Санкт-Петербургский городской суд
УИД: 78RS0006-01-2022-004533-42
Рег. №: 33-19274/2023 Судья: Лещева К.М
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего
Шумских М.Г.
судей
при секретаре
ФИО1, ФИО2
ФИО3
рассмотрев в открытом судебном заседании 15 августа 2023 года апелляционную жалобу ООО «АГР» (до переименования ООО «ФОЛЬКСВАГЕН Г. РУС») на решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 2 сентября 2022 года по гражданскому делу № 2-4161/2022 по иску ФИО4 к ООО «АГР» (до переименования ООО «ФОЛЬКСВАГЕН Г. РУС») о защите прав потребителя.
Заслушав доклад судьи Шумских М.Г., выслушав позицию представителя ответчика ООО «АГР» ФИО5, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда
УСТАНОВИЛ
А:
ФИО4 обратилась в Кировский районный суд Санкт-Петербурга с настоящим иском к ООО «ФОЛЬКСВАГЕН Г. РУС», уточнив исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, просила взыскать с ответчика в свою пользу стоимость автомобиля, уплаченную по договору купли-продажи от 2 ноября 2021 года № 174119, в размере 5 670 000 руб., разницу между ценой автомобиля, установленной договором, и текущей ценой автомобиля в размере 10 984 244 руб., убытки в виде расходов на приобретение зимней резины в размере 85 080 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., неустойку за нарушение срока возврата стоимости автомобиля, начиная с 16 мая 2022 года по дату вынесения решения суда, неустойку за нарушение срока компенсации убытков, начиная с 16 мая 2022 года, по дату вынесения решения суда, неустойку за каждый день просрочки удовлетворения требования о возврате денежных средств в размере 1% цены товара (16 654 244 руб.) за период со дня вынесения решения суда по день уплаты денежных средств, неустойку за каждый день просрочки удовлетворения требования о компенсации убытков в размере 1% цены товара (16 654 244 руб.) за период со дня вынесения решения суда по день уплаты денежных средств, штраф в размере 50% от присужденной суммы, предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», а также расходы, связанные с уплатой государственной пошлины, в размере 46 800 руб. и расходы на оплату проведения судебной экспертизы, в размере 45 450 руб.
В обоснование требований ссылаясь на то, что в собственности истца находится автомобиль марки «AUDI, модель A8L», цвет серый, год выпуска 2018, идентификационный номер (VIN): №..., в комплектации 55 TFSI quattro tiptronic с дополнительными заводскими опциями и общим гарантийным сроком качества, установленным производителем, на 24 месяца, а также дополнительным сроком 24 месяца или до достижения 120 000 км пробега (в зависимости от того, что наступит ранее). Дата начала гарантии - день передачи автомобиля первому покупателю, то есть 31 июля 2018 года. Импортёром автомобиля является ООО «ФОЛЬКСВАГЕН ГРУП РУС». Стоимость указанного автомобиля составила 5 670 000 руб., которая была оплачена истцом в полном объёме 20 ноября 2021 года. В течение четвёртого года гарантийного срока автомобиль неоднократно находился у официальных дилеров для осуществления гарантийных ремонтов различных недостатков; истец не имела возможности пользоваться автомобилем в совокупности более 30 дней (41 день). По окончании ремонта 27 апреля 2022 года истец отказалась от получения данного автомобиля в связи с намерением обратиться к импортёру с иными требованиями в рамках Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», в связи с чем 28 апреля 2022 года направила в адрес ответчика претензию о замене автомобиля или возврате его стоимости и компенсации убытков. Письмом от 13 мая 2022 года ответчик указал на необоснованность требований истца и отказал в их удовлетворении.
Решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 2 сентября 2022 года с ООО «ФОЛЬКСВАГЕН ГРУП РУС» в пользу ФИО4 взыскана стоимость автомобиля марки «AUDI, модель A8L», внесённая по договору купли-продажи, в размере 5 670 000 руб., убытки в виде разницы стоимости автомобилей в размере 10 984 244 руб., убытки в виде стоимости дополнительного оборудования в размере 85 080 руб., неустойка за просрочку удовлетворения требования о возврате цены товара в размере 6 000 000 руб. за период с 16 мая 2022 года по 2 сентября 2022 года, неустойка за просрочку удовлетворения требования о возмещении убытков в виде разницы цены товара и стоимости дополнительного оборудования в размере 6 000 000 руб. за период с 16 мая 2022 года по 2 сентября 2022 год, неустойка за просрочку удовлетворения требования о возврате цены товара в размере 0,5% от стоимости соответствующего товара 16 654 244 руб. за каждый день просрочки, начиная с 3 сентября 2022 года по дату исполнения решения суда, неустойка за просрочку удовлетворения требования о взыскании убытков в виде разницы цены товара и стоимости дополнительного оборудования в размере 0,5% от стоимости соответствующего товара 16 654 244 руб. за каждый день просрочки, начиная с 3 сентября 2022 года по дату исполнения решения суда, компенсация морального вреда в размере 50 000 руб., штраф в размере 14 394 662 руб., расходы на оплату проведения судебной экспертизы в размере 45 450 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 46 800 руб.
В удовлетворении иска в остальной части требований отказано.
Кроме того, с ООО «ФОЛЬКСВАГЕН ГРУП РУС» взыскана государственная пошлина в доход бюджета Санкт-Петербурга в размере 13 500 руб.
На ФИО4 возложена обязанность возвратить ООО «ФОЛЬКСВАГЕН ГРУП РУС» автомобиль марки «AUDI, модель A8L за счёт и силами ООО «ФОЛЬКСВАГЕН ГРУП РУС».
