Решение по делу № 2-5264/2023 от 21.12.2023

07RS0001-02-2023-004158-69

Дело № 2-5264/23

Решение

Именем Российской Федерации

21 декабря 2023 года гор. Нальчик

Нальчикский городской суд в составе председательствующего судьи Сарахов А.А., при секретаре Бжаховой М.Р., с участием прокурора Башиева Р.А., представителя истца ФИО1, действующего по доверенности от 21.07.2023 года, ответчика ПАО «Промсвязьбанк» - по доверенности от 23.05.2023 г. ФИО3, представителя третьего лица ФИО4 ФИО12. – ФИО1, действующего по доверенности от 03.02.2023 года, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 ФИО15 к ПАО «Промсвязьбанк» о защите прав потребителя и взыскании суммы причиненного ущерба, встречному иску ПАО «Промсвязьбанк» к ФИО4 ФИО13 и ФИО5 ФИО14 о признании договора банковского вклада незаключенным,

Установил:

ФИО4 ФИО16 обратилась в суд с настоящим иском к Публичному акционерному обществу (ПАО) «Московский Индустриальный банк» и в обоснование своих требований указала, что 12 февраля 2019 года в ОО «РУ в г. Нальчик» Филиала СКРУ ПАО «Московский Индустриальный Банк» на её имя был открыт вклад «Мультивалютный-Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с «Условиями по размещению денежных средств во вклад «Мультивалютный-Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания № от 12.02.2019г., на момент его заключения сумма вклада составляла 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей или 22 488 долларов США; процентная ставка составляет 17% годовых за вклад в рублях и 12% годовых — за вклад в валюте.

Вклад был открыт её отцом — ФИО4 ФИО17.

В подтверждение внесения денежных средств в размере 1 500 000 рублей банком был выдан банковский ордер № от ДД.ММ.ГГГГ.

В июле 2020 года из неофициальных источников мне стало известно о том, что в Кабардино-Балкарском отделении ПАО «Московский Индустриальный банк» осуществлялись махинации с банковскими вкладами, а руководитель отделения отстранен от работы и местонахождение его неизвестно. Впоследствии, из ответа Банка истице стало известно, что в отношении ФИО5 ФИО18 ДД.ММ.ГГГГ 3-м МСО ГУ МВД Росси по СКФО возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, осуществляются следственные действия.

20.07.2020 года истица обратилась в отделение банка с заявлением о досрочном расторжении договора банковского обслуживания № от 12.02.2019г. и выдаче принадлежащих ей денежных средств.

Ответом от ДД.ММ.ГГГГ ей было сообщено, что «между ОО «РУ в <адрес>» Филиала СКРУ ПАО МинБанк» и ФИО4 ФИО19 правоотношения отсутствуют. На имя ФИО4 ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ г.р., <адрес>, паспорт <...>, выдан Отделом № УФМС России по КБР в <адрес> 26.12.2016г. договор № от ДД.ММ.ГГГГ не заключался».

Дополнительно было сообщено, что в отношении ФИО5 ФИО21. ДД.ММ.ГГГГ 3-м МСО СЧ ГУ МВД России по СКФО возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, осуществляются следственные действия. «По вопросу взаимоотношений с ФИО5 ФИО22 ей было рекомендовано обратиться в правоохранительные органы (в 3-е МСО СЧ ГУ МВД России по СКФО г Нальчик, <адрес>).

Вышеуказанные действия ответчика отказавшегося возвратить ей её деньги считает не законными, по следующим основаниям:

В соответствии с п. 1 ст. 834 ГК РФ, по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Пунктом 1 ст. 835 ГК РФ установлено, что право на привлечение денежных средств во вклады имеют банки, которым такое право предоставлено в соответствии с разрешением (лицензией), выданным в порядке, установленном в соответствии с законом.

Из положений ст. 836 ГК РФ следует, что договор банковского вклада должен быть заключен в письменной форме. Письменная форма договора банковского вклада считается соблюденной, если внесение вклада удостоверено сберегательной книжкой, сберегательным или депозитным сертификатом либо иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями.

