Приговор по делу № 1-906/2023 от 09.11.2023.

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Ангарск 9 ноября 2023 года

Ангарский городской суд Иркутской области под председательством судьи Соколовой О.Р. при секретаре Торкминой Е.В. с участием государственного обвинителя Рыбкиной В.Ю., потерпевшей Ш.С.Ф.С., ее представителя – адвоката Готовко Л.Г., подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Минина С.И., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, рожденного ** в ..., гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и проживавшего по адресу: ..., с основным общим образованием, не трудоустроенного, холостого, имеющего малолетнего ребенка, <данные изъяты>., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не военнообязанного, не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.105, ч.1 ст.244 УК РФ, содержащегося под стражей с **,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство Ш.С.С.П., а также совершил надругательство над телом умершего Ш.С.С.П. при следующих обстоятельствах.

** в период времени с 20 часов 00 минут по 23 часа 37 минут ФИО1 совместно с Ш.С.С.П. находился в квартире, расположенной по адресу: ..., где совместно распивали спиртное. В ходе распития спиртного между ФИО1 и Ш.С.С.П. произошла ссора, в ходе которой у ФИО1 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Ш.С.С.П. возник преступный умысел, направленный на причинение смерти последнему. Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, действуя умышленно, с целью причинения смерти Ш.С.С.П., нанес последнему множественные удары с применением значительной силы руками и ногами в жизненно-важные части тела человека – голову и грудную клетку. После чего, с целью доведения до конца своего преступного умысла, направленного на убийство Ш.С.С.П., ФИО1, вооружившись имевшимся в квартире ножом, действуя умышленно, с целью причинения смерти, нанес Ш.С.С.П. указанным ножом удар в жизненно-важную часть тела человека – грудную клетку, после чего вновь нанес Ш.С.С.П. множественные удары со значительной силой руками в голову, от чего Ш.С.С.П. упал на спину на пол квартиры, после чего ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел на причинение смерти Ш.С.С.П. неоднократно напрыгнул на грудную клетку Ш.С.С.П., когда последний лежал на полу на спине.

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил Ш.С.С.П. телесные повреждения в виде: колото-резаной раны передней поверхности грудной клетки слева в проекции 4 ребра, проникающую в 3 межреберье по передней подмышечной линии в левую плевральную полость со слепым повреждением верхней доли левого легкого; тупую закрытую травму груди, выразившуюся в образовании обширного кровоизлияния в мышцы и под пристеночную плевру тела грудины на уровне 2-5 ребер, конструкционных переломов 2,3,4,5,6,7,8,9 ребер слева и 2,3,4,5,6,7 ребер справа по передней подмышечной линии с протяженными кровоизлияниями под пристеночную плевру и в межреберные мышцы, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, отнесены к критериям, характеризующим вред, опасный для жизни человека и по указанному признаку квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Также ФИО1 Ш.С.С.П. были причинены телесные повреждения в виде: ушиба мягких тканей лобно-теменной области головы справа; поверхностной ушибленной раны в задних отделах волосистой части лобной области головы справа; ушиба мягких тканей лобно-орбитальной области лица справа; ушиба мягких тканей задних отделов теменной области головы слева; ссадин скуловой области лица справа и в задних отделах скуловой области лица справа; кровоподтека в лобно-височной области лица слева, в области наружных отделов век левого глаза; поверхностной ушибленной раны на десне и слизистой оболочке нижней губы справа, которые в какой-либо связи с наступлением смерти не состоят и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Своими действиями ФИО1 убил Ш.С.С.П., смерть которого наступила на месте происшествия 12.02.2023 в результате проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева со слепым повреждением верхней доли левого легкого, сопровождающегося обильной кровопотерей и тупой закрытой травмы груди в форме множественных двусторонних переломов ребер, сопровождавшейся развитием жировой эмболии сосудов легких сильной степени.

После совершения убийства Ш.С.С.П. ФИО1 вытащил труп последнего на лестничную площадку 6 этажа 1 подъезда дома по вышеуказанному адресу.

После чего, у ФИО1, находящегося в указанные дату и период времени в квартире по вышеуказанному адресу, обнаружившего, что Ш.С.С.П. умер в результате причинения ему многочисленных телесных повреждений, продолжавшего испытывать личную неприязнь к Ш.С.С.П., внезапно возник умысел, направленный на надругательство над телом умершего, с целью реализации которого ФИО1, действуя умышленно, вопреки нормам морали и общественной нравственности, требующим уважительного отношения к умершим, взял в квартире по вышеуказанному адресу стеклянную бутылку из-под водки «<данные изъяты> подошел к трупу Ш.С.С.П. c оголенной нижней частью, лежавшему на лестничной площадке подъезда, и, действуя умышленно, с целью надругательства над телом умершего Ш.С.С.П., <данные изъяты> Ш.С.С.П., совершив тем самым надругательство над телом умершего Ш.С.С.П. Труп Ш.С.С.П. со вставленной в анальное отверстие стеклянной бутылкой был обнаружен в вышеуказанном месте 12.02.2023 сотрудниками полиции.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в убийстве Ш.С.С.П. не признал, при этом признал, что совершил надругательство над телом умершего Ш.С.С.П.

Об обстоятельствах происшедшего подсудимый ФИО1 пояснил, что 12.02.2023 в вечернее время, в районе 19 или 20 часов он приехал в квартиру по месту своей прописки по адресу: .... Дверь в квартиру была открыта, у порога лежал Ш.С.С.П., на диване сидел его дядя С.В., и еще один гражданин, которого он ранее видел возле церкви в ..., просящим милостыню вместе с его дядей ФИО2. Он поинтересовался у дяди и у указанного гражданина, что произошло, но никто ничего ему пояснить не смог. Указанный гражданин выпил рюмку водки и убежал из квартиры. Пройдя к себе в комнату, он увидел, что отсутствует стеклянный чайник, который стоял в комнате, а в коридоре, где лежал Ш.С. были осколки и ручка от чайника. Он начал предъявлять дяде претензии по поводу того, что в его отсутствие в его комнату заходили, спросил, почему Ш.С. лежит на полу в коридоре, почему его не положили на диван. Дядя сказал ему выкинуть Ш.С. из квартиры. Он подошел к Ш.С., пнул его по ноге, чтобы убедиться в том, что тот жив. Ш.С. дернул ногой, потому он решил, что тот просто пьян и спит. Он подошел к дяде, выкурил сигарету, стал расспрашивать его, почему в квартире такой беспорядок, и что произошло, на что дядя снова попросил его вынести Ш.С. из квартиры, пояснив, что сам он идет спать. Он вынес тело Ш.С. из квартиры на лестничную площадку, сам вернулся в квартиру. Когда он вытаскивал Ш.С. из квартиры, тот лежал на полу в коридоре, лицом в пол по направлению к входной двери. Он хотел взять его на руки, но не смог, так как Ш.С. оказался тяжелым, поэтому он стал тащить его волоком, держа за штаны, отчего те приспустились, ягодицы оказались оголенными. Он видел, что у Ш.С. кровь на лице – возле рта и носа. От крови остались следы на полу в тамбуре подъезда. Дядя крикнул ему, что кровь ему не нужна, поэтому он выпнул тряпку, которая лежала в коридоре квартиры, и стер кровь в тамбуре. Спустя 10-15 минут он вышел из квартиры в подъезд, чтобы выбросить мусор, увидел, что Ш.С. лежит в том же самом положении, в котором он его оставил, тогда он понял, что Ш.С. мертв. Поскольку он был в плохом настроении, то взял бутылку из-под водки «<данные изъяты>», которую собирался выбросить в мусорку, и, подойдя к Ш.С., вставил бутылку Ш.С. в анальное отверстие. Потом он вернулся в квартиру, выпил, закусил и лег спать. Спустя какое-то время приехали сотрудники полиции, разбудили его и доставили в спецприемник. С Ш.С. он был знаком, общался с ним, у них были нормальные отношения, конфликтов между ними никогда не было. Полагает, что свидетель ФИО1 указывает на него, как на лицо, совершившее убийство Ш.С., оговаривая его в совершении преступления, из меркантильных интересов, а именно из-за квартиры, в которой он прописан, но которой С.В. хочет владеть единолично, а также из-за обиды, потому как С.В. неоднократно жаловался ему на Ш.С., на других своих знакомых, которые забирали у него деньги, а он за ФИО2 никогда не заступался.

