Судья Кинякин С.П. Дело№ 22-1552/2023

УИД 35RS0010-01-2022-008604-41

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Вологда 23 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Вологодского областного суда в составе председательствующего судьи Майорова А.А.,

судей Киселева А.В. и Мищенко С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Отопковой О.М.,

с участием прокурора Колосовой Н.А., осужденной ФИО1 и адвоката Карабанова А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО1

на приговор Вологодского городского суда Вологодской области от 26 июня 2023 года в отношении ФИО1.

Заслушав доклад председательствующего, выступления осужденной, защитника и прокурора, судебная коллегия

установила:

Приговором Вологодского городского суда Вологодской области от 26 июня 2023 года

ФИО1, <ДАТА> года рождения, уроженка <адрес>, судимая:

- 16.03.2022 года мировым судьей Вологодской области по судебному участку №13 по п.«в» ч.2 ст.115 УК РФ к 120 часам обязательных работ, 28.02.2023 наказание отбыто,

осуждена по ч.4 ст.111 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

мера пресечения на период до вступления приговора в законную силу изменена с запрета определенных действий на заключение под стражу, арестована в зале суда, срок отбытия наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу,

зачтено в срок отбытия наказания время содержания ее в ИВС УМВД России по <адрес> и время содержания под стражей с 07.10.2021 по 28.03.2022 в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима; время содержания под домашним арестом с 29.03.2022 года по 28.11.2022 в соответствии с ч.3.4 ст.72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы; время содержания под стражей с 26.06.2023 года до дня вступления настоящего приговора в законную силу в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима,

исковые требования ГУ Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Вологодской области оставлены без рассмотрения, с сохранением за ним права обращения с иском в порядке гражданского судопроизводства, принято решение по вещественным доказательствам.

Приговором суда ФИО1 признана виновной в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего Д Преступление совершено в период с 03 по 04 октября 2021 года в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 указывает, что никто из опрошенных лиц, которые находились в квартире и распивали спиртные напитки, не помнит и не видел конфликт, который описывает свидетель Б, а также синяков на теле Д, которые описаны в медицинских документах при его поступлении в больницу. Единственный свидетель обвинения Б не помнит, так как была пьяна, но видела нанесенный ею (ФИО1), удар по голове Д Отмечает, что показания Б менялись, что у стороны защиты вызывает сомнение. Обращает внимание на показания К, который указал, что их допрашивали в состоянии опьянения и просили признаться в избиении Д Б после допроса плакала. Факт того, что Д ранее находился на лечении, в том числе в связи с наличием телесных повреждений, свидетельствует о его аморальном образе жизни. Он систематически употреблял спиртные напитки, к нему применялось насилие сторонних лиц неоднократно. Свидетель Р2 указывала, что наблюдала Д, сидящего возле магазина и просящего денег, он неоднократно отбывал наказание, злоупотреблял спиртными напитками, не имел постоянного дохода. Выводы заключения эксперта от 25.01.2022 противоречат выводам в экспертизе от 06.10.2021. Ставя под сомнение профессиональную компетенцию эксперта Н1 и ссылаясь на показания специалиста П1 о допущенных множественных нарушениях закона при производстве первичной судебно-медицинской экспертизы, указывает на противоречия между первичной и дополнительной судебно-медицинскими экспертизами. Указанные специалистом П2 признаки имеющихся заболеваний у Д, выявленные при первичной экспертизе, проигнорированы про проведении повторной экспертизы, как и факт того, что давность повреждений на лице из мест предполагаемых точек приложения силы не подтверждена гистологическими исследованиями, что не позволяет высказаться о травматическом образовании подобных кровоизлияний. Данный вопрос не был исследован на стадии расследования уголовного дела и на судебной стадии. Повторная судебно-медицинская экспертиза является противоречивой. Кроме того, обращает внимание, что С1 делает выводы в заключении после своего руководителя. Полагает, что имела место служебная зависимость среди экспертов, что влияет на объективность проведения экспертизы. При производстве экспертизы выявлены недостатки, которые не соответствуют требованиям приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ №346н от 12.05.2010 «О порядке организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях РФ» и являются нарушениями п.10 Постановления Правительства РФ от 17.08.2007 №522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека». Нет прямых доказательств, что она причинила умышленный тяжкий вред здоровью Д, повлекший по неосторожности смерть. Ходатайствует о назначении повторной СМЭ для решения вопроса о давности образования установленных под оболочных кровоизлияний для объективного подтверждения или исключения травматического происхождения установленных подоболочных кровоизлияний. Обращает внимание, что имела постоянный доход и содержала Д, меру пресечения не нарушала. В части здоровья ей проведена операция. Работодателем характеризуется положительно. Вину осознает в полной мере. Полагает, что имело место причинение смерти по неосторожности, что предусмотрено ч.1 ст.109 УК РФ. Просит пересмотреть уголовное дело.