В соответствии с положениями ст. 837 ГК РФ, договор банковского вклада заключается на условиях выдачи вклада по требованию (вклад до востребования) либо на условиях возврата вклада по истечении определенного договором срока (срочный вклад).

По договору вклада любого вида, заключенному с гражданином, банк в любом случае обязан выдать по первому требованию вкладчика сумму вклада или ее часть и соответствующие проценты (за исключением вкладов, внесение которых удостоверено сберегательным сертификатом, условия которого не предусматривают право вкладчика на получение вклада по требованию).

В случаях, когда вкладчик не требует возврата суммы срочного вклада по истечении срока либо по наступлении предусмотренных договором обстоятельств, договор считается продленным на условиях вклада до востребования, если иное не предусмотрено договором.

В соответствии с ч.1 ст.842 ГК РФ (Вклады в пользу третьих лиц), вклад может быть внесен в банк на имя определенного третьего лица. Если иное не предусмотрено договором банковского вклада, такое лицо приобретает права вкладчика с момента предъявления им к банку первого требования, с:нованного на этих правах, либо выражения им банку иным способом намерения воспользоваться такими правами.

Указание имени гражданина (статья 19) или наименования юридического лица (статья 54), в пользу которого вносится вклад, является существенным условием соответствующего договора банковского вклада.

В соответствии с ч.3 указанной статьи, правилу о договоре в пользу третьего лица (статья 430) применяются к договору банковского вклада в пользу третьего лица, если это не противоречит правилам настоящей статьи и существу банковского вклада.

Согласно ст. 849 ГК РФ, банк обязан по распоряжению клиента выдавать или списывать со счета денежные средства клиента не позднее дня, следующего за днем поступления в банк соответствующего платежного документа, если иные сроки не предусмотрены законом, изданными в соответствии с ним банковскими правилами или договором банковского счета.

20.07.2020 года истица обратилась в Банк с заявлением о возврате денежных средств по указанному договору банковского вклада, однако, в нарушение ст.ст. 309, 310 ГК РФ сумму вклада с начисленными не него процентами, Банк в добровольном порядке ей не вернул.

Правопреемником ПАО «Московский Индустриальный Банк» является ПАО «Промсвязьбанк», выкупивший 100% акций ПАО «Московский Индустриальный Банк» и внесший их в свой уставной капитал.

Согласно условиям договора банковского обслуживания № от 12.02.2019г. (п. 1.4 Условий), процентная ставка устанавливается в размере 17% годовых.

Таким образом, размер процентов за период с 12.02.2019г. по 20.11.2023г. (1743 дня) при процентной ставке 17% годовых составляет 1 217 712,32 рублей.

1 500 000/100% х (17%/365) х 1743 дня - 1 217 712,32 рублей.

В силу ст. 856 ГК РФ в случаях невыполнения указаний клиента о перечислении денежных средств со счета либо об их выдаче со счета банк обязан уплатить на эту сумму проценты в порядке и в размере, предусмотренных ст. 395 данного кодекса.

Сумма процентов, подлежащих уплате Ответчиком за неправомерное пользование чужими денежными средствами (суммой вклада) за период с 21.07.2020 года по 20.11.2023 года составляет 397 401 рубль.

В соответствии с п. 6. ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В силу требований пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, а также пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных.

Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

В связи с отказом банка возвратить её деньги и реальной угрозой их потерять истица испытала и испытывает до настоящего времени сильные душевные переживания.

Компенсацию морального вреда, она оценивает в размере 500 000 рублей, и прошу суд присудить ответчику выплатить истцу компенсацию морального вреда в указанной сумме.