Несмотря на позицию, занятую ФИО1 в судебном заседании, его виновность в совершении преступлений при установленных судом обстоятельствах подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают.

Так, при производстве предварительного следствия при первоначальном допросе в качестве подозреваемого **, произведенного с участием защитника, с применением видеозаписи, которая была просмотрена в судебном заседании, ФИО1 описывал происшедшие события иначе, чем в судебном заседании, показав, что придя вечером ** домой, в квартире застал своего дядю ФИО1 и его знакомого С., которые распивали алкоголь. Он выпил с ними рюмку разведенного спирта, у него произошел словесный конфликт с С., в ходе которого С. оскорбил его. Он в ответ на оскорбления нанес С., сидящему на диване, удар кулаком правой руки в область челюсти, затем кулаком левой руки – удар в область правого глаза. Когда С. начал вставать с дивана, он пнул его по голове, затем по ребрам. От ударов С. упал, а когда начал вставать, он схватил со стола кухонный нож с бело-синей ручкой, и, взяв его в правую руку, нанес им удар С. в область груди. От удара ножом С. не упал, а стал пятиться к двери. В этот момент он подбежал к С., и нанес ему локтем правой руки удар в область челюсти слева. С. упал на пол в прихожей, и там и лежал. Жив ли был С., он не проверял. Спустя 10 минут он по требованию дяди вытащил С. в подъезд на лестничную площадку. Пока тащил С., у того спустились брюки. Спустя какое-то время он вышел на лестничную площадку, и шутки ради вставил в задний проход С. стеклянную бутылку из-под водки, которую взял в квартире. Оставил С. лежать на полу около лифта, а сам вернулся в квартиру и лег спать (т.1 л.д.46-50).

Свои показания об обстоятельствах произошедшего, орудии и механизме причинения смерти Ш.С.С.П. и последующем надругательстве над телом убитого ФИО1 сообщил в ходе проверки его показаний на месте, подтвердив показания, данные им при допросе в качестве подозреваемого, продемонстрировав механизм нанесения ударов на манекене, указав при этом на нож, которым он нанес удар Ш.С.С.П., который на момент проведения указанного следственного действия находился в квартире, лежал на столе (т.1 л.д.56-70).

После предъявления ему обвинения по ч.1 ст.105 УК РФ, будучи допрошен в качестве обвиняемого 14.02.2023, ФИО1 подтвердил данные им ранее показания, пояснив при этом, что вину по предъявленному обвинению он признает полностью, в содеянном раскаивается (т.1 л.д.104-106).

При предъявлении ему обвинения в полном объеме по ч.1 ст.105 и ч.1 ст.244 УК РФ, будучи допрошен в качестве обвиняемого 26.05.2023, т.е. по прошествии более трех месяцев с момента предъявления ему первоначального обвинения, ФИО1 вину в убийстве Ш.С.С.П. не признал, изменил показания и сообщил версию происшедших событий, соответствующую приведенной им в судебном заседании (т.1 л.д.247-250), подтвердив показания, данные им в ходе очной ставки со свидетелем <данные изъяты> 11.07.2023 (т.2 л.д.33-37), и при дополнительном допросе в качестве обвиняемого 26.07.2023, пояснив, кроме того, что первоначально дал признательные показания, так как на него было оказано психологическое давление (т.2 л.д.58-61).

После оглашения вышеуказанных показаний ФИО1 подтвердил те, что были даны им в ходе очной ставки со свидетелем ФИО1, и при допросе его в качестве обвиняемого 26.05.2023. При этом показал, что первоначально на следствии, будучи допрошен в качестве подозреваемого, он давал признательные показания, так как на него было оказано моральное и психологическое давление оперативными сотрудниками. Явку с повинной (т.1 л.д.90-91) он не писал. По поводу оказания на него давления оперативными сотрудниками он с заявлением не обращался, своему защитнику М.С.И. об этом не говорил, так как на тот период времени еще не доверял ему. При проверке показаний на месте он давал показания и демонстрировал нанесение ударов Ш.С., исходя из того, о чем ему сообщили оперативные сотрудники, а именно, что Ш.С. был убит ударом в сердце. О том, что было много ударов, и у Ш.С. были сломаны ребра, ему оперативные сотрудники ничего не говорили, он сам об этом догадался, так как видел у Ш.С. кровь на лице.

Первоначальные показания подсудимого ФИО1 от 13.02.2023 соответствуют показаниям свидетеля <данные изъяты> – очевидца событий, имевших место 12.02.2023, который в судебном заседании показал, что подсудимый ФИО1 – его племянник, отношения у них нормальные. В феврале 2023 года ФИО4 часто приходил и оставался ночевать в квартире по адресу: ..., где он сам проживает. Ш.С. – его друг. В феврале 2023 года Ш.С. проживал в квартире у <данные изъяты>, который также является его другом. ФИО4 и Ш.С. также были знакомы, отношения у них были нормальные, распивали вместе алкоголь. 12.02.2023 они вместе с Ш.С. и ФИО4 распивали спиртное в квартире по вышеуказанному адресу. В ходе распития спиртного между В. и С. произошел конфликт, на почве чего – ему не известно. Сам он смотрел телевизор, сидел боком к В. и С.. В. и С. стали драться, драка происходила в двух метрах от него. В. бил С. кулаками по лицу, отчего тот упал на пол. Когда С. был на полу, В. продолжал наносить ему удары. Он просил В. прекратить драку, но он на его слова никак не реагировал. С. ответных ударов В. не наносил, так как был сильно пьян. В какой момент В. нанес С. удар ножом, он не видел. Потом он сказал В. вынести С. из квартиры. В тот момент он думал, что С. жив, крови у него он не видел. В. вытаскивал С. из квартиры волоком, взяв его под руки. Он не видел, чтобы В. потом замывал следы крови в подъезде, не просил его об этом, также не видел, чтобы В. выходил в подъезд со стеклянной бутылкой. О том, что Ш.С. мертв, он узнал от сотрудников полиции в тот момент, когда они приехали по вызову. Он Ш.С. не бил, ножевое ранение ему не наносил. Он физически не смог бы причинить Ш.С. телесные повреждения, потому как является инвалидом, у него нет одной ноги, передвигается он на коляске или на костылях. В квартире в тот вечер кроме них троих никого не было, человек по кличке <данные изъяты> ему не знаком. В отделении полиции его допросили и отпустили. Потом В. привозили в квартиру для проведения следственного эксперимента, в ходе которого В. на манекене показывал, как он наносил удары Ш.С..

Из оглашенных в порядке ст.281 УПК РФ показаний свидетеля <данные изъяты> данных им в ходе предварительного следствия установлено, что после нанесения ударов Ш.С. по лицу, от которых тот упал на пол, Сокольников <данные изъяты> стал прыгать у него на груди, а потом взял со стола нож с белой рукоятью и нанес удар по туловищу С., куда именно пришелся удар, он не видел, так как был пьян, и в комнате было темно. После того, как В. по его просьбе вытащил Ш.С. из квартиры, он видел, что В. взял пустую бутылку из-под водки, которая была в квартире, и вышел с ней в подъезд. Вернулся В. в квартиру уже без бутылки. Он думал, что В. выкинул ее в мусоропровод. В ходе проверки показаний на месте, на которой он также присутствовал, ФИО4 указал следователю на нож, лежавший на столе в квартире, пояснив, что именно этим ножом он нанес удар Ш.С.. В вечер, когда они с В. и С. распивали спиртное, этот нож был в квартире, лежал на столе. Этот нож был изъят следователем (т.1 л.д.23-25, 214-217, т.2 л.д.20-23).

