Дело № 2а-4026/2025

УИД 10RS0011-01-2025-000785-62

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 мая 2025 года г. Петрозаводск

Петрозаводский городской суд Республики Карелия в составе судьи Малыгина П.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Павловой Е.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказания по Республике Карелия, федеральному казённому учреждению «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Карелия», Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания,

установил:

ФИО1 (далее – административный истец) обратился в Петрозаводский городской суд Республики Карелия с административным исковым заявлением к федеральному казённому учреждению «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Карелия» (далее – ФКУ «ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия»), в котором он просил взыскать компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в размере 150 000 руб. 00 коп. Иск обоснован тем, что в период содержания в ФКУ «ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия» в камерах было мало полезной площади, отсутствовала нормальная вентиляция, в помещениях находились насекомые, отсутствовало горячее водоснабжение, мебель и баки для питьевой воды не соответствовали нормам, что в своей совокупности существенно нарушало его права.

В качестве административных соответчиков для участия в деле были привлечены Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Карелия (далее – УФСИН России по РК), Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России), Министерство финансов Российской Федерации (далее – Минфин России). В качестве заинтересованного лица было привлечено федеральное казенное учреждение здравоохранения «Главный центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора ФСИН России».

ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в административном иске. Ему был причинен моральный вред, он испытывал нравственные страдания. Этот вред связан с незаконными действиями должностных лиц исправительного учреждения.

Представитель ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК» ФИО2, представитель ФСИН России и УФСИН России по РК ФИО3 заявленные требования не признали. Нарушений прав административного истца не было допущено. Истцом пропущен срок для обращения в суд.

Представитель Минфина России ФИО4 просила оставить заявленные требования без удовлетворения.

Подробные объяснения административных соответчиков были изложены в письменных доводах, представленных в материалы дела.

Иные привлечённые для участия в деле лица и их представители в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. В силу положений статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, с учетом требований статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 63, 67 и 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), суд считает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения сторон и заинтересованного лица, исследовав административное исковое заявление, изучив и оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суд считает установленными следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, административный истец содержался в ПФРСИ ФКУ «ИК-9 УФСИН по РК» в качестве подозреваемого (обвиняемого, подсудимого) в период времени с 21.08.2019 по 24.05.2020.

По утверждению административного истца в указанный период времени отсутствовало горячее водоснабжение в камерах, в которых он содержался. Административному истцу выдавалась горячая вода для личных нужд, также содержащиеся могли пользоваться электронагревательными приборами.

Сторона административного ответчика представила сведения о том, что помещения ПФРСИ ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК», в которых содержался административный истец, не были обеспечены горячим водоснабжением.

Это обусловлено тем, что здание ПФРСИ ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК» построено в 1988 году. Проект здания, его техническая документация не предусматривали наличие горячего водоснабжения в камерах.

Также административный истец указал на иные нарушения, указав их в административном иске и в объяснениях.

Сторона административного ответчика представила сведения о том, что помещения ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК», в которых содержится административный истец, соответствуют предъявляемым требованиям, условий содержания допущено не было. В исковой период времени существенных нарушений прав административного истца также не допускалось.

Согласно статье 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В силу положений статьи 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство обращению и наказанию.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Исходя из положений части 3 статьи 17, части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц; права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно статьям 218, 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин может обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, лица, наделенного государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров. Если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В силу разъяснений, содержащихся в пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее – Постановление № 47), под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее – режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности осужденных.

Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 13 Постановления № 47 в силу частей 2 и 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусмотрено, что лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно пункту 14 Постановления № 47 условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

При этом частью 1 статьи 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию осужденных, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных, перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном статьей 77.1 Кодекса, а также в отношении осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в следственных изоляторах с их согласия.

Согласно частям 1, 2 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при необходимости участия в следственных действиях в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого (обвиняемого) осужденные к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьме могут быть оставлены в следственном изоляторе либо переведены в следственный изолятор из указанных исправительных учреждений на основании мотивированного постановления. При необходимости участия в судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, обвиняемого осужденные могут быть по определению суда или постановлению судьи оставлены в следственном изоляторе либо переведены в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы.

Часть 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации устанавливает, что осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

В соответствии с подпунктами 3, 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, одна из основных задач ФСИН России – обеспечение охраны прав, свобод и иконных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Таким образом, государство в лице федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции исполнения уголовных наказаний, берет на себя обязанность обеспечивать правовую защиту и личную безопасность осужденных наравне с другими гражданами и лицами, находящимися под его юрисдикцией.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу урегулированы Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (статья 1).

