Решение по делу № 2А-239/2023 от 21.07.2023 - о признании незаконными действий должностных лиц ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области по исполнению постановления начальника учреждения от 08.09.2022 о контроле переписки с лицами, оказывающими юридическую помощь, по осуществлению вмешательства в адвокатскую тайну, возложении обязанности прекратить указанные действия, о признании незаконными действий администрации ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, выразившихся в организации и проведении встреч <ФИО> с его адвокатами с 14 июня 2022 года в помещении, оборудованном металлической решёткой, обшитой с двух сторон оргстеклом, обязании устранить допущенные нарушения.

Дело №2а-239/2023

УИД 33RS0011-01-2022-005760-34

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Ковров 21 июля 2023 года

Ковровский городской суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Никифорова К.С.,

при секретаре Алекаевой А.А.,

с участием административного истца ФИО1 посредством системы видеоконференцсвязи,

представителя административного истца ФИО1 адвоката Кобзева В.Д. по ордеру и доверенности,

представителя административного ответчика ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области и заинтересованного лица УФСИН России по Владимирской области ФИО2, действующего на основании доверенностей,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Коврове административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 о признании незаконными действий должностных лиц ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области по исполнению постановления начальника учреждения от 08.09.2022 о контроле переписки с лицами, оказывающими юридическую помощь, по осуществлению вмешательства в адвокатскую тайну, возложении обязанности прекратить указанные действия, о признании незаконными действий администрации ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, выразившихся в организации и проведении встреч ФИО1 с его адвокатами с 14 июня 2022 года в помещении, оборудованном металлической решёткой, обшитой с двух сторон оргстеклом, обязании устранить допущенные нарушения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Ковровский городской суд Владимирской области с административным исковым заявлением о признании незаконными действий должностных лиц ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области по исполнению постановления начальника учреждения от 08.09.2022 о контроле переписки с лицами, оказывающими юридическую помощь, по осуществлению вмешательства в адвокатскую тайну, возложении обязанности прекратить указанные действия.

В обоснование указал, что ФИО1 содержится в <данные изъяты> с <дата>. При этом <дата> ГСУ СК России в рамках производства по уголовному делу <№> ему было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 282.1, ч. 2 ст. 239, ч. 1 ст. 282.3 УК РФ, <дата> – обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 282.1, ч. 3 ст. 354.1, ч. 1 ст. 280, ч. 2 ст. 280, ч. 2 ст. 239, п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 151.2, ч. 2 ст. 205.2, ч. 2 ст. 205.2, ч. 2 ст. 282.3 УК РФ. Ввиду допускаемых администрацией учреждения нарушений условий содержания им были поданы многочисленные обращения в адрес ФСИН России, Генерального прокурора Российской Федерации, начальника УФСИН России по Владимирской области, Уполномоченного по правам человека, в том числе по вопросу лишения административного истца квалифицированной юридической помощи. Также ФИО1 неоднократно обращался с административными исковыми заявлениями в Ковровский городской суд Владимирской области. По мнению административного истца, администрация учреждения, руководствуясь мотивом мести за вскрытые им нарушения, многократно в период с 12.08.2022 по 06.09.2022 помещала его в штрафной изолятор за незначительные, как указано в заявлении, нарушения. ФИО1 существенно ограничен в пользовании письменными принадлежностями (ему разрешено пользоваться ручкой и бумагой 35 минут в день), на него оказывается моральное и физическое давление путём водворения в штрафной изолятор, где не соблюдаются условия содержания, что исключает его подготовку к защите по уголовным делам. 08.09.2022 ФИО1 было объявлено постановление начальника ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области о контроле всей его переписки с лицами, оказывающими ему юридическую помощь, сроком на 1 год, с дополнением от 22.09.2022. Помещение, в котором происходят встречи ФИО1 с его адвокатами, в том числе Кобзевым В.Д., разделено на две части железной решёткой, которая с каждой стороны полностью обшита оргстёклами, которые являются непрозрачными, а на единственный прозрачный фрагмент нанесены потёртости, царапины, что полностью исключает демонстрацию документов. Прорезь для передачи документов имеет слишком малую ширину, впоследствии была полностью замурована, что делает невозможным обмен документами между ФИО1 и его адвокатами. Для обмена информацией приходится громко говорить, в связи с чем разговоры между ФИО1 и его адвокатами слышат все заключённые, содержащиеся в соседних камерах, сотрудники колонии. Оргстёкла заклеены непрозрачной плёнкой. Оперуполномоченные ОО ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области 20-23, 26-29 сентября 2022 года, 3-7, 10-14, 17-21, 24-28, 31 октября 2022 года, 1-3, 7, 9-11, 14-18, 21-25, 28, 30 ноября 2022 года, 1, 2, 5-7 декабря 2022 года осуществляли действия по полному изучению и видеофиксации всех проносимых с собой на встречи с ФИО1, а также встреч с ним адвокатами Михайловой О.О., Кобзевым В.Д., СИС, ФАВ документов. Оперуполномоченные учреждения также осуществляют действия по цензурированию всех без исключения передаваемых адвокатами ФИО1 и им адвокатам документов в течение 3 дней, а в случае, если документ содержит иностранные слова – 7 дней, заносить подлежащие цензуре документы в специальную книгу, записи в которой не позволяют идентифицировать конкретный документ. 27.10.2022 оперуполномоченные учреждения при проходе на встречу к ФИО1 адвоката ФАВ изъяли у последнего пять заявлений о привлечении должностных лиц ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области к уголовной ответственности, подготовленных им для ФИО1, а также оперуполномоченные стали присутствовать с включёнными видеорегистраторами в ходе проведения каждого следственного или иного процессуального действия по уголовному делу <№>, что исключает конфиденциальное общение адвоката с доверителем. Адвокаты-защитники вынуждены предъявлять все проносимые документы сотрудникам ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области. Документы подвергаются цензуре, доводы адвокатов игнорируются, адвокатам угрожают непредоставлением допуска к подзащитному, все действия и документы подвергаются видеофиксации. В административном иске указано, что, по мнению ФИО1, данные действия свидетельствуют о нарушении его права на защиту (со ссылками на ст. 47 УПК РФ, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 № 29), на конфиденциальное общение с адвокатами, нарушении адвокатской тайны. <дата> по уголовному делу началось выполнение требований ст. 217 УПК РФ, ФИО1 заявлено ходатайство об ознакомлении с материалами дела, состоящего из 150-ти томов, совместно с адвокатами, что при описанных обстоятельствах невозможно, на дату подачи заявления в суд защита так и не смогла приступить к ознакомлению с материалами уголовного дела. Нарушается право на оказание ФИО1 квалифицированной юридической помощи, ставится под угрозу разглашение данных предварительного расследования (ст. 161 УПК РФ, ст. 310 УК РФ), поскольку, как полагает административный истец, сотрудники ОО ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области неправомерно осуществляют видеосъёмку и изучение документов, относящихся к уголовному делу и содержащих данные предварительного расследования, без разрешения следователя. По мнению административного истца, также нарушаются положения закона «Об оперативно-розыскной деятельности», взаимосвязанных положений закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», международно-правовые нормы, в частности, Международный пакт о гражданских и политических правах, Кодекс поведения для юристов в Европейском сообществе, принятый 28 октября 1998 года Советом коллегий адвокатов и юридических сообществ Европейского союза. По указанным основаниям ФИО1 просит признать действия должностных лиц ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области незаконными.