В ходе очной ставки, проведенной между свидетелем <данные изъяты>. и обвиняемым ФИО1 11.07.2023, свидетель дал несколько иные показания, подтвердив, что, находясь в квартире, видел, как Сокольников <данные изъяты> наносил удары С. руками по телу, прыгал на нем, указав, вместе с тем, что момент удара ножом он не видел, предполагает, что удар ножом ФИО3 мог нанести в подъезде около лифта, когда по его просьбе вытащил Ш.С. в подъезд, так как в том месте было много крови. Кроме того, сославшись на состояние сильного алкогольного опьянения, в котором он находился в тот вечер, в связи с чем, события произошедшего помнит смутно, подтвердил версию обвиняемого ФИО1 о том, что в момент его прихода, в квартире в тот вечер находился еще один мужчина, ранее обвиняемому ФИО2 не знакомый, Ш.С. в тот момент уже лежал на полу, В. по его (свидетеля С.) просьбе вытащил Ш.С. из квартиры (т.2 л.д.33-37). Однако, в последующем свидетель отказался от своих показаний в этой части, и, будучи допрошен 18.07.2023 показал, что подтвердил версию событий, произошедших 12.02.2023, как она была изложена обвиняемым ФИО1 в ходе очной ставки, так как ему стало жалко племянника, и он не мог в его присутствии не подтвердить его показания. На самом деле он видел момент нанесения ФИО4 удара ножом Ш.С. после того, как В. нанес Ш.С. удары руками и прыгал ему на груди. После он попросил Сокольникова Василия вынести Ш.С. из квартиры и стереть следы крови, так как ему было неприятно, что Ш.С. находится в его квартире из-за произошедшего между ним (Ш.С.) и В. конфликта, но при этом полагал, что Ш.С. жив. В квартире их в тот вечер было трое, никакого постороннего мужчины в квартире не было. Полагает, что такую версию событий ФИО4 придумал, чтобы избежать ответственности за содеянное (т.2 л.д.40-43).

После оглашения показаний свидетель <данные изъяты> их полностью подтвердил, указав при этом, что наиболее полными и правдивыми являются те, что он давал при допросе 18.07.2023.

Показания свидетеля <данные изъяты> о событиях, имевших место 12.02.2023 в квартире по адресу: ..., подтверждаются показаниями свидетелей П,Т.А., С.Е.В. и Д.Е.П., которые хоть и не являлись очевидцами указанных событий, однако подтверждают факт того, что свидетель ФИО1 с самого начала изобличал подсудимого ФИО1 в убийстве Ш.С.С.П. и исключал вероятность причастности к убийству Ш.С.С.П. какого-либо иного лица, как в последующем об этом указывал подсудимый ФИО1

Свидетель Д.Е.П. суду показал, что ему знакомы и подсудимый ФИО1, и Ш.С.С.П. С Ш.С. они вместе работали, может охарактеризовать его с положительной стороны. В течение нескольких дней до событий преступления Ш.С. проживал у него в квартире. С.В. – его приятель, он инвалид, у него нет ног, по квартире он передвигается на коляске или на костылях. Он возил В. к церкви, где тот просил милостыню. ФИО4 проживал в квартире у С.В. как долго на момент преступления, ему не известно. В. ему на В. никогда не жаловался. Сам он распивал спиртное в компании В. и Ш.С., никаких конфликтов между Ш.С. и ФИО4, или между ним и ФИО4 никогда не было. 12.02.2023 он утром приходил в квартиру к С.В., но потом ушел, вечером его в квартире ФИО2 не было. Об обстоятельствах гибели Ш.С. ему стало известно уже 13.02.2023 от ФИО4. С.В. рассказал ему, что Ш.С. и ФИО4 поссорились, между ними произошла драка, когда они втроем распивали спиртное в квартире у С. Владимира, и В. убил С.. Со слов С.В., сам он в драке не участвовал, только пытался словесно разнять Ш.С. и ФИО4. Подробностей С.В. ему не рассказывал, о причине конфликта не упоминал. Следов крови в квартире у С.В. он не видел. Ему известно, что труп Ш.С. нашли в подъезде. Также, когда он пришел в квартиру к С.В. 13.02.2023, туда приехали сотрудники полиции с ФИО2 В,, проводили следственный эксперимент. ФИО4 на манекене показывал, как он вытаскивал труп из квартиры. Он в этот момент вышел из квартиры В., потому не видел, как проходил следственный эксперимент.

Из показаний свидетеля П,Т.А., данных ею как в судебном заседании, так и на досудебной стадии производства по уголовному делу (т.1 л.д.153-156, т.2 л.д.17-19, 55-58), оглашенных в порядке ст.281 УПК РФ, установлено, что подсудимый ФИО1 находился у нее под опекой до 18 лет, может охарактеризовать его в целом с удовлетворительной стороны, однако в последнее время ФИО4 злоупотреблял спиртным, нигде не работал. С.В. ей знаком, он дядя ФИО4 том, что ФИО4 убил человека, ей стало известно от его родной матери ФИО5, которая ** написала ей сообщение, что В. зарезал человека и находится в полиции. Она сразу же позвонила С.В., и тот ей рассказал, что к нему пришел друг (Ш.С.), они распивали спиртное. Потом в квартиру пришел ФИО4, стал распивать спиртное вместе с ними. В какой-то момент между В. и этим мужчиной (Ш.С.) произошел конфликт, в ходе которого В. нанес ножевое ранение мужчине. Позже, в мае 2023 года С.Е, сказала ей, что В. надо вытаскивать из тюрьмы, так как убил мужчину не он. Она же рассказала, что когда В. пришел к ФИО4, в квартире был человек по имени <данные изъяты>», а Ш.С. уже лежал на полу в квартире. В. сказал В. вытаскивать Ш.С. из квартиры, и когда он вытаскивал Ш.С. в подъезд, его увидела соседка. Есть ли у Д.Е. кличка «Медик», ей не известно. Ни С.В., ни ФИО4 ей лично никогда ничего не говорили про Ж.М., как и про то, что 12.02.2023 он был на месте совершения преступления. Также она присутствовала на очной ставке между ФИО4 и В., в ходе которой ФИО4 на ее вопрос о том, он ли убил мужчину, сказал, что не он. Следователю он сказал, что когда приехал к С.В., в квартире помимо В. и С., был еще один человек.

Из показаний свидетеля С.Е.В. данных ею как в судебном заседании, так и на досудебной стадии производства по уголовному делу (т.2 л.д.49-52), оглашенных в порядке ст.281 УПК РФ, установлено, что подсудимый ФИО1 – ее С.В.. Поскольку она была лишена родительских прав в отношении него, сын находился под опекой у П,ФИО6 по адресу: ... принадлежит ей. В квартире были прописаны и жили, в том числе ее брат С.В. и сын ФИО4. В настоящее время квартира выставлена на продажу. Сына ФИО4 может охарактеризовать в целом с положительной стороны, он употребляет алкоголь, но в запои не уходит, в состоянии алкогольного опьянения ведет себя спокойно. В феврале 2023 года С.В.В. проживал в квартире по вышеуказанному адресу. 14.02.2023 от брата С.В. ей стало известно, что В. зарезал мужчину и вытащил его из квартиры. С.В. произошедшего она у В. не узнавала. Она сообщила о случившемся ФИО7. Позже от С.В. ей стало известно, что в день убийства в квартире находился также его знакомый Д.Ж. по кличке Дёма, но потом из квартиры ушел. На ее просьбу рассказать подробнее, что произошло в квартире, С.В. отказался что-либо еще сообщать. Спустя какое-то время после разговора с В. она позвонила П., сказала ей, что нужно вытаскивать сына из тюрьмы, так как мужчину убил, скорее всего, не В.. Она предположила, что мужчину мог убить ее брат В., так как в состоянии алкогольного опьянения он становится агрессивным, хватается за ножи. Ее брат В. участвовал в военной компании в Чечне, поэтому он хорошо умеет обращаться с оружием, метко кидает ножи. Потому она предположила, что мужчину убил В., а В. попросил вытащить тело из квартиры. Ни про какого <данные изъяты>» она П. не говорила, возможно, та ее неправильно поняла. Д. при встрече также рассказал ей, что днем 12.02.2023 он приходил в квартиру С.В., выпил с ним и ушел. Что произошло в квартире после его ухода, ему не известно.

Об обстановке на месте происшествия 12.02.2023, обстоятельствах обнаружении трупа Ш.С.С.П., задержания лиц, причастных к указанным событиям, судом были допрошены свидетели М.В,А. и К.А.А.