На основании изложенного, истец просил:

Взыскать с публичного акционерного общества «ПРОМСВЯЗЬБАНК» ОГРН <***>, ИНН <***> зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ 109052, <адрес>, Смирновская ул., <адрес> стр. 22) в пользу ФИО4 ФИО23:

• сумму вклада по договору банковского обслуживания № от 12.02.2019г. в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей;

• проценты по договору банковского обслуживания № от 12.02.2019г. за период с 12.02.2019г. по 20.11.2023 г. в размере 1 217 712,32 рублей;

• проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами (суммой вклада) за период с 21.07.2020 года по 20.11.2023 года в размере 397 401 рубль.

• компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей;

• штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований

потребителя.

ПАО «МИнБанк» предъявило к ФИО4 ФИО24. и ФИО5 ФИО25. встречный иск в котором просило признать незаключенным договор банковского вклада№ выполненные в виде «Условий по размещению денежных средств во вклад «Мультивалютниый-Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания 423№ от 12.02.2019г.

Требования мотивированы тем, что указанный истцом договор банком не заключался, и на таких условиях не мог быть заключен, денежные средства от вкладчика в банк не поступали.

В судебном заседании представитель истца и третьего лица ФИО4 ФИО26. исковые требования поддержал. В удовлетворении встречных исковых требований ПАО «Промсвязьбанк» просил отказать.

Представитель ответчика исковые требования ФИО4 ФИО27. не признал, по основаниям, изложенным в письменные возражения на иск, встречные исковые требования поддержал. В случае удовлетворения первоначального иска просила снизить размер штрафа.

Прокурор в заключении просил исковые требования ФИО4 ФИО28. оставить без удовлетворения. Встречные исковые требования ПАО «Промсвязьбанк» просил удовлетворить.

Истец-ответчик ФИО4 ФИО30 ответчик по встречному иску ФИО5 ФИО29 третьи лица финансовый управляющий ФИО5 ФИО31. – ФИО6 ФИО32., ФИО4 ФИО33., представители третьих лиц Федеральной службы по финансовому мониторингу, ООО «Управляющая компания Фонда консолидации банковского сектора», Центрального Банка Российской Федерации, будучи надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не известили.

Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотрел дело в их отсутствие.

Выслушав доводы представителей сторон, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.ст. 55, 56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Отношения, вытекающие из договора банковского вклада, регламентируются главой 44 Гражданского кодекса РФ.

В силу ст. 834 ГК РФ, по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Статья 836 ГК РФ предусматривает обязательное заключение в письменной форме соглашения между банком и вкладчиком и фактическую передачу банку конкретной денежной суммы, зачисляемой на счет вкладчика, открытый ему в банке. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора, такой договор является ничтожным.

Из материалов дела следует, 12 февраля 2019 года в ОО «РУ в г. Нальчик» Филиала СКРУ ПАО «Московский Индустриальный Банк» на её имя был открыт вклад «Мультивалютный-Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания № от 12.02.2019 года.

Вклад был открыт её отцом — ФИО4 ФИО34.

Указанный документ подписан законным представителем истца, сотрудником Банка и скреплены печатью Банка.

ДД.ММ.ГГГГ истица обратилась в отделение банка с заявлением о досрочном расторжении договора банковского обслуживания № от 12.02.2019г. и выдаче принадлежащих ей денежных средств.

Ответом от ДД.ММ.ГГГГ истцу было сообщено, что «между ОО «РУ в <адрес>» Филиала СКРУ ПАО МинБанк» и ФИО4 ФИО35 правоотношения отсутствуют. На имя ФИО4 ФИО36 ДД.ММ.ГГГГ г.р., <адрес>, паспорт <...>, выдан Отделом № УФМС России по КБР в <адрес> 26.12.2016г. договор № от ДД.ММ.ГГГГ не заключался».

Статьей 837 ГК РФ предусмотрено, что по договору вклада любого вида, заключенному с гражданином, ФИО2 в любом случае обязан выдать по первому требованию вкладчика сумму вклада или ее часть и соответствующие проценты (за исключением вкладов, внесение которых удостоверено сберегательным сертификатом, условия которого не предусматривают право вкладчика на получение вклада по требованию).