В судебном заседании апелляционной инстанции осужденная ФИО1 и адвокат Карабанов А.В. доводы жалобы поддержали.

Прокурор Колосова Н.А. просила приговор суда оставить без изменения.

Судебная коллегия, выслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.

Выводы в приговоре суда о доказанности вины ФИО1 в умышленном причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего Д, основаны на собранных по уголовному делу и исследованных в судебном заседании доказательствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции подсудимая ФИО1 вину признала частично и показала, что в какой-то момент ночью проснулась от того, что Д тошнило. Она толкнула его ногой в область туловища. Утром увидела, что Д лежал и храпел, на нее не реагировал, вызвала скорую помощь. Не знает откуда у него возникли телесные повреждения, от которых он умер.

В связи с противоречиями в показаниях, по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ были оглашены показания подсудимой, данные на предварительном следствии, из которых следует, что когда она наносила Д удар ногой, попала в область шеи или ключицы. (т.1 л.д.112-115).

Вопреки доводам осужденной, ее вина в совершении преступления, за которое она осуждена, полностью подтверждается показаниями допрошенных по делу свидетелей, заключениями судебно-медицинских экспертиз о причинах смерти Д и установленных у него телесных повреждениях, протоколом осмотра места происшествия и другими письменными материалами дела, приведенными в приговоре.

Так, из показаний свидетеля Б, данных ею в судебном заседании, следует, что она видела как ФИО1 тащила Д за ворот в комнату, нанесла удар ногой по голове Д слева в область виска. Д в этот момент сидел на полу на матрасе, а Ямангулова стояла возле него. После удара Д упал на спину, лежал и хрипел, утром ему стало плохо и вызвали скорую помощь.

Из показаний данного свидетеля на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании, следует, что 03 октября 2021 года распивали спиртные напитки в квартире совместно с ФИО1 и ФИО2. В течении дня никаких повреждений на теле у Д не было, он ни на что не жаловался. ФИО1 кричала на Д, что он не работает, все время пьет, затем потащила его за ворот футболки спать в комнату на матрац. Во время сна ее разбудил крик ФИО1, которая кричала на Д, тот в это время сидел на матрасе, а Ямангулова стояла возле него. ФИО1 нанесла сильный удар правой ногой по голове Д слева, тот от удара упал и больше не вставал, а лишь хрипел. Спустя некоторое время Д стало рвать, у него пошла кровь изо рта, потом он обмочился. После данных событий она увидела «фингал» у Д на лице слева, тот стал синеть. После удара ногой ФИО1 Д так и остался лежать в той же позе, не приходя в сознание, вызвали скорую. После случившегося ФИО1 плакала, понимала, что именно она причинила травму.

На предварительном следствии при проверке показаний на месте Б подтвердила, что видела как ФИО1 нанесла удар ногой по левой стороне головы Д и продемонстрировала это с использованием манекена.

Допрошенный в судебном заседании свидетель К подтвердил, что 03.10.2021 года он участвовал в распитии спиртных напитков совместно с Б, ФИО2, ФИО1 и С2. На лице у Д синяков не было, на здоровье не жаловался, при нем его никто не бил, потом он (К) уснул, а утром узнал, что Д увезли на скорой.

Свидетель П3 показала, что во время совместного распития с указанными лицами спиртных напитков никаких синяков у Д она не видела.

Из показаний свидетеля Р2 следует, что в ночь с 03.10.2021 на 04.10.2021 в квартире ФИО1 были слышны громкие голоса, шум, стуки. Около 02 часов она позвонила в полицию, но дверь квартиры им не открыли.

