УИД: 14RS0035-01-2024-019993-26

Дело № 2-3607/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Якутск 03 октября 2025 года

Якутский городской суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Ефимовой Л.А., при секретаре Александровой М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) о признании кредитного договора недействительным,

установил:

ФИО1 обратился в суд к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк ВТБ (ПАО)/Банк/ответчик) с указанным иском, просит признать недействительным кредитный договор № от 27.08.2024, заключенный между истцом и ответчиком, ссылаясь на то, что в период времени с 26.08.2024 по 27.08.2024 неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, представившись сотрудником ФСБ, умышленно, под предлогом предотвращения утечки данных, посредством мессенджеров «Whats Аpp», используя абонентские номера ___, ___, ___ и мессенджера «Telegram» без идентификационных данных и имен пользователя ввело истца в заблуждение, убедив его оформить автокредит в банке Банк ВТБ (ПАО), расположенного по адресу: <...>, в размере ___ руб., на срок – ___ мес., на что истец, будучи введенным в заблуждение, следуя указаниям неизвестного лица, используя приложение «МИР ПЕЙ», бесконтактным способом, посредством банкомата Банк ВТБ (ПАО) №, расположенного по адресу: <...>, бесконтактным способом осуществил транзакции по внесению денежных средств на неустановленные банковские карты: №; № на сумму 2 475 000 рублей. Намерений получить кредит и реальной возможности распоряжаться кредитными средствами по кредитному договору истец не имел, на денежные средства, предоставленные по кредиту № от 27.08.2024 истец не покупал транспортное средство. Постановлением старшего следователя СУ МУ МВД России «Якутское» (ОП №2) от 27 августа 2024 года № возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ. Просит признать кредитный договор № от 27.08.2024, заключенный между истцом и Банк ВТБ (ПАО) на общую сумму 3 175 887,25 руб. недействительным, а также применить последствия признания сделки недействительной в виде аннулирования имеющейся задолженности по указанному кредитному договору.

Заочным решением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 09.12.2024 по делу № исковое заявление ФИО1 удовлетворено, кредитный договор № от 27.08.2024 между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) признан недействительным.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 25.02.2025 вышеуказанное заочное решение отменено, рассмотрение дела возобновлено.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 31.03.2025 производство по делу приостановлено до разрешения другого дела по кассационной жалобе прокурора и истца.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 28.05.2025 производство по делу возобновлено.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 04.06.2025 назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 22.09.2025 производство по делу возобновлено.

В судебном заседании истец ФИО1, его представители по доверенности ФИО2, ФИО3 исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении, пояснили, что сделка совершена под влиянием собственного заблуждения или обмана, просили признать кредитный договор недействительным, пояснили, что на момент заключения кредитного договора ФИО1 - ___ год, имеет высшее образование, работает в ___ в отделе ___ с 2022 года, стаж работы – ___ лет, на кредитные средства ничего не приобретал, все средства переведены третьим лицам, в Банке снял наличными, супруге про звонок третьих лиц ничего не рассказывал.

В судебном заседании представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) по доверенности ФИО4, участвующий посредством видеоконференц-связи, не согласен с исковыми требованиями, просил отказать по доводам, изложенным в возражении на исковое заявление. Пояснил, что при оформлении кредита клиентам предоставляются на ознакомление индивидуальные условия/иные электронные документы, после ознакомления клиент подписывает их простой электронной подписью. Денежные средства были зачислены на счет заемщика, в дальнейшем истец распорядился денежными средствами по своему усмотрению. Банк не знал и не мог знать о том, что кредит оформляется для передачи средств третьим лицам, кредит был целевой, на приобретение транспортного средства. Денежные средства ответчик снял наличными средствами в офисе Банка.

Выслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Установлено, что 27.08.2024 между истцом и ответчиком был заключен кредитный договор автокредитования №, по условиям которого истцу предоставлены денежные средства в размере ___ рублей, с процентной ставкой ___% годовых, со сроком возврата до 27.08.2031, с ежемесячным платежом в размере 31897,64 рублей.