В соответствии со ст. 849 ГК РФ банк обязан по распоряжению клиента выдавать или списывать со счета денежные средства клиента не позднее дня, следующего за днем поступления в банк соответствующего платежного документа, если иные сроки не предусмотрены законом, изданными в соответствии с ним банковскими правилами или договором банковского счета.

Приказом председателя правления банка от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 ФИО37 освобожден от занимаемой должности на основании пункта 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с утратой доверия.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 ФИО38 СЧ ГУ МВД России по СКФО возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В ходе расследования установлено, что ФИО5 ФИО39 путем обмана и злоупотребления доверием в рабочем кабинете, используя свое служебное положение, под предлогом размещения личных денежных средств граждан во вклады, сообщая заведомо ложные сведения о несуществующих, завышенных банковских процентных ставках по вкладам, не намереваясь разместить их на лицевых счетах в банке, в период времени с июня 2018 г. по декабрь 2019 г. похитил у физических лиц значительные денежные средства, включая спорные денежные средства истца в размере 1500 000 руб.

Учитывая вышеприведенные нормы права, а также обстоятельства, установленные в судебном заседании, суд приходит к убеждению, что между сторонами были заключены перечисленные договоры банковского вклада, на условиях, указанных в них, обязательства по ним истец исполнил в полном объеме, суммы вкладов были переданы ответчику. При этом суд считает, представленные истцом в подтверждение исковых требований документы, надлежащими и допустимыми доказательствами заключения между сторонами договоров срочного банковского вклада.

С учетом указанного, суд полагает, что поскольку прием от отца истицы денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами – банковскими ордерами, которые были выданы управляющим операционным офисом банка ФИО5 ФИО40. (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени банка) и в тексте которых отражен факт внесения соответствующих денежных средств и реквизиты банка, а также учитывая финансовую возможность, разумное и добросовестное поведение вкладчика., то указанные банковские ордера являются надлежащим доказательством, подтверждающим факт внесения вклада вкладчиком.

Надлежащих и бесспорных доказательств, опровергающих факт внесения вкладчиком денежных средств на счет банка в рамках указанного договора банковского вклада, ПАО «Промсвязьбанк» суду не представлено.

Доводы представителя ответчика, приводимые в отзыве, встречном исковом заявлении, а также озвученные в судебном заседании, по мнению суда подлежат отклонению по следующим основаниям.

Условия заключенного с потребителем договоров вклада и счета подлежат оценке судами с применением положений статьи 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей", а также с учетом неоднократно выраженной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации о защите потребителя как экономически более слабой и зависимой стороны в гражданско-правовых отношениях с коммерческой организацией (Постановление Конституционного Суда РФ от 23 февраля 1999 года N 4-П, Постановление Конституционного Суда РФ от 27 октября 2015 года N 28-П, Определение Конституционного Суда РФ от 4 октября 2012 года N 1831-О).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 23 февраля 1999 года N 4-П, граждане-вкладчики как сторона в договоре банковского вклада обычно лишены возможности влиять на его содержание, что для них является ограничением свободы договора и потому требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которого гражданин как экономически слабая сторона в этих правоотношениях нуждается в особой защите своих прав, и влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны, т.е. для банков, с тем чтобы реально гарантировать соблюдение конституционного принципа равенства при осуществлении предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

Оценивая конституционность пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, позволяющей удостоверять соблюдение письменной формы договора «иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота», Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 27.10.2015 № 28-П разъяснил что исходя из того что пункт 1 статьи 836 ГК Российской Федерации допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, т.е. перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение денежных средств на счет банка гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему банком документами.

Положения названной нормы не препятствуют суду на основании анализа фактических обстоятельств конкретного дела признать требования к форме договора банковского вклада соблюденными, а договор - заключенным, если будет установлено, что прием от гражданина денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами, которые были выданы ему банком (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени банка) и в тексте которых отражен факт внесения соответствующих денежных средств, и что поведение гражданина являлось разумным и добросовестным.