Из показаний свидетеля П4, врача скорой медицинской помощи, следует, что 04.10.2021 года выезжал на вызов <адрес>. При осмотре Д контакту не был доступен, находился без сознания, на левой орбите левого глаза и скуловой половине лица обнаружены гематомы. ФИО1 находилась в состоянии алкогольного опьянения и говорила: «Все, забирайте его, надоел».

Согласно заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы №7/п-22 от 05.05.2022, смерть Д наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы (ЧМТ) с кровоизлиянием под твердую мозговую оболочку слева, ушибом в области левых лобной и теменной долей головного мозга, субарахноидальными (под паутинную оболочку) кровоизлияниями полушарий мозга и кровоподтеками лица, осложнившейся развитием рецидивирующего субдурального (под твердую мозговую оболочку) кровоизлияния слева, экссудативного менингита с вовлечением поверхностных отделов коры головного мозга, очаговой серозно-гнойной пневмонии по задней поверхности нижней доли правого легкого, отеком и дислокацией головного мозга.

При исследовании повреждений, составляющих закрытую черепно-мозговую травму, выявлено: субдуральное кровоизлияние слева (при операции 150мл, при вскрытии трупа 80 мл), ушиб головного мозга в области левых лобной и теменной долей, диффузное субарахноидальное кровоизлияние левых лобной и теменной долей, пятнистые субарахноидальные кровоизлияния левой лобной (1), правой теменной (1), левой теменной (1) долей, кровоподтеки: век левого глаза (1), верхней и нижней губ (1), в левой скуловой области (1).

Закрытая черепно-мозговая травма образовалась прижизненно, в срок вероятно в пределах от 1 до 2 суток до наступления смерти в результате не менее чем одного ударного воздействия твердого тупого предмета с точкой приложения травмировавшей силы в левой половине лица (левая глазничная область, область левого угла рта, левая скуловая область), за что свидетельствуют вид повреждений, их морфологические признаки (багровый и багрово-фиолетовый цвет кровоподтеков, темно-красный и ярко-красный цвет кровоизлияний) и взаиморасположение, результат судебно-гистологического исследования. Указанные повреждения взаимно отягощают друг друга, возникли в один промежуток времени и расцениваются в своей совокупности, как единое многокомпонентное повреждение. Данная закрытая черепно-мозговая травма, расценивается по признаку опасности для жизни как тяжкий вред здоровью, причинённый человеку и состоит в прямой причинной связи со смертью.

Суд установил, что преступление ФИО1 совершила на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений с Д в ходе возникшей между ними ссоры. При этом, как следует из материалов дела, она находилась в состоянии алкогольного опьянения.

Как правильно указал суд в приговоре, нанесение сильного удара ногой в область жизненно важного органа - головы свидетельствует об умысле виновной на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему.

Доказательства, на которых основан приговор суда, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, являются допустимыми.

Правильно исследовав и установив фактические обстоятельства дела на основе добытых доказательств, судом дана надлежащая оценка всем собранным доказательствам в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела.

Доводы апелляционной жалобы осужденной о том, что суд не учел какие-то обстоятельства, которые могли повлиять на выводы суда о ее виновности судебная коллегия находит несостоятельными.

В приговоре судом проанализированы показания свидетеля Б, данные ею в ходе предварительного следствия и в судебном заседании.

При этом, показания Б о том, что после нанесения Ямангуловой сильного удара ногой по голове потерпевшему тот больше не вставал, лежал в той же позе, не приходя в сознание, судом обоснованно признаны достоверными.

Считать данные показания свидетеля оговором, ставить их под сомнение, либо не доверять им по другим причинам, вопреки доводам жалобы осужденной, у суда оснований не имелось, поскольку в этом они последовательны на протяжении всего производства по уголовному делу, получены с соблюдением требований УПК РФ, и подтверждаются совокупностью иных исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе заключением судебно-медицинской экспертизы о характере и локализации у потерпевшего телесных повреждений в области головы, причинивших закрытую черепно-мозговую травму, повлекшую его смерть.

Отдельным изменениям показаний свидетеля Б, данным в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, судом дана надлежащая правильная оценка.