В соответствии с пунктом 7.4 Правил договора дистанционного обслуживания (далее - ДБО), заключенного между банком и истцом, установлено, что заключение кредитного договора/договора залога в ВТБ-Онлайн осуществляется в следующем порядке:

- Клиент может оформить заявление на получение Кредита в ВТБ-Онлайн (при наличии такой возможности в соответствующем Канале дистанционного доступа). Заявление на получение Кредита/иные Электронные документы Клиент подписывает ПЭП способом, определенным в пункте 8.3 настоящих Правил. Банк информирует Клиента о принятом решении посредством направления SMS/Push-сообщения. В случае принятия Банком решения о предоставлении Кредита Клиенту предоставляются для ознакомления Индивидуальные условия/иные Электронные документы, которые Клиент может сохранить на своем мобильном устройстве. В случае согласия с Индивидуальными условиями/иными Электронными документами Клиент подписывает их ПЭП способом, определенным в пункте 8.3 настоящих Правил.

До подписания Электронных документов Клиент должен предварительно ознакомиться с их содержанием. Для получения копии Кредитного договора/Договора залога/иных Электронных документов на бумажном носителе Клиент может обратиться в Офис Банка.

Пунктом 3.3.9 Правил ДБО предусмотрено, что Протоколы работы Систем ДБО, в которых зафиксирована информация об успешной Идентификации, Аутентификации Клиента, о создании Электронного документа, о подписании Электронного документа/пакета Электронных документов Клиентом ПЭП и о передаче их в Банк, а также результаты сравнения Хеш-суммы конкретного Электронного документа (в том числе входящего в пакет Электронных документов), переданного Клиентом Банку по Технологии «Цифровое подписание», зафиксированной в протоколах работы Специального ПО, и Хеш-суммы документа, загруженного для сравнения в Специальное ПО, являются достаточным доказательством и могут использоваться Банком в качестве свидетельства факта подписания/передачи Электронного документа в соответствии с параметрами, содержащимися в протоколах работы Системы ДБО, а также целостности (неизменности) Электронного документа соответственно.

На основании пункта 1.10 Правил дистанционного обслуживания электронные документы, подтвержденные (подписанные) клиентом с помощью средства подтверждения, а со стороны Банка с использованием простой электронной подписи уполномоченного лица Банка, переданные сторонами с использованием Системы ДБО:

- удовлетворяют требованию совершения сделки в простой письменной форме в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и влекут юридические последствия, аналогичные последствиям совершения договоров (сделок), совершаемым с физическим присутствием лица (взаимном присутствии лиц), совершающего (совершающих) сделку;

- равнозначны, в том числе имеют равную юридическую и доказательственную силу аналогичным по содержанию и смыслу документам на бумажном носителе, составленным в соответствии с требованиями, предъявляемыми к документам такого рода, и подписанным собственноручной подписью сторон, и порождают аналогичные им права и обязанности сторон по сделкам/договорам и документам, подписанным во исполнение указанных сделок/договоров;

- не могут быть оспорены или отрицаться сторонами и третьими лицами или быть признаны недействительными только на том основании, что они переданы в Банк с использованием Системы ДБО, каналов дистанционного доступа или оформлены в электронном виде;

- могут быть представлены в качестве доказательств, равносильных письменным Доказательствам, в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, при этом допустимость таких доказательств не может отрицаться только на том основании, что они представлены в виде Электронных документов или распечаток их копий, заверенных в установленном порядке;

- составляются клиентом/направляются Банком клиенту для подписания и признаются созданным и переданным клиентом для исполнения Банку при наличии в них простой электронной подписи (ПЭП) и при положительном результате проверки простой электронной подписи (ПЭП) Банком.

Клиент, присоединившийся к Правилам ДБО, имеет возможность оформить кредитный продукт в ВТБ-Онлайн. При заключении кредитного договора/оформлении иных необходимых для заключения кредитного договора документов (в том числе заявления на получение кредита, согласий клиента, заявления о заранее данном акцепте (по желанию Клиента) и иных), указанные в обозначенном пункте электронные документы подписываются простой электронной подписью клиента с использованием Средства подтверждения.

Условия обслуживания физических лиц в системе ВТБ-Онлайн (Приложение №1 к Правилам дистанционного обслуживания) (далее - Условия обслуживания в ВТБ-Онлайн) являются неотъемлемой частью Договора ДБО и определяют порядок предоставления Онлайн-сервисов в ВТБ-Онлайн физическим лицам.