Определением суда от 25.01.2023 административное дело № 2а-239/2023 объединено в одно производство с административным делом № 2а-420/2023 по заявлению ФИО1 о признании незаконным действий администрации ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, выразившихся в организации и проведении встреч ФИО1 с его адвокатами, с 14 июня 2022 года в помещении, оборудованном металлической решеткой, обшитой с двух сторон оргстеклом, обязании устранить допущенные нарушения.

В судебном заседании административный истец ФИО1 и его представитель – адвокат Кобзев В.Д. (ранее также адвокат Михайлова О.О.) – поддержали заявленные административные исковые требования в полном объёме с учётом представленных уточнений. Дополнительно пояснили суду, что, по мнению стороны административного истца, ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области не представлено ни одного доказательства законности оспариваемых действий. Администрация учреждения либо отрицает очевидные, по мнению стороны административного истца, нарушения (видеофиксация оперуполномоченными документов, проносимых адвокатами на встречи с ФИО1, наличие специального журнала (книги) учёта данных документов), либо не приводит, как полагает сторона административного истца, убедительных доказательств отсутствия нарушения закона и прав ФИО1 (ссылка на постановления о введении ограничений по коронавирусной инфекции в части установки стекла), либо уклоняется, как считает административный истец и его представитель, от доказывания ряда обстоятельств (основания установки металлической решётки, фиксации предметов мебели в помещении и т.д.).

Представитель административного ответчика ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области ФИО2 (по совместительству – представитель заинтересованного лица УФСИН России по Владимирской области) в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных административных исковых требований. Пояснил суду, что оспариваемые действия совершены сотрудниками учреждения в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства, на основании подлежащего исполнению постановления о цензуре переписки ФИО1 с лицами, оказывающими ему юридическую помощь, от 08.09.2022, с дополнением от 22.09.2022. Полагал, что в материалы дела представлена достаточная совокупность доказательств, опровергающих доводы стороны административного истца. В удовлетворении административного иска просил отказать.

Представитель административного истца адвокат Михайлова О.О. в судебное заседание не явилась; как пояснил суду адвокат Кобзев В.Д., адвокат Михайлова О.О. извещена о дате, месте и времени рассмотрения дела, не может участвовать в его рассмотрении по причине участия в рассмотрении другого дела. Административный истец ФИО1, адвокат Кобзев В.Д., представитель учреждения и УФСИН России по Владимирской области ФИО2 не возражали против рассмотрения дела в отсутствие второго представителя административного истца.

Заинтересованные лица начальник ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области ФИО3, представитель заинтересованного лица Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации, Владимирская прокуратура по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, врио Главного государственного санитарного врача ФСИН России ФИО4, Общественная наблюдательная комиссия Владимирской области, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

От Владимирской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях в суд поступил отзыв, в котором указано, что нарушений по фактам, изложенным в административном исковом заявлении ФИО1, прокуратурой не выявлялось, акты прокурорского реагирования не вносились.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 2 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В силу ч.ч. 1, 2 ст. 10 УИК РФ Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом.