Не согласившись с постановленным решением, ответчик ООО «ФОЛЬКСВАГЕН ГРУП РУС» подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить, как незаконное и необоснованное.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 18 января 2023 года решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 2 сентября 2022 года изменено, второй абзац его резолютивной части изложен в следующей редакции:
Взыскать с ООО «ФОЛЬКСВАГЕН Г. РУС» в пользу ФИО4 стоимость автомобиля марки «AUDI, модель A8L», внесённую по договору купли-продажи, в размере 5 670 000 руб., убытки в виде разницы стоимости автомобилей в размере 10 984 244 руб., убытки в виде стоимости дополнительного оборудования 85 080 руб., неустойку за просрочку удовлетворения требования о возврате цены товара в размере 2 000 000 руб. за период с 16 мая 2022 года по 2 сентября 2022 года, неустойку за просрочку удовлетворения требования о возмещении убытков в виде разницы цены товара и стоимости дополнительного оборудования в размере 2 000 000 руб. за период с 16 мая 2022 года по 2 сентября 2022 года, неустойку за просрочку удовлетворения требования о возврате цены товара в размере 0,5% от стоимости соответствующего товара 16 654 244 руб. за каждый день просрочки с 3 сентября 2022 года по дату исполнения решения суда, неустойку за просрочку удовлетворения требования о взыскании убытков в виде разницы цены товара и стоимости дополнительного оборудования в размере 0,5% от стоимости соответствующего товара 16 654 244 руб. за каждый день просрочки с 3 сентября 2022 года по дату исполнения решения суда, компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., штраф в размере 10 394 662 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 45 450 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 46 800 руб.
В остальной части решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 2 сентября 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «ФОЛЬКСВАГЕН ГРУП РУС» - без удовлетворения.
Определением Третьего кассационный суда общей юрисдикции апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 18 января 2023 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
При повторном рассмотрении апелляционной жалобы на рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции истец ФИО4 не явилась, извещалась судом о времени и месте судебного разбирательства в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ, что подтверждается телефонограммой, ходатайств и заявлений об отложении судебного разбирательства, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представила.
Судебная коллегия на основании п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.
Судебная коллегия исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав позицию стороны, приходит к следующему.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО4 является собственником автомобиля «AUDI A8L» год выпуска – 2018 г., в комплектации 55 TFSI quattro tiptronic с дополнительными заводскими опциями, приобретенного на основании договора купли-продажи от 02.11.2021 № 174119.
Согласно ПТС импортером автомобиля является ООО «АГР» (ООО «ФОЛЬКСВАГЕН ГРУП РУС»).
Стоимость автомобиля согласно п. 2. Договора составила 5 670 000 руб. Согласно условиям Договора, гарантийный срок на автомобиль составляет 4 (четыре) года или до достижения автомобилем 120 000 км пробега. Дата начала гарантии – 31.07.2018. Стоимость автомобиля оплачена истцом в полном объеме, что подтверждается Актом приема-передачи автомобиля от 20.11.2021, счетом и кассовым чеком от 20.11.2021.
31.07.2021 начался четвертый год заводской гарантии на автомобиль.
В течение 4-го года гарантийного срока автомобиль неоднократно находился у официальных дилеров для осуществления гарантийных ремонтов различных недостатков:
30.12.2021 – 21.01.2022 – Заказ-наряд № RAP1135743 – 23 дня.
13.02.2022–15.02.2022–гарантийный Заказ–наряд №AuV2202062–3 дня.
13.04.2022–27.04.2022–Акт выполненных работ по заказ-наряду № ПР00037746 – 15 дней (требование об устранении недостатков получено импортером 12.04.2022)
После получения уведомления об окончании ремонта 27.04.2022 истец ввиду нарушения сроков устранения недостатков отказалась от получения вышеуказанного автомобиля в связи с намерением обратиться к ответчику с иными требованиями в рамках Закона РФ «О защите прав потребителей». 28.04.2022 истцом в адрес импортера (ответчика) направлена претензия о замене автомобиля или возврате его стоимости и компенсации убытков.
В письме от 13.05.2022 ответчик указал на необоснованность требований истца и отказал в их удовлетворении.
Суд, исходя из того обстоятельства, что спорный автомобиль на момент приобретения его истцом находился на гарантии производителя/импортёра, приобретён истцом как физическим лицом для личных нужд, вместе с правом собственности на автомобиль истец также обрёл права потребителя в полном объёме. То обстоятельство, что автомобиль изначально был приобретён юридическим лицом, правового значения не имеет, так как истцом приобретено не право требования, а само имущество, из факта владения которым следуют его права потребителя, кроме того, автомобиль был приобретён официальным дилером у импортёра.
Таким образом, несмотря на то, что истец является последующим собственником товара, на него распространяются права, предоставленные Законом потребителю, поскольку товар используется на законном основании и в личных, бытовых целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
В ходе рассмотрения дела по существу ответчик не ссылался на факт использования автомобиля самим истцом в предпринимательской деятельности и соответствующих доказательств не предоставлял.
С учетом изложенного, суд пришел к выводу о том, что истец, приобретший товар для личного (бытового) использования, пользуется правами, предоставленными стороне в обязательстве и Законом РФ «О защите прав потребителей», в связи с чем на правоотношения сторон спора распространяются положения указанного Закона РФ.
Отклоняя доводы возражений ответчика об отсутствии доказательств нахождения автомобиля в течение четвертого года гарантийного срока в ремонте совокупно свыше 30 дней, суд исходил из следующего.
Из материалов дела следует, что автомобиль находился в ремонте в следующие периоды времени: с 30.12.2021 по 21.01.2022 – Заказ-наряд № RAP1135743 – 23 дня; с 13.02.2022 по 15.02.2022 - Гарантийный Заказ-наряд №AuV2202062 – 3 дня; с 13.04.2022 по 27.04.2022 - Акт выполненных работ по заказ-наряду № ПР00037746 – 15 дней.
Согласно позиции представителя ответчика, фактически работы по ремонту были завершены 13.01.2022.