Согласно условиям обслуживания в ВТБ-Онлайн клиент может оформить заявление на получение кредита в ВТБ-Онлайн (при наличии такой возможности в соответствующем канале дистанционного доступа).

Заявление на получение кредита/иные электронные документы клиент подписывает простой электронной подписью способом, определенным в обозначенных Правилах.

Банк информирует клиента о принятом решении посредством направления SMS/Push- сообщения. В случае принятия Банком решения о предоставлении кредита клиенту предоставляются для ознакомления индивидуальные условия/иные электронные документы, которые клиент может сохранить на своем мобильном устройстве.

Кредитный договор от 27.08.2024 № ФИО1 заключен лично в офисе Банка в рамках технологии безбумажный офис и подписан истцом простой электронной подписью, что подтверждается протоколом операции цифрового подписания, а также обстоятельствами дела, на которые ссылается истец и им не оспаривается.

В соответствии с условиями кредитного договора заемщику предоставлен кредит в размере ___ рублей на покупку транспортного средства и иные сопутствующие расходы. Иные условия кредитного договора отражены в разделе индивидуальные условия, соответствующие требованиям, соблюдение которых возложено на кредитную организацию в соответствии с законом о потребительском кредите (займе).

Кредитный договор состоит из правил автокредитования (Общие условия) и индивидуальных условий (п. 23).

Согласно п. 14 кредитного договора заемщик согласен с правилами автокредитования (Общие условия).

В соответствии с п. 2.1 Общих условий Банк предоставляет кредит на условиях возвратности, платности, срочности и обеспеченности, а заемщик обязуется возвратить полученный кредит и уплатить проценты за пользование кредитом в порядке, установленном договором. Таким образом, ни Общие условия, ни Индивидуальные условия кредитного договора не содержат условия об обязательном наличии у заемщика прав управления транспортным средством.

Согласно сведениям банка, на заявку о предоставлении кредита, для подписания оспариваемого Кредитного договора Банком 27.08.2024 в 07:00:36 (время московское) на доверенный номер клиента ___ было направлено смс сообщение следующего содержания: «Вам одобрен автокредит. Оформите в ВТБ Онлайн https://online.vtb.ru/i/cla». 27.08.2024 в 07:00:40 (время московское) на доверенный номер клиента ___ было направлено смс сообщение следующего содержания: «Подтвердите электронные документы: Анкета-заявление, Кредитный договор. Код подтверждения: 608076. Никому не сообщайте этот код, даже сотруднику банка ВТБ». Код подтверждения был введен заемщиком корректно (пункты 4.1.2-4.1.4 раздела 4 Протокола).

Таким образом, Банк ВТБ (ПАО) довел до истца, как потребителя финансовых услуг, всю предусмотренную законом информацию, информировал истца об условиях заключаемой сделки, предпринял меры, направленные на идентификацию клиента и его аутентификацию информационной системе, удостоверился в волеизъявлении клиента, направленном на получение кредита.

Истец, действуя добровольно и в своем интересе, выразил согласие на заключение сделки получение кредита на предложенных Банком ВТБ (ПАО) условиях. Для подтверждения согласия на заключение сделки на мобильный номер истца, не выбывавший из его владения, не заблокированный на дату предоставления согласия, Банком ВТБ (ПАО) направлялись специальные сеансовые коды, действующие однократно, которые истец самостоятельно вводил в целях заключения кредитного договора.

Порядок заключения договоров посредством электронного взаимодействия урегулирован законом и договором банковского обслуживания, заключенным между истцом и ответчиком. Возможность заключения оспариваемого договора через удалённые каналы обслуживания путём подписания документов электронной подписью/аналогом собственноручной подписи предусмотрена законом.

Сторонами не оспаривалось, что вышеуказанный кредитный договор заключен в электронной форме с использованием простой электронной подписи.

Статьей 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В силу статьи 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договора данного вида не установлена определенная форма.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

В соответствии с пунктом 2 статьи 160 ГК РФ использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронной подписи либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

В соответствии с п. 4 ст. 11 Федерального закона от 27.07.2006 г. №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в целях заключения гражданско-правовых договоров и оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

Пунктом 6 статьи 7 Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее Закон о потребительском кредите) предусмотрено, что договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об электронной подписи» от 06.04.2011 No63-ФЗ (далее Закон об ЭП) электронная подпись - это информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.

Простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом (ч. 2 ст. 5 Закона об ЭП).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия (ч. 2 ст. 6 Закона об ЭП).

Таким образом, вид электронной подписи, которую следует использовать в каждом конкретном случае, определяется сторонами сделки или законом.

Возможность заключения оспариваемого договора через удалённые каналы обслуживания путём подписания документов простой электронной подписью/аналогом собственноручной подписи, предусмотрена договором банковского обслуживания.

Таким образом, в силу заключённого между банком и клиентом договора банковского обслуживания, сделки, заключенные путем передачи в Банк распоряжений клиента, подтвержденных с применением средств идентификации и аутентификации клиента, удовлетворяют требованиям совершения сделок в простой письменной форме в случаях, предусмотренных законодательством, и влекут последствия, аналогичные последствиям совершения сделок, совершенных при физическом присутствии и физической подписи лица, совершающего сделку.

Таким образом, порядок электронного взаимодействия, возможность заключения сделок путём подписания клиентом документов аналогом собственноручной подписи/равнозначность подписанных простой электронной подписью документов и документов, подписанных собственноручно, с использованием системы «ВТБ-Онлайн» урегулированы договором между истцом и ответчиком.

Оспариваемый договор был надлежащим образом заключен между банком и клиентом, а полученными по договору денежными средствами клиент распорядился по своему усмотрению.

Банк свои обязательства по кредитному договору исполнил в полном объеме, что также не оспаривается истцом.

Судом установлено, что прием и исполнение распоряжений ФИО1 осуществлен Банком в соответствии с условиями договора, операции были совершены с применением аутентификации, которая производилась с корректным вводом одноразовых паролей, ответственность за сохранность которых несет клиент.

Истец самостоятельно оформил кредитный договор в офисе Банка, денежные средства получил в Банке наличными средствами, при посещении офиса Банка и заключении кредитного договора, ФИО1 не сообщил сотруднику банка о нахождении им в заблуждении.

Последовательность действий при заключении оспариваемой сделки, в том числе по распоряжению денежными средствами не дают оснований для вывода о том, что Банк знал или должен был знать об обмане клиента со стороны третьих лиц (мошеннических действий).

Согласно пункту 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Таких обстоятельств по делу судом не установлено.

Напротив, судом установлено, что ФИО1 заключил кредитный договор лично, получил денежные средства и впоследствии ими распорядился по своему усмотрению.

Последовательность действий при заключении оспариваемой сделки, в том числе по распоряжению денежными средствами не дают оснований для вывода о том, что Банк знал или должен был знать об обмане клиента со стороны третьих лиц (мошеннических действий).

Согласно пункту 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Таких обстоятельств по делу судом не установлено.

Напротив, судом установлено, что истец заключил кредитный договор лично, получил денежные средства и впоследствии ими распорядился по своему усмотрению.

Так, обращаясь с указанным иском в суд, истец ссылается на то, что кредитный договор был заключен под влиянием обмана со стороны третьих лиц, по указанному факту по обращению истца следователем СУ МУ МВД России «Якутское» возбуждено уголовное дело по ч.4 ст.159 УК РФ в отношении неустановленного лица, истец признан потерпевшим.

В рамках уголовного дела была назначена комплексная психолого-психиатрическая комиссия, проведение которой поручено ГБУ РС (Я) «ЯРПНД».

Согласно заключению экспертов № от 16.09.2024 комиссия пришла к выводу, что ФИО1 каким-либо хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдал и в настоящее время не страдает. В его анамнезе нет указаний, а при комплексном психолого-психиатрическом обследовании у него не выявлено признаков нарушенного сознания, расстройств памяти и интеллекта, бреда, галлюцинаций и других психотических нарушений в сфере эмоций и воли. В настоящее время может руководить своими действиями. По своему психическому состоянию ФИО1 может воспринимать обстоятельства, имеющие значения для дела и может давать показания. По своему психическому состоянию ФИО1 может лично осуществлять свои права и обязанности, предусмотренные ст.42 УПК РФ.