Как следует из содержания ч. 1-3 ст. 91 УИК РФ, осужденным к лишению свободы разрешается получать и отправлять за счет собственных средств письма, почтовые карточки и телеграммы без ограничения их количества. Отправляемые осужденными письма, почтовые карточки и телеграммы должны отвечать требованиям, установленным нормативными правовыми актами Российской Федерации в области оказания услуг почтовой связи и телеграфной связи. По просьбе осужденных администрация исправительного учреждения уведомляет их о передаче операторам связи писем, почтовых карточек и телеграмм для их доставки по принадлежности.

Получаемые и отправляемые осужденными письма, почтовые карточки и телеграммы подвергаются цензуре со стороны администрации исправительного учреждения, за исключением случаев, указанных в части четвертой статьи 15 названного Кодекса. Срок осуществления цензуры составляет не более трех рабочих дней, а в случае, если письма, почтовые карточки и телеграммы написаны на иностранном языке, - не более семи рабочих дней.

Переписка осужденного с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь на законных основаниях, цензуре не подлежит, за исключением случаев, если администрация исправительного учреждения располагает достоверными данными о том, что содержащиеся в переписке сведения направлены на инициирование, планирование или организацию преступления либо вовлечение в его совершение других лиц. В этих случаях контроль писем, почтовых карточек, телеграфных и иных сообщений осуществляется по мотивированному постановлению начальника исправительного учреждения или его заместителя.

Как следует из материалов дела, ФИО1 с <дата> отбывает наказание в <данные изъяты> на основании вступившего в законную силу приговора Лефортовского районного суда г. Москвы от 22.03.2022, которым он признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 (4 преступления), ч. 1 ст. 297, ч. 2 ст. 297 УК РФ.

08.09.2022 начальником ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области ФИО3 вынесено постановление об осуществлении контроля писем, почтовых карточек, телеграфных и иных сообщений между ФИО1 и его защитниками или иными лицами, оказывающими ему юридическую помощь на законных основаниях, сроком на 1 год.

22.09.2022 начальником ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области ФИО3 вынесено дополнение к постановлению от 08.09.2022, согласно которому в случае обнаружения и выявления у лиц, оказывающих ФИО1 юридическую помощь на законных основаниях, материалов, не относящихся к оказанию ими юридической помощи, в том числе оформленных на бумажных носителях, последние подлежат возвращению ФИО1 с последующим принятием мер в соответствии с действующим законодательством.

ФИО1 ознакомлен с содержанием постановления и дополнения к нему 08.09.2022 и 22.09.2022 соответственно, о чём имеются соответствующие расписки.

Оценивая доводы административного истца ФИО1 и его представителя адвоката Кобзева В.Д. (ранее в судебных заседаниях – также адвоката Михайловой О.О.) о нарушении действиями должностных лиц по реализации данного постановления с дополнением к нему фундаментальных, конституционных прав ФИО1, суд приходит к следующему.

Согласно части восьмой статьи 12 УИК РФ для получения юридической помощи осужденные могут пользоваться услугами адвокатов, а также иных лиц, имеющих право на оказание такой помощи.

В развитие данной нормы положения статьи 91 УИК РФ предусматривают право осужденных на ведение переписки без ограничения количества писем с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь на законных основаниях, которая цензуре не подлежит, за исключением случаев, если администрация исправительного учреждения располагает достоверными данными о том, что содержащиеся в переписке сведения направлены на инициирование, планирование или организацию преступления либо вовлечение в его совершение других лиц; в этих случаях контроль писем, почтовых карточек, телеграфных и иных сообщений осуществляется по мотивированному постановлению начальника исправительного учреждения или его заместителя (части первая и третья).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28.12.2021 № 2731-О, приведенные нормы, в частности, часть 3 статьи 91 УИК РФ, носят гарантийный характер и не ограничивают права осужденных на переписку с адвокатом, а также на получение ими необходимых для обращения осужденных с предложениями, заявлениями, ходатайствами и жалобами материалов, в том числе уголовного дела, посредством такой переписки.

Кроме того, из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 16.10.2003 № 371-О, следует, что статья 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина как средство защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Такие ограничения, в частности, могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, уголовного наказания в виде лишения свободы и сопряженных с ним иных ограничений.

Относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации, Конституция Российской Федерации (статья 71, пункт «о») тем самым наделяет федерального законодателя полномочием предусматривать и иные ограничительные меры в отношении лиц, совершивших преступления и подвергнутых наказанию, которое по самой своей сути, как следует из части первой статьи 43 УК РФ, заключается в предусмотренном законом лишении или ограничении отдельных прав и свобод этих лиц.

Установленные оспариваемыми нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации ограничения прав лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, вытекают из условий отбывания такого наказания, а также из основ правового положения осужденных, которым при исполнении наказаний гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными в соответствии с положениями Конституции Российской Федерации уголовным, уголовно-исполнительным и иным федеральным законодательством.

