Апелляционное определение по делу № 11-8776/2023 от 20.07.2023.

Судья Главатских Л.Н.

УИД: 74RS0002-01-2022-006836-41

Дело № 2-367/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-8776/2023

20 июля 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Елгиной Е.Г., Федосеевой Л.В.,

при секретаре судебного заседания Алёшиной К.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности оформить трудовой договор и дополнительное соглашение к нему, внести записи в трудовую книжку, выдать трудовую книжку и удостоверение частного <данные изъяты>, взыскании заработной платы, денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы, среднего заработка за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда, возложении обязанности произвести обязательные отчисления

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 28 февраля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Доевой И.Б. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, пояснения представителя ответчика ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, пояснения истца ФИО1 и его представителя ФИО3, полагавших решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО1 с учетом последующего уточнения исковых требований в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обратился с иском к обществу с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» (далее – ООО ЧОП «ГРОЗА») об установлении факта трудовых отношений в период с 22 февраля 2022 года по 19 мая 2022 года в должности <данные изъяты> и <данные изъяты>, возложении обязанности оформить трудовой договор и дополнительное соглашение к нему, возложении обязанности выдать трудовую книжку с записями о приеме на работу, о переводе и об увольнении, возложении обязанности выдать удостоверение частного <данные изъяты>, взыскании задолженности по заработной плате за период с 01 апреля 2022 года по 19 мая 2022 года в размере 50 400 рублей, взыскании денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы по день вынесения решения суда, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, возложении обязанности произвести обязательные отчисления (том № 1 л.д. 5-10, 108-111, 128-135, 146-153).

В обоснование исковых требований указано, что 22 февраля 2022 года ФИО1 был принят на работу в ООО ЧОП «ГРОЗА» в качестве <данные изъяты>, 01 апреля 2022 года переведен на должность <данные изъяты> без надлежащего оформления трудовых отношений; трудовые обязанности ФИО1 исполнял с ведома, по поручению и в интересах работодателя в условиях и режиме рабочего времени, определенных работодателем: сменный график работы два дня работы – два дня выходных; заработная плата по должности <данные изъяты> была установлена в размере 1 900 рублей за смены, а в должности <данные изъяты> – 2 100 рублей. Поскольку в нарушение требований трудового законодательства трудовые отношения между сторонами оформлены не были, истец обратился в суд с настоящим иском.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1 и его представитель ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении с учетом уточнений.

Представитель ответчика ООО ЧОП «ГРОЗА» ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании суда первой интенции возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменном отзыве с учетом дополнений (том № 1 л.д. 47-49, 154-156).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Челябинской области (далее Управление Росгвардии по Челябинской области) в судебное заседание не явился, о времени и месте извещен надлежащим образом.

Решением Центрального районного суда г. Челябинска от 28 февраля 2023 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Судом постановлено: установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО ЧОП «ГРОЗА» в период с 01 марта 2022 года по 18 мая 2022 года с внесением записей о работе в трудовую книжку; обязать ООО ЧОП «ГРОЗА» оформить с ФИО1 трудовой договор по должности <данные изъяты> с 01 марта 2022 года с заключением дополнительного соглашения; обязать ООО ЧОП «ГРОЗА» выдать ФИО1 трудовую книжку либо ее дубликат и удостоверение частного <данные изъяты>; взыскать с ООО ЧОП «ГРОЗА» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 47 808 рублей, компенсацию за задержку заработной платы в размере 7 553 рублей 65 копеек, компенсацию морального вреда в размере 7 000 рублей; обязать ООО ЧОП «ГРОЗА» произвести отчисления страховых взносов за ФИО1 в соответствующие фонды; в удовлетворении исковых требований в остальной части отказать; взыскать с ООО ЧОП «ГРОЗА» в доход местного бюджета госпошлину в размере 2 160 рублей 85 копеек (том № 1 л.д. 163-168).

В апелляционной жалобе с учетом дополнений представитель ответчика ООО ЧОП «ГРОЗА» просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение норм материального права, а также норм процессуального права (том № 1 л.д. 171-175)

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО1 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность (том № 1 л.д. 226-229).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки в судебное заседание суд не известила, ходатайств об отложении рассмотрения дела или о рассмотрении дела в свое отсутствие не заявляли. Одновременно информация о слушании дела размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статей 113, 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при установленной явке.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав новые доказательства, принятые в порядке абзаца 2 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает решение суда первой инстанции подлежащим изменению и отмене в части в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, неверном применении судом при рассмотрении дела норм материального и процессуального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из объяснений истца, данных в судебном заседании суда первой инстанции, 22 февраля 2022 года он был принят на работу в ООО ЧОП «ГРОЗА» в качестве <данные изъяты>, 01 апреля 2022 года переведен на должность <данные изъяты> без надлежащего оформления трудовых отношений; трудовые обязанности он исполнял с ведома, по поручению и в интересах работодателя в условиях и режиме рабочего времени, определенных работодателем: сменный график работы два дня работы – два дня выходных (начало смены в 08:00 и окончание смены в 08:00); заработная плата по должности <данные изъяты> была установлена в размере 1 900 рублей за смены, а в должности <данные изъяты> – 2 100 рублей.

По запросу суда первой инстанции Управлением Росгвардии по Челябинской области были представлены выписка из приказа от 17 марта 2022 года № <данные изъяты> о приеме на должность <данные изъяты> ФИО1, а также представлена копия личной карточки <данные изъяты> на имя ФИО1 с указанием работодателя ООО ЧОП «ГРОЗА» и заявление работодателя от 17 марта 2022 года с просьбой выдать личную карточку <данные изъяты> ФИО1 с приложением описи документов, представляемых для получения личной карточки <данные изъяты> (том № 1 л.д. 59-62).