Между тем, из содержания представленной переписки сторон следует, что после 13.01.2022 истца уведомляли об окончании выполнения работ по заказ-наряду RAP1133883 (неисправен круиз контроль, заменить лазер адаптивного круиз контроля). Истцом в ответ на данное уведомление заявлено требование об устранении всех заявленных 30.12.2021 недостатков, в т.ч. изначально не отраженных уполномоченной организацией в заказ-наряде № RAP1133883. Однако, завершение работ, которые принял потребитель (истец), состоялось только 21.01.2022 по заказ-наряду № RAP1135743 (виды работ: продолжение работ по заказ-наряду RAP1133883, неисправен круиз контроль, неисправна передняя камера, не открывается багажник сзади, не горит лампочка в левом зеркале). Кроме того, информация об окончании ремонтных работ именно 21.01.2022 имеется в тексте самого заказ-наряда № RAP1135743.
С учетом изложенных обстоятельств, установил факт нахождения автомобиля в ремонте в течение 23 дней в период с 30 декабря 2021 по 21 января 2022 года.
Кроме того, в период с 13 по 15 февраля 2022 года автомобиль в течение трёх дней находился в ремонте ввиду устранения производственных неисправностей, что подтверждается гарантийным Заказ – нарядом № AuV2202062.
Заявляя ответчику требование об устранении недостатков, полученное последним 12.04.2022, потребитель ссылался на пункт 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств (утв. Постановлением Правительства РФ 23.10.1993 N 1090 (ред. от 31.12.2020), истец указывал на наличие неисправности, при которой запрещена эксплуатация транспортных средств: не работают в установленном режиме внешние световые приборы - наличие неисправности ближнего света и левой фары.
Согласно заказ-наряду № ПР00037746 от 27.04.2022 наличие указанных выше недостатков нашло своё подтверждение, поскольку уполномоченной организацией произведена замена блока питания электрики головного света и замена дефлектора центрального.
Ссылки ответчика на необходимость исчисления сроков нахождения автомобиля в ремонте со дня, следующего за датой сдачи автомобиля в ремонт, признаны судом необоснованными
Судом установлено, что истец при обнаружении недостатков 07.04.2022 не мог использовать спорный автомобиль, а срок устранения недостатков при этом с учетом положений статьи 20 Закона РФ «О защите прав потребителей» следует исчислять со дня обращения с требованием об устранении недостатков, т.е. с 13.04.2022.
С учетом изложенных обстоятельств, суд полагал установленным факт невозможности использования истцом товара (автомобиля) в течение 23 календарных дней в ходе ремонта с 30.12.2021 по 21.01.2022, в течение трёх календарных дней в период с 13.02.2022 по 15.02.2022 и в течение 15 календарных дней в период с 13.04.2022 по 27.04.2022, а всего – в течение 41 календарного дня.
Также судом установлено, что при применении подхода к исчислению сроков, указанному ответчиком, общее время невозможности использования товара составляет более 30 календарных дней.
При этом невозможность использования товара явилась следствием устранения недостатков, ответственность за которые несет ответчик, поскольку истцом представлены доказательства устранения недостатков в рамках гарантийных обязательств.
Ответчиком в материалы дела не представлены какие-либо доказательства того, что недостатки в спорном автомобиле возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.
Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что требования истца о взыскании с ответчика как импортёра денежных средств, уплаченных по договору купли-продажи, являются обоснованными и подлежат удовлетворению, в связи с чем полагал возможным взыскать с ответчика в пользу истца 5 670 000 руб.
В ходе судебного разбирательства по ходатайству сторон с целью установления размера стоимости автомобиля на дату рассмотрения дела судом определением суда от 03.06.2022 назначена судебная товароведческая экспертиза, проведение которой поручено АНО «Межрегиональный центр судебных экспертиз «Северо-Запад».
Согласно заключению эксперта №660/22-КирРС-СПб от 27.06.2022, выполненного АНО «Межрегиональный центр судебных экспертиз «Северо-Запад», стоимость нового автомобиля, соответствующего техническим характеристикам с учетом комплектации автомобиля, принадлежащего истцу (AUDI, модель A8L, цвет серый, год выпуска 2018, с доставкой в Санкт-Петербург на дату составления заключения, составила: 16 654 244 руб. На автомобильном рынке доступны к продаже новые автомобили AUDI A8L, 2022 модельного ряда и выпуска, схожие техническим характеристикам к автомобилю истца. Вследствие этого эксперт произвел расчет стоимости нового автомобили AUDI A8L, 2022 модельного ряда и выпуска, со схожими техническим характеристикам к автомобилю истца по аналогам, находящимся в свободном доступе.
Приведенное заключение судебной экспертизы принято судом в качестве надлежащего доказательства.
Представитель ответчика, возражая против выводов судебной экспертизы, представил акт экспертного исследования № 232/22 от 01.08.2022, подготовленный АНО «ИН-ТРАНС», согласно выводам которого заключение эксперта №660/22-КирРС-СПб от 27.06.2022 не соответствует принципам полноты проведения исследований, проверяемости, достоверности, объективности и всесторонности, предусмотренных требованиями статей 4, 8, 16 федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Одновременно с этим в указанном акте экспертного исследования сделан вывод о средней стоимости нового автомобиля, аналогичного по техническим характеристикам автомобилю истца, в размере 15 194 500 руб.
Акта экспертного исследования № 232/22 от 01.08.2022 оценен судом критически с указанием мотивов, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что содержащиеся в акте экспертного исследования № 232/22 от 01.08.2022, подготовленном АНО «ИН-ТРАНС», доводы о недостатках заключения судебного эксперта не нашли своего подтверждения по обстоятельствам дела.
Таким образом, судом установлено, что стоимость нового автомобиля, соответствующего техническим характеристикам с учетом комплектации автомобиля, принадлежащего истцу (AUDI, модель A8L, цвет серый, год выпуска 2018) с доставкой в Санкт-Петербург составляет сумму в размере 16 654 244 руб.