Из показаний свидетеля М.В,А., данных ею как в судебном заседании, так и на досудебной стадии производства по уголовному делу, в том числе в ходе проверки ее показаний на месте (т.1 л.д.78-81, 226-223), оглашенных в порядке ст.281 УПК РФ, установлено, что ФИО4 – ее сосед по лестничной площадке, их квартиры имеют общий тамбур, откуда ведет дверь на общую лестничную площадку. Хозяином квартиры является дядя В. – С.В.. Сам В. в указанной квартире не проживал длительное время до событий преступления, но периодически приходил. С.В. – инвалид, передвигается на коляске, злоупотребляет алкогольными напитками. ** в вечернее время она находилась дома. Из квартиры ФИО2 она слышала грохот, как будто кто-то падал. Около 21 часа она услышала скрип двери квартиры ФИО2. Посмотрев в дверной глазок своей квартиры, она увидела, как из квартиры Сокольникова вытолкали мужчину, он упал лицом вниз на пол в межквартирном тамбуре. Никаких телесных повреждений она на выпавшем мужчине не видела, ей показалось, что он пьян. Потом она услышала голос инвалида, который сказал: «Тащи его». Потом она увидела, как ФИО4 пытался взять мужчину за пояс брюк, от чего они спустились с него, затем волоком за ноги тащит мужчину из тамбура. От тела мужчины, когда его волокли, оставался кровавый след. Потом она услышала голос инвалида, который сказал: «Замывай» и видела, как В. стал мыть полы в тамбуре, при этом в одной руке он держал что-то, похожее на банку, а в другой – тряпку. Она вызвала полицию. Когда приехали сотрудники полиции, она слышала, как С.В. говорил, что его племянник В. не виноват. Кроме того, с ее участием проводилась проверка показаний на месте, в ходе которой она на манекене показывала, как волокли мужчину, выпавшего из квартиры С.В..

Из показаний свидетеля К.А.А. – инспектора ОР ППСП УМВД России по АГО, данных им как в судебном заседании, так и на досудебной стадии производства по уголовному делу (т.1 л.д.218-220), оглашенных в порядке ст.281 УПК РФ, установлено, что в ночь с ** на ** он нес службу. Из дежурной части поступило сообщение о том, что по адресу: ... шум и драка. Прибыв по указанному адресу на лестничной клетке шестого этажа, напротив лифта, был обнаружен труп мужчины. В анальное отверстие трупа была вставлена стеклянная бутылка из-под водки. М.В. которая проживает в ... указанного подъезда, пояснила, что это она вызвала полицию, увидев через дверной глазок своей квартиры, как сосед из ..., установленный впоследствии как ФИО4, вытащил тело мужчины на лестничную клетку, а незадолго до этого она слышала звуки драки и грохот из .... На полу лестничной клетки от ... до трупа были видны следы волочения. Далее они прошли в ..., дверь им открыл мужчина-инвалид, который передвигался на культях. В квартире также находился мужчина моложе – ФИО4. Оба мужчины были в состоянии алкогольного опьянения. ФИО4 пояснял, что он спал и ничего не видел. Сокольников был задержан и доставлен в отдел полиции для дальнейшего разбирательства.

Потерпевшая Ш.С.Ф.С. суду показала, что Ш.С.С.П. – ее отец. С отцом она не проживала с тех пор, как он ушел из семьи и стал проживать с другой женщиной, с которой у него трое совместных детей. Отец проживал по адресу: ..., в квартире у своего знакомого, но общались они с отцом часто. Официально трудоустроен отец не был, так как в последнее время у него были проблемы с алкоголем, он проходил реабилитацию по этому поводу, какое-то время жил в реабилитационном центре. В состоянии алкогольного опьянения агрессию не проявлял. В случае конфликта, маловероятно, что смог бы дать физический отпор, так как большой физической силой не обладал. Ее отец был добрым, отзывчивым, веселым, не конфликтным человеком. О гибели отца она узнала 19.02.2023 от его сожительницы Ч.Я.Ю.. Она после этого обратилась в Следственный комитет, где ей подтвердили, что отец погиб, пояснив об обстоятельствах его смерти. Ей известно, что после убийства отца, виновный глумился над его телом, вставив ему в анальное отверстие стеклянную бутылку. Также ей известно, что отец был сильно избит, у него были сломаны почти все ребра. Ей было очень тяжело узнать о смерти отца, так как у них были близкие отношения, она его очень любила и ей до сих пор тяжело осознавать, что отца больше нет. Похороны отца оплачивала она. Желает, чтобы виновного в смерти отца наказали по всей строгости закона.

Свидетель Ч.Я.Ю. суду показала, что Ш.С.С.П. – ее сожитель, они проживали совместно с 2001 года, у них трое совместных детей, в свидетельстве о рождении детей он указан отцом. Как муж и жена они не проживали на протяжении последних 4 лет, но постоянно общались, Ш.С.С.П. продолжал принимать активное участие в воспитании и содержании детей, один из которых инвалид, постоянно с ними созванивался, проводил с ними время. Дети очень сильно переживают смерть отца, скучают по нему, поскольку очень его любили, нуждались в нем. С июня 2021 года Ш.С.С.П. находился в лечебно-реабилитационном центре, а когда ушел из центра и потерял телефон, общение с ним на постоянной основе прекратилось. В последний раз Ш.С.С.П. виделся с детьми примерно за две недели до гибели. Ей известно, что после ухода из реабилитационного центра, Ш.С.С.П. стал проживал в арендованных квартирах, а также у своих знакомых. Может охарактеризовать Ш.С.С.П. как тихого, спокойного, неконфликтного человека, который даже в состоянии алкогольного опьянения, агрессии не проявлял, инициатором конфликтов никогда не был. О гибели Ш.С.С.П. она узнала от его знакомого по имени В., после чего сообщила об этом старшей дочери Ш.С. – потерпевшей Ш.С.Ф.С.

Место совершения преступления, обстановка на месте происшествия установлены протоколом осмотра места происшествия от 13.02.2023, приложенной к нему фототаблицей, согласно которым в ходе ... напротив лифта обнаружен труп Ш.С.С.П. в положении лежа на животе, лицом вниз, ноги разогнуты в коленных суставах, руки вытянуты над головой, слегка согнуты в локтевых суставах, штаны приспущены. В анальное отверстие трупа введена пустая стеклянная бутылка прозрачная с пояснительной надписью «Водка <данные изъяты>». На трупе имеются телесные повреждения, на кистях трупа и на лице имеется вещество бурого цвета. На пороге 21/22 квартир обнаружен след вещества бурого цвета в виде мазка. Кроме того, осмотрена .... В ходе осмотра места происшествия обнаружены и изъяты: вырез коврового покрытия, бутылка стеклянная «<данные изъяты>», 5 ножей, чайник, кофта и футболка, след папиллярных линий. В ходе дополнительного осмотра места происшествия – квартиры по адресу: ..., произведенного **, обнаружен и изъят нож с белой рукоятью, на который подозреваемый ФИО1 указал, как на орудие преступления в ходе проверки его показаний на месте (т. 1 л.д. 4-19,73-77).

Согласно протоколу от 16.02.2023, в ГБУЗ ИОБСМЭ АСМО изъяты: образец крови и кожный лоскут трупа ФИО8 (т. 1 л.д. 118-122).

Согласно протоколу от 20.03.2023 в Ангарском филиале ОГБУЗ «ИОПНД» изъята медицинская карта амбулаторного больного №55671 на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., копия заключения комиссии экспертов №537 от 22.04.2022 (т. 1 л.д. 171-175).

Все изъятые предметы были осмотрены (т.1 л.д.123-142, 176-181), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д.143-144, 182).

Согласно выводов заключений судебно-медицинских экспертиз:

1. У ФИО8 обнаружены следующие повреждения:

- колото-резаная рана на передней поверхности грудной клетки слева в проекции 4 ребра на 2 см кнутри от срединно-ключичной линии, продолжающаяся раневым каналом длиной не менее 12 см в направлении слева направо, несколько снизу вверх, проникающим в 3 межреберье по передней подмышечной линии в левую плевральную полость со слепым повреждением верхней доли левого лёгкого;

- тупая закрытая травма груди, выразившаяся в образовании обширного кровоизлияние в мышцы и под пристеночную плевру тела грудины на уровне 2-5 рёбер, конструкционных переломов 2,3,4,5,6,7,8,9 рёбер слева и 2,3,4,5,6,7 рёбер справа по передней подмышечной линии с протяжёнными кровоизлияниями под пристеночную плевру и в межрёберные мышцы;

- поверхностная резаная рана на тыльной поверхности левой кисти в проекции дистальных отделов второй пястной кости;

- ушиб мягких тканей (кровоподтёк, кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы) лобно-теменной области головы справа, поверхностная ушибленная рана в задних отделах волосистой части лобной области головы справа, ушиб мягких тканей лобно-орбитальной области лица справа (кровоподтек в лобной области лица справа, на веках правого глаза, кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-височной области, поверхностная ссадина в области лобного бугра, ссадина в лобно-височной области справа); ушиб мягких тканей задних отделов теменной области головы слева; ссадина в скуловой области лица справа; ссадина в задних отделах скуловой области лица справа; кровоподтёк в лобно-височной области лица слева, в области наружных отделов век левого глаза; поверхностная ушибленная рана на десне и слизистой оболочке нижней губы справа;

2.Проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева со слепым повреждением верхней доли левого лёгкого образовалось незадолго до смерти в результате однократного воздействия плоского колюще-режущего предмета типа ножа в область левой половины передней поверхности грудой клетки по механизму удара под углом к поверхности тела, состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

3.Тупая закрытая травма груди в форме множественных двусторонних переломов рёбер с нарушением анатомической целости каркаса грудной клетки образовалась незадолго до смерти в результате воздействия (воздействий) твёрдого тупого предмета (предметов) с неограниченной контактной поверхностью в область передней поверхности грудной клетки в проекции тела грудины по механизму ударного сдавления, состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

4.Поверхностная резаная рана тыльной поверхности левой кисти образовалась незадолго до смерти в результате воздействия острого предмета, в причинно-следственной связи со смертью не состоит, применительно к живым лицам расценивается как повреждение, причинившее вред здоровью человека.