Доводы апелляционной жалобы о проведении допросов Б и К на предварительном следствии с нарушением требований УПК РФ, в том числе о их допросе в состоянии алкогольного опьянения, являются несостоятельными, таких фактов установлено не было, в материалах уголовного дела информация об этом отсутствует.

Версия стороны защиты о возможности получения потерпевшим смертельных травм при иных обстоятельствах, возможность его смерти в результате имеющихся у него заболеваний, носит предположительный характер судом проверялась и не нашла своего подтверждения.

Доводы защиты о неполноте судебного следствия, в частности необоснованном отказе в проведении повторной судебно-медицинской экспертизы, судебная коллегия считает несостоятельными.

Согласно материалов дела, на предварительном следствии была проведена судебно-медицинская экспертизы №626 от 06.11.2021 и дополнительная судебно-медицинская экспертиза №4-м от 27.01.2022, выводы которых имели определенные противоречия, в частности, относительно времени образования кровоподтека левой скуловой области у Д

В этой связи следователем была назначена повторная комиссионная судебно-медицинская экспертиза. Согласно выводов данной экспертизы №7-п-22 от 05.05.2022, закрытая черепно-мозговая травма у Д образовалась в результате не менее чем одного ударного воздействия твердого тупого предмета с точкой приложения травмирующей силы в левой половине лица (левая глазничная область, область левого угла рта, левая скуловая область. Указанные телесные повреждения возникли в один промежуток времени, в срок в пределах 1-2 суток до наступления смерти.

Установленный данной экспертизой механизм травматизации Д соответствует показаниям свидетеля Б Из показаний судебно-медицинского эксперта Р1 следует, что возможность причинения телесных повреждений Д, повлекших его смерть, при обстоятельствах, описанных свидетелем Б, не исключается.

Оценивая заключения всех трех проведенных по делу указанных судебно-медицинских экспертиз, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, указав в приговоре, что противоречий между заключения экспертов, касающихся причины смерти Д, не имеется, все эти экспертизы указывают на причину смерти Д в результате закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлиянием под твердую мозговую оболочку слева, образовавшейся в срок в пределах 1-2 суток до наступления смерти.

Достаточных причин для исключения из совокупности доказательств заключений экспертов №626 от 06.11.2021, №4-м от 27.01.2022 и №7-п-22 от 05.05.2022 не имеется. Все эти заключения подготовлены квалифицированными специалистами, обладающими необходимыми знаниями и навыками для разрешения поставленных перед ними вопросов, назначенными для проведения экспертизы в установленном порядке и предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Что касается противоречия первичной экспертизы с дополнительной и повторной по времени образования кровоподтека левой скуловой области у Д, на что указывала сторона защиты, то в данной части судом первой инстанции обоснованно положены в основу приговора выводы дополнительной и повторной судебно-медицинской экспертиз, согласно которых данный кровоподтек возник в один промежуток времени с повреждением в области левой глазничной области и области левого угла рта, в срок вероятно в пределах 1-2 суток до наступления смерти.

Выводы повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, в рамках которой экспертами было проведено более детальное исследование характера и давности образования кровоподтека на левой скуловой области у Д, имеют более полную и точную аргументацию. При этом, эксперты, проводившие повторную экспертизу, располагали наиболее достаточным и более полным объемом необходимой информации, включая заключения первичной и дополнительной экспертиз, дополнительно проведенное экспертом гистологическое исследование.

В этой связи вывод в заключении эксперта №626 от 06.11.2021 в данной части не отвечает критерию достоверности, соответственно, показания эксперта Т, основанные на указанном заключении и являющиеся производными от него, не могут быть приняты во внимание.

Согласно ч.2 ст.207 УПК РФ при возникновении сомнений в обоснованности заключения эксперта или при наличии в выводах экспертов по тем же вопросам противоречий, может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту.

Порядок назначения и проведения повторной экспертизы, о чем указывает в апелляционной жалобе осужденная, не был нарушен.

Вопреки доводам стороны защиты, в том числе о наличии служебной зависимости у экспертов, проведение повторной судебно-медицинской экспертизы в том же экспертном учреждении БУЗ ВО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», где уже были проведены первичная и дополнительная экспертизы, требованиям закона не противоречит, не указывает на необъективность выводов экспертов и личную заинтересованность. Все эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Тот факт, что экспертом Н2, проводившей гистологическое исследование, которая также была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УПК РФ, составлено экспертное исследование в виде акта, не ставит под сомнение обоснованность сделанных ею выводов.