Таким образом, доводы стороны административного истца о произвольном применении администрацией ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области положений закона, о нарушении гарантированных ФИО1 ст.ст. 23, 45, 46, 48 Конституции Российской Федерации фундаментальных прав, основаны на неправильном толковании норм материального права, без учёта вышеприведённых правовых позиций высшего судебного органа конституционного контроля в Российской Федерации, обязательных на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений (ст.ст. 1, 6, 71 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

По тем же причинам не могут быть приняты судом доводы административного истца ФИО1, его представителя адвоката Кобзева В.Д. (ранее в судебных заседаниях – адвоката Михайловой О.О.) о нарушении требований Федерального закона от 31.05.2005 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре», в частности, о нарушении адвокатской тайны, неправомерном, по мнению стороны административного истца, вмешательстве в адвокатскую деятельность в отсутствие судебного решения. Приведённые стороной административного истца ссылки на правовые позиции, изложенные в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 17.12.2015 № 33-П, от 29.11.2010 № 20-П, определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 06.07.2000 № 128-О, от 08.11.2005 № 439-О, от 29.05.2007 № 516-О-О, не могут быть приняты судом ввиду следующего.

Так, в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.12.2015 № 33-П дана оценка конституционности п. 7 ч. 2 ст. 29, ч. 4 ст. 165, ч. 1 ст. 182 УПК РФ (признаны не противоречащими Конституции РФ), регулирующими иные правоотношения и не относящиеся к предмету настоящего дела, нормативно-правовое регулирование которого основано на положениях УИК РФ.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 29.11.2010 № 20-П дана конституционно-правовая оценка статей 20 и 21 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (признаны не противоречащими Конституции РФ), а также сделаны выводы, в частности, на предмет цензуры переписки с адвокатом, корреспондирующие положениям закона, применимым в настоящем деле.

Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 06.07.2000 № 128-О, от 08.11.2005 № 439-О, от 29.05.2007 № 516-О-О также приняты по результатам оценки конституционности положений закона, регулирующих иные правоотношения и не относящихся к предмету настоящего дела.

Приведённые стороной административного истца доводы о нарушении права ФИО1 на защиту со ссылками на положения ст.ст. 16, 47, 161 УПК РФ, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2015 № 29, судом отклоняются, поскольку данные нормы и правовые позиции регламентируют отношения, связанные с уголовным судопроизводством, в то время как спорные правоотношения урегулированы Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации и затрагивают вопросы отбывания наказания в виде лишения свободы.

Также суд руководствуется правовой позицией, изложенной в вышеупомянутом определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28.12.2021 № 2731-О, принимая во внимание гарантийный характер положений уголовно-исполнительного законодательства, в частности, ч. 3 ст. 91 УИК РФ.

По доводам административного истца ФИО1, его представителя адвокатов Кобзева В.Д. (ранее в судебных заседаниях – адвоката Михайловой О.О.) о неправомерных, по их мнению, действиях сотрудников ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, выразившихся в физических ограничениях при проведении встреч ФИО1 с лицами, оказывающими ему юридическую помощь (установка металлической решётки, обшитой непрозрачным оргстеклом, замуровывание прорези для передачи документов, нанесение на небольшой фрагмент оргстекла, не заклеенный непрозрачной плёнкой, потёртостей и царапин, которые полностью исключили демонстрацию документов, фиксирование предметов мебели в помещении со стороны защитника), установлено следующее.

Как следует из ч. 8 ст. 12 УИК РФ, для получения юридической помощи осужденные могут пользоваться услугами адвокатов, а также иных лиц, имеющих право на оказание такой помощи.

В соответствии с ч. 4 ст. 89 УИК РФ для получения юридической помощи осужденным предоставляются свидания с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, нотариусами без ограничения их числа продолжительностью до четырех часов. Свидания осужденных с указанными лицами, нотариусами предоставляются наедине, вне пределов слышимости третьих лиц и без применения технических средств прослушивания.

Статьёй 82 УИК РФ определено, что режим в исправительных учреждениях - установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

В исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

Согласно п.п. 225, 226 ПВР ИУ, утверждённых приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110, для получения юридической помощи осужденным к лишению свободы предоставляются свидания с адвокатами, иными лицами, имеющими право на оказание такой помощи, нотариусами без ограничения их числа продолжительностью до четырех часов.

В силу п. 228 ПВР ИУ свидания осужденных к лишению свободы с лицами, указанными в пункте 225 Правил, предоставляются наедине, вне пределов слышимости третьих лиц и без применения технических средств прослушивания. Адвокатам или иным указанным лицам, имеющим право на оказание юридической помощи, запрещается проносить на территорию учреждения технические средства связи, а также технические средства (устройства), позволяющие осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись. На территорию учреждения адвокаты или иные указанные лица, имеющие право на оказание юридической помощи, вправе проносить копировально-множительную технику и фотоаппаратуру только для снятия копий с материалов личного дела осужденного к лишению свободы, компьютеры и пользоваться такими копировально-множительной техникой и фотоаппаратурой, компьютерами только в отсутствие осужденного к лишению свободы в отдельном помещении, определенном администрацией исправительного учреждения.