Разрешая требования истца о взыскании с ответчика причиненных убытков, суд исходил из того, что права потребителя согласно договору перешли к истцу с момента подписания договора и в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода прав, включая право в судебном порядке предъявлять к изготовителю, импортеру, продавцу все предусмотренные законом требования о защите прав потребителя.
Согласно представленному в дело договору купли-продажи, заключенному между ООО «ВАГНЕР ПРЕМИУМ» и ФИО6, (первым собственником автомобиля), автомобиль был приобретен последним 06.08.2021 по цене 1 175 000 руб.
Автомобиль приобретен ФИО6 и поставлен на государственный регистрационный учет 06.08.2021 в органах ГИБДД в соответствии с положениями ФЗ от 03.08.2018 года № 283-ФЗ, на автомобиль получено свидетельство о регистрации транспортного средства от 06.08.2021 года, что подтверждается записями в паспорте транспортного средства.
Су первой инстанции пришел к выводу, что первым собственником – физическим лицом (потребителем) спорного автомобиля AUDI модель A8L являлся ФИО6, который приобрел автомобиль у официального дилера ООО «ВАГНЕР ПРЕМИУМ» 06.08.2021 г.
Довод представителя ответчика о том, что ФИО6 не использовал автомобиль для личных и семейных нужд, т.к. в тот же день 06.08.2021 продал спорный автомобиль, суд полагал несостоятельным, поскольку доказательств в обоснование данного довода ответчиком не представлено, а судом не добыто.
Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что размер убытков составляет 15 479 244 руб. (сумма в виде разницы между стоимостью автомобиля на дату рассмотрения дела судом (16 654 244 руб.) минус стоимость, за которую спорный автомобиль приобретен первым потребителем автомобиля (1 175 000 руб.).
Вместе с тем, при сложении суммы, взыскиваемой судом в качестве платы по договору (5 670 000 руб.) и размера убытка (15 479 244 руб.) общий размер составит сумму, превышающую стоимость аналогичного нового автомобиля.
Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу, что требования истца о взыскании с ответчика убытков являются законными и обоснованными, а размер убытков определил исходя из заключения судебной товароведческой экспертизы и стоимостью, уплаченной истцом по договору купли-продажи автомобиля, определив размер убытков в сумме 10 984 244 руб. (16 654 244 руб. – 5 670 000 руб.).
В силу абзаца 2 пункта 4 статьи 453 и абзаца 3 пункта 1 статьи 1103 ГК РФ одновременно с выплатой ответчиком истцу денежных средств на основании решения суда последний должен возвратить ему автомобиль.
Таким образом, до момента исполнения ответчиком требований истца у последнего не возникло обязанности вернуть товар, а возникло право на удержание в порядке ст. 359 ГК РФ.
К убыткам истца относятся также расходы на приобретение зимней резины в сумме 85 080 руб., т.к. исходя из ее назначения, эксплуатационных и потребительских свойств, подразумевается ее использование по предусмотренному назначению в комплексе с автомобилем и не может быть использована по прямому назначению отдельно от него.
Вышеуказанные расходы истца подтверждаются письменными материалами дела, в том числе актом выполненных работ №1711251-1 и чеком от 20.11.2021 и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.
Истцом предоставлены доказательства (заказ-наряды) проведения ремонтных работ в организациях сервисной сети ответчика.
Из содержания заказ-нарядов и пояснений ответчика следует, что ООО «Группа компаний Мега-Авто», ООО «Оргтехстрой» и ООО «Максимум Приморский» являются официальными дилерами ООО «Фольксваген Групп Рус», то есть уполномочены на проведение работ по безвозмездному устранению неисправностей автомобилей (гарантийном ремонту).
Таким образом, ремонтные работы на автомобиле производились уполномоченными ответчиком организациями, в связи с чем возражения ответчика на отсутствие своей вины в нарушении сроков производства ремонтных работ на автомобиле и на отсутствие доказательств устранения в ходе ремонтных работ недостатков, препятствующих эксплуатации транспортного средства, судом отклонены со ссылкой на положения ст. 403 ГК РФ.
Судом установлено, что после окончания ремонта автомобиля 27.04.2022 истец товар из ремонта не получала, подпись в получении автомобиля в акте отсутствует, имеется отметка (уведомление) об отказе от получения товара из ремонта по причине нарушения сроков выполнения работ с намерением обратиться к импортеру с требованиями в рамках Закона РФ «О защите прав потребителей».
28.04.2022 истец обратилась с претензией к ответчику, в удовлетворении которой отказано, что подтверждается письмом ответчика от 13.05.2022.
На момент заявления требования ответчику автомобиль находился во владении уполномоченной организации. Свое намерение на возврат товара истец выразила непосредственно до получения автомобиля из ремонта, написав соответствующую претензию импортеру, а после получения отказа сразу обратилась в суд.
При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу о том, что истец вправе заявлять ответчику требования, о возврате стоимости товара, основанные на положениях статьи 18 Закона РФ «О защите прав потребителей».
Рассматривая требование о взыскании с ответчика неустойки за просрочку в удовлетворении требования потребителя, судом установлено, что претензия ответчику с требованием о замене товара либо возврате его стоимости отправлена истцом 28.04.2022 и получена ответчиком 04.05.2022. В связи с истечением 10-дневного срока, отведенного статьей 20 Закона РФ «О защите прав потребителей» на удовлетворение требования потребителя, с 16.05.2022 следует исчислять период просрочки в удовлетворении ответчиком заявленных требований истца.
При предъявлении претензии 28.04.2022 истцом заявлено два самостоятельных требования: о возврате стоимости автомобиля по Договору и о компенсации убытков в виде разницы стоимости автомобилей и цены дополнительного оборудования.
Таким образом, с учетом положений статей 18, 22, 23 Закона РФ «О защите прав потребителей» и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, неустойка подлежит начислению и взысканию за каждое допущенное нарушение (нарушение сроков по каждому заявленному требованию).