При проведении экспертизы психолог пришла к выводу, что в момент совершения инкриминируемого деяния неустановленными лицами в отношении ФИО1, он находился под влиянием приемов психического манипулирования. B рассматриваемой юридически значимой ситуации с учетом давления, созданного неустановленным лицом, посредством ведения диалога по телефону (указание якобы причастности к работе правительственной организации, частота и длительность телефонных звонков, подробные инструкции по поведению в банках, «Александр Леонидович объяснил, как отвечать на заданные вопросы работников банка, что мне надо говорить до точности, они обрабатывали меня с 10 часов до 13 часов, только после того, как они убедились, что я готов, разрешили зайти в банк»), в ситуации запугивания («они угрожали уголовным кодексом, что это государственная тайна, я этого испугался, что звонили ФСБ», «Упоминал часто про ДНР, террористические акты, секретность информации»), в сочетании с действиями неустановленных лиц в условиях давления возможной уголовной ответственностью и демонстрации желания помочь «Тон был не угрожающий, спокойно разговаривали, они меня по имени отчеству называли», «Они меня напугали тем, что они с ФСБ и гостайной, я думал, что это опасно») существенно заострились индивидуально-психологические особенности (высокая активность, импульсивность, недостаточная продуманность и легкость в совершении тех или иных поступков, низкая прогнозируемость и трудности построения последовательных действий, неуверенность, тревожность, изменчивость настроения, ранимость, впечатлительность, повышенная чувствительность к воздействиям среды, мнительность, неустойчивость) до уровня утраты способности к критической оценке сложившейся ситуации, а также ее прогнозу и привели к невозможности понимать характер и значение совершаемых в отношении нее действий и неспособности оказывать сопротивление.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 1 статьи 79 ГПК РФ установлено, что при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Статьей 86 ГПК РФ определено, что заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение (часть 2).

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 04.06.2025 назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Иркутский областной психоневрологический диспансер», по результатам проведения которой представлено заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов от 29.07.2025 №. Из представленного заключения следует, что у ФИО1 в настоящее время выявляются и выявлялись на период с 26.06.2024 по 27.08.2024 признаки ___ (___ по МКБ-10). Потерпевший ФИО1 испытывал психологическое, эмоциональное давление со стороны третьих лиц. Особенности личности ФИО1 в условиях направленного манипулятивного воздействия способствовали возникновению состояния заблуждения и психологического зависимого поведения, что препятствовало при формальном понимании характера собственных действий осознанию их значения, возможности руководить своими действиями и оказывать сопротивление при заключении кредитного договора № от 27.08.2024.

Между тем, доводы истца со ссылкой на психолого-психиатрическую экспертизу, проведенную в связи с проверкой его заявления о преступлении, на совершение сделок с пороком воли, суд отклоняет.

Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным статьей 67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда (часть 3).

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что заключение эксперта не является безусловным доказательством и подлежит оценке судом, в том числе с точки зрения наличия или отсутствия необходимости в назначении дополнительной или повторной экспертизы.

Такая оценка не может быть произвольной, общей и абстрактной, а должна быть предметной и производиться во взаимосвязи с другими доказательствами по делу с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, относительно выводов экспертов и их обоснования.

По настоящему делу, ответчик Банк ВТБ (публичное акционерное общество) не соглашаясь с судебной экспертизой, указывало на ее конкретные недостатки, а именно в части того, что экспертиза проведена лишь на основании пояснений самого истца, никаких медицинских документов истребовано не было.

Заслушав правовую позицию банка, сторона истца не ходатайствовала о назначении по делу повторной либо дополнительной судебной экспертизы, суд неоднократно в ходе судебного разбирательства ставил вопрос о наличии каких-либо ходатайств, однако стороны полагали возможным рассмотреть дело по существу, и, поскольку в материалах дела имеется в качестве доказательства два экспертных заключения, произведенных в рамках уголовного судопроизводства - ГБУ РС (Я) «ЯРПНД», а также по настоящему делу в гражданском судопроизводстве – ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер», оснований для назначения повторной либо дополнительной экспертизы суд не усматривает.

