, проживающим в многоквартирном доме, в соответствии с правилами предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, установленными Правительством Российской Федерации. Аналогичные положения предусмотрены п. 10 Правил № 491.

Частью 2.3 статьи 161 ЖК РФ предусмотрено, что при управлении многоквартирным домом управляющей организацией она несет ответственность перед собственниками помещений в многоквартирном доме за оказание всех услуг и (или) выполнение работ, которые обеспечивают надлежащее содержание общего имущества в данном доме и качество которых должно соответствовать требованиям технических регламентов и установленных Правительством Российской Федерации правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, за предоставление коммунальных услуг в зависимости от уровня благоустройства данного дома, качество которых должно соответствовать требованиям установленных Правительством Российской Федерации правил предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, правил пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги газоснабжения, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, за обеспечение готовности инженерных систем.

Согласно пп. «а» п. 11 Правила № 491, содержание общего имущества в зависимости от состава, конструктивных особенностей, степени физического износа и технического состояния общего имущества, а также в зависимости от геодезических и природно-климатических условий расположения многоквартирного дома включает в себя осмотр общего имущества, осуществляемый собственниками помещений и указанными в пункте 13 настоящих Правил ответственными лицами, обеспечивающий своевременное выявление несоответствия состояния общего имущества требованиям законодательства Российской Федерации, а также угрозы безопасности жизни и здоровью граждан. В силу п. 13 Правил № 491 такие осмотры проводятся, в том числе управляющей организацией.

Пункт 42 Правил № 491 определяет, что управляющие организации и лица, оказывающие услуги и выполняющие работы при непосредственном управлении многоквартирным домом, отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором.

Таким образом, ООО «РСК-5» не было лишено возможности своевременно выявить и устранить последствия вмешательства ФИО1 в общедомововую систему холодного водоснабжения. При должной внимательности и предусмотрительности управляющей организации последняя смогла бы оперативно отреагировать на результат проведенных привлеченными ФИО1 лицами работ, выполненных с нарушением технологии их производства, в результате чего неблагоприятные последствия в виде залива застрахованного по договору имущественного страхования имущества не произошло. В этой связи, между противоправным поведением ООО «РСК-5» в форме бездействия и причинением ущерба застрахованному имуществу также наличествует причинная связь.

То обстоятельство, что ООО «РСК-5» за период с марта 2020 года по декабрь 2022 года регулярно проводило осмотры общедомового инженерного оборудования, что подтверждается актами соответствующих сезонных осмотров (Т. 1, л.д. 182-198, 219-234; Т. 2, л.д. 3-18) и выписками из журнала регистрации осмотра общедомового инженерного оборудования (поквартирными) по парадной № 7 (Т. 2, л.д. 33-48), акты приемки оказанных услуг и выполненных работ по содержанию, текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме подписывались председателем совета дома без замечаний (Т. 1, л.д. 199-215, 235-250; Т. 2, л.д. 1, 19-31), учитывается судом, но на возложение деликтной ответственности на Соответчика ООО «РСК-5» не влияет. Осуществляя соответствующую деятельность, ООО «РСК-5» не было лишено объективной возможности обеспечить безопасность эксплуатации общедомового стояка ХВС, претерпевшего вмешательство со стороны ФИО1 и расположенного в жилом помещении № 932, принадлежащем ей на праве собственности.

При этом вина каждого из Соответчиков как причинителей вреда предполагается на уровне опровержимой законодательной презумпции (п. 2 ст. 1064 ГК РФ) и не была опровергнута Соответчиками в ходе производства по делу.

В соответствии с положениями ст. 1080 ГК РФ, лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Согласно руководящим разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 9. Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», применяемого судом к обстоятельствам настоящего дела по аналогии толкования, о совместном характере таких действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения.

В рассматриваемом случае действия Соответчиков (ФИО1 и ООО «РСК-5») носили изолированный, независимый друг от друга характер, однако результат автономной деятельности каждого из них, вклад каждого из Соответчиков в развитие последовательно развивающихся событий в цепочке причинной связи привел к единому неблагоприятному результату – причинению ущерба застрахованному по договору добровольного имущественного страхования имуществу (кумулятивная причинность), в связи с чем САО «РЕСО-Гарантия» было осуществлено страховое возмещение. Суд учитывает, что действия каждого из Соответчиков являются условиями, без которых не наступили бы последствия в виде причинения вреда (conditio sine qua non), при этом действия каждого из них адекватны наступившему неблагоприятному результату и изъятие противоправных действий одного из Соответчиков из цепочки причинной связи в целом привело бы к отсутствию наступления последствий в виде причинения имущественного ущерба.