У судебной коллегии не возникает также сомнений в легитимности проводившей экспертизу комиссии и в законности подготовленного указанной экспертной комиссией экспертного заключения.

Судом обсуждался и вопрос о возможности наступления смерти Д от причин, указанных стороной защиты.

При этом признаков, свидетельствующих о наступлении смерти Д от пневмонии или иных заболеваний внутренних органов, экспертами не установлено, с учетом всех проведенных исследований, в том числе судебно-гистологических, что подтвердили допрошенные в судебном заседании эксперты Р1 и Н2

В этой связи, мнение допрошенного в ходе судебного заседания по ходатайству стороны защиты специалиста П1 не может исключать доказательственного значения экспертного заключения, не подвергает сомнению обоснованность выводов повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

С учетом того, что экспертами, проводившими повторную комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, даны ответы на все поставленные вопросы, в заключении экспертов приведено подробное содержание проведенных исследований, мотивы сделанных выводов, суд обоснованно признал достоверным данное заключение экспертов и оставил без удовлетворения ходатайство стороны защиты о проведении повторной судебно-медицинской экспертизы в ином учреждении.

Не усматривает таковых оснований и судебная коллегия, с учетом изложенного, а также обстоятельств, указанных судом при разрешении данного ходатайства в судебном заседании.

Несогласие стороны защиты с результатами повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы само по себе не влечет необходимости в проведении повторной экспертизы.

Заявление осужденной о возможности получения потерпевшим смертельных травм при иных обстоятельствах носит предположительный характер и ничем объективно не подтверждено.

С учетом установленных обстоятельств дела квалификация действий ФИО1 по ч.4 ст.111 УК РФ судом дана правильная и об этом надлежаще мотивировано в приговоре.

Новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на выводы суда, суду апелляционной инстанции не представлено.

Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией стороны защиты, не ставит под сомнение законность принятого решения.

Оснований для квалификации действий осужденной по ч.1 ст.109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности, на что указано в апелляционной жалобе, также не имеется.

При определении ФИО1 вида и размера наказания судом в полной мере учтены положения ст.ст.6,60 УК РФ, характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности подсудимой. В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, судом признано состояние здоровья подсудимой. Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

Суд рассмотрел возможность применения положений ч.6 ст.15, ст.ст.53.1, 64, 73 УК РФ, но не нашел к тому оснований. Не находит таковых и судебная коллегия.

Все те доводы и обстоятельства, на которые осужденная ссылается в апелляционной жалобе, суду первой инстанции были известны и учитывались им при назначении наказания.

Решение о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы в условиях изоляции от общества принято с учетом всех влияющих на ответственность обстоятельств и является правильным. По своему виду и размеру назначенное наказание отвечает принципу справедливости и соразмерно содеянному, чрезмерно суровым не является.

Вместе с тем судебная коллегия считает необходимым изменить приговор суда ввиду следующего.

При описании в приговоре преступного деяния суд указал о том, что ФИО1 нанесла Д не менее 26 ударов руками и ногами по шее, туловищу и конечностям, причинив своими действиями: группу кровоподтеков (12) шеи и в области груди; ссадина на фоне кровоподтека в области грудины; кровоподтеки (3) в области груди; ссадины (2) в области груди; кровоподтек в проекции крыла правой подвздошной кости: кровоподтеки (2) поясничной области; ссадина поясничной области; ссадины (2) на фоне множественных кровоподтеков правого плеча; кровоподтек правого локтевого сустава; кровоподтеки (3) правого предплечья; кровоподтек левой подмышечной впадины; кровоподтек левого плеча; ссадины (3) на фоне кровоподтека левых плеча и предплечья; ссадины (2) на фоне кровоподтека левых плеча и предплечья; кровоподтек левого предплечья; ссадина левой кисти; кровоподтек правого бедра; кровоподтек правой голени; кровоподтек и ссадины (2) в левой коленной области; кровоподтек левой голени; кровоизлияния (4) в мягкие ткани грудной клетки.