Из представленных в материалы графиков дежурств сотрудников ООО ЧОП «ГРОЗА» за март, апрель, май 2022 года следует, что первая смена у ФИО1 в качестве <данные изъяты> указана 01 марта 2022 года продолжительностью 24 часа, затем 02 марта 2022 года продолжительностью 12 часов, последующие смены 05 марта 2022 года, 06 марта 2022 года, 07 марта 2022 года, 09 марта 2022 года, 10 марта 2022 года, 13 марта 2022 года, 14 марта 2022 года, 17 марта 2022 года, 18 марта 2022 года, с 21 марта 2022 года, 22 марта 2022 года, 25 марта 2022 года, 26 марта 2022 года, 29 марта 2022 года, 30 марта 2022 года продолжительностью 24 часа (всего отработано 17 смен продолжительностью 396 часов); за апрель 2022 года смены у ФИО1 в качестве <данные изъяты> указаны 03 апреля 2022 года, 04 апреля 2022 года, 07 апреля 2022 года, 08 апреля 2022 года, 11 апреля 2022 года, 12 апреля 2022 года, 19 апреля 2022 года, 20 апреля 2022 года, 23 апреля 2022 года, 24 апреля 2022 года, 27 апреля 2022 года, 28 апреля 2022 года продолжительностью 24 часа (всего отработано 14 смен продолжительностью 336 часов); за май 2022 года смены у ФИО1 в качестве <данные изъяты> указаны 01 мая 2022 года, 02 мая 2022 года, 05 мая 2022 года, 06 мая 2022 года, 09 мая 2022 года, 10 мая 2022 года, 13 мая 2022 года, 14 мая 2022 года, 17 мая 2022 года, 18 мая 2022 года, 21 мая 2022 года, 22 мая 2022 года, 25 мая 2022 года, 26 мая 2022 года, 29 мая 2022 года, 30 мая 2022 года продолжительностью 24 часа (всего отработано 10 смен (с 01 мая 2022 года по 18 мая 2022 года) продолжительностью 240 часов) (том № 1 л.д. 113-115).

Из представленных в материалы дела ведомостей расчета и выплаты ООО ЧОП «ГРОЗА» следует, что за март 2022 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 34 560 рублей за 17 смен продолжительностью 432 часа, исходя из тарифной ставки 80 рублей в час; за апрель 2022 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 27 888 рублей за 14 смен продолжительностью 336 часов, исходя из тарифной ставки 83 рубля, за май 2022 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 17 928 рублей за 9 смен продолжительностью 216 часов, исходя из тарифной ставки 83 рубля (том № 1 л.д. 116-118). При этом, как следует из объяснения истца, данных в судебном заседании суда первой инстанции, заработная плата за март 2022 года ответчиком выплачена в полном объеме, заработная плата за апрель и май 2022 года - не была выплачена.

Согласно показаниям свидетеля <данные изъяты>., допрошенного судом первой инстанции, ему известен ФИО1 по совместной работе в ООО ЧОП «ГРОЗА», они вместе осуществляли охрану на объекте <данные изъяты>», при этом, официально трудоустроены в ООО ЧОП «Гроха» они не были (том № 1 л.д. 90-91).

Разрешая спор, суд первой инстанции, ссылаясь на нормы статей 15, 16, 66, 67, 68, Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», на основе оценки представленной в материалы дела совокупности доказательств, установил факт допуска ответчиком истца к работе в качестве <данные изъяты> с 01 марта 2022 года, а также о переводе на должность <данные изъяты> с 01 апреля 2022 года, выполнение истцом работы в интересах ответчика, которая выполнялась им в условиях и режиме рабочего времени, определенных работодателем, пришел к выводу о доказанности факта существования трудовых отношений.

Судебная коллегия в целом соглашается с выводами суда о доказанности факта трудовых отношений между сторонами и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, приняты в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

Проверяя по доводам апелляционной жалобы ответчика решение суда в указанной части, судебная коллегия не находит оснований для его отмены, полагая, что выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам и основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

В соответствии с частью первой статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).

Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» в пунктах 20 и 21 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 названного постановления).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Приведенные нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судом первой инстанции применены правильно.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1 и регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между истцом и ответчиком о личном выполнении ФИО1 работы в качестве <данные изъяты> и <данные изъяты>; был ли ФИО1 допущен к выполнению названной работы; выполнял ли ФИО1 эту работу (трудовую функцию) в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период; подчинялся ли ФИО1 действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; было ли достигнуто между сторонами соглашение о режиме рабочего времени, размере заработной платы ФИО1, порядке и сроках ее выплаты; выплачивалась ли ФИО1 заработная плата и за какой период.

Судом первой инстанции, названные обстоятельства, касающиеся характера отношений, возникших между ФИО1 и ООО ЧОП «ГРОЗА» в спорный период в качестве <данные изъяты> и <данные изъяты>, установлены, в связи с чем, эти отношения признаны трудовыми.

Основываясь на положениях статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что ответчик, отрицая факт трудовых отношений с истцом, не представил каких-либо доказательств их отсутствия.

Поскольку законом не предусмотрено, что факт допущения работника к работе может подтверждаться только определенными доказательствами, суд при рассмотрении дела исходил из допустимости любых видов доказательств, указанных в части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Так, суд надлежащим образом оценил представленные в материалы дела доказательства: ответ на запрос суда из Управления Росгвардии по Челябинской области с приложением выписки из приказа от 17 марта 2022 года № <данные изъяты> о приеме на должность <данные изъяты> ФИО1, копии личной карточки <данные изъяты> на имя ФИО1 с указанием работодателя ООО ЧОП «ГРОЗА» и заявление работодателя от 17 марта 2022 года с просьбой выдать личную карточку <данные изъяты> ФИО1 с приложением описи документов, представляемых для получения личной карточки <данные изъяты> (том № 1 л.д. 59-62), графики дежурств сотрудников ООО ЧОП «ГРОЗА» за март, апрель, май 2022 года (том № 1 л.д. 113-115), ведомости расчета и выплаты ООО ЧОП «ГРОЗА» за март, апрель и май 2022 года (том № 1 л.д. 116-118), договор подряда от 17 марта 2022 года № 1 между ООО ЧОП «ГРОЗА» и ФИО1 с приложением акта сдачи-приемки работ от 19 мая 2022 года (том № 1 л.д. 63, 64), штатное расписание ООО ЧОП «ГРОЗА», утвержденное приказом от 31 мая 2022 года № 10/22 ОД (том № 1 л.д. 66), ответ на запрос суда <данные изъяты>» от 20 февраля 2023 года (том № 1 л.д. 145), показаниям свидетеля <данные изъяты>., допрошенного судом первой инстанции (том № 1 л.д. 90-91), и в соответствии с требованиями части 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации результаты оценки отразил в своем решении, привел мотивы, по которым объяснения истца, которые в силу статей 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательствами по делу и также подлежат оценке по правилам статьи 67 названного Кодекса, а также указанные доказательства в совокупности приняты в качестве средств обоснования выводов суда. Опровергающих указанные обстоятельства доказательств ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представлено не было.