Что касается неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения, то их несение возлагается на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 ГК Российской Федерации), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, - профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.

Согласно позиции, приводимой в этом же Постановлении, если из обстоятельств дела следует, что договор банковского вклада, одной из сторон которого является гражданин, был заключен от имени банка неуполномоченным лицом, необходимо учитывать, что для гражданина, проявляющего при заключении договора необходимые разумность и добросовестность, соответствующее полномочие представителя может явствовать из обстановки, в которой он действует (абзац второй пункта 1 статьи 182 ГК Российской Федерации). Например, когда договор оформляется в кабинете руководителя подразделения банка, то у гражданина имеются основания полагать, что лицо, заключающее этот договор от имени банка, наделено соответствующими полномочиями. Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником банка, но вопреки интересам своего работодателя, т.е. без зачисления на счет по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, при том, что для самого гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах банка.

Определяя пределы осуществления гражданских прав, статья 10 ГК Российской Федерации устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5). Разъясняя это законоположение, Верховный Суд Российской Федерации указал, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что с учетом неоднократно выраженной им позиции, согласно которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным, это означает, что суд не вправе квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 836 ГК Российской Федерации во взаимосвязи с его статьей 166, как ничтожный или незаключенный договор банковского вклада с гражданином на том лишь основании, что он заключен неуполномоченным работником банка и в банке отсутствуют сведения о вкладе (об открытии вкладчику счета для принятия вклада и начисления на него процентов, а также о зачислении на данный счет денежных средств), в тех случаях, когда - принимая во внимание особенности договора банковского вклада с гражданином как публичного договора и договора присоединения - разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег неуполномоченному работнику банка не опровергнуты. В таких случаях бремя негативных последствий должен нести банк, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неуправомоченному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения банка, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника банка в личных целях, без надлежащей проверки.

При этом на гражданина-вкладчика, не обладающего профессиональными знаниями в сфере банковской деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени банка набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий (заключить договор в здании банка, передать денежные суммы работникам банка, получить в подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ). Поэтому с точки зрения конституционных гарантий равенства, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты необходимо исходить из того, что гражданин-вкладчик, учитывая обстановку, в которой действовали работники банка, имел все основания считать, что полученные им в банке документы, в которых указывается на факт внесения им денежных сумм, подтверждают заключение договора банковского вклада и одновременно удостоверяют факт внесения им вклада. Иное означало бы существенное нарушение прав граждан-вкладчиков как добросовестных и разумных участников гражданского оборота.

При этом, ФИО5 ФИО41. являлся руководителем операционного офиса, согласно должностной инструкции в его полномочия входило: подписание кредитных, хозяйственных договоров, а также договоров банковского счета/банковского вклада, договоров купли-продажи векселей Банка, приложений и дополнений к ним и иных договоров и документов, обеспечивающих работу оперативного офиса, на основании доверенности, выданной Банком.

С учетом изложенного, из обстановки явствовало наличие у ФИО5 ФИО42. полномочий на заключение с истцом договора вклада и на получение от него денежных средств, на подписание и выдачу указанных выше документов от имени Банка.

Отсутствие надлежащего контроля со стороны банка за деятельностью его сотрудников, правильностью оприходования и зачисления на расчетный счет полученных от вкладчика денежных средств не может являться основанием для освобождения банка от ответственности за неисполнение принятых на себя обязательств.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 данного Кодекса, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Вопреки доводам ответчика, представленные банковские ордера, которые были выданы управляющим операционным офисом банка ФИО5 ФИО43 то есть лицом, которое исходя из обстановки заключения договора воспринималось гражданином как действующее от имени банка, и в тексте которых отражен. факт внесения соответствующих денежных средств и реквизиты банка, отвечают требованиям относимости и допустимости доказательств, подтверждающих прием от отца истицы денежных средств, для внесения во вклад, соответственно, реального внесения денежных средств, в кассу банка на счета по договорам банковского вклада.