В этой связи не могут быть применены положения статьи 1080 ГК РФ, поскольку в противоправных действиях Соответчиков отсутствуют признаки их согласованности, скоординированности и направленности на реализацию общей цели, то есть совместность их действий носила не субъективный, а объективный характер. В равной степени не могут быть применены к спорным правоотношениям положения ст. 404 ГК РФ, поскольку последние регламентируют распределение ответственности по правилам о смешанной вине в отношениях между кредитором и должником, в то время как по обстоятельствам рассматриваемого дела кредитором выступает ФИО5, замененная в результате выплаты страхового возмещения в порядке суброгации на САО «РЕСО-Гарантия», действия ни одного из которых не способствовали возникновению или развитию аварийной ситуации либо невозможности своевременного устранения ее последствий. В отношениях между Соответчиками, выступающими должниками в деликтном обязательстве, правила ст. 404 ГК РФ не применяются.

Вывод о невозможности возложения деликтной ответственности на Соответчиков по правилам ст. 1080 ГК РФ в отсутствие субъективной совместности их действий подтверждается по аналогии толкования руководящих разъяснений п. 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также и их должностными лицами», п. 22 «Обзора практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017) и п. 60 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019).

Вместе с тем, как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49, по смыслу статьи 1064 ГК РФ, если несколько лиц действовали независимо друг от друга и действия каждого из них привели к причинению вреда окружающей среде, по общему правилу такие лица несут долевую ответственность. На размер доли каждого из причинителей вреда может влиять, в частности, опасность деятельности каждого из них, ее интенсивность и др.

Аналогичный подход применительно к возложению деликтной ответственности в зависимости от степени вины каждого из причинителей вреда закреплен в пп. «б» п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

Суд учитывает степень вины ФИО1 и ООО «РСК-5» в возникновении и развитии аварийной ситуации: факт проведения ФИО1 работ, направленных на вмешательство в нормальный и устойчивый порядок функционирования общедомовой инженерной системы холодного водоснабжения, выполненных с нарушением технологии производства и неосуществление ООО «РСК-5» действий с должной внимательностью и предусмотрительностью по осмотру общедомового стояка ХВС в жилом помещении ФИО1, что в совокупности их противоправной деятельности привело к разрыву со временем полипропиленовой муфты стояка ХВС и заливу жилого помещения № 936, принадлежащего ФИО5 и застрахованного по договору добровольного страхования имущества.

Судом также учитывается, что длительная невозможность представителей управляющей организации связаться с ФИО1 привела к развитию аварийной ситуации, произошедшей 21 ноября 2022 года в ее жилом помещении. ООО «РСК-5» размещались соответствующие посты в группе жителей многоквартирного дома, расположенного по адресу: <адрес>, в социальной сети «ВКонтакте» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (Т. 2, л.д. 49-56, 95) как во время самой аварийной ситуации, так и до нее, что было проигнорировано ФИО1, осуществлялись действия, направленные на поиск контактов ФИО1 в связи с ее фактическим отсутствием в жилом помещении в момент аварии (Т. 2, л.д. 139). Такое поведение Соответчика (ФИО1) привело к объективной невозможности для сотрудников управляющей организации своевременно получить доступ в ее жилое помещение, а нахождение общедомового стояка ХВС, прорванного в результате разрыва полипропиленовой муфты резьбового соединения и расположенного в жилом помещении ФИО1, в гипсокартонном коробе сделало невозможным своевременное устранение последствий аварийной ситуации в результате необходимости разбивать указанную преграду, установленную в нарушение п. 5.4.10 Свода правил 30.13330.2016, утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 16.12.2016 № 951/пр, согласно которому водопроводные стояки и вводы воды в квартиры и другие помещения, а также запорную арматуру, измерительные приборы, регуляторы следует размещать в коммуникационных шахтах с устройством специальных технических шкафов, обеспечивающих свободный доступ к ним технического персонала. В совокупности виновное поведение ФИО1 привело к увеличению объема причиненного имущественного ущерба застрахованному имуществу, поскольку ей нарушено требуемое в силу принципа добросовестности (п. 3 ст. 1 ГК РФ) и обстоятельствами аварийной ситуации правило о митигации причиненных убытков, то есть совершены действия (бездействие), направленные на увеличение размера причиненного вреда и не предприняты своевременные действия по минимизации имущественных потерь других лиц.