Оснований не доверять показаниям вышеуказанного свидетеля, предупрежденного об уголовной ответственности по статьям 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации у судебной коллегии не имеется, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, последовательны, конкретны, не противоречивы, согласуются с объяснениями истца, которые в силу статей 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательствами по делу и также подлежат оценке по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также с иными представленными в материалы дела доказательствами; его заинтересованности при рассмотрении настоящего дела не установлено.

Судебная коллегия также отмечает, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях (о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд Российской Федерации, например, определение от 19 мая 2009 года № 597-О-О, определение от 13 октября 2009 года №1320-О-О, определение от 12 апреля 2011 года № 550-О-О и др.) и основной массив доказательств по делу находится у работодателя, ответственного за ведение кадрового и бухгалтерского документооборота, в связи с чем является несостоятельным довод ответчика об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на отсутствие заявления о приеме на работу, приказа о приеме на работу, трудового договора. Как указано выше, данные обстоятельства об отсутствии между сторонами трудовых отношений не свидетельствует, а означают лишь неисполнение ответчиком обязанности по их документальному оформлению.

В данном случае, любой работодатель должен нести ответственность за риск возникновения отрицательных последствий от неэффективной организации труда своих работников, как следствие, фактическое допущение к работе конкретного лица в данной ситуации свидетельствует о возникновения трудовых правоотношений. Отсутствие же оформленного трудового договора, приказа о приеме на работу, само по себе не подтверждает отсутствие между сторонами трудовых отношений, а свидетельствует лишь о ненадлежащем выполнении ответчиком обязанности по оформлению трудовых отношений (статьи 67, 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО1 оказывал ответчику услуги на основании договора подряда от 17 марта 2022 года, судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку в силу положений части 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы в указанной части, судебная коллегия также отмечает, что согласно разъяснениям, изложенным в пункте 21 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель, однако, таких доказательств в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, последним при рассмотрении дела не представлено.

Так, из материалов дела следует, что 17 марта 2022 года между ООО ЧОП «ГРОЗА» (заказчик) и ФИО1 (исполнитель) был заключен договор подряда на срок с 17 марта 2022 года по 31 мая 2022 года, по условиям которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство выполнить следующие работы (оказать услуги), указанные в пункте 1договора (прием и обработка информации о постановке объекта по охрану); стоимость работ (услуг) определена сторонами в размере 13 900 рублей (пункт 10 договора); оплата стоимости работ (услуг осуществляется после подписания акта приема-передачи (пункт 11 договора) (том № 1 л.д. 63, 64).

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику (пункт 1 статьи 703 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику (пункт 1 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор подряда заключается для выполнения определенного вида работы, результат которой подрядчик обязан сдать, а заказчик принять и оплатить. Следовательно, целью договора подряда является не выполнение работы как таковой, а получение результата, который может быть передан заказчику. Получение подрядчиком определенного передаваемого (т.е. материализованного, отделяемого от самой работы) результата позволяет отличить договор подряда от других договоров.

От трудового договора договор подряда отличается предметом договора, а также тем, что подрядчик сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; подрядчик работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Вопреки доводам жалобы, приведенные нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, судом первой инстанции применены правильно. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, действительные правоотношения сторон, сложившиеся между ООО ЧОП «ГРОЗА» и ФИО1, квалифицированные как трудовые, судом определены верно.

Анализ условий договора подряда от 17 марта 2022 года между ООО ЧОП «ГРОЗА» и ФИО1 позволяет сделать вывод о том, что отношения, которые сложились между указанными лицами, имеют все признаки трудовых отношений, поскольку ФИО1 именно по заданию ООО ЧОП «ГРОЗА» выполнял работу с применением оборудования и расходных материалов ООО ЧОП «ГРОЗА», которая не могла выполняться им как самостоятельным хозяйствующим субъектом, он осуществлял деятельность на объекте, на который был направлен ООО ЧОП «ГРОЗА»; указанным договором не определен конечный результат труда, в частности не указано какой объем работ должен выполнить исполнитель, имеется указание только на обязанность их выполнения, то есть, по сути, предметом договора является процесс труда, оплата труда была гарантирована в определенной сумме.

С учетом норм приведенных выше национальных актов, в том числе, о правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков таких отношений, недоказанность ответчиком отсутствия трудовых отношений с истцом в спорный период (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), исходя из положений статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и принимая во внимание правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 18 постановления от 29 мая 2018 года № 15, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что совокупность представленных в материалы дела и исследованных в судебном заседании доказательств является достаточной для вывода о возникновении и наличии трудовых отношений между ООО ЧОП «ГРОЗА» и ФИО1 в спорный период в качестве <данные изъяты> и <данные изъяты>.

Таким образом, ошибочным является утверждение ответчика в апелляционной жалобе о том, что истец обязан был доказать наличие между сторонами трудовых отношений, а именно - достижение сторонами соглашения о выполнении трудовой функции по должности в соответствии со штатным расписанием с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, условия оплаты труда. Как разъяснено в абзаце 2 пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении судами споров, связанных с применением статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающей правовые последствия фактического допущения к работе не уполномоченным на это лицом, судам следует исходить из презумпции осведомленности работодателя о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции.

Вопреки ошибочному мнению ответчика, на работника не может быть возложено бремя доказывания факта наличия трудовых отношений при условии, что работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя, в его интересах, под его контролем и управлением. Именно на ответчика, возражавшего против удовлетворения исковых требований, должна быть возложена обязанность доказать отсутствие трудовых отношений либо наличие обстоятельств, которые освобождают ответчика от ответственности работодателя. Таким образом, доказательства правомерности своих действий должен предоставить ответчик. Возложение на истца бремени доказывания юридически значимых обстоятельств напрямую противоречит существу заявленного спора и сути сложившихся между сторонами отношений.

Иные доводы ответчика, оспаривающие выводы суда в указанной части, не имеют правового значения для разрешения дела, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, а также основаны на его субъективном мнении о том, как должен был быть рассмотрен спор. При этом сама по себе процедура заключения договора не может определять его правовую природу, которая устанавливается на основании характера фактически сложившихся между сторонами правоотношений, выполняемых работником функций и обязанностей. В рамках рассматриваемого спора установлены признаки, присущие трудовым правоотношениям. Оснований для иной оценки указанных обстоятельств и представленных доказательств у судебной коллегии не имеется.