При этом суд также исходит из того, что отец истицы ФИО4 ФИО45. не является лицом, обладающим профессиональными, знаниями в сфере банковской деятельности и не имел реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени банка набора, документов, необходимых для заключения данного договора.

ФИО4 ФИО44., как потребителю, не профессиональность которых предполагается, не могло быть известно о неправомерности действий управляющего ОО "РУ в г. Нальчике" филиала СКРУ ПАО "МИнБанк".

Проявив должную осмотрительность, он заключил договоры банковского вклада в здании банка, передал денежные суммы работнику банка, получил в подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ, в данном случае банковские ордера.

Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 06.12.2022 г. № 21-КГ22-7-К5.

Как следует из правовой позиции, выраженной в абз.3 п. 3.1 постановления Конституционного Суда РФ от 27.10.2015 N 28-П, что касается неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения, то их несение возлагается на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 ГК Российской Федерации), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, - профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.

Учитывая должностное положение ФИО5 ФИО46. и круг его служебных полномочий, предпринятые им преступные действия противоречат интересам службы и со всей очевидностью свидетельствуют о невыполнении им как, сотрудником ПАО «МИнБанк», возложенных на него функциональных обязанностей, ненадлежащем, исполнении требований внутренних нормативных актов банка и об отсутствии со стороны банка, несмотря на письмо Центрального Банка РФ от 11.06.2015 г. № 04-41-2/5159, надлежащего контроля за деятельностью операционного офиса «Регионального управления в гор. Нальчике» филиала «Северо-Кавказского регионального управления ПАО «МИнБанк».

Факт получения от ФИО4 ФИО47 указанных в иске денежных средств и заключения соответствующего договора подтверждается материалами вышеуказанного уголовного дела, в том числе обвинительным заключением по вышеуказанному уголовному делу, показаниями самого ФИО5 ФИО48

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании сумм вклада по договорам банковского вклада и процентов по ним являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Встречные исковые требования Банка о признании незаключенными договоров банковского вклада, и признании обязанности Банка по выплате истцу денежных средств отсутствующей подлежат оставлению без удовлетворения, поскольку доводы Банка в обоснование своих требований, опровергаются вышеприведенными выводами суда, основанными на фактических обстоятельствах и представленных суду доказательствах.

Из материалов дела суд установил, что денежные средства на счет Банка не поступили, однако указанное произошло по вине представителя Банка ФИО5 ФИО49 в отношении которого возбуждено уголовное дело. Возлагать ответственность за указанный ущерб на вкладчика - физического лица суд считает необоснованным и не отвечающим целям справедливого судопроизводства.

Таким образом, исходя из установленные по делу обстоятельств того, что во время совершения преступления в отношении истца в силу трудового договора ФИО5 ФИО50 являлся действующим работником ПАО «МИнБанк», действия по завладению денежными средствами истца совершены ФИО5 ФИО51. в рабочее время на рабочем месте с использованием служебного положения работника банка по отношению к клиентам банка под видом заключения договоров банковского вклада, в том числе принимая во внимание положения ст. 1068 ГК РФ, суд приходит вводу о том, что ПАО «Промсвязьбанк», как правопреемнику ПАО «МИнБаик», подлежит возмещению, вред, причиненный его работником при исполнении своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей, в виде выплаты истцу суммы вклада и причитающихся по нему процентов.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 838 Гражданского кодекса Российской Федерации банк выплачивает вкладчику проценты на сумму вклада в размере, определяемом договором банковского вклада.

Расчет подлежащих возмещению процентов произведен в соответствии с требованиями ст. 839 Гражданского кодекса Российской Федерации, и суд полагает обоснованным доводы истца о причинении ему убытков в виде процентов, подлежащих выплате на суммы вклада вследствие ненадлежащего исполнения банком обязательств из указанных выше договоров банковского вклада.