Как следует из материалов дела, встречи осуждённых с адвокатами в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области проводятся в здании ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, в помещении для приёма осуждённых администрацией и медперсоналом. Данное помещение функционировало и до 01.06.2022, иных помещений для встреч с адвокатами по состоянию на январь 2023 года не имеется. Здания, расположенные на охраняемой территории учреждения, построены и введены в эксплуатацию в период с 1959 года по 1984 год. С 1984 года строительства новых зданий, реконструкций существующих зданий на охраняемой территории учреждения не проводилось. Данные обстоятельства подтверждаются справками, составленными <данные изъяты> МДИ по состоянию на 23.01.2023, а также иными материалами дела, в частности, ответом на судебный запрос из администрации Ковровского района, согласно которому разрешение на реконструкцию здания ПКТ ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области не выдавалось.

Требования к зданиям и помещениям уголовно-исполнительной системы в настоящее время регламентированы СП 308.1325800.2017 от 21.04.2018 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования».

Как следует из п. 1.1 названного нормативного правового акта, данный свод правил распространяется на проектирование, строительство, реконструкцию и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений исправительных, лечебных исправительных, лечебно-профилактических учреждений и исправительных центров уголовно-исполнительной системы, а также включает основные требования к планировке и застройке территорий исправительных учреждений, исправительных центров, лечебно-исправительных и лечебно-профилактических учреждений.

В силу ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В соответствии со ст. 42 Федерального закона от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» требования к зданиям и сооружениям, а также к связанным со зданиями и с сооружениями процессам проектирования (включая изыскания), строительства, монтажа, наладки, эксплуатации и утилизации (сноса), установленные названным Федеральным законом, не применяются вплоть до реконструкции или капитального ремонта здания или сооружения к следующим зданиям и сооружениям:

1) к зданиям и сооружениям, введенным в эксплуатацию до вступления в силу таких требований;

2) к зданиям и сооружениям, строительство, реконструкция и капитальный ремонт которых осуществляются в соответствии с проектной документацией, утвержденной или направленной на государственную экспертизу до вступления в силу таких требований;

3) к зданиям и сооружениям, проектная документация которых не подлежит государственной экспертизе и заявление о выдаче разрешения на строительство которых подано до вступления в силу таких требований.

В целях названного Федерального закона строительные нормы и правила, утвержденные до дня вступления в силу данного Федерального закона, признаются сводами правил.

Правительство Российской Федерации не позднее чем за тридцать дней до дня вступления в силу указанного Федерального закона утверждает перечень национальных стандартов и сводов правил, в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение его требований.

Таким образом, исходя из системного толкования поименованных нормативных положений, следует, что здания и сооружения, введённые в эксплуатацию до введения в действие приведённого Федерального закона, соответствующих сводов правил, подлежат приведению в соответствие с ними при осуществлении их реконструкции или капитального ремонта.

Придание нормативному правовому акту обратной силы допускается только в случаях, когда это прямо предусмотрено в самом акте и не ухудшает положение участника гражданского оборота, что согласуется с правовой позицией, изложенной в п. 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 01.06.2022.

Обеспечение лиц, осуждённых к лишению свободы, комнатами для встреч с лицами, оказывающими юридическую помощь, по требованиям СП 308.1325800.2017 от 21.04.2018, ссылка на который содержится в административном иске, безусловно, улучшает положение осуждённых, однако, в силу прямого указания общих и специальных норм закона, данный свод правил не распространяет действие на здания и сооружения, введённые в эксплуатацию (построенные) до его принятия.

Кроме того, данная правовая позиция нашла своё подтверждение и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.02.2019 № 91-КГ18-9.

С учётом изложенного, встречи ФИО1 с лицами, оказывающими ему юридическую помощь, проводятся в вышеуказанном помещении для приёма осуждённых администрацией учреждения и медперсоналом, с учётом технических характеристик здания и помещения, года его постройки и ввода в эксплуатацию.

Обустройство металлической решётки в названном помещении было обусловлено его первичным назначением (для приёма осуждённых, в том числе медицинским персоналом), а также необходимостью обеспечения безопасности лиц, посещающих осуждённых в названном помещении, что подтверждается показаниями свидетелей САВ, ХАВ, иными представленными в материалы дела письменными доказательствами.

В материалах дела имеется копия постановления главного государственного санитарного врача ФСИН России от 27.06.2022 № 753 «О введении дополнительных санитарно-противоэпидемических (профилактических) мер, направленных на недопущение возникновения и распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)».

Пунктом 12 данного постановления определено, что предоставление осуждённым свиданий с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, необходимо осуществлять в помещениях, где имеется стекло, или в другом помещении без стекла, но с использованием средств индивидуальной защиты (масок для защиты органов дыхания) всеми участниками свиданий.

Как следует из информации, предоставленной врио главного государственного санитарного врача ФСИН России ФИО4, названное постановление № 753 по состоянию на март 2023 года является действующим, за исключением пункта 4, не относящегося к предмету спора.