Доказательств злоупотребления истцом правом при предъявлении настоящего иска ответчик суду не представил, при том, что разумность и добросовестность предполагается, обратное (предъявление истцом иска исключительно с намерением причинить ответчику вред) подлежит доказыванию (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Указав на то, что поскольку работодателем при прекращении трудовых отношений трудовая книжка истцу не выдавалась, как и дубликат в случае утраты трудовой книжки, суд первой инстанции удовлетворил требования истца об обязании ООО ЧОП «ГРОЗА» выдать ему трудовую книжку или дубликат при ее утере.

Ссылка в жалобе на невозможность выдачи истцу трудовой книжки (по мотиву отсутствия ее у работодателя) противоречит нормам статей 65, 66, 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как следует из положений части 1 статьи 65 Трудового кодекса Российской Федерации при заключении трудового договора лицо, поступающее на работу, предъявляет работодателю среди прочих документов трудовую книжку, за исключением случаев, когда трудовой договор заключается впервые или работник поступает на работу на условиях совместительства.

Вышеуказанные исключения, при которых истец не должен был предъявлять ответчику трудовую книжку, по настоящему делу не установлены, поскольку в соответствии с условиями заключенного между сторонами трудового договора работа по нему являлась для истца основной и до поступления на работу истец имел трудовой стаж, что ответчиком не оспаривалось, в противном случае (если бы истец поступала на работу впервые), ответчик обязан был оформить истцу трудовую книжку.

В соответствии с частью 5 статьи 65 Трудового кодекса Российской Федерации в случае отсутствия у лица, поступающего на работу, трудовой книжки в связи с ее утратой, повреждением или по иной причине работодатель обязан по письменному заявлению этого лица (с указанием причины отсутствия трудовой книжки) оформить новую трудовую книжку.

В силу части 3 статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

В соответствии с пунктом 9 Приказа Минтруда России от 19 мая 2021 года № 320н «Об утверждении формы, порядка ведения и хранения трудовых книжек» все записи о выполняемой работе, переводе на другую постоянную работу, квалификации, о награждениях, предусмотренных настоящим Порядком, вносятся в трудовую книжку на основании соответствующего приказа (распоряжения) или иного решения работодателя не позднее 5 рабочих дней, а об увольнении - в день увольнения и должны точно соответствовать тексту приказа (распоряжения).

С учетом изложенных выше положений истец при поступлении на работу к ответчику обязан был предъявить трудовую книжку, соответственно, ответчик имел право потребовать ее предъявления (доказательств предъявления истцу соответствующего требования не представлено) и в случае отсутствия у истца трудовой книжки должен был не позднее недельного срока со дня приема на работу истца оформить в ее присутствии трудовую книжку.

При этом, по мнению судебной коллегии, в целях исполнения возложенной на работодателя законом обязанности по оформлению новой трудовой книжки соответствующее письменное заявление (часть 5 статьи 65 Трудового кодекса Российской Федерации) должно быть истребовано работодателем.

Таким образом, допустимым доказательством того, что трудовая книжка работником не предъявлялась и не передавалась работодателю, может быть только письменное заявление работника об оформлении новой трудовой книжки.

Настаивая на том, что истец трудовую книжку при трудоустройстве не предоставлял, ответчик не представил суду надлежащих доказательств соблюдения им установленных для такой ситуации требований закона (заявление истца об отсутствии у него трудовой книжки; трудовую книжку, заполненную не позднее недельного срока со дня приема на работу истца, с подписью истца на титульном листе; книгу учета движения трудовых книжек и вкладышей к ним с записью об оформлении истцу трудовой книжки не позднее недельного срока с начала работы; приходно-расходную книгу по учету бланков трудовой книжки и вкладыша в нее, из которой было бы видно оформление истцу трудовой книжки при трудоустройстве).

Судебная коллегия приходит к выводу о доказанности истцом факта передачи ответчику трудовой книжки при устройстве на работу, что в отсутствие доказательств выдачи трудовой книжки при увольнении истца свидетельствует о наличии у него обязанности по выдаче истцу трудовой книжки либо дубликата трудовой книжки при ее утрате работодателем, при этом отсутствие заявления истца о выдаче ему дубликата трудовой книжки в данном случае не освобождает ответчика от исполнения указанной обязанности. В случае, если трудовая книжка утрачена по вине ООО ЧОП «ГРОЗА», именно оно и должно инициировать оформление дубликата трудовой книжки. С учетом этого, суд первой инстанции, в том числе указал в решении на обязанность ООО ЧОП «ГРОЗА» выдать истцу дубликат трудовой книжки при ее утрате, поскольку эту обязанность ООО ЧОП «ГРОЗА» не лишено возможности исполнить. Отказ в удовлетворении данных требований в полном объеме в рамках настоящего спора повлечет необеспечение выполнения работодателем обязанности по выдаче трудовой книжки или дубликата трудовой книжки в случае ее утраты истцу как работнику, то есть обязанности, прямо установленной трудовым законодательством.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с определенной судом первой инстанции датой прекращения трудовых отношений между истцом и ответчиком 18 мая 2022 года, полагая, что указанная дата определена судом без учета последовательных пояснений истца в судебном заседании суда первой инстанции, согласно которым по графику дежурств сотрудников ООО ЧОП «ГРОЗА» 17 мая 2022 года в 08:00 он заступил на смену, окончание смены приходилось на 19 мая 2022 года в 08:00, и именно с 19 мая 2022 года работа в ООО ЧОП «ГРОЗА» им не осуществлялась в связи с тем 19 мая 2022 года со стороны работодателя фактически имело место воспрепятствование выполнению работником работы. В связи с этим, учитывая отсутствие иных доказательств со стороны ответчика, опровергающих доводы истца о дате прекращения трудовых отношений, а также волеизъявление истца о прекращении трудовых отношений именно с 19 мая 2022 года, судебная коллегия в целях восстановления трудовых прав ФИО1 полагает возможным изменить решение суда первой инстанции в указанной части (нарушение пунктов 3 и 4 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), указав, что датой прекращения трудовых отношений с ООО ЧОП «ГРОЗА» является 19 мая 2022 года.

Кроме того, согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Резолютивная часть решения суда должна содержать выводы суда об удовлетворении иска либо об отказе в удовлетворении иска полностью или в части, указание на распределение судебных расходов, срок и порядок обжалования решения суда (часть 5 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Положения части третьей статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязывающие суд принять решение по заявленным истцом требованиям, а также предоставляющие суду право в случаях, предусмотренных законом, выйти за пределы заявленных требований, как и положения частей четвертой и пятой статьи 198 этого же Кодекса, закрепляющие требования к содержанию решения суда, направлены на обеспечение принятия судом законного и обоснованного решения, являются процессуальными гарантиями права на судебную защиту.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», исходя из того, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств.