Произведенные истцом расчет суммы подлежащих взысканию по основному долгу процентов судом проверен и признан соответствующими условиям договора вклада, не нарушающим положения действующего законодательства.

Между тем, суд соглашается с доводами ответчика в части применения к расчёту процентов по ст.395 ГК РФ положений о моратории, установленном постановлением Правительства №497 от 28.03.2022 года и приведенным им расчетом указанных процентов.

В соответствии со ст.314 ГК РФ если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство должно быть исполнено в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода.

В случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства. При непредъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства должник вправе потребовать от кредитора принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства.

Разрешая требование истца о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

К отношениям, возникшим между сторонами из договора банковского вклада, применяется Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей».

В силу статьи 15 Закона о защите прав потребителей, моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Таким образом, по смыслу Закона о защите прав потребителей сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.

Пунктом 2 ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая степень негативных последствий допущенного ответчиком, нарушения прав потребителя, а также требования разумности, справедливости и соразмерности причиненному вреду, суд находит возможным взыскать с ПАО «Промсвязьбанк» в пользу истицы компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, отказав ему во взыскании испрашиваемой компенсации в большем размере.

В соответствии с п. 6. ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В силу требований пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, а также пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Применительно к требованиям п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей с ПАО «Промсвязьбанк» в пользу истицы подлежит взысканию штраф в размере 1551522,41 руб., при расчете которого учтены размер взыскиваемых сумм и определенная сумма компенсации морального вреда (1 500 000 руб. + 1217 712,32 руб. + 285332,50 руб. + 100 000 руб. : 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГПК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 34 постановления Пленума от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснил, что применение статьи 333 ГПК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Аналогичные положения, предусматривающие инициативу ответчика по уменьшению неустойки на основании данной статьи, содержатся в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", в котором также разъяснено, что заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Таким образом, исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, а также принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) размер процентов, штрафа может быть снижен судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика, поданного суду первой инстанции или апелляционной инстанции, если последним дело рассматривалось по правилам, установленным частью 5 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Помимо заявления о явной несоразмерности суммы, подлежащей взысканию (процентов за пользование, штрафа), последствиям нарушения обязательства ответчик в силу положений части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязан представить суду доказательства, подтверждающие такую несоразмерность, а суд - обсудить данный вопрос в судебном заседании и указать мотивы, по которым он пришел к выводу об удовлетворении названного заявления.

При указанных обстоятельствах суд не находит оснований для снижения размера штрафа.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Согласно подп. 4 п. 2 ст. 333.36 НК РФ, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, с учетом положений пункта 3 настоящей статьи освобождаются истцы - по искам, связанным с нарушением прав потребителей.

При указанных обстоятельствах с ответчика в пользу истца подлежит взысканию госпошлина исходя из взыскиваемой с ответчика суммы вклада и процентов ( 3003 044,82 руб.) в размере 23215,22 руб.

Госпошлина в указанном размере подлежит взысканию с ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО4 ФИО52 к ПАО «Промсвязьбанк» о взыскании денежных средств, процентов по вкладу удовлетворить частично.

• проценты по договору банковского обслуживания № от 12.02.2019г. за период с 12.02.2019г. по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 217 712,32 рублей;

• проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами (суммой вклада) за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 285 332,50 рублей;

• компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей;

• штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований

потребителя в размере 1 551 522,41 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО4 ФИО54 оставить без удовлетворения.

Встречные исковые требования ПАО «Промсвязьбанк» к ФИО4 ФИО55 и ФИО5 ФИО56 о признании договора банковского вклада незаключенным оставить без удовлетворения.

Взыскать с ПАО «Промсвязьбанк» в доход бюджета г.о Нальчик государственную пошлину в размере 23215,22 рублей.

Решение суда может быть обжаловано, а прокурором принесено представление, в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда КБР, через Нальчикский городской суд, в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения в окончательной форме.

Решение в мотивированном виде изготовлено 22.12.2023 года

Судья Сарахов А.А.