Таким образом, в представленном истцом исследовании от 16.09.2024 №, а также заключении комиссии судебно-психиатрических экспертов от 29.07.2025 № отсутствуют выводы врачей-психиатров о наличии у истца в момент заключения оспариваемой сделки и вообще когда-либо психического расстройства, а также заболевания, препятствующего осознавать характер и последствия заключения кредитного договора. Выводы психологов о невозможности понимать ФИО1 характер и значение совершаемых в отношении него третьими лицами (не банком) действий и неспособности противостоять им, не свидетельствуют об отсутствии у истца понимания того, что денежные средства он получает у Банка по кредитному договору, стороной которого является он и с условием возвратности, а состояние истца в момент заключения кредитного договора, выраженное в снижении его критических и прогностических возможностей в момент сделки обусловлено лишь особенностями характера истца.

Истцом в ходе рассмотрения дела не представлено доказательств того, что в ходе расследования уголовного дела по его заявлению установлены обстоятельства причастности Банка либо его осведомленности об обмане истца при заключении кредитного договора.

При таких обстоятельствах, доводы истца о том, что действия по заключению кредитного договора осуществлены им под влиянием мошеннических действий и осуществления в отношении него обмана иным лицом (не ответчиком), вопреки его воле, несостоятельны, поскольку указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения на Банк имущественной ответственности перед истцом.

Кроме того, соответствующие доказательства, подтверждающие факт совершения в отношении истца мошеннических действий, а именно, вступивший в законную силу приговор суда, которым установлена виновность лица в совершении преступления, отсутствуют.

Таким образом, оспариваемый истцом кредитный договор заключен в предусмотренной законом форме, при надлежащей идентификации Банком клиента и подтверждения ею волеизъявления на заключение договора простой электронной подписью.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При этом существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной.

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 разъяснено, что, если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (ст. ст. 178 или 179 ГК РФ).

Однако истцом не доказана совокупность юридически значимых обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для применения положений статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В рассматриваемых правоотношениях Банком выяснена воля стороны, заемщик ознакомлен со всеми условиями договора до его подписания, лично заполнил заявление-анкету, ввел коды-подтверждения, сообщил о платежеспособности, кредит оформил в офисе Банка, получил денежные средства наличными, действовал последовательно и осознано, лично распорядился полученными денежными средствам, таким образом, Банк предпринял все меры для надлежащего исполнения обязательства при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась по характеру обязательства и условиям оборота. Нарушений Банком правил оказания услуг, в том числе касающихся безопасности, судом не выявлено.

Представленные ответчиком доказательства свидетельствует о совершении истцом действий, которые указывают на сформированное у него желание получить кредитные средства. При оформлении кредита истец умолчал об обстоятельствах, которые могли являться основанием для отказа в выдаче кредита, а именно, об уговорах со стороны третьих лиц на совершение действий по получению кредита и переводу им денежных средств под видом защиты средств истца.

Доказательств того, что Банк ВТБ (ПАО) при заключении с истцом спорного кредитного договора действовало недобросовестно, либо знало о совершении в отношении ФИО1 третьими лицами мошеннических действий, материалы дела не содержат.

Доводы истца о том, что он признан потерпевшим по уголовному делу, также не может служить основанием для признания кредитного договора недействительным, поскольку не свидетельствует о допущенных Банком нарушениях действующего законодательства.

Противоправные действия третьих лиц могут явиться основанием для наступления гражданско-правовой ответственности по обязательствам вследствие причинения вреда либо неосновательного обогащения, но не влекут признание недействительным заключенного ФИО1 кредитного договора, поскольку займодавец не вводил истца в заблуждение, не совершал действий, направленных на обман заемщика.

Сам по себе факт обращения ФИО1 в правоохранительные органы не является доказательством вины банка.

Таким образом, поскольку истец самостоятельно реализовал свои права на заключение кредитного договора, предусмотренным заключенным с банком договором, истец подтвердил действительность своих намерений путем подписания договора и распоряжения денежными средствами, доказательств того, что при заключении кредитного договора истец преследовал иные цели, и его воля была сформирована под влиянием обмана со стороны ответчика либо заблуждения, возникшего вследствие действий банка, суду не представлено, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) о признании кредитного договора недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Саха (Якутия) в течение одного месяца со дня изготовления в мотивированном виде.

Судья Л.А. Ефимова

Решение изготовлено: 17 октября 2025 года