В связи с этим в резолютивной части должно быть четко сформулировано, что именно постановил суд как по первоначально заявленному иску, так и по встречному требованию, если оно было заявлено (статья 138 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), кто, какие конкретно действия и в чью пользу должен произвести, за какой из сторон признано оспариваемое право. Судом должны быть разрешены и другие вопросы, указанные в законе, с тем чтобы решение не вызывало затруднений при исполнении (часть 5 статьи 198, статьи 204 - 207 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При отказе в заявленных требованиях полностью или частично следует точно указывать, кому, в отношении кого и в чем отказано.

Установление судом факта трудовых отношений, в силу положений статей 66, 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, а также приказа Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 19 мая 2021 года № 320н «Об утверждении формы, порядка ведения и хранения трудовых книжек», вступившего в силу с 01 сентября 2021 года, влечет обязанность ответчика внести в трудовую книжку записи о приеме на работу на должность <данные изъяты> с 01 марта 2022 года, о переводе на должность <данные изъяты> с 01 апреля 2022 года, а также об увольнении по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) 19 мая 2022 года, в связи с чем, судебная коллегия с учетом необходимости окончательного разрешения спора между сторонами и с целью исключения неопределенности в их дальнейших правоотношениях полагает необходимым изменить решение суда в части удовлетворения исковых требований ФИО1 к ООО ЧОП «ГРОЗА» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, выдать трудовую книжку (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), указав на установление факта трудовых отношений между ФИО1 и ООО ЧОП «ГРОЗА» в период с 01 марта 2022 года по 31 марта 2022 года в качестве <данные изъяты>, с 01 апреля 2022 года по 19 мая 2022 года в качестве <данные изъяты>; возложение обязанности на ООО ЧОП «ГРОЗА» выдать ФИО1 трудовую книжку или дубликат трудовой книжки при ее утрате с записями о приеме на работу на должность <данные изъяты> с 01 марта 2022 года, о переводе на должность <данные изъяты> с 01 апреля 2022 года, а также об увольнении по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) 19 мая 2022 года. Изменение решения суда первой инстанции в указанной части не свидетельствует о выходе за пределы доводов апелляционной жалобы ответчика, так как в полном объеме восстанавливает трудовые права истца.

Установив обстоятельства нахождения сторон в трудовых отношениях, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 21, 22, 56, 129, 135 Трудового кодекса Российской Федерации, правовыми позициями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требования истца о взыскании задолженности по заработной плате за апрель и май 2022 года в размере 27 888 рублей (336 часов * 83 рубля) и 19 920 рублей (240 часов * 83 рубля), исходя из представленных в материалы графиков дежурств сотрудников ООО ЧОП «ГРОЗА» за апрель, май 2022 года, согласно которым за апрель 2022 года ФИО1 отработал 14 смен продолжительностью 336 часов, а за май 2022 года - 10 смен продолжительностью 240 часов (л.д. 113-115).

Расчет задолженности по заработной плате, произведенный судом первой инстанции, ни в части периода расчета, ни в части самого принципа расчета истец не оспаривает.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, установленным обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Право на вознаграждение за труд, без какой бы то ни было дискриминации, гарантировано Конституцией Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное существование человека для него самого и его семьи.

Трудовые отношения в силу положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Обязательными для включения в трудовой договор являются условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты) (абзац 5 части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы (абзац 5 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Данному праву работника в силу абзаца 7 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Частью 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно части 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 191 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективными договорами или правилами внутреннего распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

По смыслу приведенных норм права в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права.

Ввиду изложенного при разрешении споров работников по поводу наличия задолженности по заработной плате подлежат применению положения локальных нормативных актов, устанавливающих систему оплаты труда, а также условия трудового договора.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с учетом приведенных положений процессуального закона именно на суд возлагается обязанность по определению предмета доказывания как совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Предмет доказывания определяется судом на основании требований и возражений сторон, а также норм материального права, регулирующих спорные правоотношения. Каждое доказательство, представленное лицами, участвующими в деле, в обоснование своих выводов или возражений на доводы другой стороны спора, должно быть предметом исследования и оценки суда, в том числе в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами и в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным правоотношениям. Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении необходима для осуществления правосудия, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

В судебном заседании установлено, что трудовой договор между сторонами в спорный период не заключался, между тем, трудовое законодательство не содержит каких-либо ограничений в способах доказывания получения заработной платы в определенном размере.

Таким образом, суд первой инстанции при разрешении требований о взыскании задолженности по заработной плате за апрель и май 2022 года исходил из представленных в материалы дела ведомостей расчета и выплаты ООО ЧОП «ГРОЗА», согласно которым за март 2022 года ФИО1 начислена и выплачена заработная плата в размере 34 560 рублей за 17 смен продолжительностью 432 часа, исходя из тарифной ставки 80 рублей в час (данное обстоятельство истцом при рассмотрении дела не оспаривалось – статья 68 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации); за апрель 2022 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 27 888 рублей за 14 смен продолжительностью 336 часов, исходя из тарифной ставки 83 рубля, за май 2022 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 17 928 рублей за 9 смен продолжительностью 216 часов, исходя из тарифной ставки 83 рубля, тогда как судом установлено, что истцом в соответствии графиком дежурств сотрудников ООО ЧОП «ГРОЗА» за май 2022 года отработано 10 смен продолжительность 240 часов (л.д. 116-118, 113-115).

При этом, в нарушение перечисленных выше положений закона, стороной ответчика не представлено доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости, достоверности, свидетельствующих об отсутствии задолженности по заработной плате перед истцом за апрель и май 2022 года.

Исходя из того, что ответчиком не представлены оригиналы ведомостей расчета и выплаты ООО ЧОП «ГРОЗА» за апрель и май 2022 года, а также иные допустимые и достоверные доказательства выплаты заработной платы ФИО1, при том, что истец оспаривал подпись в ведомости расчета и выплаты ООО ЧОП «ГРОЗА» в получении заработной платы за апрель 2022 года в размере 27 888 рублей, а в ведомости расчета и выплаты ООО ЧОП «ГРОЗА» за май 2022 года его подпись в получении заработной платы в размере 217 928 рублей отсутствует, судебная коллегия, применив положения части 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны, соглашается с выводом суда первой инстанции о то, что ведомости расчета и выплаты ООО ЧОП «ГРОЗА» за апрель и май 2022 года являются недопустимыми доказательствами и. как следствие, не могут подтверждать получение истцом заработной платы в апреле 2022 года в размере 27 888 рублей и в мае 2022 года в размере 17 928 рублей.