Доводы ФИО1 и его представителей о том, что оргстекло, установленное вместе с металлической решёткой, незаконно заклеено непрозрачной плёнкой, а на единственный прозрачный участок стекла нанесены потёртости и царапины, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами, в том числе показаниями свидетелей САВ, ХАВ, согласно которым оргстекло было заклеено непрозрачной плёнкой как в целях усиления контроля при проведении встреч с адвокатами (защитниками), так и в целях предотвращения случаев повреждения данного оргстекла, для обеспечения безопасности осуждённого и лиц, оказывающих ему юридическую помощь.

В материалы дела также представлены видеоматериалы осмотра спорного помещения, из содержания которых усматривается, что фрагмент оргстекла, не заклеенный непрозрачной плёнкой, позволяет демонстрировать документы с возможностью их прочтения. При этом окно для передачи документов снабжено запорным устройством, замком, ключ от которого находится в распоряжении сотрудников учреждения. На видеозаписи продемонстрирована исправность и работоспособность данного окна, запорного устройства.

Наличие непрозрачной плёнки на оргстекле, равно как и ограничение доступа к прорези, предназначенной для передачи документов, исключают факты бесконтрольной передачи документов между ФИО1 и лицами, оказывающими ему юридическую помощь. В условиях действия постановления о цензуре переписки от 08.09.2022, с дополнением от 22.09.2022, данные обстоятельства не свидетельствуют о нарушении прав административного истца, поскольку оспариваемые действия направлены на реализацию названного постановления и дополнения к нему. Нормативно-правовое регулирование не устанавливает детального порядка реализации постановления о цензуре переписки осуждённого с лицами, оказывающими ему юридическую помощь.

Кроме того, как следует из информации, предоставленной Владимирской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, нарушений по данным фактам прокурором в ходе осуществления надзора не выявлялось, меры реагирования не принимались.

Доводы стороны административного истца о неправомерной фиксации предметов мебели в спорном помещении со стороны адвокатов, о наличии скрытой аудио- и видеоаппаратуры, предназначенной для прослушивания разговоров осуждённого с адвокатами (защитниками), представляют субъективную оценку условий проведения встреч в данном помещении, опровергаются показаниями свидетелей САВ и ХАВ, пояснивших, что какая-либо скрытая звукозаписывающая, видеозаписывающая аппаратура в спорном помещении отсутствует, а предметы мебели зафиксированы таким образом, чтобы исключить их демонтаж или повреждение, в целях обеспечения безопасности лиц, участвующих в свиданиях. Также в материалах дела имеется справка за подписью заместителя начальника учреждения ФЮА, согласно которой скрытая аудио- и видеоаппаратура в данном помещении отсутствует.

Суд учитывает, что на должностных лиц ФСИН России, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 12 апреля 1995 года № 2-П, Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10).

Кроме этого, Европейский Суд в Постановлении ЕСПЧ от 31 мая 2011 года «Дело «Ходорковский (Khodorkovskiy) против Российской Федерации» (жалоба № 5829/04) указывал, что вся структура Конвенции основана на общем предположении о том, что публичные власти в государствах-участниках действуют добросовестно. Действительно, любая публичная политика или индивидуальная мера может иметь «скрытые планы», и презумпция добросовестности является опровержимой.

В то же время заявитель, утверждающий, что его права и свободы ограничены по ненадлежащим мотивам, должен убедительно доказать, что реальная цель властей расходилась с провозглашенной (или той, которая может быть разумно выведена из контекста). Одно лишь подозрение в том, что власти использовали свои полномочия для некой иной цели по отношению к тем, которые определены в Конвенции, не является достаточным для доказывания нарушения статьи 18 Конвенции.

С учетом приведенного правового подхода Конституционного Суда Российской Федерации, суд принимает во внимание, что как в Конституции Российской Федерации, так и в международном праве действует общая презумпция добросовестности в поведении органов государственной власти и государственных служащих.

Поскольку государственные служащие лишены какого-либо скрытого умысла в правоотношениях, участником которых являются, следовательно, лишены целесообразности умышленные и целенаправленные ограничения прав граждан.

Преодоление действия данной презумпции в каждом конкретном случае не исключено, но допустимо только при представлении веских и убедительных доказательств тому, что действия органа государственной власти (должностного лица) расходится с понимаемым добросовестным поведением.

В ходе рассмотрения настоящего дела обстоятельств, свидетельствовавших бы о преодолении названной презумпции, не установлено.

Доводы стороны административного истца о нарушении взаимосвязанных положений ч. 2 ст. 23 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 6 и 8 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и ст. 8 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» также не могут быть приняты судом по вышеприведённым мотивам, с учётом упоминавшихся правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в определениях от 28.12.2021 № 2731-О, от 16.10.2003 № 371-О.