Расчет неустойки, приведенный в иске, проверен судом и признан арифметически верным.
Ответчиком заявлено о применении положений ст. 333 ГК РФ о снижении размера неустоек и штрафов.
Доказательств несоразмерности неустойки в заявленном истцом размере ответчиком не представлено. При этом суд полагал, что заявленный размер неустойки очевидно несоразмерен последствиям допущенного ответчиком нарушения прав истца, в связи с чем суд пришел к выводу о необходимости снижения указанного размера неустойки.
Определяя размер подлежащей взысканию неустойки суд оценил длительный период просрочки в удовлетворении законных требований истца ответчиком, имущественный интерес ответчика, наличие у ответчика информации о производственном характере недостатков, периодах и общей продолжительности невозможности пользования автомобилем в течение 4-го года заводской гарантии, текущую стоимость товара и размер убытков в связи с чем полагал необходимым с учетом положений статьи 333 ГК РФ снизить размер подлежащей взысканию неустойки и взыскать с ответчика неустойку в размере 6 000 000 руб. за просрочку в удовлетворении требований истца уплате стоимости товара с 16.05.2022 по 02.09.2022 и неустойку в размере 6 000 000 руб. за просрочку в удовлетворении требований истца о возмещении убытков в виде разницы стоимости товара и стоимости дополнительного оборудования за период с 16.05.2022 по 02.09.2022.
Таким образом, общий размер неустойки, заявленной истцом в размере 36 639 336 руб., снижен судом до 12 000 000 рублей, что не превышает текущую стоимость нового аналогичного товара.
Суд полагал возможным возложить на ответчика обязанность по уплате неустойки, снизив по правилам статьи 333 ГК РФ ее размер до 0,5 % от стоимости товара (16 654 244 руб.) за каждый день в отношении требования об уплате стоимости товара и 0,5 % от стоимости товара (16 654 244 руб.) за каждый день в отношении требования о компенсации убытков в виде разницы стоимости товара и стоимости дополнительного оборудования, в период времени с даты вынесения решения суда по дату фактического исполнения решения суда.
Возражая против взыскания неустойки, представитель ответчика ссылался введение моратория на возбуждение дел о банкротстве (с 01.04.2022. по 01.10.2022.) в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 N 497.
Судом приведенные возражения мотивировано отклонены, при этом установлено, что требования истца о взыскании стоимости товара и компенсации убытков возникли после введения вышеуказанного моратория (после 01.04.2022), т.к. требование по последнему гарантийному ремонту было предъявлено истцом ответчику 12.04.2022, претензия направлена 28.04.2022, а предусмотренный ст. 22 Закона о защите прав потребителей десятитидневный срок истек 15.05.2022.
Кроме того, с учетом конкретных обстоятельств дела суд первой инстанции полагал справедливой присуждение истцу денежной компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., а также штрафа, сумма которого составила 14 394 662 руб. ((5 670 000 руб. + 10 984 244 руб. + 6 000 000 руб. + 6 000 000 руб. + 85 080 руб. + 50 000 руб.)/2)). При этом, судом принято во внимание, что заявленный истцом размер законной неустойки значительно снижен с применением положений статьи 333 ГК РФ, в связи с чем оснований для снижения штрафа суд не усмотрел.
Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 15, 393 Гражданского кодекса РФ, ст.ст. 18, 20, 21, 24 Закона № 2300-1, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», Обзором практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 октября 2018 года), оценив в совокупности все представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.
Судебные расходы распределены судом в соответствии с положениями Главы 7 Гражданского процессуального кодекса РФ.
В ходе апелляционного рассмотрения ответчиком представлены документы о переименовании наименования организации.
Согласно материалам дела, ООО Фольксваген Груп Рус» изменило фирменное наименование на ООО «АГР», что подтверждается уведомлением от 20.06.2023 и выпиской из ЕГРЮЛ от 15.08.2023.
В доводах апелляционной жалобы ответчик ссылается на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права, в частности Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», положения которого не распространяется на правоотношения сторон, поскольку первоначальными владельцами транспортного средства являлись юридические лица.
Данный довод жалобы подлежит отклонению по следующим основаниям.
Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в п. 1 постановления от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортёр), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми ГК РФ, Законом Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
При отнесении споров к сфере регулирования Закона № 2300-1 следует учитывать, что исходя из преамбулы данного Закона и ст. 9 Федерального закона от 26 января 1996 года № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» правами, предоставленными потребителю Законом и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами, а также правами стороны в обязательстве в соответствии с ГК РФ пользуется не только гражданин, который имеет намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и гражданин, который использует приобретённые (заказанные) вследствие таких отношений товар (работы, услуги) на законном основании (наследник, а также лицо, которому вещь была отчуждена впоследствии, и т.п.).
Согласно п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2017 года, гражданин, на законном основании использующий товар исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, которому такой товар был отчуждён другим гражданином, также пользуется правами потребителя, если законом не предусмотрено иное.
В силу требований ст. 18 Закона № 2300-1 потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе: потребовать замены на товар этой же марки (этих же модели и (или) артикула); потребовать замены на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены; потребовать соразмерного уменьшения покупной цены; потребовать незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом; отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счёт потребитель должен возвратить товар с недостатками.
При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества. Убытки возмещаются в сроки, установленные настоящим Законом для удовлетворения соответствующих требований потребителя.
В отношении технически сложного товара потребитель в случае обнаружения в нем недостатков вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы либо предъявить требование о его замене на товар этой же марки (модели, артикула) или на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены в течение пятнадцати дней со дня передачи потребителю такого товара. По истечении этого срока указанные требования подлежат удовлетворению в одном из следующих случаев: обнаружение существенного недостатка товара; нарушение установленных настоящим Законом сроков устранения недостатков товара; невозможность использования товара в течение каждого года гарантийного срока в совокупности более чем тридцать дней вследствие неоднократного устранения его различных недостатков.