5.Ушибы мягких тканей, поверхностная ушибленная рана волосистой части головы, кровоподтеки, ссадины на лице, поверхностная ушибленная рана, кровоизлияние на слизистой преддверий рта образовалась незадолго до смерти в результате не менее 8 воздействий твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной контактной поверхностью по механизму удара, в причинно-следственной связи со смертью не состоят, применительно к живым лицам расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

6.В момент причинения Ш.С.С.П. проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева со слепым повреждением верхней доли левого лёгкого потерпевший мог находиться как в вертикальном, так и в горизонтальном положении, спереди от нападавшего. В момент причинения Ш.С.С.П. тупой закрытой травмы груди в форме множественных двусторонних переломов рёбер потерпевший, наиболее вероятно, находился в горизонтальном положении, лёжа на спине. В момент причинения Ш.С.С. П. поверхностной резаной раны тыльной поверхности левой кисти, ушибов, поверхностной ушибленной раны волосистой части головы, кровоподтёков, ссадин на лице, поверхностной ушибленной раны, кровоизлияния на слизистой преддверий рта потерпевший мог находиться как в вертикальном, так и в горизонтальном положении, спереди от нападавшего.

7.После причинения Ш.С.С.П. всех вышеперечисленных повреждений смерть потерпевшего наступила спустя короткий промежуток времени, исчисляемый десятками минут.

8.Телесных повреждений в области анального отверстия, на стенках заднепроходного канала при экспертизе трупа Ш.С.С.П. не обнаружено.

9.Смерть Ш.С.С.П. наступила в результате проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева со слепым повреждением верхней доли левого лёгкого, сопровождавшегося обильной кровопотерей, тупой закрытой травмы груди в форме множественных двусторонних переломов рёбер, сопровождавшейся развитием жировой эмболии сосудов лёгких сильной степени, в пределах одних суток назад на момент экспертизы трупа.

10.При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа Ш.С.С.П. обнаружен этиловый алкоголь в крови 5,5 о/оо, в моче 5,9 о/оо, что применительно к живым лицам расценивается как тяжёлое отравление алкоголем

Повреждения, обнаруженные при экспертизе трупа Ш.С.С.П., в частности кровоизлияние на десне и слизистой оболочке нижней губы справа от уздечки, поверхностная ушибленная рана в проекции уздечки, ушиб мягких тканей лобно-орбитальной области лица справа, ушиб мягких тканей лобно-теменной области головы справа, поверхностная ушибленная рана в задних отделах волосистой части лобной области головы справа, ушиб мягких тканей задних отделов теменной области головы слева, ссадина в скуловой области лица справа, ссадина в задних отделах скуловой области лица справа, кровоподтёк в лобно-височной области лица слева, в области наружных отделов век левого глаза, проникающая колото-резаная рана передней поверхности грудной клетки слева в проекции 4 ребра на 2 см кнутри от срединно-ключичной линии могли образоваться при обстоятельствах, указанных подозреваемым ФИО1 в ходе проверки показаний на месте 13.02.2023. Механизм образования повреждений, составляющих тупую закрытую травму груди, в частности, обширного кровоизлияния в мышцы и под пристеночную плевру тела грудины на уровне 2-5 ребер, конструкционных переломов 2,3,4,5,6,7,8,9 ребер слева и 2,3,4,5,6,7 ребер справа по передней подмышечной линии с протяженными кровоизлияниями под пристеночную плевру и в межреберные мышцы не соответствует способу причинения травмы, указанному подозреваемым ФИО1 в ходе проверки показаний на месте 13.02.2023. Способ причинения потерпевшему поверхностной резаной раны на тыльной поверхности левой кисти в проекции дистальных отделов второй пястной кости в ходе проверки показаний на месте 13.02.2023 не отражен

Отсутствие скопления крови под трупом Ш.С.С.П., который был обнаружен находившимся в «положении лёжа на животе, лицом вниз», является косвенным признаком посмертного расположения тела потерпевшего Ш.С.С.П. «в подъезде на 6 этаже напротив лифта». Следовательно, в тот момент, когда обвиняемый ФИО1 вставил ему в анальное отверстие стеклянную бутылку, Ш.С.С.П., наиболее вероятно, не был жив.

Тупая закрытая травма груди в форме множественных двусторонних переломов ребер с нарушением анатомической целости каркаса грудной клетки, выявленная при экспертизе трупа Ш.С.С.П. образовалась незадолго до смерти в результате воздействия (воздействий) твёрдого тупого предмета (предметов) с неограниченной контактной поверхностью в область передней поверхности грудной клетки в проекции тела грудины по механизму ударного сдавления, что соответствует способу причинения травмы, указанному свидетелем ФИО1 о том, что «В. прыгал по телу Ш.С.» (т. 2 л.д. 71-74, 82-87, 94-98, 105-110).

Факт причинения потерпевшему телесного повреждения в виде проникающего колото-резаного ранения грудной клетки изъятым в ходе осмотра места происшествия ножом, подтверждается заключением медико-криминалистической экспертизы, согласно которого на кожном лоскуте с передней поверхности груди слева от трупа Ш.С.С.П. имеется повреждение, которое по морфологическим признакам носит колото-резаный характер. Данное повреждение на кожном лоскуте нанесено в результате однократного воздействия односторонне острым плоским колюще-режущим предметом, имеющим острую режущую кромку (лезвие) и П-образной формы обух, шириной 1 мм, с хорошо выраженными ребрами. Ширину клинка на уровне следообразования можно предположить около 13-15 мм. На основании характера повреждения, сравнительным анализом выявленных общих групповых сходств морфологических признаков подлинного колото-резанного повреждения и экспериментальных следов от ножа, положительного результата экспериментально-сравнительного исследования и конструктивных особенностей представленного ножа в совокупности не исключается возможность причинения колото-резанного повреждения на кожном лоскуте с передней поверхности груди слева от трупа Ш.С.С.П. данным ножом (т.2 л.д. 138-141).

Согласно выводов заключения судебно-генетической экспертизы на представленных для исследования ноже - на клинке, и на фрагменте коврового покрытия, обнаружена кровь человека. Генотипические признаки ДНК, выявленные в крови на перечисленных объектах, совпадают с генотипом потерпевшего Ш.С.С.П. На стеклянной бутылке (горлышко бутылки), обнаружены: кал, клетки эпителия с примесью крови. Обнаруженные клетки, кровь, кал принадлежат потерпевшему Ш.С.С.П. На этой же стеклянной бутылке (дно бутылки), обнаружены биологические следы: кровь, пот и клетки поверхностных слоев эпидермиса кожи человека, которые могли образоваться за счет смешения генетического материала (крови) потерпевшего Ш.С.С.П. и генетического материала (следов пота, клеток эпидермиса) подозреваемого ФИО1 На рукоятке этого же ножа, а также на этой же стеклянной бутылке (емкость бутылки), обнаружен пот с примесью клеток поверхностного слоя эпидермиса кожи человека. Установленные генетические характеристики смешанных объектов на рукоятке ножа и на бутылке, не исключают присутствия в составе смеси генетического материала от потерпевшего Ш.С.С.П., от подозреваемого ФИО1 и от свидетеля ФИО1 (т.2 л.д.118-130).