Как следует из материалов дела, в период содержания административного истца под стражей в ПФРСИ ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК» отсутствовало горячее водоснабжение.

В силу части 3 статьи 39 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее – Федеральный закон № 52-ФЗ) соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

В соответствии с положениями части 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации» учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в частности, обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; обеспечивать охрану здоровья осужденных; осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Согласно статьям 1 и 8 Федерального закона № 52-ФЗ граждане имеют право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека. Под факторами среды обитания понимаются биологические (вирусные, бактериальные, паразитарные и иные), химические, физические (шум, вибрация, ультразвук, инфразвук, тепловые, ионизирующие, неионизирующие и иные излучения), социальные (питание, водоснабжение, условия быта, труда, отдыха) и иные факторы среды обитания, которые оказывают или могут оказывать воздействие на человека и (или) на состояние здоровья будущих поколений.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр утвержден и введен в действие с 21 апреля 2018 г. «Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно - исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях). СП 308.1325800.2017» (далее – Свод правил).

В соответствии с пунктами 19.2.1 и 19.2.5 СП 308.1325800.2017 здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводами, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также других действующих нормативных документов. Подводку холодной и горячей воды следует предусматривать: к технологическому оборудованию, требующему обеспечения холодной и горячей водой; к санитарно-техническим приборам, требующим обеспечения холодной и горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.); ко всем зданиям исправительных учреждений, требующим обеспечения холодной и горячей водой, в зависимости от выбранной конструктивной схемы теплоснабжения учреждения.

Требования о подводе горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены ранее действующей «Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации», утвержденной Приказом Минюста России от 02.06.2003 № 130-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп.

Кроме того, приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 15 апреля 2016 года № 245/пр утвержден и введен в действие с 4 июля 2016 года Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения настоящего свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (пункт 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, в спорных помещениях ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК» не обеспечено подключение горячего водоснабжения к санитарным приборам, в связи с чем, допускалось нарушение прав содержащихся в указанных помещениях лиц, в том числе административного истца.

Действующее законодательство не содержит запрета на применение положений СП 308.1325800.2017 и СП 247.1325800.2016 к объектам, введенным в эксплуатацию до вступления в силу названных сводов правил. Иное поставило бы в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, спроектированных и введенных в эксплуатацию до введения СП 308.1325800.2017 и СП 247.1325800.2016, с теми, кто находится в зданиях пенитенциарной системы, введенных в эксплуатацию после введения СП 308.1325800.2017 и СП 247.1325800.2016, что привело бы к неоправданной дифференциации прав осужденных, нарушению принципа равенства всех перед судом и законом (статья 19 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, требование административного истца в части нарушения его прав необеспечением горячим водоснабжением признаётся обоснованным.

Относительно доводов административного истца о нарушении норм площади в помещениях камер, суд исходит из следующего.

В соответствии с положениями статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон № 103-ФЗ) норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно части первой статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах – двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях – трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях – трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы – пяти квадратных метров.

Минимальная по сравнению с другими исправительными учреждениями, указанными в части первой статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, норма жилой площади на одного осужденного – два квадратных метра установлена для исправительных колоний.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 22 мая 2023 года № 25-П по делу о проверке Конституционности части третьей статьи 77.1 Уголовно-исполнительного Кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина П., приведенное регулирование не устанавливает разных норм санитарной площади в зависимости от статуса лица, содержащегося в камере следственного изолятора, и носит универсальный характер.

Само по себе оставление осужденного к лишению свободы в следственном изоляторе (его перевод туда) для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве не должно ухудшать условий его содержания, как они определены вынесенным в отношении него приговором. Он не должен содержаться в СИЗО в худших условиях, нежели условия, в которых в нем содержатся заключенные под стражу подозреваемые и обвиняемые.

Конституционный Суд установил, что применительно к судебному рассмотрению споров о компенсации морального вреда в связи с нарушением условий содержания в СИЗО осужденных к лишению свободы часть третья статьи 77.1 Уголовно-исполнительного Кодекса Российской Федерации предполагает, что размер приходящейся на таких лиц площади в камере СИЗО определяется не в соответствии с нормами жилой площади, установленными для осужденных в исправительных колониях (два квадратных метра на одного осужденного), а в соответствии с нормой санитарной площади, установленной Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенным выше из Постановления № 47, условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели.