На основании Перечня технически сложных товаров, утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 10 ноября 2011 года № 924, автомобили легковые отнесены к технически сложным товарам.
Потребитель вправе предъявить требования, указанные в абз. 2 и 5 п. 1 настоящей статьи, изготовителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру.
Вместо предъявления этих требований потребитель вправе возвратить изготовителю или импортеру товар ненадлежащего качества и потребовать возврата уплаченной за него суммы.
Судом первой инстанции установлено, что автомобиль приобретен истцом для собственных личных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, истец является потребителем в соответствии с положениями Закона № 2300-1; гарантийные обязательства связаны с товаром, а не личностью лица, его использующего; приобретя право собственности на автомобиль, истец приобрела и право требования устранения недостатков, возврата, замены товара или возврата его стоимости в случае обнаружения существенных недостатков в течение гарантийного срока.
Ссылка ответчика на то, что до приобретения его истцом спорный автомобиль использовался организациями в коммерческих целях и никем из предыдущих владельцев не использовался исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, а потому у истца не возник объем прав потребителя, судебной коллегией отклоняется, так как данный довод являлся предметом изучения суда первой инстанции и не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела по существу.
При этом судебная коллегия принимает во внимание то, что первым собственником - физическим лицом (потребителем) спорного автомобиля являлся ФИО6, который приобрел его у официального дилера ООО «ВАГНЕР ПРЕМИУМ» 6 августа 2021 года.
Доказательств того, что ФИО6 использовал спорный автомобиль в коммерческих целях ответчиком ни в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, ни в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции представлено не было. То обстоятельство что ФИО6 в дальнейшем продал спорный автомобиль, не свидетельствует о невозможности применения к возникшим правоотношениям Закона «О защите прав потребителей».
Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия учитывает, что права потребителя, гарантированные Законом № 2300-1, возникают с момента заключения сделки между гражданином-потребителем и организацией (изготовителем, исполнителем, продавцом, импортером), и не зависят от предшествующего права собственности на товар иных лиц, в связи с чем приведенные доводы подлежат отклонению, как необоснованные.
Ссылки подателя апелляционной жалобы на сложившуюся судебную практику судебная коллегия также отклоняет, так как судебные акты по другим спорам не имеют преюдициального значения, наличие оснований для удовлетворения или отказа в удовлетворении исковых требований рассматривается судом в каждом конкретном деле с учетом доводов и возражений сторон и представленных ими доказательств.
Доводы ответчика о неприменении судом первой инстанции закона, подлежащего применению, вследствие принятия истцом автомобиля после устранения недостатка (удовлетворения первоначально заявленного требования) и продолжения его эксплуатации, а после предъявление иных требований, в том числе о возврате стоимости товара, что, по мнению ответчика, свидетельствует о злоупотреблении правом, признаются судебной коллегией несостоятельными по следующим основаниям.
Согласно пп. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Статьей 10 названного Кодекса предусмотрено, что осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) не допускаются.
В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.
Таким образом, при наличии совокупности обстоятельств, предусмотренных абз. 11 п. 1 ст. 18 Закона № 2300-1, сама по себе передача автомобиля потребителем на ремонт не является злоупотреблением правом.
Кроме того, следует учитывать, что Закон № 2300-1 не содержит запрета на эксплуатацию товара потребителем после направление импортеру претензии об отказе от товара. Потребитель является экономически более слабой и зависимой стороной в гражданско-правовых отношениях с организациями и индивидуальными предпринимателями.
В отношении спорного автомобиля судом первой инстанции не были применены обеспечительные меры, запрещающие его эксплуатацию.
Следует отметить, что ответчик не опроверг тот факт, что по завершении очередного гарантийного ремонта 27 апреля 2022 года истец не забирала автомобиль с территории официального дилера марки AUDI в г. Санкт-Петербург - ООО «Максимум Приморский» Ауди Центр Лахта.
В акте выполненных работ к заказ-наряду № ПР00037746 от 27 апреля 2022 года содержится отметка о том, что у истца имелись претензии по срокам выполнения работ, и она отказалась от получения автомобиля по окончании ремонта в связи с намерением обратиться к импортеру (ответчику) с требованием в рамках Закона № 2300-1 (т. 1, л.д. 49).
Следовательно, вопреки доводам жалобы, истцом не реализовано право на безвозмездное устранение недостатков, так как товар после ремонта принят не был.
По смыслу положений абз. 2 п. 4 ст. 453 и ст. 1103 ГК РФ, одновременно с выплатой ответчиком истцу денежных средств на основании решения суда последний обязан возвратить ему товар.
К спорным правоотношениям подлежит применению п. 1 ст. 359 ГК РФ, предусматривающий, что кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено.
До момента исполнения ответчиком требований истца у последней не возникла обязанность вернуть товар, при этом имелось право на его удержание в порядке ст. 359 ГК РФ.
В п. 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 января 2002 года № 66 указано, что право на удержание вещи должника возникает у кредитора лишь в том случае, когда спорная вещь оказалась в его владении на законном основании. Возможность удержания не может быть следствием захвата вещи должника помимо его воли.
В материалах дела отсутствуют доказательства направления ответчиком истцу требований о возврате товара силами и за счет ответчика, при этом, спорный автомобиль является крупногабаритным товаром, процедура возврата которого регулируется положениями п. 7 ст. 18 Закона № 2300-1.
Оценивая доводы сторон о периоде невозможности использования товара, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что юридически значимым обстоятельством является определение периода, в течение которого товар не использовался и его использование было невозможным (недопустимым).
Так, в случае устранения недостатков товара гарантийный срок на него продлевается на период, в течение которого товар не использовался. Указанный период исчисляется со дня обращения потребителя с требованием об устранении недостатков товара и до дня выдачи его по окончании ремонта (п. 3 ст. 20 Закона № 2300-1).