Оценивая и сопоставляя в системе изложенные доказательства, суд приходит к выводу о виновности подсудимого ФИО1 в совершении указанных выше преступлений. Суд признает все исследованные доказательства относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела и установления событий преступлений так, как они изложены в описательной части приговора, поскольку они согласуются между собой и дополняют друг друга, содержат сведения об установленных обстоятельствах совершения преступлений, достаточно полно и убедительно подтверждают виновность подсудимого, характер и размер вреда, причиненного преступлениями, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Оснований для признания какого-либо доказательства недопустимым, суд не усматривает.

Оценивая на предмет достоверности показания потерпевшей и свидетелей, суд признает их таковыми. При этом суд отмечает, что причин для возможного оговора подсудимого вышеуказанными свидетелями, потерпевшей суд не усматривает, какой-либо личной заинтересованности указанных лиц в исходе дела судом не установлено, личных неприязненных отношений к подсудимому ФИО1 они не испытывают. Не доверять показаниям свидетелей, которые являлись предметом судебного исследования, у суда нет, поскольку они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, кроме того, показания указанных лиц согласуются между собой и с другими исследованными доказательствами.

Оценивая показания подсудимого ФИО1 на протяжении всего производства по делу, суд критически относится к его показаниям в ходе судебного заседания как к избранному способу защиты и считает, что наиболее достоверные показания подсудимого были даны им в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого, в том числе при проверке показаний на месте, так как они согласуются с показаниями свидетелей и другими исследованными в ходе судебного заседания доказательствами.

Неточности, допущенные ФИО1 при его первоначальном допросе в качестве подозреваемого – относительно осознания им факта смерти Ш.С.С.П. в момент, когда он совершал глумление над его телом, а также при проверке показаний на месте – в части механизма причинения Ш.С.С.П. телесных повреждений в виде многочисленных переломов ребер слева и справа носят незначительный характер, объясняются его субъективными особенностями, свойствами памяти и различным эмоциональным состоянием в момент совершения преступления и при проверке показаний на месте, а потому не способны повлиять на оценку его показаний судом.

Оценивая версию стороны защиты, озвученную ФИО1 в его показаниях в судебном заседании, о недостоверности сведений, содержащихся в протоколах допроса его в качестве подозреваемого и обвиняемого на предварительном следствии, вследствие того, что эти показания даны под принуждением в связи с применением к нему недозволенных методов ведения расследования, а также в протоколе проверки показаний на месте, вследствие того, что были даны по требованию следователя, исходя из тех обстоятельств, которые были ему сообщены оперативными сотрудниками на момент проведения данного следственного действия, суд учитывает следующее.

Как усматривается из материалов уголовного дела, показания во всех случаях давались ФИО1 в присутствии адвоката. При этом ни от самого ФИО1, ни от его защитника Минина С.И., осуществлявшего в последующем его защиту в судебном заседании, заявлений о том, что к ФИО1 в целях принуждения к даче показаний было применено насилие либо высказаны угрозы – не поступало. Напротив, в начале предварительного следствия ФИО1 последовательно сообщал сведения о совершении им убийства Ш.С.С.П. и надругательства над его телом, изменив свои показания лишь по прошествии достаточно продолжительного периода времени, когда вдруг появилась версия о причастности к убийству Ш.С.С.П. сначала свидетеля С.В.., являющегося единственным очевидцем событий, произошедших 12.02.2023 в квартире по вышеуказанному адресу, а затем и какого-то третьего лица, о присутствии которого в квартире в указанную дату ранее ни самим ФИО1, ни кем-либо из допрошенных свидетелей не сообщалось. Утверждение ФИО1 об оказанном на него до его первоначального допроса в качестве подозреваемого морального давления со стороны оперативных сотрудников объективно ничем не подтверждено.

Установленный в судебном заседании факт применения к ФИО1 спецсредств – наручников при его доставлении в отдел полиции после совершения преступлений, не свидетельствует об оказании какого-либо морального воздействия на ФИО1 со стороны оперативных сотрудников.

Более того, утверждение подсудимого ФИО1 об оказании на него давления оперативными сотрудниками непосредственно перед его первоначальным допросом, опровергается просмотренной в судебном заседании видеозаписью данного следственного действия, из которой следует, что ФИО1 давал показания свободно, без каких-либо подсказок и указаний. В частности, на видеозаписи отчетливо видно, что подсудимый держит себя раскованно, самостоятельно излагает обстоятельства произошедшего между ним и Ш.С.С.П. 12.02.2023 конфликта, в ходе которого он совершил убийство последнего.

Утверждения ФИО1 о том, что при проверке показаний на месте он описывал словесно и демонстрировал механизм нанесения ударов Ш.С.С.П. исходя из тех обстоятельств, которые были сообщены ему следователем и оперативными сотрудниками, опровергаются протоколом указанного следственного действия с прилагающейся к нему фототаблицей, из содержания которого установлено, что ФИО1 уверенно демонстрировал действия, совершенные им 12.02.2023. Ни сам подозреваемый ФИО1, ни присутствовавший в ходе данного следственного действия защитник Минин С.И. замечаний относительно порядка проведения проверки показаний на месте не высказали. При этом ФИО1 указал на механизм причинения Ш.С.С.П. телесных повреждений в той последовательности, в таком количестве, и тем орудием, о которых не могло быть известно правоохранительным органам на момент проверки показаний на месте, поскольку указанные обстоятельства были установлены лишь при проведении последующих судебно-медицинских экспертиз, а орудие преступления – нож, было установлено и в последующем изъято следователем только лишь со слов самого ФИО1, который как раз и указал на него при проверке показаний на месте. Указанное в совокупности свидетельствует о преступной осведомленности ФИО1 на момент проведения указанного следственного действия и об изложении последним сведений о совершенных непосредственно им действиях.

Учитывая совокупность приведенных обстоятельств, принимая во внимание логичный и последовательный характер показаний ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, в которых он признавал факт совершения убийства Ш.С.С.П. и надругательства над его телом, их согласованность с другими собранными по делу доказательствами, суд признает несостоятельной версию стороны защиты о недостоверности этих показаний в связи с применением к ФИО1 недозволенных методов ведения расследования.

Отсутствуют основания для вывода о совершении убийства Ш.С.С.П. не ФИО1, а иным лицом, поскольку объективные доказательства возможной причастности к совершению убийства Ш.С.С.П. иных лиц отсутствуют, тогда как виновность ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений подтверждена и доказана достаточной совокупностью представленных суду доказательств.

Указанная версия стороны защиты опровергается заключением генетической экспертизы, согласно которого на рукояти ножа, которым был нанесен удар потерпевшему Ш.С.С.П., отсутствует генетический материал какого-либо иного лица, помимо находившихся в тот вечер в квартире подсудимого ФИО1, свидетеля С.В. и Ш.С.С.П., а также показаниями свидетелей С.В. о том, что никто кроме подсудимого убийство Ш.С.С.П. не совершал, посторонних лиц в тот вечер в квартире не было, свидетеля Д.Е.П. о том, что в день событий преступления он приходил в квартиру ФИО1, никаких посторонних лиц в ней не видел, а также свидетеля М.В,А., которая наблюдала в дверной глазок своей квартиры за происходящими событиями с момента, как Ш.С. буквально вывалился из квартиры, и она не видела, чтобы кто-то покидал квартиру свидетеля ФИО1 до приезда сотрудников полиции. Указание подсудимого ФИО1 при предъявлении ему окончательного обвинения о возможности совершения убийства Ш.С.С.П. свидетелем С.В. опровергается, помимо показаний самого указанного свидетеля, и тем обстоятельством, что последний является инвалидом-колясочником, у него отсутствует одна нога, в силу чего свидетель С.В. физически не в состоянии причинить человеку такие телесные повреждения, которые имелись у трупа Ш.С.С.П., при тех обстоятельствах, при которых они были причинены.

Такую позицию подсудимого ФИО1 в судебном заседании суд расценивает как реализацию последним права на защиту, обусловленную желанием преуменьшить степень своей вины в инкриминируемых преступлениях, и тем самым смягчить установленную уголовным законом ответственность за содеянное.

Суд признает допустимыми и относимыми заключения всех проведенных по делу экспертиз, поскольку они выполнены на основании научно разработанных методик экспертами, имеющими соответствующую квалификацию и обладающими специальными познаниями. Оснований сомневаться в их выводах у суда не имеется.

Суд также считает, что следственные действия, проведенные по настоящему уголовному делу и составленные в их результате протоколы, соответствуют правилам уголовно-процессуального закона, что позволяет расценивать сами указанные протоколы, а также доказательства, закрепленные в них, как допустимые доказательства, с достаточной степенью подтверждающие обстоятельства преступлений. Вещественные доказательства также вовлечены в процесс доказывания законным способом.