Учитывая совокупность собранных и проанализированных по делу обстоятельств, а также принимая во внимание требования разумности, справедливости, соразмерности бремени несения деликтной ответственности с вкладом каждого из причинителей вреда в наступление общего неблагоприятного результата и руководствуясь степенью вины каждого из Соответчиков в причинении имущественного ущерба, суд определяет ее как равную и их вклад - равноценным, в связи с чем приходит к выводу о возложении на Соответчиков возместить причиненный имущественный вред в равных долях, то есть по 1/2 каждый.

Поскольку проведение отчета об оценке рыночной стоимости права требования возмещения ущерба (убытков, страхового возмещения), причиненного собственнику объекта недвижимости (квартиры) и имущества, расположенного по адресу: <адрес>, от 19.01.2023 № 11330-01/2023, подготовленному ООО «ЭКЦ «АСЕССОР», способствовало восстановлению нарушенных прав Истца по настоящему делу, так как по результатам проведения оценки была определена сумма подлежащего выплате и выплаченного страхового возмещения. Уплаченную за подготовку такого отчета денежную сумму в 15 000,00 рублей на основании платежного поручения от 24.01.2023 № 39772 по выставленному счету от 19.01.2023 № 11330-01/23(Т. 1, л.д. 52-53) суд оценивает как разумную и необходимую для целей правильного определения причиненного ущерба и последующей реализации требования в порядке суброгации страховщика в силу ст. 965 ГК РФ. Разумность и обоснованность соответствующих затрат страховщика Соответчиками в ходе рассмотрения дела не оспаривалась ни по праву, ни по размеру.

Расходы на проведение оценки возмещаются по общим правилам ответственности за причинение внедоговорных убытков сверх осуществленного страхового возмещения, что согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 78-КГ16-58 (п. 7 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017)», утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017).

Таким образом заявленные требования на общую сумму в 76 300,00 рублей (61 300,00 рублей – в счет возмещения причиненного имущественного ущерба и 15 000,00 рублей – в счет возмещения расходов на оценку причиненного ущерба) обоснованы по праву и размеру и подлежат удовлетворению судом путем взыскания данной денежной суммы с Соответчиков в равных долях (по 1/2 с каждого Соответчика).

Соответственно с Соответчика ФИО1 подлежат взысканию 38 150 рублей 00 копеек (76 300,00 * 2 = 38 150,00);

С Соответчика (ООО «РСК-5») подлежат взысканию 38 150 рублей 00 копеек (76 300,00 * 2 = 38 150,00).

В силу положений статей 88 и 98 ГПК РФ в их системной взаимосвязи с ФИО1 и ООО «РСК-5» в пользу САО «РЕСО-Гарантия» подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенным требованиям. Суд, оценив представленные Истцом доказательства уплаты государственной пошлины при обращении в суд с исковым заявлением (Т. 1, л.д. 9), оценивает данные судебные расходы как необходимые и разумные, напрямую связанные с рассмотрением дела. С учетом удовлетворения исковых требований в полном объеме, предъявленных к Соответчикам, суд взыскивает расходы по уплате государственной пошлины с Соответчиков в равных долях.

Учитывая размер исковых требований, поддерживаемых Истцом на момент принятия решения по делу, согласно п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», с Соответчиков подлежит взысканию в равных долях уплаченная Истцом сумма государственной пошлины в размере 2 489 рублей 00 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь положениями статей 40, 55, 56, 59, 60, 67, 88, 98, 113, 167 и 194 – 199 ГПК РФ, статей 17, 30, 36 и 161 ЖК РФ, статей 1, 8, 15, 209, 210, 387, 929, 930, 965 и 1064 ГК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. <данные изъяты> и общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-Строительная Компания-5» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

в равных долях

в счет возмещения ущерба в порядке суброгации в размере 76 300 (семьдесят шесть тысяч триста) рублей 00 копеек. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 489 (две тысячи четыреста восемьдесят девять) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Выборгский районный суд города Санкт-Петербурга.

Судья

С.Ю. Глазачева

Мотивированное решение суда составлено 30.05.2025.