На основании представленных в материалы дела доказательств суд первой инстанции установил, что при обнаружении недостатков 7 апреля 2022 года (в отношении последнего обращения) с указанной даты истец не могла использовать спорный автомобиль; срок устранения недостатков с учетом положений ст. 20 Закона № 2300-1 и сложившейся правоприменительной практики исчисляется со дня обращения потребителя с соответствующим требованием (в данном случае - с 13 апреля 2022 года), соответственно, истец не имела объективной возможности использовать автомобиль в течение 41 календарного дня четвертого гарантийного года, а именно: в период с 30 декабря 2021 года по 21 января 2022 года - 23 календарных дня, в период с 13 февраля 2022 года по 15 февраля 2022 года - 3 календарных дня, а также в период с 13 апреля 2022 года по 27 апреля 2022 года - 15 календарных дней.
При применении подхода к исчислению сроков, указанных ответчиком, общее время невозможности использования товара составляет более 30 календарных дней.
Невозможность использования товара явилась следствием устранения различных недостатков, ответственность за которые несёт ответчик.
Истцом представлены доказательства устранения недостатков в рамках гарантийных обязательств импортера.
Более того, в письме от 13 мая 2022 года об отказе в удовлетворении претензии истца ответчик не указывал на неправильность исчисления вышеуказанных сроков, а сослался лишь на отсутствие недостатков автомобиля на дату предъявления требований.
В соответствии с абз. 7 п. 1 ст. 18 Закона № 2300-1 потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества. Убытки возмещаются в сроки, установленные настоящим Законом для удовлетворения соответствующих требований потребителя.
При возврате товара ненадлежащего качества потребитель вправе требовать возмещения разницы между ценой товара, установленной договором, и ценой соответствующего товара на момент добровольного удовлетворения такого требования или, если требование добровольно не удовлетворено, на момент вынесения решения судом (п. 4 ст. 24 настоящего Закона).
Пунктом 3 ст. 393 ГК РФ определено, что, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.
Согласно п. 5 этой же статьи размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.
В п. 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. При этом следует иметь в виду, что убытки возмещаются сверх неустойки (пени), установленной законом или договором, а также что уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают лицо, нарушившее право потребителя, от выполнения в натуре возложенных на него обязательств перед потребителем (пп. 2, 3 ст. 13 Закона № 2300-1).
Под убытками понимаются расходы, которые потребитель, чьё право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
При определении причиненных потребителю убытков суду следует исходить из цен, существующих в том месте, где должно было быть удовлетворено требование потребителя, на день вынесения решения, если законом или договором не предусмотрено иное.
Учитывая это, при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, связанных с возвратом товара ненадлежащего качества, суд вправе удовлетворить требование потребителя о взыскании разницы между ценой такого товара, установленной договором купли-продажи, и ценой аналогичного товара на время удовлетворения требований о взыскании уплаченной за товар ненадлежащего качества денежной суммы.
Как отмечено в п. 3 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14 октября 2020 года, положения п. 4 ст. 24 Закона № 2300-1 направлены на защиту интересов потребителя, чтобы он мог приобрести аналогичный товар и в том случае, если к моменту удовлетворения требований потребителя цена на такой товар увеличилась.
Вопреки доводам ответчика в апелляционной жалобе, результат разрешения судом первой инстанции требования истца о взыскании убытков в виде разницы в стоимости автомобилей находится в соответствии с содержанием норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и установленными обстоятельствами дела.
Исходя из п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утверждённой Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2017 года, гражданин, которому товар был отчужден другим лицом, также пользуется правами потребителя, при этом цена сделки, за которую истец приобрёл автомобиль, её возмездный или безвозмездный характер (купля-продажа, дарение, наследование) правового значения не имеет и не может повлиять на объём прав истца как потребителя при разрешении спора.
Таким образом, размер ответственности импортера товара перед потребителем в период действия гарантийного срока не может изменяться (уменьшаться) в связи с переходом права собственности на товар.
В силу п. 2 ст. 21 Закона № 2300-1 товар ненадлежащего качества должен быть заменён на новый товар, то есть на товар, не бывший в употреблении. При замене товара гарантийный срок исчисляется заново со дня передачи товара потребителю.
На основании изложенного в случае, если потребителем сделан выбор в пользу денежной компенсации вместо замены товара на новый, то размер такой компенсации, а, следовательно, и размер убытков, должен обеспечивать потребителю возможность приобретения нового аналогичного автомобиля.
Указание ответчика на злоупотребление правом со стороны истца при расчете сумм неустоек, исходя из стоимости нового товара, основано на неверном толковании норм права, так как по смыслу положений ст. 23 Закона № 2300-1 расчет неустойки осуществляется исходя из цены товара. Цена товара определяется исходя из его цены, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование добровольно удовлетворено не было.
Рассматривая требование о взыскании разницы между ценой товара, установленной договором купли-продажи, и ценой товара, являющегося аналогичным ранее приобретённому, следует исходить из того, что в случае отсутствия к моменту разрешения спора точно такого же товара - такой же комплектации, модификации и т.д. - подлежащая взысканию в пользу потребителя указанная разница в цене должна определяться с учётом цены товара, наиболее приближенного по техническим характеристикам и параметрам к ранее приобретённому. Указанная позиция отражена в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2019 года № 32-КГ19-29.
Суд первой инстанции, применив положения ст. 23 Закона № 2300-1, признал требования истца о взыскании с ответчика неустойки за просрочку возврата стоимости товара и возмещении убытков за период с 16 мая 2022 года по 2 сентября 2022 года обоснованными, в связи с чем, проверив представленный истцом расчет и применив на основании заявления ответчика положения ст. 330, 333 ГК РФ, счел возможным уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки за просрочку возврата стоимости товара до 6 000 000 руб. и неустойки за компенсацию убытков в виде разницы стоимости товара и стоимости дополнительного оборудования (зимней резины) до 6 000 000 руб., а всего - до 12 000 000 руб. полагая, что такой размер отвечает принципам разумности и справедливости, поскольку не превышает текущую стоимость аналогичного товара.