С учетом изложенного, размер заработной платы за апрель 2022 года составил 27 888 рублей: 14 рабочих смен продолжительностью 24 часа – 336 часов; 336 часов * 83 рубля = 27 888 рублей; размер заработной платы за май 2022 года 19 920 рублей: 10 рабочих смен продолжительностью 24 часа – 240 часов; 240 часов * 83 рубля = 19 920 рублей. При этом, судебная коллегия отмечает, что за март 2022 года ответчиком истцу начислена и выплачена заработная плата в размере 34 560 рублей (л.д. 116), то есть сумма фактически выплаченная истцу за март 2022 года, является суммой оплаты труда уже после удержания налога на доходы физических лиц.

Доводы апелляционной жалобы о том, что при оценке доказательств судом допущены нарушения норм процессуального права, признаются судебной коллегией несостоятельными, поскольку из материалов дела следует, что, в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд в целом правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследовал представленные сторонами по делу доказательства, дал им надлежащую правовую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в судебном акте. Субъективное мнение ответчика в отношении установленных обстоятельств дела, несогласие с оценкой доказательств основанием к отмене решения не является, о каких-либо нарушениях допущенных судом первой инстанции при рассмотрении и разрешении дела не свидетельствует.

Доводы жалобы фактически выражают субъективную точку зрения ответчика на то, как должно быть рассмотрено настоящее дело и оценены собранные по делу доказательства, в связи, с чем не влекут отмену судебного постановления. Между тем, несогласие ответчика в жалобе с установленными по делу обстоятельствами и оценкой судом доказательств, с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела, иное толкование положений законодательства не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку являются аналогичными правовой позиции ответчика при рассмотрении дела судом первой инстанции. Позиция ответчика проанализирована судом первой инстанции, мотивы, по которым доводы признаны необоснованными и отклонены, изложены в оспариваемом судебном акте. Оснований не соглашаться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, сделаны при правильном применении норм материального права, и его толковании.

Поскольку работодатель допустил необоснованное нарушение сроков выплаты ФИО1 заработной платы, судебная коллегия, исходя из требований статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии правовых оснований для привлечения ответчика к материальной ответственности.

Как следует из части 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации в действующей редакции, обязанность работодателя уплатить предусмотренные данным законоположением проценты (денежную компенсацию) возникает в силу нарушения им установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, либо выплаты их в установленный срок не в полном размере. Возложение на работодателя данной обязанности - притом, что для уплаты процентов (денежной компенсации) не требуется обращение работника к работодателю - дает основания предполагать, что работодатель должен быть осведомлен о наличии у него задолженности перед работником (т.е. задолженность не является спорной) и что, погашая ее, он должен одновременно уплатить и соответствующие проценты (денежную компенсацию). Если же работодатель, выплатив работнику все причитающиеся ему выплаты в полном объеме, но с нарушением установленного срока либо в установленный срок, но не в полном размере, отказывается уплатить проценты (денежную компенсацию), то работник не лишен возможности воспользоваться правом на судебную защиту (статья 46, часть 1, Конституции Российской Федерации), поскольку факт нарушения его права на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, а значит, и основание для привлечения работодателя к материальной ответственности имеют место.

В то же время право работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы может быть нарушено не только вследствие просрочки выплаты работодателем причитающихся работнику сумм заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат и (или) выплаты их не в полном размере, но и посредством того, что работодатель - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов и трудового договора - вовсе не начисляет и, соответственно, не выплачивает те или иные полагающиеся работнику выплаты. Совершенно очевидно, что в подобной ситуации работник претерпевает такие же негативные последствия, как и в случае задержки начисленной, но фактически не выплаченной заработной платы и (или) иных выплат, поскольку незаконно лишается причитающихся ему денежных средств, необходимых для поддержания достойного уровня жизни как его самого, так и членов его семьи, а потому в равной степени нуждается в применении тех же предусмотренных законом охранительных мер, обеспечивающих восстановление целостности его имущественной сферы и тем самым эффективную защиту достоинства личности и уважение человека труда как конституционно значимых ценностей.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в абзаце втором пункта 7 Постановления от 11 апреля 2023 года № 16-П, предусмотренные частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации проценты (денежная компенсация) подлежат взысканию с работодателя и в том случае, когда причитающиеся работнику выплаты не были ему начислены и выплачены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение. При этом размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении, по день фактического расчета включительно.

Таким образом, при расчете компенсации в качестве исходных значений надлежит использовать суммы заработной платы, отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитавшихся работнику к выплате, т.е. уже без учета налога на доходы физических лиц.

Как следует из Правил внутреннего трудового распорядка, утвержденных директором ООО ЧОП «ГРОЗА» 30 декабря 2015 года, принятых судом апелляционной инстанции в качестве нового доказательства в порядке абзаца 2 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заработная плата выплачивает два раза в месяц, срок выплаты заработной платы последнее число текущего месяца и 15 число каждого месяца следующего за отчетным.

Таким образом, с учетом действующих в расчетный период ключевых ставок Центрального банка Российской Федерации размер денежной компенсации, предусмотренной статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с несвоевременной выплатой за апрель и май 2022 года заработной платы в размере 27 888 рублей и 19 920 рублей соответственно за период за период с 16 мая 2022 года по 20 июля 2022 года составит 11 007 рублей 52 копейки (6 464 рубля 44 копейки + 4 543 рубля 08 копеек), исходя из следующего расчета:

Расчет процентов по задолженности зарплаты за апрель 2022 года составит 6 464 рубля 44 копейки:

за период с 16 мая 2022 года по 26 мая 2022 года: 27 888 рублей * 11 дней * 1/150 * 14 % = 286 рублей 32 копейки;

за период с 27 мая 2022 года по 13 июня 2022 года: 27 888 рублей * 18 дней * 1/150 * 11 % = 368 рублей 12 копеек;

за период с 14 июня 2022 года по 24 июля 2022 года: 27 888 рублей * 41 день * 1/150 * 9,5 % = 724 рубля 16 копеек;

за период с 25 июля 2022 года по 18 сентября 2022 года: 27 888 рублей * 56 дней * 1/150 * 8 % = 832 рубля 92 копейки;

за период с 19 сентября 2022 года по 20 июля 2023 года: 27 888 рублей * 305 дней * 1/150 * 7,5 % = 4 252 рубля 92 копейки.