Между тем, если телесные повреждения в левой глазничной области, области левого угла рта и левой скуловой области по заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы причинены в срок от 1 до 2 суток до наступления смерти и состоят в причиной связи со смертью, то в отношении указанных выше телесных повреждений в заключении экспертизы указано, что они образовались в результате прижизненных, не менее 26 травмировавших воздействий твердым тупым предметом (предметами) в срок от 12 часов до 2 суток до наступления смерти, все они расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека и не состоят в причинно-следственной связи со смертью (т.3 л.д.82-95).

При этом, как следует из материалов дела, Д был госпитализирован с квартиры по <адрес> - 04 октября 2021 года в 12 часов 45 минут, смерть его наступила - 05 октября 2021 года в 11 часов 30 минут.

К тому же, стороной обвинения не представлено бесспорных доказательств в отношении обстоятельств причинения потерпевшему данных телесных повреждений и виновности в этом ФИО1

В силу требований ч.3 ст.14 УПК РФ все сомнения толкуются в пользу подсудимого, поэтому из приговора подлежит исключению указание о нанесении ФИО1 Д не менее 26 ударов руками и ногами по шее, туловищу и конечностям в период времени с 19 часов 30 минут 03 октября 2021 года до 12 часов 45 минут 04 октября 2021 года с причинением телесных повреждений, не повлекших вреда его здоровью и не находившихся в причинной связи с наступлением смерти Д

Исключение судом из осуждения ФИО1 причинение ею Д данных телесных повреждений не опровергает исследованных судом доказательств и не ставит под сомнение вину осужденной в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего Д

В то же время, в связи с уменьшением объема обвинения, по мнению судебной коллегии подлежит снижению наказание, назначенное ФИО1 по ч.4 ст.111 УК РФ.

Кроме того, в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ, если после вынесения судом приговора по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора суда по первому делу, наказание назначается по совокупности преступлений, путем полного или частичного сложения назначенных наказаний. В этом случае в окончательное наказание засчитывается наказание, отбытое по первому приговору суда.

При этом, по смыслу закона, зачету в окончательное наказание подлежит наказание по первому приговору и в случае его полного отбытия (абзац 3 пункта 57 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 г. №58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания").

Указанные положения закона судом оставлены без внимания.

Как следует из материалов дела, преступление по настоящему приговору совершено ФИО1 в период с 3 по 4 октября 2021 года, то есть до вынесения приговора мирового судьи Вологодской области по судебном участку №13 от 16.03.2022 года, наказание по которому в виде 120 часов обязательных работ ФИО1 полностью отбыто.

С учетом изложенного приговор от 26 июня 2023 года в отношении ФИО1 подлежит изменению в связи с назначением, на основании ч.5 ст.69 УК РФ, окончательного наказания путем частичного сложения с наказанием, назначенным по приговору мирового судьи Вологодской области по судебном участку №13 от 16.03.2022 года и зачетом в окончательное наказание отбытого ФИО1 наказания по приговору от 16 марта 2022 года.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой изменение или отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Вологодского городского суда Вологодской области от 26 июня 2023 года в отношении ФИО1 – изменить:

- исключить из осуждения ФИО1 указание о нанесении Д не менее 26 ударов руками и ногами по шее, туловищу и конечностям в период времени с 19 часов 30 минут 03.10.2021 до 12 часов 45 минут 04.10.2021 г., с причинением телесных повреждений, не повлекших вреда его здоровью и не находившихся в причинной связи с наступлением смерти.

Назначенное ФИО1 наказание по ч.4 ст.111 УК РФ смягчить до 6 лет 10 месяцев лишения свободы.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного приговором мирового судьи Вологодской области по судебному участку №13 от 16.03.2022 года, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 6 (шесть) лет 10 (десять) месяцев 5 (пять) дней с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Зачесть ФИО1 в срок отбывания наказания отбытое по приговору мирового судьи Вологодской области по судебному участку №13 от 16.03.2022 наказание в виде 120 часов обязательных работ, что на основании ч.2 ст.72, п. «г» ч.1 ст.71 УК РФ соответствует 15 дням лишения свободы.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции. Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда первой инстанции в законную силу, а осужденной, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ей копии приговора, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанцией.

Председательствующий

Судьи