С учетом установленной по результатам судебной экспертизы стоимости товара (ближайшего технического аналога) суд первой инстанции обоснованно осуществил расчет суммы неустойки, впоследствии применив к ней положения ст. 333 ГК РФ, исходя из установленной стоимости аналогичного товара на дату вынесения решения.
В результате снижения неустоек фактически был снижен и штраф, предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона № 2300-1.
Возложение законодателем на суды общей юрисдикции решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости
Данная позиция нашла свое отражение и в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июня 2016 года № 1363-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Б.Г. и Б.О. на нарушение их конституционных прав положениями пункта 1 статьи 10, пункта 1 статьи 333 и пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором указано, что ст. 333 ГК РФ (в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 08 марта 2015 года № 42-ФЗ), содержание которой в основном воспроизведено в её действующей редакции, в части, закрепляющей право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.
В то же время в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» даны следующие разъяснения положений ст. 333 ГК РФ, подлежащие применению в настоящем споре.
Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п. 71). Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (п. 73). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 74).
Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в п. 34 постановления от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», применение ст. 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.
В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ответчик заявлял об уменьшении штрафных санкций по правилам ст. 333 ГК РФ в случае удовлетворения исковых требований, ссылаясь на их явную несоразмерность последствиям нарушения обязательства.
Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств, то есть неустойка по своей природе носит компенсационный характер и не должна служить средством обогащения потребителя. Критериями установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства.
Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.
Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки (п. 75 вышеуказанного постановления).
Следовательно, уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки её соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, и указания судом мотивов, по которым он пришёл к выводу об указанной несоразмерности. При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.
В отношении коммерческих организаций с потребителями законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.
Перечисленные требования закона и разъяснения судом первой инстанции, снизившим размер подлежащих взысканию неустоек за просрочку удовлетворения различных требований потребителя до 6 000 000 руб., были приняты во внимание.
Как разъяснено в п. 65 постановления Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу ст. 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.
При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.
В тех случаях, когда размер неустойки установлен законом, ее снижение не может быть обосновано доводами неразумности установленного законом размера неустойки.
Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.
Данная позиция нашла свое отражение в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2022 N 66-КГ22-2-К8.
Проверив представленный истцом расчет неустойки, и признав его арифметически верным, учитывая, что в суде первой инстанции ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера неустоек и штрафов, установив, что заявленный размер неустойки очевидно несоразмерен последствиям допущенного ответчиком нарушения прав истца, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанный размер неустоек подлежит снижению применительно к требованиям статьи 333 ГК РФ, неустойку за просрочку возврата стоимости товара до 6 000 000 руб. и неустойки за компенсацию убытков в виде разницы стоимости товара и стоимости дополнительного оборудования (зимней резины) до 6 000 000 руб., а всего - до 12 000 000 руб.
При определении размера подлежащей взысканию неустойки судом приняты во внимание длительный период просрочки в удовлетворении законных требований истца ответчиком, наличие у ответчика информации о производственном характере недостатков, периодах и общей продолжительности невозможности пользования автомобилем в течение четвертого года заводской гарантии, необоснованный отказ в добровольном удовлетворении требований истца, текущую стоимость товара и размер убытков.
Судебная коллегия принимает во внимание, что неустойки за определенный период снижены более чем в три раза и более чем на 24 000 000 руб., неустойки на будущее время при вынесении судом решения уже были уменьшены в 2 раза (с 1% до 0,5%). Оснований для дальнейшего снижения размера ответственности суд первой инстанции не нашел, поскольку дальнейшее снижение приведет к нарушению баланса интересов истца и ответчика, так как может затруднить и затянуть процесс исполнения судебного акта после его вступления в силу.
С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", судебная коллегия принимает во внимание, что неустойки судом первой инстанции снижены более чем в 3 раза до 12 000 000 руб., что не превышает текущую стоимость аналогичного товара (16 654 244 руб.).
Штраф, предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона № 2300-1, с ответчика не взыскивается в случае, если после принятия иска к производству суда требования потребителя удовлетворены ответчиком по делу добровольно, при этом истец отказался от иска (п. 47 настоящего постановления).
Иных случаев освобождения от уплаты штрафа законодатель не предусмотрел, а ввиду того, что истец не отказывалась от исковых требований, а сроки добровольной уплаты требуемой суммы были ответчиком нарушены, в связи с чем штраф в данном случае подлежит взысканию.
При этом судебная коллегия также принимает во внимание, что доказательств явной несоразмерности штрафа, определенного судом первой инстанции в соответствии с действующим законодательством, последствия нарушенного обязательства, не представлено, в связи с чем не усматривает оснований для снижения суммы штрафа на основании положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Поскольку на спорные отношения распространяется Закон № 2300-1, истец в соответствии со ст. 15 этого Закона вправе требовать выплаты ей компенсации морального вреда.
Ответчик не представил в суд первой инстанции доказательств наличия обстоятельств, влекущих освобождение его от ответственности.
При определении размера компенсации морального вреда следует исходить из положений ст. 1101 ГК РФ, согласно которым компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Размер компенсации морального вреда - 50 000 руб. определен судом первой инстанции на основании конкретных обстоятельств дела, отвечает критерием разумности и справедливости. Оснований для иной оценки данных обстоятельств и уменьшения суммы этой компенсации не имеется.
В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке, суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.
Иных доводов, которые имели бы существенное значение для рассмотрения дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.
Таким образом, правоотношения сторон и закон, подлежащий применению определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене состоявшегося судебного решения.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 2 сентября 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Мотивированное апелляционное определение изготовлено <дата>.