Расчет процентов по задолженности зарплаты за май 2022 года составит 4 543 рубля 08 копеек:

за период с 20 мая 2022 года по 26 мая 2022 года: 19 920 рублей * 7 дней * 1/150 * 14 % = 130 рублей 14 копеек;

за период с 27 мая 2022 года по 13 июня 2022 года: 19 920 рублей * 18 дней * 1/150 * 11 % = 262 рубля 94 копейки;

за период с 14 июня 2022 года по 24 июля 2022 года: 19 920 рублей * 41 день * 1/150 * 9,5 % = 517 рублей 26 копеек;

за период с 25 июля 2022 года по 18 сентября 2022 года: 19 920 рублей * 56 дней * 1/150 * 8 % = 594 рубля 94 копейки;

за период с 19 сентября 2022 года по 20 июля 2023 года: 19 920 рублей * 305 дней * 1/150 * 7,5 % = 3 037 рублей 80 копеек.

Изменение расчетного периода в целях исчисления денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы, влечет изменение размера указанной компенсации (статья 236 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с целью исключения неопределенности при исполнении решения, судебная коллегия полагает необходимым решение суда в указанной части изменить, указав на взыскание с ООО «ГРОЗА» в пользу ФИО1 задолженности по заработной плате за период с 01 апреля 2022 года по 19 мая 2022 года в размере 47 808 рублей (с учетом удержанного налога на доходы физических лиц), а также денежную компенсацию за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы за период с 16 мая 2022 года по 20 июля 2023 года в размере 11 007 рублей 52 копейки.

В соответствии с действующим трудовым законодательством, а именно исходя из положений статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.

С 01 января 2017 года вопросы начисления и уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное и медицинское страхование, а также на обязательное социальное страхование регулируются главой 34 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статье 420 Налогового кодекса Российской Федерации объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах 2 и 3 подпункта 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей, в том числе, признаются выплаты и иные вознаграждения в рамках трудовых отношений в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Как следует из статьи 431 Налогового кодекса Российской Федерации в течение расчетного периода по итогам каждого календарного месяца плательщики производят исчисление и уплату страховых взносов исходя из базы для исчисления страховых взносов с начала расчетного периода до окончания соответствующего календарного месяца и тарифов страховых взносов за вычетом сумм страховых взносов, исчисленных с начала расчетного периода по предшествующий календарный месяц включительно.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе организации, индивидуальные предприниматели, физические лица.

В силу пункта 2 статьи 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» страхователи обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов указанный фонд; представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения; выполнять требования территориальных органов страховщика об устранении выявленных нарушений законодательства Российской Федерации об обязательном пенсионном страховании

Согласно статье 8 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», сведения индивидуального (персонифицированного) учета в отношении работника обязан предоставлять работодатель - плательщик страховых взносов.

На основании статьи 11 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь обязан представлять сведения о каждом работающем у него застрахованном лице ежеквартально не позднее 15-го числа второго календарного месяца, следующего за отчетным периодом.

Предоставление сведений индивидуального (персонифицированного) учета предусмотрено действующим законодательством в целях создания условий для назначения трудовых пенсий, обеспечения достоверных сведений о стаже и заработке, определяющих размер пенсии при ее назначении, создания информационной базы для реализации и совершенствования пенсионного законодательства.

Принимая во внимание изложенные нормы действующего законодательства, а также установленные фактические обстоятельства, судебная коллегия, соглашаясь с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для возложения обязанности на ответчика произвести обязательные отчисления в отношении ФИО1, одновременно полагает заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы ответчика в указанной части о необходимости указать ежемесячный размер заработной платы, из которого ответчику следует произвести удержания налога на доходы физических лиц в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы России № 17 по Челябинской области, а также отчисления в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, в Фонд обязательного медицинского страхования Российской Федерации, за период работы ФИО1 в ООО ЧОП «ГРОЗА» с 01 марта 2022 года по 19 мая 2022 года, в частности, исходя из размера заработной платы (до удержания налога на доходы физических лиц) за март 2022 года в размере 39 724 рубля 13 копеек (34 560 рублей * 100 % / 87 %), за апрель 2022 года в размере 32 055 рублей 17 копеек (27 888 рублей * 100 % / 87 %), за май 2022 года в размере 22 896 рублей 55 копеек (19 920 рублей * 100 % / 87 %), поскольку из ведомостей расчета и выплаты ООО ЧОП «ГРОЗА» (л.д. 116-118) не следует, что работодателем удерживался налог на доходы физических лиц с дохода работника, а также производились соответствующие отчисления не производил.

В связи с этим, решение суда в указанной части также подлежит изменению в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального и процессуального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Проверяя по доводам апелляционной жалобы решение суда в части удовлетворения исковых требований ФИО1 о возложении обязанности оформить трудовой договор и дополнительное соглашение к нему, а также выдать удостоверение частного <данные изъяты>, судебная коллегия полагает из заслуживающими внимания.

В силу части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации. Выбор способа защиты права принадлежит субъекту права, который вправе воспользоваться как одним из них, так и несколькими способами. Вместе с тем, способы защиты права предопределяются теми правовыми нормами, которые регулируют конкретные правоотношения и должны быть направлены на реальное восстановление и защиту нарушенного права. В этой связи субъект права вправе применить только определенный способ защиты гражданских прав.

В силу части 1 статьи 11.1 Закона Российской Федерации от 11 марта 1992 года № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» частный <данные изъяты> работает по трудовому договору с частной охранной организацией, и его трудовая деятельность регулируется трудовым законодательством и названным Законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1.1 Закона Российской Федерации от 11 марта 1992 года № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» частный <данные изъяты> - гражданин Российской Федерации, достигший восемнадцати лет, прошедший профессиональное обучение для работы в качестве частного <данные изъяты>, сдавший квалификационный экзамен, получивший в установленном названным Законом порядке удостоверение частного <данные изъяты> и работающий по трудовому договору с охранной организацией.

Обязательным требованием является наличие у работников частной охранной организации, осуществляющих охранные услуги, личной карточки <данные изъяты>, выданной федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной деятельности, или его территориальным органом в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной деятельности (часть 7 статьи 12 Закона Российской Федерации от 11 марта 1992 года № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации»).