Согласно камерной карточке за все время пребывания в ФКУ «ИК-9» истец сменил несколько камер. Судом были запрошены сведения о площади камер в ФКУ «ИК-9», а также сведения о количестве лиц, с которыми содержался административный истец. Сведения о площади камер были представлены, были предоставлены сведения о примерном количестве лиц, которые содержались в спорный период времени вместе с административным истцом. В частности, в определённые периоды времени в камере площадью 13,6 кв. м административный истец содержался вместе с еще шестью человеками, то есть с явным нарушением норм санитарной площади и т.п. Таким образом, судом установлено, что при содержании административного истца в некоторые периоды времени площадь камер составляла менее 4 кв. м на одного человека.

Поскольку обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в том числе, соответствие совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, возлагается на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие), то суд приходит к выводу о том, что административный ответчик не опроверг доводы административного истца о нарушении его прав несоблюдением норм санитарной площади в камере на одного человека.

Относительно иных доводов административного истца, суд исходит из следующего.

В соответствии с положениями статьей 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, порядок содержания установлен «Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», утвержденных Приказом Минюста России от 14 октября 2005 г. № 189, действующим на момент спорных правоотношений (далее – Правила № 189).

Приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110 утверждены «Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правила внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» (далее – Правила № 110).

Согласно пункту 42 Правил № 189 камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности (камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Камеры для временной изоляции с внутренней стороны оснащаются упругим или пружинящим покрытием, искусственным освещением, а также вентиляционным оборудованием.

Как следует из положений пункта 28 главы V Правил № 110, камера СИЗО оборудуется: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для размещения беременных женщин, женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет, оборудуются только одноярусными кроватями; при наличии возможности кровати второго яруса оборудуются подъемными ступенями и барьерами безопасности; инвалиды, мужчины старше 65 лет и женщины старше 60 лет на втором ярусе кровати не размещаются); столом и скамейками с посадочными местами, соответствующими числу лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором и холодильником (при наличии возможности), камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке; вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); душевой кабиной (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; унитазом, умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Камеры для временной изоляции с внутренней стороны оснащаются упругим или пружинящим покрытием, искусственным освещением, а также вентиляционным оборудованием (пункт 29).

Оборудование кроватей, скамеек, столов и прочей камерной мебели и оборудования соответствует приказу ФСИН Россия № 407 от 26.07.2007 года «Об утверждении каталога «Специальные режимные изделия для следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специальных учреждений ФСИН России».

Как следует из материалов дела, все камеры оборудованы в соответствии с пунктом 42 Правил № 189 и пункта 28 главы V Правил № 11, каких-либо нарушений в этой части установлено не было. В соответствии с абзацем 3 пункта 42 Правил № 189 и пункта 28.2 главы V Правил № 11 все камеры оборудованы столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере.

В соответствии с пунктом 19.3.6 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20 октября 2017 года № 1454/пр (далее также – СП 308.1325800.2017) во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны и другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Вентиляция осуществляется за счет приточной вентиляции с механическим или естественным притоком воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, форточки и другие устройства (пункт 25.5.3.4 СП 308.1325800.2017).

В исковой период действовали Правила № 189. Все жилые камерные помещения ПФРСИ ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК» были оборудованы в соответствии с требованиями пункта 42 Правил № № 189 системой приточной вентиляции с механическим и естественным (через приточные клапаны) побуждением, и вытяжная вентиляция с естественным побуждением.

Помещения, в которых содержится осужденный, оборудованы системой приточно-вытяжной вентиляции с естественным побуждением. У лиц, содержавшихся в камерах, имеется возможность для самостоятельного проветривания камер, путем открывания и закрывания одной из створок окна, доступ к которым не ограничен.

Федеральным казенным учреждением здравоохранения «Главный центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора ФСИН России» не установлено нарушений параметров освещённости, температурного режима и влажности в помещениях, в которых содержится осуждённый.

Фактов нарушений по количеству, качеству и составу предметов для уборки помещений не установлено.

Нарушений требований Приказа ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» по оснащению помещений, в том числе мебелью и баками питьевой воды, не установлено.

Доводы административного истца о наличии в камерах насекомых не нашли своего подтверждения. Администрацией учреждения ежедневно проводятся осмотры камер и спецконтингента и соблюдение ими санитарных и гигиенических норм, регулярно осуществлялись и осуществляются дезинфекционные и дератизационные мероприятия.