Часть 3 статьи 91 УИК РФ наделяет сотрудников администрации правом осуществлять контроль писем, почтовых карточек, телеграфных и иных сообщений осуществляется по мотивированному постановлению начальника исправительного учреждения или его заместителя. Положения Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» регламентируют иные правоотношения; факт осуществления цензуры переписки ФИО1 с адвокатами оперуполномоченными ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, которые, как указано в административном иске, в том числе осуществляют оперативно-розыскные мероприятия, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-исполнительного законодательства применительно к настоящему спору и необходимости применения к данным правоотношениям положений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Кроме того, ст. 84 УИК РФ определено, что в соответствии с законодательством Российской Федерации в исправительных учреждениях осуществляется оперативно-розыскная деятельность, задачами которой являются: обеспечение личной безопасности осужденных, персонала исправительных учреждений и иных лиц; выявление, предупреждение и раскрытие готовящихся и совершаемых в исправительных учреждениях преступлений и нарушений установленного порядка отбывания наказания; розыск в установленном порядке осужденных, совершивших побег из исправительных учреждений, а также осужденных, уклоняющихся от отбывания лишения свободы; содействие в выявлении и раскрытии преступлений, совершенных осужденными до прибытия в исправительное учреждение.

Как указано в административном иске и поддержано стороной административного истца в ходе рассмотрения дела, оперуполномоченные оперативного отдела ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области после вынесения постановления от 08.09.2022 с дополнением от 22.09.2022 стали осуществлять действия по полному изучению и видеофиксации всех проносимых с собой на встречи с ФИО1, а также втреч с ним адвокатами Михайловой О.О., Кобзевым В.Д., СИС, ФАВ документов, что имело место 20-23, 26-29 сентября 2022 года, 3-7, 10-14, 17-21, 24-28, 31 октября 2022 года, 1-3, 7, 9-11, 14-18, 21-25, 28, 30 ноября 2022 года, 1, 2, 5, 6 и 7 декабря 2022 года. Стороной административного истца также указано, что оперуполномоченные оперативного отдела учреждения стали присутствовать с включёнными видеорегистраторами в ходе проведения каждого следственного или иного процессуального действия по уголовному делу <№>, что исключает, как полагают административный истец и его представители, конфиденциальное общение адвоката с доверителем, создаёт условия для разглашения данных предварительного расследования.

Допрошенные в судебных заседаниях в качестве свидетелей <данные изъяты> САВ и <данные изъяты> ХАВ (в настоящее время – <данные изъяты>) показали суду, что фактов видеофиксации оперуполномоченными отдела документов, проносимых адвокатами ФИО1, иными лицами, оказывающими ему юридическую помощь, не имелось. В свою очередь, осуществление цензуры данных документов сотрудниками оперативного отдела обусловлено постановлением начальника учреждения от 08.09.2022 с дополнением к нему, при этом отнесение сведений, содержащихся в документах, к сведениям, направленным на оказание ФИО1 юридической помощи, определяется оперуполномоченными исходя из содержания данных документов в каждом конкретном случае.

Присутствие при проведении следственных и процессуальных действий по уголовному делу <№> сотрудников учреждения, как указано в письменных возражениях ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, обусловлено необходимостью обеспечения безопасности лиц, находящихся на территории учреждения. Сотрудники оперативного отдела присутствовали при проведении названных действий с разрешения следователя.

Данная позиция согласуется с положениями ч. 1 ст. 82 УИК РФ, согласно которой режим в исправительных учреждениях - установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

Допрошенные свидетели САВ и ХАВ также пояснили суду, что какие-либо документы 27 октября 2022 года у адвоката ФАВ при проходе на встречу к ФИО1 не изымались, что также подтверждается представленной в материалы дела справкой от 27.12.2022, при этом срок хранения видеозаписей, сделанных с помощью переносных видеорегистраторов, составляет не менее 30 суток; вместе с тем, на дату поступления административного иска в суд данный срок хранения архива истёк, в связи с чем видеозапись за 27.10.2022 суду не представлена по объективным причинам.

По доводам стороны административного истца о том, что все без исключения передаваемые адвокатами ФИО1 и им адвокатам документов подвергаются цензуре в течение 3 дней, а в случае, если документ содержит иностранные слова, - в течение 7 дней, а также по занесению данных документов в специальную книгу, записи в которой не позволяют идентифицировать конкретный документ, установлено следующее.

В соответствии с ч. 2 ст. 91 УИК РФ получаемые и отправляемые осужденными письма, почтовые карточки и телеграммы подвергаются цензуре со стороны администрации исправительного учреждения, за исключением случаев, указанных в части четвертой статьи 15 названного Кодекса. Срок осуществления цензуры составляет не более трех рабочих дней, а в случае, если письма, почтовые карточки и телеграммы написаны на иностранном языке, - не более семи рабочих дней.

Согласно п. 135 ПВР ИУ получаемые и отправляемые осужденными к лишению свободы письма, в том числе в электронном виде (при наличии технической возможности) с использованием информационных терминалов (при их наличии), почтовые карточки и телеграммы подвергаются цензуре со стороны администрации учреждения. Срок осуществления цензуры составляет не более трех рабочих дней, а в случае, если письма (в том числе в электронном виде), почтовые карточки и телеграммы написаны на иностранном языке и требуют перевода - не более семи рабочих дней.

Порядок и сроки осуществления цензуры переписки осуждённого с лицами, оказывающими ему юридическую помощь, действующим законодательством не регламентированы.