В соответствии пунктом 18 части 1 статьи 9 Федерального закона 03 июля 2016 года № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» войска национальной гвардии наделены полномочиями. В том числе: выдавать (предоставлять) в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере оборота оружия, при наличии оснований, предусмотренных законодательством Российской Федерации, лицензии на осуществление частной охранной деятельности или частной детективной деятельности; выдавать для подтверждения правового статуса удостоверения частного <данные изъяты> и удостоверения частного детектива; проводить периодические проверки частных <данные изъяты> и работников юридических лиц с особыми уставными задачами на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением оружия и специальных средств

Приказом Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации от 28 июня 2019 года № 228 утвержден Административный регламент по предоставлению государственной услуги по выдаче удостоверения частного <данные изъяты>.

Поскольку порядок выдачи удостоверения частного <данные изъяты> установлен положениями Закона Российской Федерации от 11 марта 1992 года № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» и Федерального закона 03 июля 2016 года № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации», ФИО1 не лишен возможности обратиться в Федеральную службу войск национальной гвардии Российской Федерации в установленном порядке за выдачей дубликата удостоверения частного <данные изъяты> в случае его утраты, тогда как возложение на ответчика обязанности выдать удостоверение частного <данные изъяты> (даже в случае его утраты по вине ООО ЧОП «ГРОЗА») является ненадлежащим способом защиты права, в связи с чем, в удовлетворении данных требований истца надлежит отказать.

Кроме того, принимая во внимание, что трудовой договор заключается на основании волеизъявления обеих сторон после согласования сторонами всех существенных условий договора, при этом, наличие или отсутствие заключенного в письменном виде трудового договора на права и обязанности сторон не влияет, так как согласно вышеуказанным правовым нормам фактический допуск работника к осуществлению трудовой функции влечет те же правовые последствия, что и подписание трудового договора, возложение на ответчика обязанности оформить в письменном виде трудовой договор и дополнительное соглашение к нему уже после прекращения трудовых отношений между сторонами, при наличии решения суда об установлении факта трудовых отношений в период с 01 марта 2022 года по 19 мая 2022 года, является ненадлежащим способом защиты права, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о возложении на ответчика обязанности по оформить трудовой договор и дополнительное соглашение к нему, у суда первой инстанции также не имелось.

По приведенным мотивам решение суда в части удовлетворения исковых требований ФИО1 к ООО ЧОП «ГРОЗА» о возложении обязанности оформить трудовой договор и дополнительное соглашение к нему, выдать удостоверение частного <данные изъяты>, судебная коллегия отменят и принимает в указанной части новое решение об отказе ФИО1, в удовлетворении данных исковых требований (пункт 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку факт нарушения трудовых прав истца нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, и данное нарушение, безусловно, причинило истцу моральный вред, суд первой инстанции в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации пришел к правильному выводу о правомерности требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 7 000 рублей. Вывод суда в указанной части соответствует положениям статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в абзаце 4 пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» и в пунктах 1, 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Оснований для изменения размера компенсации морального вреда, так же как и оснований к отказу в удовлетворении указанных требований, вопреки доводам жалобы ответчика, у судебной коллегии не имеется, поскольку при определении размера компенсации суд учел характер нарушенных трудовых прав, степень причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика, длительность нарушения права истца, иные заслуживающие внимание обстоятельства дела, а также принципы разумности и справедливости.

Решение суда в той части, которой отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 никем не обжалуется, в связи с чем, его законность и обоснованность в силу положений частей 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не может являться предметом проверки суда апелляционной инстанции. Иное противоречило бы диспозитивному началу гражданского судопроизводства, проистекающему из особенностей спорных правоотношений, субъекты которых осуществляют принадлежащие им права по собственному усмотрению, произвольное вмешательство в которые, в силу положений статей 1, 2, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.

Доводы апелляционной жалобы о допущенных судом первой инстанции нарушениях норм процессуального права (статей 131, 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебной коллегией отклоняются, поскольку не свидетельствуют о незаконности обжалуемого судебного постановления.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, апелляционная жалоба ответчика не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Между тем, изменение решения суда первой инстанции в части взысканных сумм является основанием для изменения судом апелляционной инстанции распределения судебных расходов (часть 3 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 98, статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2 264 рубля (1 964 рубля по требованию имущественного характера и 300 рублей по требованию неимущественного характера), от уплаты которой истец освобожден в силу закона (статья 393 Трудового кодекса Трудового кодекса Российской Федерации, подпункт 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда г. Челябинска от 28 февраля 2023 года в части удовлетворения исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, выдать трудовую книжку, взыскании заработной платы, денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы, возложении обязанности произвести обязательные отчисления, а также в части размера взысканной с общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» в доход местного бюджета государственной пошлины изменить.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 (<данные изъяты>) и обществом с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» (ИНН <***>) в период с 01 марта 2022 года по 31 марта 2022 года в качестве <данные изъяты>, с 01 апреля 2022 года по 19 мая 2022 года в качестве <данные изъяты>.

Возложить обязанность на общество с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» (ИНН <***>) выдать ФИО1 (<данные изъяты>) трудовую книжку или дубликат трудовой книжки при ее утрате с записями о приеме на работу на должность <данные изъяты> с 01 марта 2022 года, о переводе на должность <данные изъяты> с 01 апреля 2022 года, а также об увольнении по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) 19 мая 2022 года.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) задолженность по заработной плате за период с 01 апреля 2022 года по 19 мая 2022 года в размере 47 808 рублей (с учетом удержанного налога на доходы физических лиц), денежную компенсацию за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы за период с 16 мая 2022 года по 20 июля 2023 года в размере 11 007 рублей 52 копейки.

Возложить обязанность на общество с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» (ИНН <***>) произвести удержания налога на доходы физических лиц в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы России № 17 по Челябинской области, а также отчисления в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, в Фонд обязательного медицинского страхования Российской Федерации, за период работы ФИО1 (<данные изъяты>) в обществе с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» (ИНН <***>) с 01 марта 2022 года по 19 мая 2022 года, исходя из размера заработной платы (до удержания налога на доходы физических лиц) за март 2022 года в размере 39 724 рубля 13 копеек, за апрель 2022 года в размере 32 055 рублей 17 копеек, за май 2022 года в размере 22 896 рублей 55 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» (<***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 2 264 рубля.

Решение Центрального районного суда г. Челябинска от 28 февраля 2023 года в части удовлетворения исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» о возложении обязанности оформить трудовой договор и дополнительное соглашение к нему, выдать удостоверение частного <данные изъяты> отменить, принять в указанной части новое решение об отказе ФИО1 в удовлетворении данных исковых требований.

В остальной части это же решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «ГРОЗА» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 июля 2023 года.