Кроме того, определить уровень влажности, освещенности, который был в помещениях в 2019-2020 годах, проверить сведения о дезинфекции, дезинсекции и дератизации, определить конструкции электроприборов, санитарного узла, окон и иного оборудования не представляется возможным по причине полной утраты объективных способов фиксации и доказывания обстоятельств дела.

Таким образом, доводы о нарушении его прав в этой части суд находит неподтверждёнными.

Как уже отмечалось выше, в соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Гражданский кодекс Российской Федерации определяет моральный вред как физические или нравственные страдания гражданина, причиненные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, который подлежит возмещению путем возложения судом на нарушителя обязанности денежной компенсации указанного вреда; устанавливает обязанность суда при определении размеров компенсации морального вреда принимать во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывать характер, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред, степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, а также исходить из требований разумности и справедливости. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред (статья 151, пункт 2 статьи 1101 названного Кодекса).

На необходимость оценивать степень нравственных или физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий, обращено внимание в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Суд установил факт нарушения условий содержания административного истца по причине отсутствия горячего водоснабжения в помещениях, в которых административный истец содержался, а также нарушения минимальной нормы жилой площади на одного человека. Административный истец настаивает на присуждения ему компенсации морального вреда.

При принятии решения суд учитывает обстоятельства допущенных нарушений, данные о личности административного истца, непродолжительный период его пребывания в ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК» в обозначенный административным истцом (основание иска) исковой период нарушения его прав с 21.08.2019 по 24.05.2020.

В ФКУ «ИК-9 УФСИН России по РК» функционировал банно-прачечный комплекс, в котором осуществляется помывка, содержащихся в лиц, а также осуществлялась выдача горячей воды для стирки и гигиенических целей ежедневно в установленное время с учетом потребности. Минимальная площадь в камерах была нарушена незначительно и в непродолжительное время.

В этой связи установленные нарушения не повлияли на состояние здоровья административного истца, не повлекли неблагоприятных последствий, не превысили тот уровень нравственных и моральных страданий, который неизбежен при лишении свободы. Суд приходит к выводу о том, что допущенные нарушения не являются существенным отклонением от требований, предусмотренных действующим законодательством, свидетельствующих о жестоком и унижающем человеческое достоинство обращении в отношении истца, не установлено, в связи с чем основания для присуждения компенсации, в том числе компенсации морального вреда, отсутствуют.

Суд также считает, что о несущественных нарушениях свидетельствует то обстоятельство, что за защитой своих прав административный истец обратился только в 2025 году, спустя почти пять лет с момента обозначенных событий, а в прокуратуру с жалобой на действия администрации исправительного учреждения он обратился только в 2024 году.

На основании изложенного в удовлетворении заявленных административных исковых требований следует отказать.

Доводы стороны административного ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд с требованиями о взыскании компенсации морального вреда основаны на неверном толковании норм права и применения судебной практики.

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ. Оснований руководствоваться положениями статьи 219 Кодекса об административном судопроизводстве Российской Федерации и разъяснениями абзаца 2 пункта 11 Постановления № 33 при разрешении данного спора не имеется.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления № 33, на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

Таким образом, срок для взыскания компенсации морального вреда истцом не пропущен.

Кроме того, срок обращения в суд с указанным иском не может быть признан пропущенным по следующим основаниям.

Действительно, согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

С учётом даты вступления в законную силу Федерального закона от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ, определений Конституционного Суда Российской Федерации от 20.12.2016 № 2599-0, от 28.02.2017 № 360-О, от 26.10.2017 № 2486-0, от 19.12.2017 № 3067-О), разъяснений, содержащихся в «Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2020)», правовой позиции Третьего кассационного суда общей юрисдикции (кассационное определение от 21.06.2023 № 88а-10750/2023 и др.), а также иных судов кассационный инстанции, суд приходит к выводу о том, что поскольку административный иск подан в период нахождения административного истца в исправительном учреждении, оснований для вывода о пропуске им срока обращения в суд не имеется.

Руководствуясь статьями 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Петрозаводский городской суд Республики Карелия

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Петрозаводский городской суд Республики Карелия:

в апелляционном порядке в Верховном Суде Республики Карелия в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме,

в кассационном порядке в Третьем кассационном суде общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу при условии, что ранее решение было предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Судья П.А. Малыгин

Мотивированное решение изготовлено 03 июня 2025 года.