Как следует из показаний свидетеля ХАВ, данных в судебном заседании, срок цензуры переписки ФИО1 с адвокатами (защитниками), лицами, оказывающими ему юридическую помощь, не превышал срок, установленный для цензуры общей переписки осуждённого. При этом какой-либо специальный журнал или книга учёта данных документов не велись, поскольку ведение данного учёта нормативными требованиями не предусмотрено. Аналогичные показания даны свидетелем САВ, допрошенным в судебном заседании, при этом, стороной административного истца не конкретизированы периоды времени чрезмерно длительного, по их мнению, срока осуществления цензуры переписки по постановлению от 08.09.2022, с дополнением от 22.09.2022.

Оценивая представленные в качестве доказательств заключение комиссии Адвокатской палаты Московской оплате по защите профессиональных и социальных прав адвокатов от 09.01.2023, письмо Адвокатской палаты города Москвы от 27.01.2023 № 424, суд отмечает, что содержание данных письменных доказательств совпадает с позицией стороны административного истца, изложенной в административном иске и уточнении к нему, как в части нормативно-правового, так и фактического обоснования заявленных требований, мотивированная оценка которым судом приведена выше в настоящем решении.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 (п. 17), осуществляя проверку решений, действий (бездействия), судам необходимо исходить из того, что при реализации государственных или иных публичных полномочий наделенные ими органы и лица связаны законом (принцип законности) (статья 9 и часть 9 статьи 226 КАС РФ, статья 6 и часть 4 статьи 200 АПК РФ).

Решения, действия (бездействие), затрагивающие права, свободы и законные интересы гражданина, организации, являются законными, если они приняты, совершены (допущено) на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов, во исполнение установленных законодательством предписаний (законной цели) и с соблюдением установленных нормативными правовыми актами пределов полномочий, в том числе если нормативным правовым актом органу (лицу) предоставлено право или возможность осуществления полномочий тем или иным образом (усмотрение).

При этом судам следует иметь в виду, что законность оспариваемых решений, действий (бездействия) нельзя рассматривать лишь как формальное соответствие требованиям правовых норм.

Из содержания п. 19 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в том случае, когда законодательством регламентирован порядок принятия решения, совершения оспариваемого действия, суд проверяет соблюдение указанного порядка (подпункт «б» пункта 3 части 9 статьи 226 КАС РФ, часть 4 статьи 200 АПК РФ).

Несоблюдение установленного порядка принятия решения, совершения оспариваемого действия может служить основанием для вывода об их незаконности, если допущенные нарушения являются существенными для административного истца (заявителя) и влияют на исход дела. Нарушения порядка, носящие формальный характер, по общему правилу, не могут служить основанием для признания оспоренных решений, действий незаконными.

Несогласие стороны административного истца с содержанием данного дополнения, позволяющего, по их мнению, изымать у адвокатов документы и материалы, не относящиеся к оказанию юридической помощи, с последующей их передачей ФИО1 и реализацией действий, предусмотренных законом, не может быть принято судом, поскольку Уголовно-исполнительным кодексом РФ, а также Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждёнными приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110, регламентирован порядок осуществления осуждёнными к лишению свободы переписки и иных взаимосвязанных действий. Дополнение к постановлению от 08.09.2022, изданное 22.09.2022, направлено на реализацию оспариваемого постановления, конкретизацию порядка обращения с материалами, не относящимися к оказанию ФИО1 юридической помощи.

Доводы стороны административного истца о нарушении ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области международно-правовых норм, в частности, подпункта «c» пункта 2 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подпунктов «b», «d» пункта 3 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, в разрезе правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.12.2015 № 33-П, не могут быть приняты судом по следующим причинам.

Как установлено в ходе рассмотрения настоящего дела, действия административного ответчика осуществлены с учётом требований ч. 3 ст. 91 УИК РФ, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в определениях от 28.12.2021 № 2731-О, от 16.10.2003 № 371-О, разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21.

Предложенные стороной административного истца нормы, в том числе международно-правовые, а также правовые позиции регламентируют иные правоотношения, о чём подробно указано выше в настоящем решении. Суд учитывает специфику правоотношений, сопряжённых с ограничением прав и законных интересов лиц, осуждённых к наказанию в виде лишения свободы и содержащихся в исправительных учреждениях, в связи с чем полагает необходимым руководствоваться корреспондирующими им нормами права.

В силу п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Таким образом, предполагается, что для удовлетворения требования о признании незаконным решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, необходимо установление его противоправности и одновременно факта нарушения прав административного истца.

В ходе рассмотрения настоящего административного дела данной совокупности судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 175, 180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1 о признании незаконными действий должностных лиц ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области по исполнению постановления начальника учреждения от 08.09.2022 о контроле переписки с лицами, оказывающими юридическую помощь, по осуществлению вмешательства в адвокатскую тайну, возложении обязанности прекратить указанные действия, о признании незаконными действий администрации ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, выразившихся в организации и проведении встреч ФИО1 с его адвокатами с 14 июня 2022 года в помещении, оборудованном металлической решёткой, обшитой с двух сторон оргстеклом, обязании устранить допущенные нарушения, оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Ковровский городской суд Владимирской области в течение одного месяца с даты изготовления его в окончательной форме.

Судья К.С. Никифоров

Решение в окончательной форме изготовлено 3 августа 2023 года.