Таким образом, проверив в ходе судебного следствия с соблюдением требований ст.240 УПК все представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что все вышеуказанные события преступлений имели место и совершены они именно подсудимым ФИО1, в деле отсутствуют какие-либо неустранимые сомнения в виновности подсудимого, которые могли бы быть, в соответствии со ст. 49 Конституции Российской Федерации и ст. 14 УПК РФ, истолкованы в его пользу.

Давая юридическую оценку действиям подсудимого, суд исходит из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств, подтвержденных совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Действия ФИО1 в отношении Ш.С.С.П., выразившиеся в нанесении ему множественных ударов руками и ногами по телу, а после – нанесение удара ножом со значительной силой в жизненно важный орган человека – грудную клетку, очевидно для подсудимого влекущих неизбежность наступления смерти потерпевшего, расцениваются судом как направленные на умышленное лишение его жизни, то есть на убийство, а совершенные им действия в отношении трупа Ш.С.С.П. после того, как наступление смерти последнего стало для него явным и очевидным, а именно помещение в полость тела потерпевшего постороннего предмета (стеклянной бутылки) – свидетельствуют об умысле подсудимого на надругательство над телом умершего.

При этом суд исключает из объема предъявленного ФИО1 обвинения причинение потерпевшему Ш.С.С.П. телесного повреждения в виде поверхностной резаной раны на тыльной поверхности левой кисти, так как ни органами предварительного следствия, ни государственным обвинителем в судебном заседании не представлено доказательств, подтверждающих, что указанное повреждение потерпевшему было причинено именно подсудимым и именно при тех обстоятельствах, которые были установлены в судебном заседании, а не при каких-либо иных обстоятельствах.

Мотивом совершения преступлений ФИО1, по мнению суда, явились личные неприязненные отношения к потерпевшему Ш.С.С.П., возникшие в ходе ссоры после совместного употребления спиртных напитков.

Принимая во внимание изложенное, суд квалифицирует содеянное ФИО1 по ч.1 ст. 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, и по ч.1 ст.244 УК РФ – как надругательство над телами умерших.

Разрешая вопрос о вменяемости подсудимого ФИО1 и возможности привлечения его к уголовной ответственности в соответствии со ст. ст. 21, 22 УК РФ, суд учитывает сведения о личности подсудимого, а также заключение проведенной по делу судебно-психиатрической экспертизы, согласно выводов которой у ФИО1 обнаруживаются признаки эмоционально неустойчивого расстройства личности, в стадии компенсации. Синдрома зависимости от алкоголя, средняя стадия активной зависимости, в настоящее время воздержание, но в условиях, исключающих употребление. Однако, степень поведенческих и эмоциональных нарушений выражена нерезко, не сопровождается грубыми мнестико-интеллектуальными и аффективными расстройствами, бредом, галлюцинациями, нарушением критических и прогностических способностей в отношении инкриминируемого ему деяния и не лишают его способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. ФИО1 в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, не находился в состоянии какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности. Следовательно, ФИО1 в момент инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, и может в настоящее время. В применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается. Как лицо, у которого выявлены клинические признаки синдрома зависимости от алкоголя, средней стадии активной зависимости, ФИО1 нуждается в лечении и медико-социальной реабилитации у врача психиатра-нарколога (т.2 л.д.149-165).

Суд доверяет выводам проведенной по делу судебной психолого-психиатрической экспертизы, поскольку она проведена квалифицированными специалистами, выводы которых мотивированы, обстоятельств, позволяющих поставить их под сомнение не установлено. Подсудимый адекватно вел себя в судебном заседании, отвечал на вопросы, правильно ориентировался в окружающей обстановке, потому суд приходит к твердому убеждению, что преступления ФИО1 совершены вне какого-либо расстройства психической деятельности, в силу чего, в отношении инкриминируемых деяний его следует считать вменяемым, подлежащим уголовной ответственности за совершенные преступления.

Обсуждая вопрос о виде и размере наказания, суд, руководствуясь принципами ст.ст.6, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

ФИО1 совершено два умышленных преступления, одно из которых (убийство) является особо тяжким, направленным против жизни человека, а другое (надругательство над телами умерших) отнесено к категории преступлений небольшой тяжести и посягает на общественную нравственность.

Оценивая степень общественной опасности содеянного подсудимым, суд учитывает конкретные обстоятельства преступлений. В этом отношении принимаются во внимание способ совершения ФИО1 убийства потерпевшего и надругательства над его телом, характер, продолжительность и интенсивность его насильственных действий, оконченный характер обоих преступлений и факт их совершения с прямым умыслом.

Исследуя сведения о личности подсудимого, суд принимает во внимание, что ФИО1 не судим, вместе с тем, привлекался к уголовной ответственности (т.2 л.д.214-215), по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т.2 л.д.234).

На учете у нарколога ФИО1 не состоит (т.2 л.д.222), однако на момент совершения преступлений ни единожды привлекался к административной ответственности по ч. 1 ст. 20.20 КоАП РФ за появление в общественных местах в состоянии опьянения (т.2 л.д.215).

Наряду с этим судом установлено, что подсудимый ФИО1 в 2013 году обращался к врачу-психиатру по линии ГВК с предварительным диагнозом: «Умственная отсталость», находился на стационарном обследовании, которое не закончил. В 2022 году находился на стационарном лечении, был взят по «д» наблюдение врачом-психиатром (т.2 л.д.222).

ФИО1 не женат, имеет малолетнего ребенка, не трудоустроен.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 по обоим преступлениям, суд в соответствии с п.п. «и», «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, что выразилось в даче им подробных показаний об обстоятельствах их совершения сразу после задержания, в том числе в участии в проверке показаний на месте, в результате чего удалось установить мотивы и способ совершения им преступлений, орудия их совершения и иные обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения уголовного дела, а также наличие у виновного малолетнего ребенка.

Также в качестве смягчающих наказание обстоятельств по обоим преступлениям на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает ФИО1 состояние его здоровья, в том числе психического, а по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.244 УК РФ – признание ФИО1 вины.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных статьей 63 УК РФ, судом по уголовному делу не установлено.

Достаточных оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение ФИО1 преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, суд не усматривает.

В этом отношении судом учитывается, что из показаний ФИО1, данных как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, следует, что до начала совершения насильственных действий в отношении Ш.С.С.П. им было выпито незначительное количество алкоголя. Кроме того, исследованные судом доказательства свидетельствуют о том, что формирование у ФИО1 умысла на совершение убийства не было напрямую связано с употреблением им алкоголя перед совершением преступления, а из предъявленного ему обвинения не следует, что в момент совершения преступлений ФИО1 находился в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Анализируя исследованные в ходе судебного разбирательства характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, конкретные обстоятельства содеянного, данные о личности подсудимого, а также смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, суд приходит к выводу, что цели уголовного наказания, предусмотренные статьей 43 УК РФ, а именно: исправление подсудимого, восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений - могут быть достигнуты только путем назначения подсудимому ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, которое должно быть назначено ему в пределах санкции данной статьи.

Принимая такое решение, суд исходит из того, что санкция ч. 1 ст. 105 УК РФ не предусматривает более мягкого основного наказания, чем лишение свободы. Исключительных обстоятельств, дающих основания для назначения ФИО1 более мягкого наказания по правилам статьи 64 УК РФ, судом по делу не установлено. Основания для условного осуждения ФИО1 в соответствии со ст. 73 УК РФ отсутствуют.

Конкретные обстоятельства совершенного ФИО1 особо тяжкого насильственного преступления против жизни человека свидетельствуют о необходимости применения к подсудимому строгих и эффективных мер государственного воздействия, адекватных содеянному. Это может быть достигнуто только путем назначения ФИО1 реального лишения свободы. Иных возможностей восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения новых преступлений суд не усматривает.

С учетом наличия совокупности смягчающих наказание обстоятельств суд считает возможным не назначать дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч.1 ст.105 УК РФ.

За преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 244 УК РФ, суд назначает ФИО1 наказание в виде исправительных работ, поскольку иные, более мягкие виды наказания не отвечают конкретным обстоятельствам совершенного им преступления.

С учетом того, что по делу отсутствуют отягчающие вину обстоятельства, при назначении наказания за каждое из преступлений судом учитываются положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Наказание по совокупности преступлений на основании ч.3 ст.69 УК РФ суд определяет путем частичного сложения наказаний.

Правовые и фактические основания для изменения категории совершенного ФИО1 особо тяжкого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, на более мягкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ отсутствуют, поскольку конкретные обстоятельства содеянного им не позволяют сделать вывод о меньшей степени общественной опасности преступления.

Оснований для освобождения ФИО1 от назначенного наказания не имеется.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО1 должен отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима, так как им совершено особо тяжкое преступление и ранее он не отбывал лишение свободы.

На основании ч. 2 ст. 97 УПК РФ в целях обеспечения исполнения приговора, связанного с назначением наказания в виде реального лишения свободы, мера пресечения в отношении подсудимого ФИО1 в виде заключения под стражу отмене либо изменению не подлежит.

Согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания подсудимого под стражей в период с 13.02.2023 по день вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Обсудив заявленные потерпевшей Ш.С.Ф.С. исковые требования о возмещении материального ущерба в размере 91 960 рублей в части расходов на погребение, суд находит их подлежащими удовлетворению. Поскольку в судебном заседании объективно установлено, что материальный ущерб был причинен умышленными действиями подсудимого ФИО1, размер затрат на захоронение подтвержден соответствующими платежными документами, он подлежит возмещению в полном объеме.

Разрешая гражданские иски о компенсации морального вреда, заявленные потерпевшей Ш.С.Ф.С., а также гражданским истцом Ч.Я.Ю. в пользу несовершеннолетних детей Ш.С.М.С., Ш.С.С.С., Ш.С.О.С., суд руководствуется требованиями ст.ст.151, ч.1 ст.1064, ст.ст.1079, 1099, 1101 ГК РФ.

Решая вопрос о гражданском иске, заявленном гражданским истцом Ч.Я.Ю. в интересах несовершеннолетних Ш.С.С.С., ** г.р., Ш.С.М.С., ** г.р., Ш.С.О.С., ** г.р., отцом которых согласно свидетельств о рождении и установлении отцовства является Ш.С.С.П., суд учитывает, что в соответствии с ч.3 ст.44, 2 ст. 45 УПК РФ и разъяснениями, данными в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года N 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», согласно которым, гражданский иск в защиту интересов несовершеннолетних может быть заявлен их законными представителями. По иску, заявленному в интересах несовершеннолетнего, взыскание должно производиться в пользу самого несовершеннолетнего.

Рассматривая гражданский иск о возмещении морального вреда потерпевшей Ш.С.Ф.С., а также гражданского истца Ч.Я.Ю. в интересах несовершеннолетних детей Ш.С.С.С., Ш.С.М.С., Ш.С.О.С., суд исходит из того, что в соответствии со ст. 151 ГК РФ моральный вред подлежит возмещению в случае причинения гражданину физических или нравственных страданий действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Судом установлено, что в результате совершенных ФИО1 преступлений потерпевшей Ш.С.Ф.С. и несовершеннолетним Ш.С.С.С., Ш.С.М.С., Ш.С.О.С., безусловно, причинены нравственные страдания, связанные с утратой близкого родственника – отца.

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется положениями ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, согласно которым в этих целях должны учитываться характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, а также требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В этом отношении принимается во внимание, что между потерпевшей Ш.С.Ф.С., а также несовершеннолетними Ш.С.С.С., Ш.С.М.С., Ш.С.О.С. и их отцом поддерживались семейные отношения, они регулярно общались. Смерть близкого родственника потерпевшая Ш.С.Ф.С., несовершеннолетние дети Ш.С.С.С., Ш.С.М.С., Ш.С.О.С. пережили тяжело и до настоящего времени продолжают испытывать нравственные страдания, которые носят невосполнимый характер.

Судом учитывается, что моральный вред причинен потерпевшей и несовершеннолетним детям Ш.С.С.П. в результате совершенных ФИО1 умышленных преступлений. Подсудимый имел прямой умысел на причинение смерти Ш.С.С.П. и на последующее надругательство над его телом.

Принимается судом во внимание и имущественное положение ФИО1, который не женат, имеет малолетнего ребенка, является трудоспособным лицом, имеет возможность работать и возмещать причиненный вред.

Оценивая указанные обстоятельства в их совокупности, принимая во внимание характер причиненных потерпевшей Ш.С.Ф.С. и несовершеннолетним Ш.С.С.С., Ш.С.М.С., Ш.С.О.С. нравственных страданий, связанных с утратой близкого родственника, учитывая характер и степень вины ФИО1, его имущественное положение, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда потерпевшей Ш.С.Ф.С. в заявленной ею сумме 500 000 рублей, гражданского истца Ч.Я.Ю., действующей в интересах несовершеннолетних детей Ш.С.С.С., Ш.С.М.С., Ш.С.О.С. – в сумме по 500 000 рублей в пользу каждого из детей, что отвечает совокупности всех вышеперечисленных обстоятельств.

Относительно требований потерпевшей Ш.С.Ф.С. о взыскании с подсудимого расходов на оплату услуг представителя - адвоката Готовко Л.Г. в сумме 50 000 рублей суд приходит к следующему.

Согласно положениям ч. 3 ст.42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, которые на основании п. 1.1 ч.2 ст.131 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам.

По смыслу закона, расходы, связанные с производством по делу - процессуальные издержки, возложены на орган, в производстве которого находится уголовное дело, и в соответствии с ч. 1 ст.131 УПК РФ возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

Таким образом, документально подтвержденные и обоснованные расходы на оплату услуг представителя в сумме 50 000 рублей подлежат возмещению федеральным бюджетом с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства.

Судьбу вещественных доказательств суд определяет согласно ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307 - 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.105 УК РФ, ч.1 ст.244 УК РФ и назначить ему наказание:

- по ч.1 ст.105 УК РФ в виде 9 лет лишения свободы

- по ч.1 ст.244 УК РФ в виде исправительных работ сроком на 7 месяцев с удержанием 10% из заработной платы в доход государства.

На основании ч.3 ст.69, п. «в» ч.1 ст.71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 9 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с даты вступления приговора в законную силу с зачетом времени содержания ФИО1 под стражей с 13.02.2023 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражей оставить без изменения, по вступлении приговора в законную силу меру пресечения отменить.

Исковые требования потерпевшей Ш.С.Ф.С. о взыскании с подсудимого ФИО1 денежных средств в счет возмещения расходов на погребение и в счет компенсации морального вреда удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с ФИО2 В,В. в пользу Ш.Ф.С, (** г.р., уроженки ..., зарегистрированной и фактически проживающей по адресу: ...) в счет возмещения расходов на погребение денежные средства в сумме 91 960 (девяносто одна тысяча девятьсот шестьдесят) рублей, в счет компенсации морального вреда - в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Исковые требования гражданского истца Ч.Я.Ю., действующей от имени и в интересах несовершеннолетних Ш.С.С.С., Ш.С.М.С., Ш.С.О.С. о взыскании с подсудимого ФИО1 денежных средств в счет компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу несовершеннолетнего Ш.С.С., ** г.р. (в лице законного представителя Ч.Я.Ю., ** г.р.) в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу несовершеннолетнего Ш,М.С., ** г.р. (в лице законного представителя Ч.Я.Ю., ** г.р.) в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу несовершеннолетней Ш.О.С, ** г.р. (в лице законного представителя Ч.Я.Ю., ** г.р.) в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Возместить расходы потерпевшей Ш.С.Ф.С. на оплату услуг представителя – адвоката Готовко Л.Г. в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей за счет средств федерального бюджета через бухгалтерию Управления судебного департамента в Иркутской области.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей в качестве процессуальных издержек по оплате услуг представителя потерпевшей Ш.С.Ф.С. – адвоката Готовко Л.Г.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

- вырез коврового покрытия, бутылку стеклянную, 6 ножей, чайник, кофту и футболку, след папиллярных линий, образцы буккального эпителия подозреваемого ФИО1, свидетеля ФИО1, кровь и кожный лоскут трупа Ш.С.С.П., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Ангарск СУ СК РФ по Иркутской области – уничтожить;

- медицинскую карту амбулаторного больного №55671 на имя ФИО1, хранящуюся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Ангарск СУ СК РФ по Иркутской области – вернуть в соответствующее медицинское учреждение;

- копию заключения комиссии экспертов, хранящуюся в уголовном деле – продолжать хранить в деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок с момента вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий О.Р. Соколова

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>